На завтрак к господскому столу пригласили не только эльфа, но и Корна.
– Чем вы так недовольны, Майк? – спросила Касия, когда Глеб представил ей эльфа. – Что-то не так с вашими комнатами?
– Благодарю вас, с ними всё в порядке, – ответил эльф. – Я думаю, что напрасно дал себя уговорить сюда приехать. На постоялом дворе много красивых девушек, а здесь приходится спать одному.
– А как же мальчики, Майк? – поддел его Глеб.
– Так нет и мальчиков, – сердито ответил он. – И потом мне они здесь не нужны. Это наши женщины раздвигают ноги с таким видом, будто делают вам одолжение, а здешние девицы так отдаются, что не получается выспаться. Даже домой не хочется ехать, а надо.
– А как вы посмотрите на то, что я и Глеб поедем с вами? – спросил его Корн. – Глебу после вчерашнего нужно на время исчезнуть, а я составлю ему компанию.
– Буду только рад, – ответил Майк. – Одному в дороге скучно, а к вам я привык. Да, зря вы вчера ушли. Дочь хозяина даже плакала. Трудно, что ли, было утешить? Я это сделал быстро.
– Так она затащила вас в спальню? – удивился Глеб.
– Нет, мы нашли другое место, – ответил эльф, смущённо посмотрев на хозяйку. – В меньшем зале много ниш...
– Найдём мы вам девушку, – успокоила его Касия, – если хотите, то даже не одну. У нас много любительниц этого дела. Господа, вы уже наелись? Тогда можете отдыхать, а вас, Корн, я попрошу уделить мне немного времени. Давайте пройдём в зимний сад, заодно его посмотрите. Это моя гордость.
Они встали из-за стола и вышли из трапезной. Сад находился на этом же этаже, а дворец у графини был небольшой, поэтому не пришлось много ходить.
– Действительно, есть на что посмотреть, – согласился маг, осматриваясь в большой комнате, заставленной кадками с кустами и деревьями, – но вы меня пригласили не для того, чтобы любоваться зеленью, её сейчас хватает в парке.
– Вы правы, барон, – кивнула Касия. – Садитесь на скамейку, так удобней разговаривать. У меня к вам два вопроса, касающихся Глеба.
– Всё-таки узнали, – с неодобрением сказал маг. – Для чего вам Глеб? Вы не воспринимаете его как брата и правильно делаете. Тоже попали под его обаяние?
– Попала, – согласилась графиня, – и никому не отдала бы, будь я на десять лет моложе. Я не дура и понимаю, что ему здесь нечего делать, но не смогу выбросить его из памяти и из сердца. Он мне не брат, но и не посторонний человек. Не знаю, как вам объяснить...
– Не нужно ничего объяснять. Когда в судьбы людей вмешивается магия, их отношения трудно судить, исходя из привычных для всех норм. Любовь этого юноши растоптали, причём незаслуженно, поэтому он был обижен и очень одинок. Вы тоже одиноки, поэтому неудивительно, что вас к нему потянуло. Но не рассчитывайте на длительную связь. Война, о которой я ему говорил, – это не выдумка. Эльфы давно её готовят и, как всегда, хотят сделать дело чужими руками. Догадываетесь, кого они будут использовать? Почти вся граница на севере у маозов с нами, нас и пошлют. Вы уже подумали, с кем свести Глеба?
– В Юрлове живёт бывший советник короля, – сказала Касия. – Я с ним достаточно близко знакома, чтобы пригласить к себе. Вчера он был на балу и видел Глеба.
– Барон ещё жив? – удивился Корн.
– Жив и для своего возраста здоров, – ответила графиня. – Ему надоели служба, королевский двор и интриги и захотелось тихой провинциальной жизни. Как вы думаете, он подойдёт?
– Лучшую кандидатуру трудно найти, – сказал Корн, – вот только захочет ли он откровенничать с каким-то непонятным маозом?
