Пади ни в коем случае не любовница, не подстилка. Эдельвульф любому, кто осмелится сказать такое о его любимой женщине, свернёт шею, не задумываясь. Пади – смысл жизни, больше, чем просто любимая, она становится душой волка. И если это правда, то я поздравляю вас и в то же время сочувствую вашему вожаку.
– Почему? – я, уже не скрываясь, вытерла слёзы. – Потому, что я человечка и не могу дать ему то, что ему нужно?
– Потому, что вы очень хрупкая и не можете за себя постоять. А значит, Велард всегда будет о вас переживать и ему придётся приложить все усилия, чтобы сберечь вас. Ладно, не берите в голову. Вам с Велардом и вправду очень повезло друг с другом.
– Я знаю, – кивнула я, улыбнувшись сквозь слёзы.
– А на Фориана не обращайте внимания. У него ветер и молодецкий максимализм в голове, он одумается и будет очень сожалеть о своих словах.
– Спасибо, магистр, – снова кивнула я.
– Раз мы всё выяснили, напишете ответы вот на эти три письма? – магистр ловко выудил из стопки конверты.
– Да, конечно!
Работа захватила с головой. Фориан, ожидаемо, не пришёл в обед, и я пила травяной чай с пирогом в одиночестве. Несколько раз заглядывал Сальвадор, интересовался, как продвигаются дела и как моё самочувствие. Сообщил, если почувствую себя плохо, могу уйти в любой момент. Я поблагодарила его и уточнила, какую работу следует выполнить в первую очередь.
В конце рабочего дня я выглянула в окно и увидела карету на другой стороне улицы и Веларда, подпирающего спиной дверь. Помахала эдельвульфу из окна, подхватила шубку, занесла Сальвадору в кабинет готовые письма. На лестнице столкнулась с Форианом и едва не улетела вниз по ступеням, споткнувшись: лицо помощника мага украшал фингал!
– Ох! Кто тебя так? – забывшись, посочувствовала я парню.
– Собственная глупость, – с верхних ступеней ответил за незадачливого помощника магистр. – Фор, жду тебя в кабинете.
Стоило оказаться на улице, как я угодила в тёплые объятия, запах костра и гвоздики вскружил голову, как и трепетный, осторожный поцелуй.
– Здравствуй, – выдохнул Велард, отстраняясь. – Как всё прошло?
– Хорошо, – улыбаясь, сообщила я. Неурядицы с помощником мага вылетели из головы, как и гора работы, которая ожидала меня завтра.
– Я рад. Пойдём, – Велард взял меня за руку и повёл к карете. Прохожие оглядывались на нас, но, натолкнувшись на властный взгляд Веларда, отводили глаза и спешили оказаться подальше от чёрного эдельвульфа. Меня же исходящая от него мощь и сила ничуть не смущали, напротив, казалось, что они огораживают меня надёжным высоким забором от всех неурядиц мира.
В карете Велард притянул меня к себе, а после и вовсе усадил на колени, обнял, зарылся носом в волосы на макушке.
– Ты чудесно пахнешь, – выдал эдельвульф. – И ты очень красивая.
– Ты тоже вкусно пахнешь, – смущаясь, вернула я волчий комплимент. Велард довольно фыркнул.
На середине пути Велард напрягся, выпрямился, вслушался. Я только тогда уловила едва слышный отголосок воя.
– Меня зовут, – чуть виновато посмотрел на меня Велард.
– Ничего, делай, что нужно, – я погладила его по лицу. Велард привычно прижал мою ладошку плечом и потёрся щекой.
– Ты необыкновенная, – огорошил меня эдельвульф. Каждую минуту он напоминал, какой видит меня, и, хотя я и понимала, что это не он сам говорит, а навязанная звёздами и покровителями связь, мне было безумно приятно.
– Ты тоже, – неловко ответила я. Велард фыркнул, пересадил на скамью рядом. Быстро скинул меховое пальто и рубашку, аккуратно сложил подаренный мной шарф. Я отвела взгляд и повернулась к окну, когда мужчина стал расстегивать брюки, а спустя пару ударов сердца в распахнувшуюся дверь выпрыгнул чёрный волк. Я высунулась, чтобы проводить его взглядом, полюбоваться бегом мощного животного.
