Нет, не чужих. – Агнес сжала кулаки и вновь перевела взгляд на Вержану. – Сестринских. Настоящих, без подделки, без вранья, без какого-либо расчёта.
Благодаря волшебству кронпринцесса на мгновенье оказалась в шкуре ненавистной захолустной принцессы. Это её трясло от бессилия перед могуществом жуткого и непонятного монстра. Это её душа болела, когда чудовище жестом руки швыряло принцесс в воду, будто на верную смерть. И это она, взбешённой фурией, пыталась разодрать наглую морду, чтобы рвануть спасать бестолковых принцесс. И ведь чуть не прыгнула… Дуреха.
Агнес сжала зубы, ощущая, как слёзы подступают к уголкам глаз. Она радовалась как сумасшедшая, когда все выжили. Она обнимала и сжимала холодные ладошки, а ещё искренне считала их сёстрами.
Дышать стало нечем. Кронпринцесса опустила голову, и по щекам покатились горячие слёзы.
Вержана никогда не требовала любить её. Она просто шла своим путём, боролась за справедливость – сначала за Мелиссу, потом за кудряшку, за портниху и в конце за сестёр.
Сердце колотилось как сумасшедшее.
Справедливость, доброта… Агнес, выросшая во дворце, даже не понимала смысла этих понятий, и сейчас от этого стало особенно горько. Какой смысл бороться за себя? Она хотела Рикардо, хотела счастья с ним, но разве это правильно?
Слёзы беззвучно скатывались по щекам и оглушали.
Нет, это – эгоизм.
Стало тихо. Люди за столом что-то обсуждали, но кронпринцесса ни единого слова не слыхала. Её оглушило осознанием собственного заблуждения.
Как кто-то может ею восхищаться, когда она сама ненавидит себя? За все те гадости, которые творила ради защиты Марианны. За все те слёзы придворных, которых она методично убирала с пути к власти. Она добралась до вершины, поставила на колени весь двор, заставила многих себя бояться и сама окончательно превратилась в монстра.
Запертое в клетке сердце истекает кровью, а память тут же бессовестно подкидывает воспоминание, как они все вместе противостоят королю. Восхитительное ощущение единства, понимания и правильности происходящего ломает что-то в душе.
Высокое положение при дворе обошлось непомерно дорого. Агнес сама себя загнала на дно, в такой мрак, где обитают только демоны и нечестивцы.
Как, скажите на милость, оттуда выбраться?
– Да послушайте же вы меня! Давайте превратим гулянку Фалькони в ловушку для Самаэля! – упиралась Вержана, а голос, как всегда, был полон искреннего возмущения.
Вон даже лохматое чудище вздыхает.
Следом пришло новое осознание.
Все они что-то планируют, рискуют, действуют. Даже Эмбер, даже малявка Люсия. А я? Я сижу и плачу, как ребёнок, которому не дали игрушку. Здесь я – наследная принцесса Витании. Мой долг – защищать королевство. А этот мерзавец-чародей – угроза! Однажды он уже совершил покушение. Теперь это и МОЯ война. Не борьба за место у трона. Не сражение за мужчину. Нет, это война за тех, кого… я хочу назвать своими людьми, своими близкими, своей семьёй!
Агнес кулаком вытерла слёзы со щёк, потянулась и взяла со стола угощение. Сладости. Раньше она запрещала себе даже прикасаться к ним, ведь у наследницы не должно быть слабостей. В бездну!
– Вержик, будь добра, объясни… что там за история с гулянкой. И почему её устраиваешь ты, а не Лаура Фалькони?
Спор резко утих, будто Агнес спросила о чём-то неприличном. Захолустная девчонка удивлённо вскинула брови, а следом прикусила губу. Такие живые эмоции.
– Понимаешь…
– Наш отец похитил Лауру и запер её в храме, – без предисловий изрекла кудряшка. Как ушат ледяной воды на голову, честное слово. – Мы не можем её освободить, но надеемся отвлечь внимание гулянкой.
Агнес откусила кусочек сладости и на миг прикрыла глаза от удовольствия. Новости, конечно, паршивые, но с этим можно работать.
