Даже мне, привычной к смертям и крови, это показалось настоящим безумием. И ладно бы взрослые подготовленные мужчины, воины! Но это были фактически дети, а половина из них – и вовсе девушки!
И рада бы воскликнуть: Эврика, теперь я знаю, где его искать и как обезвреживать, но… Я не знала. Вообще. Совсем.
Ни единой зацепки, ни единого предположения.
Некоторое время просто сидела, закинув ноги на стол и бездумно разглядывая потолок. Возможно, я что-то не учла. Что-то не рассмотрела, не проанализировала и банально не додумала. Что это могло быть? Возраст, пол, социальное положение и места проживания изучены. Об общих знакомых данных нет, как и о странных увлечениях. Знаки, символы? Числа?
Хм, числа…
Китайцы помешаны на числах и может быть здесь я откопаю хоть что-то?
Вновь сосредоточившись на задаче, я с головой ушла в изучение дел пропавших подростков и вскоре нашла ту самую закономерность, которую просто обязана была найти ещё вчера. Числа! Это действительно были числа! Точнее даты рождения – одно и то же число, но двенадцати разных месяцев. При этом каждая тройка пропавших принадлежала одной стихии, которых всего было четыре, а первое исчезновение пришлось на частичное лунное затмение. К сожалению, я пока не понимала, что мне это давало, но информация сама по себе была крайне любопытной и я вновь откинулась в кресле, прикусив губу. Стоило ли делиться ею с майором или пока придержать? Я покосилась на молчащий телефон и поморщилась. Делиться не хотелось, на здравый смысл говорил, что у команды майора больше шансов выжать из этого чуть больше, чем ничего. Ладно…
Трель звонка нарушила мои планы, но стоило взглянуть на входящий, как из моего горла вырвался нервный смешок. На ловца и зверь бежит? Неужели всё-таки нашёл третий труп? Или может сразу колдуна?
- Слушаю.
- Добрый вечер, Айя. – На этот раз тон майора звучал ещё суше и официальнее, чем утром. - Через пять минут за вами заедет Арсений, будьте готовы.
- К чему? – так же сухо поинтересовалась я, обескураженная подобной наглостью. Я не в армии, вообще-то! И уж тем более не в рабстве!
- К захвату. Нами обнаружен один из пропавших подростков.
И отключился.
В любой другой раз я бы не поленилась перезвонить и высказать наглецу всё, что думаю, но именно сейчас как никогда поняла Ивана. Разговорам не место. Сначала дело.
Оделась я буквально за три минуты. Та же свободная и немаркая одежда, в которой я прогуливалась ночью по сомнительному району, кроссовки на рифлёной подошве и нож на бедро. За две оставшиеся минуты я наспех накидала в большую сумку всё, что могло пригодиться для изгнания духа из одержимого подростка, а сверху закинула все имеющиеся бинты и мази. Если нам придётся схлестнуться с одержимым врукопашную – крови будет много.
К моменту, когда я вышла из дома, меня уже ждали. Арсений и его мотоцикл. Небольшой, юркий спортбайк идеально подходил своему владельцу, который поприветствовал меня молчаливым кивком и так же молча протянул второй шлем. Лишь когда я осторожно села, стараясь поскорее привыкнуть к не очень удобному пассажирскому сидению, из-под шлема водителя глухо донеслось:
- Держитесь крепче, поедем быстро.
Держаться на этом байке можно было лишь за его владельца, так что я, отбросив всякую стеснительность, поудобнее перехватила сумку, чтобы не потерять её в дороге, и обеими руками обняла парня за талию. Не представляю, что подумал обо мне Арсений и подумал ли вообще – но мы рванули с места так, словно за нами гналась вся призрачная стая. Ловко лавируя в потоке машин, проезжая на мигающий зелёный и с ювелирной точностью минуя самые узкие участки, мы прибыли на предполагаемое место захвата в считанные минуты. Им, как ни странно, оказалась стоянка крупного супермаркета на южной окраине столицы в Бутово. В голове всё ещё стоял непривычный от стремительной поездки гул, коленки слегка подрагивали, но я уже точно знала, что в самые ближайшие дни тоже куплю себе мотоцикл. Это было потрясающе!
