Старые, видавшие лучшие дни стены общежития были самым замечательным домом в её жизни. Пары уже закончились, так что вахтер не обратил внимания на ещё одну студентку. Паровой лифт полз наверх и натужно пыхтел, только кто ж его отпустит на покой.
Открыла комнату своим ключом и тут же наткнулась на Марью со сковородкой наперевес.
– Ой, Виорочка! Как здорово!
Сковородка вернулась обратно на полочку, а подруги уселись к Марье на кровать.
– Слушай, твой маг, конечно, лапушка и красавчик, но поговорить толком не дал, только командовал.
– Он не мой! Хотя да, – Виора хмыкнула, – красавчик, и с этим не поспоришь. Вчера мы спешили. А сегодня я так вымоталась, что слов нет. Есть что-нибудь перекусить кроме сковородки?
– А как же ж!
Тут же появились бутерброды и стакан чая. Впрочем, как появились, так и исчезли. Сделав последний глоток, Виора, сытая и довольная, откинулась на стену. Марья смотрела с неудержимым любопытством и, похоже, только забота о подруге удерживала её от того, чтобы обрушить на уставшую голову град вопросов.
– Ну как?
– Что «ну как»?
– Всё!
– Марья! – Виора устало и расслабленно улыбнулась. – Учиться буду. Тут, кстати, твоя помощь нужна, я же о магах знаю немного.
– Жить где будешь?
– Скорее всего, где-то рядом с будущим учителем. Вот на что я буду жить – вопрос гораздо сложнее. Эти два дня меня кормил Ньёр…
– Ой, а почему он не может быть твоим учителем?
– Потому что не любит девушек, сулящих проблемы.
– Подумаешь! Какие проблемы?
– Ты слышала о магах, которые женятся, остаются верными, растят детей?
– Такие есть! Кажется. Ну, двое или трое точно.
– Очень много. А мне хватило грязи от людей, я семью хочу, надежную, чтобы не оглядываться, не думать: с кем он там, поможет ли. Ну ты поняла!
– Ага, как мой папа.
– Как-то так. Ладно, о муже думать пока рано.
– О таком думать никогда не рано!
– Марья! С жизнью бы со своей сейчас разобраться, тем более, что грозит новая волна сплетен.
– Всё будет хорошо! – и широко улыбнулась в ответ на недоверчивый взгляд подруги. – Жаль, что ты уедешь, мне будет одиноко. В больнице о тебе спрашивали. Я сказала, что ты взяла открепление на два катрена, чтобы получить смежную профессию.
– Хорошо. Потом сами всё узнают. Ньёр сказал, что я обязательно должна быть представлена царю и его семье весной, на новогоднем балу.
– Круто! Прямо во дворце, да?
– Ну не в городском парке, уж точно! Марья, ты не раскисай – нам надо придумать, где деньги на всё это брать.
Весь восторг тут же словно ветром в форточку выдуло. Обе хорошо представляли, какая сумма для этого нужна.
– Госпожа Тамири спрашивала, не нужна ли мне подработка, сиделкой. Родные одного пациента интересовались. Правда, там по вечерам, днем с ним кто-то из родственников сидит и медсестра.
– А учиться ты когда будешь? Ни один из преподов послабления не даст, да и профессия, надо всё знать.
Марья огорченно поникла:
– У меня нет других вариантов.
У Виоры их тоже не было. Пока.
– Давай посмотрим список магов, ты мне про них расскажешь. Может, я во время учебы смогу подрабатывать мелкими чарами.
– Давай.
Они долго сидели с тем самым листком, что прислал неизвестный пока Виоре председатель Совета магов, а Марья пересказывала всё, вычитанное в газетах. В первую очередь интересовала магическая специализация, но и откровенных бабников и подлецов тоже хотелось избежать. Увлеклись так, что внезапно упавшая Виоре на колени записка испугала обеих. Асго-Дакир интересовался, может ли он уже подъехать её забрать и собственно куда подъезжать. Она выглянула в окно – а ведь и вправду сумерки и надо снова что-то решать с ночевкой. А наглый огневик отказывается оставлять её одну, будто дитя малое. Надо бы чувствовать себя польщенной – всех своих поклонниц отодвинул ради неё. Ради девушки, сулящей проблемы. Только вот не чувствовала. Марья заглядывала через плечо и хитро улыбалась.
