Так и вышло, что за проход в Коссхоэн Надир получил своё же золото, только так и не узнал об этом.
Портал он пообещал открыть на рассвете, так что у путешественников было достаточно времени для того, чтобы восстановить силы и ещё раз обговорить план дальнейших действий.
Паттаки сообщил, что по прибытии в Коссхоэн отведёт их в надёжное место и на первую встречу с заказчиком отправится в одиночестве, прихватив с собой гримуар. Именно от результатов этой встречи они и будут исходить в своих дальнейших планах, а Сэй для бывшего предводителя Гончих являлась аргументом, который он намеревался приберечь на крайний случай.
Сама Сэй против этого не возражала – ей нужен был результат, а то, каким именно образом его добиться её не особенно волновало. Главное, чтобы Тору ничего не угрожало, иначе мирные переговоры с Советом вполне могли окончиться бойней. Хотя такой вариант развития событий ставил под угрозу саму изначальную цель их миссии, Сэй твёрдо знала, что ради своего маленького мага, она вполне готова рискнуть благополучием всего остального мира.
- Значит, решено, - заключил Паттаки, убирая со лба прядь выкрашенных в тёмный цвет волос. – По прибытии в Коссхоэн вы будете чётко следовать моим указаниям.
Сетма недовольно фыркнул и, прищурившись, поинтересовался:
- Полагаешь, мы сможем вот так довериться тебе, Гончая?
- Придётся, - пожав плечами, невозмутимо ответил Паттаки. – Без моей помощи вам на Совет не выйти, а если даже и удастся – сомневаюсь, что вас согласятся хотя бы выслушать.
- Скажешь хоть, кто твой заказчик и зачем ему так понадобился наш фамильный гримуар? – без особой надежды на успех, всё же задал очередной вопрос Бодрак.
Как и следовало ожидать, бывший предводитель Гончих тихо, но твёрдо сказал:
- Нет.
Сэй бросила короткий взгляд на задремавшего в кресле Тору и немного расслабилась. Кажется, и в эту ночь кошмары обошли мальчика стороной.
- Отчего же? – продолжил допытываться Сетма. – Неужели я не имею права знать, по чьей милости мне пришлось покинуть родной дом и впутаться во всё… во всё это?
Паттаки усмехнулся и покачал головой.
- Полагаю, придёт время и узнаешь. А я и так на этом деле изрядно подпортил себе репутацию, и лишаться её окончательно не собираюсь.
Сетма недовольно поджал губы, но продолжать спор не стал. Ясно было, что бывший предводитель Гончих намеревался стоять на своём до конца.
На некоторое время повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине.
- Ладно, - наконец сказал Паттаки, потягиваясь, - вы как хотите, а я собираюсь хорошенько выспаться.
С этими словами, он закинул руки за голову и, растянувшись в кресле, вытянул ноги поближе к огню.
Сэй намеревалась покинуть тело и ещё раз обследовать город, на случай, если сюда снова заявятся Сыны. Однако её планы нарушил Сетма.
- Можно тебя на пару слов? – тихо спросил он, подойдя к её креслу и склонившись почти к самому уху.
С того самого дня перед отъездом из замка графа Гильма, она старалась избегать мага и разговоров с ним, да и сейчас не горела особым желанием общаться с Бодраком, но тот проявил настойчивость:
- Сэй, прошу тебя, давай поговорим.
Захотелось совершенно по-человечески вздохнуть, но вместо этого девушка поднялась на ноги и кивнула Сетме на дальний угол комнаты, подальше от спящих.
Бодрак немного помолчал, явно чувствуя себя неловко, затем негромко произнёс:
- Знаю, что ты на меня злишься, я поступил недостойно.
Сэй посмотрела на него внимательно, и призналась:
- Не злюсь, ведь ты сказал графу правду – я не человек и души у меня нет.
Сетма грустно усмехнулся, покачал головой и так же тихо продолжил:
- Ну прости меня дурака, ладно? Сам не знаю, что на меня тогда нашло, мне нет оправданий. Просто, я хочу, чтобы между нами всё снова стало, так как прежде.
