Заряна открыла глаза и какое–то время сидела в недоумении, тщательно прислушиваясь к лесным звукам. "Показалось, что ли?"
— Ну ты удумал, Славушка. — Послышалась какая–то возня, а следом женский тихий смешок и стон. — Зачем старое ворошить?
Янушка выглянула из–за дерева, но куда мог дотянуться её взгляд, везде было пусто.
— А я хочу, чтобы было как раньше. — Голос Ярослава прозвучал страстно. — Ну же, Любаша, поцелуй меня.
Заряна как ошпаренная подскочила на ноги. Теперь стало ясно: звук шёл из–за стены. Она прошла в одну сторону, в другую — в поисках двери или прохода тайного.
— Ой, не надо. Не нужно. Ох! — Но томный голос говорил совсем о другом. — Фу, какой же ты колючий.
Слышать это стало невыносимо. Янушка посмотрела на кладку, на выступающие камни, ухватилась за вьюн и смело полезла на стену. Она была уже на середине, когда нога сорвалась, и она полетела вниз, отрывая с корнями огромный кусок плюща. Зелёный ковёр полностью накрыл девушку, спеленав с ног до головы листвой и маленькими цепкими побегами–крючочками, которыми растение цеплялось за стену. Кое–как выбравшись из зелёного плена, она зло стёрла слёзы, размазывая по щекам грязь и травяной сок. Угрюмо уставилась на неприступную стену, готовая произнести самое страшное ругательство про коромысло... но тут увидала слегка приоткрытую потаённую дверцу. Подскочила на ноги и, как есть, облепленная вся с ног до головы плющом, двинулась за стену.
— Придёшь сегодня? — Ярослав запустил ладонь в волосы Любавы и слегка потянул, заставляя её откинуть назад голову, наклонился и принялся покрывать страстными поцелуями шею, другой рукой всё сильнее прижимая к себе покорное тело. — Ждать буду хоть до утра.
— Ох, Славушка, не нужно нам больше этого делать, я ведь тогда едва смогла позабыть тебя. — Любава запустила пальцы в волосы Ярослава, перебирая пряди и урча от удовольствия, вспоминая забытые ощущения. — Зачем я тебе? Ты вон каждый вечер к себе новую девку таскаешь.
— Ну таскаю, и что? — разозлился княжич, перемещая ладонь на округлые ягодицы женщины и с силой сжимая их. — Разве кто–то обижен или обделён остался?
Заряна шла, не чувствую под собой ног. Шла, потому что так надо было. Каждое сказанное слово словно клеймо, оставленное калёным железом, вгрызалось в израненное сердце. Она вроде бы и видела, как милуется парочка, но смотрела отрешённо. Княжич стоял к ней спиной, и она не могла видеть его лица, зато вот женщину рассмотрела хорошо: не молодая, пышнотелая, смуглая, темноволосая и очень красивая — такие черты лица запоминались на всю жизнь.
Ярослав посмотрел долгим изучающим взглядом в лицо Любавы и впился страстным поцелуем в её приоткрытый рот. Женщина издала странный звук, обхватывая руками за шею княжича и притягивая к себе. Приоткрыла глаза. Встретилась взглядом с Заряной и… в попытке издать хоть какой–то звук, принялась хватать ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. С силой оттолкнула от себя Ярослава и начала пятиться.
— Любаша, что ты? — протягивая руки, ласково позвал Слав.
— Чудь2 Лесная, — заорала Любаша, разворачиваясь и припуская со всех ног в лес.
Княжич обернулся и застыл на месте, его брови медленно поползли наверх, глаза сделались огромными, чуть ли не на пол–лица, он приоткрыл рот и мгновение так и стоял, а потом отшатнулась.
— Ты–ы–ы?! — с каким–то надрывом в голосе произнёс Ярослав, протягивая руку вперёд в жесте, будто хотел остановить её и не подпустить к себе.
— Да Ярослав, это я, — от облегчения Заряна счастливо засмеялась. Раскинула руки для объятия и пошла к нему навстречу. — А мама с бабулей переживали, что ты забыл меня. Как же я рада, что всё разрешилось. — Проследила взглядом, куда убежала Любава: — Надеюсь, со временем и это недоразумение тоже разъяснится. — Перевела взгляд на княжича, делая ещё пару шагов в его сторону. И вдруг замерла. Руки плетями повисли вдоль боков. Ярослав смотрел на неё с ужасом, словно увидел дух усопшего, и медленно отступал назад. — Слав, что происходит?
