Песок оказался не похожим на наш. Колючий, словно состоящий из мельчайших стеклянных осколков всех оттенков красного. Я с любопытством пропустила его сквозь пальцы, раздумав возмущаться. Затем поднесла ближе к глазам – россыпь очень-очень твердых хрусталиков с резкими, неровными гранями. Резать не резали, но кололи ощутимо.
Вот же демон… Живу в этом мире уже несколько недель, но до сих пор и пустыню толком не видела.
Аркаир потащил человечку к своему любимому месту вблизи дворца, где можно было посидеть в тишине, не видя нависшей над миром громады замка, оплота и надежды государства, забыть о том, что там, позади, куча проблем и обязанностей, хроническая усталость, чьи-то приказы… У него выдался сложный день, и когда Дайри намекнула на то, что хочет прогуляться, он сначала удивился, а потом подумал: почему бы и нет? В конце концов, даже если она попытается улизнуть, он этого не допустит…
Ну и будет забавно посмотреть на ее попытки сбежать – а в том, что они последуют, едва девчонка узнает, где выход, Аркаир даже не сомневался.
Он поморщился, вспомнив о своей несдержанности. Наверное, хвататься за элтар все-таки не следовало… Но ярости в тот момент он не испытывал, а потому вряд ли удар был таким уж сильным.
Дворецкий небрежно уронил на песок свою ношу и с удовольствием сел с ней рядом, привалившись спиной к прогретому за день камню круто уходящей в небо скалы. Ночью в пустыне было куда свежее, чем во дворце, даже на теневой его стороне, где находились покои знати. И он медленно, глубоко вдохнул чуть солоноватый, чистый воздух.
Он тоже давненько не выходил сюда ночью, довольствуясь прогулками по площадке, на которую выходили огромные окна его апартаментов.
Напряжение понемногу начало спадать – не в последнюю очередь потому, что человечка молчала. Он покосился на нее.
Упрямо сидит, потупившись, рассматривает песок.
Он беззвучно вздохнул.
Ну, как хочет.
Мы сидели в тени скалы, тоже двойственной и словно размазанной по песку – лучи лун падали под разными углами, создавая странные иллюзии из теней.
Демон преспокойно прислонился к громаде за нами. Поразмыслив, я решила не возмущаться не слишком мягкой посадочкой и последовала его примеру. Здесь, в пустыне, было не так жарко – в отличие от замка, тут хозяйничал вольный ветер, не давая перегреться. Скала под спиной оказалась непривычно теплой. Я порадовалась про себя, что не попала в их пустыню днем. У нас пески быстро остывали, стоило солнцу скрыться, а здесь хранили тепло даже ночью. Значит, в полдень они и вовсе раскалены до невозможности… Учтем.
Бросив взгляд на дворецкого, я увидела, что он смотрит не на меня (хотя должен бы, дабы пресечь возможную попытку побега), а на ночное небо.
И впервые подняла на него глаза.
Увиденное поразило в самое сердце. Впервые я нашла в этом мире то, во что можно влюбиться сразу и навсегда. Чарующие переплетения звезд и туманностей, сложные рисунки, поражавшие воображение…
Все это невозможно было увидеть из окна – дворец мешал своим светом, искажая сияние звезд.
Я тихо выдохнула, обозревая невероятную картину звездного неба.
Редкая минута покоя в этом месте. Я уже устала удивляться тому, что единственный во дворце, с кем этот покой можно разделить, - тот самый демон, который мучил меня больше всех остальных вместе взятых.
Все-таки интересно, а зачем он меня с собой взял? Я понимала, что становлюсь параноиком, но ничего не могла с собой поделать. Я просто не могла не искать скрытых причин, побуждавших этих мерзавцев совершать поступки, кажущиеся добрыми.
Но несмотря на мрачные мысли, сидеть и смотреть с Аркаиром на ночное небо Шестого мира оказалось приятно. Дышать непривычно теплым, словно густым, но таким вкусным воздухом, чувствовать ветерок на коже. В темноте цвет хитона потерялся, остались только легонько развевающиеся складки. Я зарылась босыми ногами в легонько покалывающий песок, тихо застонав от удовольствия.
