Естественно, на Эмита сие действие не возымело никакого эффекта, подобная возня уже давно и прочно вошла у нас с ним в привычку… как вдруг судьба решила внести в наш привычный ритуал хоть какое-то разнообразие.
И заключалось оно в очередном вопле, на сей раз сменившем адресата:
- Эмит!
- Кхм… Я уже давно здесь, - едва заметно вздохнув, светловолосый лерат выразительно кашлянул, заметив, что смотрел Аделион во время окрика в сторону проема, ведущего на лестницу. Только не говорите, что он не заметил, когда повелитель льда нарисовался на балконе. Да они же пришли с разницей в пару минут!
Та-а-ак…
Или у Аделиона что-то случилось, или я ничего не понимаю в этой жизни.
- Он не с той ноги встал? – удивленно вскинула брови, как только наследник Амил Ратан удалился с балкона, бросив сквозь зубы что-то похожее на «присмотри за ней». - Или с кровати кувыркнулся?
- Тебе виднее, - пожав плечами, Эмит оперся локтями на перила, оставив мои рисунки в покое и устремив взор куда-то вдаль, как это совсем недавно сделал его старший «товарищ». - Ты же с ним спишь.
- Хе… - я невольно скривилась от двусмысленности в словах блондина. - Я бы попросила!
- Карина, я не в том смысле, - как-то устало усмехнулся повелитель льда, поворачивая голову в мою сторону. - Это я знаю, что между вами ничего нет. А вот остальные…
- Опа-па! – присвистнула я, машинально засовывая карандаш за ухо и поудобнее опираясь спиной на дремавшего Демона, которому вспышки эмоций окружающих были до лампочки. - Это кто же такой умный вдруг заинтересовался постельной жизнью одного из наследников? И что же такого потенциальный будущий труп ляпнул, доведя Аделиона до состояния тихого бешенства?
- Ты как всегда проницательна до ужаса, - как-то слабо и с натяжкой улыбнулся мужчина, щелкнув ногтем по моим пальцам на ноге, находящейся в непосредственной близости от его руки. - Угадала. Именно тема его отношения к тебе и взбесила Лиона.
- Так-с, - протянула я, уже предчувствуя, что разговор мне вряд ли понравится. - И чем же достопочтимая публика изволила интересоваться? Позами, в которых мы спим, али размером и цветом моего нижнего белья?
Бедный Эмит, за все время нашего знакомства так и не привыкший к моей язвительности и прямолинейности, натурально поперхнулся и возмущенно на меня посмотрел. Я только пожала плечами.
Что поделать, тактичность в нашем мире медленно, но верно ушла на задний план и привычка говорить, что думаю, устоялась уже давным-давно. И не было причины ей изменять. Если честно, Аделиону мои выверты всегда были как-то побоку, он если и удивлялся, то виду не показывал, только усмехался.
- Не совсем так, - решив, что перевоспитывать меня бесполезно, повелитель льда устало потер переносицу, решив хоть что-то пояснить. - Достопочтимую публику, как ты говоришь, всерьез интересует, почему наследник прячет рабыню в башне, не показывая ее никому, в том числе и слугам. О глубине твой души ходят слухи, многие чувствовали всплеск твоих эмоций даже не расстоянии, и лераты недоумевают, почему Аделион до сих пор не выпил тебя до дна.
- А я бутылка с характером, - тихо хмыкнула и, запихнув папку с листами пергамента под бок дархара, сложила руки на груди. - Но если серьезно, Эмит, а им-то откуда знать, воспользовался ли наследник бутылью с самогоном, моим именем скромно зовущейся, или нет? Меня не слышно и не видно, Демона вроде тоже – ты выводишь его пару раз в неделю и то глубокой ночью. Всплесков эмоций давно не было… Может я уже давно тихий труп, присыпанный землей под ближайшим вишневым деревом в саду?