Теперь молчала Сэй, давая ему возможность выговориться, потому как чувствовала, что магу это отчего-то необходимо. Осознав, что его готовы слушать, Сетма снова заговорил:
- Я не привык откровенничать – всегда старался держать свои чувства при себе, - Бодрак на мгновение отвёл взгляд, но собравшись с мыслями, вновь посмотрел на Сэй. - С тех самых пор, как погибла Энни, я существовал без всякой цели, без надежды на то, что когда-либо снова обрету того, кто стал бы мне столь же дорог… До тех самых пор, пока не повстречал вас с Тору. Вы словно пробудили меня от долгого сна, заставили вновь почувствовать себя живым, почувствовать себя нужным. Вы помогли мне понять, что я способен на настоящие поступки, не ради собственной шкуры, но ради чего-то гораздо большего. И тогда, у графа Гильма, я повёл себя… повёл себя как глупый ревнивый мальчишка, за что прошу у тебя прощения. Ты простишь меня, Сэй?
Он смотрел на неё чуть нахмурившись, напряжённо ожидая ответа, а Сэй стояла и не знала, что на это сказать. Видеть Сетму таким – слегка растерянным, взволнованным, каким-то беспомощным даже, ей ещё прежде не доводилось. Она знала – чувствовала, что он говорит искренне, и искренность эта подкупала.
Именно поэтому она подалась вперёд, дотронулась до его плеча и, улыбнувшись, сказала:
- Я прощаю тебя, Сетма.
Бодрак выдохнул, улыбнулся в ответ и, накрыв её прохладные пальцы своими, произнёс:
- Спасибо!
- Эй, может хватит уже шушукаться как двое влюблённых подростков? – неожиданно раздался ворчливый голос Паттаки. – Спать мешаете!
Следом за этим послышался тихий смешок из кресла Тору.
Сэй и Сетма отпрянули друг от друга, словно их и впрямь застали за чем-то неприличным, а девушке оставалось лишь подивиться такой своей непроизвольной реакции.
После примирения с Бодраком, в груди словно рассосался тугой комок, который – Сэй только сейчас это осознала, мешал ей всё последнее время с тех пор, как они покинули замок.
Она ещё раз ободряюще улыбнулась Сетме и прошла к своему креслу, намереваясь всё-таки обследовать город, покинув тело. Вряд ли она сумеет продержаться вне физической оболочки до самого рассвета, но на пару часов её должно хватить. Главное, обезопасить своих от нежданных гостей.
Утром Надир, как и обещал, провёл их к порталу, который, находился в пустой комнате с каменными стенами, скрытой от посторонних глаз отводящим пологом.
Пока привратник занимался необходимыми приготовлениями, Тору с интересом разглядывал каменную арку, украшенную незнакомыми причудливыми символами. Между опорами, словно пойманная в силки радуга, мерцала и переливалась магия.
- Эти надписи сделаны на древнем квирре? – шёпотом спросил он у стоящей рядом Сэй.
- Возможно, - немного подумав, согласилась она. – Но прочесть их вряд ли удастся – видишь, почти половина из них стёрлась за давностью лет. Наверняка эти арки построили сразу после Изгнания.
- Скорее всего, таким образом, основатели Коссхоэна оставили себе возможность однажды вернуться обратно домой, - заметил подошедший к ним Сетма. – Наверное, они до последнего надеялись, что однажды им удастся это сделать, но даже спустя столько лет маги так и остались в Асгалоте незваными гостями.
- Возможно, если Коссхоэн и Асгалот сумеют сплотиться против общего врага, то после… - Тору осёкся, осознав, как наивно звучат его слова.
- Будет ли это "после"? – негромко, скорее обращаясь к самому себе, произнёс Сетма.
Их короткий разговор прервал Паттаки, который с самого утра явно был не в самом лучшем расположении духа и заметно волновался. Впрочем, Тору волновался не меньше, а то и больше.
- Всё готово, пора отправляться.
