Я безошибочно угадала настороженность и страх в глазах женщин, принимавших меня этим утром в своей общине. Мне стало неуютно и вновь, словно защищаясь, я нацепила ледяную маску:
- Хочу сразу отметить, дорогие дамы, что то, что произошло вчера в моём доме…
- Мы наслышаны, - бесцеремонно перебила меня ещё одна Палмер, Аида, кажется. – И поверьте, здесь мы вам не позволим так себя вести!
Она гордо задрала подбородок, который заметно подрагивал, и покосилась на подруг.
- Не вам указывать мне…- вновь заносчиво начала я, но тёплая рука мэра коснулась моего плеча, и я вспомнила, что решила не использовать методы Белокурых. Не так уж и просто затолкать поглубже то, чему учили столько лет. Возмущение в глазах женщин ещё раз подтвердило неправильность подобного подхода. – Прошу прощения. – Я перевела дух, выпрямила спину и заговорила, как можно мягче: - Случившееся в моём доме всего лишь недоразумение. Я не хотела никого обидеть и, поверьте мне, не планировала такого завершения ужина.
- Ну вот, - поджав губы и многозначительно приподняв брови, сказала одна из женщин. Она так ёрзала в кресле, словно только и ждала, чтобы ей дали слово, оттого и случился фальстарт. Выглядело мило и забавно. - Что я тебе говорила, Гвен? И Кларисса сегодня всем рассказала, что ведьму спровоцировали.
Моё лицо поражённо вытянулось Вот тебе и мило, и в довесок забавно.
- Миссис Пикот! – чуть повысил голос Брейден, - я бы попросил вас не называть мисс Эндрюс…
Я слегка повернула голову и посмотрела на совершенно потерянного мэра:
- Ведьмой, мистер Брукс, ведьмой. По сути, я и есть ведьма, разве нет?
- Может и так, - всё ещё глядя на болтушку миссис Пикот, серьёзно согласился он, - но у вас есть имя и называть вас мисс Эндрюс – означает проявить уважение.
- Благодарю вас, мистер Брукс, - сказала я и вновь посмотрела на женщин. Я ощутила, как Брейден поднял руку, чтобы убрать её с моего плеча, и совершенно необдуманно ещё немного выпрямилась, чтобы она там и оставалась. Как это вышло, ума не приложу, но его тепло придавало мне сил. Мистер Брукс оставил свои пальцы там, где они и были, и ещё вдобавок легонько сжал моё плечо, обещая поддержку. – Однако, мы собрались здесь не для того, чтобы воспитывать друг друга. Моя задача выяснить суть проблемы с маяком и понять куда же делось Рождество. – Я заметила, что с уст многих женщин готов был сорваться уже успевший мне надоесть вопрос. – Итак, маяк, дамы!
- А что маяк? – переспросила Долорес Палмер. – Много лет назад Белокурые отдали нам маяк, мужчины согласились, а потом бах и они резко передумали!
- Кто передумал? – уточнила я. – Белокурые?
- Да нет же, они к тому времени покинули город, мужчины передумали. Этот несносный мистер Нэш, глава той общины.
- Он как-то объяснил вам свой внезапный отказ? – удивилась я.
- Нет! – возмущённо выкрикнула Аида Палмер. – Просто передумал дурак старый! И вот уже столько лет маяк просто пустует.
- Ни вашим, ни нашим, - хмыкнула я, наблюдая, как одна из женщин, что помоложе, внесла в комнату поднос с чаем, предназначенным для меня и мэра, и застыла у порога. Она боялась подойти ко мне ближе, чем на расстояние от стола, разделявшего меня и её подруг.
В гостиной повисла неловкая пауза. На помощь вновь пришёл внимательный мистер Брукс:
- Я возьму, миссис Доршир.
Брейден взял с подноса две чашки, поставил одну передо мной, а вторую оставил в своих руках. Я попыталась сосредоточится на беседе, чтобы не придавать значение этому маленькому неприятному инциденту:
- Миссис Палмер, велись ли после этого переговоры? Были требования? Чего мужчины хотят? Может стоило бы встретиться всем вместе и обсудить этот вопрос, выдвинуть предложения? Если я правильно понимаю, спор из-за маяка перерос в настоящий конфликт и вне общин?