– Остынь, сводница недоделанная! Нет здесь ничего, маг просто не хочет, чтобы я опять сорвалась, пока он за мною – она насмешливо фыркнула – «присматривает».
Но подруга была неисправимо романтична. Вира только надеялась, что пока её не будет, никакой смазливый бабник голову Марье не задурит. Пересев за стол, девушка обмакнула стержень в чернила и на обратной стороне записки быстро написала ответ. Ни в коем случае она не позволит студентам из общежития увидеть, как против ночи садится в экипаж к мужчине. Пусть встречает её через полчаса у катрейской прачечной, что на углу Абрикосовой и Виноградной улиц.
Марья обняла на прощанье крепко-крепко, едва не плача.
– Пиши обязательно свои страшные прямо на голову письма. А я на них буду ответы писать.
Виора тоже её обнимала, боясь отпустить. Если с нею что-то случится, оплакивать будет только Марья, всем остальным и дела нет. Нерадостная мысль, но нагулянной приблуде вряд ли стоит ожидать большего. Виора уже привыкла преодолевать препятствия. С таким настроем девушка решительно шла по улице к месту встречи. В сумке лежал заветный список, а уж добыть знания и применить их с пользой она сумеет.
На перекрестке двух тихих улочек стояло длинное двухэтажное здание с резными, выкрашенными в белый цвет деревянными наличниками вокруг огромной двери и широких окон – катрейская прачечная. Таких во всех крупных городах хватает, но конкретно перед этой стоял экипаж, а в нём сидел элегантный вельможа, и его золотые, чуть более длинные, чем у военных, волосы едва ли не сверкали в желтом свете фонарей. Ньёр Асго-Дакир во всем своем сводящем дам с ума великолепии. Слава богам, ей осталось продержаться в его обществе до завтра. Ведь держалась же она от всех других красивых и самоуверенных господ в стороне.
Виора поправила воротник шубы – старенькая она уже, но держится – и с самым своим уверенным видом подошла к экипажу. Увидев её, мужчина тут же поднялся, открыл дверцу и помог ей сесть.
– Ужин снова в номер или мы куда-нибудь пойдем?
Виора невольно сглотнула, есть хотелось неимоверно, но быть кому-то обязанной гораздо хуже и горше.
– Я не голодна, благодарю.
Ньёр окинул её взглядом с головы до ног, отметив и крепко стиснутые губы, и пальцы, вцепившиеся в сумку. Не так давно он тоже изо всех сил отстаивал собственную независимость.
– Даже завидую, но лично я очень сильно проголодался. А поскольку от людей уже к вечеру тошно, предлагаю, как вчера, заказать ужин в номер.
– В гостинице подумают…
– Что мне очень повезло. Но никому ничего, особенно репортерам, не скажут. «Ана-Аир» дорожит репутацией одной из лучших гостиниц государства.
Судя по всему мужчина уже принял решение. Спорить с ним можно было бы, вот только зачем это делать из-за мелочи.
– Хорошо.
Ньёр отдал распоряжение извозчику, про себя посмеиваясь, что холодной аристократичности её манер могли бы поучиться некоторые знатные фамилии.
– Ты определилась уже со списком?
– Да, почти. Мне будет легче, если учить меня будет ледяной маг.
– Тогда там остается всего трое.
– Я же могу окончательный ответ дать после личной встречи?
– Вообще-то такое не принято, но только из-за того, что учат детей-магов родственники. Готов поспорить на десять рублей, что Ильтмар очень хочет произвести впечатление доброго волшебника.
Виора отвлеклась от разглядывания улиц и повернулась к спутнику.
– Ты его не любишь?
– Не совсем так. Просто он, как и все почти маги, перевалившие за сотню лет, в первую очередь думает о политике и интригах. А я для этого слишком молод.
– Он захочет меня использовать?