И обязательно будет снова! Но чуть позже.
Уняв охватившее меня возбуждение, сняв шлем и вручив его хозяину, я деловито уточнила:
- Куда?
Направление Арсений указал рукой. Этот парнишка вообще был на диво немногословен, что в целом меня нисколько не расстраивало. Мне вполне хватало информации, получаемой и из других источников. Допустим, от того же майора, который уже нетерпеливо махал мне рукой, требуя приблизиться к неприметному фургону, за которым он сам прятался.
Приблизилась. Заглянула. По достоинству оценила высокотехнологичную начинку автомобиля, напичканного техникой сверху донизу, после чего вопросительно приподняла бровь, требуя пояснений. Майор всё понял и без лишних сантиментов начал вводить меня в курс дела.
- Одного из пропавших подростков абсолютно случайно заметил наш человек и сразу же связался с группой быстрого реагирования. Пятнадцать минут назад Павла видели в отделе бакалеи. Мы уже подключились к системе видеонаблюдения гипермаркета и сумели опознать ещё двоих подростков. Ольгу и Константина. Наши люди ведут их издалека, но пока никак себя не проявляют. Захват внутри здания осложнён многими факторами, и мы ждём, когда подозреваемые выйдут из гипермаркета, чтобы произвести захват на стоянке. Снайпера из группы поддержки расположились в здании напротив, а сама группа захвата рассредоточилась по машинам вокруг.
Павел, Ольга и Константин – последняя тройка пропавших. Вообще логично… Если мои размышления верны, то именно эти трое ещё более или менее люди. А питаться их компании необходимо ежедневно и как можно калорийнее, чтобы к моменту часа Х быть на пике своих возможностей. Но меня одну смущает факт чересчур спокойного поведения одержимых?
Одного за другим я нашла подростков на разных мониторах. Сосредоточенные, замкнутые, не останавливающиеся без цели. У каждого в тележке было уже битком, так что вскоре все они чуть ли не одновременно повернули к кассам. Подозрительно тихо и мирно расплатились наличными, вновь подхватили тележки и синхронно отправились на выход. Не знаю, почему я предпочитала наблюдать больше за Ольгой, чем за парнишками, но только поэтому не упустила мгновение, когда девушка подняла голову, посмотрела прямо в камеру враз почерневшими глазами и зловеще ухмыльнулась. Она смотрела так, словно стояла напротив. Словно знала, что я её вижу…
- Это ловушка, - произнесла я уверенно. В ту же секунду несколько камер разом зафиксировали огненные вспышки и резкие клубы дыма, повалившие с полок, и по супермаркету разнёсся истошный вой сирены. – Они знают, что их обнаружили. Организуйте грамотную эвакуацию людей, я займусь одержимыми.
И, не слушая отрывистые приказы майора, которые тот отдавал своим людям по рации, выпрыгнула из фургона и на максимальной скорости помчалась ко входу супермаркета. Отсчёт пошёл на секунды.
Свою цель я нашла в пяти метрах от выхода возле первого ряда автомобилей. Трое одержимых шли клином: в центре Ольга, по краям парни. Их руки были заняты пакетами с продуктами, но это не мешало подросткам передвигаться легко и уверенно. Отследить их траекторию я не успевала – анализу мешали люди, в панике покидающие гипермаркет и едва не сбивающие друг друга с ног, так что я отправилась наперерез. Чёткого плана не было, как и надежды на снайперов. Надежда на разговор – и та пропала моментально, когда зловещий чёрный взгляд Ольги остановился на мне. По её губам скользнула хищная усмешка и девчонка, выпустив пакеты с продуктами из рук на асфальт, метнулась ко мне, метя скрюченными пальцами в лицо. К сожалению, убивать её я не имела права. Но вот надрезать сухожилия, чтобы она надолго выбыла из строя… Это я могу.
