Васька притормозил чуть позади, он–то не обладал волшебным девайсом или магией. Так что мы отдали ему пистолеты, которые брали с собой в сказку, и все запасы патронов. Наш друг усердно палил в магов, хотя его просили экономить пули. Все равно колдуны останавливали их на подлете. Избушка вот отлично затаптывала адептов ковена ногами. Но и ее связали магическими путами, обездвижев бедное волшебное строение.
– Ишь! Ироды! Свою избушку сначала заведите, потом и магией в нее шараште, – крикнула Яга из окошка. Я же проворно направила швабру вверх и резко спикировала к мосту. Туда, где в центре черных, страшных рисунков лежало золотое яйцо. Возле этого жуткого перформанца я увидела две фигуры стоящие на коленях. Женскую и мужскую. Девушка двумя руками прижимала к груди блестящую золотом курицу. Лину и Альберта стерегли двое магов.
– Держитесь, я сейчас! – хотела крикнуть я, грациозно спикировав и забрав яйцо. Но не судьба. У меня вышел отчаянный писк, потому что колдуны скинули со своих голов темные капюшоны. И я увидела, что большинство адептов ковена были мертвы. Причем, мертвы не первый день, кое–кто и пару лет уже гнил, по виду. Среди мертвецов был и Экллипс, который не смог стащить у меня книгу на Новый Год. Он ведь лишился силы, но видимо, ему нашли применение в этом мерзком плане. Его посиневшее лицо не выражала ничего, а из безвольно открытого рта вылетало жалкое мычание. Живодерка, обратившая меня в волколака, тоже выглядела не лучше. Хотя и была еще живой. Прочие маги, лишенные сил по нашей милости, смотрели на меня мутными, гниющими глазами из которых тонкими струйками вытекала черно–красная слизь.
Живых колдунов было не так много. Четверо. Они приказали мертвецам схватить меня и те, беспрекословно подчиняясь, призвали новую волну тьмы, которая проходя через мертвые тела магов, разрушала их. Они направили всю темную силу на меня.
Пробиться к центру – практически невозможно. Нужен был план. Я увернулась от потока тьмы, сделав кульбит в воздухе, отлетев от магов назад и увидела, как к мосту подъезжает процессия черных внедорожников. Они остановились возле богатырей.
– Сзади! – крикнула я своим друзьям, когда дверцы машин открылись и из них вылезли… Стражи. Дед Макса, в обмундировании, какое в кино у спецназа показывают, быстро оценил обстановку и побежал к нам. Всего с ним приехало человек тридцать и каждый держал в руках полупрозрачный переливчатый щит. Не могу разобрать, что это за материал.
Я тоже вернулась к напарнику. Не хватало еще и с Советом Стражи биться.
– Что тебе надо? Помочь им пришел? – ни капли дружелюбия в голосе Макса не проскальзывало. Он порубил на части достойное количество мертвых магов и теперь гарцевал на Индрик–звере.
– Там Лина и Альберт, они в заложниках, – успела я сказать напарнику, прежде, чем Филипп приблизился к нам.
– Тогда давайте как–то уже спасем их и все! – крикнул Васька и пошел на таран. Хорошо, что Конек–Горбунок умный зверь и привез горе–воителя назад.
– Куда, герой любовник! – прошипела я, думая, как достать яйцо и не дать убить наших друзей. Сложная задача. Но пока враги заняты ритуалом, можно еще раз попробовать...
– Мы прибыли помочь, – ответил Филипп.
– С чего это вдруг? – скривился Стужев.
– Я видел твою маму… После вашего отъезда. Она была так зла на меня. Так кричала… Это не мог быть просто сон, – сказал дед Макса. И я ему поверила.
– Ты чуть Сашку не убил! А теперь приехал и думаешь, что я…
– Мы будем рады любой помощи, – сказала я, уводя швабру на новый круг.
– Да ты извиваешься! – крикнул Стужев, и еще добавил, почти шепотом, обращаясь к своему деду, но я по неясной причине расслышала эту реплику: – Мы с ней вместе и этого ничто не изменит. Хоть помогай, хоть нет! Она со мной.
