– Что за черт с тобой могло случиться, пока мы спали?! Ты пыталась ограбить оружейный магазин, и тебя поймала полиция? Или решила проверить, сколько проекций может вместить одна лестница? Устроила соревнование «кто больше соберет хвостов»?
– Не совсем, – запинаясь, почти прошептала Гвен, тяжело опускаясь в кресло. Тело ломило, рана пульсировала болью, и каждое движение отдавалось вспышками перед глазами.
Крус уже зажег в руках желтый огонь, не тот мягкий, целительный, а жесткий, хирургический, от которого даже у него самого на лбу выступила испарина. Он приложил ладонь к руке Гвендолин, и она буквально заревела от боли. В руку словно воткнули раскаленную кочергу, раздирающую мышцы изнутри. Крус только усилил напор магии, его зубы были сжаты, желваки ходили на скулах.
Гвен закричала не сдерживаясь, не стесняясь, отчаянно. Но даже не сдвинулась с места, вцепившись свободной рукой в подлокотник так, что кресло скрипнуло. Чувство было такое, будто из нее вырывают куски живого мяса, будто каждую мышцу прокручивают в мясорубке.
Через несколько бесконечно долгих секунд из отверстия в руке показался круглый металлический край. Пуля медленно выползла наружу, истекая кровью и какой-то темной субстанцией, и со звонким стуком упала на деревянный пол.
Боль потихоньку начала отступать, сменяясь тупым, ноющим ощущением и слабостью.
– Где ты была? – Гидеон подошел к ним, на ходу натягивая футболку. Его лицо было хмурым, взгляд серьезным. Крус прав. Ее нельзя оставить ни на секунду. И вот результат сидит вся в крови, пули из нее вынимаем как из подушечки для иголок.
– В лимбе, – тихо ответила Гвен, разглядывая руку с запекшейся кровью. Живая. Это самое главное. Узнала, кто сновидец, просто подарок судьбы, хоть и достался такой ценой.
– Ты спятила? – вскричал Крус, тряся руками, разряжая остатки магии и восстанавливая силы. Он чувствовал, как резервы истощаются, батарейки еще понадобятся. Мало того что им предстоит проделать немалый путь в лимбе, так эта упрямица уже успела там побывать без них, и ему пришлось исправлять то, что она натворила. – Зачем ты пошла туда одна?! Подвергать себя такой опасности! А если бы я не успел? Если бы пуля задела артерию?
– Мне приснился сон, – неуверенно начала Гвен, подбирая слова. Голос все еще дрожал после пережитого. – Я была... в лимбе. Но смотрела чужими глазами. Будто я это он. Видела то, что видит сновидец.
– Опять? – Крус нахмурился, скрестив руки на груди. Так, стоп. Они подозревали, что сновидец как-то ведет ее, но чтобы она видела его глазами в реальности? Это было что-то новенькое. Ни в одном фолианте такого не описывали. – Поэтому ты пошла в лимб? С чего вдруг ты решила отправиться без нас? Зачем подвергать себя и его такой опасности? И судя по твоему виду, я прав, едва не угробилась.
– Крус! – оборвала его Гвен. В ее голосе появились стальные нотки, которые заставили мага замолчать на полуслове. – Помолчи, если хочешь узнать, что я раскопала и почему меня подстрелили. Нотации подождут.
– Хорошо, я слушаю, – обиженно буркнул маг, но в его глазах горело неподдельное любопытство.
Гвен поморщилась от еще беспокоящей боли в руке и с трудом закинула ноги на стол, устраиваясь поудобнее.
– Я вошла в лимб, думая о своем сне. О том, что видела. И попала именно в то место. Дерево сакуры посреди моря. Точно такое же, как в видении.
– Лепестки, – тихо произнес Гидеон, подходя ближе. – Сновидец. Он ведет тебя.
– Да. Я прошла по тому пути, что видела его глазами. И увидела его. – Гвен закрыла глаза рукой, словно само воспоминание причиняло боль.
– Что? – в нетерпении воскликнул Крус, чувствуя, что сейчас произойдет что-то, что перевернет все их представление об этой миссии.
