– Мы богатырши, – проговорила та, что меня разбудила. Дев этих в моей комнате было около десятка. Каждая в боевом облачении, с щитом, мечом и в шлеме.
– Остальные на улице ждут, – сообщил мне недовольный Стужев. – Взяли – разбудили, еще и требовать тебя стали. С кровати практически, как игрушку сдернули и давай мне про испытание заяснять!
– А, так вы от берегинь, – дошло до меня. – Как мне к вам…
– Мы богатырши – девы воительницы, прибыли на битву с ворогом, – сказала одна и них.
– Класс, – кивнула я, – Но вы что–то рановато. У нас еще сколько... да, две недели. Еще событий… Новый Год, Рождество – вагон времени.
– А у меня вопрос о равноправии. Мужики–то приедут? – вдруг уточнил Макс.
– Чего это тебя волнуют вопросы равноправия? – уставилась я на него.
– Ну у нас какой–то перекос, ты не находишь?
– Дружина у нас с собой, – девушка достала из–за пазухи семечко, большое и белое. – Это зубы дракона, когда начнется смертный бой, каждая по семечку на землю кинет и лучшие войны на подмогу к нам из разных эпох прибудут. А как победим неприятеля, так они назад, к своим подвигам ратным вернутся.
Пока богатырша говорила, я успела рассмотреть стоявших тут барышень и сделать выводы. В сказках все, кто не жуткое Чудо–Юдо или Лихо – красивы, статные, высокие, эх (это я о своем, не обращайте внимания).
– Что ты на меня так смотришь? – удивился Стужев. Мне просто интересно стало, до какой цифровой отметки девушка считается и красивой, и высокой, а после уже не вызывает романтических чувств? Ну имею введу, я мелкая совсем, Стефа выше, но не до такой степени. Эти девушки прям, как с обложек журнала, только сильно масштабированных…. А, что меня все клинит! Недостаток сна. Через две недели Новый Год. Через три недели возможный конец света. У меня в спальне десять дев-воительниц, которым тоже надо где–то жить...
– Вы располагайтесь. Стужев, сделай гостьям кофе.
– Дожили, матриархат, блин… – проворчал Макс и повел женщин на первый этаж. Все девы мне кивнули и стройной шеренгой вышли за напарником. Если я ничего сейчас не путаю, Баба Яга вроде говорила, что должна обеспечить размещение нашего войска. Оно по-тихому набирается. Но, я сомневалась, что все девы уместятся в избушке на курьих ножках. Там и так людно Алконост и Сирин способны создать иллюзию целого табора с хороводом и конями. И Яги сегодня нет, она должна была вернуться на днях, отправилась наша сказочная ведьма в горы, альпинизмом заниматься. Еще и злая последние дни ходит, говорит зря доверила этому лентяю поиски меча… Я б может и расспросила ее поподробней, но, слушайте, дайте девушке передохнуть!
Быстро одевшись и спустившись на кухню, я застала там драму.
– Я просто перепутала пакеты!
– Ты никогда с элементарной азбукой не дружила!
– Я волшебная птица, я могу различить что написано без всяких букв! Интуитивно!
– Так ты специально три пакета кофе съела? На сухую!
Макс и богатырши не вмешивались в суть конфликта. Напарник сообразил, что дев можно угостить и чаем. С колбасой.
Я же не стала никого убивать, поражаясь своей вдержки, пошла и поделилась наболевшим с моим увядающим кактусом. Ну мне кажется, что он подувядает. У него немного иголки сыплются, а сам он желтеет, чуть заметно, но все же.
– Я не хочу прерывать твои горестные измышления, но у нас и жрать нечего, – залез ко мне Макс. – Нам нужно решить куда девать женскую часть войска. Их там человек тридцать, большая часть на улице осталась, вперед пустили самых контактных. У нас столько места–то и нет. Где они спать будут?
Весь день мы решали кого куда и как. Семерых удалось сложить тетрисом у Виктора Петровича в кабинете. Остальное поделили на равные части и уложили в кухне, в спальне Макса и у меня. Но все равно было тесновато. Хорошо у нас хоть спальники были. И парочка раскладушек.
