Он будто знал исход игры и берег самые сильные карты до конца. Карту за картой Ангела забирала в руку. Кинув последнюю на стол, Сариф залился смехом. Он вскочил из-за стола и махнул рукой, будто выиграл в лотерею.
— Никуда я с тобой не пойду. — Ангела задрала нос.
Они начали спорить между собой, Сариф давил на карточный долг, а Ангела, как могла, отбалтывалась.
Лисандр игнорировал все вокруг и в открытую продолжал пялиться.
— Еще сыграем? — Месса чуть наклонилась, чтобы Лис посмотрел ей в глаза.
Тот кивнул, как собачка со сломанной шеей. Месса обернулась на капитаншу.
— Можешь оставить нас? — шепнула она напарнице в ухо. — У меня есть идея.
— Что?! — Ангел удивленно распахнула глаза.
— Посмотри… Может получится разговорить. Как ты и хотела.
Ангела взглянула на Лиса, впавшего в ступор. Он уставился на Мессалин, зауманным взглядом, и не моргал. Белая кожа покрылась красными пятнами от алкоголя.
— Ладно,— шепнула Ангела.
Она вылезла из-за стола, залпом выпила еще стакан виски и натянула платье обратно. Сарифат потянул ее за собой в сторону номеров. С их уходом Мессалин почувствовала себя более уверенно и тут же пересела на место Сарифата. Собрала карты со стола, принялась тасовать колоду. Голая грудь колыхалась от каждого движения. Лисандр никак не мог оторвать взгляд от обнаженного тела. Мессалин то поднимала глаза на него, то опускала обратно, смотрела на колоду, хитро улыбалась. Закончив перемешивать, она подвинулась ближе к столу и быстро раздала на двоих. Затем взяла свои карты, и томно вздохнула, положив грудь на стол.
— Шестерка! — Она хлопнула по столу.
Лис потряс головой, приходя в себя, собрал свою раздачу и раскрыл веером в руках почти у самого носа, закрыв ими Мессалин. Он сощурился, пытаясь сфокусироваться на игре.
—Дама. — Аккуратно он вытянул одну карту с руки и швырнул на стол. Невольно взгляд снова упал на голую грудь. Месса ерзала на месте, перебирала карты в руках, то отклонялась назад, то обратно к столу. Кровь понемногу отливала от головы Лиса вниз, мысли перемешивались. Дрыгающиеся темные соски гипнотизировали. Мессалин же делала вид, что совершенно не замечает пристального взгляда на себе.
— Шесть, — она положила еще одну карту на стол.
— Беру. — Лис стянул со стола все карты, даже не заглянув в свои.
Мессалин попрыгала на месте от радости, и в такт этим прыжкам Лисандр покивал головой.
— А если я выиграю, можно будет тоже желание загадать? — Она взяла две карты из колоды, облизнув перед этим пальцы.
— Конечно.
— А можно будет, задать вопрос, вместо желания? — Она кинула на стол две парные карты.
—Ага.… Беру.
Месса вновь запрыгала и захлопала в ладоши. Всю оставшуюся партию, она кидала карты на стол, а Лисандр забирал, не пытаясь отбиваться.
— По-моему, ты мне поддаешься, — игриво сказала она на последнем ходу.
Лисандр отрицательно покачал головой. В его руках была почти вся колода. Месса забавно нахмурилась и рассмеялась, а затем положила на стол последние две карты.
— Я выиграла. — Она навалилась на стол, придвинув их к Лисандру.
Он зажмурился, выходя из транса.
— Что хочешь узнать? — Он сложил колоду и положил в центр стола.
Мессалин откинулась назад и зажала обнаженную грудь руками. Лис тяжело сглотнул и провел ладонью по своему лицу. Глаза его не двигались, губы еле заметно дрожали, он часто менял позы рук, то у лица, то на столе, то под столом. Мессалин довольно улыбнулась.
— Ты знаешь Джанка? — спросила она негромко.
— Зачем тебе, — спросил он удивленно.
— Говорят,он невероятно красив. Высокий, стильный, храбрый, богатый… Вот бы его встретить, познакомиться...
Лисандр посмотрел ей в глаза, Месса улыбнулась.
— Знаю, — ответил он.