Что ответил Филипп расслышать уже не получилось, но судя по тому, что мне кинули один из странных щитов, когда я пролетала над прибывшими Стражами (брала разгон, да и оценить численность и обмундирование новоприбывших было нелишним) дедушка Макса смирился с моим присутствием в жизни внука.
Щит был небольшой, ну скажем, в половину моего роста. Про материал все еще не могу ничего сказать, легкий, как пластик, но на ощупь холодный, как металл. Внутри видны прозрачные прожилки, в которых еле мерцают искорки. На задней стороне у щита сделана ручка, что бы его удобней было держать при атаке.
– Антимрак! – гордо заявил Страж в кепке. По моему его зовут Карп? И не холодно ж.
– Вы уверены, что хотите дать мне это в руки? – уточнила я. Над нами сгущались свинцовые тучи. В них мелькали кроваво–красные молнии.
– Если три раза молния попадет в яйцо, то расколет его. Они призывают темную грозу, – крикнула Яга, распутывая чары магов, которые стреножили избушку. Вокруг скакал кот Баюн и отгонял особо ретивых колдунов от Стефы, которая пыталась бить неприятеля метлой. Рина больше преуспевала, швыряя в магов огненными шарами.
– Твою мать! – выругались мы.
– А вы разве не должны дождаться, когда тьма… – решил покачать права Стужев. Самое же время, да!
– Я сама решаю должна или нет, – крикнула ему в ответ Яга. – Вот отрастишь себе передвижную избушку, тогда тоже так сможешь! – Спорить дальше было бесполезно, тем более времени не осталось вообще.
– Мы берем их на себя, ты должна добыть яйцо! – подозвав меня и Ваську к себе Стужев. Богатыри даже не шевелились. Алконост и Сирин замерли на мостовых дугах.
Я изучала возможности прорыва обороны противника с воздуха. С щитом это сделать было можно, но все равно проблематично…
– Они все равно его откроют. Они всегда его открывают, не тратьте силы. Вы должны будете закрыть его и засунуть всех монстров обратно, – печально сказала Сирин.
– Но мы все равно вами гордимся, – подбодрила Алконост.
– А я вот думаю, что можно и изменить пару традиций, если от них толку ноль, – раздался рядом со мной знакомый голос. Я обернулась и увидела, как между рядами богатырей, сверкая волчьей зеленью глаз, идет Полкан.
– Я слышал, что в Новосибирске не очень экологическая обстановка, но что бы уже и волки говорить стали, – несказанно удивился Филипп.
– Полкан, – представили мы с Максом нашего друга.
– Да, я тоже рад, – дружелюбно улыбнулся он.
Должна заметить, что вообще все знатно прифигели, после появления Полкана. Стражи, богатыри, птицы. Яга.
– Рад, что оправдал ваши ожидания. Саша, почему без шапки? Прикрой голову. Максим… ты можешь прикрывать что–то по желанию. Лучше Сашу.
– Ты всегда был таким обаятельным зверьем! – ухмыльнулся Макс.
– Офигеть, говорящая собака! – тут же телепортировался к нему Васька.
– Я не собака. Я переходный элемент.
– А, – с видом знатока протянул Вася, – Волколак?
– Сам дурак, – мигнул глазами Полкан.
– Еще одно темное отродье, – недовольно проворчал дед Макс, доставая пистолет.
– Вы б про дочь не забывали свою. Они там, – Полкан задрал морду к небу, – и так все волнуются.
– Откуда ты знаешь? – сразу спросила я – Ты разве можешь такие вещи чувствовать?
В центр толпы магов ударила красная молния. Яга говорила про три удара. Значит у нас есть шанс.
– Нет. Но я ж мысли читаю, а Кира отцу во сне много интересного наговорила. И я с ней согласен, умная женщина, по-умней главы Совета Стражей. В мать, видимо, пошла. Ладно, нет времени на препирательства. Попытаемся изменить ход вещей и не позволим вратам открыться. Сейчас все быстро будет, давайте поторопимся, ребятки. Саша, шапка!