- Верно, - кивнула Аида.
В этот момент я обратила внимание на третью сестру Палмер, которая не принимала участия в оживлённой беседе, а витала где-то в облаках. Или, точнее сказать, в тучах, ибо лицо её было печальным.
- Мы предлагали им другие помещения, обещали помочь с переездом, если понадобится, но они ни в какую. Один ответ- сами переезжайте.
Я хотела взвиться – дался им всем этот маяк, но вспомнив, в каком живописном месте он находится, прикусила язык.
- Мы не можем постоянно ютиться по собственным домам, - робко вставила своё слово ещё одна дама, - наши мужья не приветствуют эти собрания в гостиных. Нам постоянно приходится кочевать. А мы просто хотим тихое и уютное местечко для встреч.
- Понимаю, - мягко сказала я. Мне пришло в голову наколдовать им ещё один маяк рядом, но это было бы уже не то. Совсем не то. Да, и не в этом был конфликт, как мне казалось. Здесь присутствовала проблема более глубокая. Я чувствовала это. Мой взгляд постоянно приковывала миссис Эдали Палмер, и я решила обратиться к ней: - Миссис Палмер! – она не отреагировала, и заметив это, Долорес пихнула сестру в плечо. Эдали посмотрела на меня растерянно. – Миссис Палмер…
- Мисс! – строго поправила она. – Я мисс Палмер.
- Прошу прощения, - слегка удивившись, ответила я, - мисс Палмер, а вы что думаете о сложившейся ситуации?
- Я? – дёрнула плечом она. – А что мне думать? Мне всё равно.
- Эдали! – возмутилась миссис Пикот.
- Что Эдали? Надоело мне мусолить эту тему! Сколько можно уже? Эти сражения уже смешны, ей богу!
- Ах, смешны?! – обиделась одна из её сестёр. – Мы тут, значит, отвоёвываем себе маяк, а ей всё равно! Поглядите-ка на неё!
Миссис Палмер вскочила с дивана и воинственно упёрлась кулаками в бока. Мне даже на мгновение показалось, что она вот-вот в драку кинется. Все остальные подхватили недовольство своей подруги, и поднялся жуткий гвалт. Эдали лишь грустно вздохнула, а у меня голова пошла кругом от гомона. Я взяла минутную паузу и сделала глоток ароматного чая. Моё внимание рассеялось, и я начала вспоминать чудесный бой снежками с мистером Бруксом. Совсем не хотелось думать о проблемах этих женщин. Эгоистично, понимаю, но что поделать?
Внезапно тёплое дыхание скользнуло по уху:
- Мисс Эндрюс, давайте угомоним этих наседок, ибо сами они не успокоятся.
Я повернула голову и уткнулась носом в его нос. Едва сдержала глупый смешок, губы сами собой расплывались в улыбку. И у мистера Брукса тоже. Мы ненадолго погрузились в любование друг другом и оторвались от этого во всех отношениях приятного занятия лишь, когда заметили образовавшуюся тишину. Повернулись синхронно и ощутили, что вновь были пойманы с поличным.
- Не кажется ли вам, молодые люди, что ваше поведение похоже на ребячество?! – по - учительски недовольным тоном заявила миссис Пикот. – Это по крайней мере неприлично, мистер Брукс! А вы, мисс Эндрюс, кажется не за флиртом в наш город приехали.
Её глаза превратились в раздражённые щелки, а голос стал похож на шипение змеи.
- Вот и успокоились, - процедила я сквозь зубы. Недоумённые взгляды взирали на нас, словно на школьников секунду назад целовавшихся за стеллажами в библиотеке. От такого сравнения чуть снова не рассмеялась. Да, что-то нервы расшатались. Однако, пора было заканчивать этот базар. – Дорогие дамы, я вас услышала. Вы хотите получить маяк, уступать не готовы, открыты к обсуждению, верно?
- В общем, верно, - ответила Аида Палмер и всё ещё негодующе поджала губы.
- Хорошо, - я поднялась на ноги. – Сегодня после обеда я встречаюсь с мужчинами. Выслушаю их, а потом обмозгую, как же вам помочь.