Тут же Мессалин нырнула под стол и перебралась на диван к Лисандру.
— Познакомишь? — Она взяла его руки и приложила к своей груди. — Он сжал ее. Теплое тело облепило холодные ладони как тесто.— Я о-о-очень хочу с ним познакомится… — Накрыв его кисти своими, она сжала их еще крепче.
Твердые соски уперлись в ладони. Кровь забурлила, кидало то в жар, то в холод. Дыхание участилось. Мессалин хлопала глазами, надув губки бантиком. Лисандр провел языком по зубам, прижался к ней ближе, нос коснулся уха:
— Я Джанк.
Сердце ее екнуло. Миссия завершена.
— Что еще ты хочешь узнать? — Лисандр опустил одну руку ниже, проведя по женскому бедру.
Тонкие пальцы аккуратно скользили по телу. Лисандр оторвался от ее шеи и прильнул к губам, еле коснувшись. Месса замерла, смотря в голубые глаза.
Неожиданно для себя, она задумалась. Задумалась над тем, что, возможно, не все так просто. За несколько дней их общения, Мессалин не увидела ничего, о чем ей твердил Эшлен и Грэм. Лисандр не был жесток. Не принимал менкоин и вообще его не касался. Был щедр и добр, по крайней мере, к ней. Сомнения закрались в ее сердце. Она не видела, и не чувствовала никакой опасности рядом, даже наоборот, полный покой. Она решила, что просто признания не достаточно.
Мессалин впилась в его губы с поцелуем.
— Расскажи… Как ты делаешь менкоин…— шептала она ему между поцелуями. — У тебя наверное огромная тайная лаборатория.
— Я ничего давно не делаю. — Лис прижимался к девушке все ближе, заваливаясь на нее сверху.
— А откуда тогда он берется? — Она легла на спину, поддавшись напору.
Мессалин томно дышала, тело горело под ловкими руками. Мысли разбегались, все с большим трудом удавалось собирать их вместе.
— Его было сделано такое количество, что хватит на много лет вперед. — Лис навис над ней. Расспросы его совершенно не смущали.
—А чем ты тогда сейчас занимаешься?
Лисандр оторвался от ее тела и поднял голову:
—А что, незаметно? — Влажный ящик провел линию от ключицы до соска.
—Я…. В общем смысле… — Выгибалась Мессалин.
—Ничем особенным.
Лис приподнялся и раздвинул ее ноги, скользнув руками под спущенное платье. Месса сжалась в предвкушении, но вдруг за его спиной раздался прокуренный возрастной голос.
— Не лучшее место вы нашли. — Ган поставил на стол еще один поднос с закусками.
Мессалин тут же схлопнула бедра.
раздраженно выдохнул и зачесал волосы назад.
— Тебя это так волнует? — Лисандр раздраженно выдохнул и зачесал волосы назад.
— Друг, то, что тут бордель, не значит, что можно на глазах у всех шоу устраивать. Идите в комнаты.
— Штору бы завесил... — Лис встал из-за стола и вышел в зал.
Ган посмотрел на Мессалин и неодобрительно покивал. Месса быстро натянула платье обратно и зажалась в уголке.
— Рано, — фыркнул он. — Неужели так сложно ноги держать вместе?
Месса стыдливо отвела взгляд. Еще раз неодобрительно покачав головой, Ган ушел.
Щеки загорелись от неловкости. Мессалин совершенно забыла, что в зале не одни. Вокруг ходили толпы народу, носились официанты, танцевали гости. На сцене выступала красивая пышная женщина с еще одним бурлеск номером.
Спустя пару минут вернулся Лисандр. От него сильно пахло табаком. Он залпом допил остатки виски из рокса и закусил канапе на шпажке.
—Ты где живешь? Могу подбросить.
—Уходишь?— Месса слегка расстроилась.
—Да, — Он сунул руки в карманы и обернулся на сцену. — Поздно уже.
—Нет, я подожду Ангелу.
— Не думаю, что она вернется в ближайшие часы. А может, и до утра…
—Я подожду.
— Как знаешь.
Лисандр надел пиджак и рубашку. И, показав средний палец Гану в толпе, пошел в сторону выхода. Мессалин взяла со стола свой бокал, грустно закусила соломинку.