Ночи здесь были темнее и гуще, чем в моем мире, луны – крупнее, и даже красная пустыня казалась серебристой в их лучах, что уж говорить про замок, оставшийся позади и справа, на который я взглянула, на секунду высунувшись из-за скалы.
Я вздохнула, опять усаживаясь на место и невольно поднимая взгляд к небу. Неужели здесь действительно нашлось хоть что-то по-настоящему красивое?
Снова перевела взгляд на Аркаира – и отвести его уже не смогла. Сияние звезд придавало бледному, безупречному лицу дворецкого совершенно неземную красоту, оно утратило пугающее выражение, которое сменилось то ли мечтательным, то ли просто задумчивым. И я не могла отвести глаз от освещенного серебристым светом идеального профиля. Не то чтобы Аркаир мне нравился как мужчина… но я привыкла ценить красоту. А его лицо было достойно резца лучших скульпторов всех миров.
Снова вздохнув, я с усилием перевела взгляд на ночное небо. Если бы душа этого демона была столь же прекрасна…
- Что? – вдруг спросил он.
- О чем вы?
- В чем причина тяжких вздохов?
- У нас говорили, - тихо произнесла я, - что свет звезд очищает глаза того, кто смотрит на них, а через них – и его душу… и в глазах того, кто часто глядит на звездное небо, поселится их сияние, озаряющее и его душу, и души тех, кому доведется в них заглянуть…
Аркаир резко опустил глаза, словно не желая подвергать себя этому очищению… хотя дело, конечно, было в другом.
- По-прежнему думаешь о своем мире?
- Иначе не выходит. Это мой дом.
- Твой дом здесь.
- Это не дом, это клетка.
Впервые я произнесла это со спокойной горечью, без выкриков и слез. Почувствовала, как вздрогнул дворецкий.
- Только от тебя зависит, останется ли дворец твоей клеткой или станет твоим домом.
- Я не хозяйка здесь.
- Ты хозяйка своего отношения. Взгляни на это место по-другому, прими его как свой дом – и дворец станет им.
- Это не так просто. Мой дом там. Там все, что я любила и люблю. Мои близкие… и даже мечты остались там. Здесь у меня есть все, кроме того, что для меня по-настоящему важно.
- Хочешь сказать, если бы могла, ты бы вернулась? – саркастически спросил Аркаир. – Отказалась бы от спокойной, размеренной жизни, в которой ни о чем не нужно тревожиться, и вернулась к прежнему полуголодному существованию пустынной оборванки?
- Без малейших сожалений.
Дворецкий уставился на меня, словно не веря сказанному, а затем покачал головой.
- Ты ненормальная, - тихо пробормотал он. – Ты каждый день подвергалась лишениям и опасности…
- Я была свободна, Аркаир.
Замолчала, вздрогнув.
Оговорка ожгла так, словно он уже меня ударил. Прежде чем он успел хотя бы шевельнуться, я поспешила опуститься на колени и взмолиться:
- Прошу простить, милорд, этого больше не повторится.
Несколько секунд он молчал. Затем тяжело произнес:
- Не повторится, значит…
И отвернулся, больше не сказав мне ни слова.
Я пожалела, что, уткнувшись носом в песок, не видела выражения его лица.
Демон поднялся на ноги.
- Возвращаемся, - безжизненным тоном произнес он.
Я молча встала, отряхнула подол, остановилась возле дворецкого.
- А вы все-таки более жестоки, чем повелитель, - вдруг вырвалось у меня.
Непроницаемый взгляд. Глаза казались почти черными на окаменевшем лице.
- Поясни.
- Во-первых, причинять боль другим доставляет вам явное удовольствие, а это совершенно ненормально. Во-вторых, ваша жестокость непредсказуема и внезапна, как удар элтара. Неясно, когда вы стерпите отступления от регламента, а когда за них накажете. Было бы куда проще, если бы вы придерживались одной линии поведения.
