Хотелось, ты, маньяк недоделанный! Но если теперь я шевельнусь, меня так скрутит от боли, что ночь покажется цветочками!
Дворецкий навис надо мной, вглядываясь своими темно-красными глазами в мои. Я испуганно смотрела на него. Я знала, почему он не уходит.
- Поняла, да? – ласково выдохнул Аркаир. – Владыка отдал совершенно четкие распоряжения. Он бы сам пришел, но… у него возникли неотложные дела с послами теперь уже Третьего мира. Мне пришлось его заменить. Нельзя было заставлять тебя ждать. Ты и так всю ночь терпела, наверное…
Взгляд, видимо, выразил мое честное мнение по поводу этого наказания. Аркаир тихо рассмеялся.
- О да, в первый раз оно кажется невыносимым - как, впрочем, и во все последующие, но первое впечатление просто незабываемо… И поверь, я сейчас сделаю его таковым.
Демон схватил меня за затекшую руку и осторожно, но безжалостно выпрямил ее.
На такой вопль в пустыне сбежалась бы вся окрестная живность – чтобы добить существо, которое так орет от боли.
Но Аркаир только начал. С неумолимой жестокостью он заставлял мои многострадальные конечности выпрямляться, с силой растирал их, вынуждая меня позорно кричать и плакать от боли и отвратительного ощущения, которым сопровождалось восстановление кровообращения. Спина, которую я старательно выгибала всю ночь, чтобы веревка не душила шею, ныла так, словно я за это время успела обзавестись добрым десятком болезней, включая ревматизм, радикулит и остеохондроз.
Болело все тело. Даже пальцы были охвачены болью.
Аркаир заставил меня перевернуться на другой бок. Ощущения были такие, как будто меня протащили по раскаленному песку.
Дворецкий принялся так же неумолимо и бесцеремонно приводить в порядок мышцы на другой стороне тела.
Я не просила его перестать. Я знала, что так будет, пожалуй, даже лучше – сама я бы еще долго набиралась смелости хотя бы рукой пошевелить. Но проклятье, как же это больно… и он, конечно, сделал все, чтобы я узнала все грани этой боли.
Малейшее прикосновение отзывалось невыносимым ощущением в коже и глубоко под ней, словно впиваясь в плоть мириадами мелких иголок.
И он гладил меня, как гладят послушную, виляющую хвостом собачку, растирал руки, ноги, плечи, сидя рядом с мечтательным выражением на красивом лице, загадочной полуулыбкой на узких, хорошо очерченных губах.
- Я тебя ненавижу, - хрипло сообщила я.
Он склонился к моему лицу и выдохнул в самые губы:
- Взаимно.
Затем этот садист рывком перевернул меня на живот, сел мне на бедра и шепнул на ухо:
- Можешь продолжать кричать.
И начал мягко, осторожно разрабатывать безумно ноющие плечи, растирать спину, руки, фактически оседлав меня. Кричать я не стала – не хотела доставлять ему такой радости, но стонов сдержать не смогла.
В какой момент они превратились в стоны удовольствия, я и сама толком не поняла. Просто постепенно боль стихла, его руки легонько согревали, осторожно разминая, поглаживая, успокаивая, и мышцы уже не казались одеревенелыми. Наконец Аркаир молча слез с меня и перешел к ногам. Я уже не сопротивлялась. Я просто удивлялась тому, что эти жесткие руки, оказывается, могут быть такими добрыми.
Наконец они замерли у меня на икрах, которые больше не сводило судорогой.
- Легче? - тихо спросил Аркаир.
Я молча кивнула, зарывшись лицом в простыню. Было почему-то неловко и стыдно, словно мы совершили нечто предосудительное.
А этот маньяк склонился надо мной и своим низким голосом с привычными издевательскими нотками произнес на ухо, так, что теплое дыхание опалило кожу:
- Мне понравились твои крики, маленькая.
По ощущениям, у меня не только лицо покраснело, но и вся спина заполыхала.
- Пресветлые боги, что этот тип себе позволяет?!.. – тихо простонала я, стиснув зубы.
Смешок, от которого у меня по телу пробежала невольная дрожь. Как-то очень отчетливо ощущалась твердая грудь, соприкоснувшаяся с моей спиной.
