Глеб коротко рассказал историю с сестрой.
– Воровка, – сказал маг. – Видела вашу дуэль и поняла, что на вас можно заработать. Но полторы сотни монет – это много. Надо заставить её отработать. Мы выйдем, а вы развлекайтесь.
– Ну и что мне теперь с тобой делать? – спросил он у пришедшей в себя девицы. – То, что мне посоветовали, – это не наказание, а большое удовольствие.
– Так я разве против? – сказала она. – Поможете расшнуровать платье? Не такое уж это большое удовольствие, но я отработаю.
– Говоришь не такое уж большое? – усмехнулся он, расстегнул пряжку пояса и приспустил штаны.
– Действительно большое, – с опаской сказала девица, пятясь от юноши. – Для меня так даже чересчур!
– Успокойся, ты мне не нужна, – сказал он, возвращая всё на место. – Наш пожилой спутник не интересуется женщинами, а эльф не пропустит такую милашку, с ним и будешь рассчитываться.
Майк с готовностью заперся в номере с девицей, а Глеб с Корном ушли ужинать. Когда они вернулись, в комнате ждал только мрачный эльф.
– Плохо отработала? – спросил маг.
– Слишком хорошо, – ответил он. – Пока я приходил в чувство, она открыла замок и удрала, а до этого сняла с моего пояса кошелёк. А там у меня было триста монет! На эти деньги можно на всю ночь снять двадцать девушек!
За день до приезда в Дацинг Майк заявил, что будет ночевать вместе с ними.
– Осталось мало денег, – объяснил он своё решение. – Когда плыли сюда, проезд оплачивал дядя, поэтому я не знаю, сколько за него сдерут. И мало переплыть море, мне потом ещё добираться до дома. Дядин сертификат сохранился, но по нему выдадут деньги только его наследникам. Лучше я сейчас сэкономлю, чем потом заниматься продажей вещей. У меня с собой только самое ценное, а такие вещи не продашь быстро за хорошую цену.
После встречи с Зоей не было других происшествий, и на пятый день пути они въехали в Дацинг и остановились на ночлег в портовом трактире. Эльф опять ночевал без девушек в компании своих спутников и по этой причине утром был хмурым и неразговорчивым. Приехали потемну, поэтому море Глеб увидел утром, когда позавтракали и направились к причалам договариваться о проезде. Бескрайний голубой простор привёл маоза в восторг.
– Не сильно радуйся, – буркнул Майк. – Покачаешься ещё на этих волнах. Некоторые неплохо переносят качку, а другие блюют свою еду в море. Наверное, для того и качает, чтобы подкармливали рыбу.
– А сколько плыть? – спросил Корн.
– Зависит от ветра, – ответил эльф. – При попутном доплывём быстрее, а если штиль или мешает ветер, тогда включают машины. С ними быстрее, но приходится дышать дымом. Сюда так и плыли. Дул встречный ветер, поэтому убрали паруса и шли на угле. Это такой чёрный камень, который жгут в топках. На парусах тоже шли, но недолго. В этот порт мы приплыли на пятнадцатый день. Смотрите, это один из наших кораблей.
Они подошли к огромному кораблю, у которого над палубой возвышались три мачты и две трубы. По перекинутым сходням с пирса загружали бочки и грузчики таскали мешки. Ближе к носу на борту золотыми буквами было выведено название корабля – «Царица моря».
– Готовятся к отплытию, – сказал Майк. – Сейчас узнаем, берут ли они пассажиров. Видите девицу? Она помогает капитану.
– В кровати? – спросил Глеб, посмотрев на крепкую девушку в мужской одежде.
– У тебя только одно на уме, – сказал Майк. – Она помогает ему управляться с командой. На каждом корабле помощник у капитана всегда женщина. Так наши женщины отстаивают свои права. Но если договорятся, то могут и спать вместе. Давайте подойдём ближе, чтобы не орать.
Они подошли к сходням, и эльф спросил у девушки о проезде.
