Она кажется такой беззащитной и маленькой. Темные волосы разметались по его рукам, а голова покоится на груди. Эмиль втягивает носом воздух и неспешно поднимается по ступенькам крыльца, оставляя позади свою уже бывшую невесту и все надежды на мирное разрешение конфликта. Никакой мир с Реем ему больше не нужен. Он готов вступить в войну.
Эмиль стремительно минует коридоры дворца, желая, как можно скорей скрыться от глаз придворных. Это внимание неимоверно раздражает. Взгляд мужчины неизменно возвращается к Каталине, такой умиротворенной и легкой. Прекрасной спящей красавице. Как это не похоже на нее. И как страшно ему сейчас видеть императрицу в таком состоянии.
- Ваше Величество!
Эмиль на мгновение останавливается и облегченно выдыхает, когда из-за поворота появляется запыхавшийся Миростас. Его верный друг и советник. Взволнованный взгляд мужчины останавливается на бездыханной Каталине, губы сжимаются в тонкую линию, а на лбу появляются морщинки. Советник идет нога в ногу с королем, не спеша заводить разговор. И это молчание действует на нервы. Эмиль начинает волноваться, словно Миростас что-то знает, но не стремится поделиться этим с правителем. Все вокруг знают больше его самого, и это ужасно злит.
- Твое молчание заставляет меня нервничать, Миростас.
Мужчина загадочно улыбается.
- Возможно, оно и к лучшему.
- И ты ничего не скажешь, да? Тебя выдает твой собственный лоб.
- Сейчас не самое подходящее время, мой король.
Эмиль судорожно выдыхает, отгоняя прочь все мрачные мысли. Сначала нужно передать Каталину в надежные руки, а затем можно и подумать.
- Ты прав. Сейчас просто отвратительное время для разговоров.
Советник молча следует за королем, не решаясь оставить его одного. Вместе они минуют пустые коридоры и выходят к комнатам Каталины. Миростас распахивает дверь, и Эмиль вносит женщину внутрь. Он буквально врывается в спальню, при этом двигаясь осторожно, чтобы не потревожить императрицу, и кладет ее на кровать. Ему страшно даже дышать в ее сторону! А что, если она сейчас разобьется на множество ледяных осколков?
- Ваше Величество?
В комнату заглядывает бледная и испуганная Лайя. Служанка Каталины, точно. Эмиль хмуро всматривается в девушку, решая, стоит ли ей доверять. Но ведь это она не так давно едва не сбилась с ног, чтобы позвать его на помощь. Разве это не доказывает ее преданность? Сама Лайя не ждет приветствий от короля. Ей не нужно разрешения, чтобы броситься к кровати и взволнованно сжать холодную ладонь Каталины в своих руках. Девушка откидывает темные волосы с ее лица, прощупывает пульс и облегченно выдыхает. Служанка выглядит такой взволнованной, что Эмиль невольно задумывается об отношениях этих двух особ.
- Она жива, - произносит Лайя, проводя языком по пересохшим губам. – Просто без сознания. Что произошло, Ваше Величество?
Руки Эмиля начинают мелко дрожать. Он шевелит губами, но не может издать и звука. Сердце бьется о ребра, словно птица в клетке. В горле встает ком, а перед глазами пляшут черные точки. На какое-то мгновение он мыслями переносится далеко в прошлое. Недоступное прошлое, когда ярко светило солнце, он ощущал безграничное счастье, а светлые волосы возлюбленной щекотали его щеку. Ее улыбка заставляла сердце трепетать. Он был так влюблен, что решился на самый безрассудный шаг в своей жизни. Отважился связать себя прочными узами.
Король трясет головой, отгоняя наваждение, и присаживается на край кровати. Что же с ним происходит? Что за картинки предстают его глазам? Всего лишь реалистичные фантазии или обрывки прошлой жизни? Эмиль прочищает горло и переводит взгляд на служанку, которая не перестает хлопотать над Каталиной и взволнованно на него смотреть.