Нож плавно лёг в руку, и я усмехнулась в ответ. Женщины всегда намного опаснее мужчин, а уж в рукопашной тем более, но я без особого труда отражала яростные атаки одержимой глупышки, всё-таки увязшей в тёмной магии, как муха в паутине. По глазам одержимой сложно было понять её мысли, но я видела – Ольга меня узнала и тем сильнее злилась, что я смею давать ей достойный отпор. Она явно рассчитывала на быструю победу, поэтому, когда не вышло с наскока, Ольга взъярилась. По её лицу и шее пробежала волна, вены на мгновение вздулись, став иссиня-чёрными, а из горла девчонки вырвался звериный вой-рык. Практически сразу он перешёл в ультразвук, дезориентировав и меня, и окружающих, и только поэтому её новый удар ногтями в лицо едва не достиг своей цели и не лишил меня глаза. Увернуться получилось в последний момент, но всё равно глубокие царапины рассекли мою левую щёку. Это помогло собраться и очередную атаку я встретила уже на нож. Он вошёл прямо в левую ладонь Ольги, но не остановил одержимую даже на мгновение. Рывок – и я с выбитым правым плечом лечу в сторону, а раненая племянница Одинцова, вооружившись моим же ножом, идёт на меня.
Паника вокруг не стихала, на нас едва ли обращали внимание, но спасение вновь пришло с неожиданной стороны.
Павел.
Я упустила парней из вида, но не они меня. Стоило только Ольге на меня замахнуться, как именно Павел, что-то утробно рыкнув на своём зверином наречии, остановил занесённую руку. Девчонка обернулась, явно недовольная вмешательством, но Павлик рыкнул вновь, отчего у меня самой всё напряжённо сжалось внутри, и Ольга отступила.
Трое мужчин, по неизвестной причине вмешавшихся в захват (люди майора?), в неестественных позах лежали у ног парней, не подавая признаков жизни, из гипермаркета уже отчётливо доносился треск пламени, а я понимала, что шансов справиться сразу с тремя одержимыми, одна из которых уже выбила мне плечо, у меня нет. Я бессмертна - это факт, но если мне переломают руки и ноги – это не поможет остановить колдуна. Так что скорее всего этот раунд за ним…
- Оля! – мужской вопль с правой стороны парковки привлёк не только внимание той, кого окликали, но и моё. Одинцов, непонятно как и кем вызванный на операцию захвата, бежал к нам сломя голову и всё кричал имя своей племянницы. – Оля, остановись! Позволь тебе помочь! Оля, подумай о матери!
Ой, дура-а-ак…
В чёрных глазах одержимой не было ни намека на жалость или желание принять помощь. Судя по всему, ростки зла вместе с духом тотема уже прочно укоренились в её гнилой душонке и ещё за секунду до того, как она подняла руку и отправила в полёт мой собственный нож, я уже знала, что она планирует.
И метнулась наперерез.
За какой минимальный отрезок времени можно преодолеть три метра? Кем нужно быть, чтобы без колебаний принять удар на себя?
Об этом я подумаю потом, когда всё закончится. Сейчас же я буду думать о том, как не истечь кровью, а заодно какую кару обрушить на голову Одинцова. А её я обрушу… Ой, обрушу! Когда подлатают.
- Айя!
Краем глаза я видела, как подростки, петляя сквозь толпу, как наскипидаренные зайцы, уносятся прочь, при этом основное внимание сосредоточила на подбежавшем ко мне Одинцове. Виктор был бледен, а как только увидел рану – нож вошёл по рукоять под левую ключицу, и вовсе спал с лица.
- Даже не думай начинать отпевать! В ближайшие пятьсот лет я тебе такого удовольствия не доставлю. – Своей язвительностью я не только хотела привести его в чувство, но и отвлечь от одержимых, чтобы, не приведи Трёхликая, он не бросился за ними в погоню и не сложил голову. Не затем под собственный нож подставлялась. – Ты на машине?
- Да, но…
- Сам откуда здесь? Майор позвонил?
- Нет, но… - Виктор замялся, не желая отвечать, но мне это и не надо было сейчас.
- Нести меня сможешь?