Я доверила Максу остаться дома и встречать курьера с продуктами, потому что богатырши хотели кушать, а законы гостеприимства и бицепсы размером с мою голову не позволяют, провести лекцию о пользе лечебного голодания в гостях. Стужев возражал, но я все равно сбежала. Но не просто так. Я поехала к Лине узнать какое количество человек способна переклювать курица и уйти от преследования невредимой. Короче, я хотела сбагрить парочку дев в квартиру.
– А… Ты всегда так с размахом провожаешь старый год? – удивилась Лина, когда я наведавшись к ней, с порога обрисовала расклад и показал фото богатырш (без фото в это все очень сложно поверить, зато когда видно что на фотографии много высоких женщин в былинных доспехах и с мечами, сразу веришь в чудеса).
– О, это какое–то супер–пупер зелье, да, типо вырастайка, – выглянул из гостиной Васька.
– Ты тут откуда? – удивилась я.
– Мы ищем возможное место, где затаились маги ковена, с помощью тех штуковин... – вдруг замялся он.
– Остатков машины предсказаний, – спокойно пояснила Лина, – которые мы из Питера привезли. Еще изучает магнитные потоки.
– Потоки?
– Там, где сильнейшие колебания ткани мироздания – должны быть и колебания магнитного поля, – заявил мне Василий. – Мы эти штуки заклинать не умеем, но кажется, можем использовать их чувствительность к магнитному резонансу, что б они указали нам на колдунов. Ты сама говорила, что магия оставляет следы. Вы их с Максом ищите свечами, биноклями...
– Оставляют, Вася. Ключевое в этом глаголе – прошедшее время. Мы следы ищем после того, как все случится, а не до! – При всей дури, которая есть в голове у Стужева, даже он не додумался искать следы магии до ее применения.
– Но ковен ведь готовятся, значит их можно просчитать и предугадать их действия, – пояснила Лина.
– Наверное, можно, – пришлось согласится мне. – Но у нас нет всех данных. Даже ваша машина работала с кучей переменных, которые приходилось дополнять! Нам просто неоткуда их взять, что бы рассчитать правильно!
– Ты думаешь, они шифруются? – сощурил глаза Вася. – Скрывают свои силы или вообще их не используют?
– Очевидно, что да. Вы лучше спросите свою машину предсказаний, если вдруг врата все же откроют, как их закрыть.
Это заняло некоторое время, за которое трижды звонил Стужев, жалуясь, что курьер никак не желает отыскать наш дом. В итоге, ответ я не получила – дурацкие артефакты, просто поменяли на всех доступных им смартфонах экран заставки. Поставили какое–то сердце проткнутое очень тонким кинжалом. Лина с Васей расстроились, но обещали еще поколдовать на нужным ответом. Курица выразила мне свою «фи» и гордо удалилась на балкон. Мне же пришлось быстренько купить продуктов в ближайшем магазине и приехав, начать готовить на целую ораву. И те двадцать несчастных упаковок макарон, которые я, как ломовая лошадь, тащила на себе, кончились.
К середине ночи, голодные и стесненные, мы все же легли спать. Минут через двадцать, когда спавшие на моем полу богатырши захрапели богатырским храпом, а я поняла, что подушка плохо звукоизолирует настолько глубокие частоты, в дверь постучался Стужев. Взъерошенный, со своим одеялом, словно дрался с кем–то.
– Что случилось? Ковен? Потоп? Приведения? Чупокабра просит политического убежища? – спросила я, предполагая самое худшее – к нам прибыла вторая партия дев–воительниц, которые в двое крупнее уже расфасованных по комнатам гостей.
– У нас меняется расстановка сил. Моя комната больше твоей, здесь всем тесно. Девушки, проследуйте, пожалуйста, в мою комнату, вместе со спальными принадлежностями. Самая проворная может занять кровать.
Макс забрал у одной из дев спальный мешок и стал устраиваться на полу. Богатырши, недовольно ругаясь по старославянски, побрели куда их отправили.
– Стужев?
