– Наживёшь грыжу, а я буду виноват, – проворчал он. – А ты для чего ходила, красавица?
– Как для чего? – удивилась Оля. – А кто выбирал торт?
Дед перенёс внимание со средней внучки на младшую, а Настя до приезда с работы отца с Таней успела обработать мартышку, на этот раз на изменение всей мордочки. Этот вечер у них прошёл весело, а когда закончили ужинать, Настя обняла деда и отвезла его в сфере домой.
– Когда захочешь нас навестить, позвони, – сказала она ему, перед тем как исчезнуть. – Незачем тратить время на поездки. И не обижайся на то, что не навещаю. Разделаюсь со школой, тогда будет больше времени.
– Разделаешься с одними делами, появятся другие, – вздохнул он. – Внуки досаждают старикам только тогда, когда им что-нибудь от них нужно. Это почти закон природы, и обижаться на ваше невнимание – всё равно что на плохую погоду. Лети уж, ведьма.
«Воспользуешься его советами?» – спросил Раш, когда Настя вернулась в свою квартиру.
«Воспользуюсь, – ответила она, – но не буду с этим спешить».
«ФСБ, министерства обороны и внутренних дел, – начал он перечислять. – Я обработал бы верхушку министерств иностранных дел и юстиции, Генеральную прокуратуру и Следственный комитет, Федеральную службу охраны и Службу внешней разведки. ГРУ нужно не забыть. Настя, слетай в Центральный банк и поговори по душам с его председателем. Она не сможет врать под контролем и расскажет немало интересного. Можешь попробовать через неё снизить этот процент, который тебя так волнует. Только сначала узнай, кто его устанавливал. Если она резко изменит свою позицию и пошлёт к чёрту договорённости с этими людьми, это может плохо кончиться. Думу и Совет федерации нужно обрабатывать в самом конце. Ещё есть телевидение и пресса. Там тоже нужно заводить друзей. А закончишь с нашими, нужно взяться за верхушку основных развитых государств. Всех чиновников делать друзьями развяжется пуп, но хотя бы ключевые фигуры. Глядишь, этому миру и Верона не понадобится. Если усилия США направить в мирное русло...»
«Шутишь? – спросила Настя. – Мне и с нашими работы надолго, а за границу я не полезу. Я никого там не знаю, кроме президентов или премьеров, а они сами мало что решают. Если поплывут против течения, их убьют, как убили Кеннеди. И потом я не хочу этим заниматься. Я и нашим дам только установку на дружбу с собой и ничего больше».
«Кто-то долго отпихивался от управления королевством, – ехидно сказал Раш. – Это была не ты? А потом прозвучали ностальгические заявления по поводу того, как здорово было решать судьбы миллионов людей. Здесь то же самое, только людей миллиарды».
«Не хочу разговаривать на эту тему, – сказала она браслету. – Там я правила на законных основаниях и делала это открыто, а здесь придётся исподтишка вертеть сотнями, если не тысячами, людей. На это нужно потратить всю жизнь, а в результате может получиться хуже, чем сейчас. Мало быть умной, нужно знать столько, сколько не влезет ни в одну голову. И не просто экономику, финансы или что-то ещё, но и каждую страну, которой хочешь рулить. А таких стран будет как минимум десяток! И попробуй увязать интересы их населения, если они часто противоречат друг другу. Ну их всех к чёрту! Я, Раш, только обеспечу безопасность себе и семье и кое-что сделаю для Родины, а остальные пусть идут лесом!»
На следующий день она попробовала совмещать обработку браслетом со своим внушением. Офицеры сидели по двое за одним столом, поэтому она двоих и подчиняла. После этого ставила заклинание «полог тишины» и делала внушение. На обработку всех ушло полтора часа, поэтому остаток времени был потрачен на чтение учебников за девятый класс. Закончив с офицерами, Настя вернулась домой, пообедала и стала собираться на экзамен.