– Да, это в духе папеньки, – признала старшенькая. – Король привык вести переговоры с позиции победителя…
Он много раз проворачивал эту схему. Кронпринцесса взглянула на кудряшку, вздохнула – только сёстрам подобное знать не надо, а то совсем разочаруются.
Зато кое-что другое сказать, наоборот, следует.
– Девочки, вы должны понимать, если папенька похитил Лауру, то сомнений касательно её личности у него нет.
– И что, нам просто сложить ручки? – Вержана негодовала. – Лаура – моя подруга, и я не могу смириться с её заточением. Или, может быть, ты знаешь, как снять браслет?
Стало тихо, все вокруг уставились на кронпринцессу. А в глазах кипит недовольство, будто она тут злодейка. Хотя, положа руку на сердце, так ведь оно и есть.
Агнес опять надкусила пироженку и откинулась на спинку кресла. Она сидела напротив и отчётливо видела, как Вержану вот просто распирает от желания что-нибудь сотворить такое эдакое наперекор королю. И ведь сотворит!
Сердечко сорвалось с ритма. Не хочу опять быть просто свидетельницей, хочу поучаствовать. И зад этому мерзкому чародею надрать! Хочу почувствовать на вкус справедливость.
Прода от 29.01.2026, 09:36
– Я никогда не видела человека, который надевает на пленниц браслет, – осторожно заговорила Агнес. – Знаю лишь, что снять его нельзя — ни приказом, ни угрозами…
– Прекрасно, опять тупик! – Вержана вздохнула, пальцами по столу побарабанила. – Ты сказала –пленниц… Их что, было много?
– Многие люди любят своевольничать… Но дочь в застенках быстро остужает пыл.
– И что? – Вержана подалась вперёд. – Этих несчастных совсем никак нельзя спасти?
– Король всех их выдавал замуж. После церемонии браслет исчезал сам, – призналась Агнес, и за столом воцарилась тишина.
– Это будет скандал! – отрезал Рикардо. – А следом – огромное пятно на репутации Фалькони.
Агнес хотела прибавить, что этот торговец и не такого заслуживает, вон сколько лет Витанию обворовывал, но в последний момент девушка прикусила язык.
– Есть вариант… – тихо изрекла Агнес и следом добавила: – Рисковый!
– Говори! – первой отреагировала Вержик, а в глазах – надежда и опять ни капли сомнений. Удивительно! И даже слово «рисковый» захолустную девчонку не страшит. Хотя… взгляд Агнес невольно метнулся к чуди… Нет, к чародею. К Добриэлю. Тот совершенно по-человечески плеснул себе ароматного чаю и теперь с интересом наблюдал за воспитанницей.
– Лорд… эм… Добриэль, а можно и мне чаю?
Чародей усмехнулся, на миг блеснули клыки, но Агнес подобное уже не пугало. Следом Добриэль легонько махнул пальцем, и к девушке подплыл пузатый медный чайник. Сам наклонился — и в чашку полился ароматный напиток. Кронпринцесса не утерпела, поддалась любопытству и ткнула в чайник пальцем. Медная посудина отпрянула.
– Осторожнее, барышня, он горячий, – изрёк чародей, а чайник, повинуясь его жесту, уплыл обратно и принялся наполнять чашки всем остальным гостям. Один только Рикардо остался без угощения.
– Так что ты там придумала, скажешь? Или мы дальше будем изнывать от любопытства? – оказывается, Люсия тоже ловила каждое слово.
– Для начала — с нами принц Рикардо, а он может даровать галисийское подданство будущему супругу Лауры Фалькони.
– Правда можешь? – оживилась Вержик и на принца с надеждой воззрилась.
Бедолага аж завис маленько, кивнул как болванчик.
– Конечно, может. Точно так же как и я могу галисийке дать наше подданство, – тут Агнес не удержалась и скользнула взглядом по могучей фигуре Данияра, – истрийцу тоже могу, да, – изрекла тихонько, а следом послала выразительный взгляд в сторону Эмбер.
Герцогиня осталась спокойна, а глазки-то лукаво заблестели.
