Приключения Они

Огнеплюй, в отличие от других, не думал, что Они отправилась погулять в какой-нибудь из миров, а решил отследить её ауру в том мире, где они беседовали. К сожалению, это удалось ему только до половины пути. Во-первых, из-за прошедшего времени следы ауры девушки были сильно размыты, а, во-вторых, разразившийся недавно ураган начисто стёр их остатки на подходе к зелёному берегу, над которым он бушевал и сейчас.
       Видавший виды дракон, конечно, не сложил крылья, а решил следовать дальше вдоль вектора передвижения беглянки. Но это означало нырнуть прямо в центр разошедшегося не на шутку урагана. Тогда Огнеплюй поднялся повыше и полетел в том же направлении, высматривая уже не ауру, а что-нибудь необычное, что подсказало бы ему, куда угодила Они, и почему она не может вернуться немедленно домой.
       Так он обнаружил упавший в джунглях самолёт, (вот те раз!), и когда буря позволила, немедленно опустился рядом. С чтением следов тоже вышли проблемы. Стихия перекрутила растительность, как стиральная машина бельё, завязав всё причудливыми узлами. Дождь смыл все, что мог смыть, и теперь ничего было не понять, если доверяться глазам носу и языку. Но у него оставалась ещё логика!
       Если Они как-то связана с катастрофой самолёта, (врядли это было столкновение, скорее, девчонка увидела машину терпящую бедствие и бросилась на помощь), то она наверняка не оставила людей выживших после аварии, (самолёт не развалился, не взорвался и не сгорел; могил вокруг тоже нет, так что не исключено, что обошлось вообще без жертв), и, конечно же, отправилась с ними или вообще повела их за собой. Куда? К побережью, конечно! В материковых джунглях им делать было нечего, человеческих поселений близко тоже не было, а, следовательно, идти к берегу, это самое логичное, что следовало предпринять. Там, хотя бы можно было подать сигнал проходящему пароходу, которых немало было в этом мире, в отличие от самолётов.
       Точнее, самолётов здесь совсем не было. Огнеплюй специально выбрал такой мир, где их ещё не изобрели, чтобы поселить здесь семью своего младшего брата и «внучки» - мамы Они, которая являлась отдалённым потомком его принцессы. Той самой пиратки Анхелики, которую он сам вырастил и воспитал, а потом столетиями покровительствовал её роду. Именно наличие самолёта волновало его сейчас больше всего. Ясно, что этот летающий примитив залетел сюда из другого мира сквозь какую-нибудь прореху.
       Скверно было то, что на борту были люди, которые ничего не знали об Они и её семье. Местные встретили бы дочку Анджелики с распростёртыми объятьями, так-как удивительная семья полулюдей-полудраконов здесь почти обожествлялась, ведь они были гарантом мира и безопасности всех обитателей этого измерения. Пришельцы же могли племяшку обидеть или нанести её какой-нибудь вред, будь она в драконьем обличие, либо в человеческом.
       Они могла постоять за себя, но она была чересчур доброй. Вся в Анджелику и в Драсю, хоть тот и не был ей родным отцом. Но в отличие от Анджелики, прошедшей суровую жизненную школу, Они не знала зла и беды, а значит была уязвима для того и другого.
       С такими мыслями Огнеплюй зашагал по мокрым джунглям прямиком к побережью. На его счастье ураган начал утихать, и вскоре воцарилась тишина. И тогда в свете высыпавших на небе звёзд он увидел странное круглое здание с множеством ворот, сквозь которые, впрочем, едва могла протиснуться его голова. И тут он понял – Они внутри этого большого барабана! Её аура виделась отчётливо, несмотря на то, что стены здесь были толстыми. Ого, да ведь они же из золота! И ворота из золота, и крыша. Что за чудеса? Редко когда дракону выпадает такая удача, но, как на грех, сейчас ему было совершенно не до любимого металла.
       Ворота были закрыты. Хм-м, здесь что-то смахивающее на замки с шифром. Только вместо цифр на створках узоры, которые могут менять положения. Ха! Тоже мне загадка! Нам такое раз плюнуть, главное не прищемить себе язык.