«Самое красивое платье, да ещё эти серьги, – с иронией сказал Раш. – Тебе не жалко Олега? Или ты из тех садисток, которым доставляют удовольствия мужские страдания? Только не надо мне врать, что ты это делаешь ради себя».
Не ответив, девочка вышла из квартиры и бегом спустилась по лестнице. Она дошла быстрым шагом до калитки, поздоровалась с охранниками и увидела на улице поджидавшего её Олега. Юноша ограничился красивым серым костюмом и сейчас мёрз на ветру.
– Сошёл с ума? – спросила Настя и постучала себя по голове. – Давно здесь стоишь?
– Любовь требует жертв, – ответил он. – Не беспокойся, не простужусь. Пошли быстрее, а то осталось двадцать минут. Многие учителя не любят таких, как мы. Если на минуту опоздаем, уйдут, а потом будем за ними бегать и упрашивать.
Они за десять минут дошли до школы, а потом юноша подождал, пока она снимет плащ.
– Классно выглядишь, – сделал он комплимент. – Жаль, что такая молодая.
– Два года разницы – это нормально, – засмеялась Настя, – или ты уже раздумал брать меня в жёны? Пойдём в учительскую, а то действительно опоздаем. Где она у них?
– Я знаю, – сказал Олег и взял её за руку.
Учительская была рядом с кабинетом директора, и в ней не было никого, кроме пожилой женщины с уставшим лицом. Девочка применила магию и поняла, что учительница страдает от сильной головной боли. Одного из заклинаний исцеления оказалось достаточно, чтобы ей стало легче. Заодно сразу обработала и Олега. Он сильно замёрз и не отличался крепким здоровьем.
– Вы пришли сдавать алгебру? – спросила удивлённая исчезновением боли учительница. – Меня зовут Клавдия Ивановна.
– Клавдия Ивановна, а вам можно заодно сдать геометрию? – спросила Настя, подтолкнув её магией. – Я могу решать задачи без подготовки и не задержу.
– Если без подготовки, тогда сдавай, – согласилась математичка. – А вы, молодой человек, сдаёте за десятый? Вот ваше задание.
Настя взяла лист с заданием и быстро решила все примеры. Клавдия Ивановна задала несколько вопросов и получила быстрые и чёткие ответы. Готового задания по геометрии у неё не было, но составила за несколько минут. С геометрией девочка справилась так же быстро, как и с алгеброй.
– Замечательно! – сказала учительница. – Ставлю в твой табель две пятёрки. Теперь ваш черёд, юноша.
Перед тем как уйти, Настя создала второе исцеляющее заклинание. Урок закончился, и в коридоре было много учеников, которые с интересом смотрели на незнакомую красивую девочку. Не обращая ни на кого внимания, она надела плащ и стала ждать Олега.
Пенсионеров, которых привезли автобусами и легковыми машинами, было около трёхсот, поэтому Настя управилась с ними за полчаса, но потом пришлось ездить к тем, кого рискованно было возить даже на «скорой». Таких набралось пятнадцать человек, и ей пришлось уменьшать паузы между заклинаниями, чтобы успеть в школу.
– Я наплевала бы на экзамен и сдала его в другой день, если бы от моей работы было много пользы, – сказала девочка возившему её Зеленину, – но ваши лежачие пенсионеры в таком состоянии, что им не поможет никакая магия. Магические силы не заменят своих.
– Вам видней, – пожал плечами полковник. – Я не разбираюсь ни в обычной медицине, ни в магической. Будет хоть какое-то облегчение?
– Не знаю, – честно ответила она. – Магия должна направить все их силы на исцеление, а моя сила поддерживает не больных, а заклинание.
Когда закончили с последним пациентом, было уже пятнадцать минут второго.
– Уходите, Дмитрий Павлович, – сказала Настя Зеленину. – Я почищу им память и улечу в сфере. Нет у меня времени разъезжать с вами в машине.