- Когда лерат полностью выпивает душу человека, тот, скорее всего, умирает, - отрицательно покачал головой блондин, не обратив внимания на мой сарказм. - Но ты маранта. Я не знаю, почему твоя до сих пор прежняя, после стольких попыток ее выпить. Но уверен в одном. Если это все-таки случится когда-нибудь, то ты, как и другие до тебя, превратишься в пустышку: плохо соображающее существо, способное очень слабо испытывать хоть какие-то эмоции, либо не испытывать их вовсе. Большинство слуг в замке именно такие: отстраненные, равнодушные, покорные и молчаливые. Потому твое отсутствие в их рядах и вызывает множество вопросов. Все говорит о том, что…
- Я жива, здорова и белые тапки мне пока не светят, - задумчиво выдавила, даже не обратив внимания на то, что лерат впервые за все время рассказал будущем, которое могло рано или поздно меня коснуться. - Не обращай внимания, это просто оборот речи. У меня на родине покойников принято хоронить в белых тапочках, вот и пошло такое выражение.
- Ясно, - только и отозвался лерат, снова устремляя задумчивый взгляд в никуда.
Вот только спокойно созерцать крепостную стену я ему давать не собиралась. Не теперь. Уж слишком меня заинтересовало, как сегодня повел себя Аделион.
- Ну, допустим, они подозревают, что я жива-здорова, и что? – принялась размышлять вслух, зная, что так будет легче разобраться в ситуации, не мучая мозг лишними догадками и логическими цепочками. - Им-то какое дело? Я же вроде как подарок лично наследнику, какое другим дело до его собственности?
- Не знаю, как объяснить… - блондин поморщился, массируя переносицу пальцами. - Ценные подарки принято выставлять напоказ. Да и просто ценные вещи, в том числе и рабов, они свидетельствуют о силе и состоятельности своих владельцев. То, что Аделион тебя прячет, выходит за рамки обычного. Твоя душа представляет немалую ценность, Карина. И наследник не хочет тебя ни с кем делить. Однако со стороны это выглядит так, будто…
- Он влюбился до беспамятства и бережет мою девичью честь! – закончив за него фразу, я от переизбытка эмоций я шлепнула себя ладонью по лбу. - Вот же глупость-то несусветная… Только не говори, что кто-то ехидно прокомментировал его поведение, завуалировано обозвав подкаблучником! Что вроде как я кручу им, как хочу, потому до сих пор хожу в любовницах и живу в его покоях, а не страдаю в рабском ошейнике с шипами и не выношу помои с кухни…
- Не кто-то, - сжав губы, покачал головой Эмит. - Соломон.
- Вот это ёпрст! – от души матюгнулась, внезапно осознав всю глубину той лужи, в которую села вместе с повелителем льда и его вышестоящим «руководством». - Вот это внезапный поворот событий!
- Более того, - блондин, похоже, решил меня добить сегодня, закончив сеанс новостей тихим описанием всей серьезности ситуации. - Сегодня вечером состоится небольшой пир, на котором соберется узкий круг знати и доверенных лиц как обоих наследников, так и самого повелителя. И Соломон дал знать, что на нем он покажет, как на самом деле должен вести себя хозяин с рабыней. Он приведет самого ценного из своих рабов, а Аделион же…
- Должен привести меня, - закончила я шепотом, чувствуя, как мгновенно пересохло в горле. Мне сразу вспомнился тот вечер, когда меня привели в Амил Ратан. Десятки жадных взглядов, повадки хищников, готовых меня растерзать, сальные шуточки и страх, что разливается в собственной душе… Нервно сглотнув, я прошептала. - Меня же там порвут на ленточки и Аделион не поможет.
- Нет, - отрицательно качнул головой мужчина и, потянув руку, легко щелкнул пальцами по колокольчику на моей шее. - Я не должен тебе говорить, но эти колокольчики впитывают твои эмоции, не давая им распространяться вокруг. Сейчас по восприятию твоя душа практически не отличается от обычной маранты, но даже если что-то пойдет не так, я думаю, Аделион успеет впитать излишки до того, как их почувствуют другие. Просто держись рядом с ним.
Ох, не знаешь ты Эмит, о чем говоришь…
Я невольно спрятала лицо в коленях, подтянув ноги к груди.