– Места есть, – ответила она. – Если возьмёте каюту на троих, заплатите по тысяче на каждого, а если брать каюту на одного, то выйдет вдвое дороже.
– Нам одну на троих, – за всех ответил Майк.
– Тогда платите и занимайте свою каюту, – сказала девица. – Основной груз уже на борту, поэтому скоро закончим с погрузкой и отчалим. Учтите, что лошадей не берём.
– Жаль, что я ночевал с вами, – огорчился эльф. – Думал, что проезд будет дороже. Кому будем продавать лошадей?
– Продадим хозяину постоялого двора, – сказал Корн. – Если не захочет покупать, я его уговорю.
Магию применять не пришлось, потому что хозяин посмотрел трёх прекрасных жеребцов и назвал хорошую цену. Получив от него деньги, сразу же пошли на корабль. Когда расплачивались за каюту, познакомились с капитаном корабля. Высокий уже седой эльф принял у них деньги, назвался Джоном Купером и приказал одному из матросов проводить пассажиров в каюту. Она оказалась четырёхместной с двумя двухъярусными койками, занимавшими треть помещения.
– Понятно, – проворчал Майк. – Если в каюте есть стол и табуреты, значит, еду будут приносить сюда. Под каждой койкой по два сундука, можете складывать в них свои котомки.
– Господам не нужны бычьи пузыри? – спросил перед уходом матрос. – А то я мог бы дёшево продать.
– А для чего они нам нужны? – удивился Глеб.
– Если у вас есть письма или бумаги банка, их можно завязать в пузыре и сохранить от воды, если будем тонуть, – объяснил матрос. – Не всегда тонут посреди моря, чаще в шторм разбивает у берегов. Если повезёт уцелеть, сохраните ваши ценности.
– И сколько стоит твой пузырь? – спросил юноша.
– Свой я не продам ни за какие деньги, – засмеялся матрос, – а за бычий с вас три монеты.
Глеб купил у него пузырь и положил в него рекомендацию барона Венецкого, свою грамоту и бумаги гоблинского банка. Уложив вещи в сундуки, вышли на палубу. Других пассажиров пока не видели, а среди матросов эльфов не было, одни люди.
– Эльфы не возятся с парусами и не пачкаются углём, – ответил Майк на вопрос Глеба. – Из них на корабле только капитан, его помощница и машинист, а остальные – это люди, работающие по найму. Кочегарами обычно берут чёрных орков. Им и платят меньше, и долго на такой работе не живут, а заменить нетрудно.
– А помощница симпатичная, – сказал Глеб, с удовольствием рассматривая невысокую, стройную девушку. – У вас все такие?
– У нас они разные, – ответил Майк. – Смотри, будь с ней осторожней. У нас могут наказать даже за непристойные намёки. И капитан поверит ей, а не тебе, а он на корабле высшая власть. Если решит, что тебя нужно выбросить за борт, команда так и сделает. Их здесь полсотни рыл, поэтому мы тебе не поможем.
– Да я сказал просто так, – пожал плечами юноша. – Мне не нужны бабы, тем более ваши. Сам же говорил, что они в любви хуже мальчишек. Пойдёмте на нос. Там можно сидеть и смотреть на море, и не будем мешать матросам.
– Ещё насмотришься, – отказался Майк. – Мне на третий день надоело. Мы сейчас в Восточном море, потом будет Северное и самое большое – Атлантическое. Эх, не сходили в храм помолиться о благополучном плаванье! Он в этом городке на диво большой.
– Уже закатили бочки и убрали сходни, – заметил Корн. – Наверное, будем отплывать.
– Марш в каюту! – скомандовала им девушка. – Все пассажиры в них сидят, одни вы выползли, как тараканы. Сейчас будем отчаливать, и вы помешаете матросам!
Они без разговоров ушли в каюту, поэтому не видели, как корабль отвалил от пирса, оделся парусами и величественно поплыл прочь от порта.
– Качка усилилась, – заметил Майк. – Значит, уже плывём. Можете посмотреть в иллюминатор. Сейчас я его открою, чтобы здесь проветрилось.
