- Где там мой верный помощнище? - в конце своего диалога с Генри спросил Розни. Я честно признаюсь, не поняла, что его вопрос относился ко мне. И если быть уж очень честной с вами, то напишу, что практически весь диалог-беседа между Артуром и Генри прошла мимо меня. После того, как они бегло начали что-то выяснять, я поначалу честно пыталась улавливать ход их разговора, но, к сожалению, не успешно для меня. Позор!
- Ксюха, - позвал меня начальник. И я показалась перед экраном. - Я тебя убью, - весело добавил он и отключился.
Я никак не отреагировала на слова начальника. Я уже для себя поняла, что прилечу домой и сразу писать заявление на увольнение. А иначе никак!
- Ты голодна? - спросила меня Альберта.
- Да, очень, - призналась я, радуясь, что некоторые фразы мне очень даже были понятны. Может со мной не всё ещё потеряно? А особенно я радовалась, что они наконец-то предложили мне покушать. Ура! А то уже сил не осталось, ни капельки.
- Поехали, - сказал Генри, и мы вышли на улицу. Сели в его авто и поехали в ресторан.
Там они заказали для меня блюда, на свой вкус, но пообещали, что будет очень вкусно и сытно. Но мне если честно человеку, которому грозит перспектива скорейшего увольнения, было уже всё равно, что кушать. Я была расстроена и безразлична одновременно.
- Ксения, - позвал меня Генри, тем самым отвлекая меня от грустных раздумий. Я хмуро посмотрела на него.
- Ксения, у меня есть один номер телефона, - начал медленно говорить по-английски со мной Генри. Сейчас мне были понятны его слова. - Надо, чтобы ты позвонила по этому номеру и спросила по-русски: продаёте ли вы кроссовки фирмы «Exchange» и если да, то, сколько это будет стоит, и как быстро ты получишь товар. Скажешь, что ты менеджер магазина «Доли?на» - это сеть крупных спортивных магазинов, где мы ещё не продавались ни разу - подмигнул мне Генри, и добавил, понизив голос - но очень хотели бы…
- Сейчас позвонить?
- Да, пожалуйста, вот номер, - и он протянул мне телефон, написанный на листочке. А Альберта дала свой телефон.
Я послушно набрала номер, и мне ответили. Странное дело, но голос мужчины, с которым я разговаривала, был мне знаком и спустя минуту нашей беседы, я точно со 100 % уверенностью могла сказать, что я беседовала с Павлом Анатольевичем. С одним из дядечек фирмы Артура Алексеевича в Бердянске. Это был точно он. Я отключилась, не закончив разговор.
- Я знаю этого мужчину, - сказала я и начала кушать принесенные нам блюда. - Это Павел, работник фирмы в нашем городе.
- Артур так и предполагал, - сказала Альберта, одобрительно кивая головой. Генри усмехнулся.
- Умница, - медленно сказал он и я, улыбнувшись, продолжила обед. Закончив приём пищи, Генри взглянув на часы сказал: у нас есть ещё четыре часа до твоего вылета, может хочешь что-то посмотреть в городе или где-то побывать, по-быстрому понятное дело…
- Мне бы очень хотелось вблизи посмотреть на статую Христа-Искупителя, - робко проговорила я. Альберта улыбнувшись сказала: «ну конечно!»
- Тогда давайте быстренько в машину, потому что времени не так много осталось, а до парка Тижука ещё ехать и ехать, а потом в аэропорт… - расплатившись и поторапливая нас сказал Генри, и мы быстро проследовали к их машине.
Меня очень впечатлил величественный вид Спасителя. Альберта, которая, по её словам, хоть и много раз бывала здесь, но каждый раз испытывает приятные тревожные чувства видя Христа-Искупителя, тоже была рада, что мы отправились к такому величественному творению человека. Человек, хотел прославить Бога, своего Творца и видно было, что с любовью и трепетом было сделано это бетонное воплощение Господа, который ради нас стал человеком, ради нашего с вами спасения.