- А нельзя ли просто восстановить решение Белокурых и отдать маяк нам? – спросила миссис Пикот с таким видом, будто ужасно не хотела вообще ко мне обращаться. Да, видимо вместе с авторитетом Белокурых я сегодня потеряла ещё и моральный облик.
- Боюсь, всё не так просто. Если я правильно поняла, то в то время мужчины были не против…
- Да, какая к чёрту разница, против они или нет? Вы же нам про свою власть рассказывали. Просто велите им отдать нам маяк и всё!
Я сделала шаг навстречу миссис Палмер, которой принадлежали последние брошенные мне слова, и она ожидаемо отступила. Одним уголком губ я усмехнулась, что не ускользнуло от её внимания. Быть может я это зря, но не сдержалась. Женщины замерли.
- Не кажется ли вам, дорогая миссис Палмер, что мужчины могут попросить меня о том же? И к кому, по-вашему, я должна прислушаться?
- Разумеется к нам, что за вопрос? – невзирая на страх передо мной, который до конца не отступил, возмутилась она.
- Заслуживающие внимания аргументы будут? – поинтересовалась я. Миссис Палмер забавно открыла рот, некоторое время смешно хватала им воздух, а потом сердито захлопнула. – Если появятся, буду вся внимание. Хорошего дня, леди.
Быстрым шагом я покинула гостиную, рывком сорвала пальто с вешалки и перекинув его через руку, вышла на улицу. Жадно вдохнула морозный воздух, сжала кулаки и запрокинула голову, жмурясь от яркого солнца. Следом вышел мистер Брукс и тихо притворил за собой дверь.
- Опять сердитесь? – спросила я.
- Отчего же? На мой взгляд, вы держались молодцом. Порою с ними так и нужно.
Я, не поверив собственным ушам, опустила голову и поймала его озорной взгляд. Похоже, сегодня ничего не могло испортить настроения мэра Инделбрука.
- Правда? – Он кивнул в ответ, а потом взял моё пальто и помог мне одеться. – Вы меня удивляете.
- Вы меня тоже, мисс Эндрюс, - улыбнулся он за моей спиной. Некоторое время он помолчал, а потом добавил: - Пообедаем где-нибудь в городе?
- С радостью, но чуть позже. Я бы хотела прогуляться до маяка. Мне нужно кое-что проверить.
- Хорошо, я вам нужен?
- Нет, благодарю. Я лишь хочу изучить нашу с вами находку.
- Вы будете осторожны? – став серьёзным, спросил мистер Брукс.
- Буду, Брейден, не волнуйтесь. Я лишь взгляну, кое-что попробую и приду, скажем, через час с четвертью. Годится?
- Годится, мисс Эндрюс, - обрадовался он.
- Меня зовут Шарлотта, но друзья и близкие предпочитают называть Чарли, - улыбнулась я и, не позволив ему ответить, отправилась к маяку.
Всю дорогу я витала в облаках, наслаждаясь хрустом снега под ногами, что было совсем на меня не похоже. В голове колокольчиком билась мысль о том, что, несмотря на обстоятельства и некую неприязнь многих горожан ко мне, в Инделбруке я чувствую себя на удивление свободно. Здесь и дышалось легче. Лёгкая весёлость не покинула меня даже когда я оказалась внутри маяка. Я прислушалась к себе, присмотрелась к окружению и сделала вывод, что после нас с Брейденом здесь никого не было. Это очень даже хорошо. Встав перед нужной дверью, я произнесла слова, и котёл явил себя. Детский восторг вновь завладел мною, и я позволила себе несколько минут просто полюбоваться настоящим ведьмовским котлом. Он по-прежнему пыхтел и сиял, переваривая и перекручивая внутри себя чьё-то колдовство.
- Остенде контентус, - попробовала я, но, как и предполагала, котёл не открылся мне. – Что же у тебя внутри?
Мне почему-то пришла в голову мысль, что это чудо магии находится здесь довольно давно, а в прошлом заклятья были простыми. Защита в общем-то не должна быть слишком замысловатой. Хотя, я могу и ошибаться. Я попробовала ещё несколько, но безрезультатно. Сколько прошло времени, я даже не заметила. Слишком увлечённая процессом разгадывания загадки, я не сразу услышала крики с улицы. Сначала застыла и прислушалась, а потом бросилась на улицу. Истошный девичий визг гнал меня к морю.
