— Сам ты! Закат блин! Ширина блин! Суждений блин! Достал! — выпалила Арте.
Я посмотрел на место укуса, увидел следы зубов и немного задумался...
— Сейчас добавлю.
— Ладно-ладно! Всё. Идём!
И мы пошли искать трактир «Гордое одиночество».
Спросив пару людей, мы, наконец, нашли нужное место.
— Ну а чего сразу домой-то? Там же это. То есть эти...
— Лилия, ну, пожалуйста, давай пойдём домой. Юрий же...
— Юрий? А он ваще кто? Отец мне? Или кто? Не-не-не-не, — сказала Лилия и покачала пальцем.
Тогда нас, наконец, заметили.
— А! Юрий, мы тут! Идём к нам! — позвала нас Лилия и замахала рукой. — Я нашла Бруста. Я молодец. Хвали меня.
— Она... Она такое... Она вообще... — пыталась что-то сказать Рика, закрывая лицо руками и качая головой.
Арте еле заметно улыбнулась и направилась к Лилии.
— А, Арте. Что это? Это разве вино? Не похоже на вино, ну да ладно, — говорила Лилия, а потом махом выпила то, что Арте дала ей в бутылочке.
Спустя мгновение взгляд Лилии стал осмысленным, а потом она покраснела, села на корточки и закрыла голову руками.
— Я не могла! Это не я! Не я! Не я!
— Рика, что она сделала? — решил я спросить.
А мне было очень интересно.
— Она...
— Молчи! — тут же перебила Рику Лилия. — Молчи. Да, так и молчи.
— О, смотрите, там Лилиана эль Музика! Спойте нам ещё как-нибудь! — окрикнула нас проходящая мимо компания.
— Лилиана? Эль Музика? — переспросил я у Лилии.
— В детстве я хотела петь, даже псевдоним придумала, — еле слышно сказала Лилия, всё так же сидя на корточках.
— Рика эль Акробатио, твои трюки великолепны! Колесо, фляк, рондад — высший пилотаж!
И она тоже? Рика довольная помахала проходящей мимо компании, а когда увидела, что я на неё смотрю, виновато опустила голову.
— Я просто хотела поддержать Лилию. А то она. Одна. Пела, — сказала Рика.
Боже, ну почему она каждый раз так себя ведёт со мной.
— Был бы я рядом, я бы показывал свои фокусы, — сказал я Рике и похлопал ту по плечу.
Она украдкой посмотрела на меня и, наконец, улыбнулась.
— Ладно, идём внутрь, — сказал я и направился в трактир.
— Мы домой. Мы пойдём домой. Ладно, Рика? — сказала Лилия.
— Ладно, — сказала удивлённо Рика, и Лилия молчаливо посмотрела на меня.
— Идите, если так надо, — сказал я ей.
— Мы должны сделать так, чтобы по пути мы встретили как можно меньше людей, — начала говорить Лилия Рике.
— Эй, Лилия, — прервал я ту. — Ты молодец. Молодец, что нашла Бруста.
— А... Ну да. Спасибо, — сказала, немного смутившись, Лилия.
А мы с довольной Арте вошли в трактир «Гордое одиночество».
На сцене стоял высокий деревянный стул, на котором стояла кружка, а рядом, облокотившись на этот же стул, стоял Бруст и что-то рассказывал. Когда мы подошли ближе, он нас заметил и прервал своё выступление.
— Друзья! Познакомьтесь с моими друзьями, — громко объявил Бруст. — Это э... — затянул он. — А как вас звали? — спросил он, почесав затылок.
Друзьями.
— Я Юрий, а это Арте.
— Друзья, перед вами неподражаемый алхимик Арте и великолепный фокусник Юрий! Похлопайте им! — сказал Бруст, приглашая нас на сцену, и вокруг раздались аплодисменты.
Арте показала свои бомбочки, держа их меж пальцев, Брусту и хищно улыбнулась.
— А, вы знаете, они выступят в другой раз! — сказал Бруст, вокруг раздались раздосадованные голоса, и Бруст спрыгнул к нам.
— Я рад видеть вас, но как вы меня нашли?
— Искали плачущих мужиков, — сказал я.
— Надо поговорить, — сказала Арте.
Бруст кивнул, мы пошли вглубь зала и сели за стол.
— Зелёный дом, — без предисловий сказала Арте.
— Зелёный дом, да... Зачем он вам? — спросил Бруст, а я пересказал ему историю о пропавшей целительнице.