— Кто ты? — потребовал княжич, хватаясь за рукоять меча. — Я приказываю! Отвечай!
— Это ведь я — Янушка. — Глаза застилали невыплаканные слёзы. Сознание подсказывало, что произошло, но сердце не хотело принимать правду. Голос прозвучал обречённо: — Как же так? Ты ведь только что узнал меня.
— Нет. Я не узнал тебя. — Взгляд Ярослава вдруг сделался растерянным. — Я всего лишь спутал. — Голос понизился до шёпота: — Ты просто очень сильно напомнила мне одного человека. Теперь вижу, что ошибался. — Княжич посмотрел сурово. — Уходи–ка ты отсюда, нечисть лесная, подобру–поздорову! Нечего тут люд честной пугать!
— Прости, княжич, не хотела никого напугать. — Ярослав кивнул, развернулся и пошёл в сторону леса. Она в отчаянии посмотрела ему вслед. Не выдержала, крикнула: — Прошу тебя! Ответь лишь на один вопрос: кого я тебе напомнила?
Княжич остановился, но оглядываться не стал. Видно было, что в нём идёт борьба: отвечать незнакомке, или нет.
— Пожалуйста! — взмолилась Заряна, заламывая руки.
— Мне на миг показалось, что ты девушка из моих снов, — бросил он через плечо и чуть ли не бегом направился в ту сторону, куда недавно скрылась Любава.
— Так это я и есть, — прошептала Янушка, провожая взглядом удаляющегося от неё Ярослава. Но княжич уже не слышал её. — Я та самая девушка из твоих снов. Я — Янушка.
Как прошёл этот странный день, Заряна могла потом вспомнить лишь урывками. Через какое–то время её нашла Матрёна и долго охала, обирая с неё плющ и коренья, ругая почём зря за то, что та не дождалась её. А ещё она в тот день варила своё первое зелье. Какое? Янушка не могла вспомнить, но наставница очень хвалила её, приговаривая, что с таким даром, как у неё, они точно поладят. Как ложилась спать, она тоже не запомнила. А глубокой ночью её разбудила Матрёна, выводя из кошмара.
— Что происходит? — женщина смотрела с сочувствием. — Это ведь не просто кошмар. В прошлую ночь я списала его на утомление от пути. Но сегодня? — Заряна покачала головой, вытирая слёзы. — Ох, милая, — она обняла девушку за плечи, притягивая к себе, — ты должна всё рассказать мне как на духу.
Янушка колебалась лишь мгновение. Сначала медленно, путаясь и перескакивая с одного события на другое, затем быстрее и всё увереннее, она рассказала наставнице всю историю от начала до конца. Вот так две женщины, два одиноких сердца, просидели рядом до самого утра. Матрёна то смеялась, то грустила, то в ужасе подскакивала и принималась ходить по комнате, а под конец произнесла одну единственную фразу:
— Ничего, милая, мы справимся с этим… вместе.
В эту ночь в княжеских палатах не спал ещё один человек. Ярослав раненным зверем метался по комнате. Он уже несколько раз выходил в лес за стену в поисках чуди, но всё безуспешно. Он ведь ей соврал. Девушка, что сегодня предстала перед ним в лесу, была точной копией той, которая являлась ему во снах.
А он, повстречав её наяву, испугался, и снова потерял.
……………………………………
1.Куяк — защита богатырей в Древней Руси; короткая куртка без рукавов, обшитая металлическими пластинами, предохраняющими тело от рубящих ударов и стрел врага.
2.Чудь — персонаж русского фольклора, древний мифический народ. В поверьях и преданиях чудь наделялась необычными или сверхъестественными чертами, способностями. А Чудь Лесная — люди, живущие по законам леса.
Сегодня на кухне с раннего утра было особенно суетливо. Опытные повара, надзирающие за приготовлением пищи, вместе с поварятами–учениками сбились с ног в желании удивить и порадовать изысканными блюдами именитых гостей из соседних княжеств, которых ожидалось немалое количество уже к обеду.