– Ты нечего не спрашиваешь, а мирно спишь до рассвета или наступления апокалипсиса. Тут на твой выбор, – сказал он, отвернувшись от меня.
– Ты обнаглел. В мою же комнату приперся… – я даже приподнялась на локтях, что бы удобней было прожигать его затылок взглядом, как дверь резко распахнулась и в нее заглянула одна из богатыршь. Чернявенькая такая, симпатичная, но глаза шальные.
– Куда ж ты, мой маленький коротыш, делся, – спросила она, любовно глядя на Стужева. Тот подпрыгнул на месте, но отползать в ужасе не стал. Силу воли у напарника не отнять, я б после такого уже под кровать юркнула.
– Коротыш, – я не смеялась. Я понимала весь трагизм ситуации. Пришлось дыхание задержать, что б не заржать в голос. Макс стал что–то быстро тараторить, указывая пальцем в мою сторону. Дева наградила меня тяжелым взглядом и вышла, закрыв за собой дверь, так, что треснул косяк.
– Если что, подыграй мне. Типо мы пара и я верный… Хватит ржать!
Я закивала головой, но Стужев понял, что мое сочувствие не искреннее, а прорывающиеся хихиканье и вовсе его взбесило. Всю ночь он со мной не говорил. Ну а я была не против. Ночью спать нужно, особенно если есть возможность.
Утром он проснулся все таким же букой.
– Ты даже во сне ржала, – обвиняющие заявил он.
– Прости, мой милый корот...–
– Не смей!
Спустившись на кухню, мы оценили масштабы их аппетита. У нас не осталось ничего, даже просроченного. Даже то, что я иногда покупала в порыве самокритики, желая похудеть (а на вкус эта еда либо как картон, либо сельдерей) было съедено.
– Мы их не прокормим, – прошептал Макс. А уж если он так говорит...
– О, не успела, – к нам заглянула вернувшаяся Баба Яга и загнала дев в свою избушку. – Простите, такое интересное происшествие случилось, чуть свои профессиональные обязанности не забыла исполнить.
Поскольку девы ушли, а продовольственная разруха осталась, я волевым усилием заставила нас с Максом пойти в ближайший супермаркет. В конце концов, Новый Год скоро, а у нас даже елки нет.
Если вам когда–нибудь придется идти со Стужевым в супермаркет, то записывайте три непреложных правила выживания:
Первое – ни в коем случае, не давайте ему самому выбирать продукты. Он пользуется принципом: что ближе лежит, то и вкусно. Ни цена, ни срок годности, ни даже название товара его не волнует. Сказано купить допустим утку – он притащим курицу. Вместо сока может купить чистящее средство. А что он обычно берет вместо помидоров, я вообще молчу. И да, он не может понять простую аксиому – пять пачек кофе это немного.
Второе – не позволяйте Стужеву идти в отдел с алкоголем. Потому что вот там он залипнет до майских. Он у нас мечтает однажды найти такой веселящий напиток, что бы по утру не болела голова и каждый раз выбирает алкоголь, как в поселений. Обычно он долго думает, потом включает чуйку (минут через сорок). Спойлер, чуйка не работает на выбор алкоголя и голова на утро болит всегда.
Третье – никогда не расслабляйтесь. Никогда. Это правило, в принципе, подходит для любых занятий. Особенно, если лично вы Страж. Потому что даже в супермаркете вас может ждать сюрприз.
Первым звоночком, что зря мы не стали учиться питаться солнечной энергией, вместо обычной пищи стал пропавший свет.
– Начались диафильмы, – проворчал Стужев. А ведь мы были уже на кассе. Которая теперь не работала и на выход никого не пускала.
– Уважаемые покупатели, – взялась успокаивать народ одна из кассирш, а народу было много. Две недели до Нового Года, люди пошли закупать долго портящиеся продукты, что б не толпиться в праздник. Толпиться лучше по будням и зарание, так решили все. И мы тоже. – Подождите немного и мы сможем пробить ваши покупки.
– А двери–то откройте, сколько нам тут ждать? – крикнула женщина в толстой, горчичного цвета, шубе. Она и ее муж уже купили все что хотели и просто не успели вовремя убежать из приветливого супермаркета. А раздвижные двери заклинило нафиг.