Он внимательно осмотрел мальчика, видимо, желая убедиться, что его глаза не поменяли цвет, и только после этого предупредил:
- Первый переход через портал всегда даётся тяжело, так что приготовься испытать неприятные ощущения. Главное не бойся и не поддавайся панике. По ту сторону нас встретит другой привратник.
- Я пойду первым, - решительно заявил Сетма и, дождавшись разрешающего кивка от Надира, шагнул в арочный проём, растворившись в радужных переливах.
- Теперь ты, давай, - скомандовал Паттаки, обращаясь к Тору и мальчик, бросив встревоженный взгляд на Сэй, сделал несколько неуверенных шагов по направлению к порталу.
- Это точно безопасно? – строго уточнила девушка у Надира.
- Для взрослого мага да, - чуть помедлив, ответил привратник. – Детей мы, сами понимаете, через порталы не переправляли, так что ответить наверняка я, увы, не смогу.
Сэй нахмурилась, а Тору, осознав, что его путешествие в Коссхоэн сейчас может закончиться так толком и не начавшись, глубоко вздохнул, зажмурился и шагнул в мерцающую арку.
Его тут же словно что-то подхватило, рвануло вверх и закружило. Даже сквозь плотно сомкнутые веки мальчик ощущал слепящие разноцветные всполохи, а желудок, словно сжался в тугой комок и подскочил к самому горлу.
Тору не знал, сколько времени длился переход – возможно, всего несколько мгновений, но мгновения эти тянулись для него невообразимо долго. Затем его швырнуло вперёд и мальчик почувствовал под ладонями холодный камень.
Жадно хватая ртом воздух, Тору осмелился открыть глаза. Перед взглядом всё качалось и плыло, уши заложило а на языке появился неприятный привкус, словно он зачем-то лизнул медную монету. Мальчика била крупная дрожь, тело отказывалось слушаться а затем, он ощутил как по губам и подбородку потекло что-то горячее.
Тору ощутил, как кто-то бережно подхватил его на руки. Сквозь выступившие на глазах слёзы он всё же сумел узнать Сетму.
- Куда его?
Голос Бодрака звучал взволнованно.
- Сюда пока давай, - ответили ему грубоватым тоном. – Это же надо додуматься – ребёнка притащить! Я с Надира за такое шкуру спущу! Совсем уже от жадности последний ум потерял! Эй! Да сколько вас там?!
- Тору! Что с ним? – послышался встревоженный голос Сэй.
Тору попытался сказать, что с ним всё в порядке, но язык почему-то совсем не слушался.
- Кровь пошла носом, - пояснил Сетма, продолжая держать мальчика на руках. – Нужно его куда-нибудь положить.
- Погоди, - ответила подруга, и мальчик почувствовал, как его лба касается прохладная ладонь, даря долгожданное облегчение. – Вот так, сейчас тебе станет лучше, потерпи.
И действительно, зрение вскоре прояснились, звуки стали чётче, а телу снова вернулась подвижность.
- Спасибо, - хрипло прошептал он, и блекло улыбнулся. - Кажется, порталы – это не моё…
- Что у вас тут происходит?
"О, а вот и предводитель Гончих объявился", - вяло подумал Тору.
- Паттаки! Так и знал, что без твоей белёсой морды тут не обошлось! – напустился на Дирка привратник. – Ты хоть представляешь себе, как меня подставил, притащив сюда этих… кто бы они там ни были! Если Совет узнает…
- Не ори так, Брим, - устало ответил Паттаки. – Сколько лет мы уже знакомы друг с другом? Поверь мне на слово – я не стал бы так рисковать без действительно серьёзных на то причин. Ну что, проводишь нас наверх?
- Учти, если возникнут проблемы – я вас знать не знаю, - сурово предупредил привратник, а затем велел: – Давайте за мной.
Тору повернул голову и смог наконец разглядеть говорившего. Им оказался невысокий крепко сложенный мужчина с короткой рыжеватой бородкой и редеющими на висках волосами. Пожалуй, самым приметным в нём был нос – острый и длинный, он походил на птичий клюв и странным образом делал лицо мужчины каким-то хищным.