Одинцов нахмурился, вновь впился взглядом в нож и кровавое пятно, расплывающееся по футболке, сжал зубы и кивнул. Наверное, я могла бы пойти и сама, но всё же транспортировка в лежачем положении имела свои плюсы. Да и боль, несмотря на всё моё бессмертие, была поистине адской…
- Куда? – уже поудобнее перехватывая меня под ноги, поинтересовался мужчина.
- В твою машину. Отвезёшь меня к Дарье. – Я отдавала указания коротко и ёмко. – Ты видел её в тот день, когда пришёл за помощью. Она живёт рядом со мной и латает даже безнадёжно больных.
- Может, всё-таки в больницу? У тебя задет крупный сосуд, нужна реанимация…
Виктор попытался сопротивляться, но я вновь включила стерву и жёстко потребовала:
- Заткнись и делай, что я сказала. И благодари Гекату, что я настолько быстра и живуча, иначе этот клинок был бы в тебе. А семейные ценности у Оленьки на высоте – судя по траектории, метила она тебе в шею.
По лицу Одинцова было видно – он очень хочет высказаться в ответ. Но не стал. Вместо этого ещё сильнее стиснул зубы, донёс меня до машины, бережно устроил на заднем сидении, даже не подумав о том, что я испачкаю кровью обивку, и, проявляя чудеса лавирования в хаосе беглецов из горящего супермаркета, достаточно быстро вырулил со стоянки. Лишь когда мы миновали самый проблемный участок, я скомандовала вновь:
- Возьми телефон и набери, - я по памяти продиктовала номер Дарьи. – Дай мне.
Набрал. Дал. Чуть поправил зеркало заднего вида, чтобы лучше меня видеть, и вновь сосредоточился на дороге.
Разговор с целительницей получился коротким. Я лишь уточнила, свободна ли она и сможет ли заштопать одну слегка неловкую в обращении с ножом ведьму, как меня мигом заверили, что уже заваривают чай, кипятят иглу и готовят физраствор. Вот за что я уважала Дарью, так за профессионализм. Она могла быть несносной сплетницей, но когда речь шла о деле – на первое место выходил опытный целитель.
Майора я набрала уже сама. Просто бессовестно пролистала список входящих и, найдя в нём нужное имя, отправила вызов.
- Виктор, ты не вовремя…
На заднем фоне у майора были слышны докладчики, шум машин и прочая какофония звуков, но я поспешила перебить мужчину.
- Это Айя. Одержимые ушли. Пострадали люди – трое лежат у главного входа. Проверьте их, возможно, они ещё живы. Я ранена. Виктор везёт меня к знакомой целительнице.
- Ранена? – Майор ощутимо напрягся. – Насколько сильно?
Усмехнулась.
- Жить буду. – Вздохнула, поморщилась, но всё же добавила. – Жаль, что не оправдала ваших ожиданий и упустила подозреваемых. Будет минутка, забросьте мои вещи ко мне домой.
- Договорились. Передай телефон Виктору.
Передала. Прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться на себе и не подслушивать, но всё равно различила каждое слово.
- Не знаю, что ты там делал, но об этом позже, - отрывисто рубил с плеча майор. – Насколько сильно она ранена?
- Плечо, - неохотно выдавил Одинцов, явно злясь на подобное обращение и поглядывая на меня в зеркало. – Нож вошёл под ключицу, других ран я не заметил.
Кажется, я расслышала зловещий скрип зубов.
- Отвечаешь за неё головой, - наконец произнёс майор. – Пока не приеду – глаз с неё не спускать и выполнять каждое, даже самое мельчайшее её требование. В каком районе вас искать?
Виктор продиктовал адрес, добавив, что, по моим словам, целительница живёт в соседнем подъезде, и только после этого майор завершил разговор. Дальнейший путь мы проделали молча. Уже темнело, так что у подъезда нас не встречали вездесущие любопытствующие бабульки, теплыми летними вечерами осаждающие все лавочки в округе.
Кстати, лавочки… Только сейчас я заметила, что у моего подъезда пропала лавочка, но уже в следующее мгновение стало не до неё – Виктор уточнил, куда меня нести, и мы отправились в обитель целительницы.