Ее уверили, что сейчас все раздвинут и она сможет отправиться по своим делам. Мы с Максом стояли у самой дальней кассы, где рядом располагались помещения для сотрудников и склад. По тому мы первыми услышали странные звуки, похожие толи на шепотки, толи на смешки какие… Не могу разобрать. Двери так и не открывались, кассы зависли. Мы стояли, как идиоты в полу расстегнутой верхней одежде и ждал, когда в противоположной части супермаркета раздались уже панические крики.
– Что там? – удивилась кассирша и встала из–за своего места, что б лучше видеть происходящее.
– Стой тут, я посмотрю, – сказал Стужев, всунув мне в руки продукты из тележки. Пока я их обратно убирала он уже смылся. Хитрый гад.
– Девушка, а девушка, прикурить не найдется? – раздался голос из–под кассы и кассирша жутко заорала, отскочив от своего рабочего места. Блин! Я не успела сориентироваться! Должна была выхватить кинжал из сумки, но меня ловко подсекли и я грохнулась на пол. Пуховик смягчил падение, но я отчетливо поняла, что сегодня его на мне дорвут. И нужен будет новый.
– Девушка, а девушка, чего вы не кричите? Кричите! Вам сейчас больно будет, – меня схватили за ногу и потащили под кассу.
– Отвали! – Я лягалась и брыкалась. И видимо, удачно попала каблуком по своему не в меру активному собеседнику, потому что ногу отпустили. Я попятилась назад. И быстро выползла на пустое пространство между кассами и рядами стеллажей с продуктами. Но прямо на меня неслась толпа народу, с криками и визгами. Эта толпа была в панике и не разбирала дороги, спасала себя от неведомой угрозы. Затоптать одну не крупную девушку для нее было раз плюнуть.
Не волнуйтесь. Отложите корвалол на случай более важных вещей (квартальный отчет, двойка по русскому у младшего сына, апокалипсис, сломанные ногти). Я в конце концов, не томная барышня без чувства самосохранения. У меня все рефлексы и навыки на месте. Я успела сообразить, что все эти люди несутся на меня и еще догадалась, что нечто зловещее несется за ними следом. Я успела вскочить на ноги, до того, как меня затоптали и отпрыгнуть в строну, в ряды с продуктами.
За людьми гнались существа с зелеными головами. Они прыгали в центр толпы и бросались на людей, создавая хаус. Бедные покупатели кидались кто куда, хаотично отделяясь от остальных напуганных людей, забегая в ряды стеллажей. Принцип разделяй и властвуй в действии. Я прижалась поплотнее к ряду с продуктами, пропуская убегающих и только тогда заметила, что низ моих штанов порван в клочья, а сапог исцарапан. Словно бешеная собака покусала. Совсем рядом раздалось задорное улюлюканье.
– Девушка, а девушка. Что ты не бежишь? – прошептали мне на ухо и вы понимаете, я не железная. Я нервная, у меня дома богатырши, волшебные птицы, Баба Яга, курица несущая золотые яйца, сестра убитого жениха, подруга, которая запуталась в своих чувствах, Васька, который всегда Васька и вообще я задолбалась!
Ну и в подкравшегося ко мне нечистника полетело нечто рассыпчатое, что в сумке под руку попалось, кажется, соль. Кинжал я нащупать не могла, а пистолет оставила дома, бестолочь!
– Ведьма что ли? – удивленно проговорил… ну это не то, что б человек. Но, кажется, этого персонажа можно причислить к мужскому полу. Я успела рассмотреть бешеный огонь желто–оранжевых глаза, хищную, клыкастую ухмылку и голову… скорее всего это просто шапка такая на нее натянута, треугольная, закрывающая все лицо. Но тогда, как на нем видны глаза и рот... В темноте не очень хорошо разглядывается, но анатомия, если я права, у них занятная. В руках этот держал нечто острое. Понять, что именно, я не успела, соль же не подействовала. Ну совсем. Это могло меня расстроить. Если б соль не забила монстру глаза и рот, он стал отплевываться, давая мне пару секунд форы.
