Одногруппники обычно не щадили того, кому доставалась эта работа, я ощутила это на своей шкуре, когда ребята издевались надо мной целый день.
- Хорошо.
Удар за ударом, шаг за шагом, я знала, что могу одержать победу с лёгкостью, но в какой-то момент нарочно оступилась, поэтому он смог прижать меня к стене, подставив клинок к горлу. Он смотрел на меня, как охотник на дичь, которую только что подстрелил. Я видела этот взгляд раньше. Взгляд победителя.
- Значит, так ты заставляешь девушек влюбляться в тебя? - я улыбалась. Хотелось бы мне сказать, что эти чувства были наиграны, но я, и правда, ощущала лёгкую страсть.
- Неужели, я влюбил тебя в себя?
- Не до конца, - мы флиртовали, и это было абсолютно непривычно для меня, но мне нравилось открывать новые вещи. С Филиппом у меня было больше шансов подобраться к информации, нежели чем с Кристианом, который был слишком осторожным.
- Нужно это исправлять, - он смотрел в мои глаза с таким интересом, от которого по телу бежали мурашки.
- С ножом у моего горла? - мы перевели взгляд на лезвие, которое могло навредить мне, не убить, но заставить слечь в кровать на несколько дней.
Мы отошли друг от друга, продолжив тренировку. Этот разговор ничего не стоил, но Филипп привлёк моё внимание. Он был образован, симпатичен и мил, можно сказать идеальный парень, но он был не похож на Кристиана, и я не знаю нравилось ли мне это.
Кристиан
Я сидел в своём кабинете, когда тот, с кем мне приходится быть в родстве, зашёл в эту комнату. Филипп - идеальный сын для нашего отца, но, увы, он не мог стать правителем, иначе давно уже сидел бы на троне. По закону старший сын должен управлять двором, что и произошло в нашей семье. Это буквально раскололо наше родство.
Раньше мы с братом были близки: сбегали из дома, веселились и играли во дворе. А потом мне стукнуло восемнадцать, и пришлось обучасться всему, что знал мой отец. Филиппа допускали не на все занятия, поэтому через какое-то время его ревность и зависть стали слишком очевидны для всех. Мы стали реже видеться, а потом и вовсе прекратили общаться.
- А она мила, - он взял бокал и налил себе выпить, приземлившись на один из стульев.
- Ты про Джесс? Она опасна, уж точно не мила, - я рассматривал брата, пытаясь понять, как прошла тренировка. И совершенно не понимал, как он может так высказываться о Джессике. Она могла убить любого за несколько секунд.
- Может, она с тобой просто не хочет раскрываться. Ты всех пугаешь, - эти слова подожгли что-то внутри, так что теперь я был адски зол не только на брата, но и на весь мир.
- Аккуратней со словами, - мой голос стал слишком холодным для разговора с членом своей семьи.
Я помнил, как отец меня воспитывал. Ни слова больше. Ты должен быть тих, жесток и мудр. Мама старалась передать какие-то свои качества мне, но отец не позволял переступить черту, так что я навсегда остался человеком, которого боялись не только в других дворах, но и в его собственном. Одна ошибка – и человек лишался моего доверия навсегда, именно поэтому многие старались не общаться со мной близко. Я знал, что мои поданные уважают меня, ведь я совсем не походил на моего отца. Да, манеры, внешность и характер могли включать в себя что-то похожее на бывшего правителя, но я старался делать так, как считал нужным. Совесть и честь во мне были более воспитаны, чем жестокость и коварство.
- Не кипятись. Я вижу, как ты на неё смотришь, но ты не для неё, - захотелось кинуться к Джесс, чтобы оградить её от общения с моим братом.
- Да, в отличие от тебя. Я уверен, ты пришелся ей по душе, - я закатил глаза, признавать, что брат мог понравится Джессике, я не хотел. Но ей по душе были откровенные разговоры и вечера с весельем, на которые я не годился.