Мне пришла в голову мысль, и я поделилась ею с Альбертой: «а вы знаете, что ведь мыслительные и творческие способности заложены только в людей, и мы этим самым и отличаемся от животного мира. Так вот я смотрю на Спасителя и думаю, что каждое творчество должно прославлять Бога! Вот здесь мы видим бетонное сооружение, и оно явно указывает на Творца, и люди как могли, но прославили Бога. А вот есть к примеру плотники, то они должны, ну хотя бы раз в жизни помимо лавочек или там столиков, сделать красивую резную деревянную икону. Или поэты… Они написали за свою жизнь может тысячу стихов, но хоть один из них, стихов, должен быть посвящён Создателю, который «наделил» их этим талантом. Или кинорежиссеры… Они наснимали за свою жизнь, хороших фильмов штук двадцать, но один из них, пусть даже короткометражный, но должен быть посвящён Вседержителю! Или вот вы, шьёте одежду и в ваших возможностях сделать хоть одну партию посвящённую Всемилостивому или чему-то что с Ним связано, ну к примеру, напечатать на спине футболок «9 заповедей блаженств» - слова Самого Иисуса Христа. Потому, что десять заповедей у людей как-то ещё на слуху, а вот про новые девять многие, к величайшему сожалению, и не слышали и не знают…»
Альберта улыбнулась мне. А я подумала, что, наверное, я «сильно разошлась» и лезу не в свои дела, указываю взрослым людям как работать и что им делать - стою тут размышляю-умничаю, но добавила:
- И вообще я думаю, что все беды в мире происходят от того, что люди не любят Бога!
Альберта строго посмотрела на меня и сказала: «я тоже так думаю! Потому, что - что такое любовь? - это верность и честность! Вот я люблю Генри и верна ему и всегда честна с ним и стараюсь всегда делать, то что его радует, ну то есть слушаться его и по возможности не огорчать его. Так это я размышляю человеческими понятиями. Но ведь с Богом, всё ненамного по-другому. Если я Его люблю, то и должна делать то, что Он сказал и не огорчать понапрасну Создателя! Ведь так?»
Я одобрительно закивала головой, на удивление её слова мне были полностью понятны, и мы с ней говорили, как будто не словами, а мыслями. У нас было мыслительное общение, что ли…
- Но многие люди не любят Бога и не интересуются Им! И конечно же делают, очень многое, что огорчает Создателя, - с грустью сказала Альберта. - Хотя, что там другие люди, я и сама такая же. В сердце и мыслях «люблю Бога», а на деле ой как много раз Его обижала, оскорбляла… а значит я Его на практике - не люблю! И как я понимаю, если нас «таких» много, то что уж удивляться, что в мире происходят войны или беды? Конечно это всё закономерно и честно, с Его стороны, потому как иначе видимо нас никак не вразумить! Он хочет, чтоб мы Его любили… Вернее не так, Он заслуживает того, чтобы мы Его любили! Он заслуживает этого больше всех на свете!
Я опять одобрительно закивала головой.
- Вот я в том году, поскользнулась и упала на руку, - продолжала Альберта, - и руку не сломала, но вывихнула. И где-то полтора месяца она у меня срасталась. Так вот я тебе вот, что скажу, если бы я не упала я бы ещё оттягивала и оттягивала поход в Церковь на исповедь. А так, лежу я дома, рука очень болит и думаю, это мне «за то и за то» - ну совесть она меня укорила сразу, и как бы сказала, в чём я была не права и пришлось идти и каяться. Хоть и не хотелось. Но, слава Богу груз с души сошел…, и я так потом радостно выздоравливала :-)
Альберта улыбнулась.
---
Вечером этого же дня, Генри и Альберта посадили меня на самолет, и я улетела домой.
…
- Артур, - весело обратился к коллеге Генри, позвонив другу вечером. - А кто она эта Ксения?
- Мой синхронный переводчик, - ответил Артур Розни.
- Синхронный переводчик? Шутишь? - веселясь, уточнил Генри.
- Нет. Она мой синхронный переводчик, ну и помощница в разных делах.
- И давно ты её знаешь?
- Не больше недели.
- А, ну тогда всё понятно, - весело сказал Генри.
- А, что?