Добравшись до берега, я поняла, что кричала не девушка, а ребёнок. Сердце оборвалось, стоило понять, что же произошло. Судя по всему, дети пришли кататься на коньках, а лёд под их ногами треснул. Один барахтался в ледяной воде, а другие двое стояли в стороне и плакали. Один из мальчишек попытался сделать шаг к другу, но я крикнула:
- Стой на месте! Не двигайся.
С остервенело бьющимся сердцем я бросилась к детям, но даже к тем, что оставались на льду, подойти не смогла. Я тяжелее, подо мной застывшая морская гладь тоже начала жалобно трещать. Я застыла, как вкопанная.
- Что делать? – шмыгнула носом девочка, беспомощно глядя на меня.
Что же делать? Что делать? Я лихорадочно соображала. Заморозить такую толщу непросто и может быть опасно. Я не очень сильна в том, что касается льда и снега, за то, наверное, и не люблю зиму.
- Очень медленно и по одному пятьтесь ко мне, - как можно спокойнее сказала я детворе.
- А как же Харви? Я не брошу друга! – заявил мальчишка.
- Ты ему ничем не поможешь сейчас. К тому же, сделаешь неверное движение, и лёд ещё надломится, лишая опоры Харви.
Упомянутый мальчик мужественно хватался за ледяные края, но удержаться ему было совсем нелегко. Я же до боли закусывала губу, чтобы сдержать ужас, холодом бежавший по спине.
- Как тебя зовут?
- Томас, - заплаканными глазами глядя на меня, ответил мальчишка.
- Отлично, Томас, помоги, пожалуйста, своей подруге. Она вон какая маленькая. Ей страшно. Очень страшно.
- Помогите, - прохрипел Харви, - помогите Женевьеве выбраться. Это моя сестра.
Я с болью в сердце смотрела, как мальчик сражается с собой и с холодом. Это было удивительное проявление отваги. Время неумолимо сводила шансы Харви выжить к нулю. Его лицо стало белым, а губы синими.
- Держись, Харви, - взмолилась я, а потом заметив, как дети реагируют на мою слабость, тут же взяла себя в руки. – Мы справимся. Все вместе. – Я сделала глубокий вдох, а потом скомандовала строго: - Томас, Женевьева, ну-ка сделали как я велела! Чем быстрее вы приступите к отступлению, тем больше шансов у Харви.
- Ах! – испуганно взвизгнула его сестрёнка и вновь собралась плакать.
- Отставить слёзы, милая! Не сейчас! Я знаю, что очень страшно даже шевельнуться, но ты справишься! - Я смотрела ей прямо в глаза и думала, как беспощадно убегают минуты. Но пока эти двое не будут в безопасности, я не смогу помочь Харви. – Ну же, дети, вперёд. Выходите на берег и марш за помощью! Один бежит за взрослыми, второй за врачом.
Продолжая смотреть мне в лицо, Женевьева начала потихоньку двигаться к берегу. Эти секунды казались мне вечность. Время от времени я бросала взгляд на Харви и снова и снова жевала губы. Убийственно медленно Томас тоже начал двигаться. Однако, как мальчишка, в котором живёт дух авантюризма, в отличие от девочки, только почуяв более или менее надежную опору, он бросился бегом. Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, когда Томас схватил Женевьеву за руку и помчался в город.
- А теперь ты, Харви, - сказала я, понимая, что всё ещё не представляю, как его вытащить. – Потерпи, мой хороший, я сейчас.
- Я-я-я, - дрожащими синими губами начал он, а потом резко глотнул воздуха и выпалил: - я не боюсь. Вы Белокурая, вы меня спасёте.
Господь всемогущий, как же это было больно. Его слова толстой иглой возились в сердце. Он как сущий ребёнок верил в торжество магии, а я стояла и не знала, как правильно поступить. Решившись, сделала шаг. Лёд вновь затрещал, но не провалился.
- Ме тенес, ме тенес, ме тенес, - тихо бормотала я, призывая лёд держать меня.
Моя магия по крупицам скользила и стелилась под ногами. Много было нельзя, сильное колдовство может привести к обратному эффекту, особенно если учесть, самую первую мысль, что пришла мне в голову, когда я увидела Харви в воде. Как такой толстый лёд мог треснуть под маленькими детьми?