Только недавно я узнала, почему повелитель льда никогда даже не пытался пробовать мои эмоции – он был полукровкой. Всего одна пара клыков свидетельствовала об этом. Да, Эмит мог только чувствовать, но даже обладая силой и не малой, не нуждался в магической подпитке от внешнего «источника». Поэтому он меня не тронул, но и поэтому же не смог понять, что не работают колокольчики настолько, насколько хотелось бы. Или насколько было запланировано – я же помню, как треснул один от переизбытка эмоций.
Если я буду слишком волноваться сегодня вечером или здорово перепугаюсь, весь честной народ вмиг узнает, насколько действительно эмоциональны бывают маранты. А заодно еще познают всю широту загадочной русской души!
- Но подожди, - неожиданно сопоставив все факты, я вскинула голову. - Если, по твоим словам, Аделион не очень-то опасается за раскрытие тайны мадридского двора, то что ж тогда его так напрягает в данной ситуации?
- Твое поведение, - не смотря на незнакомые речевые обороты, блондин легко понял, что я имею ввиду, и не стал ничего скрывать. - Ты наедине не признаешь его хозяином, всегда идешь наперекор и поступаешь так, как считаешь нужным. Если ты продемонстрируешь нечто подобное на глазах у его брата…
- Репутации Аделиона придет полный и безоговорочный писец, - выдохнув, я прикрыла глаза, чувствуя неимоверную усталость. И дикое желание заменить в слове, обозначающем вид зверька, пару букв. И произнести его вслух.
Парочку раз. Громко и от всей души!
Вот это я влипла… Конкретно и не по-детски. И как теперь прикажете выворачиваться из этой зад… нижней задней части туловища, а?
Ну, Ловец Снов, ну попадись ты мне, я ж тебя, родимый, на фрикадельки для моей любимой собачки пущу…
Хотя, что тут думать? Выбора у меня как такового, нет. Конечно, если задуматься, мне-то какое дело до дрязг и отношений наследников? Это их семейные разборки, пускай сами делят игрушки, как это делали раньше, до моего появления в их крепости. Как говорят у меня на родине: я никому ничего не должна.
Вот только…
- Я сделаю это, - спустив ноги с перил, я спокойно спрыгнула на пол и, не глядя на Эмита, вытащила папку из-под дархара, который, почувствовав мои манипуляции, широко зевнул и потянулся, едва не отпихнув блондина. - Соломон хочет устроить соревнования рабынь? Он его получит.
- Подожди, - до того, как я ушла, повелитель льда придержал меня за локоть и спросил, внимательно глядя в глаза. - Что ты задумала?
- Не боись, - тихо хмыкнула и, не выдержав, многозначительно усмехнулась - Он еще пожалеет о сказанном. Своих в обиду не даем.
- С каких пор Аделион стал «своим»? – отпустив, мужчина слегка улыбнулся, но я видела, что беспокоиться он действительно перестал, почему-то поверив мне с первого раза.
- Да знаешь, - невозмутимо пожала плечами, сунув папку подмышку. - Привязалась как-то. Неплохой парень, все-таки. Забавный… иногда.
Эмит усмехнулся, не став комментировать. За что всегда мне безумно нравился – я б на его месте уже открыто сыпала ехидством и сарказмом… Но он не я. И это радует.
Остановилась я только на лестнице, когда до входа в спальню оставалась одна ступенька и площадка длинной в несколько шагов. Прислонившись плечом к лестнице, потерла ладонью лоб, пытаясь привести мысли в порядок. Конечно, не смотря на все шуточки, я понимала, что ввязываюсь в сомнительную и, более того, действительно опасную авантюру. Опасную в первую очередь для меня, ведь против сотни лератов, причем далеко не последних и не самых слабых, один единственный дархар меня вряд ли спасет. Да, то, что я задумала, было делом опасным.
Но поступить по-другому я не могла.
