Когда я в очередной раз взглянула в зеркало, то невольно вздохнула. Правда, сама не определилась: с восхищением это сделала или же со скрытым негодованием.
Из зеркала на меня взглянула незнакомка. Рыжая и наверняка бесстыжая, как сказала бы моя матушка. В платье, которое обязательно заставит мужчин вожделеюще смотреть мне вслед.
Н-да, если Томас хотел привлечь ко мне внимание — то выбрал для этого самый верный способ. Я не сомневалась, что теперь в любом обществе ко мне будут прикованы глаза всех присутствующих. Я была словно… словно…
— Ты великолепна! — восхищенно выдохнул за моей спиной Томас, беззвучно войдя в комнату.
Я кинула на него взгляд через отражение и мысленно присвистнула, оценив преображение Томаса в настоящего светского льва. Он сменил халат на камзол глубокого синего цвета, который прекрасно подчеркивал оттенок его глаз. Рукава сего одеяния были украшены вышивкой ручной работы, на тонких пальцах опять красовались массивные перстни с драгоценными камнями просто-таки неприличных размеров. А вот повязка на лбу все еще осталась, видимо, рана оказалась серьезной, раз ее не сумел быстро вылечить какой-нибудь приглашенный целитель.
Затем я перевела взгляд на себя, невежливо не отреагировав на его комплимент. Нет, пожалуй, я все-таки выгляжу как девица не слишком тяжелого поведения. Правда, роскошно одетая, но все же. Не сомневаюсь, что в родном Итроне меня не пустили бы на порог любого мало-мальски приличного заведения.
— Правда, все портит слишком кислое выражение твоего лица, — с насмешкой продолжил Томас, и в отражении я увидела, как он подошел ближе. Остановился почти вплотную от меня, наклонился и вкрадчиво прошептал на ухо: — Улыбайся, Аль! Людей раздражают богатые, красивые личности, откровенно плюющие на всяческие условности и правила.
— Я не люблю никого раздражать, — хмуро возразила я, поморщившись от того, что он опять назвал меня таким отвратительным сокращением, более напоминающим собачью кличку.
— И зря. — Томас воссиял настолько радостной улыбкой, будто поднятая тема доставляла ему искреннее наслаждение. — Поверь мне, раздражать людей — это приятно. Очень приятно. Наблюдать за тем, как они бесятся, исходят ненавистью и злостью, но ничего не смеют сказать или сделать поперек тебя… О, разве может быть что-нибудь лучше? Но самое главное: любая эмоция заставляет человека продемонстрировать то, о чем он думает на самом деле. Я не зря говорил, что чувства делают нас слабее. И нет лучше способа, чтобы узнать самое уязвимое место противника. Разозли его как следует — и он сам даст тебе наиглавнейший козырь в игре против себя.
— Н-да, странно, что тебя не убили гораздо раньше, — не удержалась я от весьма резонного замечания. — Тяжело тебе, наверное, жить с такими убеждениями.
— Мне как раз жить легко. — Томас негромко рассмеялся, ни капли не покоробленный моим замечанием. — А вот моим врагам — не очень.
Я почувствовала, как его рука опустилась на мою талию. Скосила глаза, убедившись в этом. Затем опять посмотрела на лорда и гневно нахмурилась, намереваясь грозно потребовать от него прекратить это безобразие.
— Запомни мои слова. — Глаза Томаса сухо и страшно блеснули в отражении, и я испуганно прикусила язык, так ему ничего не сказав. — Аль, со мной нельзя ссориться.
— Да я вроде как и не собиралась, — проблеяла я, ощутив, как мое несчастное сердце сначала ухнуло в пятки, потом подскочило к горлу и там отчаянно затрепыхалась.
Но Томас опять любезно улыбался, как будто не угрожал мне только что. Более того, он наклонился ко мне и запечатлел легкий поцелуй на шее.
Я дернулась было, попыталась отпрянуть, но его рука, которая по-прежнему лежала на моей талии, в мгновение ока потяжелела, и он с легкостью удержал меня на месте.