И рада бы воскликнуть: Эврика, теперь я знаю, где его искать и как обезвреживать, но… Я не знала. Вообще. Совсем.
Ни единой зацепки, ни единого предположения.
Некоторое время просто сидела, закинув ноги на стол и бездумно разглядывая потолок. Возможно, я что-то не учла. Что-то не рассмотрела, не проанализировала и банально не додумала. Что это могло быть? Возраст, пол, социальное положение и места проживания изучены. Об общих знакомых данных нет, как и о странных увлечениях. Знаки, символы? Числа?
Хм, числа…
Китайцы помешаны на числах и может быть здесь я откопаю хоть что-то?
Вновь сосредоточившись на задаче, я с головой ушла в изучение дел пропавших подростков и вскоре нашла ту самую закономерность, которую просто обязана была найти ещё вчера. Числа! Это действительно были числа! Точнее даты рождения – одно и то же число, но двенадцати разных месяцев. При этом каждая тройка пропавших принадлежала одной стихии, которых всего было четыре, а первое исчезновение пришлось на частичное лунное затмение. К сожалению, я пока не понимала, что мне это давало, но информация сама по себе была крайне любопытной и я вновь откинулась в кресле, прикусив губу. Стоило ли делиться ею с майором или пока придержать? Я покосилась на молчащий телефон и поморщилась. Делиться не хотелось, на здравый смысл говорил, что у команды майора больше шансов выжать из этого чуть больше, чем ничего. Ладно…
Трель звонка нарушила мои планы, но стоило взглянуть на входящий, как из моего горла вырвался нервный смешок. На ловца и зверь бежит? Неужели всё-таки нашёл третий труп? Или может сразу колдуна?
- Слушаю.
- Добрый вечер, Айя. – На этот раз тон майора звучал ещё суше и официальнее, чем утром. - Через пять минут за вами заедет Арсений, будьте готовы.
- К чему? – так же сухо поинтересовалась я, обескураженная подобной наглостью. Я не в армии, вообще-то! И уж тем более не в рабстве!
- К захвату. Нами обнаружен один из пропавших подростков.
И отключился.
В любой другой раз я бы не поленилась перезвонить и высказать наглецу всё, что думаю, но именно сейчас как никогда поняла Ивана. Разговорам не место. Сначала дело.
Оделась я буквально за три минуты. Та же свободная и немаркая одежда, в которой я прогуливалась ночью по сомнительному району, кроссовки на рифлёной подошве и нож на бедро. За две оставшиеся минуты я наспех накидала в большую сумку всё, что могло пригодиться для изгнания духа из одержимого подростка, а сверху закинула все имеющиеся бинты и мази. Если нам придётся схлестнуться с одержимым врукопашную – крови будет много.
К моменту, когда я вышла из дома, меня уже ждали. Арсений и его мотоцикл. Небольшой, юркий спортбайк идеально подходил своему владельцу, который поприветствовал меня молчаливым кивком и так же молча протянул второй шлем. Лишь когда я осторожно села, стараясь поскорее привыкнуть к не очень удобному пассажирскому сидению, из-под шлема водителя глухо донеслось:
- Держитесь крепче, поедем быстро.
Держаться на этом байке можно было лишь за его владельца, так что я, отбросив всякую стеснительность, поудобнее перехватила сумку, чтобы не потерять её в дороге, и обеими руками обняла парня за талию. Не представляю, что подумал обо мне Арсений и подумал ли вообще – но мы рванули с места так, словно за нами гналась вся призрачная стая. Ловко лавируя в потоке машин, проезжая на мигающий зелёный и с ювелирной точностью минуя самые узкие участки, мы прибыли на предполагаемое место захвата в считанные минуты. Им, как ни странно, оказалась стоянка крупного супермаркета на южной окраине столицы в Бутово. В голове всё ещё стоял непривычный от стремительной поездки гул, коленки слегка подрагивали, но я уже точно знала, что в самые ближайшие дни тоже куплю себе мотоцикл. Это было потрясающе!