Именно в княжестве Полесском много веков подряд отмечался день, посвящённый летнему солнцестоянию и наивысшему расцвету природы. В ночь накануне Купайло разжигали костры на берегах рек и прыгали через них, водили хороводы и пели песни, собирали травы и плели венки, купались и гадали. Дни же до Купальской ночи принято было проводить в различных игрищах: на силу и ловкость, смекалку и хитрость, на находчивость и быстроту. И поэтому гости начинали прибывать за несколько дней до празднества. Каждому требовалось выказать особенное уважение: радушно встретить, с комфортом разместить, приветить как родных.
Великая княжна Прасковья распорядилась набрать в соседних городищах невиданное количество кухонных рабочих из холопов в помощь поварам и хлебникам (которые будут выпекать огромные хлеба, пироги да караваи); и сонмы девок, в обязанность которых будет входить подача блюд, чтобы никто из гостей на пиру не чувствовал себя обделённым.
В белой трапезной, примыкающей к основному зданию, сновали девушки, споро накрывая столы к завтраку, расставляя глиняные тарелки с душистой наваристой кашей и кувшины со сбитнем и свежим парным молоком. Свежевыпеченные хлеба в изобилии лежали на деревянных подносах, прикрытые расшитыми полотняными полотенцами; душистый мёд в крынках; пареная репа и мочёные маленькие яблоки на любителя.
За отдельным столом Светозар и Бажен терпеливо дожидались прихода Ярослава.
— Всё. Я больше не могу. — В желудке Бажена громко заурчало. Мужчина зачерпнул ложку каши с горкой и поднёс ко рту. — Мой молодой и растущий организм требует срочно подкрепиться. — Положил в рот и принялся жевать. Подхватил с тарелки маленькое яблоко и целиком отправил его вслед за кашей. Хитро приподнял широкую бровь и в блаженстве закатил глаза, причмокивая губами. — М–м–м, вкуснотища–то какая.
— Всё же стоило дождаться Ярослава, — Светозар осуждающе посмотрел на друга.
— Вот ещё. — Бажен подтянул к себе кувшин со сбитнем и разлил напиток по кружкам. — Давай тоже ешь, а то остынет. Сам прекрасно знаешь: может заявиться и вовсе не завтракать. — Заинтересованно осмотрел девушек, снующих возле столов, и, улыбаясь во весь рот, громко произнёс: — Тем более, каша сегодня — загляденье.
Девушка, пробегающая мимо, при слове загляденье остановилась, смущённо поправляя на себе идеально повязанный передник. А две других тут же повернули к их столу: одна с подносом, полностью уставленным тарелками с кашей, вторая — с кувшином сбитня. Первая же, видя такое дело, тут же подхватила мочёные яблоки и припустила следом.
У Светозара брови поползли на лоб. "Ну как у него так выходит? Стоит лишь улыбнуться, и девушки просто тают от его внимания. А он, хитрец, зная об этом, вовсю пользуется". Девушки наперебой принялись обихаживать Бажена, как бы между прочим интересуясь, будет ли он сегодня вечером принимать участие в игрищах. "Что же такого интересного они увидели в его внешности?" Слегка наклонил голову, рассматривая друга. Крупные черты лица, полные губы, смуглая кожа, волнистые пепельные волосы, собранные в хвост, и серые, прозрачные, с рисунком по радужке глаза, которые завораживали и притягивали взгляд.
— Конечно придём! Вот и Светозарушка обещался тоже быть. — Бажен широко улыбнулся, с силой толкая друга под столом носком сапога по ноге, чтобы тот не сидел с таким отсутствующим видом. — А вы там будете, красавицы?
Красавицы пообещали непременно быть, счастливо упорхнув в зал выполнять дальше свои обязанности.
— Нечего за меня распоряжаться! — разозлился Светозар, хватая ложку и принимаясь за обе щёки уплетать кашу. — Мне только догонялок с прятками не хватало для полного счастья.
— Кто знает, может и не хватало, — в глазах Бажена плескались смешинки. — Кстати, рыженькая на тебя глаз положила. Точно говорю! — Светозар поперхнулся, схватил кружку со сбитнем и махом выпил до дна. Бажен довольно улыбнулся: — Да не боись ты, они не кусаются.