- Как скажешь. Буду наказывать, - угрюмо пообещал он сквозь стиснутые зубы.
- Договорились, - холодно процедила я.
Мы молча вернулись в замок. Больше гулять я не хотела.
После меня еще два дня держали взаперти, но я не так чтоб очень сильно переживала. Странное поведение Аркаира в тот вечер придало мне решимости. Я наконец узнала, где выход из дворца, и проговаривала ту часть дороги, которую успела запомнить, заучивая повороты наизусть.
О нет, я не останусь здесь.
Я планировала вернуться в свой мир и затаиться в пустыне. Я умела в ней жить. Главное – улизнуть от демонов и отыскать портал, а там пусть меня владыка ищет хоть по всем семи мирам. В родном мире я сумею спрятаться. Со временем вернусь домой.
А печать… я упрямо поджала губы.
Сведу, в конце концов, даже если в результате получу ужасные шрамы на всю грудь, из-за которых на меня больше ни один мужчина не посмотрит. Это все равно лучше, чем остаться здесь.
Я улыбнулась.
У меня наконец появилась надежда.
Однако, к своему удивлению, даже начиная строить планы побега, я поняла, что размолвка с Аркаиром не дает мне покоя. Я не успокоилась ни на следующий день, ни на второй, ни на третий.
И, как ни странно, меня грызло чувство вины.
Он поступил по-доброму, согласившись прогуляться со мной. Споря со мной из-за дворца и этого мира, не угрожал, не запугивал, просто высказывал свое мнение. И, похоже, не собирался наказывать меня за оговорку…
А я сорвалась на него. Обвинила в жестокости единственного, кто в этом дворце хоть немного заботился обо мне.
С другой стороны, извиняться я точно не собиралась, и старательно гнала от себя неприятные размышления.
А еще я готовилась.
Вышивальными нитками быстро и грубо перешила еще одно из ненавистных платьев в комбинезон, добавила рукава из трех нижних юбок, отпоротых от других хламид. Из обрезков сделала мешочек, куда складывала заныканные с обедов и ужинов продукты – пара вареных яиц, копченая колбаска, хлеб, успешно превращенный в сухари.
Самой большой проблемой была обувь – игрушкам здесь выдавали босоножки из тонких ремешков на высоких каблуках – в первый раз я с трудом встала, обув их. Либо придется идти босиком, либо…
«Либо». Я изъявила желание заняться танцами, и мне, к моей радости, принесли удобные балетки из тонкой и очень мягкой кожи.
Скоро, если все пройдет как надо, я вернусь домой.
С Дэмианом я была предельно вежлива и осторожна. Он заходил еще раз, вел себя так же странно и ушел, поцеловав меня напоследок и окинув пристальным взглядом. Но теперь странное поведение повелителя я предпочла выбросить из головы. Надеюсь, скоро я окончательно избавлюсь от необходимости гадать о том, чем вызваны те или иные его действия.
А затем представилась и возможность собрать необходимую информацию.
Я шла по коридору и замерла на месте, когда случайно услышала голос дворецкого. Встречаться с ним мне совершенно не хотелось, и я осторожно выглянула из-за поворота. Повезло. Стоя ко мне спиной, Аркаир обсуждал с незнакомым мне демоном весьма примечательной внешности недавно открывшийся вблизи дворца портал.
- Князь Рагаскес, это уже совершенно неприемлемо. Еще один портал к северу!
А, так это тот самый князь, хозяин Раты…
Вообще я отчасти понимала ее, надо признать. Выглядел князь благородно и даже возвышенно, особенно для демона. Темно-красные волосы, бледная кожа, такие же красные глаза, как у Аркаира, видно даже на расстоянии…
- Дворец строился вблизи границы для защиты, это верно, - продолжал Аркаир, и я поспешила спрятаться, пока меня не заметили. - Но я лично считаю, что пора принимать меры и обносить пространство вокруг пологом непроникновения. Иначе следующий портал, чего доброго, откроется прямо в тронном зале, и из него выкатится армия. В Пятом мире ведь как раз идет война.