– А если вы подтолкнёте магией? – предложила Касия. – Я думаю, вам не очень трудно стереть старику память о его откровенности.
– Ладно, – неохотно согласился Корн.
– А почему вы помогаете Глебу? – прищурилась она. – Если нам воевать с маозами, значит, вы хотите помочь врагам. Только не надо говорить о благодарности за спасение, всё равно не поверю. Не тот вы человек, барон, чтобы что-нибудь делать без расчёта. Вы могли испытать к Глебу благодарность и симпатию и даже как-то отблагодарить, но не таскаться за ним по всему королевству, рискуя угодить на костёр. Вы сильно изменились, но я всё-таки узнала, хотя видела только два раза. Правда, узнала только после того, как Глеб сказал о маге, но ведь есть много дворян, которые знают бывшего королевского мага лучше, чем я! Вы хотите отомстить?
– Я похож на идиота? – сердито сказал Корн. – Да, я расчётливый человек и строю в отношении Глеба свои планы, что не исключает симпатии и благодарности. Но дело не в обиде и мести. Кому мстить, графиня? Нашему королю, который, как и короли соседей, послушно выполнил приказ из-за моря? Попробовал бы он этого не сделать! Дело в другом. Мало кто понимает, что эльфы считают нас союзниками только из-за нашей полезности. А полезны мы им в качестве цепных псов, которых можно натравить на их врагов. Пока стоят восточные княжества, так и будет. Конечно, нам по-прежнему будут указывать, что можно делать, а чего нельзя, но не будут управлять напрямую. Это независимость, хоть и не полная. А если их сомнут, со временем разберутся с орками и подгребут под себя весь мир. И что тогда? Кому мы с вами будем нужны? Эльфам? Ещё англам могут сделать какие-то поблажки, а нас с вами быстро переименуют в каких-нибудь орков, которым место только на плантациях или на рудниках. Поэтому, помогая маозам, я помогаю всем нам! Власти не должно быть чересчур много, для неё нужен какой-то ограничитель. Вот пусть для эльфов таким ограничителем станут вооружённые огненным боем маозы. Пусть они дерутся друг с другом, мы от этого только выиграем.
– Надеюсь, что вы знаете, что делаете, – вздохнула Касия. – То, о чём вы говорили, случится через годы, а сейчас меня беспокоит, что вас за морем, скорее всего, убьют. Я не проявила бы беспечность на месте эльфов и хорошо охраняла свои секреты, а они умнее меня. Я не собираюсь чинить вам препоны, наоборот, буду помогать, но на сердце тяжело…
– В последнее время у меня нет дел, – пожаловался Глеб вернувшейся графине. – Если не лежу в кровати с какой-нибудь женщиной, значит, маюсь от безделья или чего-нибудь жду. Но раньше хоть была цель – соединиться с любимой.
– Я поговорила с твоим Корном, – сказала Касия, садясь на кровать рядом с юношей. – Это бывший королевский маг. Имей в виду, если его поймают и станет известно, что вы сообщники, тебя не выпустят живым. Слишком много секретов в голове твоего спутника, и никто не станет допытываться, делился он ими с тобой или нет. Если он сказал о войне, это почти наверняка правда, но я уже направила слугу к нужному тебе человеку. Это бывший королевский советник, которого я пригласила на ужин.
– И он станет делиться со мной секретами? – с сомнением спросил Глеб. – Или опять используем мага?
– Я предложила ему развязать советнику язык, а потом стереть память о разговоре. Он не станет вмешиваться в сам разговор. До вечера много времени, а любовью не занимаются на полный желудок. Не хочешь прогуляться в парке?
В парке гуляли почти до обеда. Касия рассказывала о своей жизни и расспрашивала Глеба о жизни маозов.
– Я не смогу удовлетворить твоего любопытства, – сказал он в ответ на её расспросы. – Я ведь крестьянствовал и почти ничего не знаю о жизни князей и ближних к ним людей. Отец, когда ходил в ополчение, тёрся с ними спинами и мог бы что-нибудь рассказать, да и то... Во время войны совсем другая жизнь. Когда люди ходят под смертью, разница в происхождении часто стирается и в них начинают ценить не знатность, а мужество, верность и воинскую сноровку. Расскажи лучше ты о сестре.
