Официальная резиденция чародея во всей красе, даже сказать нечего.
– А гулянку на таком же уровне устроят? – любопытствует Эмбер.
– Точно не знаю, приготовлениями ведь не я руковожу.
– Плохо…
– Чего? – встрепенулась кудряшка. – Это еще почему? Мы же всех удивим!
– Удивим? Да мы с таким успехом зимний бал затмим… Аристократы все эти чудеса потом будут с королевским праздником сравнивать. Иоланте это не понравится.
– Какая гулянка? – хмурит лоб Агнес. – При чем тут вся эта… бесо… кхм-кхм, эти странности?
– Скоро узнаете, ваше высочество, – уверяет Эмбер и улыбается предвкушающе так.
Мы выходим в другую комнату, а там фонтан, два метра высотой, журчит и сияет волшебными огоньками.
– Пожалуй, ты права, – признает младшенькая, – дворец это жилище уже затмило.
– Еще чего, – Агнес упрямо мотает головой, – наш дворец огромный, сотни комнат, а тут…
– Их может быть столько, сколько потребуется Добриэлю, – говорю, чтобы прекратить спор, и подхожу к морозным дверям – честное слово, издали они выглядят как хрусталь, покрытый инеем.
Толкаю створку – наконец, привычная глазу гостиная. Внутри тепло, уютно, камин потрескивает, все как у людей.
Хм, за исключением окон. Они расширились почти на всю стену, а вместо вида на сад там мелькают пейзажи, да еще и с высоты птичьего полета. Жуть какая, но впечатляет.
Отворачиваюсь от окон, обвожу взглядом комнату – и замираю. Ведь в центре накрыт огромный стол, и там столько сладостей, что аж глаза разбегаются.
Во главе стола обнаружился крестный. Он лениво странички книги перелистывал, а услыхав шаги, поднял голову, и тотчас лицо озарилось улыбкой. Клыкастой такой, но совершенно доброй.
Как хорошо Добриэль в своей изначальной форме, а то я побаивалась, как бы он не воспользовался человеческим обличием. Пойди потом докажи всем, что перед ними настоящий чародей?
– Добриэль! – говорю, выпускаю ладошки сестер и спешу навстречу.
Чародей поднимается и позволяет себя обнять, когтистая рука привычно поглаживает по волосам.
– Здорово ты дом обставил, – похвалила между делом, затем обернулась и насладилась вытянутыми лицами абсолютно всех. Что ж, добавим финальный штрих. – Позволь, я представлю тебе гостей. Кудряшка в центре – моя сестра Люсия. Сердитая красавица рядом с ней – сестренка Агнес. Парень возле входа – Рикардо.
– Вержана! – из бледной принцессы старшенькая стала негодующе-красной. Наверное, ей не нравится, что я их всех вот так без титулов представляю. Не понимает сестрица, что Добриэлю те титулы – как обычные слова, хоть есть, хоть нет – никакой разницы.
– Милая барышня, моя воспитанница не договорила, – изрек крестный, а следом пальцами щелк.
Негодующая Агнес растворилась в воздухе.
Народ охнул. Даже Данияр вздрогнул, хотя он у нас скала непрошибаемая.
Напугаться гости толком не успели, потому как кронпринцесса взяла и появилась снова, только уже за столом, а на лице пестрело все то же негодование, будто она сама не успела понять, что случилось.
– О? А как я тут… – и умолкла, покосившись на чародея. Ух, как быстро урок усвоила. Всегда бы так.
Улыбаюсь и продолжаю представлять остальных прибывших.
– Еще я привела гостей из Истрии, справа – Данияр, слева – Леонид. А за ними – Егор и Федор, они мои временные телохранители.
Истрийцы, не сговариваясь, приложили руку к груди и поклонились, а потом еще и что-то прибавили на родном языке. Я, как всегда, ни слова не поняла, зато Добриэль кивнул и даже чуть улыбнулся.
Ага, так и запишем – лесть берет даже чародеев.
– И еще с нами Эмбер, к счастью, чары с нее спали и она наконец пришла в себя, – герцогиня единственная, кто не забыл о правилах приличия. Леди выполнила глубокий реверанс, приветствуя Добриэля почти так же почтительно, как приветствуют королей.