– Он захочет, чтобы ты поддерживала его позицию и задавала поменьше вопросов.
Девушка кивнула, а Ньёру вдруг захотелось её встряхнуть. Игры магов – это не мелкие группки единомышленников на потоке. Это хитрые многоуровневые рассчеты, в которых жертв не считают и о них не жалеют. Даже ледяное сердце – а у скромной красавицы оно не такое – не избежит боли и разочарования. Нужно менять тему.
– Я заказал билеты на поезд. Завтра в 11.40 уезжаем в Октрас, столицу магов. Так что двадцать часов в пути и ты вольёшься в наш тесный, дружный паучий коллектив. – А глаза у неё светло-серые и в глубине зрачков будто кружит метель. Ньёр мысленно отвесил себе подзатыльник: не с чего раскисать и думать всякую романтическую чушь.
Остаток вечера прошел как точная копия предыдущего: ужин (всё-таки на двоих), скомканность общения и наконец сон.
Ночью Виора проснулась от того, что ей было очень жарко. На короткий миг показалось, что она в горах, в парилке, а наставница отмеряет время её наказала. Тут же изнутри поднялся холод, стало легче дышать и девушка осознала, где находится.
Просто один очень горячий маг, распинавшийся о широкой кровати, придвинулся к ней вплотную, даже руку на талию положил, и греет. Печка ходячая!
Попыталась его отодвинуть, но не тут-то было. Ох, он же магии вливал в заклинания гораздо больше неё, просто образец мужского благородства, вот усталость и скосила «рыцаря».
Осторожно, медленными выдохами Виора выпустила немного холода. Сразу стало легче, кожа больше не горела как от ожогов. Попыталась ещё раз его отодвинуть или откатиться сама, но Ньёр, несмотря на сон, держал её крепко. Ладно, к утру точно откатится, а ей нужно спать, как и её совести и смущению.
Ей было тепло, но не жгло. И ещё изнутри распирало чувство огромного довольства и просто солнечного счастья. Виора попыталась потянуться, но что-то большое и твердое мешало. И очень теплое.
Распахнула глаза и замерла. Ньёр во сне притянул её к себе полностью и теперь обнимал, словно заключив в кокон. И от этого ей так хорошо? Что её так просто обнимают? Но ведь Марья тоже… очень редко решалась по-настоящему обнять её, хотя знала все секреты. Или всё же Ньёр знал больше? Он понимал то нечто, бушующее в груди.
Виора на секунду позволила себе расслабиться и насладиться этим ощущением тепла, от которого не больно. Всего на секунду. А потом осторожно начала выпутываться из этого кокона. Мужчина что-то сквозь зубы пробормотал и перевернулся, наполовину подмяв девушку под себя.
– Эй!
Но выбраться не получалось.
– Проснись, ты весишь целую тонну!
Темно-золотые ресницы задрожали, потом на неё сонно посмотрели знакомые голубые глаза с искорками пламени в зрачках.
– Доброе утро, красавица! Какое приятное пробуждение!
– Слезь с меня!
– Угу! – Медленно-медленно, сонно улыбаясь, мужчина откатился. Он опять спал поверх одеяла, так что всё – условно – в рамках приличий, никаких поползновений. А во сне же не считается? Хотя кому она это докажет. Дура, надо было всё-таки проявить твердость и ночевать в общежитии.
– Я ещё немного подремаю. – и Ньёр опять закрыл глаза. Виора, пользуясь моментом, быстро подхватилась на ноги, взяла одежду и спряталась в ванной.
Может, через несколько лет она и не будет стесняться просыпаться в одной кровати с мужчиной? Может, прав был отчим и она изначально порченная? Нужно брать себя в руки. Поэтому привела себя в порядок, заплела снова косу и застегнула на все пуговицы платье. Третий день в одном и том же наряде – стыдоба! Только второе платье стоило пока поберечь. Или нет?
Виора хмуро взглянула на своё отражение: к чему сейчас эта блажь принарядиться для Ньёра? Он всё равно не смотрит на неё так, как хотелось. Отряхнула несуществующие соринки с юбки и вышла обратно в спальню. Для неё самое главное сейчас – стать полноценным магом. Только так получит настоящую свободу, как во время метели.