Сетма, всё ещё не спуская мальчика с рук, вслед за привратником поднялся по узким каменным ступеням и, миновав массивную дверь, оказался в заваленной всяческим хламом комнате.
- Ты как, в порядке? – негромко спросил Бодрак, осторожно поставив Тору на ноги.
Мальчик прислушался к своим ощущениям и кивнул. Он действительно чувствовал себя значительно лучше, разве что голова всё ещё немного кружилась да в коленях сохранилась предательская слабость.
Из подвального помещения, в котором находилась арка портала, появились Сэй и Паттаки.
Тору осмотрелся.
Первое впечатление не обманула: комната действительно оказалась сильно захламлена, словно сюда сносили всё, что уже отжило свой срок и выкинулось за ненадобностью. Поломанная мебель, большие и маленькие шкатулки, статуэтки с выщерблинами, разнообразная утварь, выцветшие от времени картины и портреты. Чего тут только не было! Разве что целых вещей…
- Где это мы? – шёпотом спросил Тору, обращаясь к Паттаки, но вместо предводителя Гончих ему ответил сам привратник:
- В моей лавке. Здесь я собираю и храню предметы, времён первого столетия от Изгнания, - и добавил, с нескрываемой гордостью: - У меня самая обширная коллекция в Коссхоэне!
Тору пригляделся к хламу внимательнее, но как ни старался, так и не смог должным образом впечатлиться. По его мнению, это была пусть древняя, но всё же рухлядь.
- Ладно, думаю, нам не стоит задерживаться, - произнёс Паттаки, передавая привратнику небольшой кошель. После этого он обратился к Сэй: - Приведи мальчишку в порядок – нам не стоит привлекать к себе лишнее внимание. Тёплую одежду можете оставить здесь, у Брима – вряд ли она вам понадобиться.
Тору ощутил, как сильнее начинает колотиться сердце. Он здесь! В Коссхоэне! Теперь всё зависит только от них.
Пока они шли по довольно широкой, вымощенной желтовато-бурым камнем улице, Тору беспрестанно вертел головой, пытаясь разглядеть всё и сразу.
Довольно необычно было попасть из снежной зимы прямо в лето, и теперь мальчик понял, зачем Паттаки уговорил их оставить тёплую одежду на хранение у Брима. В меховых куртках и шапках они, пожалуй, действительно привлекли бы к себе лишнее внимание.
Тору вспомнил, что остров Коссхоэна находился к югу от материка, так что настоящей зимы местные жители тут, скорее всего и не видели.
Вдоль улицы тянулись двух и трёх этажные дома, выкрашенные в большинстве своём в спокойные бежевые и светло-коричневые оттенки. Мальчика поразили огромные окна, на которых красовались различные надписи призывающие заглянуть в лавку и приобрести тот или иной товар. Сетма объяснил, что почти все здания в Тёмном тупике отданы под небольшие магазинчики, да и те были лишь прикрытием для менее легальных дел, таких например, как торговля энергией источников в обход Эрдума, или сбыт контрабанды из Асгалота. Жилые же дома начинались ближе к Окружной улице, и именно туда их, похоже, и вёл Паттаки.
К счастью, встреченные им по пути маги не проявляли к компании особого интереса. Видимо, в этой части города, где господствовали теневые дельцы, излишнее любопытство не поощрялось. Зато сам Тору украдкой рассматривал и яркую, непривычную для Асгалота одежду местных жителей, и раскидистые деревца с широкой листвой и странными колючими плодами, сравнивал увиденное с Асгалотом и вынужденно признавал, что сравнение это отнюдь не в пользу королевства. Взять тот же Тарим, с его узкими грязными улочками и унылыми серыми домами с мутными стёклами маленьких окон.
Внезапно, мальчик почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд и, оглядевшись по сторонам, увидел остановившуюся на противоположной стороне улицы женщину, чьё чёрное с серебристыми вставками платье и тёмные, собранные в тугой пучок волосы делали её чем-то похожей на огромную ворону. Незнакомка не отрываясь смотрела на Тору широко открытыми глазами, но осознав, что тот её заметил, быстро отвернулась и спешно двинулась дальше.