– Что ж, это – Добриэль Рур’аф Лие Фирин, чародей и мой крестный отец. Он воспитывал меня с детских лет, а еще учил волшебным премудростям, и теперь я по законам народов холмов считаюсь его воспитанницей, почти что дочерью. И это куда выше, чем мой статус принцессы Витании, – заявляю и смотрю исключительно на Рикардо.
Вот теперь все карты вскрыты. Так кто же из нас проиграл?
Прода от 24.01.2026, 11:44
Принц бледен, только глаза полыхают чуть ли не на пол-лица, а дышит он прерывисто, будто я его только что ранила – да ещё и прямиком в сердце.
– Выше статуса принцессы… – эхом откликается Агнес и невольно крепче сжимает полы камзола. – Как такое может быть? Принцесса – это же высший титул, а… всё это вокруг – оно просто не настоящее! Зачем ты нас сюда позвала? Это какая-то ловушка?
Кажется, сестрёнку накрывает паника. Впрочем, такое тоже случается с людьми, которые увидели столько разного и непонятного.
– Добриэль, а ты мог бы показать всем, что на самом деле произошло на площади возле храма?
– Могу, – согласился крёстный. – Но это будут исключительно твои воспоминания — того, что забрал Туманник, уже не вернуть.
– У нас что-то забрали? – теперь старшенькая хмурит брови и в этот момент здорово напоминает папеньку.
– Да! – неожиданно донёсся ответ со стороны принца.
Оборачиваюсь и смотрю удивлённо – откуда он знает?
Рик усмехнулся и самым недобрым образом поглядел на Добриэля.
– Сначала на Вержану посреди белого дня чародей напал, чуть душу не вытряс! – в голосе отчётливо слышится негодование. – Следом он совершил покушение на остальных принцесс! Целенаправленно! Всех наследниц Витании пытался утопить чародей!
Принц поворачивает ситуацию так, будто это Добриэль виноват! Просто уму непостижимо! Я тряхнула головой и выпалила:
– Да, на нас напал чародей. Но Добриэль тут ни при чём!
– Разве? – с нажимом спрашивает Рикардо и сразу атакует новым вопросом. – Тогда почему твой... кхм... крестный объявился лишь после нападения? Разве так заботятся о дочерях? Или воспитанницах?
– Рик! – говорю я, а взглядом хочется прожечь принца насквозь.
– А почему мы всего этого не помним? – Агнес тоже мрачная, как туча, и меня взглядом сверлит.
– Так эти заботливые ребята у всех воспоминания отобрали! – добавляет Рик и смотрит победно. – А вот с какой целью — неясно. Готов предположить, что это попытка прикрыть нападавшего!
Глупость какая! Зачем Самаэля прикрывать? Ему король и вся стража ничего сделать не смогут.
– Вообще-то нападавшего мы как раз и пытаемся поймать! – изрек Данияр и снисходительно глянул на принца. – Ради этого и собрались, а попутно надеемся предотвратить следующее нападение.
– Так ловите! – парировал Рикардо. – Но не стоит преподносить это как великое деяние! Потому что я вижу только просчёты! Принцессы Витании пострадали, чуть не погибли, хотя они никакого отношения ко всем этим мракобесиям, – принц развёл руками, указывая в сторону окон, – не имеют.
В комнате ощутимо похолодало, а следом ещё и потемнело, будто день за секунду закончился.
– Мальчик пытается мне указывать в собственном доме? – изрёк Добриэль таким особенным тоном, от которого кровь стынет в жилах, а душа просится погулять где-нибудь в тридевятом царстве.
Рикардо умолк и чуток бледный сделался, Агнес чуть не по самый нос в камзол закуталась. Истрийцы напряглись, а крёстный улыбнулся, потом пальцами щёлк – и принца не стало. В смысле, из комнаты он исчез вместе со всем своим негодованием и упрёками.
– У кого-то ещё есть желание высказаться?
– Вы только его не того… пожалуйста, – тихонько попросила Люсия, – а то он обозлится и на Витанию войной пойдёт!
– Через мой лес? – иронично уточнил Добриэль.