- Ну как сказать.… Для синхронного переводчика, она слишком много переспрашивает, а так она хорошая, Альберте очень понравилась...
- Она мой синхронный переводчик с переспрашиванием, - строго ответил Артур Розни, давая понять, что Генри не стоит высмеивать его подчиненную.
…
На следующий день, Артур Алексеевич лично приехал встретить меня в аэропорт. Увидев его, я хотела убежать куда-то лишь бы не пересекаться сейчас с ним. Но куда тут убежишь?
Он, красивый молодой мужчина, высокого роста, выделялся на фоне других людей в аэропорту кардинально, был одет не вызывающе, но со вкусом. Лицо выбрито, волосы красиво уложены. А ещё от него пахло очень тонким изысканным парфюмом. Я его сразу увидела, а он меня нет. Видимо я не сильно выделялась из общей массы прилетевших людей.
- Артур Алексеевич, здравствуйте, - нервничая, сказала я, подойдя к начальнику.
- Ксюха, - радостно сказал он. - А я тебя сразу не узнал - богатой будешь!
- Это хорошо, - ответила я.
- Что хорошо? Что не узнал?
- Нет, что богатой буду, - улыбнулась я.
- Конечно, будешь, - весело продолжал начальник. Я почему-то побаивалась его в данный момент. Уж очень свежи были в памяти его крики и смертельный взгляд.
Я ничего не ответила.
- Ксюша, - позвал он меня. - Ксюша, а ты умница!
Я удивленно на него посмотрела.
- Да, - строго ответил начальник, и мы пошли к его машине.
Мы уже ехали по городу ко мне домой. По моему любимому родному городу Бердянску. Как мой начальник всё же сказал мне:
- Завтра на работу не опаздывай.
- Хорошо, Артур Алексеевич, а можно вопрос: что вообще произошло? У меня в голове ничего не укладывается в логичную цепочку.
- Всё завтра! Ксюха, всё завтра, - строго ответил он.
Я решила больше ни о чём не спрашивать и добавила более радостно: «А я думала, вы на меня злитесь!»
- Злюсь! И очень злюсь! Поэтому я тебя убью! Убью, но чуть позже! Не сейчас, - и он улыбнулся мне.
- А ну если не сейчас, то все окейки.
- Какие окейки? Не говори такие глупые слова!
- Окейки.
- Где мой пистолет?
…
Дома меня встречали торжественно всей делегацией: папа, мама, сестра, кошка, собака. Рыбки тоже меня встречали, хоть к входной двери не приплыли, но они радостно махали мне плавниками, плавая в аквариуме. Папа стоял на пороге квартиры с хлебом в руках. Все смеялись и веселились. Мол, дочь приехала из заграницы!
Меня не было дома два дня, но я очень соскучилась по своим родным. Какие же они у меня хорошие!
Я не стала признаваться родителям, что летала сама. Вкратце рассказала, про короткую поездку и, ссылаясь на усталость, пошла спать.
Завтра на работу. Значит пока, не увольняют - это хорошо! Это радует!
…
Когда я пришла на работу Ольга тревожно встретила меня и предупредила, что Артур Алексеевич очень зол на меня. Но я её успокоила и сказала, что вчера он меня встречал в аэропорту и вроде выглядел довольным - не ругал.
Через час на работу пришёл мой начальник и сразу же вызвал меня к себе в кабинет. И предупредил Ольгу, как только на работу придёт Павел - пригласить его в кабинет тоже.
- Ксюха, ну усаживайся поудобней, - строго обратился ко мне начальник, и я засомневалась в том, что продолжу работу в данной фирме.
- Артур Алексеевич, это вам - улыбаясь протянула я своему начальнику миниатюрную копию статуи Христа-Искупителя, пытаясь растопить праведный гнев моего шефа. Он посмотрел на подарок и улыбнулся.
- Подлизываешься? - строго сказал он.