- Ты прав. Скоро мы идем на свидание, - эти слова еще больше задели меня, потому что такая же идея появилась и у меня пару дней назад. Правда, она тут же вылетела из головы после нескольких часов рассуждений. Мы с ней не пара. Может, могли бы быть, но она - моя подчинённая, тем более из двора весны, а я - будущий правитель.
- Не смей с ней играть, - я подошёл вплотную к братцу. Я готов был кинуть его в темницу, лишь бы он не пошёл с ней никуда, ведь все его встречи с девушками были одноразовыми. Он никогда не понимал, какого это влюбиться по-настоящему, и никто не мог ему в этом помочь.
- Ты же сам сказал, она опасна, так что, поверь, не испорчу, - он ухмыльнулся, допив содержимое бокала.
- Выметайся из моей комнаты, - мой тон был спокойным, в нём присутствовал только лёд.
- Остынь, братец. Ты похож на отца больше, чем ты думаешь, - братец улыбнулся, поставив бокал на стол, и вышел из комнаты, захлопнув со всей силы за собой дверь.
Мой бокал полетел в стену, я знал, что осколки и само содержимое останутся на полу или же даже на стене, но сейчас мне было все равно. Он посмел тронуть то, что не должен был, хотя Джесс - не моя собственность. И мне приходилось напоминать себе об этом каждый день.
Я стоял на улице, проверяя укомплектованность наших солдат. Клинков и ещё нескольких видов оружия не доставало, так что мне придётся разбираться до конца дня ещё и с этим. Мэйсон и Томас обсуждали со мной данный вопрос, а Джон ушёл в город пару минут назад за провизией, которая была нужна им. Мы поставляли солдатам еду, но иногда они хотели самостоятельно приготовить ужин, чтобы насладиться разговорами друг с другом.
- Как там Джессика? - я подняла глаза на Мэйсона, с которым она не разговаривала с того самого вечера, как впрочем и со мной, но уже из-за другого случая. Её отца убили здесь, так что я понимал, что она зла на меня и мой двор за многое.
- Это относится к оружию? - мы все улыбнулись, понимая, что она сама может убить любого своим характером не хуже, чем клинком. Она - лучшее оружие, которое только видел свет, - Она к вам скоро придёт, так что можешь спросить у неё.
Мэйсон как-то засмущался, а Томас пытался сдерживать улыбку, хотя это у него совсем не получалось. Я смотрел в его глаза, стараясь понять причину такого смеха, однако, похоже, я не знал, что творится в собственной армии. Джессика бы укорила меня этим, хотя она всегда находило множество других способов, чтобы сделать это. Как только она появилась в моём дворе, я полностью доверил свою армию ей, поэтому стал больше времени проводить в компании бумаг и советников, которые дрожали в страхе от приближающейся войны.
- Мэйсон, что-то не так?
- Она просто с ним не разговаривает, - Мэйсон закинул голову, улыбаясь. Как можно было улыбаться после такого предложения? Может, ему нужна медицинская помощь? Мне однозначно она скоро потребуется, если я проведу хоть ещё несколько дней, не зная, что происходит с Джессикой.
- Это я знаю. Поверь, ты не один, - в наших улыбках было что-то до боли одинаковое.
- Она не приходит к нам кроме как на уроки, так что у нас нет особо времени спросить это, - я нахмурился.
- А где же она пропадает все время? - Томас указал на кого-то за моей спиной, его взгляд был полон сочувствия.
Я увидел, как Джессика и Филипп медленно продвигались к нам, не обращая внимания на то, как все пытались посмотреть на них. Её улыбка блистала, как снег на солнце за окрестностями нашего замка. Как бы сильно я не хотел признавать это, она была счастлива. На занятиях я видел её собранной и серьёзной, но в то время, которое мы провели вместе в стенах замках или же в городе, я увидел её беззаботной и раскрепощённой, возможно, даже радостной, но счастливой... никогда. А с ним она была такой. Или по крайней мере так выглядела.