– Это тот самый парень, который спас мне жизнь.
Тишина повисла в комнате, как перед грозой.
– Не может быть! – Гидеон ударил ладонью по столу, заставив подскочить книги. Таких совпадений просто не бывает. Это уже не случайность это судьба. Или ловушка. Одно из двух.
– Я тоже была слегка шокирована, – Гвен криво усмехнулась. – Кроме того... – она замолчала, не зная, как объяснить ребятам, что была у него в больнице. – Я была у него в больнице.
– Была где? – протянул Крус, и на его лице медленно расползалась понимающая улыбка. – Вот куда ты так стремительно убежала. Ах ты наша романтичная душа. Он тебе понравился, признавайся.
– Нет! – вспыхнула Гвендолин, запуская в него подушкой. – Просто я решила узнать, как самочувствие у того, кто меня спас. Я же не знала, что это он! Откуда мне было знать?
– Хорошо, пока проехали, – Крус щелкнул пальцами, и в то же мгновение его помятая одежда сменилась на свежую черную рубашку и черные брюки. Магия быта полезная штука, когда некогда переодеваться вручную. – Давай дальше. Что было потом?
– Он узнал меня. Мы поговорили. Сегодня в девять у нас... свидание. Ужин.
– Что?! – хором воскликнули оба мужчины.
– Это не свидание в прямом смысле, – закатила глаза Гвен. – Это стратегическая операция. Я буду рядом с ним, его реальность немного успокоится, проекции перестанут так активно охотиться. А мы сможем разработать план, как вытащить его оттуда окончательно.
– А кто же тебя подстрелил? – Гидеон кивнул на окровавленную руку.
– Проекции, – Гвен устало откинула волосы за плечи. – Как никак, они чуют нас. Но мне удалось увести их от него. И судя по короткому диалогу, он уже видел вестников. И может, не раз. Он в курсе, что с ним происходит что-то не то. Это упрощает задачу.
– Или усложняет, – задумчиво произнес Крус. – Осознанный сновидец это опасно. Он может начать управлять лимбом, сам того не понимая, и натворить дел.
– Поэтому мне нужно быть рядом, – твердо сказала Гвен. – Контролировать процесс. Направлять.
– Направлять, – хмыкнул Гидеон. – На свидании. Ну-ну.
– Заткнись, – беззлобно огрызнулась Гвен, но в уголках губ дрогнула улыбка. – Лучше подумайте, как защитить меня от проекций, пока я буду там с ним. Потому что, судя по сегодняшней прогулке, они просто так не отстанут.
– Получается, сейчас он относительно спокоен, но подсознание один хрен защищается, – задумчиво произнес Крус, потирая подбородок. Он мерил шагами комнату, его босые ноги бесшумно ступали по деревянному полу. – Как нам теперь восстанавливать и защищать оазисы, если Гвен будет вести сновидца? Какие будут идеи?
– Основную идею мы с вами уже обсудили, – Гвендолин встала с кресла и подошла к окну. За стеклом догорал закат, окрашивая небо в багровые тона, слишком похожие на цвета лимба, чтобы это было приятным совпадением. – Нужно заставить его думать, что этот мир реален. Тогда несостыковки будут менее заметны, проекции станут спокойнее, а вестники потеряют след. Но...
– Но что? – нетерпеливо включился Гидеон. Он уже сидел за столом, разложив перед собой несколько фолиантов, компьютер и делая пометки. Его аналитический ум жаждал деталей.
– Вы должны будете сдерживать проекции и отслеживать аномалии города. Предупреждать меня об опасности. В реальном времени.
– Типа привет, Гвен, можно тебя на секунду? – усмехнулся Гидеон, изображая, как он подкрадывается к ней во время романтического ужина. – Извините, что прерываю, но там за углом скопились вооруженные проекции, не могли бы вы отойти в сторонку, пока мы их не перестреляем?
– Гидеон! – Гвендолин закатила глаза, но в уголках губ дрогнула улыбка. – Разумеется, нет. У нас есть преимущество. Как раз потому, что я пошла одна, вам будет проще притворяться проекциями. Сливаться с толпой. Вы будете моими глазами и ушами снаружи.