…Что со мной?
- То, что хочет.
По спине небрежно пробегает теплая рука, замирает на ягодице, и я невольно вжимаюсь в матрас.
- Перестань! – срываюсь на писк.
Шлепок обжигает правую ягодицу – несильно, я бы даже сказала, игриво. Я возмущенно подскакиваю… а демон поднимается, тихо смеясь.
- Вот видишь, - с чисто мужским удовлетворением произнес Аркаир, - ты уже способна возмущаться, отбиваться и даже прыгать. А совсем недавно шевельнуться боялась.
Я застыла с открытым ртом.
А ведь правда…
- Спасибо.
Это я сказала?! Ему?!
Судя по слегка отвисшей челюсти, Аркаир подумал о том же, но мое выступление никак не прокомментировал, только предупредил:
- Двигайся сегодня осторожнее. Могут быть неприятные последствия вроде судорог.
Я кивнула.
Аркаир как-то странно посмотрел на меня и без единого слова вышел из комнаты.
Вот и хорошо, что подвижность вернулась. У меня еще было важное дело сегодня. Я собиралась прогуляться по этажу и заглянуть к двум игрушкам, которые могли мне помочь прояснить ситуацию. Риана относилась ко мне более-менее терпимо, по крайней мере, не проявляла откровенной враждебности.
Главное – быть осторожней…
Я поднялась и, помня о предупреждении Аркаира, начала собираться, стараясь не делать резких движений. Вышла из ванной, оделась, подошла к столу, чтобы попить воды…
И запоздало заметила на единственном кресле книгу с интригующим заголовком «Исповедь двадцатого владыки Итэрея, последнего из династии Шарет». Воровато огляделась, затем взяла томик в руки, полистала – «История» давно подошла к концу, и читать мне было категорически нечего, а хотелось… Где-то на первой трети обнаружилась закладка.
Аркаир книжку тут забыл, что ли?
А может…
Да не может быть. Чтобы он приносил мне книги, по собственной доброй воле?
Тем не менее, «Исповедь» я нашла довольно интересной.
По крайней мере, теперь мне будет чем заняться.
Положила книгу под одеяло, шагнула было к двери… Икру свело судорогой, и я с шипением опустилась на пол и принялась ожесточенно растирать ногу. К счастью, минут через десять мои усилия дали плоды, и боль стихла.
Выходя из комнаты, я поймала себя на непривычной мысли о том, что действительно благодарна Аркаиру.
А вечером пришел повелитель, как раз когда я после ужина в столовой, где на меня зыркали так, что я всерьез опасалась подавиться, увлеченно дочитывала принесенную Аркаиром «Исповедь». Владыка Итэрей был действительно выдающейся личностью, пришлось это признать, и первым сумел убедить светлых дать демонам условно свободный доступ в верхние миры, сроком на десять дней, при условии прохождения определенных испытаний. На описании этих тестов, методики подготовки к которым были выведены им лично на основе постоянного и беспристрастного самоанализа, и пришлось прерваться.
Услышав, как открывается дверь, я поспешила захлопнуть книжку, вскочив, бросить ее на кресло и прикрыть сверху платком. Сама вытянулась в струнку, затем склонилась, приветствуя владыку.
Тот повел себя довольно странно. Вошел, закрыл дверь, прошелся по комнате, зачем-то выглянул в окно, затем вернулся к двери и привалился к косяку спиной, устремив на меня изучающий взгляд.
Я «покорно» (на деле настороженно) потупилась.
- Как ты себя чувствуешь?
Простой, казалось бы, вопрос вогнал меня в ступор. Я уставилась на владыку.
- Почему вы интересуетесь моим состоянием? – спросила с искренним любопытством, чтобы получить в ответ:
- Кто ты такая, чтобы задавать мне вопросы?
Проклятье. Да когда ж я усвою их эти дурацкие требования?
Сама виновата, Рэлли. Надо было не интересным чтивом увлекаться, а продолжить зубрить этикет.
Во всем виноват Аркаир.
- Простите.
Дэмиан тихо кашлянул и произнес:
- Ответь на вопрос. Как ты себя чувствуешь?