— Мне мало, что известно. Всё, что я знаю, это место недалеко от столицы на севере, а также недалеко от реки.
— Так значит, это не на территории города. Всё было очевидно. Вот зачем им канализация, — сказал я Арте.
— Всё ясно.
В принципе мне тоже стало всё ясно.
Людей куда-то переплавляют по реке, а выводят их из города через систему подземных коммуникаций, вход в которую находится на территории поместья Рингота. Во что мы вообще ввязались? Может, проще было найти другого целителя. Не слишком ли это для нас?
Думал я, и тогда на моё предплечье опустилась рука.
— Всё будет хорошо, — медленно сказала мне Арте и похлопала меня по руке.
Покинув трактир, мы отправились домой.
— Кто там топает, как слон!? — раздалось из-под лестницы, ведущей в дом, когда я шёл по той.
— Простите, извините, господин Старик. Я буду впредь ходить аккуратнее.
Сказал я старику, который всё ещё нагонял на меня жуть.
Когда мы вернулись в дом, количество котов сократилось до одного. Того самого, которого так долго искала Рика, и с которым она сейчас сидела на диване. Лилия уже спала, ведь зелье Арте, которое мгновенно отрезвляет, имеет побочный эффект, из-за которого тебя клонит в сон.
А вообще, куда этот старик дел всех котов? Надо бы у него разузнать, и я пошёл к нему.
— Кто там крадётся, как мышь?! — раздалось грозное из-под лестницы.
— А как мне ходить, господин Старик? — спросил я учтиво, когда уже подошёл к нему.
— Ну не знаю. Например... не ходить, — сказал мне старик, лёжа на кушетке и листая книгу.
Даже не посмотрел на меня.
— Старик. Куда ты дел всех котов?
— Речной порт, продовольственные склады торговой гильдии, и так в хозяйства разные. Рике я подробно рассказал, можете проверить, — спокойно ответил тот.
Его продуктивность может только восхищать.
— Понятно, — сказал я, постоял немного и развернулся, чтобы уйти.
— Неужели я такой страшный? — спросил вдруг Старик.
— Да ты до ужаса жуткий!
— Хы, — усмехнулся он и вернулся к чтению.
А я пошёл в дом.
— Господин, это ваш чай.
— Это уже третья чашка.
— Пойду готовить четвёртую, — сказала Рира и поклонилась мне.
— Зулай, сделай что-нибудь со своей внучкой.
— Что сделать?
— Ну ты не видишь, что она творит?
Судя по взгляду Зулая, он видит, но ничего делать не будет.
— Рира, я не хочу больше чай.
— Господин. Мой чай вам противен? — сказала Рира и посмотрела раздосадованно мне в глаза.
Да, думаю, в каком-то смысле это можно считать мастерством. Да в самом прямом смысле!
— Тащи ещё своего чая, — сказал я, а Рира упорхнула. — и тортик захвати!
В итоге я сдался и подготовил серебряную монету.
— Это ваш чай, это ваш тортик.
— Держи, — сказал я и дал монету Рире.
Она посмотрела на монету, а после мне в глаза.
— Вы так низко меня цените? — огорчённо сказала Рира, держа монету, что я ей дал, двумя руками.
Я достал кошелёк и сунул ей ещё одну, потом ещё. В итоге я сунул ей золотую монету.
— Благодарю покорно, — сказала Рира таким голосом, что я правда почувствовал себя кем-то важным, и она ушла довольная делать пятую кружку чая.
— Гость, — обратилась ко мне Сия, которая подавала еду остальным. — на те деньги, что вы дали Рире, семья простолюдин может прожить где-то полгода.
Что?
Зулай кивнул мне, подтверждая слова Сии.
Я посмотрел в сторону кухни, где ошивалась Рира, а оттуда доносилась причудливая мелодия, которую она напевала.
Я встал и пошёл в сторону кухни, но мы с Рирой встретились раньше, чем я добрался дотуда.
Рира застыла с моим чаем в руках, я сделал шаг в её сторону, а она поставила чашку с подносом на тумбу, что была рядом с ней.
Я сделал ещё шаг.
— А, ну верни мне все деньги, что я тебе дал! — быстро выпалил я и кинулся в её сторону.
Но, вопреки моим ожиданиям, она не побежала, а упала на пол и свернулась клубочком, явно что-то, и я знаю, что, пряча в руках.