— Знаешь что, — Светозар грохнул об стол пустой кружкой, — я сам волен…
— Чего шумите? — За спором никто не заметил, как в трапезной появился Ярослав. Княжич перемахнул через лавку, усаживаясь рядом со Светозаром и подтягивая к себе тарелку с кашей. — Небось, Бажен для тебя снова невесту сыскал?
Два друга в немом молчании уставились на княжича, напрочь позабыв о своём споре и недоеденной вкусной каше. На лице Ярослава, как немое подтверждение, виднелись все признаки бесконечного недосыпания и разгульного образа жизни, что он вёл в последнее время: мешки под глазами, припухшие, покрасневшие веки и отёкшее лицо.
— Выглядишь паршиво, — первым подал голос Светозар.
— Чувствую себя ещё хуже. — Княжич уткнулся взглядом в тарелку, принимаясь есть, игнорируя многозначительное переглядывание друзей.
— Слав, послушай! — Княжич из–под бровей взглянул на Светозара. — Мы всегда были честны друг перед другом. Ты и раньше праведником не был, но то, что сейчас происходит, вообще ни в какие ворота не лезет. Поэтому…
— Ну–у–у? — Ярослав воткнул ложку в кашу и выпрямился, скрестив на груди руки. — Не томи! Говори уже, что хотел сказать.
— А то и хочу сказать: прекращай дурью маяться! Такая невоздержанность тебе совсем не на пользу. — Светозар раскрыл полотенце, взял кусок отрезанного хлеба и обмакнул в мёд. — Посмотри, ты ведь сам на себя не похож, как вернулся из похода. Такое ощущение, что ты в яжменских лесах не только свою память потерял?
— Так и есть! — Княжич поджал губы, переводя взгляд с одного друга на другого. Сомневался лишь мгновение. Тихо произнёс: — Вместе с памятью я в тех лесах и силу свою оставил. Так что, други мои, нечего мне прекращать боле. Кончился Ярослав. Вышел, как мужик, весь.
Бажен поперхнулся, принялся кашлять, от всей души стуча себя в грудь. Светозар удивлённо открыл рот, не замечая, как душистый мёд потёк с хлеба по руке.
— Яр, — позвал Светозар, совсем позабыв, что княжич не любил это имя с детства, — ты о какой силе говоришь? — Округлил глаза, многозначительно показывая куда–то вниз, под стол. — Об этой самой, что ли?
Ярослав лишь кивнул, отводя взгляд в сторону. Невыносимо было видеть на лицах друзей недоверие вкупе с жалостью.
— Ты, видно, шутишь! — Бажен выглядел удивлённым, в его глазах читалось недоумение. — А как же тогда все эти девки, которые что ни ночь — так каждый раз разная. Что–то недовольных особо видно не было. Наоборот, только и слышно: "Княжич — это сила".
— А с чего бы им недовольными быть? — Ярослав подпёр подбородок рукой. Ему совсем не хотелось это обсуждать, но раз начал, придётся рассказать всё до конца. — Всё чин чином: каждая получила от меня горсть монеток на подарки да сладости. Им радость, а мне обещание: хранить тайну младшего княжича. — Растянул губы в улыбке, а глаза совсем не улыбались. Перевёл взгляд на друзей. Те сидели каменными изваяниями. Выражение на лице ведьмака совсем ему не понравилось. — Я ведь верил, что получится. Что всё как и прежде станет.
— Да–а–а уж! — протянул Светозар. Во время рассказа он не отводил пристального взгляда от лица друга, запоминая каждую промелькнувшую эмоцию. — А ты знаешь, то, что ты рассказал, очень сильно смахивает на проклятие. А это значит, что в этом деле замешана ведьма. Тёмная ведьма, — он выделил голосом слово тёмная, подозрительно прищурился: — А ты точно ничего не помнишь?
Ярослав издал странный звук, больше похожий на рычание, а потом тихо произнёс:
— Иногда мне кажется, что я сойду с ума. — Поднял горящий взор. — Нет. Я точно ничего не помню! И хватит уже задавать мне по сто раз на дню один и тот же вопрос! Наволод без конца спрашивает, отец спрашивает, брат, сестра, ты… Хватит уже!