Портал он пообещал открыть на рассвете, так что у путешественников было достаточно времени для того, чтобы восстановить силы и ещё раз обговорить план дальнейших действий.
Паттаки сообщил, что по прибытии в Коссхоэн отведёт их в надёжное место и на первую встречу с заказчиком отправится в одиночестве, прихватив с собой гримуар. Именно от результатов этой встречи они и будут исходить в своих дальнейших планах, а Сэй для бывшего предводителя Гончих являлась аргументом, который он намеревался приберечь на крайний случай.
Сама Сэй против этого не возражала – ей нужен был результат, а то, каким именно образом его добиться её не особенно волновало. Главное, чтобы Тору ничего не угрожало, иначе мирные переговоры с Советом вполне могли окончиться бойней. Хотя такой вариант развития событий ставил под угрозу саму изначальную цель их миссии, Сэй твёрдо знала, что ради своего маленького мага, она вполне готова рискнуть благополучием всего остального мира.
- Значит, решено, - заключил Паттаки, убирая со лба прядь выкрашенных в тёмный цвет волос. – По прибытии в Коссхоэн вы будете чётко следовать моим указаниям.
Сетма недовольно фыркнул и, прищурившись, поинтересовался:
- Полагаешь, мы сможем вот так довериться тебе, Гончая?
- Придётся, - пожав плечами, невозмутимо ответил Паттаки. – Без моей помощи вам на Совет не выйти, а если даже и удастся – сомневаюсь, что вас согласятся хотя бы выслушать.
- Скажешь хоть, кто твой заказчик и зачем ему так понадобился наш фамильный гримуар? – без особой надежды на успех, всё же задал очередной вопрос Бодрак.
Как и следовало ожидать, бывший предводитель Гончих тихо, но твёрдо сказал:
- Нет.
Сэй бросила короткий взгляд на задремавшего в кресле Тору и немного расслабилась. Кажется, и в эту ночь кошмары обошли мальчика стороной.
- Отчего же? – продолжил допытываться Сетма. – Неужели я не имею права знать, по чьей милости мне пришлось покинуть родной дом и впутаться во всё… во всё это?
Паттаки усмехнулся и покачал головой.
- Полагаю, придёт время и узнаешь. А я и так на этом деле изрядно подпортил себе репутацию, и лишаться её окончательно не собираюсь.
Сетма недовольно поджал губы, но продолжать спор не стал. Ясно было, что бывший предводитель Гончих намеревался стоять на своём до конца.
На некоторое время повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поленьев в камине.
- Ладно, - наконец сказал Паттаки, потягиваясь, - вы как хотите, а я собираюсь хорошенько выспаться.
С этими словами, он закинул руки за голову и, растянувшись в кресле, вытянул ноги поближе к огню.
Сэй намеревалась покинуть тело и ещё раз обследовать город, на случай, если сюда снова заявятся Сыны. Однако её планы нарушил Сетма.
- Можно тебя на пару слов? – тихо спросил он, подойдя к её креслу и склонившись почти к самому уху.
С того самого дня перед отъездом из замка графа Гильма, она старалась избегать мага и разговоров с ним, да и сейчас не горела особым желанием общаться с Бодраком, но тот проявил настойчивость:
- Сэй, прошу тебя, давай поговорим.
Захотелось совершенно по-человечески вздохнуть, но вместо этого девушка поднялась на ноги и кивнула Сетме на дальний угол комнаты, подальше от спящих.
Бодрак немного помолчал, явно чувствуя себя неловко, затем негромко произнёс:
- Знаю, что ты на меня злишься, я поступил недостойно.
Сэй посмотрела на него внимательно, и призналась:
- Не злюсь, ведь ты сказал графу правду – я не человек и души у меня нет.
Сетма грустно усмехнулся, покачал головой и так же тихо продолжил:
- Ну прости меня дурака, ладно? Сам не знаю, что на меня тогда нашло, мне нет оправданий. Просто, я хочу, чтобы между нами всё снова стало, так как прежде.