— Нет! Они мои! Я их заработала! — выдала Рира, всё в той же позе.
— Ты их выманила, а не заработала! Это почти что забрала силой! Зулай, ты умный. Скажи ей!
— Всё так, — устало подтвердил тот.
— Ну! И что ты мне сделаешь? — спросила с издёвкой Рира.
Я взял её за руки, в которых она держала монетку, потянул на себя и оторвал от земли разом весь этот свернувшийся комок Риры. Я тряхнул её так пару раз, но она была явно сильнее, чем я ожидал. Руки она не разжала. И я снова положил её на пол.
— Больше ни копейки от меня не получишь! — пригрозил я.
— Не знаю, что такое ко-пей-ки, но я бы хотела и их получить! — ожила она и тут же подскочила.
— Да, пожалуйста, — сказал я, засунул руку в карман и достал монетки, что завалялись у меня с того момента, как я прибыл сюда, в этот мир.
— Держи, — сказал я и высыпал в руку Риры монетами: рубли и копейки.
— Сказал, что ничего не получит, и тут же отдаёт ей последнее, — сказала Сия и покачала головой.
— Ого! А что это? Я такие никогда не видела! — заинтересовалась Рира, также и Зулай подошёл, начав рассматривать монеты из рук Риры.
— Это рубли, а это копейки. На то, что у тебя в руках, можно купить, ну, например, хлеб.
— И всё?! — сказала возмущённо Рира и отдала, не глядя, монеты Зулаю. — Жмот! — сказала она и ушла надувшись.
Но я же до этого ей дал полугодовой бюджет обычной семьи. Ещё и виноват остался.
— Зулай, не хочешь вернуть свою внучку Ринготу?
— Хех, — усмехнулся Зулай, рассматривая монеты, и отрицательно покачал головой.
— Я устала, сегодня я никуда не пойду.
Это было первое, что сказала Лилия, когда я вышел ко всем следующим утром.
— Помнится, я должен тебя покачать.
На лице Лилии отобразился мыслительный процесс.
— А, точно. Завтра. Я очень устала.
Ох, Лилия, название этому не усталость.
Мы все позавтракали, а после собрались искать зелёный дом.
— Я никуда не пойду! Почему я должна идти? — упиралась Лилия, которую я подхватил в охапку и нёс в сторону выхода.
— Твои способности могут нам пригодиться.
Лилия перестала брыкаться на пару секунд, а потом начала дрыгаться ещё сильнее.
— Значит, вам нужны только мои способности! Не я, а способности!
— Да-да, только угомонись.
— Я, вообще-то, другой ответ хотела услышать!
— Рика, возьми её, понеси. Если начнёт убегать, поймаешь, — сказал я и передал Лилию Рике, а та закинула её на плечо.
— Юрий, не переживай, буду крепко держать её.
— Почему обо мне говорят, как о какой-то вещи, — уже смиренно сама себе сказала Лилия, и мы вчетвером — Арте, Рика, Лилия и я — вышли из дома.
— Ладно, я сама пойду, — сказала Лилия, когда мы уже шли по улице, поняв, что прохожие на неё пялятся.
Рика поставила Лилию на ноги, и та убежала.
— Рика, — устало вздохнул я.
Рика сорвалась с места.
— Что? — спросила у меня Лилия, снова свисая с плеча Рики. — Было бы глупо не попробовать.
— Когда вернёмся домой, верну тебе это, — сказал я и достал карнавальный талисман.
Лилия вытянула руку, пытаясь схватить его, но у неё ничего не вышло.
— С ним тоже связана грустная история? — решил я спросить.
— Нет, с ним связана радостная история, — сказала Лилия, о чём-то задумавшись, и продолжила. — В моём городе проходил конкурс хорового пения. И я там победила. Правда, никто больше не захотел петь, поэтому я выступала одна от своего приюта. А когда я победила, всё равно всем детям раздали подарки. Я как раз получила такой талисман. И у меня после этого наконец-то появились друзья.
— Радостная история? — переспросила неуверенно Арте.
Лилия задумалась, потом посмотрела на Рику, которая уже хнычила, вытирая глаза свободной рукой.
— Пела одна... — приговаривала Рика. — В хоровом конкурсе.
— Ты о тех самых друзьях, с которыми ты ходила на пикник?
Лилия открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут же захлопнула его, а после натянуто улыбнулась.
— Нет! О других друзьях! Эти другие друзья были хорошие! Я с ними и играла, и гулять ходила, и даже иногда пела.