— Никуда не годится! — возмущенно зацокал он языком, пока я хватала открытым ртом воздух, силясь не взорваться от крика, а по возможности спокойно объяснить ему, чтобы не смел так больше поступать!
— Что — «не годится»? — прошипела, страдая от отчаянного желания развернуться и врезать ему тяжелую заслуженную пощечину.
— Ты не должна подпрыгивать на месте каждый раз, когда я прикасаюсь к тебе, — пояснил Томас, явно не видя в своем поведении ничего возмутительного или переходящего за грань. — Помни, что для всех отныне ты моя невеста. Причем не просто невеста, но девушка, с которой я уже разделил постель. То бишь, смущенный румянец, сдавленные смешки, смешно округленные от возмущения глазки, обиженные губки и прочее, что любят делать девушки в пикантных ситуациях, будет неуместно.
Я вспомнила вчерашний вечер. Тот момент, когда лорд Бейрил поцеловал меня на глазах полицейского дознавателя. То бишь, то была не единичная, так сказать, акция? Он и дальше намерен так вести себя?
Сдается, кое-кто сильно погорячился, не обсудив как следует условия предполагаемого сотрудничества.
— Да, но… — пропищала, желая сказать что-нибудь очень умное и высоконравственное по поводу морали и правил приличия.
— Не беспокойся, спать с тобой я не собираюсь, — перебил меня Томас и задорно подмигнул мне в отражении. — Кстати, об этом я уже тебе говорил. Или желаешь возмутиться данному обстоятельству?
Усилием воли я промолчала, проглотив так и крутящийся на кончике языка язвительный ответ. Полагаю, лорд мнит себя красавчиком, против чар которого не способна устоять ни одна девушка. Ну что же, не буду разрушать его иллюзии. Но на самом деле он мне вообще не нравится. Ни как человек, ни, тем более, как мужчина.
— Ты не девственница, — между тем продолжил Томас, и против воли я все-таки покраснела, неприятно пораженная, насколько спокойно он затронул такую интимную тему. А лорд равнодушно продолжал, словно не понимая, почему мои уши начали полыхать нестерпимо жарким огнем стыда: — То бишь, если кто-нибудь вздумает магическим путем незаметно проверить это, то не сумеет уличить тебя в лжи. Поэтому расслабься и ни о чем не переживай. Только один человек знает, что ты — не Джессика. Сама Джессика.
«И ее предполагаемый подельник, который отправил вчера полицейского дознавателя к тебе в дом»,— подумала я, но вслух не стала этого говорить.
Думаю, Томас и сам знает об этом.
— Ну а теперь подбородок выше, улыбнись — и отправимся в гости, — с нарочитым весельем проговорил Томас.
Правда, в его глазах при этом не было и намека на радость.
Погода в столице сегодня не радовала. Ливень, под умиротворяющий звук которого мне было утром так сладко спать, и не думал униматься. Лужи пузырились под нескончаемым дождем, порывы холодного ветра чуть ли не до земли пригибали деревья, над городом повисли тяжелые темные тучи, и по всему было видно, что непогода затянется надолго.
Томас был настолько любезен, что помог мне надеть длинное строгое пальто. Более того, он даже раскрыл надо мной зонтик, поэтому ни капли не упало на мою голову, пока я преодолевала несколько шагов, отделяющих меня от кареты, зябко кутаясь в манто, которое мне тоже досталось в наследство от таинственно пропавшей Джессики.
Кучер, дождавшись, когда мы сядем в повозку, тут же мягко тряхнул поводьями, и мы отправились в путь. Я машинально отметила, что Томас не отдал никаких распоряжений. По всей видимости, он заранее предупредил, куда нас следует доставить.
За окнами медленно проплывали опустевшие на время ненастья улицы Бриастля. Город казался вымершим. Лишь изредка я замечала одиноких прохожих, торопящихся по своим делам. И каждый раз задумывалась — что же заставило несчастных покинуть теплый уютный дом в такой ливень?