       Прошло совсем немного времени, и механизм ворот щёлкнул, а створки растворились, так, что можно было просунуть голову внутрь, что Огнеплюй и сделал. Внутри его ждала темнота, наполненная тусклыми огоньками и запахом людей. Универсальные глаза дракона тут же привыкли к этому убогому освещению, но главное – он почувствовал запах Они, слабый, но отчётливо различимый среди прочих ароматов.
       - Они? – спросил Огнеплюй, щурясь в темноту. – Племяшка, ты здесь?
       Вдруг несколько десятков тёмных силуэтов, от которых несло людьми, заорали как один и бросились в стороны! Дракон даже отпрянул от неожиданности, но тут же сообразил, что это пассажиры с разбитого самолёта перепугались его внешнего вида.
       - Подождите! – крикнул он им вслед. – Я никому не сделаю зла, я просто внучку свою ищу... То есть, правнучку... Или точнее – племянницу. Ну, в общем, девушку такую, с рожками на голове, которая была с вами!
       Ответом ему были жалобные междометия и удаляющийся топот ног. Огнеплюй даже плюнул с досады, от чего произошёл небольшой взрыв. Он тут же спохватился, но по счастью никто не пострадал. Не стоило начинать расспросы с поджаривания собеседников. По крайней мере, это следовало оставить в качестве последнего аргумента, если уж совсем никто не станет отвечать на вопросы.
       Однако он сообразил, что драконий облик не соответствует взаимопониманию, и, вытащив голову из ворот, трансформировался в человека. Потом он просто вошёл внутрь дома-барабана и закрыл за собой ворота. Мало ли кому придёт в голову сбежать с перепугу в ночные джунгли? Ищи его потом, спасай, а то Они не поймёт и обидится!
       Манёвр с перевоплощением в человеческое тело не сработал. Люди не выходили навстречу «собрату», хоть он и видел, что некоторые выглядывают из-за странных сооружений, стоящих рядами внутри здания.
       - Послушайте! – крикнул Огнеплюй, теряя терпение. – Мне очень нужно найти её. Давайте поговорим, и тогда никто не пострадает. В противном случае переловлю вас всех до единого, как мышей, и поговорить всё-таки заставлю, но этот разговор будет уже не таким приятным, как могло быть.
       Ответом ему было испуганное молчание. Ну и храбрецы здесь собрались! Он один, без оружия и даже без одежды... Ах, да, одежда! Люди боятся голых и боятся остаться голыми. Этим их дурацким свойством очень легко пользоваться. Например, голый противник смущает своего врага, и если сам умеет драться обнажённым, то на его стороне будет преимущество. Чаще всего обнажёнными люди драться, как раз не умеют. Этому приходится учиться специально, иначе попадёшь впросак. Человек, привыкший к одежде, вообще теряет волю, когда остаётся без неё. «Голые не бунтуют!» - утверждали изверги, придумавшие лагеря смерти на Земле, и были по-своему правы. Так, надо придумать себе какую-нибудь одежду, чтобы не пришлось раздевать этих бедолаг с заячьими душами.
       Огнеплюй надул несколько совсем маленьких огненных шаров и слепил из них себе шорты, сандалии и гавайскую рубаху. Подумав немного, слепил из самого маленького солнечные очки, а остальные отправил летать под потолок, чтобы устроить какое-никакое освещение. Вот теперь можно и поговорить.
       - Я повторяю свой вопрос, - проговорил он зычным громким голосом, каким и должен говорить мужчина двух с лишним метров роста и богатырского телосложения с львиной гривой рыжих волос и такой же бородой. - С вами была девушка, симпатичная, золотоглазая, с небольшими рожками на голове. Я ищу её для того чтобы отвести домой. Если кто-нибудь знает, где она, пусть расскажет, я буду ему за это очень благодарен. Поймите, у нас все за неё волнуются, и мне тоже очень важно знать, что с Они всё в порядке, поэтому...