Понятно, решила просто наврать.
— Ва-а-а-а! Бедная девочка! Врёт, что у неё были друзья!
— Нет! Что ты? Зачем мне врать? — начала было оправдываться Лилия и посмотрела в мои глаза, которые были до краёв полны скепсисом. — Ладно, я соврала, не было никаких других друзей, — обречённо сдалась она. — Но карнавальный талисман мне всё равно дорог.
Рика перехватила Лилию, взяла её за подмышки и подняла на вытянутых руках.
— Запомни, Лилия. Отныне и навсегда. Я буду твой друг, — сказала Рика.
— И я!
Арте подбежала к ним, все остановились и посмотрели на меня.
Боже, не втягивайте меня в это.
Рика перехватила Лилию, и чувствую, если бы я ничего не сказал, она бы начала тыкать ей мне в лицо, как тем бродячим котом, которого звали Луа.
— И я! Юху! Дружба — это круто! — воскликнул я и приподнял вверх руку.
— Какой-то он неискренний, — сказала Лилия, продолжая висеть в руках Рики.
— Просто стесняется, — сказала Арте.
И я вздрогнул.
— Да кто бы не стеснялся, особенно стоя на улице в окружении толпы людей! — сказал я и развёл руками, указывая на прохожих, окруживших нас.
— Скажи ей!
— Или вы не друзья?
— Чего тебе стоит?
Начались возгласы из толпы.
— Скажи!
— Скажи!
— Скажи!
Скандировал народ.
Да чёрт бы их побрал.
— Лилия! Отныне и навсегда! Даже боги не смогут разорвать нашу дружбу! — сказал я громко и чётко, жестикулируя, как оратор. Толпа на секунду замолкла, и тут же разразилась аплодисментами, а я пошёл вперёд.
— Молодец!
— Какой стеснительный!
— Этого не надо стыдиться!
Раздавалось мне вслед, и я ускорил шаг.
Переходя в спешке улицу, я не смотрел по сторонам, и меня чуть не сбила повозка.
— Смотри, куда прёшь! Не видишь, я еду! — заорал на меня кучер, а я замер и увидел, как в паре метров от меня встали лошади.
— Да, извините. Буду внимательнее.
— Но!
Кучер хлестнул лошадей, и те объехали меня. Шторка в повозке сдвинулась, а потом сразу закрылась, но я успел кое-кого внутри разглядеть.
Я ещё не так хорошо ориентируюсь в городе, но я понял, куда едет эта повозка.
Я сорвался с места на всей скорости, какую мог только выжать из своих неполноценных ног, абсолютно не обращая внимания на боль, правильнее сказать, я её даже не чувствовал.
Я знал или просто надеялся, что повозка свернёт на улице, и я успею.
Надеясь, что успеваю, я двигался наперерез. Вдалеке уже виднелась повозка...
— Гнев бури, вперёд, — негромко я произнёс.
И лошади повалились, кучер слетел вперёд с козел, а повозка в итоге остановилась.
Отворив дверь, из повозки выглянул человек.
— Что тут творится?!
Гнев бури, вперёд.
Снёс я того вместе с дверью, но почти сразу изнутри выскочил и второй.
— Ты вообще знаешь, чья эта повозка, болван? — сказал второй, оказавшись на земле с уже обнажённым мечом.
— Знаю. Рингота, — сказал я. — Враг, трепещи, сковать! — сколдовал в полный голос я и сковал того по шею.
— Ты что творишь, тварь! Не жить тебе, ты слышишь! Не жить!
Не знаю, сколько ещё врагов должно быть в повозке, и не думая особо об этом, я запрыгнул на подножку и заглянул внутрь, держась за крышу рукой. В повозке оставался один человек — маленькая девочка лет восьми, забившаяся в угол и закрывающая уши руками.
— Лиза!
— Папа!
Прыгнула тут же она мне в руки. Я её поймал свободной рукой, и вместе с ней спрыгнул с подножки. А на улице меня уже поджидал кучер и тот, кто улетел с дверью. Я поднял руку, собираясь сковать их, но не успел я ничего сделать, как к ним подлетела Рика и вырубила обоих. А позади не так далеко уже были Арте и Лилия.
— Арте, дым, — сказал я.
И улицу тут же заволокло дымом.
— Лилия, покров.
— Непобедимый барьер, покров, — сколдовала Лилия, и нас накрыло куполом.