Велард обернулся и недовольно оскалился, я тут же поймала дверцу и не без труда закрыла её. Покосилась на стопку одежды на сиденье. Наверное, нужно занести Веларду в кабинет. В личных комнатах чёрного эдельвульфа я ещё не была и, пожалуй, без приглашения не стану заходить. Да и с приглашением подумаю, надо ли оно мне, я пока была не готова переходить от поцелуев к чему-то более серьёзному.
Карета мягко остановилась. Я собрала вещи Веларда, вышла во двор и с удивлением замерла. Кирин запрягал лошадку в открытую повозку, куда спасшая меня горожанка уже закинула свой узелок. Я не сразу поняла, что изменилась, а потом ахнула – женщина была без живота.
– Доброго дня! – поздоровалась я, подходя ближе. – Уже уезжаете?
– Ну а что мне тут делать? – равнодушно пожала плечами женщина.
– Как вы себя чувствуете? Как малыш?
– Я в порядке, а до этого ублюдка мне нет дела.
– Но как же… – ахнула я.
– Не желаю об этом говорить. Я его не хотела, он будет только мешать. Мне пора, а вам счастливо оставаться.
Женщина залезла в повозку, Кирин, недовольно покосившись на неё, тронул поводья. Я бросилась в дом. В голове билась одна мысль. Нужно найти Леона, Веларда, остановить её, вразумить!
Встреченная на первом этаже Ника не знала, где искать высших. Повинуясь порыву, помчалась в кабинет Веларда. Конечно, там никого не было, и я в растерянности остановилась у порога. Окинула взглядом непривычно пустой кабинет, посмотрела на свои руки, которые до сих пор держали одежду. Положила вещи в ближайшее кресло. И что теперь делать?
– Мне сказали, ты меня искала, – белым приведением возник за спиной лекарь. Я вздрогнула и резко обернулась, выдохнула облегченно:
– Леон…
– Ну, рассказывай, почему мечешься, как мышь под метлой? – лекарь окинул меня внимательным взглядом.
– Там горожанка уехала, а ребёнок… – я запнулась, не зная, что с малышом. Какая же я дура! Надо было к нему идти, а не по лестницам бегать!
– Разберёмся, – лекарь развернулся, чтобы уйти, потом что-то решил для себя и оглянулся через плечо. – Идём.
С души словно камень свалился. Леон непременно всё решит! Лекарь, не тратя время на разговоры, пересёк весь коридор до конца, не к лестнице, а к двустворчатым дверям. Достал из-за пазухи висящий на шнурке на шее замысловатый ключ, открыл дверь и снова запер за нашими спинами. А говорили, у эдельвульфов не бывает замков! Хотя Леон же не только оборотень, но ещё и лорд. Интересно, какие тайны он скрывает в своём крыле?
Я с любопытством крутила головой, однако ничего интересного увидеть так и не удалось. Мы прошли короткий коридорчик, по неширокой лестнице спустились на первый этаж и оказались в уже знакомом мне зале с койками и ширмами. Я еле успевала за стремительной походкой Леона. В ногах одной из кроватей стояла люлька, над которой лекарь и склонился. Когда я нагнала белого эдельвульфа, он уже держал на руках тихонько хнычущий свёрток.
– Идём, – повторил лекарь и той же дорогой повёл меня обратно.
Я недоумевала, куда несёт ребёнка Леон. Я-то считала, что он отправит кого-нибудь за горе-мамашей, но он про неё и не вспомнил. Прошёл мимо комнат Веларда и, перехватив свою ношу одной рукой, громко постучал в дверь «детского коридора». Кулаком, совершенно не по-лордовски.
– Кто? – раздался недовольный голос с той стороны.
– Леон. У нас пополнение, – громко ответил лекарь.
Тут же нас пропустили внутрь. Леон по местной традиции остался у порога, ожидая, пока к нам выйдут взрослые. Я робко выглянула из-за его плеча. В коридор выходили распахнутые двери, откуда-то слышался детский смех, суета, топот, женский голос призывал малышей к порядку, какая-то девочка кричала, что хочет быть принцессой и пади, а мальчишка требовал, чтобы ему вернули игрушку. Человеческая речь перемежалась с рычанием и тявканьем на все лады. На всякий случай я осталась за спиной Леона.