Я вздрогнула. Первые вести из дома за три недели. Значит, война продолжается, нас еще не сломили…
- Я согласен с вами, лорд Латор… но это не так-то просто.
- Вызовите специалистов из академии, вызовите ректора Университета, представителей Ковена, в конце концов…
- Аркаир, ну ты же не думаешь, что я сам до такого не додумался! – раздраженно бросил князь.
Я удивилась. Не ожидала такого резкого перехода…
- Так чего ждешь?
- Повелитель, чтоб его, - процедил Рагаскес.
- Таши, ты же знаешь, что эти вопросы на повелителя лучше не возлагать.
- Но я не могу отправить приглашения, не заверенные его подписью и печатью!
Дворецкий возвел глаза к потолку.
- Мне тебя учить? Пробираешься в канцелярию…
- Предлагаешь подделать?! – ужаснулся демон.
- Да Пески с тобой! – открестился Аркаир. – Там можно поставить факсимильные! Для магов сгодятся и они, все равно эти типы с собой привезут кучу документации на подпись – особенно те, кто напрямую связан с Ковеном.
Князь призадумался, потирая мужественный подбородок.
- Может получиться… и тогда через месяц эта проблема будет решена. А почему ты сам этим не занялся?
- Потому что порталы в твоем ведомстве, а не в моем, - раздраженно припечатал Аркаир. – И так придется отрядить наших магов для закрытия нового… Эти, из Ковена и университета, пока соберут комиссию, пока назначат ответственных и исполнителей, хорошо если через три дня приедут.
- Я пока выставлю охрану…
Сочтя, что услышала достаточно, я принялась тихонечко отползать подальше от поворота.
Значит, в идеале нужно сбежать за эти три дня и воспользоваться новым порталом. Если не выйдет – поискать другой или хотя бы найти подходящее убежище. На это у меня будет месяц - из-за полога мне уже не выбраться…
Придется поспешить.
Что сказать, спешка меня и погубила.
В целом-то я все сделала верно. Беззастенчиво подслушала щебет Эссы с подругой, когда она рассказывала той про Аркаира и о том, что послезавтра он непременно пойдет в храм на обряд памяти. Определилась с днем побега, вышла ровно в полночь под соответствующее звуковое сопровождение, чтобы, во-первых, не засекли слуги, ложившиеся позже знати, во-вторых, не привлечь внимания соседок скрипом двери в неурочное время. И шансы попасться кому-либо на глаза были невелики – это время смены караула.
К тому же Аркаир, пока тащил меня к выходу, показал волей-неволей пару мест, где можно спрятаться от наиболее бдительных охранников, обходивших по ночам крылья дворца.
Когда я после богатых адреналином плутаний по ночному замку уже, едва дыша и предвкушая освобождение, осторожно приоткрыв створку, переступала порог главного входа, меня сцапал за шиворот тот самый стражник, то ли Аррил, то ли Арран… И доходчиво пояснил, что с этой печатью выйти за двери в одиночестве без зачарованного владыкой жетона я в любом случае не смогу. Точнее, не смогу остаться незамеченной.
Он продемонстрировал мне свой амулет начальника гарнизона, один из двух камней в котором полыхал красным – и угас, едва я обреченно шагнула обратно.
Так от надежды я перешла к безграничному отчаянию.
И словно этого было мало…
Охранник, разумеется, вызвал Аркаира, который сегодня, как я знала благодаря Эссе, посещал какой-то церемониальный ритуал в здешнем святилище. Взгляд красных глаз был страшен. Дворецкий не сказал ни слова, молча отволок меня обратно в комнату (я не успевала за ним и почти ничего не видела из-за слез), сорвал с меня комбинезон и мешок с припасами и сжег их, призвав огонь. А затем он без всякой жалости отхлестал меня элтаром и добавил хар’иссом (по четыре царапины на стопы – я откровенно выла, потому что, во-первых, больно, во-вторых, теперь я три-четыре дня нормально ходить не смогу). Но этого ему показалось мало: Аркаир связал меня – так же, как тогда владыка, – втолкнул в горло маленький шарик сейрила и ушел.