Он повернул рычаг и откинул круглое окно, в которое с трудом могла пройти голова. Плеск волн стал громче, и сразу запахло морем.
– Здесь вода даже летом холодная, поэтому запах не тот, – сказал Майк, заметивший, как Глеб нюхает воздух. – Вот когда будем плыть в Атлантическом море, тогда будет запах! Вы как хотите, а я пойду на палубу. Посмотрю, нет ли среди пассажирок какой-нибудь смазливой девицы. Плыть больше десяти дней без бабы – это издевательство над телом.
– Я тоже пойду, – присоединился юноша, – не за бабой, а смотреть на море.
Корн не захотел никуда идти и улёгся на одну из нижних коек, а юноши вышли из каюты. Эльф направился охотиться к толпе пассажиров, а Глеб ушёл на нос корабля, сел на бухту каната и стал смотреть в морской простор.
– Вообще-то, это моё место! – сказала севшая рядом помощница капитана. – Пока можешь сидеть, но учти на будущее. Ты кто? Никогда не видела таких белобрысых парней.
– Шевалье с востока, – ответил он, не вдаваясь в подробности.
– А что ты здесь забыл? – спросила она. – Я имею в виду не корабль, а это место.
– Море! – сказал юноша. – Никогда не видел такого простора и такой силы! На него хочется смотреть и смотреть, а здесь я никому не мешаю... кроме вас.
– Романтик! – с непонятным выражением сказала она. – Дай-ка я пощупаю, что у тебя в штанах.
Она бесцеремонно протянула руку, а расслабившийся и не ожидавший такого Глеб не успел отреагировать. На её бесцеремонность отреагировало то, что она схватила.
– Ничего себе! – удивлённо сказала девушка. – Это я удачно сходила. Сегодня будешь спать в моей каюте, а там посмотрим.
– Убери руки! – разозлился он. – Перебьёшься без меня! Вы меня уже...
– Строптивый, – удивилась она, – и глупый. Мы в плаванье, понял? Здесь закон – это капитан, а я второй эльф после него! Да стоит мне сказать, что ты ко мне приставал, как тебя тут же выбросят за борт. Вода холодная, а до берега далеко! Акул здесь нет, но ты и без них не доплывёшь. И будет тебе не наша благословенная земля, а морское дно. Усёк? Если женщине нужно, твоя обязанность её удовлетворить! Для того вы и существуете! А если она к тому же эльфийка, то ты должен прыгать от радости!
– Мне говорили знакомые эльфы, что их женщины и в подмётки не годятся нашим, – с ехидством сказал Глеб. – Мол, потому они предпочитают мальчиков, а эльфийкам остаётся мазать лоб голубой краской!
– Дураки есть и среди эльфов, – не стала спорить она, – а лживость их утверждений ты сможешь почувствовать сегодня ночью. Если мне понравишься, в обиде не будешь. Смотри на своё море, но не забудь о том, что я тебе сказала. Я ведь не шутила насчёт морского дна! Моя каюта вон там.
Показав ему рукой на каюту, девушка встала с каната и скрылась за надстройками. Настроение испортилось, поэтому юноша тоже поднялся и вернулся в каюту. Помимо Корна в ней находился Майк, который прикладывал смоченный платок к синяку под глазом.
– Когда это ты успел? – удивился его фингалу Глеб.
– Ну их всех к демону! – выругался эльф. – Недаром мы в дороге не используем женщин! Я ведь ей очень вежливо предложил. И ударила не ладонью, а кулаком! Даже не посмотрела на то, что я эльф. А капитан это видел и принялся ржать!
– Ты быстро насмотрелся на море, – сказал приподнявшийся с койки маг. – Что-то случилось? Я чувствую, что ты злишься.
– К демону всех баб! – повторил юноша слова эльфа и рассказал им о помощнице капитана.
– Почему тебе так на них везёт? – с завистью спросил эльф. – Ты их не ищешь, сами липнут!
– Та, которая была мне нужна, ушла, – возразил Глеб, – а другие не нужны мне. Нечему здесь завидовать. Лучше скажите, что сделать, чтобы она отстала.