Ньр всё ещё лежал в постели, так что Виора не стала задерживаться в спальне и прошла сразу в гостиную. Вещи собраны, до поезда можно почитать что-то из конспектов. Вскоре появился и маг, тоже собранный и готовый к дороге.
Быстрый завтрак, поездка в экипаже, шумный вокзал и, наконец, замкнутая неловкость купе. Может, маги и плевать хотели на все условности, но Виоре отчим с наставницей правила приличия вбили в голову крепко-накрепко. Поэтому большую часть времени она просидела, уткнувшись в конспекты. Ньёр её не трогал, то где-то пропадая, то так же молча сидя на койке напротив.
Ночь была бессонной, так что утром в Октрас Виора приехала в состоянии напряженной до предела струны. Ньёр, быстро найдя носильщика, потянул девушку к выходу с перрона, а затем в экипаж.
Город магов ошеломлял. Он был гораздо меньше, чем Яртбор, но такой яркий и громкий, как веселый студент-шалопай в сравнении со степенным господином.
Они недолго колесили по звонким улицам, экипаж подвез к дому председателя Совета магов. Высокий, с узкими окнами и остроконечной крышей, дом напоминал средневековую обитель: серую, мрачную и неприступную.
– Ильтмар Ксои-Тан – маг воздуха, особенно хороши в его исполнении сквозняки-простудники. А ещё сквозняки, говорят, носят слухи.
– Это предупреждение?
– Напутствие. – мужчина вышел из экипажа и подал ей руку.
За легкой кованной оградой на бледных клумбах возился слуга. Увидев прибывших, он тут же бросился помогать с чемоданами, открывать двери. Какое рвение! Кто бы его проявил не к магу, а к студентке.
Внутри эта серость и мрачность внезапно взорвалась цветом и формами. Виора на секунду замешкалась, удивленная. Появился другой слуга, более холенный и строгий.
– Рады приветствовать вас, господа маги. Господин Ксои-Тан примет в кабинете. Прошу вас.
Ньёр по-прежнему придерживал её ладонь на своем локте и уверенно шел по коридору. Рядом с ним и девушка держала лицо, легко было соответствовать этому образу.
В большом кабинете места было в избытке, за массивным столом, украшенным крупными медными накладками, сидел мужчина неопределенного возраста. Он поднялся из своего кресла навстречу гостям, продемонстрировав дорогой, на заказ пошитый костюм и широкую улыбку то ли голодного льва, то ли атакующей акулы. Чем-то на её отчима похож.
Они с Ньёром сели в кресла напротив (интересно, они специально чуть меньше хозяйского?), слуга вплыл с чаем и десертом, и беседа началась. Ньёр коротко подтвердил уже написанное в отчете и заверил председателя, что последствия обработаны и жалоб не будет. Потом Ильтмар – он просил девушку обращаться к нему по имени – с вежливой улыбкой выпроводил её единственного «защитника», и Виора осталась с ним наедине. В парилке он её не запрет, а остальное не так и страшно. Наверное.
Мужчина всё так же слишком обходительно говорил о том, как рад, что Совет магов ширится. Вопрос со стипендией, то есть денежной помощью, конечно, решится путем беспроцентного кредитования. Её учитель – кстати, она уже выбрала себе его? – возьмет на себя все расходы по содержанию ученицы, а она потом отдаст со своих гонораров. Такой подход её устраивает? Отлично! Хочет встретиться с тремя предполагаемыми учителями? Чудесно, обязательно их пригласим на днях для общения, а ещё через три недели очередное заседание. Пожить пока можно будет в его доме. Неприлично? Ах, полноте, магов не волнуют такие мелочи и условности, но если таково желание барышни, то сделаем.
– Хотя бы отобедать в моем доме, Виора, я надеюсь, вы согласитесь?
– Почту за честь.
– К нам присоединятся ещё двое магов. Ангир Ферух-Аддэ, маг воздуха, как и я, и Мьёса Асго-Тарен, маг земли. Кстати, Мьёса – сводная сестра уже хорошо вам знакомого Ньёра. Его отец – весьма темпераментный мужчина.