– Остальные на улице ждут, – сообщил мне недовольный Стужев. – Взяли – разбудили, еще и требовать тебя стали. С кровати практически, как игрушку сдернули и давай мне про испытание заяснять!
– А, так вы от берегинь, – дошло до меня. – Как мне к вам…
– Мы богатырши – девы воительницы, прибыли на битву с ворогом, – сказала одна и них.
– Класс, – кивнула я, – Но вы что–то рановато. У нас еще сколько... да, две недели. Еще событий… Новый Год, Рождество – вагон времени.
– А у меня вопрос о равноправии. Мужики–то приедут? – вдруг уточнил Макс.
– Чего это тебя волнуют вопросы равноправия? – уставилась я на него.
– Ну у нас какой–то перекос, ты не находишь?
– Дружина у нас с собой, – девушка достала из–за пазухи семечко, большое и белое. – Это зубы дракона, когда начнется смертный бой, каждая по семечку на землю кинет и лучшие войны на подмогу к нам из разных эпох прибудут. А как победим неприятеля, так они назад, к своим подвигам ратным вернутся.
Пока богатырша говорила, я успела рассмотреть стоявших тут барышень и сделать выводы. В сказках все, кто не жуткое Чудо–Юдо или Лихо – красивы, статные, высокие, эх (это я о своем, не обращайте внимания).
– Что ты на меня так смотришь? – удивился Стужев. Мне просто интересно стало, до какой цифровой отметки девушка считается и красивой, и высокой, а после уже не вызывает романтических чувств? Ну имею введу, я мелкая совсем, Стефа выше, но не до такой степени. Эти девушки прям, как с обложек журнала, только сильно масштабированных…. А, что меня все клинит! Недостаток сна. Через две недели Новый Год. Через три недели возможный конец света. У меня в спальне десять дев-воительниц, которым тоже надо где–то жить...
– Вы располагайтесь. Стужев, сделай гостьям кофе.
– Дожили, матриархат, блин… – проворчал Макс и повел женщин на первый этаж. Все девы мне кивнули и стройной шеренгой вышли за напарником. Если я ничего сейчас не путаю, Баба Яга вроде говорила, что должна обеспечить размещение нашего войска. Оно по-тихому набирается. Но, я сомневалась, что все девы уместятся в избушке на курьих ножках. Там и так людно Алконост и Сирин способны создать иллюзию целого табора с хороводом и конями. И Яги сегодня нет, она должна была вернуться на днях, отправилась наша сказочная ведьма в горы, альпинизмом заниматься. Еще и злая последние дни ходит, говорит зря доверила этому лентяю поиски меча… Я б может и расспросила ее поподробней, но, слушайте, дайте девушке передохнуть!
Быстро одевшись и спустившись на кухню, я застала там драму.
– Я просто перепутала пакеты!
– Ты никогда с элементарной азбукой не дружила!
– Я волшебная птица, я могу различить что написано без всяких букв! Интуитивно!
– Так ты специально три пакета кофе съела? На сухую!
Макс и богатырши не вмешивались в суть конфликта. Напарник сообразил, что дев можно угостить и чаем. С колбасой.
Я же не стала никого убивать, поражаясь своей вдержки, пошла и поделилась наболевшим с моим увядающим кактусом. Ну мне кажется, что он подувядает. У него немного иголки сыплются, а сам он желтеет, чуть заметно, но все же.
– Я не хочу прерывать твои горестные измышления, но у нас и жрать нечего, – залез ко мне Макс. – Нам нужно решить куда девать женскую часть войска. Их там человек тридцать, большая часть на улице осталась, вперед пустили самых контактных. У нас столько места–то и нет. Где они спать будут?
Весь день мы решали кого куда и как. Семерых удалось сложить тетрисом у Виктора Петровича в кабинете. Остальное поделили на равные части и уложили в кухне, в спальне Макса и у меня. Но все равно было тесновато. Хорошо у нас хоть спальники были. И парочка раскладушек.