- Угу, - промямлила я и серьёзно посмотрела на него. - Прежде всего я, хотела бы сказать - простите! Простите меня, за то, что ослушалась вас…
- Оставь это! Я уже перегорел - не напоминай мне о своей так сказать шалости, - строго остановил мою речь начальник. - Это даже хорошо, что ты ослушалась меня и проявила инициативу. Генри не хотел тебя принимать, и на то у него были серьёзные причины. Я его сейчас хорошо понимаю! Но когда ты приехала в офис, он и Альберта так сказать сжалились над тобой, ведь ты всего лишь приехала выполнить моё поручение - передать документы - вот они и согласились из вежливости принять тебя. И это было очень верно! Очень верно с их стороны!
- Артур, можно? - спросил Павел, зайдя в кабинет. Странное дело, но я заметила, что ни Павел, ни Борис никогда не стучатся в дверь, прежде чем зайти в кабинет начальника. А я и Ольга Алексеевна всегда стучимся. «Ну что тут сказать, мы воспитанные леди, а они всего - лишь дядьки» - подумала весело я.
- Пашка, да-да заходи, - сказал строго начальник и посмотрел на меня. - Ты тоже останься!
- Хорошо.
Павел сел напротив начальника.
- Слушаю внимательно Артурчик, - весело обратился он к начальнику.
- А теперь ты меня послушай, Павел Анатольевич, - жестко начал Артур Алексеевич - Я в курсе того, что на протяжении четырёх месяцев ты воруешь с моих складов пары кроссовок и продаёшь их в Милане.
- Чего? - возмутился Павел.
- Не смей на меня повышать голос, - строго прервал его Розни. - У тебя есть время до завтрашнего утра! Вернешь мне все деньги, что ты получил от продажи пар, по моим подсчётам это около 132 000 у.е. - ухмыльнувшись, добавил начальник. - Не скромно, не скромно!
- Артур!
- Если завтра ты не вернёшь деньги, я тебя посажу, - и громко крикнув, добавил начальник - А сейчас пошёл вон отсюда!
Павел Анатольевич медленно встал и посмотрел в упор на моего начальника. Я вжалась в кресло. Я думала, они начнут драку. Артур Алексеевич жёстко смотрел на вора, сжав кулаки. Но Павел Анатольевич резко развернулся и медленно вышел из кабинета. Артур Алексеевич шёл следом за ним - следил, что бы тот покинул офис. Павел ни с кем, не говоря, молча вышел из офиса нашей фирмы.
Артур Алексеевич вернулся в кабинет, и плотно закрыв за собой дверь, обратился ко мне:
- Ну, же, Ксения, смелее! Что ты так сжалась? Испугалась что ли?
Я улыбнулась в ответ, но ничего не сказала.
- Не бойся так, - весело, обратился он ко мне и похлопал меня по плечу. - Обычные рабочие моменты! Конечно, не часто такое бывает, но случается.
Начальник сел напротив меня и улыбнулся. Видно, было, что он нервничает - губы его хоть и улыбались, но поддергивались. Но он старался не показывать этого - держался молодцом.
- Может, я пойду, а? - наконец спросила я.
- Нет! Сиди и слушай, какую пользу ты принесла нашей фирме, - строго сказал начальник. - Нет. Ну, ты только представь! Он даже не стал ничего отрицать! А я-то думал, он начнёт бить себя в грудь, мол, да я? Что ты, Артурчик я не брал ничего! А он даже ничего не сказал в свою защиту? Чем очень облегчил мне неприятные выяснения.
И начальник посмотрел внимательно на меня. Мне было очень неуютно присутствовать здесь и сейчас, но приходилось.
- Ксюха, оказывается Генри, подозревал, меня в том, что я продаю наши кроссовки в Милане.
- Как это? - не понимала я.
- Весной Генри и Альберта летали в Милан. У Альберты там живет её сестра. И вот ты только представь, ну бывают же в жизни случайности! Альберта заходит с сестрой в магазин и видит там, на витрине наши кроссовки. Их перепутать с другими ну просто невозможно. Мы с Генри, когда начинали, пошив кроссовок специально придумали так сказать нашу фишку, сзади на кроссовках мы, ну не мы, а наши рабочие, ну не важно. Мы пришиваем сине-белый клетчатый хлястик. Он, этот хлястик, и является нашей отличительной чертой от других пар кроссовок по всему миру. Такая мелочь, а заметная. И представь удивление Альберты, когда она видит, что кроссовки, которые шьёт её муж, продаются в магазинах, в которых они не должны продаваться.