– До смерти мужа я с ней почти не общалась, а потом встретилась только один раз. Жизнь не удалась, и хвастать ею не тянет, а плакаться не позволяет гордость. Это тебе почему-то выкладываю всё без утайки. Я ведь и Анджею рассказывала всё, даже о сыне конюха.
– Рано тебе себя хоронить... – неуверенно возразил Глеб.
– Да ладно, – махнула она рукой, – я уже с этим смирилась. Я ведь не пропускаю ни одного бала или званого вечера, толку-то! Молодым я не нужна, да и что я могу предложить, кроме себя? Графство-то отойдёт сыну. Дворяне постарше женаты, а старики мне самой не нужны. Перебиваюсь случайными любовниками, но это не жизнь. Хочется любви, может быть, даже родить ребёнка. Этот бы был моим. Дело ведь не только в постельных утехах. Вот мы с тобой гуляем и беседуем, и я счастлива!
– И больше ничего не хочешь? – не поверил он.
– Конечно, хочу, – она подошла к нему и прильнула с поцелуем. – И ты меня хочешь! Пошли быстрее, пока я не отдалась на этой скамейке. Знаешь, сколько слуг за нами подсматривают? Ты не думай, Глеб, что я такая жадная на любовь, просто чувствую, что ты скоро исчезнешь, и пытаюсь получить от тебя всё, что могу!
Обедали без эльфа, который куда-то уехал. После застолья Касия ушла со своим экономом решать какие-то денежные дела, и мужчины остались вдвоём.
– Не надоело сидеть без дела? – спросил юношу Корн. – Я не считаю делом ваши постельные развлечения. Учтите, что они тоже могут надоесть.
– Мне уже давно надоело безделье, и вы это прекрасно знаете! – сердито сказал Глеб. – Может, предложите чем заняться? Сегодня поговорим с вашим советником, а потом придётся говорить с Майком. Не вижу я у него желания плыть домой.
– Оно появится с моей помощью, – равнодушно сказал Корн. – И не нужно на меня так смотреть. Я никогда не действовал на вас принуждением и не собираюсь. В противном случае мы с вами уже давно плыли бы на корабле. А Майк мне не друг и не родственник, а представитель враждебного народа. Моя враждебность на него не распространяется, но и церемониться не собираюсь. Временно перейдёт с девушек на мальчишек. Я думаю, что это не очень большая жертва для спасения ваших княжеств.
– Сколько времени потребуется добраться до Данцига? – спросил Глеб. – К такому путешествию нужно как-то готовиться?
– Дней пять верхом, – ответил маг. – Трактиров хватает, поэтому в дороге не понадобится ничего, кроме денег, надо только нанять охранников. О путешествии на корабле ничего не скажу, об этом спрашивайте у эльфа, когда вернётся. Вы уже решили?
– Почти, – сказал Глеб, – но беседа с советником не помешает.
Такая беседа состоялась сразу после ужина, на который удивлённый неожиданным приглашением старик приехал в своей карете.
– Почти никуда не выбираюсь, но для вас, графиня, сделал исключение, – говорил барон встретившей его Касии. – После прошедшего бала все только и обсуждают вас и украденного вами шевалье. Вы, наверное, не знаете, но князь хотел предложить ему службу. Хотя, учитывая интерес, который к шевалье проявила младшая княжна, он недолго зажился бы на свете. Имейте в виду, что молодые дворяне возмущены и могут явиться сюда за сатисфакцией. Непонятно только, возмутил ли их интерес княжны к шевалье или то, что он от неё сбежал!
Барону было за восемьдесят лет, но он живо перебирал ногами, немного шаркая ими при ходьбе. Лицо покрывали морщины, волосы поредели и были белыми как снег, но глаза смотрели ясно и с любопытством. Хозяйка сама провела его в трапезную и представила гостей, включая вернувшегося эльфа.
