Хотя, если предположить, что Майкл и при жизни был очень необычным человеком, неудивительно, что и призраком стал таким же: ярким, энергичным и очень красивым. Красивым?! Я растерянно моргнула, потом решительно тряхнула головой. Что это на меня нашло? Тоже, удумала, красотой призрака восхищаться!
- С Вами всё в порядке? – прозвучал рядом встревоженный голос госпожи Розы Денталь, кузины графа Леонарда.
Я поспешно повернулась к женщине, скорбно прикрыла глаза и прошептала:
- Леонарда вспомнила. Мы дружили с детства.
Из-под ресниц я внимательно наблюдала за женщиной и заметила, как у неё в глазах мелькнуло что-то очень похожее на омерзение. Так, продолжаем театр одного актёра, эх, жаль, Майкл ушёл, он бы мои старания оценил. Или нет, ему угодить очень сложно, капризен и избалован до крайности… Но какие у него глаза красивые, словно озёра лесные в поволоке тумана! Я мысленно встряхнулась и отвесила себе подзатыльник, в очередной раз напомнив, что пришла сюда не о своём коллеге грезить.
- Скажите, как умер Леонард? – я легко провела пальчиками по ресницам, смахивая несуществующие слёзы. – Он болел?
Роза пожала плечами, ответила приглушённо:
- Леонард приезжал к нам в день своей смерти. Больным не выглядел, скорее… несколько возбуждённым.
- Вот как? – я в вежливом удивлении приподняла бровки. – Может это была лихорадка?
- Скорее одержимость, - горько усмехнулась женщина. – В него словно злая сила вселилась.
Я старательно захлопала ресничками, вопросительно глядя на женщину, даже руками всплеснула и воскликнула:
- Не может быть! Леонард всегда такой спокойный и обходительный!
В этот раз Розу перекосило так сильно, что не заметить было нельзя, поэтому я посчитала возможным уточнить:
- Что-то не так?
- Это нервное, - женщина поспешно встала с места, потёрла лицо руками. – После трагической гибели кузена у меня начались нервические судороги.
Ага, ага, приятно, что маскировка работает, жаль только, меня опять считают непроходимой дурой. Всю жизнь, сколько себя помню, меня охотно признавали красавицей, решительно отказывая в моём самом главном достоинстве – уме! Все и всегда считали меня симпатичной куколкой и обращались соответственно, даже родители никогда и ни в чём со мной не советовались: сами решали, что и когда мне носить, какие причёски делать, а стоило подрасти, стали решать мою будущую судьбу. И опять без меня, даже не спросив моего мнения по данному вопросу! Мама сказала, что из меня получится прекрасное украшение королевского двора, а папа тут же подыскал, как он выразился, «достойную оправу для бесценного бриллианта»! Я когда увидела этого толстого плешивого старикана с загребущими руками и похотливыми глазками, чуть в обморок не упала. И мне было совершенно наплевать, что это главный советник короля, второе после правителя лицо в нашем королевстве. Я попыталась устроить родителям истерику, но меня быстро скрутили магией подчинения и приказали готовиться к свадьбе, после чего, ни капельки не сомневаясь в том, что деваться мне всё равно некуда, родители отбыли в магико-дипломатическую командировку к эльфам. Слава Триединому, бабушка пришла мне на помощь, избавила от чар и помогла бежать из дома, снабдив газетой с объявлением о поиске сотрудника в Магическое детективное агентство. Бабулечка, милая, спасибо тебе большое-пребольшое, ты спасла меня от постылого брака и дала возможность познакомиться с Майклом. Устроиться на работу, я хотела сказать. Я встряхнула головой, настраивая себя на рабочий лад, и беззаботно прощебетала:
- А где же Ваша дочка? В письмах Леонард часто упоминал о ней!
Роза вздрогнула, резко повернулась и, вперив в меня тяжёлый взгляд, прошептала:
- Леонард писал Вам о моей дочери?
Не поняла реакции. Она что, не гордится своей девочкой? Или то, что рассказывал нам Леонард, – правда, и дочка этой милой женщины действительно спуталась с пиратом?