– Умно, – одобрительно кивнул Крус. В его голосе прорезались нотки уважения, но то была лишь видимость. Гордость мага, прожившего на пару веков больше успокоилась ненадолго. – И ты будешь под присмотром. – Он указал на окровавленную руку Гвен, которую уже успел подлечить, но следы еще оставались. – А теперь марш в ванну. У нас будет очень напряженный вечер. Нельзя, чтобы от тебя пахло порохом и кровью.
– Да уж, – Гвен усмехнулась, разглядывая запекшуюся кровь на пальцах. – Кровь не очень подходит для романтического ужина. Как-то это... не комильфо.
Черное облегающее шелковое платье в пол мягко струилось при каждом движении, обнимая фигуру, подчеркивая каждый соблазнительный изгиб тела извлекательницы. Оно было одновременно строгим и дьявольски соблазнительным, а глубокий треугольный вырез открывал немного больше, чем требовал этикет, но ровно настолько, чтобы взгляд задерживался чуть дольше положенного. Волосы, уложенные в мягкие волны, поблескивали едва заметной полоской, невидимкой с крошечными кристаллами, которые вспыхивали при каждом повороте головы. Черные туфли на шпильке добавляли росту и той самой женственности, которую Гвен так редко позволяла себе проявлять. Сверху тонкий черный плащ, развевающийся при ходьбе, как крылья.
– Вау, – присвистнул Крус, обходя извлекательницу по кругу и рассматривая со всех сторон. В его глазах плясали чертики. Одежда видимо для всех магов была очень важным атрибутом. Сейчас Гвен вспомнила Анфаля, который дико бесился, если они падали куда то в грязь. – Интересный выбор. Очень... интересный.
– Есть причина, – Гвен улыбнулась, слегка смутившись от пристальных взглядов напарников. Щеки предательски порозовели.
– Поясни.
– Своего рода программирование. Мозг, подсознание людей запоминает разные детали: фильмы, афиши, этикетки, музыку, всё это формирует ассоциации. Когда я разговаривала с Данте в кафе, я увидела у него ассоциацию с фильмом «Турист». Его подсознание откликнулось на этот образ. Поэтому я решила немного поиграть в роль Элиз Клиффтен Уорд.
– Ты собираешься помочь ему проснуться... соблазняя его? – Гидеон поднял бровь, и на его лице расплылась хитрая усмешка. – Рискованная стратегия.
– Что?! – возмутилась Гвен. – Вряд ли обычный среднестатистический мужчина захочет жить только потому что я приду в дырявой футболке и с желанием его спасти! Это работает немного иначе!
– Ну не знаю, – протянул Гидеон, окидывая ее оценивающим взглядом. – Судя по тому, как ты выглядишь, желание жить у него точно появится. Как минимум из любопытства.
Гвен закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. Иногда аналитический ум Гидеона заводил его не в ту сторону, а отсутствие информации о реакциях живых людей часто выставляло его в довольно забавном свете.
– Вы вдоволь нафантазировались? – Крус прервал их перепалку, в его голосе звучала доля высокомерия и легкого раздражения. Он смотрел на пикирующих друзей с выражением «когда вы уже угомонитесь». – Может, мы начнем? Время играет не на нашей стороне.
– Ты прав, – Гвендолин машинально стряхнула с плаща несуществующие пылинки и вдруг поймала себя на мысли, что в этот момент была очень похожа на самого Круса. Вот она, его вечная нервозность. Правда, эти трое суток без сна никак не помогают успокоиться.
И вообще! Почему она так нервничает перед встречей с Данте? – мысль кольнула где-то под ребрами. – Это обычная запланированная встреча, чтобы вызвать у сновидца положительные эмоции, так необходимые для дальнейшей работы с подсознанием. Они уже узнали много, но чтобы перейти на более глубокий уровень, нужно включить ее в его видение реальной жизни. В то, что существует здесь, в лимбе, в его сознании. Если получится, они смогут вывести его из комы.