– Не понял, почему не сказали ваш титул, – обратился старик к магу, – наверное, это от скромности. Да и имя у вас вроде было другое, барон. Рад, что вы уцелели, но боюсь, что моя радость ненадолго. Лицо вы себе поменяли, но всё равно можно узнать. Почему не уехали из королевства? Я считал вас умнее.
– Зря менял лицо, – с досадой сказал Корн. – Надо было ограничиться гримом. Уеду я, Михал, и очень скоро.
– Для чего меня позвали? – спросил старик. – Хочу предупредить, чтобы не вздумали влиять на меня своей магией. Секретов я знаю меньше вашего и не собираюсь ничего скрывать, а к эльфам у меня никогда не было склонности, вы должны это знать. Не побегу я с доносом.
– Расскажите этому молодому человеку, как эльфы любят восточные княжества и что они с нашей помощью собираются с ними сделать! На эльфа не смотрите, он не услышит нашего разговора.
– При моей службе пытались собрать нас, бошей и франков, – сказал барон. – Тогда из этой затеи ничего не вышло. Никому не захотелось драться с маозами, поэтому стали тянуть время и придумывать отговорки. Потом появились какие-то сложности у самих эльфов, и поход отложили. Я не знаю, как с этим сейчас, но маозы не изменились и не собираются прогибаться под эльфов, поэтому и эльфы не оставят своей затеи. Если наши станут упорствовать, на них надавят, да и сами примут участие, чтобы новый поход не окончился таким же разгромом, как пятьдесят лет назад.
Они некоторое время просидели за столом, разговаривая и пробуя всякие вкусности, приготовленные поварами графини, потом старик попрощался и уехал.
– Не беспокойтесь, – сказал маг Глебу. – Я не стал стирать память, только заморозил её дней на десять. Старик действительно никуда не побежит докладывать, но может случайно проговориться. Не так уж хорошо у него работает голова, как это может казаться. Когда он всё вспомнит, это нам не навредит. Майка я уговорил, и вы мне поверили, поэтому не вижу смысла затягивать отъезд. Лето идёт к концу, а нам надо вернуться до зимы. В зиму по морю лучше не плавать. Вы не против того, чтобы выехать завтра? Вот и прекрасно. И учтите, что поедем верхом, поэтому сегодня не слишком усердствуйте.
Легко ему было советовать! Когда Касия узнала, что они завтра уезжают, она не смогла сдержать слёз. Глеб целовал её солёное лицо, потом подхватил женщину на руки и унёс в спальню. Этим вечером он старался вовсю, вспомнив многое из того, чему его научила Берта.
– Это какое-то безумие, – сказала Касия, когда они закончили. – У меня никогда такого не было и уже не будет. Давай спать, а то ты завтра не сможешь сесть на коня.
Кася его любила, а он испытывал к ней благодарность и жалость. Конечно же, утром она не удержалась, но всё проделали быстро и один раз. Потом были завтрак и короткое прощание. Графиня удержалась от слёз и с улыбкой помахала ему рукой, а потом вернулась в спальню, прижалась к подушке, на которой он спал, и разрыдалась.
Дорога до портового города Данцига запомнилась только одной встречей. Каждый раз, когда ночевали на постоялых дворах, эльф брал отдельную комнату и запирался в ней с очередной девушкой. Глеб не испытывал ни малейшего желания следовать его примеру. Встреча в трактире небольшого городка на третий день пути едва не нарушила его воздержания. Они только что сняли комнаты и шли ужинать, когда Глеб увидел сестру одного из убитых им дворян.
– Зоя? – с удивлением спросил он. – Ты что делаешь так далеко от столицы?
К его удивлению, девушка бросилась бежать, но тут же безвольно застыла.
– Знакомая? – спросил маг. – Возвращаемся. Ужин никуда не убежит, а она может. Где вы её встречали?