– Я не собираюсь на неё действовать, – сказал Корн, на время «заморозив» эльфа. – Она могла о вас кому-нибудь сказать, а в этом случае моё воздействие вызовет подозрение. Я не могу так рисковать. Да и что в этом плохого? Быстрее пролетит время и не наедите жира от безделья.
– Удовлетвори её так, чтобы сбежала из собственной каюты, – хохотнул Майк, с которого Корн снял подчинение. – А то, если сильно понравишься, прикажет засунуть тебя в трюм, и будешь её ублажать ещё и в обратном плавании.
– Смотрите сами, – подвёл черту маг. – Никто вас за борт не выбросит, но гадость сделать могут, поэтому я на вашем месте сходил бы. Девица приятная, а работа для вас привычная.
Эльф занял второе нижнее место, и Глебу пришлось лезть на верхнюю койку.
«Действительно, почему они ко мне пристают? – подумал он. – Большой силы у меня нет, красоты нет вообще, а штаны не просвечивают. Ладно, сейчас посплю до обеда, а то чувствую, что ночью не придётся спать».
Корабль мягко покачивался на волнах, и эта качка быстро его усыпила. Разбудил запах жареного мяса. На столе стояли тарелки с едой, но никто пока не обедал.
– Мы вас не будили, потому что всё горячее, – сказал Корн юноше. – Решили уже насчёт ночи?
– Нужно сходить, – ответил он. – Не хочу неприятностей ни себе, ни вам.
Пища немного остыла, и они пообедали. Лежать в каюте было скучно, поэтому Глеб отправился туда, откуда его согнала нахалка. Ветер был не очень сильным, но, видимо, его сила и направление капитана устраивали, потому что не было возни с парусами. Ход был приличный, а качка почти отсутствовала, и засмотревшийся на чаек юноша не заметил, что он уже не один.
– Замараете одежду, – сказал ему капитан. – Канат не смолили, но грязи хватает. Скажите, как вы отнеслись к предложению нашей Венди?
– Вы имеете в виду её обещание выбросить меня за борт? – спросил Глеб. – Я не принял его всерьёз, но ни капли не сомневаюсь, что она найдёт способ отыграться.
– Вы умны, – кивнул он. – Я так и думал. Глупец её не заинтересовал бы. Конечно, вас не выбросят за борт, но достаточно ей подать жалобу в нашем порту, и вам не дадут сойти с корабля. У вас найдутся деньги на обратный проезд?
– Её заинтересовал не мой ум, – сказал юноша, – и заниматься мы будем не умными беседами. Хотелось бы узнать, какое вам до этого дело?
– Она моя дочь, – сказал капитан, садясь на канат рядом с Глебом, – и единственный ребёнок. Ни матери, ни других близких родственников у неё нет, один я. По причинам, которые вам необязательно знать, она махнула рукой на свою жизнь и уже третий год плавает со мной на этом корабле. К вам у меня будет... просьба или предупреждение – понимайте как хотите. Постарайтесь не обижать мою девочку и не обманывайтесь её уверенным видом. У каждого из нас своя раковина, в которую мы прячем то, что хотим укрыть от чужих глаз, а среди матросов нельзя вести себя по-другому.
Он встал с канатной бухты, отряхнул штаны и ушёл.
«Почему в моей жизни постоянно возникают сложности? – подумал тоже вставший с канатов юноша. – Пока жил в деревне, самой большой неприятностью была драка с приятелем, а как уехал, так и пошло. Дома я выть хотел от этой простоты, а сейчас уже думаю, так ли это было плохо?»
Когда он вернулся в каюту, эльф сидел истуканом и отвечал на вопросы Корна.
– Я знаю только то, что в порохе есть сера. Что туда мешают ещё и в каких пропорциях – это секрет. Пороховые фабрики стоят в двух небольших городах, в которые пускают не всех эльфов. Я узнал от брата, что в один из них завезли много молотой серы, поэтому и решил, что она нужна для пороха.
