Санитар ожидаемо пугается и впадает в панику. Стен тяжело вздохнул. Это было именно то, чего он пытался всеми силами избежать. Этот толстый мужик им нужен, нужен живой и говорящий. Потому что как только он поймет, что в нем реально заинтересованы наверху, то начнет набивать себе цену. Как бы сейчас ему пригодился какой-нибудь хороший специалист из отдела майора Абрахама! Кто-нибудь с ласковым взглядом и крепкими нервами, потому что бойцы-то готовы прострелить башку по одному движению руки, но тут нужна тонкая работа. И эту работу полковник не любил. Грязно и нервно. И долго.
Сайрус, наверное, уже достал бы откуда-нибудь нож и начал нарезать санитара тонкими полосками, за ним не заржавеет, а вот Стен так не умел.
– Если вы не разбираетесь в этом, то ничего страшного. – Полковник устало махнул рукой. – Вас таких тут много, сейчас погрузим во флаер и отправим в следственный изолятор. Сделка будет только для тех, кто сумеет расшифровать все эти записи. А может, даже дальше продолжить исследование…
– Я знаю, что они делали! – Санитар снова быстро принял решение. – Направление лорд-гена было невозможно поменять. Мы лет пять пытались это сделать, никаких шансов, кучу материала извели, но все никак… А все, что получалось, ну, все было как в исходнике, все объекты сходили с ума и начинали убивать, ну как, ну пытались…
– Что было дальше? – С этой частью полковник был уже знаком, очень похоже на произошедшее на Луизе, где все население сошло с ума.
– Дальше? Да ничего, меняли стержневые гены, пытались понять, почему не работает. Пока не доставили новый экземпляр, – снова взмах рукой в сторону простыни, – для исследований, вот с этим образцом появились новые результаты. Никакого безумия, никакой агрессии, это да, это вот хорошо, но было непонятно, работает или нет…
– Объекты не выполняли приказы… этого экземпляра?
– …Эээ …Не знаю, мы это не пробовали.
– А как же вы тогда определяли работоспособность стержневого гена?
– Ну, мы добавляли полученный… это… модифицированный лорд-ген другим объектам, чтобы у них повысить уровень доминанты…
Все понятно. Стен тяжело вздохнул, ничего нового и ничего интересного. Это ровно то же самое, что произошло на Луизе. Попытки задрать уровень доминанты и стать самым могущественным лордом, чтобы просто захватить власть над лордами и, как следствие, над всей империей. Для него, не генетика, это звучало логично. Надо просто в кровь добавить побольше вот этого самого, что производит лорд-ген, и получить повышенную концентрацию.
Только вот, если он правильно понял те самые записи Тома Харпа, до которых смог добраться со своим доступом полковника, то уровень доминанты сам по себе ничего не значит. И попытки нарастить этот самый уровень приводили к какому-то невероятному конфликту внутри организма, сводя человека с ума. Почему это выливалось в желание убивать?
А почему лорды вообще склонны к убийствам? Почему у них нет никакой эмпатии к другим людям? Совершенная психопатия, контролируемая только преданностью императору! Возможно, в создании лорд-гена самым главным было именно держать эту концентрацию под контролем, не превышать критическое значение, за которым идет безумие.
– И что же? Не вышло? – лениво поинтересовался полковник, давая медику шанс возобновить его интерес к этому вопросу, ведь на кону стоит ни больше, ни меньше – жизнь.
– Получилось, почему не получилось? Очень даже получилось! – Лаборант даже как будто возмутился от такого предположения. – Уровень поднялся до 99%! Только вот почему-то это не работало…
Стен вздохнул. Он никогда не мнил себя умнее других, и уж тем более он никогда не считал себя умнее ученых, которые посвятили годы и годы всевозможным научным исследованиям. Но только вот если испытания не дают нужного результата, то это значит только одно – где-то во всей теории есть ошибка.
Может быть, все гораздо проще? Если император занимает свой трон только после смерти предыдущего правителя, то все эти хитроумные генетические алгоритмы пересчитываются и переключаются на нового императора, принимая его за абсолют? Может же такое быть, что на самом деле эксперимент удался, но просто это не видно, пока Март Лани жив? Или Вильям Лансорт, что вероятнее, если он новый источник этого стержневого гена?
Кто из них должен умереть, чтобы включился этот новый механизм?