– Ребёнок остался без присмотра! Кто мать? – рявкнул белый лекарь так, что, казалось, задрожали стены. Я поёжилась. И тут же из всех дверей стали выходить адальфины, к ним присоединились несколько эдельвульфов, и через минуту нас окружили плотным кольцом. Женщины заглядывали в свёрток, который Леон продолжал держать на руках, причитали, ахали, качали головами и принюхивались.
– Кто мать? – спокойно повторил Леон. Две женщины переглянулись и, после некоторой заминки, одна из них сделала шаг вперёд.
– Я мать, – решительно заявила адальфина. Я же задохнулась от накативших чувств, горло сковал спазм. Вот так просто? Признать чужого ребёнка? Несмотря на то, что это даже не щенок, а человек?
– Хорошо. Кто отец? – Леон осторожно передал свёрток приёмной матери.
– Я отец, – раздалось у нас за спиной. Я поспешно посторонилась, Леон тоже отошёл в сторону, пропуская молодого эдельвульфа. Адальфина, держащая малыша, залилась краской и смущённо опустила взгляд.
– Что скажешь? – обратился к ней Леон. Лекарь смотрел внимательно и пристально, но его губы уже тронула едва заметная понимающая улыбка.
– Я согласна принять от тебя меха, – пробормотала адальфина и подняла глаза на новоявленного отца. Эдельвульф улыбнулся, подошёл, обнял её за талию, заглянул в свёрток.
– Симпатичный мальчик, – по-звериному фыркнул он и принюхался.
– Идём, – шепнул Леон и дёрнул меня за рукав. Я же от пережитого едва понимала, как передвигать ногами. Никаких сирот, никаких брошенных детей, лишенных детства и родительской любви. Как жаль, что я родилась в другом месте! Этот мир и оборотни обязаны были существовать хотя бы ради этого. Прежде, чем закрылась за нашими спинами дверь, я услышала:
– Дорогая, у вас чудесный малыш. Ох, он, наверное, голодный. Я своего кутёнка ещё кормлю грудью, могу и вашего подкармливать, мне не сложно.
– Спасибо, адальфина, я принесу вечером шкуру, – отозвался голос новоявленного отца.
Оглушенная, я осознала, что стою посреди кабинета Веларда рядом с бильярдным столом, лишь когда Леон ткнул мне в руки бокал.
– На, выпей, – скомандовал лекарь. Я послушно проглотила и тут же закашлялась. Внутри всё опалило огнём, на глазах выступили слёзы.
– Что это? – просипела я, пытаясь отдышаться.
– Моя фирменная настойка. Можешь не кривиться, Велард тоже её не любит, а как по мне, то ничего вы с ним не понимаете в хороших винах.
– Оно вином и не пахнет! Чистый спирт! – возмутилась я.
– Подумаешь, передержал немного, – пожал плечами лекарь и налил себе из другой бутылки.
Велард вернулся только вечером. Я ощутила, что он в замке раньше, чем мужчина появился у меня на пороге. Ещё не мурашки, но их предчувствие пощекотало спину, сердце забилось глухо и как-то тяжело. Я отложила книгу, подняла глаза на бесшумно скользнувшего в комнату эдельвульфа и шагнула ему навстречу. И сразу же меня закружил чёрный смерч, обнял, поцеловал. Я не успела ничего сообразить, как оказалась сидящей у него на коленях в кресле.
– Я очень скучал, кутёнок, – шепнул Велард, окутывая меня ароматом костра и гвоздики. – Как прошёл твой день?
Я рассказала об уехавшей горожанке и усыновленном малыше, о горькой настойке Леона и интересной книжке с легендами про Великого Вождя. Велард слушал внимательно, словно каждое моё слово было важно и имело для него значение. Потом рассказал, что один из подросших кутят каким-то образом ускользнул из детского коридора и отправился «на охоту». Почему-то в сторону владений другой стаи, где его, конечно, не обидели бы, но потребовали за его возврат приличный выкуп. Малыш обернулся и бежал со всех лап, а Велард оказался ближе всех к беглецу. Пока поймал щенка, пока провёл беседу с его родителями, потом с адальфиной, управляющей замком, решал текущие вопросы.