Вот же демон… Живу в этом мире уже несколько недель, но до сих пор и пустыню толком не видела.
***
Аркаир потащил человечку к своему любимому месту вблизи дворца, где можно было посидеть в тишине, не видя нависшей над миром громады замка, оплота и надежды государства, забыть о том, что там, позади, куча проблем и обязанностей, хроническая усталость, чьи-то приказы… У него выдался сложный день, и когда Дайри намекнула на то, что хочет прогуляться, он сначала удивился, а потом подумал: почему бы и нет? В конце концов, даже если она попытается улизнуть, он этого не допустит…
Ну и будет забавно посмотреть на ее попытки сбежать – а в том, что они последуют, едва девчонка узнает, где выход, Аркаир даже не сомневался.
Он поморщился, вспомнив о своей несдержанности. Наверное, хвататься за элтар все-таки не следовало… Но ярости в тот момент он не испытывал, а потому вряд ли удар был таким уж сильным.
Дворецкий небрежно уронил на песок свою ношу и с удовольствием сел с ней рядом, привалившись спиной к прогретому за день камню круто уходящей в небо скалы. Ночью в пустыне было куда свежее, чем во дворце, даже на теневой его стороне, где находились покои знати. И он медленно, глубоко вдохнул чуть солоноватый, чистый воздух.
Он тоже давненько не выходил сюда ночью, довольствуясь прогулками по площадке, на которую выходили огромные окна его апартаментов.
Напряжение понемногу начало спадать – не в последнюю очередь потому, что человечка молчала. Он покосился на нее.
Упрямо сидит, потупившись, рассматривает песок.
Он беззвучно вздохнул.
Ну, как хочет.
***
Мы сидели в тени скалы, тоже двойственной и словно размазанной по песку – лучи лун падали под разными углами, создавая странные иллюзии из теней.
Демон преспокойно прислонился к громаде за нами. Поразмыслив, я решила не возмущаться не слишком мягкой посадочкой и последовала его примеру. Здесь, в пустыне, было не так жарко – в отличие от замка, тут хозяйничал вольный ветер, не давая перегреться. Скала под спиной оказалась непривычно теплой. Я порадовалась про себя, что не попала в их пустыню днем. У нас пески быстро остывали, стоило солнцу скрыться, а здесь хранили тепло даже ночью. Значит, в полдень они и вовсе раскалены до невозможности… Учтем.
Бросив взгляд на дворецкого, я увидела, что он смотрит не на меня (хотя должен бы, дабы пресечь возможную попытку побега), а на ночное небо.
И впервые подняла на него глаза.
Увиденное поразило в самое сердце. Впервые я нашла в этом мире то, во что можно влюбиться сразу и навсегда. Чарующие переплетения звезд и туманностей, сложные рисунки, поражавшие воображение…
Все это невозможно было увидеть из окна – дворец мешал своим светом, искажая сияние звезд.
Я тихо выдохнула, обозревая невероятную картину звездного неба.
Редкая минута покоя в этом месте. Я уже устала удивляться тому, что единственный во дворце, с кем этот покой можно разделить, - тот самый демон, который мучил меня больше всех остальных вместе взятых.
Все-таки интересно, а зачем он меня с собой взял? Я понимала, что становлюсь параноиком, но ничего не могла с собой поделать. Я просто не могла не искать скрытых причин, побуждавших этих мерзавцев совершать поступки, кажущиеся добрыми.
Но несмотря на мрачные мысли, сидеть и смотреть с Аркаиром на ночное небо Шестого мира оказалось приятно. Дышать непривычно теплым, словно густым, но таким вкусным воздухом, чувствовать ветерок на коже. В темноте цвет хитона потерялся, остались только легонько развевающиеся складки. Я зарылась босыми ногами в легонько покалывающий песок, тихо застонав от удовольствия.