- Ксюха, - позвал меня начальник. И я показалась перед экраном. - Я тебя убью, - весело добавил он и отключился.
Я никак не отреагировала на слова начальника. Я уже для себя поняла, что прилечу домой и сразу писать заявление на увольнение. А иначе никак!
- Ты голодна? - спросила меня Альберта.
- Да, очень, - призналась я, радуясь, что некоторые фразы мне очень даже были понятны. Может со мной не всё ещё потеряно? А особенно я радовалась, что они наконец-то предложили мне покушать. Ура! А то уже сил не осталось, ни капельки.
- Поехали, - сказал Генри, и мы вышли на улицу. Сели в его авто и поехали в ресторан.
Там они заказали для меня блюда, на свой вкус, но пообещали, что будет очень вкусно и сытно. Но мне если честно человеку, которому грозит перспектива скорейшего увольнения, было уже всё равно, что кушать. Я была расстроена и безразлична одновременно.
- Ксения, - позвал меня Генри, тем самым отвлекая меня от грустных раздумий. Я хмуро посмотрела на него.
- Ксения, у меня есть один номер телефона, - начал медленно говорить по-английски со мной Генри. Сейчас мне были понятны его слова. - Надо, чтобы ты позвонила по этому номеру и спросила по-русски: продаёте ли вы кроссовки фирмы «Exchange» и если да, то, сколько это будет стоит, и как быстро ты получишь товар. Скажешь, что ты менеджер магазина «Доли?на» - это сеть крупных спортивных магазинов, где мы ещё не продавались ни разу - подмигнул мне Генри, и добавил, понизив голос - но очень хотели бы…
- Сейчас позвонить?
- Да, пожалуйста, вот номер, - и он протянул мне телефон, написанный на листочке. А Альберта дала свой телефон.
Я послушно набрала номер, и мне ответили. Странное дело, но голос мужчины, с которым я разговаривала, был мне знаком и спустя минуту нашей беседы, я точно со 100 % уверенностью могла сказать, что я беседовала с Павлом Анатольевичем. С одним из дядечек фирмы Артура Алексеевича в Бердянске. Это был точно он. Я отключилась, не закончив разговор.
- Я знаю этого мужчину, - сказала я и начала кушать принесенные нам блюда. - Это Павел, работник фирмы в нашем городе.
- Артур так и предполагал, - сказала Альберта, одобрительно кивая головой. Генри усмехнулся.
- Умница, - медленно сказал он и я, улыбнувшись, продолжила обед. Закончив приём пищи, Генри взглянув на часы сказал: у нас есть ещё четыре часа до твоего вылета, может хочешь что-то посмотреть в городе или где-то побывать, по-быстрому понятное дело…
- Мне бы очень хотелось вблизи посмотреть на статую Христа-Искупителя, - робко проговорила я. Альберта улыбнувшись сказала: «ну конечно!»
- Тогда давайте быстренько в машину, потому что времени не так много осталось, а до парка Тижука ещё ехать и ехать, а потом в аэропорт… - расплатившись и поторапливая нас сказал Генри, и мы быстро проследовали к их машине.
Меня очень впечатлил величественный вид Спасителя. Альберта, которая, по её словам, хоть и много раз бывала здесь, но каждый раз испытывает приятные тревожные чувства видя Христа-Искупителя, тоже была рада, что мы отправились к такому величественному творению человека. Человек, хотел прославить Бога, своего Творца и видно было, что с любовью и трепетом было сделано это бетонное воплощение Господа, который ради нас стал человеком, ради нашего с вами спасения.