Полковник ушёл, а она заперла за ним дверь и подошла к неподвижно лежавшему на навороченной медицинской кровати старику и его застывшей в кресле жене. Заставив их забыть её появление, девочка вызвала сферу и через несколько минут была дома.
– Наконец-то! – недовольно сказала мать. – Иди на кухню обедать, пока всё тёплое.
– После экзамена, – ответила Настя, поцеловала её в щёку и побежала переодеваться.
В последние дни похолодало, и она предпочитала платьям костюм. Не всем учителям нравилась такая вольность в одежде, но ей было на это плевать. Пусть следят за своими ученицами. Плащ заменила лёгкая куртка, а на голову она пока ничего не надевала. Олег ждал на улице, напротив будки охраны. Он тоже был в куртке и простоволосый.
– Опаздываем, – недовольно сказал юноша. – Я поспрашивал об учителях и узнал, что историчка у них стерва. Её и прозвали истеричкой за сволочной характер. Есть ещё учитель истории, но он сейчас болеет. Она может и так нас не принять из-за того, что приходится пахать за двоих, а если опоздаем...
Они очень быстро пошли, а перед школой пробежались, поэтому были у учительской с запасом в пять минут.
– Задерживаетесь и задерживаете меня, – неприязненно сказала им худая высокая женщина в очках с большим минусом. – Берите вопросы. Хватит десяти минут на подготовку?
Представляться она не сочла нужным, а своего отношения к ним не скрывала. На пятёрки по истории можно было не рассчитывать. Олег это тоже понял и приуныл.
– Я могу ответить без подготовки, – предложила Настя. – Можно?
– Отвечай, я слушаю, – разрешила историчка.
Настя почти по учебнику ответила на вопросы и замолчала, ожидая, что скажет эта мымра.
– Ну что же, неплохо, – нехотя сказала учительница. – Ставлю четыре. Где твой табель?
– Ставите пятёрку, – приказала девочка, передавая ей табель. – Ему тоже. Олег, отдай ей свой табель.
– Не скажешь, что я сейчас наблюдал? – спросил он, когда вышли из учительской.
– Гипноз, – ответила она. – Я стараюсь им не пользоваться, тем более в школе, но она специально занизила нам оценки. Мне не очень важно, четыре поставят или пять, но не люблю таких, как она, и не собираюсь под них прогибаться.
– Что ещё я о тебе не знаю? – спросил юноша, помогая ей надеть куртку.
– Ты ничего обо мне не знаешь, – ответила Настя, – и чем меньше будешь знать, тем будет лучше.
– С последним утверждением категорически не согласен, – заявил он и взял за руку. – Настя, ты слишком быстро сдаёшь экзамены. У тебя и так их меньше, а ты часто умудряешься сдавать за один день сразу два.
– Бедный, – пожалела его девочка. – Придётся ходить в школу одному.
– Это я переживу, но мы должны хоть ненадолго встречаться.
– Могу дать тебе свой скайп, – предложила Настя, – только с условием, что ты не станешь часто названивать.
– Давай, – согласился он, – только мне этого мало. Чем думаешь заняться?
– После восьмого класса нужно будет сдавать девятый, – ответила она, – а потом ещё два. Я намерена в этом году разделаться со школой.
– Четыре класса за год? – недоверчиво спросил он. – Я тоже собираюсь сдать одиннадцатый, но четыре – это слишком много, и тебе будет трудно самой учиться в старших классах. Хочешь, помогу?
– Там будет видно, – ушла от ответа Настя. – Сначала нужно разделаться с девятым.
– Давай зайдём ко мне, – предложил Олег. – Посмотришь на моё житьё-бытьё, поговорим, а то всё общение на бегу. Отца дома нет, но я ничего...
– Это понятно, – насмешливо сказала девочка. – С оторванными руками ты ничего не сможешь мне сделать. Ты сказал об отце, а мать?
– Умерла, – ответил он. – Сестра тоже умерла, когда ей был всего год, так что у меня только отец. Есть ещё семья тёти и дед.