– Был жених да весь вышел, – прокомментировала Эмбер. – Так что вы нам показать собирались? – вежливо уточнила она, а затем потянула Данияра ближе к столу. – Я заинтригована.
Воевода сопротивляться не стал, даже стул для девушки отодвинул, чем заслужил довольную улыбку.
– Для начала я хочу увидеть перстень! – изрёк крёстный.
Пожимаю плечами и достаю из кармана коробочку, только вручить Добриэлю не успеваю. Найджел ловко выхватывает её и открывает.
– Кольцо Скрытника! Откуда оно у тебя?
– Важен не сам перстень, – Данияр усаживается рядом с герцогиней, но смотрит он исключительно на крёстного. – А сомнительная начинка. Позволите продемонстрировать?
Леонид вздыхает и усаживается по другую сторону от герцогини. Что-то старому лису во всей этой ситуации не нравится, но он даже взглядом не стал показывать недовольства.
Добриэль некоторое время изучает перстенёк, вздыхает и качает головой:
– Нет, следов безвременья совсем не чую.
– Мы тоже поначалу обманывались, – признал воевода, следом его пальцы вспыхнули ярким золотым светом, – а потом научились делать вот так…
– Истийская колдовская наука движется вперёд.
– Но не так быстро, как нам бы этого хотелось, – не преминул вставить слово Леонид.
На перстне тем временем проявился уже знакомый мне алый узор.
Повисла тишина. Найджел рухнул в кресло и подлокотники сжал так крепко, что пальцы побелели, а глаза полыхают воинственно. Только с кем он воевать собрался – неясно.
Крёстный сцепил пальцы на груди. Данияр просто глядел на чародея, передавая ему право руководства ситуацией.
– Вержик, что всё это значит? Я не понимаю? – Агнес переводит растерянный взгляд с одного лица на другое, спина кронпринцессы неестественно ровная, да и голос такой тихий, что я даже не узнаю.
– Что ж тут непонятного — есть чародей, одержимый жаждой мести бывшей возлюбленной, – вместо меня принялась пояснять Эмбер. – Гретхен от него сбежала, теперь он вымещает зло на её дочери, а заодно на всех вас.
– Бред! – мотает головой старшенькая и кусает губы. – Королеву Гретхен уличили в измене, за что она и была сослана!
– Ваше высочество, подумайте ещё раз, вам должно быть известно чуть больше, чем дворцовые сплетни! Что ещё тогда происходило? – с нажимом просит Эмбер, затем улыбается такой равнодушной светской улыбкой и окидывает взглядом стол с угощениями. – А попробовать можно? Признаться, я с утра позавтракать не успела…
Смотрю на Эмбер, потом на Агнес. Старшенькая хмурится, потом на дне синих глаз мелькает страх.
– Ты пытаешься связать… – кронпринцесса запнулась, но всё же выговорила: – чародея и события, что произошли с родом Отре-Девиль?
Эмбер берёт восхитительное розовое пирожное, кладёт на блюдечко и протягивает Агнес.
– Кто может понять короля лучше, чем собственная дочь? – философски отозвалась Эмбер и себе вторую пироженку на тарелку положила, заулыбалась, а потом взглянула на Данияра. – Лорд, а вы желаете чего-нибудь?
Воевода изогнул бровь, будто леди какое-то неприличное предложение сделала.
– Ваши угощения, лорд Добриэль, бесподобны!
Ну хоть кто-то получает удовольствие от происходящего, а я сижу как на иголках и ловлю себя на том, что постоянно на дверь поглядываю. Неужели Рик так и не вернётся? Не смог принять правду и ушёл?
Внутри больно и тяжело, словно, открыв правду, я потеряла частичку чего-то очень важного.
– Просто Добриэль, – поправил крёстный и снова пальцами щёлкнул. Над столом повис кристалл – чистый, как слеза, его грани загадочно переливались всеми цветами радуги. – Вержана, ты готова поделиться воспоминаниями?
Киваю, а у самой внутри душа колючками обрастает. Поделиться воспоминаниями – сказать легко, но сделать не очень. Мне буквально придётся окунуться во все те события заново. Впрочем, это была моя идея, потому мне и отвечать. Протягиваю руку, касаюсь кристалла, но за миг до этого вижу, как с грохотом открывается входная дверь, а на пороге стоит Рикардо – растрёпанный, из волос разноцветные листики выглядывают, будто он сюда с боем прорывался. А главное – на лице полыхает решимость стоять на своём, как никогда.