– А где те самые… объекты? – Стен замялся с подбором слов, потому что никак не мог относиться к людям как к подопытному скоту, но пока допрашиваемый на волне, главное – выжать из него максимум информации. – …Для исследований?
– Да где… утилизировали всех! – Медик раздраженно махнул рукой. – Хотя говорят, было еще два объекта за пределами лаборатории, но я про это ничего не знаю.
– Жаль… – как можно равнодушнее протянул полковник, и подумал, что этот медик точно отсюда не выйдет, и никакой сделки ему не достанется. Именно вот за этот подход.
Земля
Седьмой эльфийский конфликт
Март Лани подошел к палате, где лежала Лизбет Нивели. Лечащий врач выскочил из-за угла, готовый услужить высокому гостю, и замер за плечом у повелителя. Император читал историю болезни, но в свете последних событий был склонен не доверять любой информации от своей сестры. Вполне может статься, что в реальности состояние девушки значительно отличается от описанного. Он понаблюдал немного за происходящим в палате, а потом задал несколько вопросов врачу.
Доктор был суетлив, многословен и явно нервничал в присутствии императора.
– Как я уже говорил, мы наблюдаем значительное улучшение состояния, да, можно сказать, что пациентка почти готова к выписке, да…
Да уж, тучи над головой сгущались все сильнее. Март удивился тому обстоятельству, что в отчете больная была представлена полностью беспомощной, но врач отнес это на свой счет и засуетился еще больше. Сейчас забрать девушку из госпиталя совсем некому, а даже если и найти родственников, то совсем не факт, что она будет в безопасности.
Неприметный мужчина средних лет в форме медбрата появился совсем неслышно, и врач уже хотел было отправить работника подальше, но вдруг понял, что не знает его имени. Однако врач был единственным, кого это смущало.
– Значит, говорите, что пациентка может сама ходить? – уточнил правитель.
– Так и есть, Ваше Величество, пациентка может сама двигаться, может обслуживать себя на базовом уровне, даже мелкая моторика выровнялась! И память восстанавливается, правда, пока только общая, ничего личного…
– Это хорошо, – невежливо перебил его император, и после обратился к медбрату. – Что скажешь, Адам?
Врач послушно замолчал, но все же бросил взгляд на таинственного Адама. Мужчина как мужчина, попроси кого описать – скажут «средний». Средний рост, среднее телосложение, цвет волос, пожалуй, тоже средний. Такой никчемный цвет, и стрижка никакая. Ничем не примечательный, словом, мужчина, таких миллионы на каждом углу.
– Да нормально… – Капитан дворцовой гвардии Адам Джонсон невнятно что-то пробурчал и пожал плечами.
Задание, которое ему дал повелитель, буквально полчаса назад не укладывалось ни в какие рамки. Увезти девушку благородных корней куда подальше и спрятать ее там, чтобы никто не нашел. Но про себя он подумал только, что удачно не обзавелся семьей и может отправляться куда глаза глядят.
Но с каждой минутой задача обрастала сложностями. Девушка не в себе – этого уже было достаточно, чтобы напрячься, а уж то, что девушка не может ничего делать и еще подвергается смертельной опасности, и вовсе привело мужчину в крайне паршивое настроение.
– Пойдем познакомимся. – Император махнул рукой, и врач бросился исполнять его волю.
Дверь в палату распахнулась, и трое мужчин шагнули внутрь. Сидевшая за столом девушка что-то сосредоточенно рисовала, мало обращая внимания на посетителей. Март заглянул в рисунок и перевел взгляд на врача. Тот пожал плечами и негромко прокомментировал:
– Это часть терапии, пациент познает себя…
– Это олеандры Ван Гога, – подвел черту медбрат.
Император глубокомысленно хмыкнул и задумался о том, что надо теперь отправить подальше врача, которому точно не стоит знать, что тут происходит. И который точно все расскажет Урсуле, а этого допустить нельзя.
– Что скажешь? – прошептал он вполголоса, как только закрылась дверь за доктором.
– Как далеко надо ее увезти? – так же тихо переспросил переодетый гвардеец.
– Так далеко, чтобы никто даже не догадался, откуда она родом. – Март взял небольшую паузу и решительно добавил: – И скорее всего, навсегда.
Мужчина нахмурился, но промолчал. Приказы императора не обсуждаются.