Томас молчал, не мешая мне разглядывать пока еще совершенно незнакомый город. Я то и дело бросала на него легкие любопытствующие взгляд, но лорд словно задремал. Он сидел напротив меня, расслабленно откинувшись на спинку сиденья. Глубокая тень скрывала его лицо, поэтому было непонятно, спит ли он или бодрствует.
— К кому мы едем? — наконец, осмелилась я первой прервать затянувшееся молчание.
По-моему, Томас обязан сказать мне хотя бы имя первого гостя. Должна ведь я знать, как к нему обращаться.
Но лорд Бейрил предпочел проигнорировать мой вопрос. Он даже не пошевелился, будто действительно заснул.
Я раздраженно покачала головой. Нет, чем дольше я общаюсь с ним, тем больше он мне не нравится! Самовлюбленный, чванливый, грубый… А ведь я должна изображать любовь к этому человеку. Ох, и непросто же мне придется!
Однако я не успела углубиться в размышления о тяжести выбранной доли. В этот момент карета мягко дернулась и остановилась.
Я мгновенно напряглась, осознав, что мы прибыли по назначению. Итак, сейчас я увижу человека, который, по всей видимости, является подельником Джессики. Иначе с чего вдруг он натравил вчера на Томаса полицейского дознавателя?
Я сейчас испытывала сложную смесь эмоций. Естественно, страх, что мой обман разоблачат, и меня выставят как самозванку. Помимо этого я боялась, что неизвестный пока преступник в своем стремлении расправиться с лордом Бейрилом вполне может напасть и на меня. Но к испугу и нервному напряжению примешивалась нотка непонятного восхищенного ожидания. Мне было так интересно, что же последует дальше! В самых смелых своих фантазиях я не могла вообразить, что сумею попасть в святая святых — высший свет Альмиона! Неужели совсем скоро я воочию увижу всех тех потомственных аристократов, о жизни которых прежде читала лишь в газетах? Жуть, как любопытно!
— Ну-с, Велдон, начнем с тебя, — пробурчал неожиданно Томас и первым выбрался из кареты.
Велдон? Это имя заставило меня нахмуриться, поэтому я замешкалась, не сразу приняв руку Томаса. Он говорит о том верзиле, который едва не размозжил мне голову в подворотне? Странно, я считала, что это хороший друг лорда Бейрила, раз он с такой готовностью принялся его спасать. Неужели ошибалась?
— Побыстрее, Джесси, — с явной ноткой нетерпения приказал Томас и прищелкнул пальцами.
Я бы могла ему сказать, что наш визит все равно выходит за общепринятые правила поведения. Нельзя являться в гости чуть свет! День только перевалил за полдень. А вдруг хозяева еще мирно почивают в теплых постелях? Дождливый день располагает к такому времяпрепровождению.
Но вслух я, понятное дело, ничего не сказала. Лишь негромко вздохнула и вложила свою руку в протянутую ладонь Томаса.
С легким щелчком над моей головой вновь раскрылся зонтик, и мы степенно прошли от кареты к каменным ступеням высокого крыльца.
Естественно, я не удержалась от вполне понятного любопытства и задрала голову, изучая дом, в которому мы прибыли.
И тут меня ожидало очередное удивление. Я думала увидеть перед собой настоящий особняк минимум в три этажа. Естественно, отгороженный от улиц Бриастля высокой решеткой, с тщательно ухоженным газоном и гравийной подъездной дорогой. Примерно такой же, в котором жил сам лорд Бейрил.
Однако реальность оказалась совсем иной. Я стояла перед обычным доходным домом, одним из тех, где любят снимать комнаты для временного проживания приезжие. Да что там, еще вчера утром я сама планировала остановиться примерно в таком же.
Я изумленно покосилась на невозмутимого Томаса. Затем опять посмотрела на дом. Это что, шутка такая? В таком случае, несмешная! Я вырядилась, как не знаю кто, и лишь потому, что считала, будто предстану перед кем-то из высшего общества Бриастля! Мой наряд вряд ли будет уместен в таком месте.
Впрочем, как и наряд самого Томаса.