Ура, он вернулся! – улыбаюсь я, а потом сознание уносится в темноту, следом приходит запоздалая мысль. Хоть бы он крёстного не рассердил, а то Добриэль его в осла превратить может.
Дорогие мои читатели, мы потихоньку приближаемся к финалу книги. Вопрос: кого бы вы хотели увидеть на обложке нового тома?
Прода от 26.01.2026, 09:34
Глава 23. Неугомонный принц
Риккардо плюхнулся со всего маха на спину, так ещё и чуть наследный зад не отбил. Гнев опалил душу, даже пятки, зараза такая, пощекотать не забыл. Принц вскочил с земли как ошпаренный, оглянулся, а вокруг — парк и ни одного намёка на колдовское безобразие.
– Как же Вержик всех туда завела?
Риккардо сжал пальцы в кулак и принялся высматривать следы.
– Должны же они были хоть где-то остаться! У истрийцев лапы как у медведей!
Сердце в груди колотилось — кто знает, в какие неприятности этот колдунишка опять втравит его любимую. И вообще, где это видано, чтобы королевский титул ничего не значил! Глупость! Ересь и сплошное непотребство!
Следы не находились, будто траву в королевском парке кто-то взял и причесал.
– Да что за напасть? – принц попытался сделать вдох, успокоиться, но все мысли остались где-то там, вместе с Вержаной. – Она воспитанница чародея, – произнёс вслух Рикардо и поморщился, упрямо мотнул головой. – Да, ей попросту голову задурили!
Колдовской напасти не место рядом с людьми. Всё должно быть чётко и понятно, должно подчиняться правилам, законам! А не так как сейчас.
Душа негодовала, парня изнутри аж распирало! Кровь кипела, но хуже всего другое – сейчас Рикардо чувствовал себя проигравшим. Незнакомое ощущение. Мерзкое!
Он не смог убедить витанского короля, а теперь ещё и колдунишка против него настроен.
– Надо как-то вытащить Вержану из плена лжи!
Пальцы сжались в кулаки, Рикардо даже не сразу осознал, что кулаки тоже подрагивают, как у распоследнего пьяницы.
Только чтобы это сделать, нужно проникнуть обратно в дом чародея, а вокруг обыкновенный парк и ни единого намёка на волшбу.
Риккардо растёр лицо руками, глубоко вдохнул. В руках нет ни щита, ни меча, а за душой не припасено ни единого аргумента для давления. И как быть?
Пожалуй, принца к такому не готовили!
А стоило закрыть глаза и представить, что его милая и добрая девочка больше никогда не встанет рядом, и душа разрывалась на части, а сердце начинало отбивать рваный ритм.
– Не отпущу! – выдохнул Рик сквозь сжатые зубы, потом рванул рукав и снял с предплечья браслет. – Это ведь тоже поделка чародея! По крайней мере так Фалькони утверждал! Вдруг магии отреагируют друг на друга и это поможет найти логово чудовища?
Принц поднял артефакт повыше и пошёл вперёд. Вот тогда поднялся ветер. Ледяной, хлёсткий, колючий, будто сама природа вознамерилась остановить смельчака.
– Она – моя! – словно молитву твердил Риккардо и шаг за шагом шёл вперёд.
Браслет в ладони ощутимо нагрелся, а порыв ветра хлестнул так, будто надеялся оставить Риккардо без рубашки, да и без порток заодно.
Дышать стало тяжело, принц сжимал зубы и всё равно шёл вперёд. Наследнику и будущему королю нельзя сдаваться ни при каких условиях. Эта мысль придавала сил.
И наконец упрямство победило колдовские фокусы – ветер утих, а впереди показались дрянные разноцветные деревья.
– Нашёл! – заулыбался он, а следом ветка разноцветного безобразия хлестнула принца поперёк спины, да так крепко, что Риккардо дёрнулся и зашипел сквозь зубы. Надо ли говорить, что принца никогда не пороли.