— Ну ты удумал, Славушка. — Послышалась какая–то возня, а следом женский тихий смешок и стон. — Зачем старое ворошить?
Янушка выглянула из–за дерева, но куда мог дотянуться её взгляд, везде было пусто.
— А я хочу, чтобы было как раньше. — Голос Ярослава прозвучал страстно. — Ну же, Любаша, поцелуй меня.
Заряна как ошпаренная подскочила на ноги. Теперь стало ясно: звук шёл из–за стены. Она прошла в одну сторону, в другую — в поисках двери или прохода тайного.
— Ой, не надо. Не нужно. Ох! — Но томный голос говорил совсем о другом. — Фу, какой же ты колючий.
Слышать это стало невыносимо. Янушка посмотрела на кладку, на выступающие камни, ухватилась за вьюн и смело полезла на стену. Она была уже на середине, когда нога сорвалась, и она полетела вниз, отрывая с корнями огромный кусок плюща. Зелёный ковёр полностью накрыл девушку, спеленав с ног до головы листвой и маленькими цепкими побегами–крючочками, которыми растение цеплялось за стену. Кое–как выбравшись из зелёного плена, она зло стёрла слёзы, размазывая по щекам грязь и травяной сок. Угрюмо уставилась на неприступную стену, готовая произнести самое страшное ругательство про коромысло... но тут увидала слегка приоткрытую потаённую дверцу. Подскочила на ноги и, как есть, облепленная вся с ног до головы плющом, двинулась за стену.
— Придёшь сегодня? — Ярослав запустил ладонь в волосы Любавы и слегка потянул, заставляя её откинуть назад голову, наклонился и принялся покрывать страстными поцелуями шею, другой рукой всё сильнее прижимая к себе покорное тело. — Ждать буду хоть до утра.
— Ох, Славушка, не нужно нам больше этого делать, я ведь тогда едва смогла позабыть тебя. — Любава запустила пальцы в волосы Ярослава, перебирая пряди и урча от удовольствия, вспоминая забытые ощущения. — Зачем я тебе? Ты вон каждый вечер к себе новую девку таскаешь.
— Ну таскаю, и что? — разозлился княжич, перемещая ладонь на округлые ягодицы женщины и с силой сжимая их. — Разве кто–то обижен или обделён остался?
Заряна шла, не чувствую под собой ног. Шла, потому что так надо было. Каждое сказанное слово словно клеймо, оставленное калёным железом, вгрызалось в израненное сердце. Она вроде бы и видела, как милуется парочка, но смотрела отрешённо. Княжич стоял к ней спиной, и она не могла видеть его лица, зато вот женщину рассмотрела хорошо: не молодая, пышнотелая, смуглая, темноволосая и очень красивая — такие черты лица запоминались на всю жизнь.
Ярослав посмотрел долгим изучающим взглядом в лицо Любавы и впился страстным поцелуем в её приоткрытый рот. Женщина издала странный звук, обхватывая руками за шею княжича и притягивая к себе. Приоткрыла глаза. Встретилась взглядом с Заряной и… в попытке издать хоть какой–то звук, принялась хватать ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. С силой оттолкнула от себя Ярослава и начала пятиться.
— Любаша, что ты? — протягивая руки, ласково позвал Слав.
— Чудь2 Лесная, — заорала Любаша, разворачиваясь и припуская со всех ног в лес.
Княжич обернулся и застыл на месте, его брови медленно поползли наверх, глаза сделались огромными, чуть ли не на пол–лица, он приоткрыл рот и мгновение так и стоял, а потом отшатнулась.
— Ты–ы–ы?! — с каким–то надрывом в голосе произнёс Ярослав, протягивая руку вперёд в жесте, будто хотел остановить её и не подпустить к себе.
— Да Ярослав, это я, — от облегчения Заряна счастливо засмеялась. Раскинула руки для объятия и пошла к нему навстречу. — А мама с бабулей переживали, что ты забыл меня. Как же я рада, что всё разрешилось. — Проследила взглядом, куда убежала Любава: — Надеюсь, со временем и это недоразумение тоже разъяснится. — Перевела взгляд на княжича, делая ещё пару шагов в его сторону. И вдруг замерла. Руки плетями повисли вдоль боков. Ярослав смотрел на неё с ужасом, словно увидел дух усопшего, и медленно отступал назад. — Слав, что происходит?