Ночи здесь были темнее и гуще, чем в моем мире, луны – крупнее, и даже красная пустыня казалась серебристой в их лучах, что уж говорить про замок, оставшийся позади и справа, на который я взглянула, на секунду высунувшись из-за скалы.
Я вздохнула, опять усаживаясь на место и невольно поднимая взгляд к небу. Неужели здесь действительно нашлось хоть что-то по-настоящему красивое?
Снова перевела взгляд на Аркаира – и отвести его уже не смогла. Сияние звезд придавало бледному, безупречному лицу дворецкого совершенно неземную красоту, оно утратило пугающее выражение, которое сменилось то ли мечтательным, то ли просто задумчивым. И я не могла отвести глаз от освещенного серебристым светом идеального профиля. Не то чтобы Аркаир мне нравился как мужчина… но я привыкла ценить красоту. А его лицо было достойно резца лучших скульпторов всех миров.
Снова вздохнув, я с усилием перевела взгляд на ночное небо. Если бы душа этого демона была столь же прекрасна…
- Что? – вдруг спросил он.
- О чем вы?
- В чем причина тяжких вздохов?
- У нас говорили, - тихо произнесла я, - что свет звезд очищает глаза того, кто смотрит на них, а через них – и его душу… и в глазах того, кто часто глядит на звездное небо, поселится их сияние, озаряющее и его душу, и души тех, кому доведется в них заглянуть…
Аркаир резко опустил глаза, словно не желая подвергать себя этому очищению… хотя дело, конечно, было в другом.
- По-прежнему думаешь о своем мире?
- Иначе не выходит. Это мой дом.
- Твой дом здесь.
- Это не дом, это клетка.
Впервые я произнесла это со спокойной горечью, без выкриков и слез. Почувствовала, как вздрогнул дворецкий.
- Только от тебя зависит, останется ли дворец твоей клеткой или станет твоим домом.
- Я не хозяйка здесь.
- Ты хозяйка своего отношения. Взгляни на это место по-другому, прими его как свой дом – и дворец станет им.
- Это не так просто. Мой дом там. Там все, что я любила и люблю. Мои близкие… и даже мечты остались там. Здесь у меня есть все, кроме того, что для меня по-настоящему важно.
- Хочешь сказать, если бы могла, ты бы вернулась? – саркастически спросил Аркаир. – Отказалась бы от спокойной, размеренной жизни, в которой ни о чем не нужно тревожиться, и вернулась к прежнему полуголодному существованию пустынной оборванки?
- Без малейших сожалений.
Дворецкий уставился на меня, словно не веря сказанному, а затем покачал головой.
- Ты ненормальная, - тихо пробормотал он. – Ты каждый день подвергалась лишениям и опасности…
- Я была свободна, Аркаир.
Замолчала, вздрогнув.
Оговорка ожгла так, словно он уже меня ударил. Прежде чем он успел хотя бы шевельнуться, я поспешила опуститься на колени и взмолиться:
- Прошу простить, милорд, этого больше не повторится.
Несколько секунд он молчал. Затем тяжело произнес:
- Не повторится, значит…
И отвернулся, больше не сказав мне ни слова.
Я пожалела, что, уткнувшись носом в песок, не видела выражения его лица.
Демон поднялся на ноги.
- Возвращаемся, - безжизненным тоном произнес он.
Я молча встала, отряхнула подол, остановилась возле дворецкого.
- А вы все-таки более жестоки, чем повелитель, - вдруг вырвалось у меня.
Непроницаемый взгляд. Глаза казались почти черными на окаменевшем лице.
- Поясни.
- Во-первых, причинять боль другим доставляет вам явное удовольствие, а это совершенно ненормально. Во-вторых, ваша жестокость непредсказуема и внезапна, как удар элтара. Неясно, когда вы стерпите отступления от регламента, а когда за них накажете. Было бы куда проще, если бы вы придерживались одной линии поведения.
- Как скажешь. Буду наказывать, - угрюмо пообещал он сквозь стиснутые зубы.
- Договорились, - холодно процедила я.