Мне пришла в голову мысль, и я поделилась ею с Альбертой: «а вы знаете, что ведь мыслительные и творческие способности заложены только в людей, и мы этим самым и отличаемся от животного мира. Так вот я смотрю на Спасителя и думаю, что каждое творчество должно прославлять Бога! Вот здесь мы видим бетонное сооружение, и оно явно указывает на Творца, и люди как могли, но прославили Бога. А вот есть к примеру плотники, то они должны, ну хотя бы раз в жизни помимо лавочек или там столиков, сделать красивую резную деревянную икону. Или поэты… Они написали за свою жизнь может тысячу стихов, но хоть один из них, стихов, должен быть посвящён Создателю, который «наделил» их этим талантом. Или кинорежиссеры… Они наснимали за свою жизнь, хороших фильмов штук двадцать, но один из них, пусть даже короткометражный, но должен быть посвящён Вседержителю! Или вот вы, шьёте одежду и в ваших возможностях сделать хоть одну партию посвящённую Всемилостивому или чему-то что с Ним связано, ну к примеру, напечатать на спине футболок «9 заповедей блаженств» - слова Самого Иисуса Христа. Потому, что десять заповедей у людей как-то ещё на слуху, а вот про новые девять многие, к величайшему сожалению, и не слышали и не знают…»
Альберта улыбнулась мне. А я подумала, что, наверное, я «сильно разошлась» и лезу не в свои дела, указываю взрослым людям как работать и что им делать - стою тут размышляю-умничаю, но добавила:
- И вообще я думаю, что все беды в мире происходят от того, что люди не любят Бога!
Альберта строго посмотрела на меня и сказала: «я тоже так думаю! Потому, что - что такое любовь? - это верность и честность! Вот я люблю Генри и верна ему и всегда честна с ним и стараюсь всегда делать, то что его радует, ну то есть слушаться его и по возможности не огорчать его. Так это я размышляю человеческими понятиями. Но ведь с Богом, всё ненамного по-другому. Если я Его люблю, то и должна делать то, что Он сказал и не огорчать понапрасну Создателя! Ведь так?»
Я одобрительно закивала головой, на удивление её слова мне были полностью понятны, и мы с ней говорили, как будто не словами, а мыслями. У нас было мыслительное общение, что ли…
- Но многие люди не любят Бога и не интересуются Им! И конечно же делают, очень многое, что огорчает Создателя, - с грустью сказала Альберта. - Хотя, что там другие люди, я и сама такая же. В сердце и мыслях «люблю Бога», а на деле ой как много раз Его обижала, оскорбляла… а значит я Его на практике - не люблю! И как я понимаю, если нас «таких» много, то что уж удивляться, что в мире происходят войны или беды? Конечно это всё закономерно и честно, с Его стороны, потому как иначе видимо нас никак не вразумить! Он хочет, чтоб мы Его любили… Вернее не так, Он заслуживает того, чтобы мы Его любили! Он заслуживает этого больше всех на свете!
Я опять одобрительно закивала головой.
- Вот я в том году, поскользнулась и упала на руку, - продолжала Альберта, - и руку не сломала, но вывихнула. И где-то полтора месяца она у меня срасталась. Так вот я тебе вот, что скажу, если бы я не упала я бы ещё оттягивала и оттягивала поход в Церковь на исповедь. А так, лежу я дома, рука очень болит и думаю, это мне «за то и за то» - ну совесть она меня укорила сразу, и как бы сказала, в чём я была не права и пришлось идти и каяться. Хоть и не хотелось. Но, слава Богу груз с души сошел…, и я так потом радостно выздоравливала :-)
Альберта улыбнулась.
---
Вечером этого же дня, Генри и Альберта посадили меня на самолет, и я улетела домой.
…
- Артур, - весело обратился к коллеге Генри, позвонив другу вечером. - А кто она эта Ксения?
- Мой синхронный переводчик, - ответил Артур Розни.
- Синхронный переводчик? Шутишь? - веселясь, уточнил Генри.
- Нет. Она мой синхронный переводчик, ну и помощница в разных делах.
- И давно ты её знаешь?
- Не больше недели.
- А, ну тогда всё понятно, - весело сказал Генри.
- А, что?
- Ну как сказать.… Для синхронного переводчика, она слишком много переспрашивает, а так она хорошая, Альберте очень понравилась...
- Она мой синхронный переводчик с переспрашиванием, - строго ответил Артур Розни, давая понять, что Генри не стоит высмеивать его подчиненную.