Но было еще что-то. Что-то, не относящееся к работе. Личное. Непонятно откуда родившееся желание быть более мягкой, более похожей на людей, с их чувствами и эмоциями, с которыми они вынуждены сталкиваться каждый день, но которые так тщательно в себе подавляли.
Почему именно сейчас? Почему Данте?
Может, дело в аварии? В том, что он пожертвовал собой, чтобы спасти ее, хотя всегда эта роль принадлежала ей. Холод, расчет, отсутствие эмоций, скорость, собранность – вот их стихия. А сейчас? Сейчас она чувствовала неуверенность. Растерянность. Совершенно ей не свойственную..
Гвен тряхнула головой, отгоняя наваждение.
Что бы это ни было, это работа. А эмоции тут лишние. Совсем лишние.
Портал на этот раз перенес их на улицу прямо рядом с кафе. Никаких падений с высоты, никаких кульбитов, мягко, точно, профессионально. Крус и Гидеон тоже облачились в костюмы, готовые изображать деловых партнеров за ужином. Крус выбрал строгую черную классику, Гидеон темно-синий, чуть более свободного кроя, чтобы не сковывал движений, если придется действовать быстро.
– Что ж, вот он, момент истины, – торжественно произнес Крус, оглядывая улицу. Вечерний город переливался огнями, проекции спешили по своим делам, не обращая на троицу никакого внимания. – Мы стоим на пороге удивительных событий. Наконец-то сможем лицезреть сновидца воочию, а не только в твоих рассказах.
– Какая речь, – усмехнулся Гидеон, и в его голосе впервые за долгое время прозвучало спокойствие. Он сканировал систему: все процессы работали без сбоев, не было дыр в коде, не было ошибок, тормозящих загрузку. Лимб стабилизировался. Похоже, близость Гвен действительно успокаивала сновидца. – Не терпится взглянуть на мужчину, который смог растопить ледяное сердце нашей извлекательницы.
– Что ты несешь? – Гвендолин скривилась, резким движением отбросив волосы за плечо. Шелк платья мягко зашуршал.
– Это правда, – Гидеон вздернул подбородок, глядя на нее с хитрой улыбкой. – Может, ты думаешь, что я бездушен, как программный код, но я не слепой. До встречи с ним ты могла прошибать лбом бетонные стены, не замечая ничего вокруг. А теперь в тебе появилась... женственность. Мягкость. Это так забавно наблюдать.
– Считаешь это забавным? – возмутилась Гвен, и в голосе прозвучали нотки, которых она сама от себя не ожидала. Обида? Неужели? Прекрасно. Мало того что она сама испытывает новые, странные эмоции, которым еще не решила, как относиться, так еще и окружающие это заметили. Более того считают это забавным.
– Глядя на тебя – да, – поддержал Крус, но в его взгляде читалось нечто иное: хватит болтать, пора действовать. – Идем уже. Время не ждет.
– Сначала я. Через некоторое время – вы, – строго произнесла Гвен, стараясь выглядеть спокойной и собранной, хотя внутри все замирало. – Никаких взглядов в мою сторону. Не привлекайте внимания. Вы просто деловые партнеры, ужинающие после тяжелого дня. Все.
– Вижу, – коротко ответил Крус, подняв руку в приглашающем жесте. – Ступай. Мы рядом.
Гвен шумно выдохнула, расправила плечи и направилась ко входу в кафе.
Вечером заведение преобразилось до неузнаваемости. Приглушенный золотистый свет струился с потолка, белоснежные скатерти на столах сверкали идеальной чистотой, хрусталь бокалов переливался в лучах свечей, а живые цветы в вазах наполняли воздух тонким, едва уловимым ароматом. Будто попадаешь в совершенно другое место, не в то кафе, где они встретились днем, а в какой-то уютный ресторан для избранных.
Официант подошел мгновенно, но не успел и рта раскрыть.
– Это моя гостья, – раздался знакомый голос.
Данте поднялся из-за столика в углу и в несколько широких шагов оказался рядом с ней. Он взял Гвендолин за руку, и через это прикосновение она физически ощутила, как бешено колотится его сердце, часто, неровно, взволнованно. Он явно нервничал, хотя старался не показывать этого. Энергетика била ключом, буквально вторгаясь в пространство, заполняя собой все вокруг.