Открыла комнату своим ключом и тут же наткнулась на Марью со сковородкой наперевес.
– Ой, Виорочка! Как здорово!
Сковородка вернулась обратно на полочку, а подруги уселись к Марье на кровать.
– Слушай, твой маг, конечно, лапушка и красавчик, но поговорить толком не дал, только командовал.
– Он не мой! Хотя да, – Виора хмыкнула, – красавчик, и с этим не поспоришь. Вчера мы спешили. А сегодня я так вымоталась, что слов нет. Есть что-нибудь перекусить кроме сковородки?
– А как же ж!
Тут же появились бутерброды и стакан чая. Впрочем, как появились, так и исчезли. Сделав последний глоток, Виора, сытая и довольная, откинулась на стену. Марья смотрела с неудержимым любопытством и, похоже, только забота о подруге удерживала её от того, чтобы обрушить на уставшую голову град вопросов.
– Ну как?
– Что «ну как»?
– Всё!
– Марья! – Виора устало и расслабленно улыбнулась. – Учиться буду. Тут, кстати, твоя помощь нужна, я же о магах знаю немного.
– Жить где будешь?
– Скорее всего, где-то рядом с будущим учителем. Вот на что я буду жить – вопрос гораздо сложнее. Эти два дня меня кормил Ньёр…
– Ой, а почему он не может быть твоим учителем?
– Потому что не любит девушек, сулящих проблемы.
– Подумаешь! Какие проблемы?
– Ты слышала о магах, которые женятся, остаются верными, растят детей?
– Такие есть! Кажется. Ну, двое или трое точно.
– Очень много. А мне хватило грязи от людей, я семью хочу, надежную, чтобы не оглядываться, не думать: с кем он там, поможет ли. Ну ты поняла!
– Ага, как мой папа.
– Как-то так. Ладно, о муже думать пока рано.
– О таком думать никогда не рано!
– Марья! С жизнью бы со своей сейчас разобраться, тем более, что грозит новая волна сплетен.
– Всё будет хорошо! – и широко улыбнулась в ответ на недоверчивый взгляд подруги. – Жаль, что ты уедешь, мне будет одиноко. В больнице о тебе спрашивали. Я сказала, что ты взяла открепление на два катрена, чтобы получить смежную профессию.
– Хорошо. Потом сами всё узнают. Ньёр сказал, что я обязательно должна быть представлена царю и его семье весной, на новогоднем балу.
– Круто! Прямо во дворце, да?
– Ну не в городском парке, уж точно! Марья, ты не раскисай – нам надо придумать, где деньги на всё это брать.
Весь восторг тут же словно ветром в форточку выдуло. Обе хорошо представляли, какая сумма для этого нужна.
– Госпожа Тамири спрашивала, не нужна ли мне подработка, сиделкой. Родные одного пациента интересовались. Правда, там по вечерам, днем с ним кто-то из родственников сидит и медсестра.
– А учиться ты когда будешь? Ни один из преподов послабления не даст, да и профессия, надо всё знать.
Марья огорченно поникла:
– У меня нет других вариантов.
У Виоры их тоже не было. Пока.
– Давай посмотрим список магов, ты мне про них расскажешь. Может, я во время учебы смогу подрабатывать мелкими чарами.
– Давай.
Они долго сидели с тем самым листком, что прислал неизвестный пока Виоре председатель Совета магов, а Марья пересказывала всё, вычитанное в газетах. В первую очередь интересовала магическая специализация, но и откровенных бабников и подлецов тоже хотелось избежать. Увлеклись так, что внезапно упавшая Виоре на колени записка испугала обеих. Асго-Дакир интересовался, может ли он уже подъехать её забрать и собственно куда подъезжать. Она выглянула в окно – а ведь и вправду сумерки и надо снова что-то решать с ночевкой. А наглый огневик отказывается оставлять её одну, будто дитя малое. Надо бы чувствовать себя польщенной – всех своих поклонниц отодвинул ради неё. Ради девушки, сулящей проблемы. Только вот не чувствовала. Марья заглядывала через плечо и хитро улыбалась.
