Короче, насколько могла судить, все, кроме Дара, ощущали внутренний дискомфорт и подгоняли стрелки часов, стремясь поскорее закончить с навязанным друг другу общением. Отец, так вовсе не скрываясь, каждые пятнадцать минут сверялся с наручным хронометром и досадливо морщился. Видимо, намерение Родарэна остаться на ночь, существенно нарушило его планы.
Катастрофа, в общем!
Распрощались около половины одиннадцатого, напоследок испив столь любимого маменькой липового чая. И церемонно разошлись по комнатам. Хотя, что-то мне подсказывает, отец в ней не задержался.
- Аплодирую стоя, Дар! Не перестаешь удивлять, - хмыкнула я, когда остались наедине.
Вот уж он точно не подкачал. Ни разу не прокололся, показав себя отличным лицедеем. Маменька определенно поверила в его глубокую привязанность. И ко мне как будто потеплела, видимо, сочтя, что дочь действительно встала на путь истинный, коль уж муж с ней столь добр и предупредителен.
- Приятно, надеюсь? - Мой самопровозглашенный муженек без стеснения завалился на кровать, благо, поверх покрывала.
Не люблю я этого! Место для сна – есть место для сна, и в уличной одежде на нем делать нечего!
- Уже не уверена! – Я более чем многозначительно покосилась на софу.
Да, миниатюрная, отнюдь не для долгого отдыха, и поместиться на ней, не поджимая ног, способен только ребенок, но у нас соглашение!
Еще и засиделись дольше необходимого, потакая желанию подавляющей зевоту маменьки. Практика показала, что Итарэ уходит около одиннадцати и возвращается до полуночи.
- Я переодеваться, - оценив, с какой неохотой благоверный перебирается на софу, я дождалась смены места дислокации и решила высказаться.
Дар еще при встрече показался мне на себя не похожим и порядком уставшим, но последующие события выветрили из головы первое впечатление. Теперь же оно вернулось.
- Ты когда высыпался в последний раз? Паршиво выглядишь, - сообщила, доставая заранее приготовленный к слежке наряд.
Это в прошлый раз я кралась за сестрой в платье и домашних туфлях. Повторять сию глупость не намерена. Мало того неудобно, так еще и холодно.
- Это имеет значение?
- Не вздумай уснуть тут. Все самое интересное простишь, - передумала я вникать.
В конце концов, какое мне дело до его самочувствия. Сам вызвался, я не настаивала.
Вскоре выяснилось, что присутствие в доме Гласа Конклава на планы Итарэ никоим образом не повлияло, хотя сомнения имелись и, в пылу спора, были мною озвучены. В положенный срок сестренка появилась на улице и быстро зашагала в уже известном мне направлении. Стараясь не привлекать внимания, мы устремились следом и незамеченными добрались до ближайшей воздушной трассы. Рассчитанная исключительно на детей, та принимала посетителей в любое время года, а, после нашумевшего случая с подростками, устроившими соревнование на выносливость, на ночь не только обесточивалась, но и ставилась под охрану.
- Здесь я ее потеряла в прошлый раз, - сообщила Родарэну, когда Итарэ, впервые за всю дорогу внимательно осмотревшись, нырнула за высокую, живую изгородь, высаженную вдоль опоясывающего трассу забора.
- Вот засранка! Кто ж его тебе показал? – шепотом восхитилась я, когда Ита проворно юркнула меж прутьев и оказалась на охраняемой территории. – Не нравится мне все это, Дар. Ничего не напоминает?
Мы, ведь, сами когда-то тайком пробирались на собрания, чтобы покритиковать решения Конклава и убедить друг друга в крепости духа и намерений!
Ну, я так думала…
- Еще как напоминает, - меня перестали задвигать за спину и потянули за собой к лазу. – Пошли. Попробуем выяснить, что у них там за сборище. Но лучше бы тебе вернуться домой, что скажешь? – Дар на мгновенье притормозил, но тут же снова ускорился.