— Велдон снимает здесь весь верхний этаж, — негромко проговорил Томас, вряд ли догадываясь, о чем я только что думала.
Я немного успокоилась после его слов. Ну, это лучше. Значит, мне не грозит оказаться в каком-нибудь клоповнике, где к девушкам, одетым настолько ярко, как я, принято относиться соответствующе. Высший свет, все-таки, хорош прежде всего тем, что про тебя могут думать всякое, могут даже злобно пошипеть за спиной или же отпустить язвительную шуточку. Но распускать руки там точно никто не станет.
Правда, последний вывод даже в мыслях прозвучал несколько неуверенно. Эх, по-моему, я забралась в какие-то дебри. Откуда мне знать, что принято, а что нет в высшем свете? Я ведь знаю о нем лишь из газет да рассказов знакомых.
— Пойдем, что ли. — Томас настойчиво потянул меня к двери.
— Постой, — неожиданно даже для себя вдруг уперлась я.
Лорд Бейрил обернулся ко мне и изумленно вскинул бровь.
— А ты уверен, что это хорошая идея? — слегка запинаясь, спросила я. — Если Велдон натравил на тебя полицию, то тот же дознаватель, как его там звали…
— Генри Дигенс, — подсказал мне Томас и тут же сделал знак рукой, показывая, чтобы я продолжала.
— Генри Дигенс вполне мог предупредить его, что все сорвалось, — послушно протараторила я. — И тогда нас вполне может ожидать здесь настоящая ловушка! Велдон наверняка понял, что ты тут же ринешься к нему, желая выяснить правду…
— То есть, ты считаешь, что мы сейчас угодим в западню, — задумчиво протянул Томас.
— Ну… да. — Я кивнула, удивленная, что надо подтверждать только что сказанные слова. — Это же очевидно! Будь я преступником, которого предупредили о том, что его замысел раскрыли…
— Идем! — не дослушав, вновь схватил меня за руку Томас и буквально насильно потащил к дверям. — Идем быстрее, Джесси! Застанем этого гада врасплох!
Если честно, я совершенно не хотела заставать никакого гада врасплох. В памяти было еще слишком живо воспоминание о том, как этот верзила едва не размозжил мне голову о стену, легко откинув в сторону от Томаса. Кстати, при этом он не воспользовался грубой физической силой в прямом понимании этого слова, а прибегнул к заклинанию. Получается, мы сейчас попадем в гости к магу. И неплохому магу, как я могу судить. Без боя он явно не сдастся.
Ой! От этой мысли я покрепче уперлась каблуками в крыльцо, благо, что они попали в какую-то щербинку в камне. Не хочу и не пойду!
Томас, осознав, что я не тороплюсь последовать за ним, удивленно обернулся. Затем усмехнулся, видимо, без проблем поняв причины моего молчаливого ожесточенного сопротивления. И дернул с такой силой, что едва не вырвал мне руку из сустава. В плече что-то жалобно хрустнуло, и я взвыла в полный голос от пронзившей меня острой боли.
— Идем, идем! — поторопил меня Томас, не обратив ни малейшего внимания на мой жалобный вскрик. — Быстрее, Джесси. В конце концов, за что я тебе плачу?
Правда, последнюю фразу он предусмотрительно произнес почти шепотом. И я послушно отправилась за ним. А что мне еще оставалось? Боюсь, у лорда явно не все в порядке с психикой. Кто знает, как он отреагирует, если я откажусь с ним идти. Еще изобьет, не приведи небо. Вон как глаза возбужденно блестят, даже румянец на щеках выступил.
Томас чуть ли не бегом преодолел несколько лестничных пролетов, отделяющих нас от жилища его знакомого. Я изо всех сил старалась не отставать, потому что стоило мне только слегка замешкаться, как лорд Бейрил тут же вновь нетерпеливо дергал меня за руку, и боль вновь пронзало все плечо. Наверное, он все-таки умудрился повредить мне что-то. Но жаловаться я не решалась, напуганная решительным и мрачным видом своего спутника.
Спустя несколько минут мы уже стояли около дверей, по всей видимости, ведущих в таинственную обитель Велдона.