Аделиону намекнули на то, что она слаб. А слабый, как известно, править не может. Не приди я сегодня вечером на местную тусовку или придя, буду вести себя так, как привыкла наедине с наследником Амил Ратана, этот самый наследник потом столько выпадов услышит в свой адрес… Он потеряет уважение, репутацию и будет пытаться восстановить ее всеми силами. А как заставить других себя уважать? Правильно, силой. Причем эта сила может применяться как в отношении обидчиков, так и в отношении меня родимой.
Я же первопричина всех бед, как ни крути.
И даже если каким-то чудом Аделион меня не тронет, то вызовет того же Соломона на дуэль, или что у них там? А если погибнет, что будет со мной?
Буду считать, что делаю все это не ради уязвленного мужского самолюбия, а для себя любимой, единственной и неповторимой.
Да, так думать определенно проще, нежели допускать хотя бы малейшую крамольную мысль о том, что этот чертов лерат как-то вдруг стал мне небезразличен…
Фыркнув и покачав головой, я преодолела последнюю ступеньку, а затем и оставшееся пространство. Притормозила только взявшись за ручку двери, все еще раздумывая, а действительно ли мне все это нужно? Да, помогать Аделиону мне выгодно. Но нужна ли помощь самому лерату? Он мальчик большой и наверняка в состоянии укоротить язык своему братцу. Но опять же, если вспомнить его сегодняшнее состояние, то терзают меня смутные сомнения…
Обдумывать и дальше внушительный список противоречий мне не дал Демон. Тяжко и совсем по-человечески вздохнув, умная псинка просто боднула головой под колени! Итогом этого своеволия стала встреча моего лба с тяжелым кованым железом: раздался гул, истинный источник которого я не сразу распознала.
То ли это дверь гудела, то ли моя многострадальная головушка.
Но хуже всего, что по инерции я распахнула эту чертову жельзяку и буквально ввалилась в комнату, распластавшись на пороге благодаря все той же поврежденной не столь уж давно лодыжке.
Да уж… не так я планировала встретиться с Аделионом и предложить ему помощь! Она, кажется, теперь понадобится мне.
- Вот гадость с крыльями, - прошипела сквозь зубы, садясь на пятую точку, потирая пылающий лоб. Узрев умильную мордяху дархара перед собой, я разозлилась еще сильнее. - Слушай, защитник несчастный, ты покалечить меня решил? Или показалось, что я слишком медленно иду?! Я ускорения не просила!
- Видимо, он решил иначе, - раздался короткий смешок сверху.
Не сомневалась ни секунды, что жалости от этого лерата можно не ждать!
- Заметно, - покряхтела недовольно, пытаясь встать. И тут мне решили, наконец, помочь, да… Своеобразно так. А попросту взяли за руку, потянули вверх, а когда я встала, резко дернули и, вцепившись в подбородок, крепко поцеловали.
Властно так, сильно, с оттенком страсти и… В общем, к своему же собственному удивлению, я растаяла, и тут же простила всех и вся. Более того, сама ответила на поцелуй, чувствуя, как лерат вроде бы ненавязчиво, но довольно ощутимо прижимает меня к себе, не давая ни единого шанса освободиться.
Ну что ж… Не очень-то и хотелось.
Только вряд ли я когда-нибудь в этом признаюсь!
- И, - громко выдохнула, когда мужчина, оторвавшись от моих губ, провел костяшками пальцев по моему лицу, слегка касаясь щеки, всматриваясь в явно затуманенные глаза, словно давая время прийти в себя. - Что это было?
- Правильно будет звучать «что тебе от меня нужно», - негромко усмехнулся Аделион, уже привычно показывая клыки. - Не так ли ты говоришь?
- Допустим, - кивнула, с трудом удержавшись, чтобы не фыркнуть от возмущения в адрес собственной предсказуемости. - Ну, раз уж ты сам начал эту тему, я, пожалуй, возьму на себя смелость ее продолжить. Ты хочешь, чтобы я сегодня присутствовала на пиру, не так ли?
- Верно, - немного помолчав, уже совершенно иным тоном произнес лерат и, как мне показалось, его руки на моей талии будто окаменели, хотя выражение лица ничуть не изменилось. Разве что взгляд снова стал нечитаемым. - У тебя есть выбор, Карина. Или ты идешь туда по своей воле и делаешь все, что я скажу… Или мне придется привести тебя туда силой.