– Не совсем, – запинаясь, почти прошептала Гвен, тяжело опускаясь в кресло. Тело ломило, рана пульсировала болью, и каждое движение отдавалось вспышками перед глазами.
Крус уже зажег в руках желтый огонь, не тот мягкий, целительный, а жесткий, хирургический, от которого даже у него самого на лбу выступила испарина. Он приложил ладонь к руке Гвендолин, и она буквально заревела от боли. В руку словно воткнули раскаленную кочергу, раздирающую мышцы изнутри. Крус только усилил напор магии, его зубы были сжаты, желваки ходили на скулах.
Гвен закричала не сдерживаясь, не стесняясь, отчаянно. Но даже не сдвинулась с места, вцепившись свободной рукой в подлокотник так, что кресло скрипнуло. Чувство было такое, будто из нее вырывают куски живого мяса, будто каждую мышцу прокручивают в мясорубке.
Через несколько бесконечно долгих секунд из отверстия в руке показался круглый металлический край. Пуля медленно выползла наружу, истекая кровью и какой-то темной субстанцией, и со звонким стуком упала на деревянный пол.
Боль потихоньку начала отступать, сменяясь тупым, ноющим ощущением и слабостью.
– Где ты была? – Гидеон подошел к ним, на ходу натягивая футболку. Его лицо было хмурым, взгляд серьезным. Крус прав. Ее нельзя оставить ни на секунду. И вот результат сидит вся в крови, пули из нее вынимаем как из подушечки для иголок.
– В лимбе, – тихо ответила Гвен, разглядывая руку с запекшейся кровью. Живая. Это самое главное. Узнала, кто сновидец, просто подарок судьбы, хоть и достался такой ценой.
– Ты спятила? – вскричал Крус, тряся руками, разряжая остатки магии и восстанавливая силы. Он чувствовал, как резервы истощаются, батарейки еще понадобятся. Мало того что им предстоит проделать немалый путь в лимбе, так эта упрямица уже успела там побывать без них, и ему пришлось исправлять то, что она натворила. – Зачем ты пошла туда одна?! Подвергать себя такой опасности! А если бы я не успел? Если бы пуля задела артерию?
– Мне приснился сон, – неуверенно начала Гвен, подбирая слова. Голос все еще дрожал после пережитого. – Я была... в лимбе. Но смотрела чужими глазами. Будто я это он. Видела то, что видит сновидец.
– Опять? – Крус нахмурился, скрестив руки на груди. Так, стоп. Они подозревали, что сновидец как-то ведет ее, но чтобы она видела его глазами в реальности? Это было что-то новенькое. Ни в одном фолианте такого не описывали. – Поэтому ты пошла в лимб? С чего вдруг ты решила отправиться без нас? Зачем подвергать себя и его такой опасности? И судя по твоему виду, я прав, едва не угробилась.
– Крус! – оборвала его Гвен. В ее голосе появились стальные нотки, которые заставили мага замолчать на полуслове. – Помолчи, если хочешь узнать, что я раскопала и почему меня подстрелили. Нотации подождут.
– Хорошо, я слушаю, – обиженно буркнул маг, но в его глазах горело неподдельное любопытство.
Гвен поморщилась от еще беспокоящей боли в руке и с трудом закинула ноги на стол, устраиваясь поудобнее.
– Я вошла в лимб, думая о своем сне. О том, что видела. И попала именно в то место. Дерево сакуры посреди моря. Точно такое же, как в видении.
– Лепестки, – тихо произнес Гидеон, подходя ближе. – Сновидец. Он ведет тебя.
– Да. Я прошла по тому пути, что видела его глазами. И увидела его. – Гвен закрыла глаза рукой, словно само воспоминание причиняло боль.
– Что? – в нетерпении воскликнул Крус, чувствуя, что сейчас произойдет что-то, что перевернет все их представление об этой миссии.
– Это тот самый парень, который спас мне жизнь.
Тишина повисла в комнате, как перед грозой.