- М… могло быть хуже, - осторожно ответила я, не зная, сколько можно рассказать повелителю.
- Сделать тебе массаж?
Такой же, как с утра?! Да упасите боги!
- Спасибо, не надо! – вырвалось у меня до того, как я успела хотя бы подумать.
Дэмиан удивленно приподнял бровь.
- Это поможет справиться с судорогами. Наверняка ведь руки и ноги до сих пор сводит.
Эээ… значит, он не приказывал Аркаиру?..
Невольно вспомнила нашу весьма фривольную позу, шлепок по мягкому месту… Да нет, вряд ли владыка такое приказал бы…
Не краснеть! Только не краснеть!
- Да нет… не то чтобы сильно… бывает ноющая боль, но не до судорог, - смешалась я. – Само пройдет, правда.
По закону подлости, в этот момент снова свело ногу, и я рухнула на колени возле кресла, схватившись за икру.
Миг – и владыка уже подхватывает меня на руки и усаживает на кровать, а затем опускается на колени, касается ноги, подняв подол платья…
Я ее поспешно отдернула, не сумев сдержать вскрик, когда проклятая конечность не оценила моих девичьих порывов, и торопливо поправила подол очередной безвкусной тряпки.
Встретилась с взглядом Дэмиана – и мне захотелось провалиться поглубже. В нем гнев тесно переплетался с… обидой?
- Я ничего плохого не сделаю, - тихо, спокойно произнес он, и мне захотелось надавать себе по шее за проявленный страх. – Не надо бояться.
Ага, не надо бояться… тебя как раз надо, Дэмиан! Потому что сдается мне, слово «плохое» мы с тобой понимаем очень по-разному!
Даже смешно. От Аркаира я натерпелась куда больше, но к нему относилась все равно иначе. Может, это потому, что не он мой хозяин и не пытается приставать? Или потому, что ненормальному садисту все равно никто не указ, ну, разве что кроме Дэмиана? Или потому что… вспомнила сандвичи и книжку, и на душе немного потеплело. Приятно, когда о тебе заботятся… пусть даже так.
- Я действительно не виноват в том, что Кэрин в таком состоянии, - твердо произнес Дэмиан, глядя мне в глаза. – Я уже говорил тебе. Я не поступаю так с женщинами. Уж ты-то должна это понимать, как никто другой.
Уммм… точно, я же решила кое-что сделать… Не хотелось этого говорить повелителю, но если я хочу и дальше уважать себя, придется признать свою ошибку. Ведь я была не права.
- Я… прошу меня извинить, я увидела ее в синяках и ссадинах и поторопилась с выводами, - сделав над собой усилие, сказала я. – Мне не следовало на вас набрасываться, не разобравшись в ситуации. Простите.
На лице владыки промелькнуло удивление, сразу сменившееся спокойным и даже отстраненным выражением лица. А потом он сцапал меня за ногу, зажал ступню между коленями и начал умело, не хуже Аркаира, массировать. Сначала боль усилилась ( я невольно зашипела, зажмурившись), затем начала отпускать.
- Ты и не могла разобраться в ситуации. Полагаю, для тебя такие… особенности, как у Кэрин, внове, потому ты не могла по-другому истолковать увиденное и услышанное. – Пауза. – А почему сейчас поверила?
- Я не поверила, - признаюсь как на духу. Понимаю, что скорее всего обижу, а то и разозлю, но врать ему слишком опасно. – Я… осторожно навела справки. Но мне правда жаль, что я зря на вас… в общем, мне не следовало так себя вести.
- Не следовало, - спокойно кивнул Дэмиан, добравшийся до колена и начавший снова спускаться вниз, разминая по-прежнему напряженные мышцы.
- Вы сердитесь?
- Уже нет. К тому же ты была наказана за свою дерзость и попытки напасть на меня. Надеюсь, ты заодно уяснила, что шансов причинить мне физический вред у тебя нет.
Естественно, уяснила! Не дура все-таки.
- Я всерьез и не собиралась. Просто… слишком испугалась.