И заключалось оно в очередном вопле, на сей раз сменившем адресата:
- Эмит!
- Кхм… Я уже давно здесь, - едва заметно вздохнув, светловолосый лерат выразительно кашлянул, заметив, что смотрел Аделион во время окрика в сторону проема, ведущего на лестницу. Только не говорите, что он не заметил, когда повелитель льда нарисовался на балконе. Да они же пришли с разницей в пару минут!
Та-а-ак…
Или у Аделиона что-то случилось, или я ничего не понимаю в этой жизни.
- Он не с той ноги встал? – удивленно вскинула брови, как только наследник Амил Ратан удалился с балкона, бросив сквозь зубы что-то похожее на «присмотри за ней». - Или с кровати кувыркнулся?
- Тебе виднее, - пожав плечами, Эмит оперся локтями на перила, оставив мои рисунки в покое и устремив взор куда-то вдаль, как это совсем недавно сделал его старший «товарищ». - Ты же с ним спишь.
- Хе… - я невольно скривилась от двусмысленности в словах блондина. - Я бы попросила!
- Карина, я не в том смысле, - как-то устало усмехнулся повелитель льда, поворачивая голову в мою сторону. - Это я знаю, что между вами ничего нет. А вот остальные…
- Опа-па! – присвистнула я, машинально засовывая карандаш за ухо и поудобнее опираясь спиной на дремавшего Демона, которому вспышки эмоций окружающих были до лампочки. - Это кто же такой умный вдруг заинтересовался постельной жизнью одного из наследников? И что же такого потенциальный будущий труп ляпнул, доведя Аделиона до состояния тихого бешенства?
- Ты как всегда проницательна до ужаса, - как-то слабо и с натяжкой улыбнулся мужчина, щелкнув ногтем по моим пальцам на ноге, находящейся в непосредственной близости от его руки. - Угадала. Именно тема его отношения к тебе и взбесила Лиона.
- Так-с, - протянула я, уже предчувствуя, что разговор мне вряд ли понравится. - И чем же достопочтимая публика изволила интересоваться? Позами, в которых мы спим, али размером и цветом моего нижнего белья?
Бедный Эмит, за все время нашего знакомства так и не привыкший к моей язвительности и прямолинейности, натурально поперхнулся и возмущенно на меня посмотрел. Я только пожала плечами.
Что поделать, тактичность в нашем мире медленно, но верно ушла на задний план и привычка говорить, что думаю, устоялась уже давным-давно. И не было причины ей изменять. Если честно, Аделиону мои выверты всегда были как-то побоку, он если и удивлялся, то виду не показывал, только усмехался.
- Не совсем так, - решив, что перевоспитывать меня бесполезно, повелитель льда устало потер переносицу, решив хоть что-то пояснить. - Достопочтимую публику, как ты говоришь, всерьез интересует, почему наследник прячет рабыню в башне, не показывая ее никому, в том числе и слугам. О глубине твой души ходят слухи, многие чувствовали всплеск твоих эмоций даже не расстоянии, и лераты недоумевают, почему Аделион до сих пор не выпил тебя до дна.
- А я бутылка с характером, - тихо хмыкнула и, запихнув папку с листами пергамента под бок дархара, сложила руки на груди. - Но если серьезно, Эмит, а им-то откуда знать, воспользовался ли наследник бутылью с самогоном, моим именем скромно зовущейся, или нет? Меня не слышно и не видно, Демона вроде тоже – ты выводишь его пару раз в неделю и то глубокой ночью. Всплесков эмоций давно не было… Может я уже давно тихий труп, присыпанный землей под ближайшим вишневым деревом в саду?