И обязательно будет снова! Но чуть позже.
Уняв охватившее меня возбуждение, сняв шлем и вручив его хозяину, я деловито уточнила:
- Куда?
Направление Арсений указал рукой. Этот парнишка вообще был на диво немногословен, что в целом меня нисколько не расстраивало. Мне вполне хватало информации, получаемой и из других источников. Допустим, от того же майора, который уже нетерпеливо махал мне рукой, требуя приблизиться к неприметному фургону, за которым он сам прятался.
Приблизилась. Заглянула. По достоинству оценила высокотехнологичную начинку автомобиля, напичканного техникой сверху донизу, после чего вопросительно приподняла бровь, требуя пояснений. Майор всё понял и без лишних сантиментов начал вводить меня в курс дела.
- Одного из пропавших подростков абсолютно случайно заметил наш человек и сразу же связался с группой быстрого реагирования. Пятнадцать минут назад Павла видели в отделе бакалеи. Мы уже подключились к системе видеонаблюдения гипермаркета и сумели опознать ещё двоих подростков. Ольгу и Константина. Наши люди ведут их издалека, но пока никак себя не проявляют. Захват внутри здания осложнён многими факторами, и мы ждём, когда подозреваемые выйдут из гипермаркета, чтобы произвести захват на стоянке. Снайпера из группы поддержки расположились в здании напротив, а сама группа захвата рассредоточилась по машинам вокруг.
Павел, Ольга и Константин – последняя тройка пропавших. Вообще логично… Если мои размышления верны, то именно эти трое ещё более или менее люди. А питаться их компании необходимо ежедневно и как можно калорийнее, чтобы к моменту часа Х быть на пике своих возможностей. Но меня одну смущает факт чересчур спокойного поведения одержимых?
Одного за другим я нашла подростков на разных мониторах. Сосредоточенные, замкнутые, не останавливающиеся без цели. У каждого в тележке было уже битком, так что вскоре все они чуть ли не одновременно повернули к кассам. Подозрительно тихо и мирно расплатились наличными, вновь подхватили тележки и синхронно отправились на выход. Не знаю, почему я предпочитала наблюдать больше за Ольгой, чем за парнишками, но только поэтому не упустила мгновение, когда девушка подняла голову, посмотрела прямо в камеру враз почерневшими глазами и зловеще ухмыльнулась. Она смотрела так, словно стояла напротив. Словно знала, что я её вижу…
- Это ловушка, - произнесла я уверенно. В ту же секунду несколько камер разом зафиксировали огненные вспышки и резкие клубы дыма, повалившие с полок, и по супермаркету разнёсся истошный вой сирены. – Они знают, что их обнаружили. Организуйте грамотную эвакуацию людей, я займусь одержимыми.
И, не слушая отрывистые приказы майора, которые тот отдавал своим людям по рации, выпрыгнула из фургона и на максимальной скорости помчалась ко входу супермаркета. Отсчёт пошёл на секунды.
Свою цель я нашла в пяти метрах от выхода возле первого ряда автомобилей. Трое одержимых шли клином: в центре Ольга, по краям парни. Их руки были заняты пакетами с продуктами, но это не мешало подросткам передвигаться легко и уверенно. Отследить их траекторию я не успевала – анализу мешали люди, в панике покидающие гипермаркет и едва не сбивающие друг друга с ног, так что я отправилась наперерез. Чёткого плана не было, как и надежды на снайперов. Надежда на разговор – и та пропала моментально, когда зловещий чёрный взгляд Ольги остановился на мне. По её губам скользнула хищная усмешка и девчонка, выпустив пакеты с продуктами из рук на асфальт, метнулась ко мне, метя скрюченными пальцами в лицо. К сожалению, убивать её я не имела права. Но вот надрезать сухожилия, чтобы она надолго выбыла из строя… Это я могу.