Я вдруг насторожилась.
Из зеркала на меня взглянула незнакомка. Рыжая и наверняка бесстыжая, как сказала бы моя матушка. В платье, которое обязательно заставит мужчин вожделеюще смотреть мне вслед.
Н-да, если Томас хотел привлечь ко мне внимание — то выбрал для этого самый верный способ. Я не сомневалась, что теперь в любом обществе ко мне будут прикованы глаза всех присутствующих. Я была словно… словно…
— Ты великолепна! — восхищенно выдохнул за моей спиной Томас, беззвучно войдя в комнату.
Я кинула на него взгляд через отражение и мысленно присвистнула, оценив преображение Томаса в настоящего светского льва. Он сменил халат на камзол глубокого синего цвета, который прекрасно подчеркивал оттенок его глаз. Рукава сего одеяния были украшены вышивкой ручной работы, на тонких пальцах опять красовались массивные перстни с драгоценными камнями просто-таки неприличных размеров. А вот повязка на лбу все еще осталась, видимо, рана оказалась серьезной, раз ее не сумел быстро вылечить какой-нибудь приглашенный целитель.
Затем я перевела взгляд на себя, невежливо не отреагировав на его комплимент. Нет, пожалуй, я все-таки выгляжу как девица не слишком тяжелого поведения. Правда, роскошно одетая, но все же. Не сомневаюсь, что в родном Итроне меня не пустили бы на порог любого мало-мальски приличного заведения.
— Правда, все портит слишком кислое выражение твоего лица, — с насмешкой продолжил Томас, и в отражении я увидела, как он подошел ближе. Остановился почти вплотную от меня, наклонился и вкрадчиво прошептал на ухо: — Улыбайся, Аль! Людей раздражают богатые, красивые личности, откровенно плюющие на всяческие условности и правила.
— Я не люблю никого раздражать, — хмуро возразила я, поморщившись от того, что он опять назвал меня таким отвратительным сокращением, более напоминающим собачью кличку.
— И зря. — Томас воссиял настолько радостной улыбкой, будто поднятая тема доставляла ему искреннее наслаждение. — Поверь мне, раздражать людей — это приятно. Очень приятно. Наблюдать за тем, как они бесятся, исходят ненавистью и злостью, но ничего не смеют сказать или сделать поперек тебя… О, разве может быть что-нибудь лучше? Но самое главное: любая эмоция заставляет человека продемонстрировать то, о чем он думает на самом деле. Я не зря говорил, что чувства делают нас слабее. И нет лучше способа, чтобы узнать самое уязвимое место противника. Разозли его как следует — и он сам даст тебе наиглавнейший козырь в игре против себя.
— Н-да, странно, что тебя не убили гораздо раньше, — не удержалась я от весьма резонного замечания. — Тяжело тебе, наверное, жить с такими убеждениями.
— Мне как раз жить легко. — Томас негромко рассмеялся, ни капли не покоробленный моим замечанием. — А вот моим врагам — не очень.
Я почувствовала, как его рука опустилась на мою талию. Скосила глаза, убедившись в этом. Затем опять посмотрела на лорда и гневно нахмурилась, намереваясь грозно потребовать от него прекратить это безобразие.
— Запомни мои слова. — Глаза Томаса сухо и страшно блеснули в отражении, и я испуганно прикусила язык, так ему ничего не сказав. — Аль, со мной нельзя ссориться.
— Да я вроде как и не собиралась, — проблеяла я, ощутив, как мое несчастное сердце сначала ухнуло в пятки, потом подскочило к горлу и там отчаянно затрепыхалась.
Но Томас опять любезно улыбался, как будто не угрожал мне только что. Более того, он наклонился ко мне и запечатлел легкий поцелуй на шее.
Я дернулась было, попыталась отпрянуть, но его рука, которая по-прежнему лежала на моей талии, в мгновение ока потяжелела, и он с легкостью удержал меня на месте.