- Это все Изабелла. Каталина сорвала церемонию, - губы короля невольно изгибаются в улыбке. – И они с принцессой сцепились. Я упустил из виду момент, когда моя невеста превратилась в чудовище и стала преследовать Каталину. Мне удалось выбраться из ловушки Изабеллы, но… Я сразу же побежал во двор и чудом успел. Каталина спрыгнула с крыши, а потом Изабелла… Я не совсем уверен, но, кажется, она забрала ее силу. Ее волосы вдруг стали черными.
Эмиль беспомощно указывает на императрицу, не в силах подобрать слов для всего происходящего. Девушка мрачно кивает и снимает с госпожи платье, укрывая ее одеялом. Большего сделать она была бы не в силах. Да и никто не сможет.
- Значит, до нее добрались, - негромко произносит Лайя, сочувственно разглядывая бледного уставшего короля. – Нам остается только ждать, Ваше Величество. Каталина очень крепко спит, и мы ничем не сможем ей помочь. Я не многое знаю о том, что именно происходит, но она мне кое-что рассказывала. Сейчас ее ждет встреча с Созидательницей в астральном царстве. И если повезет, мы вновь увидим мою госпожу здоровой и полной сил.
Девушка протягивает руки Эмилю и поднимает его с кровати, выводя в гостиную. Мужчина не сопротивляется и позволяет Лайе ухаживать за собой. Служанка усаживает короля на диван и исчезает за дверями комнат. Он остается наедине со своими спутанными чувствами и мыслями. Их так много, что голова буквально разрывается. Эмиль сгибается и сдавливает виски, пытаясь отрешиться от всего этого. Его стон, полный боли и отчаяния, разрывает тишину.
Что же происходит перед самым его носом? Почему он был так слеп, чтобы ни о чем не знать? Что за воспоминания дразнят его день ото дня своей недоступностью? И как со всем этим связана Каталина? Были ли видения, посетившие Эмиля сегодня, обрывками прошлого? И почему сама императрица кажется такой родной и безумно знакомой? Он просто сходит с ума. Эмиль усмехается в ответ своим мыслям. Как же все запутанно!
Пальцы Эмиля с силой впиваются в виски, тщетно силясь справиться с беспорядком в голове. Отогнать множество мыслей, затягивающих его в свой омут. Это все слишком странно и ненормально. Необъяснимо и страшно. Король Ламандии привык к размеренной и предсказуемой жизни. В его планы вовсе не входило связываться с магией и становиться между льдом и пламенем. Да и что может сделать обычный человек? Его рукам подвластна лишь сталь, способная сокрушить внешнюю оболочку, но никак не сразиться с магией.
- Возьмите, Ваше Величество.
Эмиль вздрагивает от негромкого голоса Лайи и ее настойчивой попытки всунуть в руки большую чашку с какой-то зеленоватой горячей жидкостью. Мужчина послушно принимает напиток и скептически сморщивает нос, принюхиваясь.
- Что это за гадость?
Лайя смеется и садится рядом на диван.
- Это травяной настой. Успокоит нервы и восстановит силы. Вам сейчас точно не помешает.
Эмиль зажимает нос пальцами и делает большой глоток. Горячая жидкость стекает по горлу вниз, теплом разливаясь по телу. На вкус не так противно, как на запах. Мужчина улавливает вкус ромашки, шалфея и мяты. Он сам не замечает, как вновь погружается в собственные мысли. А Лайя молча рассматривает короля, отмечая круги под глазами, осунувшееся лицо и то, как кружка в его руках дрожит. В иной раз она бы просто промолчала, ведь прислуге негоже указывать правителям на их ошибки или задавать лишние вопросы. Но Лайя не его подданная. Она верная подруга Каталины Алистер, которая не хотела бы, чтобы ее близкого человека оставили в одиночестве в такой момент.
- Как вы себя чувствуете?
Эмиль судорожно выдыхает и переводит взгляд на взволнованное лицо Лайи. Конечно, она тоже переживает за свою госпожу. Слишком сильно и искренне для простой служанки. И несмотря ни на что, сидит с ним, присматривает за королем чужого королевства и поит какой-то гадостью.