– А деда зовут не Алексей Иванович?
– Откуда ты его знаешь? – удивился Олег.
– Познакомились на вечеринке, – рассмеялась Настя. – Он мне понравился.
– Лучше бы тебе понравился я, – сказал он. – Так что, зайдёшь навестить почти сироту?
– Ладно, сирота, – согласилась она. – Но учти, что зайду ненадолго.
Они прошли калитку и свернули к дому, в котором жили Брагинские. К квартире пришлось подниматься на лифте, потому что она была на восьмом этаже.
– У нас только двухкомнатная, – сказал Олег, помогая девочке снять куртку. – Здесь сумасшедшие цены, поэтому и её потянули только с помощью деда.
– А кто твой отец? – спросила она.
– Главный инженер. Дед хотел, чтобы отец занимался наукой, а он занялся производством.
– Тоже нужное дело, – сказала Настя. – Твоего деда я знаю, об отце ты рассказал, а чего хочешь ты? О любви можешь не говорить, я имею в виду работу.
– Проходи в комнату, – пригласил он. – Садись где удобно. Хорошо, что я тебя заинтересовал, только на твой вопрос трудно ответить: у меня много интересов. Хочешь чай или кофе?
– Меня дома ждёт обед, – ответила девочка. – Жаль, что не хочешь о себе говорить. Я для того и зашла, чтобы лучше тебя узнать. Но если...
– Расскажу что хочешь, только не уходи, – попросил он. – Мы приехали сюда полгода назад, а друзья остались в Новосибирске. Сижу один в этой квартире и грызу учебники... Общаемся в интернете, но уже редко. У них своя жизнь, от которой я откололся. Знаешь, как плохо одному?
– Ты не страдаешь излишней скромностью, – сказала Настя, – язык тоже хорошо подвешен. Непонятно, почему до сих пор ни с кем не познакомился.
– А с кем? Соседи здесь живут сами по себе и ни с кем не общаются. Ты часто видела кого-нибудь во дворе? Если и появятся, то бегут к своим машинам или к калитке. Идти знакомиться в школу? Из-за моего возраста и экстерната возможностей почти никаких. И потом я хочу общаться не с кем-нибудь, а с теми, кто мне нравится.
– С такими, как я.
– С такой, как ты, – поправил он. – Я ведь дружил с девчонками, но всё это было так...
– А со мной не так, – засмеялась она. – Конечно, я моложе их...
– Ты другая! – перебил Олег. – Может, мне просто не повезло, но все красивые девчонки, с которыми я знакомился, оказывались либо дурами, либо расчётливыми и эгоистическими особами.
– А запасть на некрасивую не получилось, – сочувственно сказала Настя. – Нам подавай лучшее!
– Все тянутся к красоте, – возразил он, – я в этом не исключение. Наверное, мог бы увлечься и некрасивой, но она должна быть для этого замечательным человеком. Мне такие не встречались. Ты всё-таки уходишь?
– Подойди ко мне и дай руки, – встав с дивана, сказала девочка.
Она взяла его ладони в свои и вызвала сферу. Миг – и они очутились над небольшим островом, напоминавшим формой запятую. В его середине зеленели какие-то кусты, над которыми возвышались пальмы. Сфера опустилась в десяти шагах от воды и исчезла.
– Я уже раз двадцать здесь отдыхала, и всегда было солнечно, – опустившись на тёплый песок, сказала Настя, – а такие облака вижу в первый раз. Наверное, будет шторм. Ладно, ветер тёплый и нам не помешает. Садись рядом, я расскажу тебе сказку.
– Что это? – спросил ошеломленный юноша. – Как такое может быть? Кто ты?
– Мой дед называет ведьмой, – засмеялась девочка. – Всё узнаешь, когда меня выслушаешь. Можешь слушать стоя, но рассказ будет долгим. Я могла рассказать в твоей квартире, но тогда пришлось бы показывать груду барахла, здесь моим словам будет больше веры.