Теперь молчала Сэй, давая ему возможность выговориться, потому как чувствовала, что магу это отчего-то необходимо. Осознав, что его готовы слушать, Сетма снова заговорил:
- Я не привык откровенничать – всегда старался держать свои чувства при себе, - Бодрак на мгновение отвёл взгляд, но собравшись с мыслями, вновь посмотрел на Сэй. - С тех самых пор, как погибла Энни, я существовал без всякой цели, без надежды на то, что когда-либо снова обрету того, кто стал бы мне столь же дорог… До тех самых пор, пока не повстречал вас с Тору. Вы словно пробудили меня от долгого сна, заставили вновь почувствовать себя живым, почувствовать себя нужным. Вы помогли мне понять, что я способен на настоящие поступки, не ради собственной шкуры, но ради чего-то гораздо большего. И тогда, у графа Гильма, я повёл себя… повёл себя как глупый ревнивый мальчишка, за что прошу у тебя прощения. Ты простишь меня, Сэй?
Он смотрел на неё чуть нахмурившись, напряжённо ожидая ответа, а Сэй стояла и не знала, что на это сказать. Видеть Сетму таким – слегка растерянным, взволнованным, каким-то беспомощным даже, ей ещё прежде не доводилось. Она знала – чувствовала, что он говорит искренне, и искренность эта подкупала.
Именно поэтому она подалась вперёд, дотронулась до его плеча и, улыбнувшись, сказала:
- Я прощаю тебя, Сетма.
Бодрак выдохнул, улыбнулся в ответ и, накрыв её прохладные пальцы своими, произнёс:
- Спасибо!
- Эй, может хватит уже шушукаться как двое влюблённых подростков? – неожиданно раздался ворчливый голос Паттаки. – Спать мешаете!
Следом за этим послышался тихий смешок из кресла Тору.
Сэй и Сетма отпрянули друг от друга, словно их и впрямь застали за чем-то неприличным, а девушке оставалось лишь подивиться такой своей непроизвольной реакции.
После примирения с Бодраком, в груди словно рассосался тугой комок, который – Сэй только сейчас это осознала, мешал ей всё последнее время с тех пор, как они покинули замок.
Она ещё раз ободряюще улыбнулась Сетме и прошла к своему креслу, намереваясь всё-таки обследовать город, покинув тело. Вряд ли она сумеет продержаться вне физической оболочки до самого рассвета, но на пару часов её должно хватить. Главное, обезопасить своих от нежданных гостей.
***
Утром Надир, как и обещал, провёл их к порталу, который, находился в пустой комнате с каменными стенами, скрытой от посторонних глаз отводящим пологом.
Пока привратник занимался необходимыми приготовлениями, Тору с интересом разглядывал каменную арку, украшенную незнакомыми причудливыми символами. Между опорами, словно пойманная в силки радуга, мерцала и переливалась магия.
- Эти надписи сделаны на древнем квирре? – шёпотом спросил он у стоящей рядом Сэй.
- Возможно, - немного подумав, согласилась она. – Но прочесть их вряд ли удастся – видишь, почти половина из них стёрлась за давностью лет. Наверняка эти арки построили сразу после Изгнания.
- Скорее всего, таким образом, основатели Коссхоэна оставили себе возможность однажды вернуться обратно домой, - заметил подошедший к ним Сетма. – Наверное, они до последнего надеялись, что однажды им удастся это сделать, но даже спустя столько лет маги так и остались в Асгалоте незваными гостями.
- Возможно, если Коссхоэн и Асгалот сумеют сплотиться против общего врага, то после… - Тору осёкся, осознав, как наивно звучат его слова.
- Будет ли это "после"? – негромко, скорее обращаясь к самому себе, произнёс Сетма.
Их короткий разговор прервал Паттаки, который с самого утра явно был не в самом лучшем расположении духа и заметно волновался. Впрочем, Тору волновался не меньше, а то и больше.
- Всё готово, пора отправляться.
Он внимательно осмотрел мальчика, видимо, желая убедиться, что его глаза не поменяли цвет, и только после этого предупредил:
- Первый переход через портал всегда даётся тяжело, так что приготовься испытать неприятные ощущения. Главное не бойся и не поддавайся панике. По ту сторону нас встретит другой привратник.