А я даже отвечать не стала, ибо смысл? Оба знаем, каковым будет мой ответ – непримиримо отрицательным!
Красться за сестрой без очевидных ориентиров стало и проще и сложнее одновременно. Стоило удалиться от забора, нас укрыла темнота ночи, делая гораздо более неприметными. Но и Итарэ отсутствие искусственного освещения играло на руку. Мы дважды чуть не потеряли ее, замечая в самый последний момент. И несколько раз едва не выдали себя, подбираясь слишком близко.
В общем, соглядатаи из нас оказались так себе. Но и Ита не особо умела уходить от преследования. Да, настораживалась ненадолго, прислушивалась, всматривалась, а после шла дальше, словно ничего подозрительно не почувствовала.
- Не смей… - разгневанный шепот Родарэна удержал меня от желания метнуться в ближайшие кусты и увеличить угол обзора.
Мы затаились за одной из опор воздушной трассы, а сестренка чем-то занималась непосредственно у следующей. Никакого сборища поблизости не наблюдалось, и это заставляло нервничать. Успела убедить себя, что обнаружим компанию подозрительных личностей.
Смешно, право слово, и тут не отнять! Когда сама сбегала на встречи приверженцев Слияния, ничего подозрительного в единомышленниках не видела. Теперь же вон как рассуждаю. Головы готова поотгрызать тем, кто направил сестренку на эту дорожку!
- Уходит, - сообщил мне Родарэн, переставая удерживать за руку. – Ты за ней, а я осмотрюсь. - Но для начала, крадучись, отдалились с пути сестры, чтобы спустя недолгое время разделиться.
Дара я дожидалась в саду на качелях и, едва завидев, бросилась навстречу.
- Ну что там? Нашел что-нибудь?
- Без приключений? – для начала уточнил он.
- Без. - Я не стала настаивать на первоочередности. – Прямиком домой и заперлась у себя. Легла уже, кажется.
Свет в комнате сестры погас совсем недавно, но к окнам она не подходила. Заметила бы, шторы не задернуты.
- Нашел. Вот только не знаю что. И имеет ли это отношение к Итарэ - тоже не уверен.
Он посмотрел на дом, на сад и выбрал недавно оставленные мною качели.
- Там у опоры хорошо замаскированный тайник, - когда устроилась рядом. - Повезло, что заметил. Тайник пуст, зато есть это.
Мне продемонстрировали приплюснутый кругляш, напоминающий обычную аптечную пилюлю, только без клейма аптекаря. Такие достаточно недавно вошли в обращение, заменив всем привычные порошки, и продавались не везде. В Вистари, например, только в двух местах, что вызвало гордость овладевших технологией аптекарей.
- Лекарство? От чего? – я подцепила кругляш ногтем, перевернула, но пилюля, как полагается, не спешила раскрывать свои секреты.
- Хороший вопрос, однако ответа на него у меня нет.
Дар погонял пилюлю по ладони.
- Как она ее обронила? Если обронила…
- Может не она?.. Может, кто на трассе?.. Все же и на детской болтает прилично, всякое возможно. Хотя, вряд ли, конечно – ответила самой себе.
Техника безопасности обязывала сотрудников предупреждать о возможной утере незакрепленных предметов. На взрослых трассах все карманы на входе опустошаются. На детской, по идее, за это должны отвечать родители.
- Может… - Дар вернул находку во внутренний карман жилета и застегнул пуговицу. – Только очень удачно она приземлилась, выходит. Ты в руках у сестры ничего не заметила?
- Нет. Ничего. Карманы не проверяла, уж прости.
- Тогда придется проверить комнату.
- Как, интересно? Мне вход заказан, сам знаешь, а за маменьку при всем желании не сойду.
- Разберемся, - Родарэн остановил наше мерное раскачивание и поднялся. – Выманим как-нибудь, было бы желание. А сейчас, с твоего позволения, пойду обживать софу. На подушку могу рассчитывать или придется обойтись без нее?