Филипп всегда играл с девушками, но никогда не хотел продлевать отношения более чем на несколько дней, чем же Джесс его так зацепила?
Хотя я знал чем. И половина нашей армии тоже. Она взрывоопасна, потому что если её обидеть, то её месть будет изощрённой и долгой. В бою никто никогда не видел такой точной техники, а в разговорах - такого тонкого сарказма. Она влюбляла в себя с первого взгляда, даже несмотря на свою холодность. Я видел, как в шумной компании она всегда улыбалась. Её полюбили за то, что она всегда может поддержать и найти выход из ситуации, она знала, что когда нужно сказать и сделать.
- Останешься на ужин? - я услышал этот обрывок, когда они подошли к нам. Мне не хотелось, чтобы она присутствовала на нашем ужине, потому что тогда мне придётся выслушать слова гордости от отца в адрес сына, а также намёки на то, что союз валькирии и принца не такой уж и плохой вариант.
- С радостью, - она мило улыбнулась ему, а потом перевела взгляд на нас.
- Ты в платье, - Мэйсон ошарашенно оглядывал его в ног до головы. Томас не смог не засмеяться от удивлённого тона друга, как впрочем и сама девушка.
- Мне кажется, на свидания именно в этом ходят, - она смущённо опустила глаза, но мне показалось, что в её словах была какая-то ложь. То, что девушка, которая любит свободу, стала с кем-то встречаться, удивляло не меньше её новой одежды.
- Неужели, отношения не на день? - я подошёл достаточно близко к Филиппу, заметив, как грустно разглядывал нашу охотницу Мэйсон. Его свиданию тогда помешал я, не специально задержав его на одном из обсуждении нашей стратегии в предстоящей войне.
- Может перестанешь говорить про меня такие вещи. Тебя это не касается. Или ты завидуешь? Ведь я хорош и в общении с девушками, и в бою, - его ухмылка окончательно подожгла что-то внутри.
- Проверим? - я достал тут же меч, с тех пор как у нас была война, я носил его гораздо чаще, чем нужно было.
Брат тоже выхватил меч, который всегда носил с собой. Драки для него были обычным делом, особенно за девушек. Все сделали шаг назад кроме Джессики, она так и осталась стоять, испуганно переводя взгляд с одного парня на другого. Но я уже не замечал её, это было только между нами. Мне кажется, что долги годы все обиды копились, а теперь Джессика стала последней каплей.
- Уведите её в сторону! - охрана тут же отвела её от нас, хотя она вырывалась, чтобы остановить бой, который уж явно не будет дружеским. Мне хотелось убить брата за то, что снова взял то, что так хотел я. В детстве он получил внимание матери, потом определённую свободу, а сейчас и девушку.
- Кристиан! Филипп! - она кричала на нас, но в какой-то момент я услышал, как она затихла.
Звон наших клинков и её молчание. Ярость и злость за те годы, когда наше общение прекратилось. Совместные ужины перешли в отдалённое напоминание того, что было раньше, а беседы и прочее, что может объединять братьев, осталось позади. Нас по-разному воспитывали, поэтому мы захотели разных вещей. Я - власть, которая позволяла делать всё, что ты хочешь. Он - любви, которая дарила невообразимое счастье и одурманивала рассудок. Никто не знал, что за всё придётся платить. Жестокость и холодность в моём случае, несобранность и разбитое сердце в его.
Его меч разрезал мою рубашку и кожу на животе, поэтому от боли я упал на землю. Филипп улыбался, торжествуя, что смог победить меня, хотя сейчас речь шла совсем не о победе. Он готов был меня убить, может, мне так показалось, но его меч завис надо мной, чтобы нанести смертельный удар. Перед глазами всё плыло, но я увидел, как Джессика подбежала, вовремя загородив меня. Она отразила его атаку, но никто не понял, как она смогла выбраться из рук охраны, которая теперь лежала на земле без сознания. Она наносила новые и новые удары, заставляя Филиппа отходить назад. Но в какой-то момент она остановилась.