– Чем вы так недовольны, Майк? – спросила Касия, когда Глеб представил ей эльфа. – Что-то не так с вашими комнатами?
– Благодарю вас, с ними всё в порядке, – ответил эльф. – Я думаю, что напрасно дал себя уговорить сюда приехать. На постоялом дворе много красивых девушек, а здесь приходится спать одному.
– А как же мальчики, Майк? – поддел его Глеб.
– Так нет и мальчиков, – сердито ответил он. – И потом мне они здесь не нужны. Это наши женщины раздвигают ноги с таким видом, будто делают вам одолжение, а здешние девицы так отдаются, что не получается выспаться. Даже домой не хочется ехать, а надо.
– А как вы посмотрите на то, что я и Глеб поедем с вами? – спросил его Корн. – Глебу после вчерашнего нужно на время исчезнуть, а я составлю ему компанию.
– Буду только рад, – ответил Майк. – Одному в дороге скучно, а к вам я привык. Да, зря вы вчера ушли. Дочь хозяина даже плакала. Трудно, что ли, было утешить? Я это сделал быстро.
– Так она затащила вас в спальню? – удивился Глеб.
– Нет, мы нашли другое место, – ответил эльф, смущённо посмотрев на хозяйку. – В меньшем зале много ниш...
– Найдём мы вам девушку, – успокоила его Касия, – если хотите, то даже не одну. У нас много любительниц этого дела. Господа, вы уже наелись? Тогда можете отдыхать, а вас, Корн, я попрошу уделить мне немного времени. Давайте пройдём в зимний сад, заодно его посмотрите. Это моя гордость.
Они встали из-за стола и вышли из трапезной. Сад находился на этом же этаже, а дворец у графини был небольшой, поэтому не пришлось много ходить.
– Действительно, есть на что посмотреть, – согласился маг, осматриваясь в большой комнате, заставленной кадками с кустами и деревьями, – но вы меня пригласили не для того, чтобы любоваться зеленью, её сейчас хватает в парке.
– Вы правы, барон, – кивнула Касия. – Садитесь на скамейку, так удобней разговаривать. У меня к вам два вопроса, касающихся Глеба.
– Всё-таки узнали, – с неодобрением сказал маг. – Для чего вам Глеб? Вы не воспринимаете его как брата и правильно делаете. Тоже попали под его обаяние?
– Попала, – согласилась графиня, – и никому не отдала бы, будь я на десять лет моложе. Я не дура и понимаю, что ему здесь нечего делать, но не смогу выбросить его из памяти и из сердца. Он мне не брат, но и не посторонний человек. Не знаю, как вам объяснить...
– Не нужно ничего объяснять. Когда в судьбы людей вмешивается магия, их отношения трудно судить, исходя из привычных для всех норм. Любовь этого юноши растоптали, причём незаслуженно, поэтому он был обижен и очень одинок. Вы тоже одиноки, поэтому неудивительно, что вас к нему потянуло. Но не рассчитывайте на длительную связь. Война, о которой я ему говорил, – это не выдумка. Эльфы давно её готовят и, как всегда, хотят сделать дело чужими руками. Догадываетесь, кого они будут использовать? Почти вся граница на севере у маозов с нами, нас и пошлют. Вы уже подумали, с кем свести Глеба?
– В Юрлове живёт бывший советник короля, – сказала Касия. – Я с ним достаточно близко знакома, чтобы пригласить к себе. Вчера он был на балу и видел Глеба.
– Барон ещё жив? – удивился Корн.
– Жив и для своего возраста здоров, – ответила графиня. – Ему надоели служба, королевский двор и интриги и захотелось тихой провинциальной жизни. Как вы думаете, он подойдёт?
– Лучшую кандидатуру трудно найти, – сказал Корн, – вот только захочет ли он откровенничать с каким-то непонятным маозом?
– А если вы подтолкнёте магией? – предложила Касия. – Я думаю, вам не очень трудно стереть старику память о его откровенности.