— Кто ты? — потребовал княжич, хватаясь за рукоять меча. — Я приказываю! Отвечай!
— Это ведь я — Янушка. — Глаза застилали невыплаканные слёзы. Сознание подсказывало, что произошло, но сердце не хотело принимать правду. Голос прозвучал обречённо: — Как же так? Ты ведь только что узнал меня.
— Нет. Я не узнал тебя. — Взгляд Ярослава вдруг сделался растерянным. — Я всего лишь спутал. — Голос понизился до шёпота: — Ты просто очень сильно напомнила мне одного человека. Теперь вижу, что ошибался. — Княжич посмотрел сурово. — Уходи–ка ты отсюда, нечисть лесная, подобру–поздорову! Нечего тут люд честной пугать!
— Прости, княжич, не хотела никого напугать. — Ярослав кивнул, развернулся и пошёл в сторону леса. Она в отчаянии посмотрела ему вслед. Не выдержала, крикнула: — Прошу тебя! Ответь лишь на один вопрос: кого я тебе напомнила?
Княжич остановился, но оглядываться не стал. Видно было, что в нём идёт борьба: отвечать незнакомке, или нет.
— Пожалуйста! — взмолилась Заряна, заламывая руки.
— Мне на миг показалось, что ты девушка из моих снов, — бросил он через плечо и чуть ли не бегом направился в ту сторону, куда недавно скрылась Любава.
— Так это я и есть, — прошептала Янушка, провожая взглядом удаляющегося от неё Ярослава. Но княжич уже не слышал её. — Я та самая девушка из твоих снов. Я — Янушка.
Как прошёл этот странный день, Заряна могла потом вспомнить лишь урывками. Через какое–то время её нашла Матрёна и долго охала, обирая с неё плющ и коренья, ругая почём зря за то, что та не дождалась её. А ещё она в тот день варила своё первое зелье. Какое? Янушка не могла вспомнить, но наставница очень хвалила её, приговаривая, что с таким даром, как у неё, они точно поладят. Как ложилась спать, она тоже не запомнила. А глубокой ночью её разбудила Матрёна, выводя из кошмара.
— Что происходит? — женщина смотрела с сочувствием. — Это ведь не просто кошмар. В прошлую ночь я списала его на утомление от пути. Но сегодня? — Заряна покачала головой, вытирая слёзы. — Ох, милая, — она обняла девушку за плечи, притягивая к себе, — ты должна всё рассказать мне как на духу.
Янушка колебалась лишь мгновение. Сначала медленно, путаясь и перескакивая с одного события на другое, затем быстрее и всё увереннее, она рассказала наставнице всю историю от начала до конца. Вот так две женщины, два одиноких сердца, просидели рядом до самого утра. Матрёна то смеялась, то грустила, то в ужасе подскакивала и принималась ходить по комнате, а под конец произнесла одну единственную фразу:
— Ничего, милая, мы справимся с этим… вместе.
В эту ночь в княжеских палатах не спал ещё один человек. Ярослав раненным зверем метался по комнате. Он уже несколько раз выходил в лес за стену в поисках чуди, но всё безуспешно. Он ведь ей соврал. Девушка, что сегодня предстала перед ним в лесу, была точной копией той, которая являлась ему во снах.
А он, повстречав её наяву, испугался, и снова потерял.
……………………………………
1.Куяк — защита богатырей в Древней Руси; короткая куртка без рукавов, обшитая металлическими пластинами, предохраняющими тело от рубящих ударов и стрел врага.
2.Чудь — персонаж русского фольклора, древний мифический народ. В поверьях и преданиях чудь наделялась необычными или сверхъестественными чертами, способностями. А Чудь Лесная — люди, живущие по законам леса.
Глава 11. Друзья
Сегодня на кухне с раннего утра было особенно суетливо. Опытные повара, надзирающие за приготовлением пищи, вместе с поварятами–учениками сбились с ног в желании удивить и порадовать изысканными блюдами именитых гостей из соседних княжеств, которых ожидалось немалое количество уже к обеду.