Мы молча вернулись в замок. Больше гулять я не хотела.
После меня еще два дня держали взаперти, но я не так чтоб очень сильно переживала. Странное поведение Аркаира в тот вечер придало мне решимости. Я наконец узнала, где выход из дворца, и проговаривала ту часть дороги, которую успела запомнить, заучивая повороты наизусть.
О нет, я не останусь здесь.
Я планировала вернуться в свой мир и затаиться в пустыне. Я умела в ней жить. Главное – улизнуть от демонов и отыскать портал, а там пусть меня владыка ищет хоть по всем семи мирам. В родном мире я сумею спрятаться. Со временем вернусь домой.
А печать… я упрямо поджала губы.
Сведу, в конце концов, даже если в результате получу ужасные шрамы на всю грудь, из-за которых на меня больше ни один мужчина не посмотрит. Это все равно лучше, чем остаться здесь.
Я улыбнулась.
У меня наконец появилась надежда.
Однако, к своему удивлению, даже начиная строить планы побега, я поняла, что размолвка с Аркаиром не дает мне покоя. Я не успокоилась ни на следующий день, ни на второй, ни на третий.
И, как ни странно, меня грызло чувство вины.
Он поступил по-доброму, согласившись прогуляться со мной. Споря со мной из-за дворца и этого мира, не угрожал, не запугивал, просто высказывал свое мнение. И, похоже, не собирался наказывать меня за оговорку…
А я сорвалась на него. Обвинила в жестокости единственного, кто в этом дворце хоть немного заботился обо мне.
С другой стороны, извиняться я точно не собиралась, и старательно гнала от себя неприятные размышления.
А еще я готовилась.
Вышивальными нитками быстро и грубо перешила еще одно из ненавистных платьев в комбинезон, добавила рукава из трех нижних юбок, отпоротых от других хламид. Из обрезков сделала мешочек, куда складывала заныканные с обедов и ужинов продукты – пара вареных яиц, копченая колбаска, хлеб, успешно превращенный в сухари.
Самой большой проблемой была обувь – игрушкам здесь выдавали босоножки из тонких ремешков на высоких каблуках – в первый раз я с трудом встала, обув их. Либо придется идти босиком, либо…
«Либо». Я изъявила желание заняться танцами, и мне, к моей радости, принесли удобные балетки из тонкой и очень мягкой кожи.
Скоро, если все пройдет как надо, я вернусь домой.
С Дэмианом я была предельно вежлива и осторожна. Он заходил еще раз, вел себя так же странно и ушел, поцеловав меня напоследок и окинув пристальным взглядом. Но теперь странное поведение повелителя я предпочла выбросить из головы. Надеюсь, скоро я окончательно избавлюсь от необходимости гадать о том, чем вызваны те или иные его действия.
А затем представилась и возможность собрать необходимую информацию.
Я шла по коридору и замерла на месте, когда случайно услышала голос дворецкого. Встречаться с ним мне совершенно не хотелось, и я осторожно выглянула из-за поворота. Повезло. Стоя ко мне спиной, Аркаир обсуждал с незнакомым мне демоном весьма примечательной внешности недавно открывшийся вблизи дворца портал.
- Князь Рагаскес, это уже совершенно неприемлемо. Еще один портал к северу!
А, так это тот самый князь, хозяин Раты…
Вообще я отчасти понимала ее, надо признать. Выглядел князь благородно и даже возвышенно, особенно для демона. Темно-красные волосы, бледная кожа, такие же красные глаза, как у Аркаира, видно даже на расстоянии…
- Дворец строился вблизи границы для защиты, это верно, - продолжал Аркаир, и я поспешила спрятаться, пока меня не заметили. - Но я лично считаю, что пора принимать меры и обносить пространство вокруг пологом непроникновения. Иначе следующий портал, чего доброго, откроется прямо в тронном зале, и из него выкатится армия. В Пятом мире ведь как раз идет война.
Я вздрогнула. Первые вести из дома за три недели. Значит, война продолжается, нас еще не сломили…
- Я согласен с вами, лорд Латор… но это не так-то просто.