– Согласен, – кивнул Макс. А еще до полуночи осталось меньше минуты. И мы пошли в новую атаку. Ближайших колдунов на себя взяли Стражи, их пистолеты, что интересно, стреляли пулями с пеплом рябины, я вам клянусь. Нам бы такое оружие. Вася и освобожденная от пут избушка взяли на себя другую часть мертвых магов. Я, Макс и Полкан мчались к центру защитного контура, который начертили адепты ковена. Где стояли те единственные живые маги. Вокруг золотого яйца бурлила тьма. Она уже протянула свои щупальца по бокам, деля мост на двое.
– Макс, – я махнула ему на Лину и Альберта. Индрик–зверь ловко перескочил через темную линию, ближе к нашим пойманным друзьям.
– Бестолочи! Меня тут чуть не убили! – закричал Альберт, убедившись, что сейчас мы его точно услышим. Макс хотел было закинуть его и Лину на коня, но к нему бросился один из мертвых колдунов и напарник вынужден был отскочить чуть назад, что бы лучше отражать атаки тьмы.
Дальше события развивались слишком быстро и я помню их не очень четко. Полкан вцепился зубами в мантию одного из четырех колдунов и рванул ее на себя. Маг покачнулся и грохнулся на мост, образовав прореху в магическом контуре. Я бросилась в нее и почти добралась до яйца. И тогда же раздался полночный удар часов (хотя Новосибирск не Лондон и громадные часы не мешают людям спать). Красная молния в третий раз ударила из багровых туч. Разряд этот показался мне неестественно медленным, но и одновременно быстрым. Не могу объяснить наверняка, каким чудом я успела.
Я сделала единственное, что могла в этой ситуации, видя, как огромная наэлектризованная кровавая тьма летит к яйцу, которое нельзя разбивать ни в коем случае – я зависла над волшебным продуктом в воздухе, прямо на пути траектории молнии. Как можно крепче сжавшись, я прикрылась от удара щитом, уже мысленно прощаясь с жизнью и вспоминая статистику выживаемости после аналогичных происшествий. Она меня не порадовала. Но молния ударившись в мою спину (как–то интересно минуя щит, даже помарочки на нем не оставив), не убила меня. Даже не подожгла. Она распалась на несколько тысяч искорок белой магии. Я выпрямилась, стряхивая электрические зарядики с себя. Они не причинили мне вреда, но кололись словно иголки. И белые шарики осели на яйцо. Тогда же оно треснуло.
Мир замер. Потом раздался жуткий вой и мост стал видоизменяться. Одна его половина осталось такой какой и была. Та часть, которая тянулась к нашему берегу, где стояли богатыри и сражались мои друзья. А вот центр защитного контура покрылся эманациями тьмы, ровно в его середине открылся огромного размера темный портал, показывая нам вид на совсем другой мост. На Калинов мост. Он полз вперед из портала, выбрасывая темные костяные цепи, которые впивались в полотно дороги, в дуги и прочие части нашего моста, понемногу видоизменяя его. С той стороны тьма крепко держала цепи, питая их потоком своей силы. Тут же показались злобные и жуткие твари, для половины которых и названий не существовало. За их спинами возвышались тени четырех воевод тьмы.
Тогда же грянула настоящая битва.
Я на краткую секунду утратила понимание происходящего, но когда пришла в себя увидела, как войско тьмы несется к нам на всех парах. Вот что называли рекой Смородиной, не реальную воду, а поток несущейся вперед нежити, кто б мог подумать…
Альберт схватил Лину и бросил ее в реку с моста. Ну в ту часть реки, где пока еще был лед. Девушка приземлилась мягко (очевидно, благодаря магии) и что–то крикнув (скорее всего ругательство) бросилась бежать. Курицу она ни на секунду не выпустила из рук. Но сам Альберт не последовал ее примеру, остался стоять на мосту, сунулся в магический контур, получил разряд магией и отскочил ближе к нашим. Он вскинул руки в знакомом мне магическом жесте.