Страх понемногу отпускал. Владыка сейчас слабо походил на того рычащего, жестокого зверя, которым я привыкла его видеть. Но расслабляться, если он на это надеялся, я тоже не спешила, хорошо зная, каким бывает этот демон.
Но с другой стороны… было нечто завораживающее в том, что у моих ног сейчас сидел сам владыка Шестого мира.
Словно поняв, о чем я думаю, Дэмиан поднялся и сел в кресло.
Меня прошиб холодный пот.
Он озадачился, затем вытащил из-под себя пресловутую «Исповедь» и уставился на нее так, словно увидел снег летом в пустыне.
- Твое? – жестко спросил владыка.
Я попыталась настроиться на очередной допрос.
- Нет, - покорно произнесла я.
- Но читаешь ее ты?
- Да.
- Где взяла?
- Не украла, если вы на это намекаете, - огрызнулась я. – Ее Аркаир забыл. Я и… воспользовалась такой возможностью. А что, это нарушение регламента?
- Отчасти, - бросил повелитель. – Нужно было уведомить его о том, что он забыл здесь книгу и спросить его разрешения. И с каких пор вообще Аркаир ходит к тебе как к себе домой и забывает здесь книги? И почему он вдруг решил перечитать эту «Исповедь», которую у нас читают в подростковом возрасте? По-моему, тут кое-что не сходится, Дайри!
Но запугать себя я не дала. В конце концов, я говорила чистую правду.
- Простите, но так все и было, врать мне незачем! Он зашел ко мне сегодня утром, чтобы развязать… - непроизвольно поморщилась, вспомнив последовавшую за этим процедуру, и постаралась выкинуть из головы ее продолжение, - а после его ухода я заметила здесь книгу, с закладкой, кстати говоря. Я подумала, что если я быстренько ее прочту, в этом ничего плохого не будет. Что до того, что следовало ему сообщить… знаете ли, он сюда не двадцать раз на дню ходит, а как вашего дворецкого можно вызвать, я понятия не имею.
Наверное, вызвать Дьявола из Призрачного мира и то легче…
- Вот как. – Лицо владыки не выражало ровным счетом ничего, поэтому как он отнесся к этой новости, я понятия не имела. Помолчав, он спросил: – И что, понравилась?
- Книга? – уточнила я.
Дэмиан молча кивнул.
Надо же, меня сочли достойной разговора! Притом даже не о постели или моих новых обязанностях и промашках!
Пришлось сознаться:
- Очень. Этот демон был довольно интересным типом… сознательно принять обет безбрачия в обмен на то, чтобы светлые приоткрыли завесу, пусть и с предварительными испытаниями, заранее выбрать наследника из другой ветви, чтобы избежать гражданской войны, сплести такую сеть, чтобы предложенную им кандидатуру приняли даже те, кому она была поперек горла… Так тонко разложить по полочкам собственные достоинства и недостатки, ни о чем не умалчивая, ничего не скрывая… Понять, на какие именно качества реагирует завеса светлых и как их подавить… Он был гением.
- Он обошел светлых, обманув их, кстати, и утерев их магам нос, - указал Дэмиан. – И я тебя уверяю, они скрипели зубами от злости и до сих пор ненавидят его имя. В первых двух мирах он значится в списках самых опасных демонов, на четвертом месте.
- Конечно, - улыбнулась я, - на их месте я бы тоже была в ярости, если бы узнала, что мной нагло манипулировал темный. Но это не отменяет того факта, что для своего народа он сделал все, что было в его силах. А принять обет безбрачия, любя до безумия всю жизнь одну и ту же женщину… это сильно.
Демон хмыкнул.
- До безумия – слишком сильно сказано. Они были скорее друзьями, чем любовниками.
- Любовь бывает разной, - не согласилась я. – И забавно было узнать, что вы, оказывается, все-таки можете любить. Я, признаться, начала считать, что демоны на это чувство не способны вовсе.
- Демоны избегают любви, - пожал плечами Дэмиан, словно это само собой разумеющееся.
- Почему? – задумчиво поинтересовалась я. Вопрос был задан скорее в пространство, но владыка, помедлив, ответил.
- Потому что любовь для демона – всегда боль.
Пока я озадаченно молчала, пытаясь переварить этот странный ответ, Дэмиан поднялся на ноги, положил книгу на стол и кивнул на постель.