- Я не чувствую собственных рук, - усмехается Эмиль, наблюдая за тем, как жидкость в его чашке дрожит. – Она падала так быстро, что я не надеялся успеть. И все же… Я ничего не понимаю. Что происходит в моем дворце? И почему все вокруг знают больше, чем я сам?
- Я тоже немногое знаю, - вздыхает Лайя. – Каталина не успела рассказать мне, что происходит. Но я уверена, что речь идет о чем-то очень важном, потому что мы сорвались сюда ночью и скакали без продыху до самого утра. Она была беспокойна и очень взволнована. Боялась не успеть на церемонию.
Эмиль задумчиво хмурится, обдумывая услышанное. Значит, у Каталины действительно была какая-то цель? И это не простая прихоть заставила ее прервать триумф Изабеллы? Все это время она хранила важную тайну, о которой не говорила даже ему. И столь грубый отказ от перемирия не заставил ее отступить.
- У меня создается такое чувство, что Каталина для меня намного ближе, чем кажется. Как будто я просто забыл все, что нас связывало. А сегодня это чувство обострилось. Я держал ее в своих руках, такую беззащитную и бледную, а сердце сжималось от боли. Меня одолевало чувство встряхнуть ее, услышать знакомые колкие фразы. Да все что угодно, лишь бы не видеть ее… такой безмолвной.
Лайя улыбается, подумав, что Каталина была бы рада услышать подобное. Ведь в душе императрица надеялась, что Эмиль испытывает то же, что и она. Что ее чувства взаимны. Девушка осторожно кладет руку на плечо короля.
- Уверена, что Каталина были бы приятны ваши слова. Она сама не своя после вашей ссоры. И мне бы очень хотелось, чтобы вы поговорили начистоту.
Мужчина задумчиво смотрит на Лайю несколько бесконечно долгих мгновений. В его голове столько вопросов! И ответить на них может одна лишь Каталина. А сейчас он может задать только один:
- Какие отношения связывают вас с Каталиной? Вы так сильно переживаете за нее, и я невольно сделал вывод, что… Простите, я сказал какую-то глупость, не следовало задавать таких вопросов.
- Нет-нет, все хорошо, - отвечает девушка. – Вам я расскажу.
Эмиль молча кивает. Он боится даже дышать, чтобы не спугнуть эту кроткую девушку, которая не раз проявила храбрость ради своей госпожи. Возможно, она прольет свет на темную историю Каталины. Лайя делает глубокий вдох и сжимает ткань платья так сильно, что белеют костяшки пальцев.
- Раньше я служила во дворце Антелла личной служанкой короля. – Сомкнутые руки девушки едва заметно подрагивают. Лайя опускает взгляд в пол, мысленно возвращаясь в те далекие безрадостные дни. – Каталина угрожала безопасности королевства войной. Даже не так. Она просто нанесла нам внезапный визит. Без предупреждения. Приехала совершенно одна, без слуг или солдат. Короля это удивило, ведь он ни во что не ставил ее силу, хотя и слышал множество ужасных слухов. Тогда он приставил меня следить за ней. Днем я прислуживала Каталине, исполняла любой ее каприз, одевала, раздевала, приносила еду в комнату, когда она не желала обедать с королем. Проводила экскурсии по дворцу.
Лайя замолкает, тяжело сглатывая. Эмиль видит, что ей нелегко вспоминать об этом, но не спешит остановить рассказ.