— Уходим.
Мы скрылись в улочках.
Я посмотрел на место укуса, увидел следы зубов и немного задумался...
— Сейчас добавлю.
— Ладно-ладно! Всё. Идём!
И мы пошли искать трактир «Гордое одиночество».
Спросив пару людей, мы, наконец, нашли нужное место.
— Ну а чего сразу домой-то? Там же это. То есть эти...
— Лилия, ну, пожалуйста, давай пойдём домой. Юрий же...
— Юрий? А он ваще кто? Отец мне? Или кто? Не-не-не-не, — сказала Лилия и покачала пальцем.
Тогда нас, наконец, заметили.
— А! Юрий, мы тут! Идём к нам! — позвала нас Лилия и замахала рукой. — Я нашла Бруста. Я молодец. Хвали меня.
— Она... Она такое... Она вообще... — пыталась что-то сказать Рика, закрывая лицо руками и качая головой.
Арте еле заметно улыбнулась и направилась к Лилии.
— А, Арте. Что это? Это разве вино? Не похоже на вино, ну да ладно, — говорила Лилия, а потом махом выпила то, что Арте дала ей в бутылочке.
Спустя мгновение взгляд Лилии стал осмысленным, а потом она покраснела, села на корточки и закрыла голову руками.
— Я не могла! Это не я! Не я! Не я!
— Рика, что она сделала? — решил я спросить.
А мне было очень интересно.
— Она...
— Молчи! — тут же перебила Рику Лилия. — Молчи. Да, так и молчи.
— О, смотрите, там Лилиана эль Музика! Спойте нам ещё как-нибудь! — окрикнула нас проходящая мимо компания.
— Лилиана? Эль Музика? — переспросил я у Лилии.
— В детстве я хотела петь, даже псевдоним придумала, — еле слышно сказала Лилия, всё так же сидя на корточках.
— Рика эль Акробатио, твои трюки великолепны! Колесо, фляк, рондад — высший пилотаж!
И она тоже? Рика довольная помахала проходящей мимо компании, а когда увидела, что я на неё смотрю, виновато опустила голову.
— Я просто хотела поддержать Лилию. А то она. Одна. Пела, — сказала Рика.
Боже, ну почему она каждый раз так себя ведёт со мной.
— Был бы я рядом, я бы показывал свои фокусы, — сказал я Рике и похлопал ту по плечу.
Она украдкой посмотрела на меня и, наконец, улыбнулась.
— Ладно, идём внутрь, — сказал я и направился в трактир.
— Мы домой. Мы пойдём домой. Ладно, Рика? — сказала Лилия.
— Ладно, — сказала удивлённо Рика, и Лилия молчаливо посмотрела на меня.
— Идите, если так надо, — сказал я ей.
— Мы должны сделать так, чтобы по пути мы встретили как можно меньше людей, — начала говорить Лилия Рике.
— Эй, Лилия, — прервал я ту. — Ты молодец. Молодец, что нашла Бруста.
— А... Ну да. Спасибо, — сказала, немного смутившись, Лилия.
А мы с довольной Арте вошли в трактир «Гордое одиночество».
На сцене стоял высокий деревянный стул, на котором стояла кружка, а рядом, облокотившись на этот же стул, стоял Бруст и что-то рассказывал. Когда мы подошли ближе, он нас заметил и прервал своё выступление.
— Друзья! Познакомьтесь с моими друзьями, — громко объявил Бруст. — Это э... — затянул он. — А как вас звали? — спросил он, почесав затылок.
Друзьями.
— Я Юрий, а это Арте.
— Друзья, перед вами неподражаемый алхимик Арте и великолепный фокусник Юрий! Похлопайте им! — сказал Бруст, приглашая нас на сцену, и вокруг раздались аплодисменты.
Арте показала свои бомбочки, держа их меж пальцев, Брусту и хищно улыбнулась.
— А, вы знаете, они выступят в другой раз! — сказал Бруст, вокруг раздались раздосадованные голоса, и Бруст спрыгнул к нам.
— Я рад видеть вас, но как вы меня нашли?
— Искали плачущих мужиков, — сказал я.
— Надо поговорить, — сказала Арте.
Бруст кивнул, мы пошли вглубь зала и сели за стол.
— Зелёный дом, — без предисловий сказала Арте.
— Зелёный дом, да... Зачем он вам? — спросил Бруст, а я пересказал ему историю о пропавшей целительнице.