– Я могу быть полезной в замке, – вскинулась я. – Меня учили рассчитывать потребность и объём закупок хозяйственных товаров, и…
– Отдыхай пока, кутёнок, – тепло улыбнулся Велард и, видя мою обиду, крепче прижал к себе и вздохнул. – Ты и так ездишь каждый день в город к магам, тебе это интересно, и я не препятствую. А что до хозяйственных проблем, то поверь мне, ты ещё успеешь устать от них. Не торопи это время.
Я была вынуждена признать его правоту. Когда я выйду замуж, так или иначе стану вовлеченной в каждодневную бытовую рутину. С неизбежными закупками мыла, пошивом детской одежды и сменой постельного белья. Стало тепло от мысли, я когда-нибудь буду вести хозяйство своей собственной семьи. Невольно представила, что выбираю шторы и полог в нашу с Велардом комнату, и густо покраснела. Волоски на руках стали дыбом, отреагировав на сработавшую где-то в замке магию.
– Ты замерзла? – неверно понял мою реакцию Велард. Я покачала головой, но он всё же пересадил меня в отдельное кресло, добавил дров в камин. Бросив на меня хитрый взгляд, добавил в огонь какую-то особую ветку, и комнату заполнил приятный аромат. Смущённо улыбнулась. Да, именно таким дымом пах для меня Велард.
– Что это? – с любопытством поинтересовалась я.
– Чёрная вольха, – тихим, и от того ещё более густым и волнующим голосом пояснил Велард, вороша угли. – Мы из неё добываем краску для кож и мехов, Леон в какие-то лекарства добавляет, а люди с её ветками коптят рыбу. Есть примета, если чёрная вольха растет в лесу, то лес этот будет пышным и плодородным.
Велард так и остался сидеть у огня, мы ещё немного поговорили о каких-то незначительных вещах, а после эдельвульф к чему-то прислушался, пожелал мне спокойной ночи, поцеловал на прощание и ушёл.
Доставая с полки пижаму, я наткнулась на свёрток от госпожи Доры. И внезапно поняла, что соскучилась по добродушной старушке. Так хотелось поболтать с кем-нибудь, поделиться тем, как Велард ко мне относится, как смотрит на меня, и как моё собственное сердце предательски замирает, стоит чёрному эдельвульфу оказаться поблизости.
Веларду, который снова провожал меня, идея гулять по городу не понравилась, и мне пришлось долго уговаривать его, прежде чем эдельвульф, нехотя, согласился забрать меня попозже. И, стоило выйти у департамента из кареты, как он обратился к стоящему на крыльце Аргусу.
– Аргус, если тебя не затруднит, пусть кто-нибудь из ваших проводит мою пади по тому адресу, где она жила в городе. Я буду должен.
– Непременно, чёрный вождь. Я устрою, – кивнул Аргус и окинул меня внимательным взглядом.
После работы Аргус уехал с Сальвадором по срочному вызову, а меня провожал незнакомый серый эдельвульф из синего клана. Мы вежливо говорили о погоде, я думала о том, что стоит взять что-нибудь к чаю для госпожи Доры. Или лучше фруктов?
А потом я споткнулась. Было ощущение, что я натолкнулась на вязкую стену, или вляпалась во что-то мерзкое. Идущий рядом со мной эдельвульф сразу же насторожился.
– Госпожа? Вилена?
– Здесь творилось заклинание. Совсем недавно. Тёмное, гадкое.
– Где? – серьёзно спросил мужчина.
– Вот в этом проулке, между синим и жёлтым домом, – я указала на разворошённый сугроб у стены с потрескавшейся краской.
– Понял. Зовите стражу, я предупрежу своих, – кивнул эдельвульф и завыл.
А я опрометью бросилась назад, вдогонку промаршировавшему мимо патрулю. Мне пришлось предъявить знак департамента, прежде чем стражи согласились пойти со мной и перекрыть часть улицы.
Совсем скоро, я даже не успела замёрзнуть, из-за поворота показались Сальвадор и Аргус. Маг повёл руками, нахмурился и попросил всех отойти подальше. Аргус обошёл обозначенный мной сугроб по широкой дуге, принюхиваясь, что-то рыкнул.