— Никуда не годится! — возмущенно зацокал он языком, пока я хватала открытым ртом воздух, силясь не взорваться от крика, а по возможности спокойно объяснить ему, чтобы не смел так больше поступать!
— Что — «не годится»? — прошипела, страдая от отчаянного желания развернуться и врезать ему тяжелую заслуженную пощечину.
— Ты не должна подпрыгивать на месте каждый раз, когда я прикасаюсь к тебе, — пояснил Томас, явно не видя в своем поведении ничего возмутительного или переходящего за грань. — Помни, что для всех отныне ты моя невеста. Причем не просто невеста, но девушка, с которой я уже разделил постель. То бишь, смущенный румянец, сдавленные смешки, смешно округленные от возмущения глазки, обиженные губки и прочее, что любят делать девушки в пикантных ситуациях, будет неуместно.
Я вспомнила вчерашний вечер. Тот момент, когда лорд Бейрил поцеловал меня на глазах полицейского дознавателя. То бишь, то была не единичная, так сказать, акция? Он и дальше намерен так вести себя?
Сдается, кое-кто сильно погорячился, не обсудив как следует условия предполагаемого сотрудничества.
— Да, но… — пропищала, желая сказать что-нибудь очень умное и высоконравственное по поводу морали и правил приличия.
— Не беспокойся, спать с тобой я не собираюсь, — перебил меня Томас и задорно подмигнул мне в отражении. — Кстати, об этом я уже тебе говорил. Или желаешь возмутиться данному обстоятельству?
Усилием воли я промолчала, проглотив так и крутящийся на кончике языка язвительный ответ. Полагаю, лорд мнит себя красавчиком, против чар которого не способна устоять ни одна девушка. Ну что же, не буду разрушать его иллюзии. Но на самом деле он мне вообще не нравится. Ни как человек, ни, тем более, как мужчина.
— Ты не девственница, — между тем продолжил Томас, и против воли я все-таки покраснела, неприятно пораженная, насколько спокойно он затронул такую интимную тему. А лорд равнодушно продолжал, словно не понимая, почему мои уши начали полыхать нестерпимо жарким огнем стыда: — То бишь, если кто-нибудь вздумает магическим путем незаметно проверить это, то не сумеет уличить тебя в лжи. Поэтому расслабься и ни о чем не переживай. Только один человек знает, что ты — не Джессика. Сама Джессика.
«И ее предполагаемый подельник, который отправил вчера полицейского дознавателя к тебе в дом»,— подумала я, но вслух не стала этого говорить.
Думаю, Томас и сам знает об этом.
— Ну а теперь подбородок выше, улыбнись — и отправимся в гости, — с нарочитым весельем проговорил Томас.
Правда, в его глазах при этом не было и намека на радость.
***
Погода в столице сегодня не радовала. Ливень, под умиротворяющий звук которого мне было утром так сладко спать, и не думал униматься. Лужи пузырились под нескончаемым дождем, порывы холодного ветра чуть ли не до земли пригибали деревья, над городом повисли тяжелые темные тучи, и по всему было видно, что непогода затянется надолго.
Томас был настолько любезен, что помог мне надеть длинное строгое пальто. Более того, он даже раскрыл надо мной зонтик, поэтому ни капли не упало на мою голову, пока я преодолевала несколько шагов, отделяющих меня от кареты, зябко кутаясь в манто, которое мне тоже досталось в наследство от таинственно пропавшей Джессики.
Кучер, дождавшись, когда мы сядем в повозку, тут же мягко тряхнул поводьями, и мы отправились в путь. Я машинально отметила, что Томас не отдал никаких распоряжений. По всей видимости, он заранее предупредил, куда нас следует доставить.
За окнами медленно проплывали опустевшие на время ненастья улицы Бриастля. Город казался вымершим. Лишь изредка я замечала одиноких прохожих, торопящихся по своим делам. И каждый раз задумывалась — что же заставило несчастных покинуть теплый уютный дом в такой ливень?