       «Бо-ам!» - сказала чугунная сковорода, которую не захотел бросить один из пассажиров, поскольку это был сувенир.
       Глаза Огнеплюя съехались к переносице, затем он совсем закрыл их и упал на колени, после чего завалился набок, сражённый ударом по затылку. Его победитель дрожал всем телом и испытывал огромное желание дать стрекача, но всё же не сделал этого, а потому снискал заслуженную славу, когда остальной народ осмелился собраться вокруг поверженного великана.
       

       
       
       Глава 40.

       Поклон, комплимент, улыбка! Улыбка в ответ, комплимент и поклон! Улыбка в ответ на улыбку, изысканный комплимент и снова поклон!
       Профессор Сай всегда ценил в людях высокую культуру, степенность и вежливость. Князь полностью отвечал его представлениям о том, каким должен быть человек в высшей степени воспитанный, но сейчас он чувствовал себя китайским болванчиком, у которого вот-вот отвалится голова.
       Их завтрак был чудесен, блюда изысканы, а беседа легка и содержательна одновременно. К тому же прелестные девушки, прислуживающие за столом у князя, хоть и вели себя скромно, не нарушая приличий ни жестом, ни взглядом, всё же заставляли обращать на себя внимание. Старик, почувствовавший юношеский прилив сил, то и дело взглядывал на эти живые цветы, которые отвечали ему лёгкими милыми улыбками.
       Заметив это, князь вежливо осведомился, как дорогой гость провёл ночь, на что профессор Сай ответил изысканной благодарностью за подарок, хоть сам краснел при этом, как подросток. Зато князь совершенно не смутился, и выразил искреннюю радость, что ему удалось угодить дорогому гостю.
       После завтрака была прогулка по саду, и, хоть сейчас до цветения сакуры оставалось много времени, в саду было на что посмотреть, а беседа с князем настолько увлекала, что прервать её было бы преступлением. Поскольку гость, конечно же, утомился после прогулки, хозяин пригласил его отдохнуть в библиотеке за партией в шахматы.
       Господин Сай всегда любил шахматы, и считался сильным игроком, но сейчас столкнулся с достойным противником. Партия затянулась, так-как ни один из игроков не мог победить другого, а когда они к обоюдному удивлению и восхищению закончили ничьей, то выяснилось, что наступило время обеда.
       Сай подозревал, что князь, таким образом, задерживает его у себя и ломал голову над тем, является ли это несколько преувеличенным гостеприимством или хозяин этих земель преследует некую особую цель. Как раз за обедом он получил ответ на свой вопрос.
       - Что вы можете сказать о моих слугах? – спросил князь неожиданно, прервав их обсуждение красоты и афористичности танков одного из древних авторов.
       - У вас очень исполнительные и хорошо вышколенные слуги, - ответил несколько удивлённый профессор. – За всё время, пока я имею удовольствие гостить у вас, мне не довелось быть свидетелем ни нерасторопности, ни неловкости кого-либо из ваших слуг.
       - На самом деле бывает и то, и другое, но это неизбежно, ведь всем людям свойственно ошибаться, независимо от того, слуги они или господа, - проговорил князь философски.
       - Очень мудрое замечание, - ответил господин Сай в привычной уже любезной манере. – Вы очень добры к своим слугам!
       - Нет, нет, - возразил князь, - я вовсе к ним не добр, и даже наоборот, обхожусь с ними весьма сурово, отсюда и вышколенность, которую вы сочли нужным похвалить. Добрый хозяин распустит слуг, и сам попадёт к ним в подчинение. Представьте себе, я был свидетелем того, как в домах моих соратников, храбрейших воинов, слуги помыкали господами, полностью забрав в свои руки управление хозяйством и бытом тех, кому они служат. В иных случаях, это не так плохо, когда, скажем, старая няня, вырастившая самурая, продолжает заботиться о нём, когда он уже стал прославленным бойцом. Но когда обнаглевший управляющий распоряжается деньгами господина, как своими, слуги делают работу кое-как, а воин, привыкший к тяготам походной жизни, прощает им всё это, потому что «видел и не такое», то согласитесь, это же никуда не годится!