– Как для чего? – удивилась Оля. – А кто выбирал торт?
Дед перенёс внимание со средней внучки на младшую, а Настя до приезда с работы отца с Таней успела обработать мартышку, на этот раз на изменение всей мордочки. Этот вечер у них прошёл весело, а когда закончили ужинать, Настя обняла деда и отвезла его в сфере домой.
– Когда захочешь нас навестить, позвони, – сказала она ему, перед тем как исчезнуть. – Незачем тратить время на поездки. И не обижайся на то, что не навещаю. Разделаюсь со школой, тогда будет больше времени.
– Разделаешься с одними делами, появятся другие, – вздохнул он. – Внуки досаждают старикам только тогда, когда им что-нибудь от них нужно. Это почти закон природы, и обижаться на ваше невнимание – всё равно что на плохую погоду. Лети уж, ведьма.
«Воспользуешься его советами?» – спросил Раш, когда Настя вернулась в свою квартиру.
«Воспользуюсь, – ответила она, – но не буду с этим спешить».
«ФСБ, министерства обороны и внутренних дел, – начал он перечислять. – Я обработал бы верхушку министерств иностранных дел и юстиции, Генеральную прокуратуру и Следственный комитет, Федеральную службу охраны и Службу внешней разведки. ГРУ нужно не забыть. Настя, слетай в Центральный банк и поговори по душам с его председателем. Она не сможет врать под контролем и расскажет немало интересного. Можешь попробовать через неё снизить этот процент, который тебя так волнует. Только сначала узнай, кто его устанавливал. Если она резко изменит свою позицию и пошлёт к чёрту договорённости с этими людьми, это может плохо кончиться. Думу и Совет федерации нужно обрабатывать в самом конце. Ещё есть телевидение и пресса. Там тоже нужно заводить друзей. А закончишь с нашими, нужно взяться за верхушку основных развитых государств. Всех чиновников делать друзьями развяжется пуп, но хотя бы ключевые фигуры. Глядишь, этому миру и Верона не понадобится. Если усилия США направить в мирное русло...»
«Шутишь? – спросила Настя. – Мне и с нашими работы надолго, а за границу я не полезу. Я никого там не знаю, кроме президентов или премьеров, а они сами мало что решают. Если поплывут против течения, их убьют, как убили Кеннеди. И потом я не хочу этим заниматься. Я и нашим дам только установку на дружбу с собой и ничего больше».
«Кто-то долго отпихивался от управления королевством, – ехидно сказал Раш. – Это была не ты? А потом прозвучали ностальгические заявления по поводу того, как здорово было решать судьбы миллионов людей. Здесь то же самое, только людей миллиарды».
«Не хочу разговаривать на эту тему, – сказала она браслету. – Там я правила на законных основаниях и делала это открыто, а здесь придётся исподтишка вертеть сотнями, если не тысячами, людей. На это нужно потратить всю жизнь, а в результате может получиться хуже, чем сейчас. Мало быть умной, нужно знать столько, сколько не влезет ни в одну голову. И не просто экономику, финансы или что-то ещё, но и каждую страну, которой хочешь рулить. А таких стран будет как минимум десяток! И попробуй увязать интересы их населения, если они часто противоречат друг другу. Ну их всех к чёрту! Я, Раш, только обеспечу безопасность себе и семье и кое-что сделаю для Родины, а остальные пусть идут лесом!»
На следующий день она попробовала совмещать обработку браслетом со своим внушением. Офицеры сидели по двое за одним столом, поэтому она двоих и подчиняла. После этого ставила заклинание «полог тишины» и делала внушение. На обработку всех ушло полтора часа, поэтому остаток времени был потрачен на чтение учебников за девятый класс. Закончив с офицерами, Настя вернулась домой, пообедала и стала собираться на экзамен.