Наш мост продолжал сливаться с жутким потусторонним строением. Калинов мост был сделан из костей. По его бокам, вместо перекрытий, стояли, пропитанные вязкой тьмой, палки, на них были нанизаны черепа неизвестных науки животных. И даже человеческие. Но больше всего было промежуточных вариантов. Многие из черепов украшали рога или костяные пятоки вместо носов. Их глаза тлели темой. И все они злобно и угрожающе смеялись. Кости мостового корпуса были раскаленны холодным огнем, в их сердцевинах стучала, словно пульс, темная магия. Она же пульсировала и в каждой твари, подгоняя их полчища быстрее ступить в наш мир.
И это было еще пол беды.
Я ели успела отлететь с их пути, или меня бы смело потоком тьмы.
– Понял тебя насчет эдичек… – крикнул Макс, когда в рядах нежити появились полупрозрачные фантомы убитых колдунов. Все они рвались к границе, к порталу, что бы схлестнуться в битве с людьми и уничтожить нас. Их были тысячи. Ряды зловещих мертвецов, отдавших свои души тьме и теперь служащий ей беспрекословно. Между ними брели все виды чудовищ… навьи, кикиморы, упыри, мары. Любая нежить, какую душе угодно, можно было отыскать в рядах темной армии. Они выли, хохотали, клацали зубами, и просто завывали. Эта какофония смерти и страха гремела с невероятной силой.
У самого края портала трогательно блестели золотые скорлупки разбитого яйца курочки Рябы. Между ними мерцали разряды молний, отгоняя щупальца тьмы. Видимо, остаточный заряд от искр белой магии.
– В бой! – скомандовал главный богатырь и они наконец–то двинулись нам на подмогу.
– Решающая секунда. Не допусти в мир тьму… – прошептали мне на ухо женские голоса и я завертела головой. В небе, вокруг моста парили берегини. Они раскинули руки и вокруг нас образовалось нечто вроде энергетического поля. Барьера. Тьма бросилась к контурам купола, но не смогла его пробить. Фантомы и нечисть злобно зашипели, ощущая, как им стараются помешать уничтожить этот мир.
Потоки чудищ хлынули на нас, но большинство рвались к городу. Стражи и богатыри вступили в схватку и стали теснить неприятеля назад. Закипел смертный бой. Нечисть не церемонилась, твари были свирепы и жестоки. Первородные обитатели тьмы, не знавшие боль уничтожения. Те, кто никогда не видел света, но знал чувство неутолимого голода.
– Мы справимся с ними, – крикнул мне один из богатырей, когда я перерезала глотку своим кинжалом очередной навьи. – Вы должны победить воевод смерти.
Макс ловко рассекал поток нежити мечом–кладенцом. Под копытами его коня лежали маги призвавшие Калинов мост. И мой напарник тут ни причем, колдуны упали замертво, как только открылись врата. Их тела медленно истлевали, превращаясь в горстки черного праха. Индрик–зверь брезговал наступать на него и потому у Макса были некоторые сложности в управлении боевым транспортом. А я замечала, как в рядах нечисти снуют фантом. Но сейчас они были не теми же бестелесными духами, что я видела в лабиринте. Нет, сейчас они пропускали через себя потоки чистейшей тьмы, которые разъедали все, до чего касались.
– Где эти воеводы? – пропыхтел Стужев, задолбавшись отбиваться от наплыва все новых орд нечисти. Полкан ловко бросался под ноги упырям и навьям, те падали и Васька их добивал серебряными пулями. Избушка на курьих ножках лютовала. По ней пытались ползти парочка черных монстров без голов. Яга их как раз внутрь затащила. Наверное, фарш делать будет.
Я лавировала между потоками нежити и моими друзьями, стараясь убить, как можно больше тварей. Швабра хорошая, маневренная, ай! Подождете минутку мне надо сломать клыки одному свинообразному чудовищу! А потом еще упырю и вон той маре.