– Ладно, – неохотно согласился Корн.
– А почему вы помогаете Глебу? – прищурилась она. – Если нам воевать с маозами, значит, вы хотите помочь врагам. Только не надо говорить о благодарности за спасение, всё равно не поверю. Не тот вы человек, барон, чтобы что-нибудь делать без расчёта. Вы могли испытать к Глебу благодарность и симпатию и даже как-то отблагодарить, но не таскаться за ним по всему королевству, рискуя угодить на костёр. Вы сильно изменились, но я всё-таки узнала, хотя видела только два раза. Правда, узнала только после того, как Глеб сказал о маге, но ведь есть много дворян, которые знают бывшего королевского мага лучше, чем я! Вы хотите отомстить?
– Я похож на идиота? – сердито сказал Корн. – Да, я расчётливый человек и строю в отношении Глеба свои планы, что не исключает симпатии и благодарности. Но дело не в обиде и мести. Кому мстить, графиня? Нашему королю, который, как и короли соседей, послушно выполнил приказ из-за моря? Попробовал бы он этого не сделать! Дело в другом. Мало кто понимает, что эльфы считают нас союзниками только из-за нашей полезности. А полезны мы им в качестве цепных псов, которых можно натравить на их врагов. Пока стоят восточные княжества, так и будет. Конечно, нам по-прежнему будут указывать, что можно делать, а чего нельзя, но не будут управлять напрямую. Это независимость, хоть и не полная. А если их сомнут, со временем разберутся с орками и подгребут под себя весь мир. И что тогда? Кому мы с вами будем нужны? Эльфам? Ещё англам могут сделать какие-то поблажки, а нас с вами быстро переименуют в каких-нибудь орков, которым место только на плантациях или на рудниках. Поэтому, помогая маозам, я помогаю всем нам! Власти не должно быть чересчур много, для неё нужен какой-то ограничитель. Вот пусть для эльфов таким ограничителем станут вооружённые огненным боем маозы. Пусть они дерутся друг с другом, мы от этого только выиграем.
– Надеюсь, что вы знаете, что делаете, – вздохнула Касия. – То, о чём вы говорили, случится через годы, а сейчас меня беспокоит, что вас за морем, скорее всего, убьют. Я не проявила бы беспечность на месте эльфов и хорошо охраняла свои секреты, а они умнее меня. Я не собираюсь чинить вам препоны, наоборот, буду помогать, но на сердце тяжело…
– В последнее время у меня нет дел, – пожаловался Глеб вернувшейся графине. – Если не лежу в кровати с какой-нибудь женщиной, значит, маюсь от безделья или чего-нибудь жду. Но раньше хоть была цель – соединиться с любимой.
– Я поговорила с твоим Корном, – сказала Касия, садясь на кровать рядом с юношей. – Это бывший королевский маг. Имей в виду, если его поймают и станет известно, что вы сообщники, тебя не выпустят живым. Слишком много секретов в голове твоего спутника, и никто не станет допытываться, делился он ими с тобой или нет. Если он сказал о войне, это почти наверняка правда, но я уже направила слугу к нужному тебе человеку. Это бывший королевский советник, которого я пригласила на ужин.
– И он станет делиться со мной секретами? – с сомнением спросил Глеб. – Или опять используем мага?
– Я предложила ему развязать советнику язык, а потом стереть память о разговоре. Он не станет вмешиваться в сам разговор. До вечера много времени, а любовью не занимаются на полный желудок. Не хочешь прогуляться в парке?
В парке гуляли почти до обеда. Касия рассказывала о своей жизни и расспрашивала Глеба о жизни маозов.
– Я не смогу удовлетворить твоего любопытства, – сказал он в ответ на её расспросы. – Я ведь крестьянствовал и почти ничего не знаю о жизни князей и ближних к ним людей. Отец, когда ходил в ополчение, тёрся с ними спинами и мог бы что-нибудь рассказать, да и то... Во время войны совсем другая жизнь. Когда люди ходят под смертью, разница в происхождении часто стирается и в них начинают ценить не знатность, а мужество, верность и воинскую сноровку. Расскажи лучше ты о сестре.