- Хватит, - она отбросила меч, который у кого-то взяла, прямо под ноги Филиппу. Это было красиво, но новый приступ боли из-за раны, заставил меня закусить губу и прекратить наблюдение за боем.
Я не помнил, что дальше произошло, но холод её рук, которые держали тряпку на ране, останавливая кровотечение, я ни с чем не мог спутать.
Джессика
- Поднимите его и отнесите в покои, а вы, - я указала на солдат, который сейчас не знали, что делать, - Позовите доктора в его покои, живо! И оповестите его родителей.
Все принялись исполнять мои указания, и только Филипп стоял на месте, смотря на брата, который уже потерял сознание. Я бросила на него последний взгляд, видимо, это свидание оказалось нашим последним, и поднялась вместе с Томасом и Мэйсоном в комнату Кристиана, где его положили на кровать. Я встала в углу, чтобы не мешать. Доктор вошёл в комнату, оглядывая кровавую футболку пациента.
- Что с ним случилось? - он посмотрел на парней, но они не знали, как ему объяснить.
Сейчас я была благодарна годам в академии, куда мне пришлось отправиться, за то, что теперь я стала более собранной и могла без проблем выключить эмоции в такой ситуации.
- Глубокая рана, нанесённая мечом, он потерял много крови. Я постаралась остановить кровотечение, но он без сознания уже несколько минут.
Врач благодарно на меня посмотрел, он бы понял, что с ним произошло, но это заняло бы время, которого у Кристиана не было. Мэйс и Томас не могли ничего вымолвить, переживая за своего друга. Возможно, учёба у мамы сделала меня спокойной в таких ситуациях, а возможно те смерти, которые я видела, повлияли на это.
- Проснётся - убью, - я сказала это лишь потому, что была зла на него за эту бессмысленную драку, которая не должна была состояться.
- Может, тогда мне его не лечить? - я извинилась перед доктором.
Он кивнул мне, продолжая работать, а я наблюдала, пытаясь понять, насколько всё плохо. Я не хотела, чтобы он умирал, но пока они дрались, я искала причину столь нелепого конфликта между братьями. И как бы я не отторгала эту мысль, отчасти я понимала, что я виновата в этой битве. Я надеялась, что всё обойдётся, что Кристиан сейчас откроет глаза и отругает нас за то, что мы прохлаждаемся в рабочее время. Но когда доктор грустно посмотрел на нас, я не могла в это поверить.
- Случайно, ваши наконечники не были пронизаны ядом? - я вспомнила, что из-за войны некоторые из мечей промазывали ядом, чтобы у противника не оставалось шансов. Томас закрыл рот рукой, понимая, что сейчас его друг умирает. Осталось каких-то нескольких минут перед тем, как яд доберётся до сердца и убьёт носителя.
- Он умрёт? - я заметила в дверях Филиппа, который чуть ли не сходил с ума.
Всеобщее молчание было кратким и чётким ответом для него. Он сел на пол, закрыв лицо руками. Его тело тряслось от понимания того, что он только что натворил. Возможно, это была его первая смерть. Смерть брата. Но в этот раз я просто не могла его поддержать, потому что в его глазах был гнев, даже когда Кристиан упал с раной на теле. Никакого раскаяния или же сочувствия. Его отец был в ярости от его поступка, и мы в этом подтвердились, когда он вошёл.
- Филипп, мы с тобой потом поговорим. Мы перестраховались и захватили с собой человека, который может помочь, - я перевела взгляд на женщину, уже пожилую, которая вошла в комнату следом за бывшим правителем.
Доктор отошёл в сторону, давая место, чтобы эта женщина присела рядом. Томас и Мэйсон качали головой, не в силах поверить в то, что сейчас должно было произойти.
- Если вы не хотите это видеть, то вы можете выйти, - доктор обратился к нам. В голове проносились мысли, которых быть не должно. Но несмотря на это я осталась стоять, глядя на эту женщину, которая возродила столько воспоминаний в моей голове.