Именно в княжестве Полесском много веков подряд отмечался день, посвящённый летнему солнцестоянию и наивысшему расцвету природы. В ночь накануне Купайло разжигали костры на берегах рек и прыгали через них, водили хороводы и пели песни, собирали травы и плели венки, купались и гадали. Дни же до Купальской ночи принято было проводить в различных игрищах: на силу и ловкость, смекалку и хитрость, на находчивость и быстроту. И поэтому гости начинали прибывать за несколько дней до празднества. Каждому требовалось выказать особенное уважение: радушно встретить, с комфортом разместить, приветить как родных.
Великая княжна Прасковья распорядилась набрать в соседних городищах невиданное количество кухонных рабочих из холопов в помощь поварам и хлебникам (которые будут выпекать огромные хлеба, пироги да караваи); и сонмы девок, в обязанность которых будет входить подача блюд, чтобы никто из гостей на пиру не чувствовал себя обделённым.
В белой трапезной, примыкающей к основному зданию, сновали девушки, споро накрывая столы к завтраку, расставляя глиняные тарелки с душистой наваристой кашей и кувшины со сбитнем и свежим парным молоком. Свежевыпеченные хлеба в изобилии лежали на деревянных подносах, прикрытые расшитыми полотняными полотенцами; душистый мёд в крынках; пареная репа и мочёные маленькие яблоки на любителя.
За отдельным столом Светозар и Бажен терпеливо дожидались прихода Ярослава.
— Всё. Я больше не могу. — В желудке Бажена громко заурчало. Мужчина зачерпнул ложку каши с горкой и поднёс ко рту. — Мой молодой и растущий организм требует срочно подкрепиться. — Положил в рот и принялся жевать. Подхватил с тарелки маленькое яблоко и целиком отправил его вслед за кашей. Хитро приподнял широкую бровь и в блаженстве закатил глаза, причмокивая губами. — М–м–м, вкуснотища–то какая.
— Всё же стоило дождаться Ярослава, — Светозар осуждающе посмотрел на друга.
— Вот ещё. — Бажен подтянул к себе кувшин со сбитнем и разлил напиток по кружкам. — Давай тоже ешь, а то остынет. Сам прекрасно знаешь: может заявиться и вовсе не завтракать. — Заинтересованно осмотрел девушек, снующих возле столов, и, улыбаясь во весь рот, громко произнёс: — Тем более, каша сегодня — загляденье.
Девушка, пробегающая мимо, при слове загляденье остановилась, смущённо поправляя на себе идеально повязанный передник. А две других тут же повернули к их столу: одна с подносом, полностью уставленным тарелками с кашей, вторая — с кувшином сбитня. Первая же, видя такое дело, тут же подхватила мочёные яблоки и припустила следом.
У Светозара брови поползли на лоб. "Ну как у него так выходит? Стоит лишь улыбнуться, и девушки просто тают от его внимания. А он, хитрец, зная об этом, вовсю пользуется". Девушки наперебой принялись обихаживать Бажена, как бы между прочим интересуясь, будет ли он сегодня вечером принимать участие в игрищах. "Что же такого интересного они увидели в его внешности?" Слегка наклонил голову, рассматривая друга. Крупные черты лица, полные губы, смуглая кожа, волнистые пепельные волосы, собранные в хвост, и серые, прозрачные, с рисунком по радужке глаза, которые завораживали и притягивали взгляд.
— Конечно придём! Вот и Светозарушка обещался тоже быть. — Бажен широко улыбнулся, с силой толкая друга под столом носком сапога по ноге, чтобы тот не сидел с таким отсутствующим видом. — А вы там будете, красавицы?
Красавицы пообещали непременно быть, счастливо упорхнув в зал выполнять дальше свои обязанности.
— Нечего за меня распоряжаться! — разозлился Светозар, хватая ложку и принимаясь за обе щёки уплетать кашу. — Мне только догонялок с прятками не хватало для полного счастья.
— Кто знает, может и не хватало, — в глазах Бажена плескались смешинки. — Кстати, рыженькая на тебя глаз положила. Точно говорю! — Светозар поперхнулся, схватил кружку со сбитнем и махом выпил до дна. Бажен довольно улыбнулся: — Да не боись ты, они не кусаются.