«Самое красивое платье, да ещё эти серьги, – с иронией сказал Раш. – Тебе не жалко Олега? Или ты из тех садисток, которым доставляют удовольствия мужские страдания? Только не надо мне врать, что ты это делаешь ради себя».
Не ответив, девочка вышла из квартиры и бегом спустилась по лестнице. Она дошла быстрым шагом до калитки, поздоровалась с охранниками и увидела на улице поджидавшего её Олега. Юноша ограничился красивым серым костюмом и сейчас мёрз на ветру.
– Сошёл с ума? – спросила Настя и постучала себя по голове. – Давно здесь стоишь?
– Любовь требует жертв, – ответил он. – Не беспокойся, не простужусь. Пошли быстрее, а то осталось двадцать минут. Многие учителя не любят таких, как мы. Если на минуту опоздаем, уйдут, а потом будем за ними бегать и упрашивать.
Они за десять минут дошли до школы, а потом юноша подождал, пока она снимет плащ.
– Классно выглядишь, – сделал он комплимент. – Жаль, что такая молодая.
– Два года разницы – это нормально, – засмеялась Настя, – или ты уже раздумал брать меня в жёны? Пойдём в учительскую, а то действительно опоздаем. Где она у них?
– Я знаю, – сказал Олег и взял её за руку.
Учительская была рядом с кабинетом директора, и в ней не было никого, кроме пожилой женщины с уставшим лицом. Девочка применила магию и поняла, что учительница страдает от сильной головной боли. Одного из заклинаний исцеления оказалось достаточно, чтобы ей стало легче. Заодно сразу обработала и Олега. Он сильно замёрз и не отличался крепким здоровьем.
– Вы пришли сдавать алгебру? – спросила удивлённая исчезновением боли учительница. – Меня зовут Клавдия Ивановна.
– Клавдия Ивановна, а вам можно заодно сдать геометрию? – спросила Настя, подтолкнув её магией. – Я могу решать задачи без подготовки и не задержу.
– Если без подготовки, тогда сдавай, – согласилась математичка. – А вы, молодой человек, сдаёте за десятый? Вот ваше задание.
Настя взяла лист с заданием и быстро решила все примеры. Клавдия Ивановна задала несколько вопросов и получила быстрые и чёткие ответы. Готового задания по геометрии у неё не было, но составила за несколько минут. С геометрией девочка справилась так же быстро, как и с алгеброй.
– Замечательно! – сказала учительница. – Ставлю в твой табель две пятёрки. Теперь ваш черёд, юноша.
Перед тем как уйти, Настя создала второе исцеляющее заклинание. Урок закончился, и в коридоре было много учеников, которые с интересом смотрели на незнакомую красивую девочку. Не обращая ни на кого внимания, она надела плащ и стала ждать Олега.
Глава 19
Пенсионеров, которых привезли автобусами и легковыми машинами, было около трёхсот, поэтому Настя управилась с ними за полчаса, но потом пришлось ездить к тем, кого рискованно было возить даже на «скорой». Таких набралось пятнадцать человек, и ей пришлось уменьшать паузы между заклинаниями, чтобы успеть в школу.
– Я наплевала бы на экзамен и сдала его в другой день, если бы от моей работы было много пользы, – сказала девочка возившему её Зеленину, – но ваши лежачие пенсионеры в таком состоянии, что им не поможет никакая магия. Магические силы не заменят своих.
– Вам видней, – пожал плечами полковник. – Я не разбираюсь ни в обычной медицине, ни в магической. Будет хоть какое-то облегчение?
– Не знаю, – честно ответила она. – Магия должна направить все их силы на исцеление, а моя сила поддерживает не больных, а заклинание.
Когда закончили с последним пациентом, было уже пятнадцать минут второго.
– Уходите, Дмитрий Павлович, – сказала Настя Зеленину. – Я почищу им память и улечу в сфере. Нет у меня времени разъезжать с вами в машине.