Танцовщица уже ушла со сцены, и на ее место вышел кордебалет. Девушки в розовых перьях, блестящих обтягивающих костюмах и пышных коротких юбках танцевали Кан-Кан. Яркие разноцветные софиты бегали по сцене и отражались от страз на их костюмах, от чего те еще ярче сияли. Зрители подскакивали на местах в такт танцовщицам, кто-то бросал в них деньги, а один из гостей, кажется, пытался заполучить часть от платья артистки, хватаясь за длинные перья.
Так она просидела еще несколько часов, смотря представление. Время было далеко за полночь. Заведение опустело на треть. Мессалин клонило в сон, и она прилегла на диванчике, свернувшись калачиком.
Еще через час Ангела вернулась. Громко топая каблуками, она завалилась на диван и в один глоток осушила стакан виски. Месса вскочила с места от испуга. Ангела вернулась растрепанная: по лицу растеклась тушь, помада размазана, от платья оторвана лямка, на шее куча сине-бордовых засосов.
—Все хорошо? — Мессалин потерла глаза.
Ангел молча налила себе еще один стакан.
—Да пошли в жопу ваши сраные карты. — Она залпом выпила и прижала руку к носу.
— Как же вы долго… — Мессалин потянулась, и устало простонала.
—Ты что-нибудь узнала полезного? — Ангел схватила со стола салфетку.
Месса вмиг проснулась, услышав это. В мыслях начался ураган.
—Нет, ничего, — пробубнила она.
— Черт, серьезно? Ничего?
Мессалин помотала головой. Ангел вытерла растекшийся макияж и с недоверием посмотрела на напарницу. Та уставилась в стол, на колоду карт.
— Я зря там страдала, получается? Месса, блин! — Ангела закипела и швырнула в нее ложку. — Последний раз я тебя послушала…
— Опять ничего? — Возмущалась Грэм, листая очередной отчет.
— Было всего три вылазки. В масштабе такого задания то, что они сделали — уже большой успех, — объяснялся Эшлен рядом.
Королева раздраженно постучала ногтями по столу. Солнце только-только начинало подниматься из-за леса, и веселые лучики прыгали по приемному кабинету.
— Они — это кто именно? Одна из четырех? А чем остальные занимаются, бегают вокруг?
— Важно, чтобы наблюдение велось с разных точек. Мы не знаем где, и что может произойти.
— Значит, они просто стоят и смотрят? С разных ракурсов?
Эшлен кивнул. Грэм захлопнула отчет и раздраженно вздохнула.
— Не стоит в таком вопросе спешить. Местные старожилы тоже не глупы, одна ошибка может стоить жизни. То, что случилось с №315 — большая удача. И то, мне кажется, в чем-то есть подвох. — Эш задумчиво почесал подбородок. — Туда порой и “своих” не пускают, а тут целая толпа незнакомок и почти без препятствий.
— А ты откуда знаешь, кого туда пускают, а кого нет? — нахмурилась королева.
Эшлен усмехнулся и отвел взгляд к потолку.
— Моя же работа все знать, не так ли?
— Хорошо. Подождем еще. — Регент растянулась в улыбке.
Мессалин лежала на большой кровати и тяжело дышала. Лис крепко держал ее запястья одной рукой. Одну ее ногу он закинул себе на плечо и также крепко держал за колено. Он быстрыми грубыми толчками входил в нее, от чего та каждый раз взвизгивала. На ней было все тоже зеленое платье, спущенное до пояса. Голая грудь прыгала от каждого движения. Рот слегка приоткрыт, просящий взгляд устремлялся вниз. Лицо ее пылало и блестело от пота. Лис прильнул к ее губам и жадно поцеловал, достав языком почти до горла. Затем приподнялся и навис сверху. Отпустил руки, провел пальцем по мокрым, пухлым губам. Она сжала их и обвила языком. Лисандр усмехнулся, повернул ее голову в сторону, легонько укусил за шею.