— Знаешь что, — Светозар грохнул об стол пустой кружкой, — я сам волен…
— Чего шумите? — За спором никто не заметил, как в трапезной появился Ярослав. Княжич перемахнул через лавку, усаживаясь рядом со Светозаром и подтягивая к себе тарелку с кашей. — Небось, Бажен для тебя снова невесту сыскал?
Два друга в немом молчании уставились на княжича, напрочь позабыв о своём споре и недоеденной вкусной каше. На лице Ярослава, как немое подтверждение, виднелись все признаки бесконечного недосыпания и разгульного образа жизни, что он вёл в последнее время: мешки под глазами, припухшие, покрасневшие веки и отёкшее лицо.
— Выглядишь паршиво, — первым подал голос Светозар.
— Чувствую себя ещё хуже. — Княжич уткнулся взглядом в тарелку, принимаясь есть, игнорируя многозначительное переглядывание друзей.
— Слав, послушай! — Княжич из–под бровей взглянул на Светозара. — Мы всегда были честны друг перед другом. Ты и раньше праведником не был, но то, что сейчас происходит, вообще ни в какие ворота не лезет. Поэтому…
— Ну–у–у? — Ярослав воткнул ложку в кашу и выпрямился, скрестив на груди руки. — Не томи! Говори уже, что хотел сказать.
— А то и хочу сказать: прекращай дурью маяться! Такая невоздержанность тебе совсем не на пользу. — Светозар раскрыл полотенце, взял кусок отрезанного хлеба и обмакнул в мёд. — Посмотри, ты ведь сам на себя не похож, как вернулся из похода. Такое ощущение, что ты в яжменских лесах не только свою память потерял?
— Так и есть! — Княжич поджал губы, переводя взгляд с одного друга на другого. Сомневался лишь мгновение. Тихо произнёс: — Вместе с памятью я в тех лесах и силу свою оставил. Так что, други мои, нечего мне прекращать боле. Кончился Ярослав. Вышел, как мужик, весь.
Бажен поперхнулся, принялся кашлять, от всей души стуча себя в грудь. Светозар удивлённо открыл рот, не замечая, как душистый мёд потёк с хлеба по руке.
— Яр, — позвал Светозар, совсем позабыв, что княжич не любил это имя с детства, — ты о какой силе говоришь? — Округлил глаза, многозначительно показывая куда–то вниз, под стол. — Об этой самой, что ли?
Ярослав лишь кивнул, отводя взгляд в сторону. Невыносимо было видеть на лицах друзей недоверие вкупе с жалостью.
— Ты, видно, шутишь! — Бажен выглядел удивлённым, в его глазах читалось недоумение. — А как же тогда все эти девки, которые что ни ночь — так каждый раз разная. Что–то недовольных особо видно не было. Наоборот, только и слышно: "Княжич — это сила".
— А с чего бы им недовольными быть? — Ярослав подпёр подбородок рукой. Ему совсем не хотелось это обсуждать, но раз начал, придётся рассказать всё до конца. — Всё чин чином: каждая получила от меня горсть монеток на подарки да сладости. Им радость, а мне обещание: хранить тайну младшего княжича. — Растянул губы в улыбке, а глаза совсем не улыбались. Перевёл взгляд на друзей. Те сидели каменными изваяниями. Выражение на лице ведьмака совсем ему не понравилось. — Я ведь верил, что получится. Что всё как и прежде станет.
— Да–а–а уж! — протянул Светозар. Во время рассказа он не отводил пристального взгляда от лица друга, запоминая каждую промелькнувшую эмоцию. — А ты знаешь, то, что ты рассказал, очень сильно смахивает на проклятие. А это значит, что в этом деле замешана ведьма. Тёмная ведьма, — он выделил голосом слово тёмная, подозрительно прищурился: — А ты точно ничего не помнишь?
Ярослав издал странный звук, больше похожий на рычание, а потом тихо произнёс:
— Иногда мне кажется, что я сойду с ума. — Поднял горящий взор. — Нет. Я точно ничего не помню! И хватит уже задавать мне по сто раз на дню один и тот же вопрос! Наволод без конца спрашивает, отец спрашивает, брат, сестра, ты… Хватит уже!