Полковник ушёл, а она заперла за ним дверь и подошла к неподвижно лежавшему на навороченной медицинской кровати старику и его застывшей в кресле жене. Заставив их забыть её появление, девочка вызвала сферу и через несколько минут была дома.
– Наконец-то! – недовольно сказала мать. – Иди на кухню обедать, пока всё тёплое.
– После экзамена, – ответила Настя, поцеловала её в щёку и побежала переодеваться.
В последние дни похолодало, и она предпочитала платьям костюм. Не всем учителям нравилась такая вольность в одежде, но ей было на это плевать. Пусть следят за своими ученицами. Плащ заменила лёгкая куртка, а на голову она пока ничего не надевала. Олег ждал на улице, напротив будки охраны. Он тоже был в куртке и простоволосый.
– Опаздываем, – недовольно сказал юноша. – Я поспрашивал об учителях и узнал, что историчка у них стерва. Её и прозвали истеричкой за сволочной характер. Есть ещё учитель истории, но он сейчас болеет. Она может и так нас не принять из-за того, что приходится пахать за двоих, а если опоздаем...
Они очень быстро пошли, а перед школой пробежались, поэтому были у учительской с запасом в пять минут.
– Задерживаетесь и задерживаете меня, – неприязненно сказала им худая высокая женщина в очках с большим минусом. – Берите вопросы. Хватит десяти минут на подготовку?
Представляться она не сочла нужным, а своего отношения к ним не скрывала. На пятёрки по истории можно было не рассчитывать. Олег это тоже понял и приуныл.
– Я могу ответить без подготовки, – предложила Настя. – Можно?
– Отвечай, я слушаю, – разрешила историчка.
Настя почти по учебнику ответила на вопросы и замолчала, ожидая, что скажет эта мымра.
– Ну что же, неплохо, – нехотя сказала учительница. – Ставлю четыре. Где твой табель?
– Ставите пятёрку, – приказала девочка, передавая ей табель. – Ему тоже. Олег, отдай ей свой табель.
– Не скажешь, что я сейчас наблюдал? – спросил он, когда вышли из учительской.
– Гипноз, – ответила она. – Я стараюсь им не пользоваться, тем более в школе, но она специально занизила нам оценки. Мне не очень важно, четыре поставят или пять, но не люблю таких, как она, и не собираюсь под них прогибаться.
– Что ещё я о тебе не знаю? – спросил юноша, помогая ей надеть куртку.
– Ты ничего обо мне не знаешь, – ответила Настя, – и чем меньше будешь знать, тем будет лучше.
– С последним утверждением категорически не согласен, – заявил он и взял за руку. – Настя, ты слишком быстро сдаёшь экзамены. У тебя и так их меньше, а ты часто умудряешься сдавать за один день сразу два.
– Бедный, – пожалела его девочка. – Придётся ходить в школу одному.
– Это я переживу, но мы должны хоть ненадолго встречаться.
– Могу дать тебе свой скайп, – предложила Настя, – только с условием, что ты не станешь часто названивать.
– Давай, – согласился он, – только мне этого мало. Чем думаешь заняться?
– После восьмого класса нужно будет сдавать девятый, – ответила она, – а потом ещё два. Я намерена в этом году разделаться со школой.
– Четыре класса за год? – недоверчиво спросил он. – Я тоже собираюсь сдать одиннадцатый, но четыре – это слишком много, и тебе будет трудно самой учиться в старших классах. Хочешь, помогу?
– Там будет видно, – ушла от ответа Настя. – Сначала нужно разделаться с девятым.
– Давай зайдём ко мне, – предложил Олег. – Посмотришь на моё житьё-бытьё, поговорим, а то всё общение на бегу. Отца дома нет, но я ничего...
– Это понятно, – насмешливо сказала девочка. – С оторванными руками ты ничего не сможешь мне сделать. Ты сказал об отце, а мать?
– Умерла, – ответил он. – Сестра тоже умерла, когда ей был всего год, так что у меня только отец. Есть ещё семья тёти и дед.