Дворецкий навис надо мной, вглядываясь своими темно-красными глазами в мои. Я испуганно смотрела на него. Я знала, почему он не уходит.
- Поняла, да? – ласково выдохнул Аркаир. – Владыка отдал совершенно четкие распоряжения. Он бы сам пришел, но… у него возникли неотложные дела с послами теперь уже Третьего мира. Мне пришлось его заменить. Нельзя было заставлять тебя ждать. Ты и так всю ночь терпела, наверное…
Взгляд, видимо, выразил мое честное мнение по поводу этого наказания. Аркаир тихо рассмеялся.
- О да, в первый раз оно кажется невыносимым - как, впрочем, и во все последующие, но первое впечатление просто незабываемо… И поверь, я сейчас сделаю его таковым.
Демон схватил меня за затекшую руку и осторожно, но безжалостно выпрямил ее.
На такой вопль в пустыне сбежалась бы вся окрестная живность – чтобы добить существо, которое так орет от боли.
Но Аркаир только начал. С неумолимой жестокостью он заставлял мои многострадальные конечности выпрямляться, с силой растирал их, вынуждая меня позорно кричать и плакать от боли и отвратительного ощущения, которым сопровождалось восстановление кровообращения. Спина, которую я старательно выгибала всю ночь, чтобы веревка не душила шею, ныла так, словно я за это время успела обзавестись добрым десятком болезней, включая ревматизм, радикулит и остеохондроз.
Болело все тело. Даже пальцы были охвачены болью.
Аркаир заставил меня перевернуться на другой бок. Ощущения были такие, как будто меня протащили по раскаленному песку.
Дворецкий принялся так же неумолимо и бесцеремонно приводить в порядок мышцы на другой стороне тела.
Я не просила его перестать. Я знала, что так будет, пожалуй, даже лучше – сама я бы еще долго набиралась смелости хотя бы рукой пошевелить. Но проклятье, как же это больно… и он, конечно, сделал все, чтобы я узнала все грани этой боли.
Малейшее прикосновение отзывалось невыносимым ощущением в коже и глубоко под ней, словно впиваясь в плоть мириадами мелких иголок.
И он гладил меня, как гладят послушную, виляющую хвостом собачку, растирал руки, ноги, плечи, сидя рядом с мечтательным выражением на красивом лице, загадочной полуулыбкой на узких, хорошо очерченных губах.
- Я тебя ненавижу, - хрипло сообщила я.
Он склонился к моему лицу и выдохнул в самые губы:
- Взаимно.
Затем этот садист рывком перевернул меня на живот, сел мне на бедра и шепнул на ухо:
- Можешь продолжать кричать.
И начал мягко, осторожно разрабатывать безумно ноющие плечи, растирать спину, руки, фактически оседлав меня. Кричать я не стала – не хотела доставлять ему такой радости, но стонов сдержать не смогла.
В какой момент они превратились в стоны удовольствия, я и сама толком не поняла. Просто постепенно боль стихла, его руки легонько согревали, осторожно разминая, поглаживая, успокаивая, и мышцы уже не казались одеревенелыми. Наконец Аркаир молча слез с меня и перешел к ногам. Я уже не сопротивлялась. Я просто удивлялась тому, что эти жесткие руки, оказывается, могут быть такими добрыми.
Наконец они замерли у меня на икрах, которые больше не сводило судорогой.
- Легче? - тихо спросил Аркаир.
Я молча кивнула, зарывшись лицом в простыню. Было почему-то неловко и стыдно, словно мы совершили нечто предосудительное.
А этот маньяк склонился надо мной и своим низким голосом с привычными издевательскими нотками произнес на ухо, так, что теплое дыхание опалило кожу:
- Мне понравились твои крики, маленькая.
По ощущениям, у меня не только лицо покраснело, но и вся спина заполыхала.
- Пресветлые боги, что этот тип себе позволяет?!.. – тихо простонала я, стиснув зубы.
Смешок, от которого у меня по телу пробежала невольная дрожь. Как-то очень отчетливо ощущалась твердая грудь, соприкоснувшаяся с моей спиной.