- Когда лерат полностью выпивает душу человека, тот, скорее всего, умирает, - отрицательно покачал головой блондин, не обратив внимания на мой сарказм. - Но ты маранта. Я не знаю, почему твоя до сих пор прежняя, после стольких попыток ее выпить. Но уверен в одном. Если это все-таки случится когда-нибудь, то ты, как и другие до тебя, превратишься в пустышку: плохо соображающее существо, способное очень слабо испытывать хоть какие-то эмоции, либо не испытывать их вовсе. Большинство слуг в замке именно такие: отстраненные, равнодушные, покорные и молчаливые. Потому твое отсутствие в их рядах и вызывает множество вопросов. Все говорит о том, что…
- Я жива, здорова и белые тапки мне пока не светят, - задумчиво выдавила, даже не обратив внимания на то, что лерат впервые за все время рассказал будущем, которое могло рано или поздно меня коснуться. - Не обращай внимания, это просто оборот речи. У меня на родине покойников принято хоронить в белых тапочках, вот и пошло такое выражение.
- Ясно, - только и отозвался лерат, снова устремляя задумчивый взгляд в никуда.
Вот только спокойно созерцать крепостную стену я ему давать не собиралась. Не теперь. Уж слишком меня заинтересовало, как сегодня повел себя Аделион.
- Ну, допустим, они подозревают, что я жива-здорова, и что? – принялась размышлять вслух, зная, что так будет легче разобраться в ситуации, не мучая мозг лишними догадками и логическими цепочками. - Им-то какое дело? Я же вроде как подарок лично наследнику, какое другим дело до его собственности?
- Не знаю, как объяснить… - блондин поморщился, массируя переносицу пальцами. - Ценные подарки принято выставлять напоказ. Да и просто ценные вещи, в том числе и рабов, они свидетельствуют о силе и состоятельности своих владельцев. То, что Аделион тебя прячет, выходит за рамки обычного. Твоя душа представляет немалую ценность, Карина. И наследник не хочет тебя ни с кем делить. Однако со стороны это выглядит так, будто…
- Он влюбился до беспамятства и бережет мою девичью честь! – закончив за него фразу, я от переизбытка эмоций я шлепнула себя ладонью по лбу. - Вот же глупость-то несусветная… Только не говори, что кто-то ехидно прокомментировал его поведение, завуалировано обозвав подкаблучником! Что вроде как я кручу им, как хочу, потому до сих пор хожу в любовницах и живу в его покоях, а не страдаю в рабском ошейнике с шипами и не выношу помои с кухни…
- Не кто-то, - сжав губы, покачал головой Эмит. - Соломон.
- Вот это ёпрст! – от души матюгнулась, внезапно осознав всю глубину той лужи, в которую села вместе с повелителем льда и его вышестоящим «руководством». - Вот это внезапный поворот событий!
- Более того, - блондин, похоже, решил меня добить сегодня, закончив сеанс новостей тихим описанием всей серьезности ситуации. - Сегодня вечером состоится небольшой пир, на котором соберется узкий круг знати и доверенных лиц как обоих наследников, так и самого повелителя. И Соломон дал знать, что на нем он покажет, как на самом деле должен вести себя хозяин с рабыней. Он приведет самого ценного из своих рабов, а Аделион же…
- Должен привести меня, - закончила я шепотом, чувствуя, как мгновенно пересохло в горле. Мне сразу вспомнился тот вечер, когда меня привели в Амил Ратан. Десятки жадных взглядов, повадки хищников, готовых меня растерзать, сальные шуточки и страх, что разливается в собственной душе… Нервно сглотнув, я прошептала. - Меня же там порвут на ленточки и Аделион не поможет.
- Нет, - отрицательно качнул головой мужчина и, потянув руку, легко щелкнул пальцами по колокольчику на моей шее. - Я не должен тебе говорить, но эти колокольчики впитывают твои эмоции, не давая им распространяться вокруг. Сейчас по восприятию твоя душа практически не отличается от обычной маранты, но даже если что-то пойдет не так, я думаю, Аделион успеет впитать излишки до того, как их почувствуют другие. Просто держись рядом с ним.
Ох, не знаешь ты Эмит, о чем говоришь…
Я невольно спрятала лицо в коленях, подтянув ноги к груди.