…
На следующий день, Артур Алексеевич лично приехал встретить меня в аэропорт. Увидев его, я хотела убежать куда-то лишь бы не пересекаться сейчас с ним. Но куда тут убежишь?
Он, красивый молодой мужчина, высокого роста, выделялся на фоне других людей в аэропорту кардинально, был одет не вызывающе, но со вкусом. Лицо выбрито, волосы красиво уложены. А ещё от него пахло очень тонким изысканным парфюмом. Я его сразу увидела, а он меня нет. Видимо я не сильно выделялась из общей массы прилетевших людей.
- Артур Алексеевич, здравствуйте, - нервничая, сказала я, подойдя к начальнику.
- Ксюха, - радостно сказал он. - А я тебя сразу не узнал - богатой будешь!
- Это хорошо, - ответила я.
- Что хорошо? Что не узнал?
- Нет, что богатой буду, - улыбнулась я.
- Конечно, будешь, - весело продолжал начальник. Я почему-то побаивалась его в данный момент. Уж очень свежи были в памяти его крики и смертельный взгляд.
Я ничего не ответила.
- Ксюша, - позвал он меня. - Ксюша, а ты умница!
Я удивленно на него посмотрела.
- Да, - строго ответил начальник, и мы пошли к его машине.
Мы уже ехали по городу ко мне домой. По моему любимому родному городу Бердянску. Как мой начальник всё же сказал мне:
- Завтра на работу не опаздывай.
- Хорошо, Артур Алексеевич, а можно вопрос: что вообще произошло? У меня в голове ничего не укладывается в логичную цепочку.
- Всё завтра! Ксюха, всё завтра, - строго ответил он.
Я решила больше ни о чём не спрашивать и добавила более радостно: «А я думала, вы на меня злитесь!»
- Злюсь! И очень злюсь! Поэтому я тебя убью! Убью, но чуть позже! Не сейчас, - и он улыбнулся мне.
- А ну если не сейчас, то все окейки.
- Какие окейки? Не говори такие глупые слова!
- Окейки.
- Где мой пистолет?
…
Дома меня встречали торжественно всей делегацией: папа, мама, сестра, кошка, собака. Рыбки тоже меня встречали, хоть к входной двери не приплыли, но они радостно махали мне плавниками, плавая в аквариуме. Папа стоял на пороге квартиры с хлебом в руках. Все смеялись и веселились. Мол, дочь приехала из заграницы!
Меня не было дома два дня, но я очень соскучилась по своим родным. Какие же они у меня хорошие!
Я не стала признаваться родителям, что летала сама. Вкратце рассказала, про короткую поездку и, ссылаясь на усталость, пошла спать.
Завтра на работу. Значит пока, не увольняют - это хорошо! Это радует!
…
Когда я пришла на работу Ольга тревожно встретила меня и предупредила, что Артур Алексеевич очень зол на меня. Но я её успокоила и сказала, что вчера он меня встречал в аэропорту и вроде выглядел довольным - не ругал.
Через час на работу пришёл мой начальник и сразу же вызвал меня к себе в кабинет. И предупредил Ольгу, как только на работу придёт Павел - пригласить его в кабинет тоже.
- Ксюха, ну усаживайся поудобней, - строго обратился ко мне начальник, и я засомневалась в том, что продолжу работу в данной фирме.
- Артур Алексеевич, это вам - улыбаясь протянула я своему начальнику миниатюрную копию статуи Христа-Искупителя, пытаясь растопить праведный гнев моего шефа. Он посмотрел на подарок и улыбнулся.
- Подлизываешься? - строго сказал он.
- Угу, - промямлила я и серьёзно посмотрела на него. - Прежде всего я, хотела бы сказать - простите! Простите меня, за то, что ослушалась вас…
- Оставь это! Я уже перегорел - не напоминай мне о своей так сказать шалости, - строго остановил мою речь начальник. - Это даже хорошо, что ты ослушалась меня и проявила инициативу. Генри не хотел тебя принимать, и на то у него были серьёзные причины. Я его сейчас хорошо понимаю! Но когда ты приехала в офис, он и Альберта так сказать сжалились над тобой, ведь ты всего лишь приехала выполнить моё поручение - передать документы - вот они и согласились из вежливости принять тебя. И это было очень верно! Очень верно с их стороны!