- А ночью… - голос служанки дрожит, когда она продолжает. – Я докладывала королю о каждом ее шаге. О том, что услышала от Каталины, что она делала и как себя вела. Только то, чем императрица занималась днем, когда уходила из комнаты одна, оставалось загадкой. Я и сама не знала, если быть честной. А однажды она меня раскрыла. Не знаю, как это у нее получилось, помню лишь, что она специально уронила хрустальный графин с красным вином на ковер. Он разбился, разлетелся на множество осколков, а белый ковер превратился в место побоища. И я кинулась убирать, как и всегда. Каталина пристально следила за мной, а потом произнесла всего одну фразу. «Об этом ты тоже доложишь своему королю, шпионка?». – Лайя усмехается, смахивая с глаз слезы. – Я тогда разревелась, как дура. Даже не попыталась оправдать себя. Мне было невыносимо врать и смотреть ей в глаза. Ведь Каталина мне искренне понравилась. А потом ее пальцы обхватили мой подбородок, и я ощутила, как холод пробирается под кожу. Казалось, она убьет меня на месте одними своими сверкающими глазами. Но ее рука остановилась на моем животе.
Лайя судорожно хватает ртом воздух, силясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Даже спустя годы воспоминания о тех событиях приносят лишь боль. Заставляют сердце сжиматься, а ладони невольно опускаться на живот, словно оберегая то, чего давно там нет. Эмиль и сам не заметил, как затаил дыхание, завороженно следя за движениями девушки. Это уже не просто история милосердия или жестокости Каталины. Нет, это история, позволившая лучше понять маленькую храбрую девушку, которая везде и всегда сопровождает императрицу Аурии. Которая оберегает ее день и ночь. Остается рядом даже в трудные моменты. Король сжимает плечо Лайи и ободряюще улыбается. Он не торопит девушку с рассказом, ведь им совершенно некуда спешить. Самое страшное уже случилось.
- Каталина взглянула мне в глаза, и я едва не потеряла сознание от страха. Думаю, она уже понимала, что я любовница короля. «Ты знаешь, что беременна от него?» - спросила меня императрица. А я была так потрясена, что не смогла ничего ответить. Последние дни мне действительно было нехорошо, но все списывалось на нервное истощение и давление со стороны короля. А потом я залилась слезами и долго не могла остановиться. Только этого мне не хватало, иметь ребенка от короля! Я безумно люблю детей, но родить от него… Это позорно и отвратительно. Я не хотела быть одной из тех женщин. Которым приходится всю жизнь прятать детей и скрывать родство с правителем. Каталина мне помогла. Ее магия сделала дело и избавила меня от плода. Я уснула, и она оставила меня в своей кровати. О том, что было дальше я знаю лишь с ее слов. Каталина отправилась в комнату короля и провела с ним всю ночь. Каким-то образом она связалась с генералами армии, которые ожидали ее сигнала, чтобы вторгнуться в Антелл. Всего за одну ночь они совершили переворот, перерезав горло приверженцам короля. Аурийцы заняли столицу без потерь.
- Это было кровавое побоище? – невольно спрашивает Эмиль, содрогаясь от слов Лайи. Сам он слышал о тех событиях лишь со слов других правителей. Когда те еще оставались на континенте.
- Не совсем. Солдаты сделали все без лишнего шума. Они не тронули слуг и убедили их в том, что приход Каталины только к лучшему. Конечно, каждый из нас слышал, что говорят о набегах Алистер. О том, как она буквально поглощает одно королевство за другим, присваивая себе эти земли. Нам было страшно, но это лучше, чем жить под тиранией короля. У нас был шанс остаться независимыми, если бы Каталина не провела всю неделю в кругу кухарок, уборщиков и тех, кто прислуживает правителю за столом. Она почти не вылезала с нижних этажей и собирала информацию. Думаю, это стало решающим фактором для слияния с империей.
Эмиль делает глубокий вдох. Как много он не знает о Каталине. О той, кто искренне предлагал ему помощь. А он посмел так просто отвергнуть ее! Должно быть, она теперь ненавидит его. Ну и поделом ему.
- Когда я увидел ее в первый раз, мне было жутко, - усмехается Эмиль, вспоминая свою встречу с императрицей. – Я столько всего слышал об этой женщине. О ее жестокости и хладнокровии.