– Воровка, – сказал маг. – Видела вашу дуэль и поняла, что на вас можно заработать. Но полторы сотни монет – это много. Надо заставить её отработать. Мы выйдем, а вы развлекайтесь.
– Ну и что мне теперь с тобой делать? – спросил он у пришедшей в себя девицы. – То, что мне посоветовали, – это не наказание, а большое удовольствие.
– Так я разве против? – сказала она. – Поможете расшнуровать платье? Не такое уж это большое удовольствие, но я отработаю.
– Говоришь не такое уж большое? – усмехнулся он, расстегнул пряжку пояса и приспустил штаны.
– Действительно большое, – с опаской сказала девица, пятясь от юноши. – Для меня так даже чересчур!
– Успокойся, ты мне не нужна, – сказал он, возвращая всё на место. – Наш пожилой спутник не интересуется женщинами, а эльф не пропустит такую милашку, с ним и будешь рассчитываться.
Майк с готовностью заперся в номере с девицей, а Глеб с Корном ушли ужинать. Когда они вернулись, в комнате ждал только мрачный эльф.
– Плохо отработала? – спросил маг.
– Слишком хорошо, – ответил он. – Пока я приходил в чувство, она открыла замок и удрала, а до этого сняла с моего пояса кошелёк. А там у меня было триста монет! На эти деньги можно на всю ночь снять двадцать девушек!
Глава 9
За день до приезда в Дацинг Майк заявил, что будет ночевать вместе с ними.
– Осталось мало денег, – объяснил он своё решение. – Когда плыли сюда, проезд оплачивал дядя, поэтому я не знаю, сколько за него сдерут. И мало переплыть море, мне потом ещё добираться до дома. Дядин сертификат сохранился, но по нему выдадут деньги только его наследникам. Лучше я сейчас сэкономлю, чем потом заниматься продажей вещей. У меня с собой только самое ценное, а такие вещи не продашь быстро за хорошую цену.
После встречи с Зоей не было других происшествий, и на пятый день пути они въехали в Дацинг и остановились на ночлег в портовом трактире. Эльф опять ночевал без девушек в компании своих спутников и по этой причине утром был хмурым и неразговорчивым. Приехали потемну, поэтому море Глеб увидел утром, когда позавтракали и направились к причалам договариваться о проезде. Бескрайний голубой простор привёл маоза в восторг.
– Не сильно радуйся, – буркнул Майк. – Покачаешься ещё на этих волнах. Некоторые неплохо переносят качку, а другие блюют свою еду в море. Наверное, для того и качает, чтобы подкармливали рыбу.
– А сколько плыть? – спросил Корн.
– Зависит от ветра, – ответил эльф. – При попутном доплывём быстрее, а если штиль или мешает ветер, тогда включают машины. С ними быстрее, но приходится дышать дымом. Сюда так и плыли. Дул встречный ветер, поэтому убрали паруса и шли на угле. Это такой чёрный камень, который жгут в топках. На парусах тоже шли, но недолго. В этот порт мы приплыли на пятнадцатый день. Смотрите, это один из наших кораблей.
Они подошли к огромному кораблю, у которого над палубой возвышались три мачты и две трубы. По перекинутым сходням с пирса загружали бочки и грузчики таскали мешки. Ближе к носу на борту золотыми буквами было выведено название корабля – «Царица моря».
– Готовятся к отплытию, – сказал Майк. – Сейчас узнаем, берут ли они пассажиров. Видите девицу? Она помогает капитану.
– В кровати? – спросил Глеб, посмотрев на крепкую девушку в мужской одежде.
– У тебя только одно на уме, – сказал Майк. – Она помогает ему управляться с командой. На каждом корабле помощник у капитана всегда женщина. Так наши женщины отстаивают свои права. Но если договорятся, то могут и спать вместе. Давайте подойдём ближе, чтобы не орать.
Они подошли к сходням, и эльф спросил у девушки о проезде.
– Места есть, – ответила она. – Если возьмёте каюту на троих, заплатите по тысяче на каждого, а если брать каюту на одного, то выйдет вдвое дороже.