– Не может быть! – Гидеон ударил ладонью по столу, заставив подскочить книги. Таких совпадений просто не бывает. Это уже не случайность это судьба. Или ловушка. Одно из двух.
– Я тоже была слегка шокирована, – Гвен криво усмехнулась. – Кроме того... – она замолчала, не зная, как объяснить ребятам, что была у него в больнице. – Я была у него в больнице.
– Была где? – протянул Крус, и на его лице медленно расползалась понимающая улыбка. – Вот куда ты так стремительно убежала. Ах ты наша романтичная душа. Он тебе понравился, признавайся.
– Нет! – вспыхнула Гвендолин, запуская в него подушкой. – Просто я решила узнать, как самочувствие у того, кто меня спас. Я же не знала, что это он! Откуда мне было знать?
– Хорошо, пока проехали, – Крус щелкнул пальцами, и в то же мгновение его помятая одежда сменилась на свежую черную рубашку и черные брюки. Магия быта полезная штука, когда некогда переодеваться вручную. – Давай дальше. Что было потом?
– Он узнал меня. Мы поговорили. Сегодня в девять у нас... свидание. Ужин.
– Что?! – хором воскликнули оба мужчины.
– Это не свидание в прямом смысле, – закатила глаза Гвен. – Это стратегическая операция. Я буду рядом с ним, его реальность немного успокоится, проекции перестанут так активно охотиться. А мы сможем разработать план, как вытащить его оттуда окончательно.
– А кто же тебя подстрелил? – Гидеон кивнул на окровавленную руку.
– Проекции, – Гвен устало откинула волосы за плечи. – Как никак, они чуют нас. Но мне удалось увести их от него. И судя по короткому диалогу, он уже видел вестников. И может, не раз. Он в курсе, что с ним происходит что-то не то. Это упрощает задачу.
– Или усложняет, – задумчиво произнес Крус. – Осознанный сновидец это опасно. Он может начать управлять лимбом, сам того не понимая, и натворить дел.
– Поэтому мне нужно быть рядом, – твердо сказала Гвен. – Контролировать процесс. Направлять.
– Направлять, – хмыкнул Гидеон. – На свидании. Ну-ну.
– Заткнись, – беззлобно огрызнулась Гвен, но в уголках губ дрогнула улыбка. – Лучше подумайте, как защитить меня от проекций, пока я буду там с ним. Потому что, судя по сегодняшней прогулке, они просто так не отстанут.
– Получается, сейчас он относительно спокоен, но подсознание один хрен защищается, – задумчиво произнес Крус, потирая подбородок. Он мерил шагами комнату, его босые ноги бесшумно ступали по деревянному полу. – Как нам теперь восстанавливать и защищать оазисы, если Гвен будет вести сновидца? Какие будут идеи?
– Основную идею мы с вами уже обсудили, – Гвендолин встала с кресла и подошла к окну. За стеклом догорал закат, окрашивая небо в багровые тона, слишком похожие на цвета лимба, чтобы это было приятным совпадением. – Нужно заставить его думать, что этот мир реален. Тогда несостыковки будут менее заметны, проекции станут спокойнее, а вестники потеряют след. Но...
– Но что? – нетерпеливо включился Гидеон. Он уже сидел за столом, разложив перед собой несколько фолиантов, компьютер и делая пометки. Его аналитический ум жаждал деталей.
– Вы должны будете сдерживать проекции и отслеживать аномалии города. Предупреждать меня об опасности. В реальном времени.
– Типа привет, Гвен, можно тебя на секунду? – усмехнулся Гидеон, изображая, как он подкрадывается к ней во время романтического ужина. – Извините, что прерываю, но там за углом скопились вооруженные проекции, не могли бы вы отойти в сторонку, пока мы их не перестреляем?
– Гидеон! – Гвендолин закатила глаза, но в уголках губ дрогнула улыбка. – Разумеется, нет. У нас есть преимущество. Как раз потому, что я пошла одна, вам будет проще притворяться проекциями. Сливаться с толпой. Вы будете моими глазами и ушами снаружи.