– Да вон они! – заорал Альберт, который магией развеивал фантомов. И указал на портал. Там в клубах темного дыма и маслянистого тумана, я разглядела знакомые глаза–угольки. Но когда эти… существа все же переступили портал… Я поняла, что обманулась. Это был не Верховный.
Они выползали по очереди.
– Ишь! Ироды! Свою избушку сначала заведите, потом и магией в нее шараште, – крикнула Яга из окошка. Я же проворно направила швабру вверх и резко спикировала к мосту. Туда, где в центре черных, страшных рисунков лежало золотое яйцо. Возле этого жуткого перформанца я увидела две фигуры стоящие на коленях. Женскую и мужскую. Девушка двумя руками прижимала к груди блестящую золотом курицу. Лину и Альберта стерегли двое магов.
– Держитесь, я сейчас! – хотела крикнуть я, грациозно спикировав и забрав яйцо. Но не судьба. У меня вышел отчаянный писк, потому что колдуны скинули со своих голов темные капюшоны. И я увидела, что большинство адептов ковена были мертвы. Причем, мертвы не первый день, кое–кто и пару лет уже гнил, по виду. Среди мертвецов был и Экллипс, который не смог стащить у меня книгу на Новый Год. Он ведь лишился силы, но видимо, ему нашли применение в этом мерзком плане. Его посиневшее лицо не выражала ничего, а из безвольно открытого рта вылетало жалкое мычание. Живодерка, обратившая меня в волколака, тоже выглядела не лучше. Хотя и была еще живой. Прочие маги, лишенные сил по нашей милости, смотрели на меня мутными, гниющими глазами из которых тонкими струйками вытекала черно–красная слизь.
Живых колдунов было не так много. Четверо. Они приказали мертвецам схватить меня и те, беспрекословно подчиняясь, призвали новую волну тьмы, которая проходя через мертвые тела магов, разрушала их. Они направили всю темную силу на меня.
Пробиться к центру – практически невозможно. Нужен был план. Я увернулась от потока тьмы, сделав кульбит в воздухе, отлетев от магов назад и увидела, как к мосту подъезжает процессия черных внедорожников. Они остановились возле богатырей.
– Сзади! – крикнула я своим друзьям, когда дверцы машин открылись и из них вылезли… Стражи. Дед Макса, в обмундировании, какое в кино у спецназа показывают, быстро оценил обстановку и побежал к нам. Всего с ним приехало человек тридцать и каждый держал в руках полупрозрачный переливчатый щит. Не могу разобрать, что это за материал.
Я тоже вернулась к напарнику. Не хватало еще и с Советом Стражи биться.
– Что тебе надо? Помочь им пришел? – ни капли дружелюбия в голосе Макса не проскальзывало. Он порубил на части достойное количество мертвых магов и теперь гарцевал на Индрик–звере.
– Там Лина и Альберт, они в заложниках, – успела я сказать напарнику, прежде, чем Филипп приблизился к нам.
– Тогда давайте как–то уже спасем их и все! – крикнул Васька и пошел на таран. Хорошо, что Конек–Горбунок умный зверь и привез горе–воителя назад.
– Куда, герой любовник! – прошипела я, думая, как достать яйцо и не дать убить наших друзей. Сложная задача. Но пока враги заняты ритуалом, можно еще раз попробовать...
– Мы прибыли помочь, – ответил Филипп.
– С чего это вдруг? – скривился Стужев.
– Я видел твою маму… После вашего отъезда. Она была так зла на меня. Так кричала… Это не мог быть просто сон, – сказал дед Макса. И я ему поверила.
– Ты чуть Сашку не убил! А теперь приехал и думаешь, что я…
– Мы будем рады любой помощи, – сказала я, уводя швабру на новый круг.
– Да ты извиваешься! – крикнул Стужев, и еще добавил, почти шепотом, обращаясь к своему деду, но я по неясной причине расслышала эту реплику: – Мы с ней вместе и этого ничто не изменит. Хоть помогай, хоть нет! Она со мной.
Что ответил Филипп расслышать уже не получилось, но судя по тому, что мне кинули один из странных щитов, когда я пролетала над прибывшими Стражами (брала разгон, да и оценить численность и обмундирование новоприбывших было нелишним) дедушка Макса смирился с моим присутствием в жизни внука.