– Нам одну на троих, – за всех ответил Майк.
– Тогда платите и занимайте свою каюту, – сказала девица. – Основной груз уже на борту, поэтому скоро закончим с погрузкой и отчалим. Учтите, что лошадей не берём.
– Жаль, что я ночевал с вами, – огорчился эльф. – Думал, что проезд будет дороже. Кому будем продавать лошадей?
– Продадим хозяину постоялого двора, – сказал Корн. – Если не захочет покупать, я его уговорю.
Магию применять не пришлось, потому что хозяин посмотрел трёх прекрасных жеребцов и назвал хорошую цену. Получив от него деньги, сразу же пошли на корабль. Когда расплачивались за каюту, познакомились с капитаном корабля. Высокий уже седой эльф принял у них деньги, назвался Джоном Купером и приказал одному из матросов проводить пассажиров в каюту. Она оказалась четырёхместной с двумя двухъярусными койками, занимавшими треть помещения.
– Понятно, – проворчал Майк. – Если в каюте есть стол и табуреты, значит, еду будут приносить сюда. Под каждой койкой по два сундука, можете складывать в них свои котомки.
– Господам не нужны бычьи пузыри? – спросил перед уходом матрос. – А то я мог бы дёшево продать.
– А для чего они нам нужны? – удивился Глеб.
– Если у вас есть письма или бумаги банка, их можно завязать в пузыре и сохранить от воды, если будем тонуть, – объяснил матрос. – Не всегда тонут посреди моря, чаще в шторм разбивает у берегов. Если повезёт уцелеть, сохраните ваши ценности.
– И сколько стоит твой пузырь? – спросил юноша.
– Свой я не продам ни за какие деньги, – засмеялся матрос, – а за бычий с вас три монеты.
Глеб купил у него пузырь и положил в него рекомендацию барона Венецкого, свою грамоту и бумаги гоблинского банка. Уложив вещи в сундуки, вышли на палубу. Других пассажиров пока не видели, а среди матросов эльфов не было, одни люди.
– Эльфы не возятся с парусами и не пачкаются углём, – ответил Майк на вопрос Глеба. – Из них на корабле только капитан, его помощница и машинист, а остальные – это люди, работающие по найму. Кочегарами обычно берут чёрных орков. Им и платят меньше, и долго на такой работе не живут, а заменить нетрудно.
– А помощница симпатичная, – сказал Глеб, с удовольствием рассматривая невысокую, стройную девушку. – У вас все такие?
– У нас они разные, – ответил Майк. – Смотри, будь с ней осторожней. У нас могут наказать даже за непристойные намёки. И капитан поверит ей, а не тебе, а он на корабле высшая власть. Если решит, что тебя нужно выбросить за борт, команда так и сделает. Их здесь полсотни рыл, поэтому мы тебе не поможем.
– Да я сказал просто так, – пожал плечами юноша. – Мне не нужны бабы, тем более ваши. Сам же говорил, что они в любви хуже мальчишек. Пойдёмте на нос. Там можно сидеть и смотреть на море, и не будем мешать матросам.
– Ещё насмотришься, – отказался Майк. – Мне на третий день надоело. Мы сейчас в Восточном море, потом будет Северное и самое большое – Атлантическое. Эх, не сходили в храм помолиться о благополучном плаванье! Он в этом городке на диво большой.
– Уже закатили бочки и убрали сходни, – заметил Корн. – Наверное, будем отплывать.
– Марш в каюту! – скомандовала им девушка. – Все пассажиры в них сидят, одни вы выползли, как тараканы. Сейчас будем отчаливать, и вы помешаете матросам!
Они без разговоров ушли в каюту, поэтому не видели, как корабль отвалил от пирса, оделся парусами и величественно поплыл прочь от порта.
– Качка усилилась, – заметил Майк. – Значит, уже плывём. Можете посмотреть в иллюминатор. Сейчас я его открою, чтобы здесь проветрилось.