- Хорошо.
Удар за ударом, шаг за шагом, я знала, что могу одержать победу с лёгкостью, но в какой-то момент нарочно оступилась, поэтому он смог прижать меня к стене, подставив клинок к горлу. Он смотрел на меня, как охотник на дичь, которую только что подстрелил. Я видела этот взгляд раньше. Взгляд победителя.
- Значит, так ты заставляешь девушек влюбляться в тебя? - я улыбалась. Хотелось бы мне сказать, что эти чувства были наиграны, но я, и правда, ощущала лёгкую страсть.
- Неужели, я влюбил тебя в себя?
- Не до конца, - мы флиртовали, и это было абсолютно непривычно для меня, но мне нравилось открывать новые вещи. С Филиппом у меня было больше шансов подобраться к информации, нежели чем с Кристианом, который был слишком осторожным.
- Нужно это исправлять, - он смотрел в мои глаза с таким интересом, от которого по телу бежали мурашки.
- С ножом у моего горла? - мы перевели взгляд на лезвие, которое могло навредить мне, не убить, но заставить слечь в кровать на несколько дней.
Мы отошли друг от друга, продолжив тренировку. Этот разговор ничего не стоил, но Филипп привлёк моё внимание. Он был образован, симпатичен и мил, можно сказать идеальный парень, но он был не похож на Кристиана, и я не знаю нравилось ли мне это.
Глава 5
Кристиан
Я сидел в своём кабинете, когда тот, с кем мне приходится быть в родстве, зашёл в эту комнату. Филипп - идеальный сын для нашего отца, но, увы, он не мог стать правителем, иначе давно уже сидел бы на троне. По закону старший сын должен управлять двором, что и произошло в нашей семье. Это буквально раскололо наше родство.
Раньше мы с братом были близки: сбегали из дома, веселились и играли во дворе. А потом мне стукнуло восемнадцать, и пришлось обучасться всему, что знал мой отец. Филиппа допускали не на все занятия, поэтому через какое-то время его ревность и зависть стали слишком очевидны для всех. Мы стали реже видеться, а потом и вовсе прекратили общаться.
- А она мила, - он взял бокал и налил себе выпить, приземлившись на один из стульев.
- Ты про Джесс? Она опасна, уж точно не мила, - я рассматривал брата, пытаясь понять, как прошла тренировка. И совершенно не понимал, как он может так высказываться о Джессике. Она могла убить любого за несколько секунд.
- Может, она с тобой просто не хочет раскрываться. Ты всех пугаешь, - эти слова подожгли что-то внутри, так что теперь я был адски зол не только на брата, но и на весь мир.
- Аккуратней со словами, - мой голос стал слишком холодным для разговора с членом своей семьи.
Я помнил, как отец меня воспитывал. Ни слова больше. Ты должен быть тих, жесток и мудр. Мама старалась передать какие-то свои качества мне, но отец не позволял переступить черту, так что я навсегда остался человеком, которого боялись не только в других дворах, но и в его собственном. Одна ошибка – и человек лишался моего доверия навсегда, именно поэтому многие старались не общаться со мной близко. Я знал, что мои поданные уважают меня, ведь я совсем не походил на моего отца. Да, манеры, внешность и характер могли включать в себя что-то похожее на бывшего правителя, но я старался делать так, как считал нужным. Совесть и честь во мне были более воспитаны, чем жестокость и коварство.
- Не кипятись. Я вижу, как ты на неё смотришь, но ты не для неё, - захотелось кинуться к Джесс, чтобы оградить её от общения с моим братом.
- Да, в отличие от тебя. Я уверен, ты пришелся ей по душе, - я закатил глаза, признавать, что брат мог понравится Джессике, я не хотел. Но ей по душе были откровенные разговоры и вечера с весельем, на которые я не годился.