— Мне мало, что известно. Всё, что я знаю, это место недалеко от столицы на севере, а также недалеко от реки.
— Так значит, это не на территории города. Всё было очевидно. Вот зачем им канализация, — сказал я Арте.
— Всё ясно.
В принципе мне тоже стало всё ясно.
Людей куда-то переплавляют по реке, а выводят их из города через систему подземных коммуникаций, вход в которую находится на территории поместья Рингота. Во что мы вообще ввязались? Может, проще было найти другого целителя. Не слишком ли это для нас?
Думал я, и тогда на моё предплечье опустилась рука.
— Всё будет хорошо, — медленно сказала мне Арте и похлопала меня по руке.
Покинув трактир, мы отправились домой.
— Кто там топает, как слон!? — раздалось из-под лестницы, ведущей в дом, когда я шёл по той.
— Простите, извините, господин Старик. Я буду впредь ходить аккуратнее.
Сказал я старику, который всё ещё нагонял на меня жуть.
Когда мы вернулись в дом, количество котов сократилось до одного. Того самого, которого так долго искала Рика, и с которым она сейчас сидела на диване. Лилия уже спала, ведь зелье Арте, которое мгновенно отрезвляет, имеет побочный эффект, из-за которого тебя клонит в сон.
А вообще, куда этот старик дел всех котов? Надо бы у него разузнать, и я пошёл к нему.
— Кто там крадётся, как мышь?! — раздалось грозное из-под лестницы.
— А как мне ходить, господин Старик? — спросил я учтиво, когда уже подошёл к нему.
— Ну не знаю. Например... не ходить, — сказал мне старик, лёжа на кушетке и листая книгу.
Даже не посмотрел на меня.
— Старик. Куда ты дел всех котов?
— Речной порт, продовольственные склады торговой гильдии, и так в хозяйства разные. Рике я подробно рассказал, можете проверить, — спокойно ответил тот.
Его продуктивность может только восхищать.
— Понятно, — сказал я, постоял немного и развернулся, чтобы уйти.
— Неужели я такой страшный? — спросил вдруг Старик.
— Да ты до ужаса жуткий!
— Хы, — усмехнулся он и вернулся к чтению.
А я пошёл в дом.
— Господин, это ваш чай.
— Это уже третья чашка.
— Пойду готовить четвёртую, — сказала Рира и поклонилась мне.
— Зулай, сделай что-нибудь со своей внучкой.
— Что сделать?
— Ну ты не видишь, что она творит?
Судя по взгляду Зулая, он видит, но ничего делать не будет.
— Рира, я не хочу больше чай.
— Господин. Мой чай вам противен? — сказала Рира и посмотрела раздосадованно мне в глаза.
Да, думаю, в каком-то смысле это можно считать мастерством. Да в самом прямом смысле!
— Тащи ещё своего чая, — сказал я, а Рира упорхнула. — и тортик захвати!
В итоге я сдался и подготовил серебряную монету.
— Это ваш чай, это ваш тортик.
— Держи, — сказал я и дал монету Рире.
Она посмотрела на монету, а после мне в глаза.
— Вы так низко меня цените? — огорчённо сказала Рира, держа монету, что я ей дал, двумя руками.
Я достал кошелёк и сунул ей ещё одну, потом ещё. В итоге я сунул ей золотую монету.
— Благодарю покорно, — сказала Рира таким голосом, что я правда почувствовал себя кем-то важным, и она ушла довольная делать пятую кружку чая.
— Гость, — обратилась ко мне Сия, которая подавала еду остальным. — на те деньги, что вы дали Рире, семья простолюдин может прожить где-то полгода.
Что?
Зулай кивнул мне, подтверждая слова Сии.
Я посмотрел в сторону кухни, где ошивалась Рира, а оттуда доносилась причудливая мелодия, которую она напевала.
Я встал и пошёл в сторону кухни, но мы с Рирой встретились раньше, чем я добрался дотуда.
Рира застыла с моим чаем в руках, я сделал шаг в её сторону, а она поставила чашку с подносом на тумбу, что была рядом с ней.
Я сделал ещё шаг.
— А, ну верни мне все деньги, что я тебе дал! — быстро выпалил я и кинулся в её сторону.
Но, вопреки моим ожиданиям, она не побежала, а упала на пол и свернулась клубочком, явно что-то, и я знаю, что, пряча в руках.
— Нет! Они мои! Я их заработала! — выдала Рира, всё в той же позе.