- Хочу сразу отметить, дорогие дамы, что то, что произошло вчера в моём доме…
- Мы наслышаны, - бесцеремонно перебила меня ещё одна Палмер, Аида, кажется. – И поверьте, здесь мы вам не позволим так себя вести!
Она гордо задрала подбородок, который заметно подрагивал, и покосилась на подруг.
- Не вам указывать мне…- вновь заносчиво начала я, но тёплая рука мэра коснулась моего плеча, и я вспомнила, что решила не использовать методы Белокурых. Не так уж и просто затолкать поглубже то, чему учили столько лет. Возмущение в глазах женщин ещё раз подтвердило неправильность подобного подхода. – Прошу прощения. – Я перевела дух, выпрямила спину и заговорила, как можно мягче: - Случившееся в моём доме всего лишь недоразумение. Я не хотела никого обидеть и, поверьте мне, не планировала такого завершения ужина.
- Ну вот, - поджав губы и многозначительно приподняв брови, сказала одна из женщин. Она так ёрзала в кресле, словно только и ждала, чтобы ей дали слово, оттого и случился фальстарт. Выглядело мило и забавно. - Что я тебе говорила, Гвен? И Кларисса сегодня всем рассказала, что ведьму спровоцировали.
Моё лицо поражённо вытянулось Вот тебе и мило, и в довесок забавно.
- Миссис Пикот! – чуть повысил голос Брейден, - я бы попросил вас не называть мисс Эндрюс…
Я слегка повернула голову и посмотрела на совершенно потерянного мэра:
- Ведьмой, мистер Брукс, ведьмой. По сути, я и есть ведьма, разве нет?
- Может и так, - всё ещё глядя на болтушку миссис Пикот, серьёзно согласился он, - но у вас есть имя и называть вас мисс Эндрюс – означает проявить уважение.
- Благодарю вас, мистер Брукс, - сказала я и вновь посмотрела на женщин. Я ощутила, как Брейден поднял руку, чтобы убрать её с моего плеча, и совершенно необдуманно ещё немного выпрямилась, чтобы она там и оставалась. Как это вышло, ума не приложу, но его тепло придавало мне сил. Мистер Брукс оставил свои пальцы там, где они и были, и ещё вдобавок легонько сжал моё плечо, обещая поддержку. – Однако, мы собрались здесь не для того, чтобы воспитывать друг друга. Моя задача выяснить суть проблемы с маяком и понять куда же делось Рождество. – Я заметила, что с уст многих женщин готов был сорваться уже успевший мне надоесть вопрос. – Итак, маяк, дамы!
- А что маяк? – переспросила Долорес Палмер. – Много лет назад Белокурые отдали нам маяк, мужчины согласились, а потом бах и они резко передумали!
- Кто передумал? – уточнила я. – Белокурые?
- Да нет же, они к тому времени покинули город, мужчины передумали. Этот несносный мистер Нэш, глава той общины.
- Он как-то объяснил вам свой внезапный отказ? – удивилась я.
- Нет! – возмущённо выкрикнула Аида Палмер. – Просто передумал дурак старый! И вот уже столько лет маяк просто пустует.
- Ни вашим, ни нашим, - хмыкнула я, наблюдая, как одна из женщин, что помоложе, внесла в комнату поднос с чаем, предназначенным для меня и мэра, и застыла у порога. Она боялась подойти ко мне ближе, чем на расстояние от стола, разделявшего меня и её подруг.
В гостиной повисла неловкая пауза. На помощь вновь пришёл внимательный мистер Брукс:
- Я возьму, миссис Доршир.
Брейден взял с подноса две чашки, поставил одну передо мной, а вторую оставил в своих руках. Я попыталась сосредоточится на беседе, чтобы не придавать значение этому маленькому неприятному инциденту:
- Миссис Палмер, велись ли после этого переговоры? Были требования? Чего мужчины хотят? Может стоило бы встретиться всем вместе и обсудить этот вопрос, выдвинуть предложения? Если я правильно понимаю, спор из-за маяка перерос в настоящий конфликт и вне общин?
- Верно, - кивнула Аида.