– Как вы понимаете, мы можем подыскать Лауре жениха. Рикардо даст ему своё подданство, и если тайком выдать Лауру замуж, отец упустит козырь для давления на Фалькони. Это, конечно, тоже будет скандал, но внутрисемейный…
– Вот это уже похоже на рабочий план! И жених у меня найдётся! Ваше высочество, один скромный торговец наверняка пожелает принять ваше подданство, вы ведь ему не откажете? – спросила юная лисица, так ещё и ладошки перед собой сложила. Вот как ей удаётся быть такой плутовкой, но при этом выглядеть бесхитростно.
Агнес усмехнулась, а зависть больше не царапала душу.
– А ты пойдёшь со мной на гулянку?
– Моя воспитанница отправится туда с истрийцами и под прикрытием представителей народа холмов! – веско изрёк чародей.
Глаза принца полыхнули негодованием, а кулаки опять воинственно сжались.
– Ваше высочество, подумайте о репутации Вержаны! Она не помолвлена, но если примет ваше приглашение, её будут считать легкомысленной! – добавила Агнес, надавливая на более понятные для принца аргументы.
Рик поморщился, вздохнул.
– Тогда вопрос жениха обсудим на вечере у Фалькони. И приведи туда своего кандидата.
– Отлично! – Вержик потёрла ладошки и воспряла духом, глаза горят, улыбка аж за уши цепляется. – А теперь последний вопрос – что там с перстнем и как мы надерём за… кхм-кхм, уши чародею!
– Ваше высочество, – Эмбер одарила самую деятельную принцессу строгим взглядом. – Вы обеспокоены судьбой Лауры, и это замечательно. Остальные хлопоты предоставьте решать мужчинам!
Данияр воссиял как новый пятак – интригующе и радостно.
– Золотые слова, – не удержался и ручку герцогине поцеловал. – Кроме того, князь сейчас должен был уже освободиться… – добавил воевода, а следом жестом фокусника вынул из кармана… из кармана широкий браслет. Металл поблёскивал всеми цветами радуги. Агнес забыла, как дышать – никогда такого не видела, хотя во дворце выросла.
– Замечательная идея. Мы обсудим вопросы безопасности, а ты пока прогуляешься… – добавил чародей.
– Но? – Вержана выглядела смущённой, даже едва заметный румянец на щеке вспыхнул.
Агнес невольно нахмурилась. Неужели младшую сестру взволновала встреча с князем? Следом припомнилось, как она портрет истрийского владыки предлагала показать – тогда щёки девчонки пылали от смущения.
Неужели у Агнес ещё есть надежда?
Сердце в груди трепыхнулось и тут же заныло.
«Ты хочешь чужого парня?! – попыталась напомнить себе Агнес. – Это отвратительно!»
«Но он ведь первым тебя поцеловал!» – тёмную половину души так просто не заткнуть, она совесть кронпринцессы сожрала и не подавилась.
Агнес медленно перевела дыхание.
– Вержана? – тихо позвала старшая.
Захолустная принцесса услышала, обернулась, и две совершенно разные девушки встретились взглядами. Впервые не как противники.
– А чего ты сама хочешь?
Простой вопрос заставил остальных умолкнуть. Вержана задумалась, аж глаза потемнели. Рикардо метнул в сторону Агнес ненавистный взгляд, следом подался вперёд и поймал ладошку Вержаны.
– Зачем тебе тот князь? Я могу дать тебе всё, что ты пожелаешь? Исполню любое желание! Просто останься…
Голос прозвучал едва слышно, а сам наследник Галисийского престола, кажется, забыл, как дышать. Он действительно её любит. Несмотря на то что она воспитанница чародея, несмотря на захолустье и прочие странности.
Теперь Агнес стало очевидно – у неё нет ни единого шанса. К горлу опять подступил комок, такой колючий, что девушка не могла сделать вдох. Казалось, одно неловкое движение – и слёзы хлынут по щекам. Только во второй раз Агнес уже не сможет остановиться.
– Рикардо… – тихий голосок Вержаны доносился словно сквозь толщу воды. – Я выросла в королевстве, где магию порицают, а фейри и чародеев считают выдумкой. Мне здесь порой становится так неуютно, ведь я могу быть собой лишь в черте Радужного леса. А Истрия – это кладезь волшебства. Я не готова туда поехать, но мне любопытно познакомиться с владыкой этой непонятной и далёкой страны. Понимаешь?