Я доверила Максу остаться дома и встречать курьера с продуктами, потому что богатырши хотели кушать, а законы гостеприимства и бицепсы размером с мою голову не позволяют, провести лекцию о пользе лечебного голодания в гостях. Стужев возражал, но я все равно сбежала. Но не просто так. Я поехала к Лине узнать какое количество человек способна переклювать курица и уйти от преследования невредимой. Короче, я хотела сбагрить парочку дев в квартиру.
– А… Ты всегда так с размахом провожаешь старый год? – удивилась Лина, когда я наведавшись к ней, с порога обрисовала расклад и показал фото богатырш (без фото в это все очень сложно поверить, зато когда видно что на фотографии много высоких женщин в былинных доспехах и с мечами, сразу веришь в чудеса).
– О, это какое–то супер–пупер зелье, да, типо вырастайка, – выглянул из гостиной Васька.
– Ты тут откуда? – удивилась я.
– Мы ищем возможное место, где затаились маги ковена, с помощью тех штуковин... – вдруг замялся он.
– Остатков машины предсказаний, – спокойно пояснила Лина, – которые мы из Питера привезли. Еще изучает магнитные потоки.
– Потоки?
– Там, где сильнейшие колебания ткани мироздания – должны быть и колебания магнитного поля, – заявил мне Василий. – Мы эти штуки заклинать не умеем, но кажется, можем использовать их чувствительность к магнитному резонансу, что б они указали нам на колдунов. Ты сама говорила, что магия оставляет следы. Вы их с Максом ищите свечами, биноклями...
– Оставляют, Вася. Ключевое в этом глаголе – прошедшее время. Мы следы ищем после того, как все случится, а не до! – При всей дури, которая есть в голове у Стужева, даже он не додумался искать следы магии до ее применения.
– Но ковен ведь готовятся, значит их можно просчитать и предугадать их действия, – пояснила Лина.
– Наверное, можно, – пришлось согласится мне. – Но у нас нет всех данных. Даже ваша машина работала с кучей переменных, которые приходилось дополнять! Нам просто неоткуда их взять, что бы рассчитать правильно!
– Ты думаешь, они шифруются? – сощурил глаза Вася. – Скрывают свои силы или вообще их не используют?
– Очевидно, что да. Вы лучше спросите свою машину предсказаний, если вдруг врата все же откроют, как их закрыть.
Это заняло некоторое время, за которое трижды звонил Стужев, жалуясь, что курьер никак не желает отыскать наш дом. В итоге, ответ я не получила – дурацкие артефакты, просто поменяли на всех доступных им смартфонах экран заставки. Поставили какое–то сердце проткнутое очень тонким кинжалом. Лина с Васей расстроились, но обещали еще поколдовать на нужным ответом. Курица выразила мне свою «фи» и гордо удалилась на балкон. Мне же пришлось быстренько купить продуктов в ближайшем магазине и приехав, начать готовить на целую ораву. И те двадцать несчастных упаковок макарон, которые я, как ломовая лошадь, тащила на себе, кончились.
К середине ночи, голодные и стесненные, мы все же легли спать. Минут через двадцать, когда спавшие на моем полу богатырши захрапели богатырским храпом, а я поняла, что подушка плохо звукоизолирует настолько глубокие частоты, в дверь постучался Стужев. Взъерошенный, со своим одеялом, словно дрался с кем–то.
– Что случилось? Ковен? Потоп? Приведения? Чупокабра просит политического убежища? – спросила я, предполагая самое худшее – к нам прибыла вторая партия дев–воительниц, которые в двое крупнее уже расфасованных по комнатам гостей.
– У нас меняется расстановка сил. Моя комната больше твоей, здесь всем тесно. Девушки, проследуйте, пожалуйста, в мою комнату, вместе со спальными принадлежностями. Самая проворная может занять кровать.
Макс забрал у одной из дев спальный мешок и стал устраиваться на полу. Богатырши, недовольно ругаясь по старославянски, побрели куда их отправили.
– Стужев?
– Ты нечего не спрашиваешь, а мирно спишь до рассвета или наступления апокалипсиса. Тут на твой выбор, – сказал он, отвернувшись от меня.