В этот момент я обратила внимание на третью сестру Палмер, которая не принимала участия в оживлённой беседе, а витала где-то в облаках. Или, точнее сказать, в тучах, ибо лицо её было печальным.
- Мы предлагали им другие помещения, обещали помочь с переездом, если понадобится, но они ни в какую. Один ответ- сами переезжайте.
Я хотела взвиться – дался им всем этот маяк, но вспомнив, в каком живописном месте он находится, прикусила язык.
- Мы не можем постоянно ютиться по собственным домам, - робко вставила своё слово ещё одна дама, - наши мужья не приветствуют эти собрания в гостиных. Нам постоянно приходится кочевать. А мы просто хотим тихое и уютное местечко для встреч.
- Понимаю, - мягко сказала я. Мне пришло в голову наколдовать им ещё один маяк рядом, но это было бы уже не то. Совсем не то. Да, и не в этом был конфликт, как мне казалось. Здесь присутствовала проблема более глубокая. Я чувствовала это. Мой взгляд постоянно приковывала миссис Эдали Палмер, и я решила обратиться к ней: - Миссис Палмер! – она не отреагировала, и заметив это, Долорес пихнула сестру в плечо. Эдали посмотрела на меня растерянно. – Миссис Палмер…
- Мисс! – строго поправила она. – Я мисс Палмер.
- Прошу прощения, - слегка удивившись, ответила я, - мисс Палмер, а вы что думаете о сложившейся ситуации?
- Я? – дёрнула плечом она. – А что мне думать? Мне всё равно.
- Эдали! – возмутилась миссис Пикот.
- Что Эдали? Надоело мне мусолить эту тему! Сколько можно уже? Эти сражения уже смешны, ей богу!
- Ах, смешны?! – обиделась одна из её сестёр. – Мы тут, значит, отвоёвываем себе маяк, а ей всё равно! Поглядите-ка на неё!
Миссис Палмер вскочила с дивана и воинственно упёрлась кулаками в бока. Мне даже на мгновение показалось, что она вот-вот в драку кинется. Все остальные подхватили недовольство своей подруги, и поднялся жуткий гвалт. Эдали лишь грустно вздохнула, а у меня голова пошла кругом от гомона. Я взяла минутную паузу и сделала глоток ароматного чая. Моё внимание рассеялось, и я начала вспоминать чудесный бой снежками с мистером Бруксом. Совсем не хотелось думать о проблемах этих женщин. Эгоистично, понимаю, но что поделать?
Внезапно тёплое дыхание скользнуло по уху:
- Мисс Эндрюс, давайте угомоним этих наседок, ибо сами они не успокоятся.
Я повернула голову и уткнулась носом в его нос. Едва сдержала глупый смешок, губы сами собой расплывались в улыбку. И у мистера Брукса тоже. Мы ненадолго погрузились в любование друг другом и оторвались от этого во всех отношениях приятного занятия лишь, когда заметили образовавшуюся тишину. Повернулись синхронно и ощутили, что вновь были пойманы с поличным.
- Не кажется ли вам, молодые люди, что ваше поведение похоже на ребячество?! – по - учительски недовольным тоном заявила миссис Пикот. – Это по крайней мере неприлично, мистер Брукс! А вы, мисс Эндрюс, кажется не за флиртом в наш город приехали.
Её глаза превратились в раздражённые щелки, а голос стал похож на шипение змеи.
- Вот и успокоились, - процедила я сквозь зубы. Недоумённые взгляды взирали на нас, словно на школьников секунду назад целовавшихся за стеллажами в библиотеке. От такого сравнения чуть снова не рассмеялась. Да, что-то нервы расшатались. Однако, пора было заканчивать этот базар. – Дорогие дамы, я вас услышала. Вы хотите получить маяк, уступать не готовы, открыты к обсуждению, верно?
- В общем, верно, - ответила Аида Палмер и всё ещё негодующе поджала губы.
- Хорошо, - я поднялась на ноги. – Сегодня после обеда я встречаюсь с мужчинами. Выслушаю их, а потом обмозгую, как же вам помочь.
- А нельзя ли просто восстановить решение Белокурых и отдать маяк нам? – спросила миссис Пикот с таким видом, будто ужасно не хотела вообще ко мне обращаться. Да, видимо вместе с авторитетом Белокурых я сегодня потеряла ещё и моральный облик.