- Каталина вовсе не жестокая! – горячо возражает девушка, подавшись вперед. – Она справедливая и добрая. Каталина убедилась в том, что люди страдают под властью короля, узнала об их настроениях. И только потом решила захватить королевство. Каталина лично казнила нашего правителя на следующий день на виду у всех обитателей дворца.
Эмиль стремительно минует коридоры дворца, желая, как можно скорей скрыться от глаз придворных. Это внимание неимоверно раздражает. Взгляд мужчины неизменно возвращается к Каталине, такой умиротворенной и легкой. Прекрасной спящей красавице. Как это не похоже на нее. И как страшно ему сейчас видеть императрицу в таком состоянии.
- Ваше Величество!
Эмиль на мгновение останавливается и облегченно выдыхает, когда из-за поворота появляется запыхавшийся Миростас. Его верный друг и советник. Взволнованный взгляд мужчины останавливается на бездыханной Каталине, губы сжимаются в тонкую линию, а на лбу появляются морщинки. Советник идет нога в ногу с королем, не спеша заводить разговор. И это молчание действует на нервы. Эмиль начинает волноваться, словно Миростас что-то знает, но не стремится поделиться этим с правителем. Все вокруг знают больше его самого, и это ужасно злит.
- Твое молчание заставляет меня нервничать, Миростас.
Мужчина загадочно улыбается.
- Возможно, оно и к лучшему.
- И ты ничего не скажешь, да? Тебя выдает твой собственный лоб.
- Сейчас не самое подходящее время, мой король.
Эмиль судорожно выдыхает, отгоняя прочь все мрачные мысли. Сначала нужно передать Каталину в надежные руки, а затем можно и подумать.
- Ты прав. Сейчас просто отвратительное время для разговоров.
Советник молча следует за королем, не решаясь оставить его одного. Вместе они минуют пустые коридоры и выходят к комнатам Каталины. Миростас распахивает дверь, и Эмиль вносит женщину внутрь. Он буквально врывается в спальню, при этом двигаясь осторожно, чтобы не потревожить императрицу, и кладет ее на кровать. Ему страшно даже дышать в ее сторону! А что, если она сейчас разобьется на множество ледяных осколков?
- Ваше Величество?
В комнату заглядывает бледная и испуганная Лайя. Служанка Каталины, точно. Эмиль хмуро всматривается в девушку, решая, стоит ли ей доверять. Но ведь это она не так давно едва не сбилась с ног, чтобы позвать его на помощь. Разве это не доказывает ее преданность? Сама Лайя не ждет приветствий от короля. Ей не нужно разрешения, чтобы броситься к кровати и взволнованно сжать холодную ладонь Каталины в своих руках. Девушка откидывает темные волосы с ее лица, прощупывает пульс и облегченно выдыхает. Служанка выглядит такой взволнованной, что Эмиль невольно задумывается об отношениях этих двух особ.
- Она жива, - произносит Лайя, проводя языком по пересохшим губам. – Просто без сознания. Что произошло, Ваше Величество?
Руки Эмиля начинают мелко дрожать. Он шевелит губами, но не может издать и звука. Сердце бьется о ребра, словно птица в клетке. В горле встает ком, а перед глазами пляшут черные точки. На какое-то мгновение он мыслями переносится далеко в прошлое. Недоступное прошлое, когда ярко светило солнце, он ощущал безграничное счастье, а светлые волосы возлюбленной щекотали его щеку. Ее улыбка заставляла сердце трепетать. Он был так влюблен, что решился на самый безрассудный шаг в своей жизни. Отважился связать себя прочными узами.
Король трясет головой, отгоняя наваждение, и присаживается на край кровати. Что же с ним происходит? Что за картинки предстают его глазам? Всего лишь реалистичные фантазии или обрывки прошлой жизни? Эмиль прочищает горло и переводит взгляд на служанку, которая не перестает хлопотать над Каталиной и взволнованно на него смотреть.