Только недавно я узнала, почему повелитель льда никогда даже не пытался пробовать мои эмоции – он был полукровкой. Всего одна пара клыков свидетельствовала об этом. Да, Эмит мог только чувствовать, но даже обладая силой и не малой, не нуждался в магической подпитке от внешнего «источника». Поэтому он меня не тронул, но и поэтому же не смог понять, что не работают колокольчики настолько, насколько хотелось бы. Или насколько было запланировано – я же помню, как треснул один от переизбытка эмоций.
Если я буду слишком волноваться сегодня вечером или здорово перепугаюсь, весь честной народ вмиг узнает, насколько действительно эмоциональны бывают маранты. А заодно еще познают всю широту загадочной русской души!
- Но подожди, - неожиданно сопоставив все факты, я вскинула голову. - Если, по твоим словам, Аделион не очень-то опасается за раскрытие тайны мадридского двора, то что ж тогда его так напрягает в данной ситуации?
- Твое поведение, - не смотря на незнакомые речевые обороты, блондин легко понял, что я имею ввиду, и не стал ничего скрывать. - Ты наедине не признаешь его хозяином, всегда идешь наперекор и поступаешь так, как считаешь нужным. Если ты продемонстрируешь нечто подобное на глазах у его брата…
- Репутации Аделиона придет полный и безоговорочный писец, - выдохнув, я прикрыла глаза, чувствуя неимоверную усталость. И дикое желание заменить в слове, обозначающем вид зверька, пару букв. И произнести его вслух.
Парочку раз. Громко и от всей души!
Вот это я влипла… Конкретно и не по-детски. И как теперь прикажете выворачиваться из этой зад… нижней задней части туловища, а?
Ну, Ловец Снов, ну попадись ты мне, я ж тебя, родимый, на фрикадельки для моей любимой собачки пущу…
Хотя, что тут думать? Выбора у меня как такового, нет. Конечно, если задуматься, мне-то какое дело до дрязг и отношений наследников? Это их семейные разборки, пускай сами делят игрушки, как это делали раньше, до моего появления в их крепости. Как говорят у меня на родине: я никому ничего не должна.
Вот только…
- Я сделаю это, - спустив ноги с перил, я спокойно спрыгнула на пол и, не глядя на Эмита, вытащила папку из-под дархара, который, почувствовав мои манипуляции, широко зевнул и потянулся, едва не отпихнув блондина. - Соломон хочет устроить соревнования рабынь? Он его получит.
- Подожди, - до того, как я ушла, повелитель льда придержал меня за локоть и спросил, внимательно глядя в глаза. - Что ты задумала?
- Не боись, - тихо хмыкнула и, не выдержав, многозначительно усмехнулась - Он еще пожалеет о сказанном. Своих в обиду не даем.
- С каких пор Аделион стал «своим»? – отпустив, мужчина слегка улыбнулся, но я видела, что беспокоиться он действительно перестал, почему-то поверив мне с первого раза.
- Да знаешь, - невозмутимо пожала плечами, сунув папку подмышку. - Привязалась как-то. Неплохой парень, все-таки. Забавный… иногда.
Эмит усмехнулся, не став комментировать. За что всегда мне безумно нравился – я б на его месте уже открыто сыпала ехидством и сарказмом… Но он не я. И это радует.
Остановилась я только на лестнице, когда до входа в спальню оставалась одна ступенька и площадка длинной в несколько шагов. Прислонившись плечом к лестнице, потерла ладонью лоб, пытаясь привести мысли в порядок. Конечно, не смотря на все шуточки, я понимала, что ввязываюсь в сомнительную и, более того, действительно опасную авантюру. Опасную в первую очередь для меня, ведь против сотни лератов, причем далеко не последних и не самых слабых, один единственный дархар меня вряд ли спасет. Да, то, что я задумала, было делом опасным.
Но поступить по-другому я не могла.
Аделиону намекнули на то, что она слаб. А слабый, как известно, править не может. Не приди я сегодня вечером на местную тусовку или придя, буду вести себя так, как привыкла наедине с наследником Амил Ратана, этот самый наследник потом столько выпадов услышит в свой адрес… Он потеряет уважение, репутацию и будет пытаться восстановить ее всеми силами. А как заставить других себя уважать? Правильно, силой. Причем эта сила может применяться как в отношении обидчиков, так и в отношении меня родимой.