– Умно, – одобрительно кивнул Крус. В его голосе прорезались нотки уважения, но то была лишь видимость. Гордость мага, прожившего на пару веков больше успокоилась ненадолго. – И ты будешь под присмотром. – Он указал на окровавленную руку Гвен, которую уже успел подлечить, но следы еще оставались. – А теперь марш в ванну. У нас будет очень напряженный вечер. Нельзя, чтобы от тебя пахло порохом и кровью.
– Да уж, – Гвен усмехнулась, разглядывая запекшуюся кровь на пальцах. – Кровь не очень подходит для романтического ужина. Как-то это... не комильфо.
Черное облегающее шелковое платье в пол мягко струилось при каждом движении, обнимая фигуру, подчеркивая каждый соблазнительный изгиб тела извлекательницы. Оно было одновременно строгим и дьявольски соблазнительным, а глубокий треугольный вырез открывал немного больше, чем требовал этикет, но ровно настолько, чтобы взгляд задерживался чуть дольше положенного. Волосы, уложенные в мягкие волны, поблескивали едва заметной полоской, невидимкой с крошечными кристаллами, которые вспыхивали при каждом повороте головы. Черные туфли на шпильке добавляли росту и той самой женственности, которую Гвен так редко позволяла себе проявлять. Сверху тонкий черный плащ, развевающийся при ходьбе, как крылья.
– Вау, – присвистнул Крус, обходя извлекательницу по кругу и рассматривая со всех сторон. В его глазах плясали чертики. Одежда видимо для всех магов была очень важным атрибутом. Сейчас Гвен вспомнила Анфаля, который дико бесился, если они падали куда то в грязь. – Интересный выбор. Очень... интересный.
– Есть причина, – Гвен улыбнулась, слегка смутившись от пристальных взглядов напарников. Щеки предательски порозовели.
– Поясни.
– Своего рода программирование. Мозг, подсознание людей запоминает разные детали: фильмы, афиши, этикетки, музыку, всё это формирует ассоциации. Когда я разговаривала с Данте в кафе, я увидела у него ассоциацию с фильмом «Турист». Его подсознание откликнулось на этот образ. Поэтому я решила немного поиграть в роль Элиз Клиффтен Уорд.
– Ты собираешься помочь ему проснуться... соблазняя его? – Гидеон поднял бровь, и на его лице расплылась хитрая усмешка. – Рискованная стратегия.
– Что?! – возмутилась Гвен. – Вряд ли обычный среднестатистический мужчина захочет жить только потому что я приду в дырявой футболке и с желанием его спасти! Это работает немного иначе!
– Ну не знаю, – протянул Гидеон, окидывая ее оценивающим взглядом. – Судя по тому, как ты выглядишь, желание жить у него точно появится. Как минимум из любопытства.
Гвен закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. Иногда аналитический ум Гидеона заводил его не в ту сторону, а отсутствие информации о реакциях живых людей часто выставляло его в довольно забавном свете.
– Вы вдоволь нафантазировались? – Крус прервал их перепалку, в его голосе звучала доля высокомерия и легкого раздражения. Он смотрел на пикирующих друзей с выражением «когда вы уже угомонитесь». – Может, мы начнем? Время играет не на нашей стороне.
– Ты прав, – Гвендолин машинально стряхнула с плаща несуществующие пылинки и вдруг поймала себя на мысли, что в этот момент была очень похожа на самого Круса. Вот она, его вечная нервозность. Правда, эти трое суток без сна никак не помогают успокоиться.
И вообще! Почему она так нервничает перед встречей с Данте? – мысль кольнула где-то под ребрами. – Это обычная запланированная встреча, чтобы вызвать у сновидца положительные эмоции, так необходимые для дальнейшей работы с подсознанием. Они уже узнали много, но чтобы перейти на более глубокий уровень, нужно включить ее в его видение реальной жизни. В то, что существует здесь, в лимбе, в его сознании. Если получится, они смогут вывести его из комы.
Но было еще что-то. Что-то, не относящееся к работе. Личное. Непонятно откуда родившееся желание быть более мягкой, более похожей на людей, с их чувствами и эмоциями, с которыми они вынуждены сталкиваться каждый день, но которые так тщательно в себе подавляли.