- Артур, можно? - спросил Павел, зайдя в кабинет. Странное дело, но я заметила, что ни Павел, ни Борис никогда не стучатся в дверь, прежде чем зайти в кабинет начальника. А я и Ольга Алексеевна всегда стучимся. «Ну что тут сказать, мы воспитанные леди, а они всего - лишь дядьки» - подумала весело я.
- Пашка, да-да заходи, - сказал строго начальник и посмотрел на меня. - Ты тоже останься!
- Хорошо.
Павел сел напротив начальника.
- Слушаю внимательно Артурчик, - весело обратился он к начальнику.
- А теперь ты меня послушай, Павел Анатольевич, - жестко начал Артур Алексеевич - Я в курсе того, что на протяжении четырёх месяцев ты воруешь с моих складов пары кроссовок и продаёшь их в Милане.
- Чего? - возмутился Павел.
- Не смей на меня повышать голос, - строго прервал его Розни. - У тебя есть время до завтрашнего утра! Вернешь мне все деньги, что ты получил от продажи пар, по моим подсчётам это около 132 000 у.е. - ухмыльнувшись, добавил начальник. - Не скромно, не скромно!
- Артур!
- Если завтра ты не вернёшь деньги, я тебя посажу, - и громко крикнув, добавил начальник - А сейчас пошёл вон отсюда!
Павел Анатольевич медленно встал и посмотрел в упор на моего начальника. Я вжалась в кресло. Я думала, они начнут драку. Артур Алексеевич жёстко смотрел на вора, сжав кулаки. Но Павел Анатольевич резко развернулся и медленно вышел из кабинета. Артур Алексеевич шёл следом за ним - следил, что бы тот покинул офис. Павел ни с кем, не говоря, молча вышел из офиса нашей фирмы.
Артур Алексеевич вернулся в кабинет, и плотно закрыв за собой дверь, обратился ко мне:
- Ну, же, Ксения, смелее! Что ты так сжалась? Испугалась что ли?
Я улыбнулась в ответ, но ничего не сказала.
- Не бойся так, - весело, обратился он ко мне и похлопал меня по плечу. - Обычные рабочие моменты! Конечно, не часто такое бывает, но случается.
Начальник сел напротив меня и улыбнулся. Видно, было, что он нервничает - губы его хоть и улыбались, но поддергивались. Но он старался не показывать этого - держался молодцом.
- Может, я пойду, а? - наконец спросила я.
- Нет! Сиди и слушай, какую пользу ты принесла нашей фирме, - строго сказал начальник. - Нет. Ну, ты только представь! Он даже не стал ничего отрицать! А я-то думал, он начнёт бить себя в грудь, мол, да я? Что ты, Артурчик я не брал ничего! А он даже ничего не сказал в свою защиту? Чем очень облегчил мне неприятные выяснения.
И начальник посмотрел внимательно на меня. Мне было очень неуютно присутствовать здесь и сейчас, но приходилось.
- Ксюха, оказывается Генри, подозревал, меня в том, что я продаю наши кроссовки в Милане.
- Как это? - не понимала я.
- Весной Генри и Альберта летали в Милан. У Альберты там живет её сестра. И вот ты только представь, ну бывают же в жизни случайности! Альберта заходит с сестрой в магазин и видит там, на витрине наши кроссовки. Их перепутать с другими ну просто невозможно. Мы с Генри, когда начинали, пошив кроссовок специально придумали так сказать нашу фишку, сзади на кроссовках мы, ну не мы, а наши рабочие, ну не важно. Мы пришиваем сине-белый клетчатый хлястик. Он, этот хлястик, и является нашей отличительной чертой от других пар кроссовок по всему миру. Такая мелочь, а заметная. И представь удивление Альберты, когда она видит, что кроссовки, которые шьёт её муж, продаются в магазинах, в которых они не должны продаваться.