– Это ты заметила? – обратился ко мне магистр. Я кивнула. – Молодец. Здесь были произнесены как минимум три запрещенных заклинания. Аргус, что скажешь?
– Почему? – я, уже не скрываясь, вытерла слёзы. – Потому, что я человечка и не могу дать ему то, что ему нужно?
– Потому, что вы очень хрупкая и не можете за себя постоять. А значит, Велард всегда будет о вас переживать и ему придётся приложить все усилия, чтобы сберечь вас. Ладно, не берите в голову. Вам с Велардом и вправду очень повезло друг с другом.
– Я знаю, – кивнула я, улыбнувшись сквозь слёзы.
– А на Фориана не обращайте внимания. У него ветер и молодецкий максимализм в голове, он одумается и будет очень сожалеть о своих словах.
– Спасибо, магистр, – снова кивнула я.
– Раз мы всё выяснили, напишете ответы вот на эти три письма? – магистр ловко выудил из стопки конверты.
– Да, конечно!
Работа захватила с головой. Фориан, ожидаемо, не пришёл в обед, и я пила травяной чай с пирогом в одиночестве. Несколько раз заглядывал Сальвадор, интересовался, как продвигаются дела и как моё самочувствие. Сообщил, если почувствую себя плохо, могу уйти в любой момент. Я поблагодарила его и уточнила, какую работу следует выполнить в первую очередь.
В конце рабочего дня я выглянула в окно и увидела карету на другой стороне улицы и Веларда, подпирающего спиной дверь. Помахала эдельвульфу из окна, подхватила шубку, занесла Сальвадору в кабинет готовые письма. На лестнице столкнулась с Форианом и едва не улетела вниз по ступеням, споткнувшись: лицо помощника мага украшал фингал!
– Ох! Кто тебя так? – забывшись, посочувствовала я парню.
– Собственная глупость, – с верхних ступеней ответил за незадачливого помощника магистр. – Фор, жду тебя в кабинете.
Стоило оказаться на улице, как я угодила в тёплые объятия, запах костра и гвоздики вскружил голову, как и трепетный, осторожный поцелуй.
– Здравствуй, – выдохнул Велард, отстраняясь. – Как всё прошло?
– Хорошо, – улыбаясь, сообщила я. Неурядицы с помощником мага вылетели из головы, как и гора работы, которая ожидала меня завтра.
– Я рад. Пойдём, – Велард взял меня за руку и повёл к карете. Прохожие оглядывались на нас, но, натолкнувшись на властный взгляд Веларда, отводили глаза и спешили оказаться подальше от чёрного эдельвульфа. Меня же исходящая от него мощь и сила ничуть не смущали, напротив, казалось, что они огораживают меня надёжным высоким забором от всех неурядиц мира.
В карете Велард притянул меня к себе, а после и вовсе усадил на колени, обнял, зарылся носом в волосы на макушке.
– Ты чудесно пахнешь, – выдал эдельвульф. – И ты очень красивая.
– Ты тоже вкусно пахнешь, – смущаясь, вернула я волчий комплимент. Велард довольно фыркнул.
На середине пути Велард напрягся, выпрямился, вслушался. Я только тогда уловила едва слышный отголосок воя.
– Меня зовут, – чуть виновато посмотрел на меня Велард.
– Ничего, делай, что нужно, – я погладила его по лицу. Велард привычно прижал мою ладошку плечом и потёрся щекой.
– Ты необыкновенная, – огорошил меня эдельвульф. Каждую минуту он напоминал, какой видит меня, и, хотя я и понимала, что это не он сам говорит, а навязанная звёздами и покровителями связь, мне было безумно приятно.
– Ты тоже, – неловко ответила я. Велард фыркнул, пересадил на скамью рядом. Быстро скинул меховое пальто и рубашку, аккуратно сложил подаренный мной шарф. Я отвела взгляд и повернулась к окну, когда мужчина стал расстегивать брюки, а спустя пару ударов сердца в распахнувшуюся дверь выпрыгнул чёрный волк. Я высунулась, чтобы проводить его взглядом, полюбоваться бегом мощного животного.