– Ты обнаглел. В мою же комнату приперся… – я даже приподнялась на локтях, что бы удобней было прожигать его затылок взглядом, как дверь резко распахнулась и в нее заглянула одна из богатыршь. Чернявенькая такая, симпатичная, но глаза шальные.
– Куда ж ты, мой маленький коротыш, делся, – спросила она, любовно глядя на Стужева. Тот подпрыгнул на месте, но отползать в ужасе не стал. Силу воли у напарника не отнять, я б после такого уже под кровать юркнула.
– Коротыш, – я не смеялась. Я понимала весь трагизм ситуации. Пришлось дыхание задержать, что б не заржать в голос. Макс стал что–то быстро тараторить, указывая пальцем в мою сторону. Дева наградила меня тяжелым взглядом и вышла, закрыв за собой дверь, так, что треснул косяк.
– Если что, подыграй мне. Типо мы пара и я верный… Хватит ржать!
Я закивала головой, но Стужев понял, что мое сочувствие не искреннее, а прорывающиеся хихиканье и вовсе его взбесило. Всю ночь он со мной не говорил. Ну а я была не против. Ночью спать нужно, особенно если есть возможность.
Утром он проснулся все таким же букой.
– Ты даже во сне ржала, – обвиняющие заявил он.
– Прости, мой милый корот...–
– Не смей!
Спустившись на кухню, мы оценили масштабы их аппетита. У нас не осталось ничего, даже просроченного. Даже то, что я иногда покупала в порыве самокритики, желая похудеть (а на вкус эта еда либо как картон, либо сельдерей) было съедено.
– Мы их не прокормим, – прошептал Макс. А уж если он так говорит...
– О, не успела, – к нам заглянула вернувшаяся Баба Яга и загнала дев в свою избушку. – Простите, такое интересное происшествие случилось, чуть свои профессиональные обязанности не забыла исполнить.
Поскольку девы ушли, а продовольственная разруха осталась, я волевым усилием заставила нас с Максом пойти в ближайший супермаркет. В конце концов, Новый Год скоро, а у нас даже елки нет.
Глава 2
Если вам когда–нибудь придется идти со Стужевым в супермаркет, то записывайте три непреложных правила выживания:
Первое – ни в коем случае, не давайте ему самому выбирать продукты. Он пользуется принципом: что ближе лежит, то и вкусно. Ни цена, ни срок годности, ни даже название товара его не волнует. Сказано купить допустим утку – он притащим курицу. Вместо сока может купить чистящее средство. А что он обычно берет вместо помидоров, я вообще молчу. И да, он не может понять простую аксиому – пять пачек кофе это немного.
Второе – не позволяйте Стужеву идти в отдел с алкоголем. Потому что вот там он залипнет до майских. Он у нас мечтает однажды найти такой веселящий напиток, что бы по утру не болела голова и каждый раз выбирает алкоголь, как в поселений. Обычно он долго думает, потом включает чуйку (минут через сорок). Спойлер, чуйка не работает на выбор алкоголя и голова на утро болит всегда.
Третье – никогда не расслабляйтесь. Никогда. Это правило, в принципе, подходит для любых занятий. Особенно, если лично вы Страж. Потому что даже в супермаркете вас может ждать сюрприз.
Первым звоночком, что зря мы не стали учиться питаться солнечной энергией, вместо обычной пищи стал пропавший свет.
– Начались диафильмы, – проворчал Стужев. А ведь мы были уже на кассе. Которая теперь не работала и на выход никого не пускала.
– Уважаемые покупатели, – взялась успокаивать народ одна из кассирш, а народу было много. Две недели до Нового Года, люди пошли закупать долго портящиеся продукты, что б не толпиться в праздник. Толпиться лучше по будням и зарание, так решили все. И мы тоже. – Подождите немного и мы сможем пробить ваши покупки.
– А двери–то откройте, сколько нам тут ждать? – крикнула женщина в толстой, горчичного цвета, шубе. Она и ее муж уже купили все что хотели и просто не успели вовремя убежать из приветливого супермаркета. А раздвижные двери заклинило нафиг.