…Что со мной?
- То, что хочет.
По спине небрежно пробегает теплая рука, замирает на ягодице, и я невольно вжимаюсь в матрас.
- Перестань! – срываюсь на писк.
Шлепок обжигает правую ягодицу – несильно, я бы даже сказала, игриво. Я возмущенно подскакиваю… а демон поднимается, тихо смеясь.
- Вот видишь, - с чисто мужским удовлетворением произнес Аркаир, - ты уже способна возмущаться, отбиваться и даже прыгать. А совсем недавно шевельнуться боялась.
Я застыла с открытым ртом.
А ведь правда…
- Спасибо.
Это я сказала?! Ему?!
Судя по слегка отвисшей челюсти, Аркаир подумал о том же, но мое выступление никак не прокомментировал, только предупредил:
- Двигайся сегодня осторожнее. Могут быть неприятные последствия вроде судорог.
Я кивнула.
Аркаир как-то странно посмотрел на меня и без единого слова вышел из комнаты.
Вот и хорошо, что подвижность вернулась. У меня еще было важное дело сегодня. Я собиралась прогуляться по этажу и заглянуть к двум игрушкам, которые могли мне помочь прояснить ситуацию. Риана относилась ко мне более-менее терпимо, по крайней мере, не проявляла откровенной враждебности.
Главное – быть осторожней…
Я поднялась и, помня о предупреждении Аркаира, начала собираться, стараясь не делать резких движений. Вышла из ванной, оделась, подошла к столу, чтобы попить воды…
И запоздало заметила на единственном кресле книгу с интригующим заголовком «Исповедь двадцатого владыки Итэрея, последнего из династии Шарет». Воровато огляделась, затем взяла томик в руки, полистала – «История» давно подошла к концу, и читать мне было категорически нечего, а хотелось… Где-то на первой трети обнаружилась закладка.
Аркаир книжку тут забыл, что ли?
А может…
Да не может быть. Чтобы он приносил мне книги, по собственной доброй воле?
Тем не менее, «Исповедь» я нашла довольно интересной.
По крайней мере, теперь мне будет чем заняться.
Положила книгу под одеяло, шагнула было к двери… Икру свело судорогой, и я с шипением опустилась на пол и принялась ожесточенно растирать ногу. К счастью, минут через десять мои усилия дали плоды, и боль стихла.
Выходя из комнаты, я поймала себя на непривычной мысли о том, что действительно благодарна Аркаиру.
А вечером пришел повелитель, как раз когда я после ужина в столовой, где на меня зыркали так, что я всерьез опасалась подавиться, увлеченно дочитывала принесенную Аркаиром «Исповедь». Владыка Итэрей был действительно выдающейся личностью, пришлось это признать, и первым сумел убедить светлых дать демонам условно свободный доступ в верхние миры, сроком на десять дней, при условии прохождения определенных испытаний. На описании этих тестов, методики подготовки к которым были выведены им лично на основе постоянного и беспристрастного самоанализа, и пришлось прерваться.
Услышав, как открывается дверь, я поспешила захлопнуть книжку, вскочив, бросить ее на кресло и прикрыть сверху платком. Сама вытянулась в струнку, затем склонилась, приветствуя владыку.
Тот повел себя довольно странно. Вошел, закрыл дверь, прошелся по комнате, зачем-то выглянул в окно, затем вернулся к двери и привалился к косяку спиной, устремив на меня изучающий взгляд.
Я «покорно» (на деле настороженно) потупилась.
- Как ты себя чувствуешь?
Простой, казалось бы, вопрос вогнал меня в ступор. Я уставилась на владыку.
- Почему вы интересуетесь моим состоянием? – спросила с искренним любопытством, чтобы получить в ответ:
- Кто ты такая, чтобы задавать мне вопросы?
Проклятье. Да когда ж я усвою их эти дурацкие требования?
Сама виновата, Рэлли. Надо было не интересным чтивом увлекаться, а продолжить зубрить этикет.
Во всем виноват Аркаир.
- Простите.
Дэмиан тихо кашлянул и произнес:
- Ответь на вопрос. Как ты себя чувствуешь?