Велард обернулся и недовольно оскалился, я тут же поймала дверцу и не без труда закрыла её. Покосилась на стопку одежды на сиденье. Наверное, нужно занести Веларду в кабинет. В личных комнатах чёрного эдельвульфа я ещё не была и, пожалуй, без приглашения не стану заходить. Да и с приглашением подумаю, надо ли оно мне, я пока была не готова переходить от поцелуев к чему-то более серьёзному.
Карета мягко остановилась. Я собрала вещи Веларда, вышла во двор и с удивлением замерла. Кирин запрягал лошадку в открытую повозку, куда спасшая меня горожанка уже закинула свой узелок. Я не сразу поняла, что изменилась, а потом ахнула – женщина была без живота.
– Доброго дня! – поздоровалась я, подходя ближе. – Уже уезжаете?
– Ну а что мне тут делать? – равнодушно пожала плечами женщина.
– Как вы себя чувствуете? Как малыш?
– Я в порядке, а до этого ублюдка мне нет дела.
– Но как же… – ахнула я.
– Не желаю об этом говорить. Я его не хотела, он будет только мешать. Мне пора, а вам счастливо оставаться.
Женщина залезла в повозку, Кирин, недовольно покосившись на неё, тронул поводья. Я бросилась в дом. В голове билась одна мысль. Нужно найти Леона, Веларда, остановить её, вразумить!
Встреченная на первом этаже Ника не знала, где искать высших. Повинуясь порыву, помчалась в кабинет Веларда. Конечно, там никого не было, и я в растерянности остановилась у порога. Окинула взглядом непривычно пустой кабинет, посмотрела на свои руки, которые до сих пор держали одежду. Положила вещи в ближайшее кресло. И что теперь делать?
– Мне сказали, ты меня искала, – белым приведением возник за спиной лекарь. Я вздрогнула и резко обернулась, выдохнула облегченно:
– Леон…
– Ну, рассказывай, почему мечешься, как мышь под метлой? – лекарь окинул меня внимательным взглядом.
– Там горожанка уехала, а ребёнок… – я запнулась, не зная, что с малышом. Какая же я дура! Надо было к нему идти, а не по лестницам бегать!
– Разберёмся, – лекарь развернулся, чтобы уйти, потом что-то решил для себя и оглянулся через плечо. – Идём.
С души словно камень свалился. Леон непременно всё решит! Лекарь, не тратя время на разговоры, пересёк весь коридор до конца, не к лестнице, а к двустворчатым дверям. Достал из-за пазухи висящий на шнурке на шее замысловатый ключ, открыл дверь и снова запер за нашими спинами. А говорили, у эдельвульфов не бывает замков! Хотя Леон же не только оборотень, но ещё и лорд. Интересно, какие тайны он скрывает в своём крыле?
Я с любопытством крутила головой, однако ничего интересного увидеть так и не удалось. Мы прошли короткий коридорчик, по неширокой лестнице спустились на первый этаж и оказались в уже знакомом мне зале с койками и ширмами. Я еле успевала за стремительной походкой Леона. В ногах одной из кроватей стояла люлька, над которой лекарь и склонился. Когда я нагнала белого эдельвульфа, он уже держал на руках тихонько хнычущий свёрток.
– Идём, – повторил лекарь и той же дорогой повёл меня обратно.
Глава 17
Я недоумевала, куда несёт ребёнка Леон. Я-то считала, что он отправит кого-нибудь за горе-мамашей, но он про неё и не вспомнил. Прошёл мимо комнат Веларда и, перехватив свою ношу одной рукой, громко постучал в дверь «детского коридора». Кулаком, совершенно не по-лордовски.
– Кто? – раздался недовольный голос с той стороны.
– Леон. У нас пополнение, – громко ответил лекарь.
Тут же нас пропустили внутрь. Леон по местной традиции остался у порога, ожидая, пока к нам выйдут взрослые. Я робко выглянула из-за его плеча. В коридор выходили распахнутые двери, откуда-то слышался детский смех, суета, топот, женский голос призывал малышей к порядку, какая-то девочка кричала, что хочет быть принцессой и пади, а мальчишка требовал, чтобы ему вернули игрушку. Человеческая речь перемежалась с рычанием и тявканьем на все лады. На всякий случай я осталась за спиной Леона.