– Я не знаю, сколько у нас времени, но похоже, тебе придется бежать. – Правитель склонился к самому уху подчиненного, чтобы никто не смог услышать. – Адам, эта девушка может родить следующего императора. И если здесь все станет плохо, то ее надо будет вернуть. А до тех пор…
Продолжать смысла не было, гвардеец Джонсон служил во дворце лет десять, а последние пару лет был доверенным охранником самого императора. Он слышал куда больше сплетен, интриг и заговоров, чем кто бы то ни было еще. Так что идея с запасным продолжением рода была ему понятна.
– А что с ней вообще?
– Да кто ж знает… – Март горько вздохнул. – Все оказалось ложью, так что это придется выяснить тебе…
Если бывают в жизни невероятные совпадения или удивительные случайности, то произошедшее в следующие минуты можно смело отнести к ним. Потому что такое невозможно предусмотреть и предугадать.
Доселе равнодушная девушка вдруг выгнулась дугой, широко раскрывая рот в безмолвном крике. Но даже без звука Март Лани почувствовал невидимую волну, которая словно электрический заряд прокатилась по комнате. Он ощущал, как волосы встают дыбом и колышутся словно на ветру. А бедная Лизбет Нивели продолжала судорожно хватать ртом воздух, словно вынырнула из-под воды. В ее глазах мелькнуло узнавание, и она растерянно уставилась на императора. Словно только очнулась после долгого сна и никак не может сообразить, где она и что происходит, а тут внезапно сам император. Стоит вот прямо перед ней.
А потом Март ощутил яростный гнев. Чужой, насквозь фальшивый, но от того не менее сильный. И гнев этот был направлен на него. Девушка озадаченно моргнула, а в следующий момент бросилась на него, выставив вперед руки. Она рычала как дикое животное, а в глазах плескалась фанатичная ненависть, когда не надо ни причин, ни поводов, а надо только убивать. То, что это именно желание отнять жизнь, Март сообразил сразу.
Пришлось ударить в ответ. Как бы ему ни хотелось уберечь леди Лизбет, но инстинкт самосохранения никто не отменял. Время вокруг послушно замедлилось, давая ему возможность двигаться настолько быстро, что никто из людей не мог за ним угнаться. В конце концов, император он или так… Но на девушку это не действовало, она попросту не заметила ни боевого режима, ни ментального приказа остановиться, она рвалась к его горлу словно бешеная собака, не хватало только пены у рта. И Март сделал единственное возможное – с размаху ударил рукой.
Мимолетной задержки хватило на то, чтобы двое мужчин смогли обездвижить одну девушку. Гвардеец ловко связал ее рукава, а затем выудил из кармана форменной рубашки тонкий шнур и закрепил успех.
– Ваше Величество, что произошло? – Он продолжал вязать узлы на лодыжках пациентки, сидя на ее ногах, иначе бы она вырвалась.
– Не знаю… – император смущенно потер запястья. – Но мне это очень не нравится. Похоже, времени у нас нет. Кстати, почему она на тебя не бросается?
– Не знаю. – Мужчина озадачился. – Почему ты на меня не бросаешься?
– Да нужен ты кому… – Лизбет все сильнее ерзала, стирая руки чуть не до крови. – Я должна убить его, слишком много в нем крови…
Это заявление удивило обоих. Мало того, что, оказывается, девушка вполне в состоянии разговаривать, так она еще и понимает, что происходит.
– Я твой император, ты это понимаешь?
Март присел перед ней, чтобы заглянуть в глаза. Ну не может так быть, чтобы имперский лорд вот так бросался на своего императора. Да, многие пытались строить заговоры, многие плели интриги, даже бывало, что мечтали о троне, но вот так поднять руку на повелителя обладатели лорд-гена попросту не могли. Они же все его любили и почитали. Если только…
– Конечно, понимаю. – Девушка оставила попытки освободиться, но продолжала настороженно следить глазами за императором. Словно дикий зверь в клетке, который хочет вырваться и убить охотника. – В этом и смысл, в этом и смысл…
– Ваше Величество, я понимаю, что это покушение, но… – гвардеец замешался, не найдя слов. – Ну она же ненормальная!
– Да я вижу… А скажи мне, ты только меня хочешь убить?
– Да! – выкрикнула Лизбет ему в лицо. – А потом других! Всех других тоже! Ваша кровь… Ааа…
Она каталась по полу, уже даже не пытаясь вырваться, и выла.