Агнес сжала зубы и посмотрела на сестру. Она снова говорила искренне – никаких скрытых манипуляций, никакой лжи. Даже больше – Вержана так пристально вглядывалась в лицо галисийского наследника, будто искала в нём поддержку… И не находила.
Кронпринцесса неожиданно сжала пальцы в кулаки и про себя взмолилась:
«Отпусти её! Отпусти! Волшебство невозможно удержать в клетке!»
– Вержик, пожалуйста… Я боюсь, что истрийский князь околдует тебя…
Плечи опустились, стало горько – и за себя, и за Вержану, и даже за Рикардо.
Дурак, ты принц.
– Я понимаю твои опасения. Но, Рик, хотя бы раз прислушайся к моим словам и пожеланиям! – попросила Вержана и высвободила свои ладони из рук парня. Повернулась к Добриэлю.
– Так что, я правда окажусь ненадолго в Истрии? – а в глазах горит поистине детский восторг.
«Да уж», – Агнес невольно усмехнулась про себя. – «Какая уж там корона, какое замужество… Вержана сумела перевернуть дворец с ног на голову. Но только теперь старшая принцесса поняла, что сделала всё это сестрёнка совершенно ненамеренно».
Прода от 30.01.2026, 09:39
Глава 25. Истрийский князь
Кто бы мог подумать, что я – девочка из захолустья, смогу понравиться целому галисийскому принцу? Если бы мне такое рассказали, я бы в жизни не поверила.
А теперь слушаю последние наставления крёстного и собираюсь унестись на другой конец материка, чтобы лично познакомиться – ни много ни мало – с целым князем, да ещё и истрийским.
Спрашивается, зачем он мне? А? Я должна вещи паковать и нестись на всех крыльях в Виттенбург.
Ага, аж пятки горят, а ещё спина печёт от мрачного взгляда. Даже оборачиваться не надо – я и так знаю, что Рикардо моим решением недоволен.
Ну и пусть, я же не его собственность. Да, в облике Мигеля он был мне очень даже симпатичен, но он слишком настойчив. А ведь мы даже не помолвлены, и это уже сейчас настораживает.
Но знакомство с целым князем?
Сердечко в груди колотится – даже не понять, отчего переживаю или предвкушаю?
– Вержик, – крёстный взял меня за руку, затем надел на запястье широкий браслет. Следом по его поверхности пробежали волшебные искры. – Артефакт безопасен, физически ты останешься здесь, только твоё сознание переместится ближе к Александру. Прежде ты такие артефакты не использовала, потому может кружиться голова по прибытии, – крёстный глубоко вздохнул и брови нахмурил. – Если тебе что-то не понравится, ты можешь уйти в любой момент. Просто позови меня, хорошо?
– Не волнуйся, – говорю, а затем крепко Добриэля обнимаю. – Что там такого может случиться? Я вернусь так быстро, что ты и заметить не успеешь.
Выпускаю чародея из объятий, а рядом с ним уже Риккардо стоит и тоже ко мне руки протягивает, будто я уезжаю далеко-далёко.
Сказать ничего не успела, как принц меня в объятья сцапал.
– Вержи… – шепчет ласково. – Я тоже буду тебя ждать! Не задерживайся!
– А главное, обо всём как следует этого князя расспроси! – строго велит Эмбер. – И погрознее с ним!
Как я могу быть грозной? Это ж целый князь, да ещё и волшебного, как выяснилось, государства. Что я вообще творю?
Стало жутко, захотелось снять браслет, но оказалось поздно – крёстный щёлкнул пальцами, и на меня будто звёзды с неба свалились. Уши заложило, а ещё я, кажется, забыла, как дышать.
Ну, я на всякий случай глаза зажмурила и пальцы в кулачки сжала – на тот случай, если вдруг чего, то в зубы сходу тресь!
Не успела переключиться в боевой режим. Ну, там, кровожадность добудиться, как запахло лесом, мхом и елью. Кровожадность перевернулась на другой бок и захрапела беспробудным сном, а вот любопытство сделало стойку, и я спешно распахнула глаза.