- Я пойду первым, - решительно заявил Сетма и, дождавшись разрешающего кивка от Надира, шагнул в арочный проём, растворившись в радужных переливах.
- Теперь ты, давай, - скомандовал Паттаки, обращаясь к Тору и мальчик, бросив встревоженный взгляд на Сэй, сделал несколько неуверенных шагов по направлению к порталу.
- Это точно безопасно? – строго уточнила девушка у Надира.
- Для взрослого мага да, - чуть помедлив, ответил привратник. – Детей мы, сами понимаете, через порталы не переправляли, так что ответить наверняка я, увы, не смогу.
Сэй нахмурилась, а Тору, осознав, что его путешествие в Коссхоэн сейчас может закончиться так толком и не начавшись, глубоко вздохнул, зажмурился и шагнул в мерцающую арку.
Его тут же словно что-то подхватило, рвануло вверх и закружило. Даже сквозь плотно сомкнутые веки мальчик ощущал слепящие разноцветные всполохи, а желудок, словно сжался в тугой комок и подскочил к самому горлу.
Тору не знал, сколько времени длился переход – возможно, всего несколько мгновений, но мгновения эти тянулись для него невообразимо долго. Затем его швырнуло вперёд и мальчик почувствовал под ладонями холодный камень.
Жадно хватая ртом воздух, Тору осмелился открыть глаза. Перед взглядом всё качалось и плыло, уши заложило а на языке появился неприятный привкус, словно он зачем-то лизнул медную монету. Мальчика била крупная дрожь, тело отказывалось слушаться а затем, он ощутил как по губам и подбородку потекло что-то горячее.
Тору ощутил, как кто-то бережно подхватил его на руки. Сквозь выступившие на глазах слёзы он всё же сумел узнать Сетму.
- Куда его?
Голос Бодрака звучал взволнованно.
- Сюда пока давай, - ответили ему грубоватым тоном. – Это же надо додуматься – ребёнка притащить! Я с Надира за такое шкуру спущу! Совсем уже от жадности последний ум потерял! Эй! Да сколько вас там?!
- Тору! Что с ним? – послышался встревоженный голос Сэй.
Тору попытался сказать, что с ним всё в порядке, но язык почему-то совсем не слушался.
- Кровь пошла носом, - пояснил Сетма, продолжая держать мальчика на руках. – Нужно его куда-нибудь положить.
- Погоди, - ответила подруга, и мальчик почувствовал, как его лба касается прохладная ладонь, даря долгожданное облегчение. – Вот так, сейчас тебе станет лучше, потерпи.
И действительно, зрение вскоре прояснились, звуки стали чётче, а телу снова вернулась подвижность.
- Спасибо, - хрипло прошептал он, и блекло улыбнулся. - Кажется, порталы – это не моё…
- Что у вас тут происходит?
"О, а вот и предводитель Гончих объявился", - вяло подумал Тору.
- Паттаки! Так и знал, что без твоей белёсой морды тут не обошлось! – напустился на Дирка привратник. – Ты хоть представляешь себе, как меня подставил, притащив сюда этих… кто бы они там ни были! Если Совет узнает…
- Не ори так, Брим, - устало ответил Паттаки. – Сколько лет мы уже знакомы друг с другом? Поверь мне на слово – я не стал бы так рисковать без действительно серьёзных на то причин. Ну что, проводишь нас наверх?
- Учти, если возникнут проблемы – я вас знать не знаю, - сурово предупредил привратник, а затем велел: – Давайте за мной.
Тору повернул голову и смог наконец разглядеть говорившего. Им оказался невысокий крепко сложенный мужчина с короткой рыжеватой бородкой и редеющими на висках волосами. Пожалуй, самым приметным в нём был нос – острый и длинный, он походил на птичий клюв и странным образом делал лицо мужчины каким-то хищным.