– Давай-ка, успокой ее. – Март махнул рукой и решительно встал. – Наше время вышло, вам пора бежать.
Бета-1
Седьмой эльфийский конфликт
Клэр обвила руками его шею и лишь тихонько всхлипывала, пока он нес ее на руках. Словно силы полностью покинули ее. Да, откровенно говоря, ему самому было не по себе. Увидеть лорда Лансорта в таком виде – это совсем не то, к чему можно быть готовым. После обнаруженных штурмовиков, замурованных в строительные блоки, зрелище истерзанного лорда стало последней каплей.
Все время этого короткого вымученного разговора Сайрус судорожно пытался понять – что они с ним тут делали? Куча разных трубок пронзали высохшее тело, отбирая последние капли жизни. Вряд ли они просто брали его кровь, хотя и это скорее всего тоже. Он мог бы считать себя экспертом по пыточным эльфийским технологиям, но тут не видел ничего знакомого. Хотя взгляд изнутри сильно отличается от взгляда со стороны.
Длинный коридор в полумраке пещеры закончился, и даже тусклый свет с затянутого тучами неба казался обнадеживающим. Пускай ценой таких потерь, если им удалось предотвратить вторую Луизу, то это того стоит. Если эта отрава выйдет из-под контроля, то остается только гадать, как далеко это безумие распространится по империи. А ведь они даже не понимают, как далеко зашли эти опыты.
На улице уже формировался лагерь, видимо, решено было остаться тут на какое-то время. Что логично, разбирать эту лабораторию будут долго. Пока всех пленных рассортируют, возможно, отправят частями на орбиту или в космопорт, пока разберут оборудование и соберут всю информацию… опять же, улики и показания. Да, дел тут невпроворот. Скорее всего, их отряд пробудет здесь несколько дней, пока не подойдут регулярные части.
Сайрус прошел под брюхо одного из флаеров, где организовалась полевая кухня. Может, это не самое удачное решение, но иногда единственно правильное. На голодный желудок хорошие идеи не приходят. Он только обернулся, куда бы ему посадить Клэр, которая так и была у него на руках, как кто-то уже уступил ему складное кресло. И откуда оно тут только взялось? Мужчина устало плюхнулся прямо на землю рядом с креслом, и кто-то сердобольный пихнул ему в руки поднос с армейским пайком.
Сайрус поднял глаза и посмотрел на Роберта Квазири. Так вот кто тут подрабатывает на кухне, это хорошо.
Сайрус, наверное, уже достал бы откуда-нибудь нож и начал нарезать санитара тонкими полосками, за ним не заржавеет, а вот Стен так не умел.
– Если вы не разбираетесь в этом, то ничего страшного. – Полковник устало махнул рукой. – Вас таких тут много, сейчас погрузим во флаер и отправим в следственный изолятор. Сделка будет только для тех, кто сумеет расшифровать все эти записи. А может, даже дальше продолжить исследование…
– Я знаю, что они делали! – Санитар снова быстро принял решение. – Направление лорд-гена было невозможно поменять. Мы лет пять пытались это сделать, никаких шансов, кучу материала извели, но все никак… А все, что получалось, ну, все было как в исходнике, все объекты сходили с ума и начинали убивать, ну как, ну пытались…
– Что было дальше? – С этой частью полковник был уже знаком, очень похоже на произошедшее на Луизе, где все население сошло с ума.
– Дальше? Да ничего, меняли стержневые гены, пытались понять, почему не работает. Пока не доставили новый экземпляр, – снова взмах рукой в сторону простыни, – для исследований, вот с этим образцом появились новые результаты. Никакого безумия, никакой агрессии, это да, это вот хорошо, но было непонятно, работает или нет…
– Объекты не выполняли приказы… этого экземпляра?
– …Эээ …Не знаю, мы это не пробовали.
– А как же вы тогда определяли работоспособность стержневого гена?
– Ну, мы добавляли полученный… это… модифицированный лорд-ген другим объектам, чтобы у них повысить уровень доминанты…
Все понятно. Стен тяжело вздохнул, ничего нового и ничего интересного. Это ровно то же самое, что произошло на Луизе. Попытки задрать уровень доминанты и стать самым могущественным лордом, чтобы просто захватить власть над лордами и, как следствие, над всей империей. Для него, не генетика, это звучало логично. Надо просто в кровь добавить побольше вот этого самого, что производит лорд-ген, и получить повышенную концентрацию.