– До смерти мужа я с ней почти не общалась, а потом встретилась только один раз. Жизнь не удалась, и хвастать ею не тянет, а плакаться не позволяет гордость. Это тебе почему-то выкладываю всё без утайки. Я ведь и Анджею рассказывала всё, даже о сыне конюха.
– Рано тебе себя хоронить... – неуверенно возразил Глеб.
– Да ладно, – махнула она рукой, – я уже с этим смирилась. Я ведь не пропускаю ни одного бала или званого вечера, толку-то! Молодым я не нужна, да и что я могу предложить, кроме себя? Графство-то отойдёт сыну. Дворяне постарше женаты, а старики мне самой не нужны. Перебиваюсь случайными любовниками, но это не жизнь. Хочется любви, может быть, даже родить ребёнка. Этот бы был моим. Дело ведь не только в постельных утехах. Вот мы с тобой гуляем и беседуем, и я счастлива!
– И больше ничего не хочешь? – не поверил он.
– Конечно, хочу, – она подошла к нему и прильнула с поцелуем. – И ты меня хочешь! Пошли быстрее, пока я не отдалась на этой скамейке. Знаешь, сколько слуг за нами подсматривают? Ты не думай, Глеб, что я такая жадная на любовь, просто чувствую, что ты скоро исчезнешь, и пытаюсь получить от тебя всё, что могу!
Обедали без эльфа, который куда-то уехал. После застолья Касия ушла со своим экономом решать какие-то денежные дела, и мужчины остались вдвоём.
– Не надоело сидеть без дела? – спросил юношу Корн. – Я не считаю делом ваши постельные развлечения. Учтите, что они тоже могут надоесть.
– Мне уже давно надоело безделье, и вы это прекрасно знаете! – сердито сказал Глеб. – Может, предложите чем заняться? Сегодня поговорим с вашим советником, а потом придётся говорить с Майком. Не вижу я у него желания плыть домой.
– Оно появится с моей помощью, – равнодушно сказал Корн. – И не нужно на меня так смотреть. Я никогда не действовал на вас принуждением и не собираюсь. В противном случае мы с вами уже давно плыли бы на корабле. А Майк мне не друг и не родственник, а представитель враждебного народа. Моя враждебность на него не распространяется, но и церемониться не собираюсь. Временно перейдёт с девушек на мальчишек. Я думаю, что это не очень большая жертва для спасения ваших княжеств.
– Сколько времени потребуется добраться до Данцига? – спросил Глеб. – К такому путешествию нужно как-то готовиться?
– Дней пять верхом, – ответил маг. – Трактиров хватает, поэтому в дороге не понадобится ничего, кроме денег, надо только нанять охранников. О путешествии на корабле ничего не скажу, об этом спрашивайте у эльфа, когда вернётся. Вы уже решили?
– Почти, – сказал Глеб, – но беседа с советником не помешает.
Такая беседа состоялась сразу после ужина, на который удивлённый неожиданным приглашением старик приехал в своей карете.
– Почти никуда не выбираюсь, но для вас, графиня, сделал исключение, – говорил барон встретившей его Касии. – После прошедшего бала все только и обсуждают вас и украденного вами шевалье. Вы, наверное, не знаете, но князь хотел предложить ему службу. Хотя, учитывая интерес, который к шевалье проявила младшая княжна, он недолго зажился бы на свете. Имейте в виду, что молодые дворяне возмущены и могут явиться сюда за сатисфакцией. Непонятно только, возмутил ли их интерес княжны к шевалье или то, что он от неё сбежал!
Барону было за восемьдесят лет, но он живо перебирал ногами, немного шаркая ими при ходьбе. Лицо покрывали морщины, волосы поредели и были белыми как снег, но глаза смотрели ясно и с любопытством. Хозяйка сама провела его в трапезную и представила гостей, включая вернувшегося эльфа.