- Можешь, - я спешно кивнула, ощутив неожиданный и неприятный укол совести.
Все же нормально выспаться на софе при его росте задача невыполнимая. Разве что пол предпочесть, наплевав на жесткость. Мне вполне себе натурально привиделась картина – Родарэн в исподнем на прикроватном коврике, и я – барыня вредная – нежусь под двумя одеялами на перине! Стыдно стало.
- И на одеяло можешь, если пообещаешь не храпеть. Даже уборную уступлю и полотенце с щеткой выдам.
Чувствуя, как начинают гореть щеки под его внимательным взглядом, я спряталась за привычной язвительностью и поспешила отвернуться. Сегодняшний день в очередной раз показал, что мы способны общаться довольно сносно и вполне конструктивно, поэтому культивировать в себе ненависть больше не хотелось.
Сближения, правда, тоже не хотелось. И, если честно, с трудом представлялось, во что совместно проведенная ночь выльется. Нам ведь не доводилось ночевать в одной комнате, необходимость отсутствовала.
- Расслабься, Таша, ничего не случится. Я обещаю, – мне не позволили додумать, и это чудесно! – Могу вообще не ложиться, если тебе так проще.
- И позволить тебе всю ночь пялиться на меня?.. Нет уж… - Я демонстративно насупилась. – К тому же я не садистка. Выглядишь так, словно стоя уснуть готов.
- Я бы поспорил.
Мы пошли к дому.
- С чем? С первым или со вторым?
- А ты как думаешь?
Я закатила глаза, таким образом реагируя на провокацию.
- Уверен, что мне стоит задуматься?
- Не то чтобы очень, но и…
- Дар! – Я гневно уставилась на него, готовая защищаться до последнего, однако не пришлось.
Родарэн расплылся в своей коронной улыбке.
- Таш, ты просто огонь, когда бесишься, - сообщили мне и развернули к дому, предлагая продолжить движение. - Я тут, знаешь, о чем подумал… Не похоже, что тайник так уж посещаем. Да и сделали его совсем недавно.
- С чего ты взял?
- Вряд ли периметр совсем не проверяется, а значит спил довольно свежий.
- И что это нам дает? – Я снова остановилась, уже у самой двери.
- Пока ничего. Попрошу Ортиса приставить кого-нибудь.
- Не станешь сообщать Конклаву?
Мне только сейчас пришло в голову, что он обязан это сделать – обличить Итарэ и снова бросить тень на имя Лормастэр.
- Нет. - Я выдохнула с облечением. – Завтра отвезу находку знакомому аптекарю, попробуем узнать состав, а там видно будет.
Утро показало, что все мои переживания выеденного яйца не стоят. Родарэн уснул раньше, чем я высушила волосы. И, да, презрев непредназначенную для сна софу, он растянулся на прикроватном коврике, практически воплотив в жизнь мое видение. На нем и проснулся, когда сама я, после наполовину бессонной ночи, не только выбралась из постели, но и оделась к новому дню.
В общем, метка никоим образом не помешала нам провести спокойную ночь буквально на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Впору бери и верь, что успели подчиниться притяжению и обзавестись потомством.
Ну, а как вишенка на торте, судя по всему, за период недолгого забытья, что подарила минувшая ночь, мне вновь приснился черный дракон, о котором ввиду перипетий последних дней успела подзабыть. На этот раз мы не играли в гляделки и не находились в непосредственной близости. Я любовалась им с земли, наблюдая, как грациозный ящер рассекает воздушное пространство на уровне облаков, и мечтала о моменте, когда смогу присоединиться, откуда-то точно зная, что он обязательно наступит.
В результате большую часть утра была несколько рассеяна, а после завтрака, на удивление ознаменовавшегося не только присутствием сестры, но и ее отличным настроением, выяснилось, что нам поступило приглашение на пикник.
Точнее, не совсем нам... Среди приглашенных значились отец, маменька и Итарэ. О чете Алгиарон ни слова. Удачное совпадение?