Нечто острое коснулось кончиков его пальцев. Зуб, словно заточенный, острый, как клык. А затем еще один, и еще. Лисандр испуганно поднялся и убрал руку от ее рта. Пальцы были в мелких кровоточащих ссадинах. Месса широко раскрыла рот и рассмеялась. Края рта разошлись черной полосой почти до висков. Щеки словно кто-то разрезал ножом. Челюсть девушки раскрылась как у монстра. Десятки острых зубов торчали наружу, клыки росли прямо из скуловых костей. Лис подскочил на месте, но Месса тут же схватила его за волосы. Она широко улыбалась, клыки шуршали, словно морские камушки, соприкасаясь друг с другом. Три пары золотых глаз смотрели на Лисандра. Он замер от ужаса.
— Продолжай, — прохрипело нечто.
Лисандр проснулся от кошмара в холодном поту. Легкие сдавил ужас, не давая вздохнуть полностью. Он сжал кожу на груди, сердце билось, как птица в тисках.
Одеяло рядом зашуршало, из-под подушки выглянула Мэй.
— Кошмар? — спросила она сонно.
Не ответив, Лис подорвался с кровати и быстро побежал в ванную. Солнце уже давно встало, и лучи пробивались сквозь плотные шторы. По полу комнаты валялась разбросанная одежда. Мэй потянулась, прогоняя сон. Не спеша поднялась, завернулась в одеяло. Из ванной доносился шум воды. Мэй улыбнулась. Она тихонечко постучала в дверь.
— Можно с тобой?
Лисандр опустил голову под ледяной душ, наклонившись через бортик ванной. Кошмар не отпускал. Перед глазами до сих пор стояло лицо монстра.
Мэй, не дождавшись ответа, прошла внутрь. Подкралась со спины и аккуратно положила руку на плечо Лиса. Тот, вскочил с места, и чуть было не замахнулся на девушку.
— Мэй, твою мать! Чего тебе надо?
— Я просто.… Хотела… — бубнила она, опустив глаза.
— Свали! — прикрикнул он.
С белых волос ручьями стекла ледяная вода. Под глазами синяки были еще чернее, чем обычно. Мэй кивнула и, еле сдержав слезы, вышла из ванной.
Лисандр перекрыл воду и вытер голову полотенцем. Из комнаты послышался громкий топот, а затем хлопок двери. Мэй ушла. Выйдя в комнату, Лисандр распахнул шторы. День был очень солнечным.
— Пойти погулять что ли… — сказал Лис вслух.
Себастьян замер у большого зеркала в золотой раме. Рукой он провел по голой коже на голове, откуда еще совсем недавно росли длинные, белоснежные волосы. Темные узорчатые татуировки проявились на лице с правой стороны: вокруг глаза, на щеке, переплетались на висках и черными ветками уходили к затылку. Узоры слегка кровоточили и поблескивали красными оттенками на свету. Себастьян коснулся одной из них кончиком пальца и шикнул от боли. Он не помнил, что случилось после того как он поднялся по лестнице. Все эти дни будто удалили из его памяти, и на их месте был лишь белый свет. Он помнил лишь боль и жар.
Встрепенувшись, он отошел от зеркала и осмотрелся. Комната была слишком уж роскошной. Позолоченные потолки, большие светлые окна, дорогая мебель, ковры из шелка на полу. Мелкие пылинки летали в воздухе, кружась и сияя в лучах Солнца. Пахло анисом и ладаном. На тумбе у кровати стоял большой золотой поднос с разными фруктами и стеклянный графин с водой. Себастьян медленно подошел к окну и открыл его настежь. Сухой жаркий ветер ударил в лицо: пахло соленым морем, специями, пряными травами и виноградом. Под окнами храма собралась толпа с подношениями. Веселые голоса, разговоры, крики детей, молитвы стариков раздавались со всех сторон. Заметив Себастьяна в окне, толпа взревела. Люди падали на колени и поднимали руки, кричали благодарности, просьбы, мольбы о прощении. Себастьян в недоумении отошел от окна закрыл его обратно. В стекло полетели цветы.
Дверь комнаты отворилась. Зашли две невысокие девушки в белых одеждах и низко поклонились. Они замерли, согнувшись пополам.
— Духовенство ждет Вас, — сказала одна.
— Мы проводим, если позволите.
Себастьян удивленно осмотрел прислужниц. Головы, лицо, руки — все было прикрыто белой тканью. На тонких пальцах виднелись тоненькие золотые колечки, и на шеях, у обеих, висели кулоны в виде Солнц. Себастьян не стал задавать никаких вопросов.