- М… могло быть хуже, - осторожно ответила я, не зная, сколько можно рассказать повелителю.
- Сделать тебе массаж?
Такой же, как с утра?! Да упасите боги!
- Спасибо, не надо! – вырвалось у меня до того, как я успела хотя бы подумать.
Дэмиан удивленно приподнял бровь.
- Это поможет справиться с судорогами. Наверняка ведь руки и ноги до сих пор сводит.
Эээ… значит, он не приказывал Аркаиру?..
Невольно вспомнила нашу весьма фривольную позу, шлепок по мягкому месту… Да нет, вряд ли владыка такое приказал бы…
Не краснеть! Только не краснеть!
- Да нет… не то чтобы сильно… бывает ноющая боль, но не до судорог, - смешалась я. – Само пройдет, правда.
По закону подлости, в этот момент снова свело ногу, и я рухнула на колени возле кресла, схватившись за икру.
Миг – и владыка уже подхватывает меня на руки и усаживает на кровать, а затем опускается на колени, касается ноги, подняв подол платья…
Я ее поспешно отдернула, не сумев сдержать вскрик, когда проклятая конечность не оценила моих девичьих порывов, и торопливо поправила подол очередной безвкусной тряпки.
Встретилась с взглядом Дэмиана – и мне захотелось провалиться поглубже. В нем гнев тесно переплетался с… обидой?
- Я ничего плохого не сделаю, - тихо, спокойно произнес он, и мне захотелось надавать себе по шее за проявленный страх. – Не надо бояться.
Ага, не надо бояться… тебя как раз надо, Дэмиан! Потому что сдается мне, слово «плохое» мы с тобой понимаем очень по-разному!
Даже смешно. От Аркаира я натерпелась куда больше, но к нему относилась все равно иначе. Может, это потому, что не он мой хозяин и не пытается приставать? Или потому, что ненормальному садисту все равно никто не указ, ну, разве что кроме Дэмиана? Или потому что… вспомнила сандвичи и книжку, и на душе немного потеплело. Приятно, когда о тебе заботятся… пусть даже так.
- Я действительно не виноват в том, что Кэрин в таком состоянии, - твердо произнес Дэмиан, глядя мне в глаза. – Я уже говорил тебе. Я не поступаю так с женщинами. Уж ты-то должна это понимать, как никто другой.
Уммм… точно, я же решила кое-что сделать… Не хотелось этого говорить повелителю, но если я хочу и дальше уважать себя, придется признать свою ошибку. Ведь я была не права.
- Я… прошу меня извинить, я увидела ее в синяках и ссадинах и поторопилась с выводами, - сделав над собой усилие, сказала я. – Мне не следовало на вас набрасываться, не разобравшись в ситуации. Простите.
На лице владыки промелькнуло удивление, сразу сменившееся спокойным и даже отстраненным выражением лица. А потом он сцапал меня за ногу, зажал ступню между коленями и начал умело, не хуже Аркаира, массировать. Сначала боль усилилась ( я невольно зашипела, зажмурившись), затем начала отпускать.
- Ты и не могла разобраться в ситуации. Полагаю, для тебя такие… особенности, как у Кэрин, внове, потому ты не могла по-другому истолковать увиденное и услышанное. – Пауза. – А почему сейчас поверила?
- Я не поверила, - признаюсь как на духу. Понимаю, что скорее всего обижу, а то и разозлю, но врать ему слишком опасно. – Я… осторожно навела справки. Но мне правда жаль, что я зря на вас… в общем, мне не следовало так себя вести.
- Не следовало, - спокойно кивнул Дэмиан, добравшийся до колена и начавший снова спускаться вниз, разминая по-прежнему напряженные мышцы.
- Вы сердитесь?
- Уже нет. К тому же ты была наказана за свою дерзость и попытки напасть на меня. Надеюсь, ты заодно уяснила, что шансов причинить мне физический вред у тебя нет.
Естественно, уяснила! Не дура все-таки.
- Я всерьез и не собиралась. Просто… слишком испугалась.
Страх понемногу отпускал. Владыка сейчас слабо походил на того рычащего, жестокого зверя, которым я привыкла его видеть. Но расслабляться, если он на это надеялся, я тоже не спешила, хорошо зная, каким бывает этот демон.