- Вызовите специалистов из академии, вызовите ректора Университета, представителей Ковена, в конце концов…
- Аркаир, ну ты же не думаешь, что я сам до такого не додумался! – раздраженно бросил князь.
Я удивилась. Не ожидала такого резкого перехода…
- Так чего ждешь?
- Повелитель, чтоб его, - процедил Рагаскес.
- Таши, ты же знаешь, что эти вопросы на повелителя лучше не возлагать.
- Но я не могу отправить приглашения, не заверенные его подписью и печатью!
Дворецкий возвел глаза к потолку.
- Мне тебя учить? Пробираешься в канцелярию…
- Предлагаешь подделать?! – ужаснулся демон.
- Да Пески с тобой! – открестился Аркаир. – Там можно поставить факсимильные! Для магов сгодятся и они, все равно эти типы с собой привезут кучу документации на подпись – особенно те, кто напрямую связан с Ковеном.
Князь призадумался, потирая мужественный подбородок.
- Может получиться… и тогда через месяц эта проблема будет решена. А почему ты сам этим не занялся?
- Потому что порталы в твоем ведомстве, а не в моем, - раздраженно припечатал Аркаир. – И так придется отрядить наших магов для закрытия нового… Эти, из Ковена и университета, пока соберут комиссию, пока назначат ответственных и исполнителей, хорошо если через три дня приедут.
- Я пока выставлю охрану…
Сочтя, что услышала достаточно, я принялась тихонечко отползать подальше от поворота.
Значит, в идеале нужно сбежать за эти три дня и воспользоваться новым порталом. Если не выйдет – поискать другой или хотя бы найти подходящее убежище. На это у меня будет месяц - из-за полога мне уже не выбраться…
Придется поспешить.
Глава 7
Что сказать, спешка меня и погубила.
В целом-то я все сделала верно. Беззастенчиво подслушала щебет Эссы с подругой, когда она рассказывала той про Аркаира и о том, что послезавтра он непременно пойдет в храм на обряд памяти. Определилась с днем побега, вышла ровно в полночь под соответствующее звуковое сопровождение, чтобы, во-первых, не засекли слуги, ложившиеся позже знати, во-вторых, не привлечь внимания соседок скрипом двери в неурочное время. И шансы попасться кому-либо на глаза были невелики – это время смены караула.
К тому же Аркаир, пока тащил меня к выходу, показал волей-неволей пару мест, где можно спрятаться от наиболее бдительных охранников, обходивших по ночам крылья дворца.
Когда я после богатых адреналином плутаний по ночному замку уже, едва дыша и предвкушая освобождение, осторожно приоткрыв створку, переступала порог главного входа, меня сцапал за шиворот тот самый стражник, то ли Аррил, то ли Арран… И доходчиво пояснил, что с этой печатью выйти за двери в одиночестве без зачарованного владыкой жетона я в любом случае не смогу. Точнее, не смогу остаться незамеченной.
Он продемонстрировал мне свой амулет начальника гарнизона, один из двух камней в котором полыхал красным – и угас, едва я обреченно шагнула обратно.
Так от надежды я перешла к безграничному отчаянию.
И словно этого было мало…
Охранник, разумеется, вызвал Аркаира, который сегодня, как я знала благодаря Эссе, посещал какой-то церемониальный ритуал в здешнем святилище. Взгляд красных глаз был страшен. Дворецкий не сказал ни слова, молча отволок меня обратно в комнату (я не успевала за ним и почти ничего не видела из-за слез), сорвал с меня комбинезон и мешок с припасами и сжег их, призвав огонь. А затем он без всякой жалости отхлестал меня элтаром и добавил хар’иссом (по четыре царапины на стопы – я откровенно выла, потому что, во-первых, больно, во-вторых, теперь я три-четыре дня нормально ходить не смогу). Но этого ему показалось мало: Аркаир связал меня – так же, как тогда владыка, – втолкнул в горло маленький шарик сейрила и ушел.