Нож плавно лёг в руку, и я усмехнулась в ответ. Женщины всегда намного опаснее мужчин, а уж в рукопашной тем более, но я без особого труда отражала яростные атаки одержимой глупышки, всё-таки увязшей в тёмной магии, как муха в паутине. По глазам одержимой сложно было понять её мысли, но я видела – Ольга меня узнала и тем сильнее злилась, что я смею давать ей достойный отпор. Она явно рассчитывала на быструю победу, поэтому, когда не вышло с наскока, Ольга взъярилась. По её лицу и шее пробежала волна, вены на мгновение вздулись, став иссиня-чёрными, а из горла девчонки вырвался звериный вой-рык. Практически сразу он перешёл в ультразвук, дезориентировав и меня, и окружающих, и только поэтому её новый удар ногтями в лицо едва не достиг своей цели и не лишил меня глаза. Увернуться получилось в последний момент, но всё равно глубокие царапины рассекли мою левую щёку. Это помогло собраться и очередную атаку я встретила уже на нож. Он вошёл прямо в левую ладонь Ольги, но не остановил одержимую даже на мгновение. Рывок – и я с выбитым правым плечом лечу в сторону, а раненая племянница Одинцова, вооружившись моим же ножом, идёт на меня.
Паника вокруг не стихала, на нас едва ли обращали внимание, но спасение вновь пришло с неожиданной стороны.
Павел.
Я упустила парней из вида, но не они меня. Стоило только Ольге на меня замахнуться, как именно Павел, что-то утробно рыкнув на своём зверином наречии, остановил занесённую руку. Девчонка обернулась, явно недовольная вмешательством, но Павлик рыкнул вновь, отчего у меня самой всё напряжённо сжалось внутри, и Ольга отступила.
Трое мужчин, по неизвестной причине вмешавшихся в захват (люди майора?), в неестественных позах лежали у ног парней, не подавая признаков жизни, из гипермаркета уже отчётливо доносился треск пламени, а я понимала, что шансов справиться сразу с тремя одержимыми, одна из которых уже выбила мне плечо, у меня нет. Я бессмертна - это факт, но если мне переломают руки и ноги – это не поможет остановить колдуна. Так что скорее всего этот раунд за ним…
- Оля! – мужской вопль с правой стороны парковки привлёк не только внимание той, кого окликали, но и моё. Одинцов, непонятно как и кем вызванный на операцию захвата, бежал к нам сломя голову и всё кричал имя своей племянницы. – Оля, остановись! Позволь тебе помочь! Оля, подумай о матери!
Ой, дура-а-ак…
В чёрных глазах одержимой не было ни намека на жалость или желание принять помощь. Судя по всему, ростки зла вместе с духом тотема уже прочно укоренились в её гнилой душонке и ещё за секунду до того, как она подняла руку и отправила в полёт мой собственный нож, я уже знала, что она планирует.
И метнулась наперерез.
За какой минимальный отрезок времени можно преодолеть три метра? Кем нужно быть, чтобы без колебаний принять удар на себя?
Об этом я подумаю потом, когда всё закончится. Сейчас же я буду думать о том, как не истечь кровью, а заодно какую кару обрушить на голову Одинцова. А её я обрушу… Ой, обрушу! Когда подлатают.
- Айя!
Краем глаза я видела, как подростки, петляя сквозь толпу, как наскипидаренные зайцы, уносятся прочь, при этом основное внимание сосредоточила на подбежавшем ко мне Одинцове. Виктор был бледен, а как только увидел рану – нож вошёл по рукоять под левую ключицу, и вовсе спал с лица.
- Даже не думай начинать отпевать! В ближайшие пятьсот лет я тебе такого удовольствия не доставлю. – Своей язвительностью я не только хотела привести его в чувство, но и отвлечь от одержимых, чтобы, не приведи Трёхликая, он не бросился за ними в погоню и не сложил голову. Не затем под собственный нож подставлялась. – Ты на машине?
- Да, но…
- Сам откуда здесь? Майор позвонил?
- Нет, но… - Виктор замялся, не желая отвечать, но мне это и не надо было сейчас.
- Нести меня сможешь?