Почему именно сейчас? Почему Данте?
Может, дело в аварии? В том, что он пожертвовал собой, чтобы спасти ее, хотя всегда эта роль принадлежала ей. Холод, расчет, отсутствие эмоций, скорость, собранность – вот их стихия. А сейчас? Сейчас она чувствовала неуверенность. Растерянность. Совершенно ей не свойственную..
Гвен тряхнула головой, отгоняя наваждение.
Что бы это ни было, это работа. А эмоции тут лишние. Совсем лишние.
Портал на этот раз перенес их на улицу прямо рядом с кафе. Никаких падений с высоты, никаких кульбитов, мягко, точно, профессионально. Крус и Гидеон тоже облачились в костюмы, готовые изображать деловых партнеров за ужином. Крус выбрал строгую черную классику, Гидеон темно-синий, чуть более свободного кроя, чтобы не сковывал движений, если придется действовать быстро.
– Что ж, вот он, момент истины, – торжественно произнес Крус, оглядывая улицу. Вечерний город переливался огнями, проекции спешили по своим делам, не обращая на троицу никакого внимания. – Мы стоим на пороге удивительных событий. Наконец-то сможем лицезреть сновидца воочию, а не только в твоих рассказах.
– Какая речь, – усмехнулся Гидеон, и в его голосе впервые за долгое время прозвучало спокойствие. Он сканировал систему: все процессы работали без сбоев, не было дыр в коде, не было ошибок, тормозящих загрузку. Лимб стабилизировался. Похоже, близость Гвен действительно успокаивала сновидца. – Не терпится взглянуть на мужчину, который смог растопить ледяное сердце нашей извлекательницы.
– Что ты несешь? – Гвендолин скривилась, резким движением отбросив волосы за плечо. Шелк платья мягко зашуршал.
– Это правда, – Гидеон вздернул подбородок, глядя на нее с хитрой улыбкой. – Может, ты думаешь, что я бездушен, как программный код, но я не слепой. До встречи с ним ты могла прошибать лбом бетонные стены, не замечая ничего вокруг. А теперь в тебе появилась... женственность. Мягкость. Это так забавно наблюдать.
– Считаешь это забавным? – возмутилась Гвен, и в голосе прозвучали нотки, которых она сама от себя не ожидала. Обида? Неужели? Прекрасно. Мало того что она сама испытывает новые, странные эмоции, которым еще не решила, как относиться, так еще и окружающие это заметили. Более того считают это забавным.
– Глядя на тебя – да, – поддержал Крус, но в его взгляде читалось нечто иное: хватит болтать, пора действовать. – Идем уже. Время не ждет.
– Сначала я. Через некоторое время – вы, – строго произнесла Гвен, стараясь выглядеть спокойной и собранной, хотя внутри все замирало. – Никаких взглядов в мою сторону. Не привлекайте внимания. Вы просто деловые партнеры, ужинающие после тяжелого дня. Все.
– Вижу, – коротко ответил Крус, подняв руку в приглашающем жесте. – Ступай. Мы рядом.
Гвен шумно выдохнула, расправила плечи и направилась ко входу в кафе.
Вечером заведение преобразилось до неузнаваемости. Приглушенный золотистый свет струился с потолка, белоснежные скатерти на столах сверкали идеальной чистотой, хрусталь бокалов переливался в лучах свечей, а живые цветы в вазах наполняли воздух тонким, едва уловимым ароматом. Будто попадаешь в совершенно другое место, не в то кафе, где они встретились днем, а в какой-то уютный ресторан для избранных.
Официант подошел мгновенно, но не успел и рта раскрыть.
– Это моя гостья, – раздался знакомый голос.
Данте поднялся из-за столика в углу и в несколько широких шагов оказался рядом с ней. Он взял Гвендолин за руку, и через это прикосновение она физически ощутила, как бешено колотится его сердце, часто, неровно, взволнованно. Он явно нервничал, хотя старался не показывать этого. Энергетика била ключом, буквально вторгаясь в пространство, заполняя собой все вокруг.