Сетма, всё ещё не спуская мальчика с рук, вслед за привратником поднялся по узким каменным ступеням и, миновав массивную дверь, оказался в заваленной всяческим хламом комнате.
- Ты как, в порядке? – негромко спросил Бодрак, осторожно поставив Тору на ноги.
Мальчик прислушался к своим ощущениям и кивнул. Он действительно чувствовал себя значительно лучше, разве что голова всё ещё немного кружилась да в коленях сохранилась предательская слабость.
Из подвального помещения, в котором находилась арка портала, появились Сэй и Паттаки.
Тору осмотрелся.
Первое впечатление не обманула: комната действительно оказалась сильно захламлена, словно сюда сносили всё, что уже отжило свой срок и выкинулось за ненадобностью. Поломанная мебель, большие и маленькие шкатулки, статуэтки с выщерблинами, разнообразная утварь, выцветшие от времени картины и портреты. Чего тут только не было! Разве что целых вещей…
- Где это мы? – шёпотом спросил Тору, обращаясь к Паттаки, но вместо предводителя Гончих ему ответил сам привратник:
- В моей лавке. Здесь я собираю и храню предметы, времён первого столетия от Изгнания, - и добавил, с нескрываемой гордостью: - У меня самая обширная коллекция в Коссхоэне!
Тору пригляделся к хламу внимательнее, но как ни старался, так и не смог должным образом впечатлиться. По его мнению, это была пусть древняя, но всё же рухлядь.
- Ладно, думаю, нам не стоит задерживаться, - произнёс Паттаки, передавая привратнику небольшой кошель. После этого он обратился к Сэй: - Приведи мальчишку в порядок – нам не стоит привлекать к себе лишнее внимание. Тёплую одежду можете оставить здесь, у Брима – вряд ли она вам понадобиться.
Тору ощутил, как сильнее начинает колотиться сердце. Он здесь! В Коссхоэне! Теперь всё зависит только от них.
Глава 25
Пока они шли по довольно широкой, вымощенной желтовато-бурым камнем улице, Тору беспрестанно вертел головой, пытаясь разглядеть всё и сразу.
Довольно необычно было попасть из снежной зимы прямо в лето, и теперь мальчик понял, зачем Паттаки уговорил их оставить тёплую одежду на хранение у Брима. В меховых куртках и шапках они, пожалуй, действительно привлекли бы к себе лишнее внимание.
Тору вспомнил, что остров Коссхоэна находился к югу от материка, так что настоящей зимы местные жители тут, скорее всего и не видели.
Вдоль улицы тянулись двух и трёх этажные дома, выкрашенные в большинстве своём в спокойные бежевые и светло-коричневые оттенки. Мальчика поразили огромные окна, на которых красовались различные надписи призывающие заглянуть в лавку и приобрести тот или иной товар. Сетма объяснил, что почти все здания в Тёмном тупике отданы под небольшие магазинчики, да и те были лишь прикрытием для менее легальных дел, таких например, как торговля энергией источников в обход Эрдума, или сбыт контрабанды из Асгалота. Жилые же дома начинались ближе к Окружной улице, и именно туда их, похоже, и вёл Паттаки.
К счастью, встреченные им по пути маги не проявляли к компании особого интереса. Видимо, в этой части города, где господствовали теневые дельцы, излишнее любопытство не поощрялось. Зато сам Тору украдкой рассматривал и яркую, непривычную для Асгалота одежду местных жителей, и раскидистые деревца с широкой листвой и странными колючими плодами, сравнивал увиденное с Асгалотом и вынужденно признавал, что сравнение это отнюдь не в пользу королевства. Взять тот же Тарим, с его узкими грязными улочками и унылыми серыми домами с мутными стёклами маленьких окон.
Внезапно, мальчик почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд и, оглядевшись по сторонам, увидел остановившуюся на противоположной стороне улицы женщину, чьё чёрное с серебристыми вставками платье и тёмные, собранные в тугой пучок волосы делали её чем-то похожей на огромную ворону. Незнакомка не отрываясь смотрела на Тору широко открытыми глазами, но осознав, что тот её заметил, быстро отвернулась и спешно двинулась дальше.