Однако зря я заподозрила благоверного, как тотчас выяснилось. Да и не успел бы Дар организовать нечто подобное! Имела место предварительная договоренность. Маменька приглашение ждала, и очень ему обрадовалась.
Естественно, нас принялись уговаривать составить компанию. Не скажу, что искренне, но с усердием и должной убедительностью. Однако Глас Конклава согласиться не пожелал, мотивировав отказ скорым отъездом и желанием провести время с женой. Для каких целей не уточнил, но смотрел на меня столь красноречиво, что успела не только смутилась, но и покраснела.
Согласитесь, довольно неловко, когда почти вслух сообщается о намерениях подобного рода?
Впрочем, последнее, определенно, никоим образом не касается маменьки. Та моментально подобралась и для начала посмотрела назидательно. А после завтрака выделила время на наставительно-нравоучительную беседу: вдруг непутевая дочь недостаточно вняла полученным ранее ценным указаниям и вновь упустит благоприятный момент.
Моим мнением, понятное дело, никто не интересовался.
Едва родственники отбыли, а отпущенная до вечера дневная обслуга обрадовано умчалась по своим делам, я с удовольствием скинула маску покорности и выдала главное умозаключение минувшего утра.
- Итарэ сегодня какая-то странная.
- Да?.. В чем именно? - «Я не заметил», - осталось невысказанным.
- Ты просто с ней не общался все эти дни, а я – да.
- Так в чем странность, Таш?
- В настроении, как минимум, - бросила я и рванула к комнате сестры. - Очень уж расположена сегодня. Тебе глазки строила, мне улыбалась… Словно подменили. Не нравится мне все это, – остановившись на мгновение. – И не смотри на меня так! Вчера она притворялась, а сегодня была искренна.
- Таш…
- Дар, я знаю свою сестру! – пресекла возражения. - Она меня с первого дня то ненавидит, то бойкотирует, то пытается на чистую воду вывести, злится, обвиняет, а теперь… Ладно, потом… Идем смотреть.
Осажденная легко читаемым по мимике скепсисом, я махнула рукой и передумала настаивать. Все же Дар прав, и я могу оказаться предвзята. Однако злополучные таблетки не шли из головы. Что это может быть? Каким эффектом обладают? Да, смеска сложно заподозрить в злоупотреблении туманящими разум веществами. Они на нас действуют крайне слабо и весьма недолго. Ортис ежедневно в этом убеждается: что бы и сколько не залил в себя – скорее трезв, чем пьян, но все же… Все же…
Дверь в комнату сестры заперта не была. Мы беспрепятственно вошли и осмотрелись. Светло, чисто, аккуратно. Похоже любовь к порядку у сестренки в крови. В этом мы схожи.
- Приступим, - буркнула я и устремилась к трельяжу, не позволяя себе размякнуть и передумать.
Уж лучше стану винить себя за подозрительность, нежели за бездействие. «Сделать и сожалеть» мало чем отличается от «не сделать и сожалеть».
Родарэн инициативу поддержал и всячески помогал, предоставив мне рыться в самых интимным вещах. Вот только ничего интересного мы в комнате не нашли. В смысле, интересного в контексте моих подозрений и предположений. В остальном же, временная обитель сестренки стала кладезем противоречивой информации.
К примеру, в шкатулке с украшениями я наткнулась свою давно утерянную серьгу. Точнее, уже не утерянную, а позаимствованную более шести лет назад и отчего-то до сих пор не выброшенную.
С какой целью Итарэ хранит ее? О чем думает, ежедневно наталкиваясь?
В той же шкатулке обнаружился мой подарок на семилетие. Помню, как выбрала его под чутким руководством родительницы, хоть и планировала совершенно иное. Сестренка тогда бредила бабочками. Наблюдала, пыталась ловить, изучать, постоянно рисовала разноцветных красавиц: в том числе и поэтому став для меня Бутончиком. Но маменька сочла подходящим подарком брошь-дракончик, а не какую-то там бабочку. Вот на эту самую брошь я и наткнулась, поразившись повторно.