Томас молчал, не мешая мне разглядывать пока еще совершенно незнакомый город. Я то и дело бросала на него легкие любопытствующие взгляд, но лорд словно задремал. Он сидел напротив меня, расслабленно откинувшись на спинку сиденья. Глубокая тень скрывала его лицо, поэтому было непонятно, спит ли он или бодрствует.
— К кому мы едем? — наконец, осмелилась я первой прервать затянувшееся молчание.
По-моему, Томас обязан сказать мне хотя бы имя первого гостя. Должна ведь я знать, как к нему обращаться.
Но лорд Бейрил предпочел проигнорировать мой вопрос. Он даже не пошевелился, будто действительно заснул.
Я раздраженно покачала головой. Нет, чем дольше я общаюсь с ним, тем больше он мне не нравится! Самовлюбленный, чванливый, грубый… А ведь я должна изображать любовь к этому человеку. Ох, и непросто же мне придется!
Однако я не успела углубиться в размышления о тяжести выбранной доли. В этот момент карета мягко дернулась и остановилась.
Я мгновенно напряглась, осознав, что мы прибыли по назначению. Итак, сейчас я увижу человека, который, по всей видимости, является подельником Джессики. Иначе с чего вдруг он натравил вчера на Томаса полицейского дознавателя?
Я сейчас испытывала сложную смесь эмоций. Естественно, страх, что мой обман разоблачат, и меня выставят как самозванку. Помимо этого я боялась, что неизвестный пока преступник в своем стремлении расправиться с лордом Бейрилом вполне может напасть и на меня. Но к испугу и нервному напряжению примешивалась нотка непонятного восхищенного ожидания. Мне было так интересно, что же последует дальше! В самых смелых своих фантазиях я не могла вообразить, что сумею попасть в святая святых — высший свет Альмиона! Неужели совсем скоро я воочию увижу всех тех потомственных аристократов, о жизни которых прежде читала лишь в газетах? Жуть, как любопытно!
— Ну-с, Велдон, начнем с тебя, — пробурчал неожиданно Томас и первым выбрался из кареты.
Велдон? Это имя заставило меня нахмуриться, поэтому я замешкалась, не сразу приняв руку Томаса. Он говорит о том верзиле, который едва не размозжил мне голову в подворотне? Странно, я считала, что это хороший друг лорда Бейрила, раз он с такой готовностью принялся его спасать. Неужели ошибалась?
— Побыстрее, Джесси, — с явной ноткой нетерпения приказал Томас и прищелкнул пальцами.
Я бы могла ему сказать, что наш визит все равно выходит за общепринятые правила поведения. Нельзя являться в гости чуть свет! День только перевалил за полдень. А вдруг хозяева еще мирно почивают в теплых постелях? Дождливый день располагает к такому времяпрепровождению.
Но вслух я, понятное дело, ничего не сказала. Лишь негромко вздохнула и вложила свою руку в протянутую ладонь Томаса.
С легким щелчком над моей головой вновь раскрылся зонтик, и мы степенно прошли от кареты к каменным ступеням высокого крыльца.
Естественно, я не удержалась от вполне понятного любопытства и задрала голову, изучая дом, в которому мы прибыли.
И тут меня ожидало очередное удивление. Я думала увидеть перед собой настоящий особняк минимум в три этажа. Естественно, отгороженный от улиц Бриастля высокой решеткой, с тщательно ухоженным газоном и гравийной подъездной дорогой. Примерно такой же, в котором жил сам лорд Бейрил.
Однако реальность оказалась совсем иной. Я стояла перед обычным доходным домом, одним из тех, где любят снимать комнаты для временного проживания приезжие. Да что там, еще вчера утром я сама планировала остановиться примерно в таком же.
Я изумленно покосилась на невозмутимого Томаса. Затем опять посмотрела на дом. Это что, шутка такая? В таком случае, несмешная! Я вырядилась, как не знаю кто, и лишь потому, что считала, будто предстану перед кем-то из высшего общества Бриастля! Мой наряд вряд ли будет уместен в таком месте.
Впрочем, как и наряд самого Томаса.
— Велдон снимает здесь весь верхний этаж, — негромко проговорил Томас, вряд ли догадываясь, о чем я только что думала.