Одинцов нахмурился, вновь впился взглядом в нож и кровавое пятно, расплывающееся по футболке, сжал зубы и кивнул. Наверное, я могла бы пойти и сама, но всё же транспортировка в лежачем положении имела свои плюсы. Да и боль, несмотря на всё моё бессмертие, была поистине адской…
- Куда? – уже поудобнее перехватывая меня под ноги, поинтересовался мужчина.
- В твою машину. Отвезёшь меня к Дарье. – Я отдавала указания коротко и ёмко. – Ты видел её в тот день, когда пришёл за помощью. Она живёт рядом со мной и латает даже безнадёжно больных.
- Может, всё-таки в больницу? У тебя задет крупный сосуд, нужна реанимация…
Виктор попытался сопротивляться, но я вновь включила стерву и жёстко потребовала:
- Заткнись и делай, что я сказала. И благодари Гекату, что я настолько быстра и живуча, иначе этот клинок был бы в тебе. А семейные ценности у Оленьки на высоте – судя по траектории, метила она тебе в шею.
По лицу Одинцова было видно – он очень хочет высказаться в ответ. Но не стал. Вместо этого ещё сильнее стиснул зубы, донёс меня до машины, бережно устроил на заднем сидении, даже не подумав о том, что я испачкаю кровью обивку, и, проявляя чудеса лавирования в хаосе беглецов из горящего супермаркета, достаточно быстро вырулил со стоянки. Лишь когда мы миновали самый проблемный участок, я скомандовала вновь:
- Возьми телефон и набери, - я по памяти продиктовала номер Дарьи. – Дай мне.
Набрал. Дал. Чуть поправил зеркало заднего вида, чтобы лучше меня видеть, и вновь сосредоточился на дороге.
Разговор с целительницей получился коротким. Я лишь уточнила, свободна ли она и сможет ли заштопать одну слегка неловкую в обращении с ножом ведьму, как меня мигом заверили, что уже заваривают чай, кипятят иглу и готовят физраствор. Вот за что я уважала Дарью, так за профессионализм. Она могла быть несносной сплетницей, но когда речь шла о деле – на первое место выходил опытный целитель.
Майора я набрала уже сама. Просто бессовестно пролистала список входящих и, найдя в нём нужное имя, отправила вызов.
- Виктор, ты не вовремя…
На заднем фоне у майора были слышны докладчики, шум машин и прочая какофония звуков, но я поспешила перебить мужчину.
- Это Айя. Одержимые ушли. Пострадали люди – трое лежат у главного входа. Проверьте их, возможно, они ещё живы. Я ранена. Виктор везёт меня к знакомой целительнице.
- Ранена? – Майор ощутимо напрягся. – Насколько сильно?
Усмехнулась.
- Жить буду. – Вздохнула, поморщилась, но всё же добавила. – Жаль, что не оправдала ваших ожиданий и упустила подозреваемых. Будет минутка, забросьте мои вещи ко мне домой.
- Договорились. Передай телефон Виктору.
Передала. Прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться на себе и не подслушивать, но всё равно различила каждое слово.
- Не знаю, что ты там делал, но об этом позже, - отрывисто рубил с плеча майор. – Насколько сильно она ранена?
- Плечо, - неохотно выдавил Одинцов, явно злясь на подобное обращение и поглядывая на меня в зеркало. – Нож вошёл под ключицу, других ран я не заметил.
Кажется, я расслышала зловещий скрип зубов.
- Отвечаешь за неё головой, - наконец произнёс майор. – Пока не приеду – глаз с неё не спускать и выполнять каждое, даже самое мельчайшее её требование. В каком районе вас искать?
Виктор продиктовал адрес, добавив, что, по моим словам, целительница живёт в соседнем подъезде, и только после этого майор завершил разговор. Дальнейший путь мы проделали молча. Уже темнело, так что у подъезда нас не встречали вездесущие любопытствующие бабульки, теплыми летними вечерами осаждающие все лавочки в округе.
Кстати, лавочки… Только сейчас я заметила, что у моего подъезда пропала лавочка, но уже в следующее мгновение стало не до неё – Виктор уточнил, куда меня нести, и мы отправились в обитель целительницы.