Катастрофа, в общем!
Распрощались около половины одиннадцатого, напоследок испив столь любимого маменькой липового чая. И церемонно разошлись по комнатам. Хотя, что-то мне подсказывает, отец в ней не задержался.
- Аплодирую стоя, Дар! Не перестаешь удивлять, - хмыкнула я, когда остались наедине.
Вот уж он точно не подкачал. Ни разу не прокололся, показав себя отличным лицедеем. Маменька определенно поверила в его глубокую привязанность. И ко мне как будто потеплела, видимо, сочтя, что дочь действительно встала на путь истинный, коль уж муж с ней столь добр и предупредителен.
- Приятно, надеюсь? - Мой самопровозглашенный муженек без стеснения завалился на кровать, благо, поверх покрывала.
Не люблю я этого! Место для сна – есть место для сна, и в уличной одежде на нем делать нечего!
- Уже не уверена! – Я более чем многозначительно покосилась на софу.
Да, миниатюрная, отнюдь не для долгого отдыха, и поместиться на ней, не поджимая ног, способен только ребенок, но у нас соглашение!
Еще и засиделись дольше необходимого, потакая желанию подавляющей зевоту маменьки. Практика показала, что Итарэ уходит около одиннадцати и возвращается до полуночи.
- Я переодеваться, - оценив, с какой неохотой благоверный перебирается на софу, я дождалась смены места дислокации и решила высказаться.
Дар еще при встрече показался мне на себя не похожим и порядком уставшим, но последующие события выветрили из головы первое впечатление. Теперь же оно вернулось.
- Ты когда высыпался в последний раз? Паршиво выглядишь, - сообщила, доставая заранее приготовленный к слежке наряд.
Это в прошлый раз я кралась за сестрой в платье и домашних туфлях. Повторять сию глупость не намерена. Мало того неудобно, так еще и холодно.
- Это имеет значение?
- Не вздумай уснуть тут. Все самое интересное простишь, - передумала я вникать.
В конце концов, какое мне дело до его самочувствия. Сам вызвался, я не настаивала.
Вскоре выяснилось, что присутствие в доме Гласа Конклава на планы Итарэ никоим образом не повлияло, хотя сомнения имелись и, в пылу спора, были мною озвучены. В положенный срок сестренка появилась на улице и быстро зашагала в уже известном мне направлении. Стараясь не привлекать внимания, мы устремились следом и незамеченными добрались до ближайшей воздушной трассы. Рассчитанная исключительно на детей, та принимала посетителей в любое время года, а, после нашумевшего случая с подростками, устроившими соревнование на выносливость, на ночь не только обесточивалась, но и ставилась под охрану.
- Здесь я ее потеряла в прошлый раз, - сообщила Родарэну, когда Итарэ, впервые за всю дорогу внимательно осмотревшись, нырнула за высокую, живую изгородь, высаженную вдоль опоясывающего трассу забора.
- Вот засранка! Кто ж его тебе показал? – шепотом восхитилась я, когда Ита проворно юркнула меж прутьев и оказалась на охраняемой территории. – Не нравится мне все это, Дар. Ничего не напоминает?
Мы, ведь, сами когда-то тайком пробирались на собрания, чтобы покритиковать решения Конклава и убедить друг друга в крепости духа и намерений!
Ну, я так думала…
- Еще как напоминает, - меня перестали задвигать за спину и потянули за собой к лазу. – Пошли. Попробуем выяснить, что у них там за сборище. Но лучше бы тебе вернуться домой, что скажешь? – Дар на мгновенье притормозил, но тут же снова ускорился.
А я даже отвечать не стала, ибо смысл? Оба знаем, каковым будет мой ответ – непримиримо отрицательным!