– Не понял, почему не сказали ваш титул, – обратился старик к магу, – наверное, это от скромности. Да и имя у вас вроде было другое, барон. Рад, что вы уцелели, но боюсь, что моя радость ненадолго. Лицо вы себе поменяли, но всё равно можно узнать. Почему не уехали из королевства? Я считал вас умнее.
– Зря менял лицо, – с досадой сказал Корн. – Надо было ограничиться гримом. Уеду я, Михал, и очень скоро.
– Для чего меня позвали? – спросил старик. – Хочу предупредить, чтобы не вздумали влиять на меня своей магией. Секретов я знаю меньше вашего и не собираюсь ничего скрывать, а к эльфам у меня никогда не было склонности, вы должны это знать. Не побегу я с доносом.
– Расскажите этому молодому человеку, как эльфы любят восточные княжества и что они с нашей помощью собираются с ними сделать! На эльфа не смотрите, он не услышит нашего разговора.
– При моей службе пытались собрать нас, бошей и франков, – сказал барон. – Тогда из этой затеи ничего не вышло. Никому не захотелось драться с маозами, поэтому стали тянуть время и придумывать отговорки. Потом появились какие-то сложности у самих эльфов, и поход отложили. Я не знаю, как с этим сейчас, но маозы не изменились и не собираются прогибаться под эльфов, поэтому и эльфы не оставят своей затеи. Если наши станут упорствовать, на них надавят, да и сами примут участие, чтобы новый поход не окончился таким же разгромом, как пятьдесят лет назад.
Они некоторое время просидели за столом, разговаривая и пробуя всякие вкусности, приготовленные поварами графини, потом старик попрощался и уехал.
– Не беспокойтесь, – сказал маг Глебу. – Я не стал стирать память, только заморозил её дней на десять. Старик действительно никуда не побежит докладывать, но может случайно проговориться. Не так уж хорошо у него работает голова, как это может казаться. Когда он всё вспомнит, это нам не навредит. Майка я уговорил, и вы мне поверили, поэтому не вижу смысла затягивать отъезд. Лето идёт к концу, а нам надо вернуться до зимы. В зиму по морю лучше не плавать. Вы не против того, чтобы выехать завтра? Вот и прекрасно. И учтите, что поедем верхом, поэтому сегодня не слишком усердствуйте.
Легко ему было советовать! Когда Касия узнала, что они завтра уезжают, она не смогла сдержать слёз. Глеб целовал её солёное лицо, потом подхватил женщину на руки и унёс в спальню. Этим вечером он старался вовсю, вспомнив многое из того, чему его научила Берта.
– Это какое-то безумие, – сказала Касия, когда они закончили. – У меня никогда такого не было и уже не будет. Давай спать, а то ты завтра не сможешь сесть на коня.
Кася его любила, а он испытывал к ней благодарность и жалость. Конечно же, утром она не удержалась, но всё проделали быстро и один раз. Потом были завтрак и короткое прощание. Графиня удержалась от слёз и с улыбкой помахала ему рукой, а потом вернулась в спальню, прижалась к подушке, на которой он спал, и разрыдалась.
Дорога до портового города Данцига запомнилась только одной встречей. Каждый раз, когда ночевали на постоялых дворах, эльф брал отдельную комнату и запирался в ней с очередной девушкой. Глеб не испытывал ни малейшего желания следовать его примеру. Встреча в трактире небольшого городка на третий день пути едва не нарушила его воздержания. Они только что сняли комнаты и шли ужинать, когда Глеб увидел сестру одного из убитых им дворян.
– Зоя? – с удивлением спросил он. – Ты что делаешь так далеко от столицы?
К его удивлению, девушка бросилась бежать, но тут же безвольно застыла.
– Знакомая? – спросил маг. – Возвращаемся. Ужин никуда не убежит, а она может. Где вы её встречали?