Он повернул рычаг и откинул круглое окно, в которое с трудом могла пройти голова. Плеск волн стал громче, и сразу запахло морем.
– Здесь вода даже летом холодная, поэтому запах не тот, – сказал Майк, заметивший, как Глеб нюхает воздух. – Вот когда будем плыть в Атлантическом море, тогда будет запах! Вы как хотите, а я пойду на палубу. Посмотрю, нет ли среди пассажирок какой-нибудь смазливой девицы. Плыть больше десяти дней без бабы – это издевательство над телом.
– Я тоже пойду, – присоединился юноша, – не за бабой, а смотреть на море.
Корн не захотел никуда идти и улёгся на одну из нижних коек, а юноши вышли из каюты. Эльф направился охотиться к толпе пассажиров, а Глеб ушёл на нос корабля, сел на бухту каната и стал смотреть в морской простор.
– Вообще-то, это моё место! – сказала севшая рядом помощница капитана. – Пока можешь сидеть, но учти на будущее. Ты кто? Никогда не видела таких белобрысых парней.
– Шевалье с востока, – ответил он, не вдаваясь в подробности.
– А что ты здесь забыл? – спросила она. – Я имею в виду не корабль, а это место.
– Море! – сказал юноша. – Никогда не видел такого простора и такой силы! На него хочется смотреть и смотреть, а здесь я никому не мешаю... кроме вас.
– Романтик! – с непонятным выражением сказала она. – Дай-ка я пощупаю, что у тебя в штанах.
Она бесцеремонно протянула руку, а расслабившийся и не ожидавший такого Глеб не успел отреагировать. На её бесцеремонность отреагировало то, что она схватила.
– Ничего себе! – удивлённо сказала девушка. – Это я удачно сходила. Сегодня будешь спать в моей каюте, а там посмотрим.
– Убери руки! – разозлился он. – Перебьёшься без меня! Вы меня уже...
– Строптивый, – удивилась она, – и глупый. Мы в плаванье, понял? Здесь закон – это капитан, а я второй эльф после него! Да стоит мне сказать, что ты ко мне приставал, как тебя тут же выбросят за борт. Вода холодная, а до берега далеко! Акул здесь нет, но ты и без них не доплывёшь. И будет тебе не наша благословенная земля, а морское дно. Усёк? Если женщине нужно, твоя обязанность её удовлетворить! Для того вы и существуете! А если она к тому же эльфийка, то ты должен прыгать от радости!
– Мне говорили знакомые эльфы, что их женщины и в подмётки не годятся нашим, – с ехидством сказал Глеб. – Мол, потому они предпочитают мальчиков, а эльфийкам остаётся мазать лоб голубой краской!
– Дураки есть и среди эльфов, – не стала спорить она, – а лживость их утверждений ты сможешь почувствовать сегодня ночью. Если мне понравишься, в обиде не будешь. Смотри на своё море, но не забудь о том, что я тебе сказала. Я ведь не шутила насчёт морского дна! Моя каюта вон там.
Показав ему рукой на каюту, девушка встала с каната и скрылась за надстройками. Настроение испортилось, поэтому юноша тоже поднялся и вернулся в каюту. Помимо Корна в ней находился Майк, который прикладывал смоченный платок к синяку под глазом.
– Когда это ты успел? – удивился его фингалу Глеб.
– Ну их всех к демону! – выругался эльф. – Недаром мы в дороге не используем женщин! Я ведь ей очень вежливо предложил. И ударила не ладонью, а кулаком! Даже не посмотрела на то, что я эльф. А капитан это видел и принялся ржать!
– Ты быстро насмотрелся на море, – сказал приподнявшийся с койки маг. – Что-то случилось? Я чувствую, что ты злишься.
– К демону всех баб! – повторил юноша слова эльфа и рассказал им о помощнице капитана.
– Почему тебе так на них везёт? – с завистью спросил эльф. – Ты их не ищешь, сами липнут!
– Та, которая была мне нужна, ушла, – возразил Глеб, – а другие не нужны мне. Нечему здесь завидовать. Лучше скажите, что сделать, чтобы она отстала.