Красться за сестрой без очевидных ориентиров стало и проще и сложнее одновременно. Стоило удалиться от забора, нас укрыла темнота ночи, делая гораздо более неприметными. Но и Итарэ отсутствие искусственного освещения играло на руку. Мы дважды чуть не потеряли ее, замечая в самый последний момент. И несколько раз едва не выдали себя, подбираясь слишком близко.
В общем, соглядатаи из нас оказались так себе. Но и Ита не особо умела уходить от преследования. Да, настораживалась ненадолго, прислушивалась, всматривалась, а после шла дальше, словно ничего подозрительно не почувствовала.
- Не смей… - разгневанный шепот Родарэна удержал меня от желания метнуться в ближайшие кусты и увеличить угол обзора.
Мы затаились за одной из опор воздушной трассы, а сестренка чем-то занималась непосредственно у следующей. Никакого сборища поблизости не наблюдалось, и это заставляло нервничать. Успела убедить себя, что обнаружим компанию подозрительных личностей.
Смешно, право слово, и тут не отнять! Когда сама сбегала на встречи приверженцев Слияния, ничего подозрительного в единомышленниках не видела. Теперь же вон как рассуждаю. Головы готова поотгрызать тем, кто направил сестренку на эту дорожку!
- Уходит, - сообщил мне Родарэн, переставая удерживать за руку. – Ты за ней, а я осмотрюсь. - Но для начала, крадучись, отдалились с пути сестры, чтобы спустя недолгое время разделиться.
Дара я дожидалась в саду на качелях и, едва завидев, бросилась навстречу.
- Ну что там? Нашел что-нибудь?
- Без приключений? – для начала уточнил он.
- Без. - Я не стала настаивать на первоочередности. – Прямиком домой и заперлась у себя. Легла уже, кажется.
Свет в комнате сестры погас совсем недавно, но к окнам она не подходила. Заметила бы, шторы не задернуты.
- Нашел. Вот только не знаю что. И имеет ли это отношение к Итарэ - тоже не уверен.
Он посмотрел на дом, на сад и выбрал недавно оставленные мною качели.
- Там у опоры хорошо замаскированный тайник, - когда устроилась рядом. - Повезло, что заметил. Тайник пуст, зато есть это.
Мне продемонстрировали приплюснутый кругляш, напоминающий обычную аптечную пилюлю, только без клейма аптекаря. Такие достаточно недавно вошли в обращение, заменив всем привычные порошки, и продавались не везде. В Вистари, например, только в двух местах, что вызвало гордость овладевших технологией аптекарей.
- Лекарство? От чего? – я подцепила кругляш ногтем, перевернула, но пилюля, как полагается, не спешила раскрывать свои секреты.
- Хороший вопрос, однако ответа на него у меня нет.
Дар погонял пилюлю по ладони.
- Как она ее обронила? Если обронила…
- Может не она?.. Может, кто на трассе?.. Все же и на детской болтает прилично, всякое возможно. Хотя, вряд ли, конечно – ответила самой себе.
Техника безопасности обязывала сотрудников предупреждать о возможной утере незакрепленных предметов. На взрослых трассах все карманы на входе опустошаются. На детской, по идее, за это должны отвечать родители.
- Может… - Дар вернул находку во внутренний карман жилета и застегнул пуговицу. – Только очень удачно она приземлилась, выходит. Ты в руках у сестры ничего не заметила?
- Нет. Ничего. Карманы не проверяла, уж прости.
- Тогда придется проверить комнату.
- Как, интересно? Мне вход заказан, сам знаешь, а за маменьку при всем желании не сойду.
- Разберемся, - Родарэн остановил наше мерное раскачивание и поднялся. – Выманим как-нибудь, было бы желание. А сейчас, с твоего позволения, пойду обживать софу. На подушку могу рассчитывать или придется обойтись без нее?
- Можешь, - я спешно кивнула, ощутив неожиданный и неприятный укол совести.