- Это все Изабелла. Каталина сорвала церемонию, - губы короля невольно изгибаются в улыбке. – И они с принцессой сцепились. Я упустил из виду момент, когда моя невеста превратилась в чудовище и стала преследовать Каталину. Мне удалось выбраться из ловушки Изабеллы, но… Я сразу же побежал во двор и чудом успел. Каталина спрыгнула с крыши, а потом Изабелла… Я не совсем уверен, но, кажется, она забрала ее силу. Ее волосы вдруг стали черными.
Эмиль беспомощно указывает на императрицу, не в силах подобрать слов для всего происходящего. Девушка мрачно кивает и снимает с госпожи платье, укрывая ее одеялом. Большего сделать она была бы не в силах. Да и никто не сможет.
- Значит, до нее добрались, - негромко произносит Лайя, сочувственно разглядывая бледного уставшего короля. – Нам остается только ждать, Ваше Величество. Каталина очень крепко спит, и мы ничем не сможем ей помочь. Я не многое знаю о том, что именно происходит, но она мне кое-что рассказывала. Сейчас ее ждет встреча с Созидательницей в астральном царстве. И если повезет, мы вновь увидим мою госпожу здоровой и полной сил.
Девушка протягивает руки Эмилю и поднимает его с кровати, выводя в гостиную. Мужчина не сопротивляется и позволяет Лайе ухаживать за собой. Служанка усаживает короля на диван и исчезает за дверями комнат. Он остается наедине со своими спутанными чувствами и мыслями. Их так много, что голова буквально разрывается. Эмиль сгибается и сдавливает виски, пытаясь отрешиться от всего этого. Его стон, полный боли и отчаяния, разрывает тишину.
Что же происходит перед самым его носом? Почему он был так слеп, чтобы ни о чем не знать? Что за воспоминания дразнят его день ото дня своей недоступностью? И как со всем этим связана Каталина? Были ли видения, посетившие Эмиля сегодня, обрывками прошлого? И почему сама императрица кажется такой родной и безумно знакомой? Он просто сходит с ума. Эмиль усмехается в ответ своим мыслям. Как же все запутанно!
Пальцы Эмиля с силой впиваются в виски, тщетно силясь справиться с беспорядком в голове. Отогнать множество мыслей, затягивающих его в свой омут. Это все слишком странно и ненормально. Необъяснимо и страшно. Король Ламандии привык к размеренной и предсказуемой жизни. В его планы вовсе не входило связываться с магией и становиться между льдом и пламенем. Да и что может сделать обычный человек? Его рукам подвластна лишь сталь, способная сокрушить внешнюю оболочку, но никак не сразиться с магией.
- Возьмите, Ваше Величество.
Эмиль вздрагивает от негромкого голоса Лайи и ее настойчивой попытки всунуть в руки большую чашку с какой-то зеленоватой горячей жидкостью. Мужчина послушно принимает напиток и скептически сморщивает нос, принюхиваясь.
- Что это за гадость?
Лайя смеется и садится рядом на диван.
- Это травяной настой. Успокоит нервы и восстановит силы. Вам сейчас точно не помешает.
Эмиль зажимает нос пальцами и делает большой глоток. Горячая жидкость стекает по горлу вниз, теплом разливаясь по телу. На вкус не так противно, как на запах. Мужчина улавливает вкус ромашки, шалфея и мяты. Он сам не замечает, как вновь погружается в собственные мысли. А Лайя молча рассматривает короля, отмечая круги под глазами, осунувшееся лицо и то, как кружка в его руках дрожит. В иной раз она бы просто промолчала, ведь прислуге негоже указывать правителям на их ошибки или задавать лишние вопросы. Но Лайя не его подданная. Она верная подруга Каталины Алистер, которая не хотела бы, чтобы ее близкого человека оставили в одиночестве в такой момент.
- Как вы себя чувствуете?
Эмиль судорожно выдыхает и переводит взгляд на взволнованное лицо Лайи. Конечно, она тоже переживает за свою госпожу. Слишком сильно и искренне для простой служанки. И несмотря ни на что, сидит с ним, присматривает за королем чужого королевства и поит какой-то гадостью.