– Ребёнок остался без присмотра! Кто мать? – рявкнул белый лекарь так, что, казалось, задрожали стены. Я поёжилась. И тут же из всех дверей стали выходить адальфины, к ним присоединились несколько эдельвульфов, и через минуту нас окружили плотным кольцом. Женщины заглядывали в свёрток, который Леон продолжал держать на руках, причитали, ахали, качали головами и принюхивались.
– Кто мать? – спокойно повторил Леон. Две женщины переглянулись и, после некоторой заминки, одна из них сделала шаг вперёд.
– Я мать, – решительно заявила адальфина. Я же задохнулась от накативших чувств, горло сковал спазм. Вот так просто? Признать чужого ребёнка? Несмотря на то, что это даже не щенок, а человек?
– Хорошо. Кто отец? – Леон осторожно передал свёрток приёмной матери.
– Я отец, – раздалось у нас за спиной. Я поспешно посторонилась, Леон тоже отошёл в сторону, пропуская молодого эдельвульфа. Адальфина, держащая малыша, залилась краской и смущённо опустила взгляд.
– Что скажешь? – обратился к ней Леон. Лекарь смотрел внимательно и пристально, но его губы уже тронула едва заметная понимающая улыбка.
– Я согласна принять от тебя меха, – пробормотала адальфина и подняла глаза на новоявленного отца. Эдельвульф улыбнулся, подошёл, обнял её за талию, заглянул в свёрток.
– Симпатичный мальчик, – по-звериному фыркнул он и принюхался.
– Идём, – шепнул Леон и дёрнул меня за рукав. Я же от пережитого едва понимала, как передвигать ногами. Никаких сирот, никаких брошенных детей, лишенных детства и родительской любви. Как жаль, что я родилась в другом месте! Этот мир и оборотни обязаны были существовать хотя бы ради этого. Прежде, чем закрылась за нашими спинами дверь, я услышала:
– Дорогая, у вас чудесный малыш. Ох, он, наверное, голодный. Я своего кутёнка ещё кормлю грудью, могу и вашего подкармливать, мне не сложно.
– Спасибо, адальфина, я принесу вечером шкуру, – отозвался голос новоявленного отца.
Оглушенная, я осознала, что стою посреди кабинета Веларда рядом с бильярдным столом, лишь когда Леон ткнул мне в руки бокал.
– На, выпей, – скомандовал лекарь. Я послушно проглотила и тут же закашлялась. Внутри всё опалило огнём, на глазах выступили слёзы.
– Что это? – просипела я, пытаясь отдышаться.
– Моя фирменная настойка. Можешь не кривиться, Велард тоже её не любит, а как по мне, то ничего вы с ним не понимаете в хороших винах.
– Оно вином и не пахнет! Чистый спирт! – возмутилась я.
– Подумаешь, передержал немного, – пожал плечами лекарь и налил себе из другой бутылки.
Велард вернулся только вечером. Я ощутила, что он в замке раньше, чем мужчина появился у меня на пороге. Ещё не мурашки, но их предчувствие пощекотало спину, сердце забилось глухо и как-то тяжело. Я отложила книгу, подняла глаза на бесшумно скользнувшего в комнату эдельвульфа и шагнула ему навстречу. И сразу же меня закружил чёрный смерч, обнял, поцеловал. Я не успела ничего сообразить, как оказалась сидящей у него на коленях в кресле.
– Я очень скучал, кутёнок, – шепнул Велард, окутывая меня ароматом костра и гвоздики. – Как прошёл твой день?
Я рассказала об уехавшей горожанке и усыновленном малыше, о горькой настойке Леона и интересной книжке с легендами про Великого Вождя. Велард слушал внимательно, словно каждое моё слово было важно и имело для него значение. Потом рассказал, что один из подросших кутят каким-то образом ускользнул из детского коридора и отправился «на охоту». Почему-то в сторону владений другой стаи, где его, конечно, не обидели бы, но потребовали за его возврат приличный выкуп. Малыш обернулся и бежал со всех лап, а Велард оказался ближе всех к беглецу. Пока поймал щенка, пока провёл беседу с его родителями, потом с адальфиной, управляющей замком, решал текущие вопросы.