Все же нормально выспаться на софе при его росте задача невыполнимая. Разве что пол предпочесть, наплевав на жесткость. Мне вполне себе натурально привиделась картина – Родарэн в исподнем на прикроватном коврике, и я – барыня вредная – нежусь под двумя одеялами на перине! Стыдно стало.
- И на одеяло можешь, если пообещаешь не храпеть. Даже уборную уступлю и полотенце с щеткой выдам.
Чувствуя, как начинают гореть щеки под его внимательным взглядом, я спряталась за привычной язвительностью и поспешила отвернуться. Сегодняшний день в очередной раз показал, что мы способны общаться довольно сносно и вполне конструктивно, поэтому культивировать в себе ненависть больше не хотелось.
Сближения, правда, тоже не хотелось. И, если честно, с трудом представлялось, во что совместно проведенная ночь выльется. Нам ведь не доводилось ночевать в одной комнате, необходимость отсутствовала.
- Расслабься, Таша, ничего не случится. Я обещаю, – мне не позволили додумать, и это чудесно! – Могу вообще не ложиться, если тебе так проще.
- И позволить тебе всю ночь пялиться на меня?.. Нет уж… - Я демонстративно насупилась. – К тому же я не садистка. Выглядишь так, словно стоя уснуть готов.
- Я бы поспорил.
Мы пошли к дому.
- С чем? С первым или со вторым?
- А ты как думаешь?
Я закатила глаза, таким образом реагируя на провокацию.
- Уверен, что мне стоит задуматься?
- Не то чтобы очень, но и…
- Дар! – Я гневно уставилась на него, готовая защищаться до последнего, однако не пришлось.
Родарэн расплылся в своей коронной улыбке.
- Таш, ты просто огонь, когда бесишься, - сообщили мне и развернули к дому, предлагая продолжить движение. - Я тут, знаешь, о чем подумал… Не похоже, что тайник так уж посещаем. Да и сделали его совсем недавно.
- С чего ты взял?
- Вряд ли периметр совсем не проверяется, а значит спил довольно свежий.
- И что это нам дает? – Я снова остановилась, уже у самой двери.
- Пока ничего. Попрошу Ортиса приставить кого-нибудь.
- Не станешь сообщать Конклаву?
Мне только сейчас пришло в голову, что он обязан это сделать – обличить Итарэ и снова бросить тень на имя Лормастэр.
- Нет. - Я выдохнула с облечением. – Завтра отвезу находку знакомому аптекарю, попробуем узнать состав, а там видно будет.
ГЛАВА 9
Утро показало, что все мои переживания выеденного яйца не стоят. Родарэн уснул раньше, чем я высушила волосы. И, да, презрев непредназначенную для сна софу, он растянулся на прикроватном коврике, практически воплотив в жизнь мое видение. На нем и проснулся, когда сама я, после наполовину бессонной ночи, не только выбралась из постели, но и оделась к новому дню.
В общем, метка никоим образом не помешала нам провести спокойную ночь буквально на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Впору бери и верь, что успели подчиниться притяжению и обзавестись потомством.
Ну, а как вишенка на торте, судя по всему, за период недолгого забытья, что подарила минувшая ночь, мне вновь приснился черный дракон, о котором ввиду перипетий последних дней успела подзабыть. На этот раз мы не играли в гляделки и не находились в непосредственной близости. Я любовалась им с земли, наблюдая, как грациозный ящер рассекает воздушное пространство на уровне облаков, и мечтала о моменте, когда смогу присоединиться, откуда-то точно зная, что он обязательно наступит.
В результате большую часть утра была несколько рассеяна, а после завтрака, на удивление ознаменовавшегося не только присутствием сестры, но и ее отличным настроением, выяснилось, что нам поступило приглашение на пикник.
Точнее, не совсем нам... Среди приглашенных значились отец, маменька и Итарэ. О чете Алгиарон ни слова. Удачное совпадение?