Только вот, если он правильно понял те самые записи Тома Харпа, до которых смог добраться со своим доступом полковника, то уровень доминанты сам по себе ничего не значит. И попытки нарастить этот самый уровень приводили к какому-то невероятному конфликту внутри организма, сводя человека с ума. Почему это выливалось в желание убивать?
А почему лорды вообще склонны к убийствам? Почему у них нет никакой эмпатии к другим людям? Совершенная психопатия, контролируемая только преданностью императору! Возможно, в создании лорд-гена самым главным было именно держать эту концентрацию под контролем, не превышать критическое значение, за которым идет безумие.
– И что же? Не вышло? – лениво поинтересовался полковник, давая медику шанс возобновить его интерес к этому вопросу, ведь на кону стоит ни больше, ни меньше – жизнь.
– Получилось, почему не получилось? Очень даже получилось! – Лаборант даже как будто возмутился от такого предположения. – Уровень поднялся до 99%! Только вот почему-то это не работало…
Стен вздохнул. Он никогда не мнил себя умнее других, и уж тем более он никогда не считал себя умнее ученых, которые посвятили годы и годы всевозможным научным исследованиям. Но только вот если испытания не дают нужного результата, то это значит только одно – где-то во всей теории есть ошибка.
Может быть, все гораздо проще? Если император занимает свой трон только после смерти предыдущего правителя, то все эти хитроумные генетические алгоритмы пересчитываются и переключаются на нового императора, принимая его за абсолют? Может же такое быть, что на самом деле эксперимент удался, но просто это не видно, пока Март Лани жив? Или Вильям Лансорт, что вероятнее, если он новый источник этого стержневого гена?
Кто из них должен умереть, чтобы включился этот новый механизм?
– А где те самые… объекты? – Стен замялся с подбором слов, потому что никак не мог относиться к людям как к подопытному скоту, но пока допрашиваемый на волне, главное – выжать из него максимум информации. – …Для исследований?
– Да где… утилизировали всех! – Медик раздраженно махнул рукой. – Хотя говорят, было еще два объекта за пределами лаборатории, но я про это ничего не знаю.
– Жаль… – как можно равнодушнее протянул полковник, и подумал, что этот медик точно отсюда не выйдет, и никакой сделки ему не достанется. Именно вот за этот подход.
***
Земля
Седьмой эльфийский конфликт
Март Лани подошел к палате, где лежала Лизбет Нивели. Лечащий врач выскочил из-за угла, готовый услужить высокому гостю, и замер за плечом у повелителя. Император читал историю болезни, но в свете последних событий был склонен не доверять любой информации от своей сестры. Вполне может статься, что в реальности состояние девушки значительно отличается от описанного. Он понаблюдал немного за происходящим в палате, а потом задал несколько вопросов врачу.
Доктор был суетлив, многословен и явно нервничал в присутствии императора.
– Как я уже говорил, мы наблюдаем значительное улучшение состояния, да, можно сказать, что пациентка почти готова к выписке, да…
Да уж, тучи над головой сгущались все сильнее. Март удивился тому обстоятельству, что в отчете больная была представлена полностью беспомощной, но врач отнес это на свой счет и засуетился еще больше. Сейчас забрать девушку из госпиталя совсем некому, а даже если и найти родственников, то совсем не факт, что она будет в безопасности.
Неприметный мужчина средних лет в форме медбрата появился совсем неслышно, и врач уже хотел было отправить работника подальше, но вдруг понял, что не знает его имени. Однако врач был единственным, кого это смущало.
– Значит, говорите, что пациентка может сама ходить? – уточнил правитель.
– Так и есть, Ваше Величество, пациентка может сама двигаться, может обслуживать себя на базовом уровне, даже мелкая моторика выровнялась! И память восстанавливается, правда, пока только общая, ничего личного…
– Это хорошо, – невежливо перебил его император, и после обратился к медбрату. – Что скажешь, Адам?
Врач послушно замолчал, но все же бросил взгляд на таинственного Адама. Мужчина как мужчина, попроси кого описать – скажут «средний». Средний рост, среднее телосложение, цвет волос, пожалуй, тоже средний. Такой никчемный цвет, и стрижка никакая. Ничем не примечательный, словом, мужчина, таких миллионы на каждом углу.