– Я могу быть полезной в замке, – вскинулась я. – Меня учили рассчитывать потребность и объём закупок хозяйственных товаров, и…
– Отдыхай пока, кутёнок, – тепло улыбнулся Велард и, видя мою обиду, крепче прижал к себе и вздохнул. – Ты и так ездишь каждый день в город к магам, тебе это интересно, и я не препятствую. А что до хозяйственных проблем, то поверь мне, ты ещё успеешь устать от них. Не торопи это время.
Я была вынуждена признать его правоту. Когда я выйду замуж, так или иначе стану вовлеченной в каждодневную бытовую рутину. С неизбежными закупками мыла, пошивом детской одежды и сменой постельного белья. Стало тепло от мысли, я когда-нибудь буду вести хозяйство своей собственной семьи. Невольно представила, что выбираю шторы и полог в нашу с Велардом комнату, и густо покраснела. Волоски на руках стали дыбом, отреагировав на сработавшую где-то в замке магию.
– Ты замерзла? – неверно понял мою реакцию Велард. Я покачала головой, но он всё же пересадил меня в отдельное кресло, добавил дров в камин. Бросив на меня хитрый взгляд, добавил в огонь какую-то особую ветку, и комнату заполнил приятный аромат. Смущённо улыбнулась. Да, именно таким дымом пах для меня Велард.
– Что это? – с любопытством поинтересовалась я.
– Чёрная вольха, – тихим, и от того ещё более густым и волнующим голосом пояснил Велард, вороша угли. – Мы из неё добываем краску для кож и мехов, Леон в какие-то лекарства добавляет, а люди с её ветками коптят рыбу. Есть примета, если чёрная вольха растет в лесу, то лес этот будет пышным и плодородным.
Велард так и остался сидеть у огня, мы ещё немного поговорили о каких-то незначительных вещах, а после эдельвульф к чему-то прислушался, пожелал мне спокойной ночи, поцеловал на прощание и ушёл.
Доставая с полки пижаму, я наткнулась на свёрток от госпожи Доры. И внезапно поняла, что соскучилась по добродушной старушке. Так хотелось поболтать с кем-нибудь, поделиться тем, как Велард ко мне относится, как смотрит на меня, и как моё собственное сердце предательски замирает, стоит чёрному эдельвульфу оказаться поблизости.
Веларду, который снова провожал меня, идея гулять по городу не понравилась, и мне пришлось долго уговаривать его, прежде чем эдельвульф, нехотя, согласился забрать меня попозже. И, стоило выйти у департамента из кареты, как он обратился к стоящему на крыльце Аргусу.
– Аргус, если тебя не затруднит, пусть кто-нибудь из ваших проводит мою пади по тому адресу, где она жила в городе. Я буду должен.
– Непременно, чёрный вождь. Я устрою, – кивнул Аргус и окинул меня внимательным взглядом.
После работы Аргус уехал с Сальвадором по срочному вызову, а меня провожал незнакомый серый эдельвульф из синего клана. Мы вежливо говорили о погоде, я думала о том, что стоит взять что-нибудь к чаю для госпожи Доры. Или лучше фруктов?
А потом я споткнулась. Было ощущение, что я натолкнулась на вязкую стену, или вляпалась во что-то мерзкое. Идущий рядом со мной эдельвульф сразу же насторожился.
– Госпожа? Вилена?
– Здесь творилось заклинание. Совсем недавно. Тёмное, гадкое.
– Где? – серьёзно спросил мужчина.
– Вот в этом проулке, между синим и жёлтым домом, – я указала на разворошённый сугроб у стены с потрескавшейся краской.
– Понял. Зовите стражу, я предупрежу своих, – кивнул эдельвульф и завыл.
А я опрометью бросилась назад, вдогонку промаршировавшему мимо патрулю. Мне пришлось предъявить знак департамента, прежде чем стражи согласились пойти со мной и перекрыть часть улицы.
Совсем скоро, я даже не успела замёрзнуть, из-за поворота показались Сальвадор и Аргус. Маг повёл руками, нахмурился и попросил всех отойти подальше. Аргус обошёл обозначенный мной сугроб по широкой дуге, принюхиваясь, что-то рыкнул.
– Это ты заметила? – обратился ко мне магистр. Я кивнула. – Молодец. Здесь были произнесены как минимум три запрещенных заклинания. Аргус, что скажешь?