— Позволяю, — надменно сказал он.
— Никуда я с тобой не пойду. — Ангела задрала нос.
Они начали спорить между собой, Сариф давил на карточный долг, а Ангела, как могла, отбалтывалась.
Лисандр игнорировал все вокруг и в открытую продолжал пялиться.
— Еще сыграем? — Месса чуть наклонилась, чтобы Лис посмотрел ей в глаза.
Тот кивнул, как собачка со сломанной шеей. Месса обернулась на капитаншу.
— Можешь оставить нас? — шепнула она напарнице в ухо. — У меня есть идея.
— Что?! — Ангел удивленно распахнула глаза.
— Посмотри… Может получится разговорить. Как ты и хотела.
Ангела взглянула на Лиса, впавшего в ступор. Он уставился на Мессалин, зауманным взглядом, и не моргал. Белая кожа покрылась красными пятнами от алкоголя.
— Ладно,— шепнула Ангела.
Она вылезла из-за стола, залпом выпила еще стакан виски и натянула платье обратно. Сарифат потянул ее за собой в сторону номеров. С их уходом Мессалин почувствовала себя более уверенно и тут же пересела на место Сарифата. Собрала карты со стола, принялась тасовать колоду. Голая грудь колыхалась от каждого движения. Лисандр никак не мог оторвать взгляд от обнаженного тела. Мессалин то поднимала глаза на него, то опускала обратно, смотрела на колоду, хитро улыбалась. Закончив перемешивать, она подвинулась ближе к столу и быстро раздала на двоих. Затем взяла свои карты, и томно вздохнула, положив грудь на стол.
— Шестерка! — Она хлопнула по столу.
Лис потряс головой, приходя в себя, собрал свою раздачу и раскрыл веером в руках почти у самого носа, закрыв ими Мессалин. Он сощурился, пытаясь сфокусироваться на игре.
—Дама. — Аккуратно он вытянул одну карту с руки и швырнул на стол. Невольно взгляд снова упал на голую грудь. Месса ерзала на месте, перебирала карты в руках, то отклонялась назад, то обратно к столу. Кровь понемногу отливала от головы Лиса вниз, мысли перемешивались. Дрыгающиеся темные соски гипнотизировали. Мессалин же делала вид, что совершенно не замечает пристального взгляда на себе.
— Шесть, — она положила еще одну карту на стол.
— Беру. — Лис стянул со стола все карты, даже не заглянув в свои.
Мессалин попрыгала на месте от радости, и в такт этим прыжкам Лисандр покивал головой.
— А если я выиграю, можно будет тоже желание загадать? — Она взяла две карты из колоды, облизнув перед этим пальцы.
— Конечно.
— А можно будет, задать вопрос, вместо желания? — Она кинула на стол две парные карты.
—Ага.… Беру.
Месса вновь запрыгала и захлопала в ладоши. Всю оставшуюся партию, она кидала карты на стол, а Лисандр забирал, не пытаясь отбиваться.
— По-моему, ты мне поддаешься, — игриво сказала она на последнем ходу.
Лисандр отрицательно покачал головой. В его руках была почти вся колода. Месса забавно нахмурилась и рассмеялась, а затем положила на стол последние две карты.
— Я выиграла. — Она навалилась на стол, придвинув их к Лисандру.
Он зажмурился, выходя из транса.
— Что хочешь узнать? — Он сложил колоду и положил в центр стола.
Мессалин откинулась назад и зажала обнаженную грудь руками. Лис тяжело сглотнул и провел ладонью по своему лицу. Глаза его не двигались, губы еле заметно дрожали, он часто менял позы рук, то у лица, то на столе, то под столом. Мессалин довольно улыбнулась.
— Ты знаешь Джанка? — спросила она негромко.
— Зачем тебе, — спросил он удивленно.
— Говорят,он невероятно красив. Высокий, стильный, храбрый, богатый… Вот бы его встретить, познакомиться...
Лисандр посмотрел ей в глаза, Месса улыбнулась.
— Знаю, — ответил он.
Тут же Мессалин нырнула под стол и перебралась на диван к Лисандру.