– Да нормально… – Капитан дворцовой гвардии Адам Джонсон невнятно что-то пробурчал и пожал плечами.
Задание, которое ему дал повелитель, буквально полчаса назад не укладывалось ни в какие рамки. Увезти девушку благородных корней куда подальше и спрятать ее там, чтобы никто не нашел. Но про себя он подумал только, что удачно не обзавелся семьей и может отправляться куда глаза глядят.
Но с каждой минутой задача обрастала сложностями. Девушка не в себе – этого уже было достаточно, чтобы напрячься, а уж то, что девушка не может ничего делать и еще подвергается смертельной опасности, и вовсе привело мужчину в крайне паршивое настроение.
– Пойдем познакомимся. – Император махнул рукой, и врач бросился исполнять его волю.
Дверь в палату распахнулась, и трое мужчин шагнули внутрь. Сидевшая за столом девушка что-то сосредоточенно рисовала, мало обращая внимания на посетителей. Март заглянул в рисунок и перевел взгляд на врача. Тот пожал плечами и негромко прокомментировал:
– Это часть терапии, пациент познает себя…
– Это олеандры Ван Гога, – подвел черту медбрат.
Император глубокомысленно хмыкнул и задумался о том, что надо теперь отправить подальше врача, которому точно не стоит знать, что тут происходит. И который точно все расскажет Урсуле, а этого допустить нельзя.
– Что скажешь? – прошептал он вполголоса, как только закрылась дверь за доктором.
– Как далеко надо ее увезти? – так же тихо переспросил переодетый гвардеец.
– Так далеко, чтобы никто даже не догадался, откуда она родом. – Март взял небольшую паузу и решительно добавил: – И скорее всего, навсегда.
Мужчина нахмурился, но промолчал. Приказы императора не обсуждаются.
– Я не знаю, сколько у нас времени, но похоже, тебе придется бежать. – Правитель склонился к самому уху подчиненного, чтобы никто не смог услышать. – Адам, эта девушка может родить следующего императора. И если здесь все станет плохо, то ее надо будет вернуть. А до тех пор…
Продолжать смысла не было, гвардеец Джонсон служил во дворце лет десять, а последние пару лет был доверенным охранником самого императора. Он слышал куда больше сплетен, интриг и заговоров, чем кто бы то ни было еще. Так что идея с запасным продолжением рода была ему понятна.
– А что с ней вообще?
– Да кто ж знает… – Март горько вздохнул. – Все оказалось ложью, так что это придется выяснить тебе…
Если бывают в жизни невероятные совпадения или удивительные случайности, то произошедшее в следующие минуты можно смело отнести к ним. Потому что такое невозможно предусмотреть и предугадать.
Доселе равнодушная девушка вдруг выгнулась дугой, широко раскрывая рот в безмолвном крике. Но даже без звука Март Лани почувствовал невидимую волну, которая словно электрический заряд прокатилась по комнате. Он ощущал, как волосы встают дыбом и колышутся словно на ветру. А бедная Лизбет Нивели продолжала судорожно хватать ртом воздух, словно вынырнула из-под воды. В ее глазах мелькнуло узнавание, и она растерянно уставилась на императора. Словно только очнулась после долгого сна и никак не может сообразить, где она и что происходит, а тут внезапно сам император. Стоит вот прямо перед ней.
А потом Март ощутил яростный гнев. Чужой, насквозь фальшивый, но от того не менее сильный. И гнев этот был направлен на него. Девушка озадаченно моргнула, а в следующий момент бросилась на него, выставив вперед руки. Она рычала как дикое животное, а в глазах плескалась фанатичная ненависть, когда не надо ни причин, ни поводов, а надо только убивать. То, что это именно желание отнять жизнь, Март сообразил сразу.
Пришлось ударить в ответ. Как бы ему ни хотелось уберечь леди Лизбет, но инстинкт самосохранения никто не отменял. Время вокруг послушно замедлилось, давая ему возможность двигаться настолько быстро, что никто из людей не мог за ним угнаться. В конце концов, император он или так… Но на девушку это не действовало, она попросту не заметила ни боевого режима, ни ментального приказа остановиться, она рвалась к его горлу словно бешеная собака, не хватало только пены у рта. И Март сделал единственное возможное – с размаху ударил рукой.