       Господин Сай был совершенно согласен. Ему только было непонятно, куда клонит князь.
       - У меня всё не так, - продолжал хозяин замка. – Мои слуги тщательно обучены и подчиняются мне беспрекословно. Позвольте одну демонстрацию.
       Князь обвёл глазами девушек-служанок, потом подозвал к себе одного из воинов охраны и указал на девушку, похожую на едва распустившийся бутон.
       - Отруби ей голову, - приказал князь таким же тоном, каким мог распорядиться принести саке.
       Девушка не переменилась в лице, не вскрикнула испуганно и не упала перед своим господином, умоляя о пощаде. Она просто отошла на пару шагов, где было пустое пространство, встала на колени, поправила волосы и кимоно, оголяя шею, и наклонила голову.
       Воин, судя по треугольным ушам на макушке и пушистому хвосту, рыжему с белым кончиком, принадлежал к племени нэко. Он тоже не колебался ни секунды, коротко поклонился князю, подошёл к девушке сбоку, выхватил свою катану и высоко поднял её над головой.
       - Но!.. – воскликнул господин Сай, сердце которого готово было сейчас выскочить.
       - Не вмешивайтесь! – отрезал князь почти грубо. – Давай!
       Клинок, что острее бритвы, сверкнул в воздухе, описывая призрачную дугу...
       - Стой! – крикнул князь. – Оставь её, я передумал.
       Лезвие, способное рассечь, как бумагу самый лучший доспех, замерло на волосок от шеи девушки, без дрожи ожидавшей своей участи. Воин нэко убрал оружие, снова поклонился и встал на место. По знаку хозяина девушка поднялась с колен, тоже поклонилась и присоединилась к остальным служанкам.
       Господин Сай обнаружил, что его бьёт крупная дрожь! Сердце готово было проломить грудную клетку, во рту пересохло.
       - Давайте выпьем саке, - предложил князь. – И простите, что заставил вас стать свидетелем зрелища, до которого вы, как я понимаю, не охотник.
       Они выпили, причём профессор не почувствовал ни крепости напитка, ни вкуса. Князь велел налить им ещё по чашечке и сказал следующее:
       - Как видите, мои слуги преданы мне, и подчиняются первому моему слову без вопросов и проволочек. Скажу больше – эти двое влюблены друг в друга, я знаю об их любви, и не собираюсь чинить им в этом препятствие. Тем не менее, она не задумываясь готова умереть по моему приказу, а он без рассуждений отсёк бы голову своей возлюбленной, не останови я его вовремя. Как вы думаете, каков источник такой преданности?
       - Страх? – предположил профессор Сай, возможно потому что именно это чувство было сейчас ему ближе всего.
       - Нет, не страх, - ответил князь. – Если бы мой воин, которого я обучил держать оружие, был способен на такое из страха, я не потерпел бы его рядом с собой. Такой трус рано или поздно ударит в спину. Что же касается девушки, то никакой страх не заставил бы её принять свою судьбу с таким достоинством. Согласитесь, ведь это было по-настоящему красиво!
       Господин Сай не оценил эстетику разыгранной перед ним сцены, но всё же кивнул, чувствуя, что сейчас он не в силах спорить.
       - Источник преданности моих слуг и воинов, - пояснил князь ровным голосом, - не доброта и мягкотелость, но и не страх. Это - справедливость! Да, да, именно справедливость я почитаю превыше всего, и те, кто служат мне, об этом знают.
       - Но что же справедливого может быть в казни невинной девушки? – выдавил из себя профессор Сай, чувствуя, что не узнаёт своего голоса.
       - Если бы казнь свершилась, то ничего справедливого в этом не было бы, - ответил князь, усмехнувшись. – Но об этом знаем только мы с вами. Для слуг же все мои решения справедливы. Они уверены в этом, а потому мы сейчас не услышали никаких – «За что?» и «Пощадите!» То, что я не допустил кровопролития, лишний раз убедило их в справедливости моих решений.