– А деда зовут не Алексей Иванович?
– Откуда ты его знаешь? – удивился Олег.
– Познакомились на вечеринке, – рассмеялась Настя. – Он мне понравился.
– Лучше бы тебе понравился я, – сказал он. – Так что, зайдёшь навестить почти сироту?
– Ладно, сирота, – согласилась она. – Но учти, что зайду ненадолго.
Они прошли калитку и свернули к дому, в котором жили Брагинские. К квартире пришлось подниматься на лифте, потому что она была на восьмом этаже.
– У нас только двухкомнатная, – сказал Олег, помогая девочке снять куртку. – Здесь сумасшедшие цены, поэтому и её потянули только с помощью деда.
– А кто твой отец? – спросила она.
– Главный инженер. Дед хотел, чтобы отец занимался наукой, а он занялся производством.
– Тоже нужное дело, – сказала Настя. – Твоего деда я знаю, об отце ты рассказал, а чего хочешь ты? О любви можешь не говорить, я имею в виду работу.
– Проходи в комнату, – пригласил он. – Садись где удобно. Хорошо, что я тебя заинтересовал, только на твой вопрос трудно ответить: у меня много интересов. Хочешь чай или кофе?
– Меня дома ждёт обед, – ответила девочка. – Жаль, что не хочешь о себе говорить. Я для того и зашла, чтобы лучше тебя узнать. Но если...
– Расскажу что хочешь, только не уходи, – попросил он. – Мы приехали сюда полгода назад, а друзья остались в Новосибирске. Сижу один в этой квартире и грызу учебники... Общаемся в интернете, но уже редко. У них своя жизнь, от которой я откололся. Знаешь, как плохо одному?
– Ты не страдаешь излишней скромностью, – сказала Настя, – язык тоже хорошо подвешен. Непонятно, почему до сих пор ни с кем не познакомился.
– А с кем? Соседи здесь живут сами по себе и ни с кем не общаются. Ты часто видела кого-нибудь во дворе? Если и появятся, то бегут к своим машинам или к калитке. Идти знакомиться в школу? Из-за моего возраста и экстерната возможностей почти никаких. И потом я хочу общаться не с кем-нибудь, а с теми, кто мне нравится.
– С такими, как я.
– С такой, как ты, – поправил он. – Я ведь дружил с девчонками, но всё это было так...
– А со мной не так, – засмеялась она. – Конечно, я моложе их...
– Ты другая! – перебил Олег. – Может, мне просто не повезло, но все красивые девчонки, с которыми я знакомился, оказывались либо дурами, либо расчётливыми и эгоистическими особами.
– А запасть на некрасивую не получилось, – сочувственно сказала Настя. – Нам подавай лучшее!
– Все тянутся к красоте, – возразил он, – я в этом не исключение. Наверное, мог бы увлечься и некрасивой, но она должна быть для этого замечательным человеком. Мне такие не встречались. Ты всё-таки уходишь?
– Подойди ко мне и дай руки, – встав с дивана, сказала девочка.
Она взяла его ладони в свои и вызвала сферу. Миг – и они очутились над небольшим островом, напоминавшим формой запятую. В его середине зеленели какие-то кусты, над которыми возвышались пальмы. Сфера опустилась в десяти шагах от воды и исчезла.
– Я уже раз двадцать здесь отдыхала, и всегда было солнечно, – опустившись на тёплый песок, сказала Настя, – а такие облака вижу в первый раз. Наверное, будет шторм. Ладно, ветер тёплый и нам не помешает. Садись рядом, я расскажу тебе сказку.
– Что это? – спросил ошеломленный юноша. – Как такое может быть? Кто ты?
– Мой дед называет ведьмой, – засмеялась девочка. – Всё узнаешь, когда меня выслушаешь. Можешь слушать стоя, но рассказ будет долгим. Я могла рассказать в твоей квартире, но тогда пришлось бы показывать груду барахла, здесь моим словам будет больше веры.