- Боюсь, всё не так просто. Если я правильно поняла, то в то время мужчины были не против…
- Да, какая к чёрту разница, против они или нет? Вы же нам про свою власть рассказывали. Просто велите им отдать нам маяк и всё!
Я сделала шаг навстречу миссис Палмер, которой принадлежали последние брошенные мне слова, и она ожидаемо отступила. Одним уголком губ я усмехнулась, что не ускользнуло от её внимания. Быть может я это зря, но не сдержалась. Женщины замерли.
- Не кажется ли вам, дорогая миссис Палмер, что мужчины могут попросить меня о том же? И к кому, по-вашему, я должна прислушаться?
- Разумеется к нам, что за вопрос? – невзирая на страх передо мной, который до конца не отступил, возмутилась она.
- Заслуживающие внимания аргументы будут? – поинтересовалась я. Миссис Палмер забавно открыла рот, некоторое время смешно хватала им воздух, а потом сердито захлопнула. – Если появятся, буду вся внимание. Хорошего дня, леди.
Быстрым шагом я покинула гостиную, рывком сорвала пальто с вешалки и перекинув его через руку, вышла на улицу. Жадно вдохнула морозный воздух, сжала кулаки и запрокинула голову, жмурясь от яркого солнца. Следом вышел мистер Брукс и тихо притворил за собой дверь.
- Опять сердитесь? – спросила я.
- Отчего же? На мой взгляд, вы держались молодцом. Порою с ними так и нужно.
Я, не поверив собственным ушам, опустила голову и поймала его озорной взгляд. Похоже, сегодня ничего не могло испортить настроения мэра Инделбрука.
- Правда? – Он кивнул в ответ, а потом взял моё пальто и помог мне одеться. – Вы меня удивляете.
- Вы меня тоже, мисс Эндрюс, - улыбнулся он за моей спиной. Некоторое время он помолчал, а потом добавил: - Пообедаем где-нибудь в городе?
- С радостью, но чуть позже. Я бы хотела прогуляться до маяка. Мне нужно кое-что проверить.
- Хорошо, я вам нужен?
- Нет, благодарю. Я лишь хочу изучить нашу с вами находку.
- Вы будете осторожны? – став серьёзным, спросил мистер Брукс.
- Буду, Брейден, не волнуйтесь. Я лишь взгляну, кое-что попробую и приду, скажем, через час с четвертью. Годится?
- Годится, мисс Эндрюс, - обрадовался он.
- Меня зовут Шарлотта, но друзья и близкие предпочитают называть Чарли, - улыбнулась я и, не позволив ему ответить, отправилась к маяку.
Прода от 31.01.2025, 19:38
Всю дорогу я витала в облаках, наслаждаясь хрустом снега под ногами, что было совсем на меня не похоже. В голове колокольчиком билась мысль о том, что, несмотря на обстоятельства и некую неприязнь многих горожан ко мне, в Инделбруке я чувствую себя на удивление свободно. Здесь и дышалось легче. Лёгкая весёлость не покинула меня даже когда я оказалась внутри маяка. Я прислушалась к себе, присмотрелась к окружению и сделала вывод, что после нас с Брейденом здесь никого не было. Это очень даже хорошо. Встав перед нужной дверью, я произнесла слова, и котёл явил себя. Детский восторг вновь завладел мною, и я позволила себе несколько минут просто полюбоваться настоящим ведьмовским котлом. Он по-прежнему пыхтел и сиял, переваривая и перекручивая внутри себя чьё-то колдовство.
- Остенде контентус, - попробовала я, но, как и предполагала, котёл не открылся мне. – Что же у тебя внутри?
Мне почему-то пришла в голову мысль, что это чудо магии находится здесь довольно давно, а в прошлом заклятья были простыми. Защита в общем-то не должна быть слишком замысловатой. Хотя, я могу и ошибаться. Я попробовала ещё несколько, но безрезультатно. Сколько прошло времени, я даже не заметила. Слишком увлечённая процессом разгадывания загадки, я не сразу услышала крики с улицы. Сначала застыла и прислушалась, а потом бросилась на улицу. Истошный девичий визг гнал меня к морю.