Но с другой стороны… было нечто завораживающее в том, что у моих ног сейчас сидел сам владыка Шестого мира.
Словно поняв, о чем я думаю, Дэмиан поднялся и сел в кресло.
Меня прошиб холодный пот.
Он озадачился, затем вытащил из-под себя пресловутую «Исповедь» и уставился на нее так, словно увидел снег летом в пустыне.
- Твое? – жестко спросил владыка.
Я попыталась настроиться на очередной допрос.
- Нет, - покорно произнесла я.
- Но читаешь ее ты?
- Да.
- Где взяла?
- Не украла, если вы на это намекаете, - огрызнулась я. – Ее Аркаир забыл. Я и… воспользовалась такой возможностью. А что, это нарушение регламента?
- Отчасти, - бросил повелитель. – Нужно было уведомить его о том, что он забыл здесь книгу и спросить его разрешения. И с каких пор вообще Аркаир ходит к тебе как к себе домой и забывает здесь книги? И почему он вдруг решил перечитать эту «Исповедь», которую у нас читают в подростковом возрасте? По-моему, тут кое-что не сходится, Дайри!
Но запугать себя я не дала. В конце концов, я говорила чистую правду.
- Простите, но так все и было, врать мне незачем! Он зашел ко мне сегодня утром, чтобы развязать… - непроизвольно поморщилась, вспомнив последовавшую за этим процедуру, и постаралась выкинуть из головы ее продолжение, - а после его ухода я заметила здесь книгу, с закладкой, кстати говоря. Я подумала, что если я быстренько ее прочту, в этом ничего плохого не будет. Что до того, что следовало ему сообщить… знаете ли, он сюда не двадцать раз на дню ходит, а как вашего дворецкого можно вызвать, я понятия не имею.
Наверное, вызвать Дьявола из Призрачного мира и то легче…
- Вот как. – Лицо владыки не выражало ровным счетом ничего, поэтому как он отнесся к этой новости, я понятия не имела. Помолчав, он спросил: – И что, понравилась?
- Книга? – уточнила я.
Дэмиан молча кивнул.
Надо же, меня сочли достойной разговора! Притом даже не о постели или моих новых обязанностях и промашках!
Пришлось сознаться:
- Очень. Этот демон был довольно интересным типом… сознательно принять обет безбрачия в обмен на то, чтобы светлые приоткрыли завесу, пусть и с предварительными испытаниями, заранее выбрать наследника из другой ветви, чтобы избежать гражданской войны, сплести такую сеть, чтобы предложенную им кандидатуру приняли даже те, кому она была поперек горла… Так тонко разложить по полочкам собственные достоинства и недостатки, ни о чем не умалчивая, ничего не скрывая… Понять, на какие именно качества реагирует завеса светлых и как их подавить… Он был гением.
- Он обошел светлых, обманув их, кстати, и утерев их магам нос, - указал Дэмиан. – И я тебя уверяю, они скрипели зубами от злости и до сих пор ненавидят его имя. В первых двух мирах он значится в списках самых опасных демонов, на четвертом месте.
- Конечно, - улыбнулась я, - на их месте я бы тоже была в ярости, если бы узнала, что мной нагло манипулировал темный. Но это не отменяет того факта, что для своего народа он сделал все, что было в его силах. А принять обет безбрачия, любя до безумия всю жизнь одну и ту же женщину… это сильно.
Демон хмыкнул.
- До безумия – слишком сильно сказано. Они были скорее друзьями, чем любовниками.
- Любовь бывает разной, - не согласилась я. – И забавно было узнать, что вы, оказывается, все-таки можете любить. Я, признаться, начала считать, что демоны на это чувство не способны вовсе.
- Демоны избегают любви, - пожал плечами Дэмиан, словно это само собой разумеющееся.
- Почему? – задумчиво поинтересовалась я. Вопрос был задан скорее в пространство, но владыка, помедлив, ответил.
- Потому что любовь для демона – всегда боль.
Пока я озадаченно молчала, пытаясь переварить этот странный ответ, Дэмиан поднялся на ноги, положил книгу на стол и кивнул на постель.