- Ты прав. Скоро мы идем на свидание, - эти слова еще больше задели меня, потому что такая же идея появилась и у меня пару дней назад. Правда, она тут же вылетела из головы после нескольких часов рассуждений. Мы с ней не пара. Может, могли бы быть, но она - моя подчинённая, тем более из двора весны, а я - будущий правитель.
- Не смей с ней играть, - я подошёл вплотную к братцу. Я готов был кинуть его в темницу, лишь бы он не пошёл с ней никуда, ведь все его встречи с девушками были одноразовыми. Он никогда не понимал, какого это влюбиться по-настоящему, и никто не мог ему в этом помочь.
- Ты же сам сказал, она опасна, так что, поверь, не испорчу, - он ухмыльнулся, допив содержимое бокала.
- Выметайся из моей комнаты, - мой тон был спокойным, в нём присутствовал только лёд.
- Остынь, братец. Ты похож на отца больше, чем ты думаешь, - братец улыбнулся, поставив бокал на стол, и вышел из комнаты, захлопнув со всей силы за собой дверь.
Мой бокал полетел в стену, я знал, что осколки и само содержимое останутся на полу или же даже на стене, но сейчас мне было все равно. Он посмел тронуть то, что не должен был, хотя Джесс - не моя собственность. И мне приходилось напоминать себе об этом каждый день.
***
Я стоял на улице, проверяя укомплектованность наших солдат. Клинков и ещё нескольких видов оружия не доставало, так что мне придётся разбираться до конца дня ещё и с этим. Мэйсон и Томас обсуждали со мной данный вопрос, а Джон ушёл в город пару минут назад за провизией, которая была нужна им. Мы поставляли солдатам еду, но иногда они хотели самостоятельно приготовить ужин, чтобы насладиться разговорами друг с другом.
- Как там Джессика? - я подняла глаза на Мэйсона, с которым она не разговаривала с того самого вечера, как впрочем и со мной, но уже из-за другого случая. Её отца убили здесь, так что я понимал, что она зла на меня и мой двор за многое.
- Это относится к оружию? - мы все улыбнулись, понимая, что она сама может убить любого своим характером не хуже, чем клинком. Она - лучшее оружие, которое только видел свет, - Она к вам скоро придёт, так что можешь спросить у неё.
Мэйсон как-то засмущался, а Томас пытался сдерживать улыбку, хотя это у него совсем не получалось. Я смотрел в его глаза, стараясь понять причину такого смеха, однако, похоже, я не знал, что творится в собственной армии. Джессика бы укорила меня этим, хотя она всегда находило множество других способов, чтобы сделать это. Как только она появилась в моём дворе, я полностью доверил свою армию ей, поэтому стал больше времени проводить в компании бумаг и советников, которые дрожали в страхе от приближающейся войны.
- Мэйсон, что-то не так?
- Она просто с ним не разговаривает, - Мэйсон закинул голову, улыбаясь. Как можно было улыбаться после такого предложения? Может, ему нужна медицинская помощь? Мне однозначно она скоро потребуется, если я проведу хоть ещё несколько дней, не зная, что происходит с Джессикой.
- Это я знаю. Поверь, ты не один, - в наших улыбках было что-то до боли одинаковое.
- Она не приходит к нам кроме как на уроки, так что у нас нет особо времени спросить это, - я нахмурился.
- А где же она пропадает все время? - Томас указал на кого-то за моей спиной, его взгляд был полон сочувствия.
Я увидел, как Джессика и Филипп медленно продвигались к нам, не обращая внимания на то, как все пытались посмотреть на них. Её улыбка блистала, как снег на солнце за окрестностями нашего замка. Как бы сильно я не хотел признавать это, она была счастлива. На занятиях я видел её собранной и серьёзной, но в то время, которое мы провели вместе в стенах замках или же в городе, я увидел её беззаботной и раскрепощённой, возможно, даже радостной, но счастливой... никогда. А с ним она была такой. Или по крайней мере так выглядела.
Филипп всегда играл с девушками, но никогда не хотел продлевать отношения более чем на несколько дней, чем же Джесс его так зацепила?