Мимолетной задержки хватило на то, чтобы двое мужчин смогли обездвижить одну девушку. Гвардеец ловко связал ее рукава, а затем выудил из кармана форменной рубашки тонкий шнур и закрепил успех.
– Ваше Величество, что произошло? – Он продолжал вязать узлы на лодыжках пациентки, сидя на ее ногах, иначе бы она вырвалась.
– Не знаю… – император смущенно потер запястья. – Но мне это очень не нравится. Похоже, времени у нас нет. Кстати, почему она на тебя не бросается?
– Не знаю. – Мужчина озадачился. – Почему ты на меня не бросаешься?
– Да нужен ты кому… – Лизбет все сильнее ерзала, стирая руки чуть не до крови. – Я должна убить его, слишком много в нем крови…
Это заявление удивило обоих. Мало того, что, оказывается, девушка вполне в состоянии разговаривать, так она еще и понимает, что происходит.
– Я твой император, ты это понимаешь?
Март присел перед ней, чтобы заглянуть в глаза. Ну не может так быть, чтобы имперский лорд вот так бросался на своего императора. Да, многие пытались строить заговоры, многие плели интриги, даже бывало, что мечтали о троне, но вот так поднять руку на повелителя обладатели лорд-гена попросту не могли. Они же все его любили и почитали. Если только…
– Конечно, понимаю. – Девушка оставила попытки освободиться, но продолжала настороженно следить глазами за императором. Словно дикий зверь в клетке, который хочет вырваться и убить охотника. – В этом и смысл, в этом и смысл…
– Ваше Величество, я понимаю, что это покушение, но… – гвардеец замешался, не найдя слов. – Ну она же ненормальная!
– Да я вижу… А скажи мне, ты только меня хочешь убить?
– Да! – выкрикнула Лизбет ему в лицо. – А потом других! Всех других тоже! Ваша кровь… Ааа…
Она каталась по полу, уже даже не пытаясь вырваться, и выла.
– Давай-ка, успокой ее. – Март махнул рукой и решительно встал. – Наше время вышло, вам пора бежать.
***
Глава 20. Сжечь мосты
Бета-1
Седьмой эльфийский конфликт
Клэр обвила руками его шею и лишь тихонько всхлипывала, пока он нес ее на руках. Словно силы полностью покинули ее. Да, откровенно говоря, ему самому было не по себе. Увидеть лорда Лансорта в таком виде – это совсем не то, к чему можно быть готовым. После обнаруженных штурмовиков, замурованных в строительные блоки, зрелище истерзанного лорда стало последней каплей.
Все время этого короткого вымученного разговора Сайрус судорожно пытался понять – что они с ним тут делали? Куча разных трубок пронзали высохшее тело, отбирая последние капли жизни. Вряд ли они просто брали его кровь, хотя и это скорее всего тоже. Он мог бы считать себя экспертом по пыточным эльфийским технологиям, но тут не видел ничего знакомого. Хотя взгляд изнутри сильно отличается от взгляда со стороны.
Длинный коридор в полумраке пещеры закончился, и даже тусклый свет с затянутого тучами неба казался обнадеживающим. Пускай ценой таких потерь, если им удалось предотвратить вторую Луизу, то это того стоит. Если эта отрава выйдет из-под контроля, то остается только гадать, как далеко это безумие распространится по империи. А ведь они даже не понимают, как далеко зашли эти опыты.
На улице уже формировался лагерь, видимо, решено было остаться тут на какое-то время. Что логично, разбирать эту лабораторию будут долго. Пока всех пленных рассортируют, возможно, отправят частями на орбиту или в космопорт, пока разберут оборудование и соберут всю информацию… опять же, улики и показания. Да, дел тут невпроворот. Скорее всего, их отряд пробудет здесь несколько дней, пока не подойдут регулярные части.
Сайрус прошел под брюхо одного из флаеров, где организовалась полевая кухня. Может, это не самое удачное решение, но иногда единственно правильное. На голодный желудок хорошие идеи не приходят. Он только обернулся, куда бы ему посадить Клэр, которая так и была у него на руках, как кто-то уже уступил ему складное кресло. И откуда оно тут только взялось? Мужчина устало плюхнулся прямо на землю рядом с креслом, и кто-то сердобольный пихнул ему в руки поднос с армейским пайком.
Сайрус поднял глаза и посмотрел на Роберта Квазири. Так вот кто тут подрабатывает на кухне, это хорошо.