Однако зря я заподозрила благоверного, как тотчас выяснилось. Да и не успел бы Дар организовать нечто подобное! Имела место предварительная договоренность. Маменька приглашение ждала, и очень ему обрадовалась.
Естественно, нас принялись уговаривать составить компанию. Не скажу, что искренне, но с усердием и должной убедительностью. Однако Глас Конклава согласиться не пожелал, мотивировав отказ скорым отъездом и желанием провести время с женой. Для каких целей не уточнил, но смотрел на меня столь красноречиво, что успела не только смутилась, но и покраснела.
Согласитесь, довольно неловко, когда почти вслух сообщается о намерениях подобного рода?
Впрочем, последнее, определенно, никоим образом не касается маменьки. Та моментально подобралась и для начала посмотрела назидательно. А после завтрака выделила время на наставительно-нравоучительную беседу: вдруг непутевая дочь недостаточно вняла полученным ранее ценным указаниям и вновь упустит благоприятный момент.
Моим мнением, понятное дело, никто не интересовался.
Едва родственники отбыли, а отпущенная до вечера дневная обслуга обрадовано умчалась по своим делам, я с удовольствием скинула маску покорности и выдала главное умозаключение минувшего утра.
- Итарэ сегодня какая-то странная.
- Да?.. В чем именно? - «Я не заметил», - осталось невысказанным.
- Ты просто с ней не общался все эти дни, а я – да.
- Так в чем странность, Таш?
- В настроении, как минимум, - бросила я и рванула к комнате сестры. - Очень уж расположена сегодня. Тебе глазки строила, мне улыбалась… Словно подменили. Не нравится мне все это, – остановившись на мгновение. – И не смотри на меня так! Вчера она притворялась, а сегодня была искренна.
- Таш…
- Дар, я знаю свою сестру! – пресекла возражения. - Она меня с первого дня то ненавидит, то бойкотирует, то пытается на чистую воду вывести, злится, обвиняет, а теперь… Ладно, потом… Идем смотреть.
Осажденная легко читаемым по мимике скепсисом, я махнула рукой и передумала настаивать. Все же Дар прав, и я могу оказаться предвзята. Однако злополучные таблетки не шли из головы. Что это может быть? Каким эффектом обладают? Да, смеска сложно заподозрить в злоупотреблении туманящими разум веществами. Они на нас действуют крайне слабо и весьма недолго. Ортис ежедневно в этом убеждается: что бы и сколько не залил в себя – скорее трезв, чем пьян, но все же… Все же…
Дверь в комнату сестры заперта не была. Мы беспрепятственно вошли и осмотрелись. Светло, чисто, аккуратно. Похоже любовь к порядку у сестренки в крови. В этом мы схожи.
- Приступим, - буркнула я и устремилась к трельяжу, не позволяя себе размякнуть и передумать.
Уж лучше стану винить себя за подозрительность, нежели за бездействие. «Сделать и сожалеть» мало чем отличается от «не сделать и сожалеть».
Родарэн инициативу поддержал и всячески помогал, предоставив мне рыться в самых интимным вещах. Вот только ничего интересного мы в комнате не нашли. В смысле, интересного в контексте моих подозрений и предположений. В остальном же, временная обитель сестренки стала кладезем противоречивой информации.
К примеру, в шкатулке с украшениями я наткнулась свою давно утерянную серьгу. Точнее, уже не утерянную, а позаимствованную более шести лет назад и отчего-то до сих пор не выброшенную.
С какой целью Итарэ хранит ее? О чем думает, ежедневно наталкиваясь?
В той же шкатулке обнаружился мой подарок на семилетие. Помню, как выбрала его под чутким руководством родительницы, хоть и планировала совершенно иное. Сестренка тогда бредила бабочками. Наблюдала, пыталась ловить, изучать, постоянно рисовала разноцветных красавиц: в том числе и поэтому став для меня Бутончиком. Но маменька сочла подходящим подарком брошь-дракончик, а не какую-то там бабочку. Вот на эту самую брошь я и наткнулась, поразившись повторно.