- Я не чувствую собственных рук, - усмехается Эмиль, наблюдая за тем, как жидкость в его чашке дрожит. – Она падала так быстро, что я не надеялся успеть. И все же… Я ничего не понимаю. Что происходит в моем дворце? И почему все вокруг знают больше, чем я сам?
- Я тоже немногое знаю, - вздыхает Лайя. – Каталина не успела рассказать мне, что происходит. Но я уверена, что речь идет о чем-то очень важном, потому что мы сорвались сюда ночью и скакали без продыху до самого утра. Она была беспокойна и очень взволнована. Боялась не успеть на церемонию.
Эмиль задумчиво хмурится, обдумывая услышанное. Значит, у Каталины действительно была какая-то цель? И это не простая прихоть заставила ее прервать триумф Изабеллы? Все это время она хранила важную тайну, о которой не говорила даже ему. И столь грубый отказ от перемирия не заставил ее отступить.
- У меня создается такое чувство, что Каталина для меня намного ближе, чем кажется. Как будто я просто забыл все, что нас связывало. А сегодня это чувство обострилось. Я держал ее в своих руках, такую беззащитную и бледную, а сердце сжималось от боли. Меня одолевало чувство встряхнуть ее, услышать знакомые колкие фразы. Да все что угодно, лишь бы не видеть ее… такой безмолвной.
Лайя улыбается, подумав, что Каталина была бы рада услышать подобное. Ведь в душе императрица надеялась, что Эмиль испытывает то же, что и она. Что ее чувства взаимны. Девушка осторожно кладет руку на плечо короля.
- Уверена, что Каталина были бы приятны ваши слова. Она сама не своя после вашей ссоры. И мне бы очень хотелось, чтобы вы поговорили начистоту.
Мужчина задумчиво смотрит на Лайю несколько бесконечно долгих мгновений. В его голове столько вопросов! И ответить на них может одна лишь Каталина. А сейчас он может задать только один:
- Какие отношения связывают вас с Каталиной? Вы так сильно переживаете за нее, и я невольно сделал вывод, что… Простите, я сказал какую-то глупость, не следовало задавать таких вопросов.
- Нет-нет, все хорошо, - отвечает девушка. – Вам я расскажу.
Эмиль молча кивает. Он боится даже дышать, чтобы не спугнуть эту кроткую девушку, которая не раз проявила храбрость ради своей госпожи. Возможно, она прольет свет на темную историю Каталины. Лайя делает глубокий вдох и сжимает ткань платья так сильно, что белеют костяшки пальцев.
- Раньше я служила во дворце Антелла личной служанкой короля. – Сомкнутые руки девушки едва заметно подрагивают. Лайя опускает взгляд в пол, мысленно возвращаясь в те далекие безрадостные дни. – Каталина угрожала безопасности королевства войной. Даже не так. Она просто нанесла нам внезапный визит. Без предупреждения. Приехала совершенно одна, без слуг или солдат. Короля это удивило, ведь он ни во что не ставил ее силу, хотя и слышал множество ужасных слухов. Тогда он приставил меня следить за ней. Днем я прислуживала Каталине, исполняла любой ее каприз, одевала, раздевала, приносила еду в комнату, когда она не желала обедать с королем. Проводила экскурсии по дворцу.
Лайя замолкает, тяжело сглатывая. Эмиль видит, что ей нелегко вспоминать об этом, но не спешит остановить рассказ.
- А ночью… - голос служанки дрожит, когда она продолжает. – Я докладывала королю о каждом ее шаге. О том, что услышала от Каталины, что она делала и как себя вела. Только то, чем императрица занималась днем, когда уходила из комнаты одна, оставалось загадкой. Я и сама не знала, если быть честной. А однажды она меня раскрыла. Не знаю, как это у нее получилось, помню лишь, что она специально уронила хрустальный графин с красным вином на ковер. Он разбился, разлетелся на множество осколков, а белый ковер превратился в место побоища. И я кинулась убирать, как и всегда. Каталина пристально следила за мной, а потом произнесла всего одну фразу. «Об этом ты тоже доложишь своему королю, шпионка?». – Лайя усмехается, смахивая с глаз слезы. – Я тогда разревелась, как дура. Даже не попыталась оправдать себя. Мне было невыносимо врать и смотреть ей в глаза. Ведь Каталина мне искренне понравилась. А потом ее пальцы обхватили мой подбородок, и я ощутила, как холод пробирается под кожу. Казалось, она убьет меня на месте одними своими сверкающими глазами. Но ее рука остановилась на моем животе.