Ее уверили, что сейчас все раздвинут и она сможет отправиться по своим делам. Мы с Максом стояли у самой дальней кассы, где рядом располагались помещения для сотрудников и склад. По тому мы первыми услышали странные звуки, похожие толи на шепотки, толи на смешки какие… Не могу разобрать. Двери так и не открывались, кассы зависли. Мы стояли, как идиоты в полу расстегнутой верхней одежде и ждал, когда в противоположной части супермаркета раздались уже панические крики.
– Что там? – удивилась кассирша и встала из–за своего места, что б лучше видеть происходящее.
– Стой тут, я посмотрю, – сказал Стужев, всунув мне в руки продукты из тележки. Пока я их обратно убирала он уже смылся. Хитрый гад.
– Девушка, а девушка, прикурить не найдется? – раздался голос из–под кассы и кассирша жутко заорала, отскочив от своего рабочего места. Блин! Я не успела сориентироваться! Должна была выхватить кинжал из сумки, но меня ловко подсекли и я грохнулась на пол. Пуховик смягчил падение, но я отчетливо поняла, что сегодня его на мне дорвут. И нужен будет новый.
– Девушка, а девушка, чего вы не кричите? Кричите! Вам сейчас больно будет, – меня схватили за ногу и потащили под кассу.
– Отвали! – Я лягалась и брыкалась. И видимо, удачно попала каблуком по своему не в меру активному собеседнику, потому что ногу отпустили. Я попятилась назад. И быстро выползла на пустое пространство между кассами и рядами стеллажей с продуктами. Но прямо на меня неслась толпа народу, с криками и визгами. Эта толпа была в панике и не разбирала дороги, спасала себя от неведомой угрозы. Затоптать одну не крупную девушку для нее было раз плюнуть.
Не волнуйтесь. Отложите корвалол на случай более важных вещей (квартальный отчет, двойка по русскому у младшего сына, апокалипсис, сломанные ногти). Я в конце концов, не томная барышня без чувства самосохранения. У меня все рефлексы и навыки на месте. Я успела сообразить, что все эти люди несутся на меня и еще догадалась, что нечто зловещее несется за ними следом. Я успела вскочить на ноги, до того, как меня затоптали и отпрыгнуть в строну, в ряды с продуктами.
За людьми гнались существа с зелеными головами. Они прыгали в центр толпы и бросались на людей, создавая хаус. Бедные покупатели кидались кто куда, хаотично отделяясь от остальных напуганных людей, забегая в ряды стеллажей. Принцип разделяй и властвуй в действии. Я прижалась поплотнее к ряду с продуктами, пропуская убегающих и только тогда заметила, что низ моих штанов порван в клочья, а сапог исцарапан. Словно бешеная собака покусала. Совсем рядом раздалось задорное улюлюканье.
– Девушка, а девушка. Что ты не бежишь? – прошептали мне на ухо и вы понимаете, я не железная. Я нервная, у меня дома богатырши, волшебные птицы, Баба Яга, курица несущая золотые яйца, сестра убитого жениха, подруга, которая запуталась в своих чувствах, Васька, который всегда Васька и вообще я задолбалась!
Ну и в подкравшегося ко мне нечистника полетело нечто рассыпчатое, что в сумке под руку попалось, кажется, соль. Кинжал я нащупать не могла, а пистолет оставила дома, бестолочь!
– Ведьма что ли? – удивленно проговорил… ну это не то, что б человек. Но, кажется, этого персонажа можно причислить к мужскому полу. Я успела рассмотреть бешеный огонь желто–оранжевых глаза, хищную, клыкастую ухмылку и голову… скорее всего это просто шапка такая на нее натянута, треугольная, закрывающая все лицо. Но тогда, как на нем видны глаза и рот... В темноте не очень хорошо разглядывается, но анатомия, если я права, у них занятная. В руках этот держал нечто острое. Понять, что именно, я не успела, соль же не подействовала. Ну совсем. Это могло меня расстроить. Если б соль не забила монстру глаза и рот, он стал отплевываться, давая мне пару секунд форы.