— Ты их выманила, а не заработала! Это почти что забрала силой! Зулай, ты умный. Скажи ей!
— Всё так, — устало подтвердил тот.
— Ну! И что ты мне сделаешь? — спросила с издёвкой Рира.
Я взял её за руки, в которых она держала монетку, потянул на себя и оторвал от земли разом весь этот свернувшийся комок Риры. Я тряхнул её так пару раз, но она была явно сильнее, чем я ожидал. Руки она не разжала. И я снова положил её на пол.
— Больше ни копейки от меня не получишь! — пригрозил я.
— Не знаю, что такое ко-пей-ки, но я бы хотела и их получить! — ожила она и тут же подскочила.
— Да, пожалуйста, — сказал я, засунул руку в карман и достал монетки, что завалялись у меня с того момента, как я прибыл сюда, в этот мир.
— Держи, — сказал я и высыпал в руку Риры монетами: рубли и копейки.
— Сказал, что ничего не получит, и тут же отдаёт ей последнее, — сказала Сия и покачала головой.
— Ого! А что это? Я такие никогда не видела! — заинтересовалась Рира, также и Зулай подошёл, начав рассматривать монеты из рук Риры.
— Это рубли, а это копейки. На то, что у тебя в руках, можно купить, ну, например, хлеб.
— И всё?! — сказала возмущённо Рира и отдала, не глядя, монеты Зулаю. — Жмот! — сказала она и ушла надувшись.
Но я же до этого ей дал полугодовой бюджет обычной семьи. Ещё и виноват остался.
— Зулай, не хочешь вернуть свою внучку Ринготу?
— Хех, — усмехнулся Зулай, рассматривая монеты, и отрицательно покачал головой.
— Я устала, сегодня я никуда не пойду.
Это было первое, что сказала Лилия, когда я вышел ко всем следующим утром.
— Помнится, я должен тебя покачать.
На лице Лилии отобразился мыслительный процесс.
— А, точно. Завтра. Я очень устала.
Ох, Лилия, название этому не усталость.
Мы все позавтракали, а после собрались искать зелёный дом.
— Я никуда не пойду! Почему я должна идти? — упиралась Лилия, которую я подхватил в охапку и нёс в сторону выхода.
— Твои способности могут нам пригодиться.
Лилия перестала брыкаться на пару секунд, а потом начала дрыгаться ещё сильнее.
— Значит, вам нужны только мои способности! Не я, а способности!
— Да-да, только угомонись.
— Я, вообще-то, другой ответ хотела услышать!
— Рика, возьми её, понеси. Если начнёт убегать, поймаешь, — сказал я и передал Лилию Рике, а та закинула её на плечо.
— Юрий, не переживай, буду крепко держать её.
— Почему обо мне говорят, как о какой-то вещи, — уже смиренно сама себе сказала Лилия, и мы вчетвером — Арте, Рика, Лилия и я — вышли из дома.
— Ладно, я сама пойду, — сказала Лилия, когда мы уже шли по улице, поняв, что прохожие на неё пялятся.
Рика поставила Лилию на ноги, и та убежала.
— Рика, — устало вздохнул я.
Рика сорвалась с места.
— Что? — спросила у меня Лилия, снова свисая с плеча Рики. — Было бы глупо не попробовать.
— Когда вернёмся домой, верну тебе это, — сказал я и достал карнавальный талисман.
Лилия вытянула руку, пытаясь схватить его, но у неё ничего не вышло.
— С ним тоже связана грустная история? — решил я спросить.
— Нет, с ним связана радостная история, — сказала Лилия, о чём-то задумавшись, и продолжила. — В моём городе проходил конкурс хорового пения. И я там победила. Правда, никто больше не захотел петь, поэтому я выступала одна от своего приюта. А когда я победила, всё равно всем детям раздали подарки. Я как раз получила такой талисман. И у меня после этого наконец-то появились друзья.
— Радостная история? — переспросила неуверенно Арте.
Лилия задумалась, потом посмотрела на Рику, которая уже хнычила, вытирая глаза свободной рукой.
— Пела одна... — приговаривала Рика. — В хоровом конкурсе.
— Ты о тех самых друзьях, с которыми ты ходила на пикник?
Лилия открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут же захлопнула его, а после натянуто улыбнулась.
— Нет! О других друзьях! Эти другие друзья были хорошие! Я с ними и играла, и гулять ходила, и даже иногда пела.