– Я не собираюсь на неё действовать, – сказал Корн, на время «заморозив» эльфа. – Она могла о вас кому-нибудь сказать, а в этом случае моё воздействие вызовет подозрение. Я не могу так рисковать. Да и что в этом плохого? Быстрее пролетит время и не наедите жира от безделья.
– Удовлетвори её так, чтобы сбежала из собственной каюты, – хохотнул Майк, с которого Корн снял подчинение. – А то, если сильно понравишься, прикажет засунуть тебя в трюм, и будешь её ублажать ещё и в обратном плавании.
– Смотрите сами, – подвёл черту маг. – Никто вас за борт не выбросит, но гадость сделать могут, поэтому я на вашем месте сходил бы. Девица приятная, а работа для вас привычная.
Эльф занял второе нижнее место, и Глебу пришлось лезть на верхнюю койку.
«Действительно, почему они ко мне пристают? – подумал он. – Большой силы у меня нет, красоты нет вообще, а штаны не просвечивают. Ладно, сейчас посплю до обеда, а то чувствую, что ночью не придётся спать».
Корабль мягко покачивался на волнах, и эта качка быстро его усыпила. Разбудил запах жареного мяса. На столе стояли тарелки с едой, но никто пока не обедал.
– Мы вас не будили, потому что всё горячее, – сказал Корн юноше. – Решили уже насчёт ночи?
– Нужно сходить, – ответил он. – Не хочу неприятностей ни себе, ни вам.
Пища немного остыла, и они пообедали. Лежать в каюте было скучно, поэтому Глеб отправился туда, откуда его согнала нахалка. Ветер был не очень сильным, но, видимо, его сила и направление капитана устраивали, потому что не было возни с парусами. Ход был приличный, а качка почти отсутствовала, и засмотревшийся на чаек юноша не заметил, что он уже не один.
– Замараете одежду, – сказал ему капитан. – Канат не смолили, но грязи хватает. Скажите, как вы отнеслись к предложению нашей Венди?
– Вы имеете в виду её обещание выбросить меня за борт? – спросил Глеб. – Я не принял его всерьёз, но ни капли не сомневаюсь, что она найдёт способ отыграться.
– Вы умны, – кивнул он. – Я так и думал. Глупец её не заинтересовал бы. Конечно, вас не выбросят за борт, но достаточно ей подать жалобу в нашем порту, и вам не дадут сойти с корабля. У вас найдутся деньги на обратный проезд?
– Её заинтересовал не мой ум, – сказал юноша, – и заниматься мы будем не умными беседами. Хотелось бы узнать, какое вам до этого дело?
– Она моя дочь, – сказал капитан, садясь на канат рядом с Глебом, – и единственный ребёнок. Ни матери, ни других близких родственников у неё нет, один я. По причинам, которые вам необязательно знать, она махнула рукой на свою жизнь и уже третий год плавает со мной на этом корабле. К вам у меня будет... просьба или предупреждение – понимайте как хотите. Постарайтесь не обижать мою девочку и не обманывайтесь её уверенным видом. У каждого из нас своя раковина, в которую мы прячем то, что хотим укрыть от чужих глаз, а среди матросов нельзя вести себя по-другому.
Он встал с канатной бухты, отряхнул штаны и ушёл.
«Почему в моей жизни постоянно возникают сложности? – подумал тоже вставший с канатов юноша. – Пока жил в деревне, самой большой неприятностью была драка с приятелем, а как уехал, так и пошло. Дома я выть хотел от этой простоты, а сейчас уже думаю, так ли это было плохо?»
Когда он вернулся в каюту, эльф сидел истуканом и отвечал на вопросы Корна.
– Я знаю только то, что в порохе есть сера. Что туда мешают ещё и в каких пропорциях – это секрет. Пороховые фабрики стоят в двух небольших городах, в которые пускают не всех эльфов. Я узнал от брата, что в один из них завезли много молотой серы, поэтому и решил, что она нужна для пороха.