Щит был небольшой, ну скажем, в половину моего роста. Про материал все еще не могу ничего сказать, легкий, как пластик, но на ощупь холодный, как металл. Внутри видны прозрачные прожилки, в которых еле мерцают искорки. На задней стороне у щита сделана ручка, что бы его удобней было держать при атаке.
– Антимрак! – гордо заявил Страж в кепке. По моему его зовут Карп? И не холодно ж.
– Вы уверены, что хотите дать мне это в руки? – уточнила я. Над нами сгущались свинцовые тучи. В них мелькали кроваво–красные молнии.
– Если три раза молния попадет в яйцо, то расколет его. Они призывают темную грозу, – крикнула Яга, распутывая чары магов, которые стреножили избушку. Вокруг скакал кот Баюн и отгонял особо ретивых колдунов от Стефы, которая пыталась бить неприятеля метлой. Рина больше преуспевала, швыряя в магов огненными шарами.
– Твою мать! – выругались мы.
– А вы разве не должны дождаться, когда тьма… – решил покачать права Стужев. Самое же время, да!
– Я сама решаю должна или нет, – крикнула ему в ответ Яга. – Вот отрастишь себе передвижную избушку, тогда тоже так сможешь! – Спорить дальше было бесполезно, тем более времени не осталось вообще.
– Мы берем их на себя, ты должна добыть яйцо! – подозвав меня и Ваську к себе Стужев. Богатыри даже не шевелились. Алконост и Сирин замерли на мостовых дугах.
Я изучала возможности прорыва обороны противника с воздуха. С щитом это сделать было можно, но все равно проблематично…
– Они все равно его откроют. Они всегда его открывают, не тратьте силы. Вы должны будете закрыть его и засунуть всех монстров обратно, – печально сказала Сирин.
– Но мы все равно вами гордимся, – подбодрила Алконост.
– А я вот думаю, что можно и изменить пару традиций, если от них толку ноль, – раздался рядом со мной знакомый голос. Я обернулась и увидела, как между рядами богатырей, сверкая волчьей зеленью глаз, идет Полкан.
– Я слышал, что в Новосибирске не очень экологическая обстановка, но что бы уже и волки говорить стали, – несказанно удивился Филипп.
– Полкан, – представили мы с Максом нашего друга.
– Да, я тоже рад, – дружелюбно улыбнулся он.
Должна заметить, что вообще все знатно прифигели, после появления Полкана. Стражи, богатыри, птицы. Яга.
– Рад, что оправдал ваши ожидания. Саша, почему без шапки? Прикрой голову. Максим… ты можешь прикрывать что–то по желанию. Лучше Сашу.
– Ты всегда был таким обаятельным зверьем! – ухмыльнулся Макс.
– Офигеть, говорящая собака! – тут же телепортировался к нему Васька.
– Я не собака. Я переходный элемент.
– А, – с видом знатока протянул Вася, – Волколак?
– Сам дурак, – мигнул глазами Полкан.
– Еще одно темное отродье, – недовольно проворчал дед Макс, доставая пистолет.
– Вы б про дочь не забывали свою. Они там, – Полкан задрал морду к небу, – и так все волнуются.
– Откуда ты знаешь? – сразу спросила я – Ты разве можешь такие вещи чувствовать?
В центр толпы магов ударила красная молния. Яга говорила про три удара. Значит у нас есть шанс.
– Нет. Но я ж мысли читаю, а Кира отцу во сне много интересного наговорила. И я с ней согласен, умная женщина, по-умней главы Совета Стражей. В мать, видимо, пошла. Ладно, нет времени на препирательства. Попытаемся изменить ход вещей и не позволим вратам открыться. Сейчас все быстро будет, давайте поторопимся, ребятки. Саша, шапка!