Понятно, решила просто наврать.
— Ва-а-а-а! Бедная девочка! Врёт, что у неё были друзья!
— Нет! Что ты? Зачем мне врать? — начала было оправдываться Лилия и посмотрела в мои глаза, которые были до краёв полны скепсисом. — Ладно, я соврала, не было никаких других друзей, — обречённо сдалась она. — Но карнавальный талисман мне всё равно дорог.
Рика перехватила Лилию, взяла её за подмышки и подняла на вытянутых руках.
— Запомни, Лилия. Отныне и навсегда. Я буду твой друг, — сказала Рика.
— И я!
Арте подбежала к ним, все остановились и посмотрели на меня.
Боже, не втягивайте меня в это.
Рика перехватила Лилию, и чувствую, если бы я ничего не сказал, она бы начала тыкать ей мне в лицо, как тем бродячим котом, которого звали Луа.
— И я! Юху! Дружба — это круто! — воскликнул я и приподнял вверх руку.
— Какой-то он неискренний, — сказала Лилия, продолжая висеть в руках Рики.
— Просто стесняется, — сказала Арте.
И я вздрогнул.
— Да кто бы не стеснялся, особенно стоя на улице в окружении толпы людей! — сказал я и развёл руками, указывая на прохожих, окруживших нас.
— Скажи ей!
— Или вы не друзья?
— Чего тебе стоит?
Начались возгласы из толпы.
— Скажи!
— Скажи!
— Скажи!
Скандировал народ.
Да чёрт бы их побрал.
— Лилия! Отныне и навсегда! Даже боги не смогут разорвать нашу дружбу! — сказал я громко и чётко, жестикулируя, как оратор. Толпа на секунду замолкла, и тут же разразилась аплодисментами, а я пошёл вперёд.
— Молодец!
— Какой стеснительный!
— Этого не надо стыдиться!
Раздавалось мне вслед, и я ускорил шаг.
Переходя в спешке улицу, я не смотрел по сторонам, и меня чуть не сбила повозка.
— Смотри, куда прёшь! Не видишь, я еду! — заорал на меня кучер, а я замер и увидел, как в паре метров от меня встали лошади.
— Да, извините. Буду внимательнее.
— Но!
Кучер хлестнул лошадей, и те объехали меня. Шторка в повозке сдвинулась, а потом сразу закрылась, но я успел кое-кого внутри разглядеть.
Я ещё не так хорошо ориентируюсь в городе, но я понял, куда едет эта повозка.
Я сорвался с места на всей скорости, какую мог только выжать из своих неполноценных ног, абсолютно не обращая внимания на боль, правильнее сказать, я её даже не чувствовал.
Я знал или просто надеялся, что повозка свернёт на улице, и я успею.
Надеясь, что успеваю, я двигался наперерез. Вдалеке уже виднелась повозка...
— Гнев бури, вперёд, — негромко я произнёс.
И лошади повалились, кучер слетел вперёд с козел, а повозка в итоге остановилась.
Отворив дверь, из повозки выглянул человек.
— Что тут творится?!
Гнев бури, вперёд.
Снёс я того вместе с дверью, но почти сразу изнутри выскочил и второй.
— Ты вообще знаешь, чья эта повозка, болван? — сказал второй, оказавшись на земле с уже обнажённым мечом.
— Знаю. Рингота, — сказал я. — Враг, трепещи, сковать! — сколдовал в полный голос я и сковал того по шею.
— Ты что творишь, тварь! Не жить тебе, ты слышишь! Не жить!
Не знаю, сколько ещё врагов должно быть в повозке, и не думая особо об этом, я запрыгнул на подножку и заглянул внутрь, держась за крышу рукой. В повозке оставался один человек — маленькая девочка лет восьми, забившаяся в угол и закрывающая уши руками.
— Лиза!
— Папа!
Прыгнула тут же она мне в руки. Я её поймал свободной рукой, и вместе с ней спрыгнул с подножки. А на улице меня уже поджидал кучер и тот, кто улетел с дверью. Я поднял руку, собираясь сковать их, но не успел я ничего сделать, как к ним подлетела Рика и вырубила обоих. А позади не так далеко уже были Арте и Лилия.
— Арте, дым, — сказал я.
И улицу тут же заволокло дымом.
— Лилия, покров.
— Непобедимый барьер, покров, — сколдовала Лилия, и нас накрыло куполом.
— Уходим.
Мы скрылись в улочках.