— Познакомишь? — Она взяла его руки и приложила к своей груди. — Он сжал ее. Теплое тело облепило холодные ладони как тесто.— Я о-о-очень хочу с ним познакомится… — Накрыв его кисти своими, она сжала их еще крепче.
Твердые соски уперлись в ладони. Кровь забурлила, кидало то в жар, то в холод. Дыхание участилось. Мессалин хлопала глазами, надув губки бантиком. Лисандр провел языком по зубам, прижался к ней ближе, нос коснулся уха:
— Я Джанк.
Сердце ее екнуло. Миссия завершена.
— Что еще ты хочешь узнать? — Лисандр опустил одну руку ниже, проведя по женскому бедру.
Тонкие пальцы аккуратно скользили по телу. Лисандр оторвался от ее шеи и прильнул к губам, еле коснувшись. Месса замерла, смотря в голубые глаза.
Неожиданно для себя, она задумалась. Задумалась над тем, что, возможно, не все так просто. За несколько дней их общения, Мессалин не увидела ничего, о чем ей твердил Эшлен и Грэм. Лисандр не был жесток. Не принимал менкоин и вообще его не касался. Был щедр и добр, по крайней мере, к ней. Сомнения закрались в ее сердце. Она не видела, и не чувствовала никакой опасности рядом, даже наоборот, полный покой. Она решила, что просто признания не достаточно.
Мессалин впилась в его губы с поцелуем.
— Расскажи… Как ты делаешь менкоин…— шептала она ему между поцелуями. — У тебя наверное огромная тайная лаборатория.
— Я ничего давно не делаю. — Лис прижимался к девушке все ближе, заваливаясь на нее сверху.
— А откуда тогда он берется? — Она легла на спину, поддавшись напору.
Мессалин томно дышала, тело горело под ловкими руками. Мысли разбегались, все с большим трудом удавалось собирать их вместе.
— Его было сделано такое количество, что хватит на много лет вперед. — Лис навис над ней. Расспросы его совершенно не смущали.
—А чем ты тогда сейчас занимаешься?
Лисандр оторвался от ее тела и поднял голову:
—А что, незаметно? — Влажный ящик провел линию от ключицы до соска.
—Я…. В общем смысле… — Выгибалась Мессалин.
—Ничем особенным.
Лис приподнялся и раздвинул ее ноги, скользнув руками под спущенное платье. Месса сжалась в предвкушении, но вдруг за его спиной раздался прокуренный возрастной голос.
— Не лучшее место вы нашли. — Ган поставил на стол еще один поднос с закусками.
Мессалин тут же схлопнула бедра.
раздраженно выдохнул и зачесал волосы назад.
— Тебя это так волнует? — Лисандр раздраженно выдохнул и зачесал волосы назад.
— Друг, то, что тут бордель, не значит, что можно на глазах у всех шоу устраивать. Идите в комнаты.
— Штору бы завесил... — Лис встал из-за стола и вышел в зал.
Ган посмотрел на Мессалин и неодобрительно покивал. Месса быстро натянула платье обратно и зажалась в уголке.
— Рано, — фыркнул он. — Неужели так сложно ноги держать вместе?
Месса стыдливо отвела взгляд. Еще раз неодобрительно покачав головой, Ган ушел.
Щеки загорелись от неловкости. Мессалин совершенно забыла, что в зале не одни. Вокруг ходили толпы народу, носились официанты, танцевали гости. На сцене выступала красивая пышная женщина с еще одним бурлеск номером.
Спустя пару минут вернулся Лисандр. От него сильно пахло табаком. Он залпом допил остатки виски из рокса и закусил канапе на шпажке.
—Ты где живешь? Могу подбросить.
—Уходишь?— Месса слегка расстроилась.
—Да, — Он сунул руки в карманы и обернулся на сцену. — Поздно уже.
—Нет, я подожду Ангелу.
— Не думаю, что она вернется в ближайшие часы. А может, и до утра…
—Я подожду.
— Как знаешь.
Лисандр надел пиджак и рубашку. И, показав средний палец Гану в толпе, пошел в сторону выхода. Мессалин взяла со стола свой бокал, грустно закусила соломинку.