– Согласен, – кивнул Макс. А еще до полуночи осталось меньше минуты. И мы пошли в новую атаку. Ближайших колдунов на себя взяли Стражи, их пистолеты, что интересно, стреляли пулями с пеплом рябины, я вам клянусь. Нам бы такое оружие. Вася и освобожденная от пут избушка взяли на себя другую часть мертвых магов. Я, Макс и Полкан мчались к центру защитного контура, который начертили адепты ковена. Где стояли те единственные живые маги. Вокруг золотого яйца бурлила тьма. Она уже протянула свои щупальца по бокам, деля мост на двое.
– Макс, – я махнула ему на Лину и Альберта. Индрик–зверь ловко перескочил через темную линию, ближе к нашим пойманным друзьям.
– Бестолочи! Меня тут чуть не убили! – закричал Альберт, убедившись, что сейчас мы его точно услышим. Макс хотел было закинуть его и Лину на коня, но к нему бросился один из мертвых колдунов и напарник вынужден был отскочить чуть назад, что бы лучше отражать атаки тьмы.
Дальше события развивались слишком быстро и я помню их не очень четко. Полкан вцепился зубами в мантию одного из четырех колдунов и рванул ее на себя. Маг покачнулся и грохнулся на мост, образовав прореху в магическом контуре. Я бросилась в нее и почти добралась до яйца. И тогда же раздался полночный удар часов (хотя Новосибирск не Лондон и громадные часы не мешают людям спать). Красная молния в третий раз ударила из багровых туч. Разряд этот показался мне неестественно медленным, но и одновременно быстрым. Не могу объяснить наверняка, каким чудом я успела.
Я сделала единственное, что могла в этой ситуации, видя, как огромная наэлектризованная кровавая тьма летит к яйцу, которое нельзя разбивать ни в коем случае – я зависла над волшебным продуктом в воздухе, прямо на пути траектории молнии. Как можно крепче сжавшись, я прикрылась от удара щитом, уже мысленно прощаясь с жизнью и вспоминая статистику выживаемости после аналогичных происшествий. Она меня не порадовала. Но молния ударившись в мою спину (как–то интересно минуя щит, даже помарочки на нем не оставив), не убила меня. Даже не подожгла. Она распалась на несколько тысяч искорок белой магии. Я выпрямилась, стряхивая электрические зарядики с себя. Они не причинили мне вреда, но кололись словно иголки. И белые шарики осели на яйцо. Тогда же оно треснуло.
Мир замер. Потом раздался жуткий вой и мост стал видоизменяться. Одна его половина осталось такой какой и была. Та часть, которая тянулась к нашему берегу, где стояли богатыри и сражались мои друзья. А вот центр защитного контура покрылся эманациями тьмы, ровно в его середине открылся огромного размера темный портал, показывая нам вид на совсем другой мост. На Калинов мост. Он полз вперед из портала, выбрасывая темные костяные цепи, которые впивались в полотно дороги, в дуги и прочие части нашего моста, понемногу видоизменяя его. С той стороны тьма крепко держала цепи, питая их потоком своей силы. Тут же показались злобные и жуткие твари, для половины которых и названий не существовало. За их спинами возвышались тени четырех воевод тьмы.
Тогда же грянула настоящая битва.
Прода от 28.12.2025, 17:01
Глава 3
Я на краткую секунду утратила понимание происходящего, но когда пришла в себя увидела, как войско тьмы несется к нам на всех парах. Вот что называли рекой Смородиной, не реальную воду, а поток несущейся вперед нежити, кто б мог подумать…
Альберт схватил Лину и бросил ее в реку с моста. Ну в ту часть реки, где пока еще был лед. Девушка приземлилась мягко (очевидно, благодаря магии) и что–то крикнув (скорее всего ругательство) бросилась бежать. Курицу она ни на секунду не выпустила из рук. Но сам Альберт не последовал ее примеру, остался стоять на мосту, сунулся в магический контур, получил разряд магией и отскочил ближе к нашим. Он вскинул руки в знакомом мне магическом жесте.