– Остынь, сводница недоделанная! Нет здесь ничего, маг просто не хочет, чтобы я опять сорвалась, пока он за мною – она насмешливо фыркнула – «присматривает».
Но подруга была неисправимо романтична. Вира только надеялась, что пока её не будет, никакой смазливый бабник голову Марье не задурит. Пересев за стол, девушка обмакнула стержень в чернила и на обратной стороне записки быстро написала ответ. Ни в коем случае она не позволит студентам из общежития увидеть, как против ночи садится в экипаж к мужчине. Пусть встречает её через полчаса у катрейской прачечной, что на углу Абрикосовой и Виноградной улиц.
Марья обняла на прощанье крепко-крепко, едва не плача.
– Пиши обязательно свои страшные прямо на голову письма. А я на них буду ответы писать.
Виора тоже её обнимала, боясь отпустить. Если с нею что-то случится, оплакивать будет только Марья, всем остальным и дела нет. Нерадостная мысль, но нагулянной приблуде вряд ли стоит ожидать большего. Виора уже привыкла преодолевать препятствия. С таким настроем девушка решительно шла по улице к месту встречи. В сумке лежал заветный список, а уж добыть знания и применить их с пользой она сумеет.
Глава 15
На перекрестке двух тихих улочек стояло длинное двухэтажное здание с резными, выкрашенными в белый цвет деревянными наличниками вокруг огромной двери и широких окон – катрейская прачечная. Таких во всех крупных городах хватает, но конкретно перед этой стоял экипаж, а в нём сидел элегантный вельможа, и его золотые, чуть более длинные, чем у военных, волосы едва ли не сверкали в желтом свете фонарей. Ньёр Асго-Дакир во всем своем сводящем дам с ума великолепии. Слава богам, ей осталось продержаться в его обществе до завтра. Ведь держалась же она от всех других красивых и самоуверенных господ в стороне.
Виора поправила воротник шубы – старенькая она уже, но держится – и с самым своим уверенным видом подошла к экипажу. Увидев её, мужчина тут же поднялся, открыл дверцу и помог ей сесть.
– Ужин снова в номер или мы куда-нибудь пойдем?
Виора невольно сглотнула, есть хотелось неимоверно, но быть кому-то обязанной гораздо хуже и горше.
– Я не голодна, благодарю.
Ньёр окинул её взглядом с головы до ног, отметив и крепко стиснутые губы, и пальцы, вцепившиеся в сумку. Не так давно он тоже изо всех сил отстаивал собственную независимость.
– Даже завидую, но лично я очень сильно проголодался. А поскольку от людей уже к вечеру тошно, предлагаю, как вчера, заказать ужин в номер.
– В гостинице подумают…
– Что мне очень повезло. Но никому ничего, особенно репортерам, не скажут. «Ана-Аир» дорожит репутацией одной из лучших гостиниц государства.
Судя по всему мужчина уже принял решение. Спорить с ним можно было бы, вот только зачем это делать из-за мелочи.
– Хорошо.
Ньёр отдал распоряжение извозчику, про себя посмеиваясь, что холодной аристократичности её манер могли бы поучиться некоторые знатные фамилии.
– Ты определилась уже со списком?
– Да, почти. Мне будет легче, если учить меня будет ледяной маг.
– Тогда там остается всего трое.
– Я же могу окончательный ответ дать после личной встречи?
– Вообще-то такое не принято, но только из-за того, что учат детей-магов родственники. Готов поспорить на десять рублей, что Ильтмар очень хочет произвести впечатление доброго волшебника.
Виора отвлеклась от разглядывания улиц и повернулась к спутнику.
– Ты его не любишь?
– Не совсем так. Просто он, как и все почти маги, перевалившие за сотню лет, в первую очередь думает о политике и интригах. А я для этого слишком молод.
– Он захочет меня использовать?
– Он захочет, чтобы ты поддерживала его позицию и задавала поменьше вопросов.