Лайя судорожно хватает ртом воздух, силясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Даже спустя годы воспоминания о тех событиях приносят лишь боль. Заставляют сердце сжиматься, а ладони невольно опускаться на живот, словно оберегая то, чего давно там нет. Эмиль и сам не заметил, как затаил дыхание, завороженно следя за движениями девушки. Это уже не просто история милосердия или жестокости Каталины. Нет, это история, позволившая лучше понять маленькую храбрую девушку, которая везде и всегда сопровождает императрицу Аурии. Которая оберегает ее день и ночь. Остается рядом даже в трудные моменты. Король сжимает плечо Лайи и ободряюще улыбается. Он не торопит девушку с рассказом, ведь им совершенно некуда спешить. Самое страшное уже случилось.
- Каталина взглянула мне в глаза, и я едва не потеряла сознание от страха. Думаю, она уже понимала, что я любовница короля. «Ты знаешь, что беременна от него?» - спросила меня императрица. А я была так потрясена, что не смогла ничего ответить. Последние дни мне действительно было нехорошо, но все списывалось на нервное истощение и давление со стороны короля. А потом я залилась слезами и долго не могла остановиться. Только этого мне не хватало, иметь ребенка от короля! Я безумно люблю детей, но родить от него… Это позорно и отвратительно. Я не хотела быть одной из тех женщин. Которым приходится всю жизнь прятать детей и скрывать родство с правителем. Каталина мне помогла. Ее магия сделала дело и избавила меня от плода. Я уснула, и она оставила меня в своей кровати. О том, что было дальше я знаю лишь с ее слов. Каталина отправилась в комнату короля и провела с ним всю ночь. Каким-то образом она связалась с генералами армии, которые ожидали ее сигнала, чтобы вторгнуться в Антелл. Всего за одну ночь они совершили переворот, перерезав горло приверженцам короля. Аурийцы заняли столицу без потерь.
- Это было кровавое побоище? – невольно спрашивает Эмиль, содрогаясь от слов Лайи. Сам он слышал о тех событиях лишь со слов других правителей. Когда те еще оставались на континенте.
- Не совсем. Солдаты сделали все без лишнего шума. Они не тронули слуг и убедили их в том, что приход Каталины только к лучшему. Конечно, каждый из нас слышал, что говорят о набегах Алистер. О том, как она буквально поглощает одно королевство за другим, присваивая себе эти земли. Нам было страшно, но это лучше, чем жить под тиранией короля. У нас был шанс остаться независимыми, если бы Каталина не провела всю неделю в кругу кухарок, уборщиков и тех, кто прислуживает правителю за столом. Она почти не вылезала с нижних этажей и собирала информацию. Думаю, это стало решающим фактором для слияния с империей.
Эмиль делает глубокий вдох. Как много он не знает о Каталине. О той, кто искренне предлагал ему помощь. А он посмел так просто отвергнуть ее! Должно быть, она теперь ненавидит его. Ну и поделом ему.
- Когда я увидел ее в первый раз, мне было жутко, - усмехается Эмиль, вспоминая свою встречу с императрицей. – Я столько всего слышал об этой женщине. О ее жестокости и хладнокровии.
- Каталина вовсе не жестокая! – горячо возражает девушка, подавшись вперед. – Она справедливая и добрая. Каталина убедилась в том, что люди страдают под властью короля, узнала об их настроениях. И только потом решила захватить королевство. Каталина лично казнила нашего правителя на следующий день на виду у всех обитателей дворца.