Добравшись до берега, я поняла, что кричала не девушка, а ребёнок. Сердце оборвалось, стоило понять, что же произошло. Судя по всему, дети пришли кататься на коньках, а лёд под их ногами треснул. Один барахтался в ледяной воде, а другие двое стояли в стороне и плакали. Один из мальчишек попытался сделать шаг к другу, но я крикнула:
- Стой на месте! Не двигайся.
С остервенело бьющимся сердцем я бросилась к детям, но даже к тем, что оставались на льду, подойти не смогла. Я тяжелее, подо мной застывшая морская гладь тоже начала жалобно трещать. Я застыла, как вкопанная.
- Что делать? – шмыгнула носом девочка, беспомощно глядя на меня.
Что же делать? Что делать? Я лихорадочно соображала. Заморозить такую толщу непросто и может быть опасно. Я не очень сильна в том, что касается льда и снега, за то, наверное, и не люблю зиму.
- Очень медленно и по одному пятьтесь ко мне, - как можно спокойнее сказала я детворе.
- А как же Харви? Я не брошу друга! – заявил мальчишка.
- Ты ему ничем не поможешь сейчас. К тому же, сделаешь неверное движение, и лёд ещё надломится, лишая опоры Харви.
Упомянутый мальчик мужественно хватался за ледяные края, но удержаться ему было совсем нелегко. Я же до боли закусывала губу, чтобы сдержать ужас, холодом бежавший по спине.
- Как тебя зовут?
- Томас, - заплаканными глазами глядя на меня, ответил мальчишка.
- Отлично, Томас, помоги, пожалуйста, своей подруге. Она вон какая маленькая. Ей страшно. Очень страшно.
- Помогите, - прохрипел Харви, - помогите Женевьеве выбраться. Это моя сестра.
Я с болью в сердце смотрела, как мальчик сражается с собой и с холодом. Это было удивительное проявление отваги. Время неумолимо сводила шансы Харви выжить к нулю. Его лицо стало белым, а губы синими.
- Держись, Харви, - взмолилась я, а потом заметив, как дети реагируют на мою слабость, тут же взяла себя в руки. – Мы справимся. Все вместе. – Я сделала глубокий вдох, а потом скомандовала строго: - Томас, Женевьева, ну-ка сделали как я велела! Чем быстрее вы приступите к отступлению, тем больше шансов у Харви.
- Ах! – испуганно взвизгнула его сестрёнка и вновь собралась плакать.
- Отставить слёзы, милая! Не сейчас! Я знаю, что очень страшно даже шевельнуться, но ты справишься! - Я смотрела ей прямо в глаза и думала, как беспощадно убегают минуты. Но пока эти двое не будут в безопасности, я не смогу помочь Харви. – Ну же, дети, вперёд. Выходите на берег и марш за помощью! Один бежит за взрослыми, второй за врачом.
Продолжая смотреть мне в лицо, Женевьева начала потихоньку двигаться к берегу. Эти секунды казались мне вечность. Время от времени я бросала взгляд на Харви и снова и снова жевала губы. Убийственно медленно Томас тоже начал двигаться. Однако, как мальчишка, в котором живёт дух авантюризма, в отличие от девочки, только почуяв более или менее надежную опору, он бросился бегом. Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, когда Томас схватил Женевьеву за руку и помчался в город.
- А теперь ты, Харви, - сказала я, понимая, что всё ещё не представляю, как его вытащить. – Потерпи, мой хороший, я сейчас.
- Я-я-я, - дрожащими синими губами начал он, а потом резко глотнул воздуха и выпалил: - я не боюсь. Вы Белокурая, вы меня спасёте.
Господь всемогущий, как же это было больно. Его слова толстой иглой возились в сердце. Он как сущий ребёнок верил в торжество магии, а я стояла и не знала, как правильно поступить. Решившись, сделала шаг. Лёд вновь затрещал, но не провалился.
- Ме тенес, ме тенес, ме тенес, - тихо бормотала я, призывая лёд держать меня.
Моя магия по крупицам скользила и стелилась под ногами. Много было нельзя, сильное колдовство может привести к обратному эффекту, особенно если учесть, самую первую мысль, что пришла мне в голову, когда я увидела Харви в воде. Как такой толстый лёд мог треснуть под маленькими детьми?