Танцовщица уже ушла со сцены, и на ее место вышел кордебалет. Девушки в розовых перьях, блестящих обтягивающих костюмах и пышных коротких юбках танцевали Кан-Кан. Яркие разноцветные софиты бегали по сцене и отражались от страз на их костюмах, от чего те еще ярче сияли. Зрители подскакивали на местах в такт танцовщицам, кто-то бросал в них деньги, а один из гостей, кажется, пытался заполучить часть от платья артистки, хватаясь за длинные перья.
Так она просидела еще несколько часов, смотря представление. Время было далеко за полночь. Заведение опустело на треть. Мессалин клонило в сон, и она прилегла на диванчике, свернувшись калачиком.
Еще через час Ангела вернулась. Громко топая каблуками, она завалилась на диван и в один глоток осушила стакан виски. Месса вскочила с места от испуга. Ангела вернулась растрепанная: по лицу растеклась тушь, помада размазана, от платья оторвана лямка, на шее куча сине-бордовых засосов.
—Все хорошо? — Мессалин потерла глаза.
Ангел молча налила себе еще один стакан.
—Да пошли в жопу ваши сраные карты. — Она залпом выпила и прижала руку к носу.
— Как же вы долго… — Мессалин потянулась, и устало простонала.
—Ты что-нибудь узнала полезного? — Ангел схватила со стола салфетку.
Месса вмиг проснулась, услышав это. В мыслях начался ураган.
—Нет, ничего, — пробубнила она.
— Черт, серьезно? Ничего?
Мессалин помотала головой. Ангел вытерла растекшийся макияж и с недоверием посмотрела на напарницу. Та уставилась в стол, на колоду карт.
— Я зря там страдала, получается? Месса, блин! — Ангела закипела и швырнула в нее ложку. — Последний раз я тебя послушала…
Глава 12
— Опять ничего? — Возмущалась Грэм, листая очередной отчет.
— Было всего три вылазки. В масштабе такого задания то, что они сделали — уже большой успех, — объяснялся Эшлен рядом.
Королева раздраженно постучала ногтями по столу. Солнце только-только начинало подниматься из-за леса, и веселые лучики прыгали по приемному кабинету.
— Они — это кто именно? Одна из четырех? А чем остальные занимаются, бегают вокруг?
— Важно, чтобы наблюдение велось с разных точек. Мы не знаем где, и что может произойти.
— Значит, они просто стоят и смотрят? С разных ракурсов?
Эшлен кивнул. Грэм захлопнула отчет и раздраженно вздохнула.
— Не стоит в таком вопросе спешить. Местные старожилы тоже не глупы, одна ошибка может стоить жизни. То, что случилось с №315 — большая удача. И то, мне кажется, в чем-то есть подвох. — Эш задумчиво почесал подбородок. — Туда порой и “своих” не пускают, а тут целая толпа незнакомок и почти без препятствий.
— А ты откуда знаешь, кого туда пускают, а кого нет? — нахмурилась королева.
Эшлен усмехнулся и отвел взгляд к потолку.
— Моя же работа все знать, не так ли?
— Хорошо. Подождем еще. — Регент растянулась в улыбке.
***
Мессалин лежала на большой кровати и тяжело дышала. Лис крепко держал ее запястья одной рукой. Одну ее ногу он закинул себе на плечо и также крепко держал за колено. Он быстрыми грубыми толчками входил в нее, от чего та каждый раз взвизгивала. На ней было все тоже зеленое платье, спущенное до пояса. Голая грудь прыгала от каждого движения. Рот слегка приоткрыт, просящий взгляд устремлялся вниз. Лицо ее пылало и блестело от пота. Лис прильнул к ее губам и жадно поцеловал, достав языком почти до горла. Затем приподнялся и навис сверху. Отпустил руки, провел пальцем по мокрым, пухлым губам. Она сжала их и обвила языком. Лисандр усмехнулся, повернул ее голову в сторону, легонько укусил за шею.
Нечто острое коснулось кончиков его пальцев. Зуб, словно заточенный, острый, как клык. А затем еще один, и еще. Лисандр испуганно поднялся и убрал руку от ее рта. Пальцы были в мелких кровоточащих ссадинах. Месса широко раскрыла рот и рассмеялась. Края рта разошлись черной полосой почти до висков. Щеки словно кто-то разрезал ножом. Челюсть девушки раскрылась как у монстра. Десятки острых зубов торчали наружу, клыки росли прямо из скуловых костей. Лис подскочил на месте, но Месса тут же схватила его за волосы. Она широко улыбалась, клыки шуршали, словно морские камушки, соприкасаясь друг с другом. Три пары золотых глаз смотрели на Лисандра. Он замер от ужаса.