Девушка кивнула, а Ньёру вдруг захотелось её встряхнуть. Игры магов – это не мелкие группки единомышленников на потоке. Это хитрые многоуровневые рассчеты, в которых жертв не считают и о них не жалеют. Даже ледяное сердце – а у скромной красавицы оно не такое – не избежит боли и разочарования. Нужно менять тему.
– Я заказал билеты на поезд. Завтра в 11.40 уезжаем в Октрас, столицу магов. Так что двадцать часов в пути и ты вольёшься в наш тесный, дружный паучий коллектив. – А глаза у неё светло-серые и в глубине зрачков будто кружит метель. Ньёр мысленно отвесил себе подзатыльник: не с чего раскисать и думать всякую романтическую чушь.
Остаток вечера прошел как точная копия предыдущего: ужин (всё-таки на двоих), скомканность общения и наконец сон.
Глава 16
Ночью Виора проснулась от того, что ей было очень жарко. На короткий миг показалось, что она в горах, в парилке, а наставница отмеряет время её наказала. Тут же изнутри поднялся холод, стало легче дышать и девушка осознала, где находится.
Просто один очень горячий маг, распинавшийся о широкой кровати, придвинулся к ней вплотную, даже руку на талию положил, и греет. Печка ходячая!
Попыталась его отодвинуть, но не тут-то было. Ох, он же магии вливал в заклинания гораздо больше неё, просто образец мужского благородства, вот усталость и скосила «рыцаря».
Осторожно, медленными выдохами Виора выпустила немного холода. Сразу стало легче, кожа больше не горела как от ожогов. Попыталась ещё раз его отодвинуть или откатиться сама, но Ньёр, несмотря на сон, держал её крепко. Ладно, к утру точно откатится, а ей нужно спать, как и её совести и смущению.
Ей было тепло, но не жгло. И ещё изнутри распирало чувство огромного довольства и просто солнечного счастья. Виора попыталась потянуться, но что-то большое и твердое мешало. И очень теплое.
Распахнула глаза и замерла. Ньёр во сне притянул её к себе полностью и теперь обнимал, словно заключив в кокон. И от этого ей так хорошо? Что её так просто обнимают? Но ведь Марья тоже… очень редко решалась по-настоящему обнять её, хотя знала все секреты. Или всё же Ньёр знал больше? Он понимал то нечто, бушующее в груди.
Виора на секунду позволила себе расслабиться и насладиться этим ощущением тепла, от которого не больно. Всего на секунду. А потом осторожно начала выпутываться из этого кокона. Мужчина что-то сквозь зубы пробормотал и перевернулся, наполовину подмяв девушку под себя.
– Эй!
Но выбраться не получалось.
– Проснись, ты весишь целую тонну!
Темно-золотые ресницы задрожали, потом на неё сонно посмотрели знакомые голубые глаза с искорками пламени в зрачках.
– Доброе утро, красавица! Какое приятное пробуждение!
– Слезь с меня!
– Угу! – Медленно-медленно, сонно улыбаясь, мужчина откатился. Он опять спал поверх одеяла, так что всё – условно – в рамках приличий, никаких поползновений. А во сне же не считается? Хотя кому она это докажет. Дура, надо было всё-таки проявить твердость и ночевать в общежитии.
– Я ещё немного подремаю. – и Ньёр опять закрыл глаза. Виора, пользуясь моментом, быстро подхватилась на ноги, взяла одежду и спряталась в ванной.
Может, через несколько лет она и не будет стесняться просыпаться в одной кровати с мужчиной? Может, прав был отчим и она изначально порченная? Нужно брать себя в руки. Поэтому привела себя в порядок, заплела снова косу и застегнула на все пуговицы платье. Третий день в одном и том же наряде – стыдоба! Только второе платье стоило пока поберечь. Или нет?
Виора хмуро взглянула на своё отражение: к чему сейчас эта блажь принарядиться для Ньёра? Он всё равно не смотрит на неё так, как хотелось. Отряхнула несуществующие соринки с юбки и вышла обратно в спальню. Для неё самое главное сейчас – стать полноценным магом. Только так получит настоящую свободу, как во время метели.