Хотя я знал чем. И половина нашей армии тоже. Она взрывоопасна, потому что если её обидеть, то её месть будет изощрённой и долгой. В бою никто никогда не видел такой точной техники, а в разговорах - такого тонкого сарказма. Она влюбляла в себя с первого взгляда, даже несмотря на свою холодность. Я видел, как в шумной компании она всегда улыбалась. Её полюбили за то, что она всегда может поддержать и найти выход из ситуации, она знала, что когда нужно сказать и сделать.
- Останешься на ужин? - я услышал этот обрывок, когда они подошли к нам. Мне не хотелось, чтобы она присутствовала на нашем ужине, потому что тогда мне придётся выслушать слова гордости от отца в адрес сына, а также намёки на то, что союз валькирии и принца не такой уж и плохой вариант.
- С радостью, - она мило улыбнулась ему, а потом перевела взгляд на нас.
- Ты в платье, - Мэйсон ошарашенно оглядывал его в ног до головы. Томас не смог не засмеяться от удивлённого тона друга, как впрочем и сама девушка.
- Мне кажется, на свидания именно в этом ходят, - она смущённо опустила глаза, но мне показалось, что в её словах была какая-то ложь. То, что девушка, которая любит свободу, стала с кем-то встречаться, удивляло не меньше её новой одежды.
- Неужели, отношения не на день? - я подошёл достаточно близко к Филиппу, заметив, как грустно разглядывал нашу охотницу Мэйсон. Его свиданию тогда помешал я, не специально задержав его на одном из обсуждении нашей стратегии в предстоящей войне.
- Может перестанешь говорить про меня такие вещи. Тебя это не касается. Или ты завидуешь? Ведь я хорош и в общении с девушками, и в бою, - его ухмылка окончательно подожгла что-то внутри.
- Проверим? - я достал тут же меч, с тех пор как у нас была война, я носил его гораздо чаще, чем нужно было.
Брат тоже выхватил меч, который всегда носил с собой. Драки для него были обычным делом, особенно за девушек. Все сделали шаг назад кроме Джессики, она так и осталась стоять, испуганно переводя взгляд с одного парня на другого. Но я уже не замечал её, это было только между нами. Мне кажется, что долги годы все обиды копились, а теперь Джессика стала последней каплей.
- Уведите её в сторону! - охрана тут же отвела её от нас, хотя она вырывалась, чтобы остановить бой, который уж явно не будет дружеским. Мне хотелось убить брата за то, что снова взял то, что так хотел я. В детстве он получил внимание матери, потом определённую свободу, а сейчас и девушку.
- Кристиан! Филипп! - она кричала на нас, но в какой-то момент я услышал, как она затихла.
Звон наших клинков и её молчание. Ярость и злость за те годы, когда наше общение прекратилось. Совместные ужины перешли в отдалённое напоминание того, что было раньше, а беседы и прочее, что может объединять братьев, осталось позади. Нас по-разному воспитывали, поэтому мы захотели разных вещей. Я - власть, которая позволяла делать всё, что ты хочешь. Он - любви, которая дарила невообразимое счастье и одурманивала рассудок. Никто не знал, что за всё придётся платить. Жестокость и холодность в моём случае, несобранность и разбитое сердце в его.
Его меч разрезал мою рубашку и кожу на животе, поэтому от боли я упал на землю. Филипп улыбался, торжествуя, что смог победить меня, хотя сейчас речь шла совсем не о победе. Он готов был меня убить, может, мне так показалось, но его меч завис надо мной, чтобы нанести смертельный удар. Перед глазами всё плыло, но я увидел, как Джессика подбежала, вовремя загородив меня. Она отразила его атаку, но никто не понял, как она смогла выбраться из рук охраны, которая теперь лежала на земле без сознания. Она наносила новые и новые удары, заставляя Филиппа отходить назад. Но в какой-то момент она остановилась.