— Продолжай, — прохрипело нечто.
Лисандр проснулся от кошмара в холодном поту. Легкие сдавил ужас, не давая вздохнуть полностью. Он сжал кожу на груди, сердце билось, как птица в тисках.
Одеяло рядом зашуршало, из-под подушки выглянула Мэй.
— Кошмар? — спросила она сонно.
Не ответив, Лис подорвался с кровати и быстро побежал в ванную. Солнце уже давно встало, и лучи пробивались сквозь плотные шторы. По полу комнаты валялась разбросанная одежда. Мэй потянулась, прогоняя сон. Не спеша поднялась, завернулась в одеяло. Из ванной доносился шум воды. Мэй улыбнулась. Она тихонечко постучала в дверь.
— Можно с тобой?
Лисандр опустил голову под ледяной душ, наклонившись через бортик ванной. Кошмар не отпускал. Перед глазами до сих пор стояло лицо монстра.
Мэй, не дождавшись ответа, прошла внутрь. Подкралась со спины и аккуратно положила руку на плечо Лиса. Тот, вскочил с места, и чуть было не замахнулся на девушку.
— Мэй, твою мать! Чего тебе надо?
— Я просто.… Хотела… — бубнила она, опустив глаза.
— Свали! — прикрикнул он.
С белых волос ручьями стекла ледяная вода. Под глазами синяки были еще чернее, чем обычно. Мэй кивнула и, еле сдержав слезы, вышла из ванной.
Лисандр перекрыл воду и вытер голову полотенцем. Из комнаты послышался громкий топот, а затем хлопок двери. Мэй ушла. Выйдя в комнату, Лисандр распахнул шторы. День был очень солнечным.
— Пойти погулять что ли… — сказал Лис вслух.
***
Себастьян замер у большого зеркала в золотой раме. Рукой он провел по голой коже на голове, откуда еще совсем недавно росли длинные, белоснежные волосы. Темные узорчатые татуировки проявились на лице с правой стороны: вокруг глаза, на щеке, переплетались на висках и черными ветками уходили к затылку. Узоры слегка кровоточили и поблескивали красными оттенками на свету. Себастьян коснулся одной из них кончиком пальца и шикнул от боли. Он не помнил, что случилось после того как он поднялся по лестнице. Все эти дни будто удалили из его памяти, и на их месте был лишь белый свет. Он помнил лишь боль и жар.
Встрепенувшись, он отошел от зеркала и осмотрелся. Комната была слишком уж роскошной. Позолоченные потолки, большие светлые окна, дорогая мебель, ковры из шелка на полу. Мелкие пылинки летали в воздухе, кружась и сияя в лучах Солнца. Пахло анисом и ладаном. На тумбе у кровати стоял большой золотой поднос с разными фруктами и стеклянный графин с водой. Себастьян медленно подошел к окну и открыл его настежь. Сухой жаркий ветер ударил в лицо: пахло соленым морем, специями, пряными травами и виноградом. Под окнами храма собралась толпа с подношениями. Веселые голоса, разговоры, крики детей, молитвы стариков раздавались со всех сторон. Заметив Себастьяна в окне, толпа взревела. Люди падали на колени и поднимали руки, кричали благодарности, просьбы, мольбы о прощении. Себастьян в недоумении отошел от окна закрыл его обратно. В стекло полетели цветы.
Дверь комнаты отворилась. Зашли две невысокие девушки в белых одеждах и низко поклонились. Они замерли, согнувшись пополам.
— Духовенство ждет Вас, — сказала одна.
— Мы проводим, если позволите.
Себастьян удивленно осмотрел прислужниц. Головы, лицо, руки — все было прикрыто белой тканью. На тонких пальцах виднелись тоненькие золотые колечки, и на шеях, у обеих, висели кулоны в виде Солнц. Себастьян не стал задавать никаких вопросов.
— Позволяю, — надменно сказал он.