Я немного успокоилась после его слов. Ну, это лучше. Значит, мне не грозит оказаться в каком-нибудь клоповнике, где к девушкам, одетым настолько ярко, как я, принято относиться соответствующе. Высший свет, все-таки, хорош прежде всего тем, что про тебя могут думать всякое, могут даже злобно пошипеть за спиной или же отпустить язвительную шуточку. Но распускать руки там точно никто не станет.
Правда, последний вывод даже в мыслях прозвучал несколько неуверенно. Эх, по-моему, я забралась в какие-то дебри. Откуда мне знать, что принято, а что нет в высшем свете? Я ведь знаю о нем лишь из газет да рассказов знакомых.
— Пойдем, что ли. — Томас настойчиво потянул меня к двери.
— Постой, — неожиданно даже для себя вдруг уперлась я.
Лорд Бейрил обернулся ко мне и изумленно вскинул бровь.
— А ты уверен, что это хорошая идея? — слегка запинаясь, спросила я. — Если Велдон натравил на тебя полицию, то тот же дознаватель, как его там звали…
— Генри Дигенс, — подсказал мне Томас и тут же сделал знак рукой, показывая, чтобы я продолжала.
— Генри Дигенс вполне мог предупредить его, что все сорвалось, — послушно протараторила я. — И тогда нас вполне может ожидать здесь настоящая ловушка! Велдон наверняка понял, что ты тут же ринешься к нему, желая выяснить правду…
— То есть, ты считаешь, что мы сейчас угодим в западню, — задумчиво протянул Томас.
— Ну… да. — Я кивнула, удивленная, что надо подтверждать только что сказанные слова. — Это же очевидно! Будь я преступником, которого предупредили о том, что его замысел раскрыли…
— Идем! — не дослушав, вновь схватил меня за руку Томас и буквально насильно потащил к дверям. — Идем быстрее, Джесси! Застанем этого гада врасплох!
Если честно, я совершенно не хотела заставать никакого гада врасплох. В памяти было еще слишком живо воспоминание о том, как этот верзила едва не размозжил мне голову о стену, легко откинув в сторону от Томаса. Кстати, при этом он не воспользовался грубой физической силой в прямом понимании этого слова, а прибегнул к заклинанию. Получается, мы сейчас попадем в гости к магу. И неплохому магу, как я могу судить. Без боя он явно не сдастся.
Ой! От этой мысли я покрепче уперлась каблуками в крыльцо, благо, что они попали в какую-то щербинку в камне. Не хочу и не пойду!
Томас, осознав, что я не тороплюсь последовать за ним, удивленно обернулся. Затем усмехнулся, видимо, без проблем поняв причины моего молчаливого ожесточенного сопротивления. И дернул с такой силой, что едва не вырвал мне руку из сустава. В плече что-то жалобно хрустнуло, и я взвыла в полный голос от пронзившей меня острой боли.
— Идем, идем! — поторопил меня Томас, не обратив ни малейшего внимания на мой жалобный вскрик. — Быстрее, Джесси. В конце концов, за что я тебе плачу?
Правда, последнюю фразу он предусмотрительно произнес почти шепотом. И я послушно отправилась за ним. А что мне еще оставалось? Боюсь, у лорда явно не все в порядке с психикой. Кто знает, как он отреагирует, если я откажусь с ним идти. Еще изобьет, не приведи небо. Вон как глаза возбужденно блестят, даже румянец на щеках выступил.
Томас чуть ли не бегом преодолел несколько лестничных пролетов, отделяющих нас от жилища его знакомого. Я изо всех сил старалась не отставать, потому что стоило мне только слегка замешкаться, как лорд Бейрил тут же вновь нетерпеливо дергал меня за руку, и боль вновь пронзало все плечо. Наверное, он все-таки умудрился повредить мне что-то. Но жаловаться я не решалась, напуганная решительным и мрачным видом своего спутника.
Спустя несколько минут мы уже стояли около дверей, по всей видимости, ведущих в таинственную обитель Велдона.
Я вдруг насторожилась.