- Хватит, - она отбросила меч, который у кого-то взяла, прямо под ноги Филиппу. Это было красиво, но новый приступ боли из-за раны, заставил меня закусить губу и прекратить наблюдение за боем.
Я не помнил, что дальше произошло, но холод её рук, которые держали тряпку на ране, останавливая кровотечение, я ни с чем не мог спутать.
Джессика
- Поднимите его и отнесите в покои, а вы, - я указала на солдат, который сейчас не знали, что делать, - Позовите доктора в его покои, живо! И оповестите его родителей.
Все принялись исполнять мои указания, и только Филипп стоял на месте, смотря на брата, который уже потерял сознание. Я бросила на него последний взгляд, видимо, это свидание оказалось нашим последним, и поднялась вместе с Томасом и Мэйсоном в комнату Кристиана, где его положили на кровать. Я встала в углу, чтобы не мешать. Доктор вошёл в комнату, оглядывая кровавую футболку пациента.
- Что с ним случилось? - он посмотрел на парней, но они не знали, как ему объяснить.
Сейчас я была благодарна годам в академии, куда мне пришлось отправиться, за то, что теперь я стала более собранной и могла без проблем выключить эмоции в такой ситуации.
- Глубокая рана, нанесённая мечом, он потерял много крови. Я постаралась остановить кровотечение, но он без сознания уже несколько минут.
Врач благодарно на меня посмотрел, он бы понял, что с ним произошло, но это заняло бы время, которого у Кристиана не было. Мэйс и Томас не могли ничего вымолвить, переживая за своего друга. Возможно, учёба у мамы сделала меня спокойной в таких ситуациях, а возможно те смерти, которые я видела, повлияли на это.
- Проснётся - убью, - я сказала это лишь потому, что была зла на него за эту бессмысленную драку, которая не должна была состояться.
- Может, тогда мне его не лечить? - я извинилась перед доктором.
Он кивнул мне, продолжая работать, а я наблюдала, пытаясь понять, насколько всё плохо. Я не хотела, чтобы он умирал, но пока они дрались, я искала причину столь нелепого конфликта между братьями. И как бы я не отторгала эту мысль, отчасти я понимала, что я виновата в этой битве. Я надеялась, что всё обойдётся, что Кристиан сейчас откроет глаза и отругает нас за то, что мы прохлаждаемся в рабочее время. Но когда доктор грустно посмотрел на нас, я не могла в это поверить.
- Случайно, ваши наконечники не были пронизаны ядом? - я вспомнила, что из-за войны некоторые из мечей промазывали ядом, чтобы у противника не оставалось шансов. Томас закрыл рот рукой, понимая, что сейчас его друг умирает. Осталось каких-то нескольких минут перед тем, как яд доберётся до сердца и убьёт носителя.
- Он умрёт? - я заметила в дверях Филиппа, который чуть ли не сходил с ума.
Всеобщее молчание было кратким и чётким ответом для него. Он сел на пол, закрыв лицо руками. Его тело тряслось от понимания того, что он только что натворил. Возможно, это была его первая смерть. Смерть брата. Но в этот раз я просто не могла его поддержать, потому что в его глазах был гнев, даже когда Кристиан упал с раной на теле. Никакого раскаяния или же сочувствия. Его отец был в ярости от его поступка, и мы в этом подтвердились, когда он вошёл.
- Филипп, мы с тобой потом поговорим. Мы перестраховались и захватили с собой человека, который может помочь, - я перевела взгляд на женщину, уже пожилую, которая вошла в комнату следом за бывшим правителем.
Доктор отошёл в сторону, давая место, чтобы эта женщина присела рядом. Томас и Мэйсон качали головой, не в силах поверить в то, что сейчас должно было произойти.
- Если вы не хотите это видеть, то вы можете выйти, - доктор обратился к нам. В голове проносились мысли, которых быть не должно. Но несмотря на это я осталась стоять, глядя на эту женщину, которая возродила столько воспоминаний в моей голове.