Наш мост продолжал сливаться с жутким потусторонним строением. Калинов мост был сделан из костей. По его бокам, вместо перекрытий, стояли, пропитанные вязкой тьмой, палки, на них были нанизаны черепа неизвестных науки животных. И даже человеческие. Но больше всего было промежуточных вариантов. Многие из черепов украшали рога или костяные пятоки вместо носов. Их глаза тлели темой. И все они злобно и угрожающе смеялись. Кости мостового корпуса были раскаленны холодным огнем, в их сердцевинах стучала, словно пульс, темная магия. Она же пульсировала и в каждой твари, подгоняя их полчища быстрее ступить в наш мир.
И это было еще пол беды.
Я ели успела отлететь с их пути, или меня бы смело потоком тьмы.
– Понял тебя насчет эдичек… – крикнул Макс, когда в рядах нежити появились полупрозрачные фантомы убитых колдунов. Все они рвались к границе, к порталу, что бы схлестнуться в битве с людьми и уничтожить нас. Их были тысячи. Ряды зловещих мертвецов, отдавших свои души тьме и теперь служащий ей беспрекословно. Между ними брели все виды чудовищ… навьи, кикиморы, упыри, мары. Любая нежить, какую душе угодно, можно было отыскать в рядах темной армии. Они выли, хохотали, клацали зубами, и просто завывали. Эта какофония смерти и страха гремела с невероятной силой.
У самого края портала трогательно блестели золотые скорлупки разбитого яйца курочки Рябы. Между ними мерцали разряды молний, отгоняя щупальца тьмы. Видимо, остаточный заряд от искр белой магии.
– В бой! – скомандовал главный богатырь и они наконец–то двинулись нам на подмогу.
– Решающая секунда. Не допусти в мир тьму… – прошептали мне на ухо женские голоса и я завертела головой. В небе, вокруг моста парили берегини. Они раскинули руки и вокруг нас образовалось нечто вроде энергетического поля. Барьера. Тьма бросилась к контурам купола, но не смогла его пробить. Фантомы и нечисть злобно зашипели, ощущая, как им стараются помешать уничтожить этот мир.
Потоки чудищ хлынули на нас, но большинство рвались к городу. Стражи и богатыри вступили в схватку и стали теснить неприятеля назад. Закипел смертный бой. Нечисть не церемонилась, твари были свирепы и жестоки. Первородные обитатели тьмы, не знавшие боль уничтожения. Те, кто никогда не видел света, но знал чувство неутолимого голода.
– Мы справимся с ними, – крикнул мне один из богатырей, когда я перерезала глотку своим кинжалом очередной навьи. – Вы должны победить воевод смерти.
Макс ловко рассекал поток нежити мечом–кладенцом. Под копытами его коня лежали маги призвавшие Калинов мост. И мой напарник тут ни причем, колдуны упали замертво, как только открылись врата. Их тела медленно истлевали, превращаясь в горстки черного праха. Индрик–зверь брезговал наступать на него и потому у Макса были некоторые сложности в управлении боевым транспортом. А я замечала, как в рядах нечисти снуют фантом. Но сейчас они были не теми же бестелесными духами, что я видела в лабиринте. Нет, сейчас они пропускали через себя потоки чистейшей тьмы, которые разъедали все, до чего касались.
– Где эти воеводы? – пропыхтел Стужев, задолбавшись отбиваться от наплыва все новых орд нечисти. Полкан ловко бросался под ноги упырям и навьям, те падали и Васька их добивал серебряными пулями. Избушка на курьих ножках лютовала. По ней пытались ползти парочка черных монстров без голов. Яга их как раз внутрь затащила. Наверное, фарш делать будет.
Я лавировала между потоками нежити и моими друзьями, стараясь убить, как можно больше тварей. Швабра хорошая, маневренная, ай! Подождете минутку мне надо сломать клыки одному свинообразному чудовищу! А потом еще упырю и вон той маре.
– Да вон они! – заорал Альберт, который магией развеивал фантомов. И указал на портал. Там в клубах темного дыма и маслянистого тумана, я разглядела знакомые глаза–угольки. Но когда эти… существа все же переступили портал… Я поняла, что обманулась. Это был не Верховный.
Они выползали по очереди.