Ньр всё ещё лежал в постели, так что Виора не стала задерживаться в спальне и прошла сразу в гостиную. Вещи собраны, до поезда можно почитать что-то из конспектов. Вскоре появился и маг, тоже собранный и готовый к дороге.
Быстрый завтрак, поездка в экипаже, шумный вокзал и, наконец, замкнутая неловкость купе. Может, маги и плевать хотели на все условности, но Виоре отчим с наставницей правила приличия вбили в голову крепко-накрепко. Поэтому большую часть времени она просидела, уткнувшись в конспекты. Ньёр её не трогал, то где-то пропадая, то так же молча сидя на койке напротив.
Ночь была бессонной, так что утром в Октрас Виора приехала в состоянии напряженной до предела струны. Ньёр, быстро найдя носильщика, потянул девушку к выходу с перрона, а затем в экипаж.
Глава 17
Город магов ошеломлял. Он был гораздо меньше, чем Яртбор, но такой яркий и громкий, как веселый студент-шалопай в сравнении со степенным господином.
Они недолго колесили по звонким улицам, экипаж подвез к дому председателя Совета магов. Высокий, с узкими окнами и остроконечной крышей, дом напоминал средневековую обитель: серую, мрачную и неприступную.
– Ильтмар Ксои-Тан – маг воздуха, особенно хороши в его исполнении сквозняки-простудники. А ещё сквозняки, говорят, носят слухи.
– Это предупреждение?
– Напутствие. – мужчина вышел из экипажа и подал ей руку.
За легкой кованной оградой на бледных клумбах возился слуга. Увидев прибывших, он тут же бросился помогать с чемоданами, открывать двери. Какое рвение! Кто бы его проявил не к магу, а к студентке.
Внутри эта серость и мрачность внезапно взорвалась цветом и формами. Виора на секунду замешкалась, удивленная. Появился другой слуга, более холенный и строгий.
– Рады приветствовать вас, господа маги. Господин Ксои-Тан примет в кабинете. Прошу вас.
Ньёр по-прежнему придерживал её ладонь на своем локте и уверенно шел по коридору. Рядом с ним и девушка держала лицо, легко было соответствовать этому образу.
В большом кабинете места было в избытке, за массивным столом, украшенным крупными медными накладками, сидел мужчина неопределенного возраста. Он поднялся из своего кресла навстречу гостям, продемонстрировав дорогой, на заказ пошитый костюм и широкую улыбку то ли голодного льва, то ли атакующей акулы. Чем-то на её отчима похож.
Они с Ньёром сели в кресла напротив (интересно, они специально чуть меньше хозяйского?), слуга вплыл с чаем и десертом, и беседа началась. Ньёр коротко подтвердил уже написанное в отчете и заверил председателя, что последствия обработаны и жалоб не будет. Потом Ильтмар – он просил девушку обращаться к нему по имени – с вежливой улыбкой выпроводил её единственного «защитника», и Виора осталась с ним наедине. В парилке он её не запрет, а остальное не так и страшно. Наверное.
Мужчина всё так же слишком обходительно говорил о том, как рад, что Совет магов ширится. Вопрос со стипендией, то есть денежной помощью, конечно, решится путем беспроцентного кредитования. Её учитель – кстати, она уже выбрала себе его? – возьмет на себя все расходы по содержанию ученицы, а она потом отдаст со своих гонораров. Такой подход её устраивает? Отлично! Хочет встретиться с тремя предполагаемыми учителями? Чудесно, обязательно их пригласим на днях для общения, а ещё через три недели очередное заседание. Пожить пока можно будет в его доме. Неприлично? Ах, полноте, магов не волнуют такие мелочи и условности, но если таково желание барышни, то сделаем.
– Хотя бы отобедать в моем доме, Виора, я надеюсь, вы согласитесь?
– Почту за честь.
– К нам присоединятся ещё двое магов. Ангир Ферух-Аддэ, маг воздуха, как и я, и Мьёса Асго-Тарен, маг земли. Кстати, Мьёса – сводная сестра уже хорошо вам знакомого Ньёра. Его отец – весьма темпераментный мужчина.