Я же первопричина всех бед, как ни крути.
И даже если каким-то чудом Аделион меня не тронет, то вызовет того же Соломона на дуэль, или что у них там? А если погибнет, что будет со мной?
Буду считать, что делаю все это не ради уязвленного мужского самолюбия, а для себя любимой, единственной и неповторимой.
Да, так думать определенно проще, нежели допускать хотя бы малейшую крамольную мысль о том, что этот чертов лерат как-то вдруг стал мне небезразличен…
Фыркнув и покачав головой, я преодолела последнюю ступеньку, а затем и оставшееся пространство. Притормозила только взявшись за ручку двери, все еще раздумывая, а действительно ли мне все это нужно? Да, помогать Аделиону мне выгодно. Но нужна ли помощь самому лерату? Он мальчик большой и наверняка в состоянии укоротить язык своему братцу. Но опять же, если вспомнить его сегодняшнее состояние, то терзают меня смутные сомнения…
Обдумывать и дальше внушительный список противоречий мне не дал Демон. Тяжко и совсем по-человечески вздохнув, умная псинка просто боднула головой под колени! Итогом этого своеволия стала встреча моего лба с тяжелым кованым железом: раздался гул, истинный источник которого я не сразу распознала.
То ли это дверь гудела, то ли моя многострадальная головушка.
Но хуже всего, что по инерции я распахнула эту чертову жельзяку и буквально ввалилась в комнату, распластавшись на пороге благодаря все той же поврежденной не столь уж давно лодыжке.
Да уж… не так я планировала встретиться с Аделионом и предложить ему помощь! Она, кажется, теперь понадобится мне.
- Вот гадость с крыльями, - прошипела сквозь зубы, садясь на пятую точку, потирая пылающий лоб. Узрев умильную мордяху дархара перед собой, я разозлилась еще сильнее. - Слушай, защитник несчастный, ты покалечить меня решил? Или показалось, что я слишком медленно иду?! Я ускорения не просила!
- Видимо, он решил иначе, - раздался короткий смешок сверху.
Не сомневалась ни секунды, что жалости от этого лерата можно не ждать!
- Заметно, - покряхтела недовольно, пытаясь встать. И тут мне решили, наконец, помочь, да… Своеобразно так. А попросту взяли за руку, потянули вверх, а когда я встала, резко дернули и, вцепившись в подбородок, крепко поцеловали.
Властно так, сильно, с оттенком страсти и… В общем, к своему же собственному удивлению, я растаяла, и тут же простила всех и вся. Более того, сама ответила на поцелуй, чувствуя, как лерат вроде бы ненавязчиво, но довольно ощутимо прижимает меня к себе, не давая ни единого шанса освободиться.
Ну что ж… Не очень-то и хотелось.
Только вряд ли я когда-нибудь в этом признаюсь!
- И, - громко выдохнула, когда мужчина, оторвавшись от моих губ, провел костяшками пальцев по моему лицу, слегка касаясь щеки, всматриваясь в явно затуманенные глаза, словно давая время прийти в себя. - Что это было?
- Правильно будет звучать «что тебе от меня нужно», - негромко усмехнулся Аделион, уже привычно показывая клыки. - Не так ли ты говоришь?
- Допустим, - кивнула, с трудом удержавшись, чтобы не фыркнуть от возмущения в адрес собственной предсказуемости. - Ну, раз уж ты сам начал эту тему, я, пожалуй, возьму на себя смелость ее продолжить. Ты хочешь, чтобы я сегодня присутствовала на пиру, не так ли?
- Верно, - немного помолчав, уже совершенно иным тоном произнес лерат и, как мне показалось, его руки на моей талии будто окаменели, хотя выражение лица ничуть не изменилось. Разве что взгляд снова стал нечитаемым. - У тебя есть выбор, Карина. Или ты идешь туда по своей воле и делаешь все, что я скажу… Или мне придется привести тебя туда силой.