- Разумеется, - я беззаботно улыбнулась, тихонечко прощупывая ауру Розы. – Мы с Леонардом частенько обменивались письмами.
Ого, какая повреждённая аура! Чего в ней только нет: зеленовато-жёлтые оттенки горечи, коричневые всполохи боли, синие пятна страха, такие яркие и насыщенные, что даже мне не по себе стало, плюс серое беспросветное отчаяние и золотистые искры решимости. Интересный набор. А вот чёрного омертвения, характерного для убийц, я не увидела. Выходит, женщина не убивала графа. Что ж, одной подозреваемой меньше. Теперь проверить дочку и её возлюбленного, а потом уличить преступника, и дело сделано!
- Так где же Ваша дочурка? – промурлыкала я, буквально лучась приветливостью и радушием.
По глазам было видно, что Роза готовится солгать, но в этот момент дверь распахнулась, и хорошенькая девушка звонко крикнула с порога:
- Мам, я пришла!
Ну, здравствуй, милая, именно тебя я и ждала. Я с приветливой улыбкой повернулась к впорхнувшей в гостиную девушке и невольно залюбовалась ей. Что и говорить, девчушка оказалась прелестной! Глаза большие, зелёные, с весёлыми искорками, пляшущими на дне. Густые русые кудри старательно заплетены в два пушистых хвоста, струящихся по спине до самых ягодиц. Вот интересно, девушка, из-за которой Майкл стал призраком, была такой же хорошенькой? Я тряхнула головой, прогоняя ненужные вопросы. Какая мне разница, как выглядела девица моего коллеги! Да-да, Майкл для меня только коллега.
- Мама? – вопросительно протянула девушка, с лёгкой тревогой глядя на Розу.
Женщина спрятала подрагивающие от волнения руки в складках кружевного передника и натянуто-бодро произнесла:
- Дочка, познакомься – это леди Даниэла, наша дальняя родственница. Леди Даниэла совсем недавно узнала о смерти графа и приехала…
- Удостовериться, что он действительно мёртв? – презрительно фыркнула девица. – Правильно, я тоже в его смерть не сразу поверила!
- Виола! – воскликнула Роза не столько укоризненно, сколько испуганно, но девушку это не остановило.
- Три раза подходила удостовериться, один раз даже пальцем потыкала, а то ведь наш любезный граф выдумщик знатный, с него станется и собственную смерть разыграть!
- Виола!!! – отчаянно закричала Роза и даже ногой топнула. – Замолчи немедленно!!!
- Ну отчего же, - сладко улыбнулась я, незаметно доплетая заклинание Искреннего сердца и выпуская его в девушку. – Пусть говорит.
И добавила немного магии подчинения, чтобы покорить себе взбудораженных и смятённых женщин. Роза села на стул, зачарованно глядя на меня широко распахнутыми глазами, а Виола судорожно сглотнула и заговорила механическим, лишённым чувств голосом:
- Когда граф пригласил нас к себе, я сначала подумала, что вот оно, счастье, будем жить не в деревенской глуши, а в самом настоящем замке! И граф мне при первой встрече понравился, внешне привлекательный, обходительный, я даже, идиотка, с ним немного пококетничала.
- Виола, - простонала Роза, хватаясь рукой за горло, - замолчи!
- Продолжай, девочка, - я усилила магический натиск.
Честно говоря, терпеть не могу магически подчинять себе людей, но что ещё мне оставалось делать?!
- Граф выделил нам с мамой чудесные комнаты, пообещал горничных, представляете, самых настоящих горничных, у меня их никогда и не было-то! Я, дура деревенская, решила, вот оно, счастье! Кто же знал, что под маской прекрасного и благородного графа скрывается мерзкая тварь!
Я вздрогнула, столько неприкрытой ненависти прозвучало в чистом девичьем голосе.
- Как-то раз мне не спалось, я всегда плохо засыпаю в полнолуние, и я решила прогуляться до библиотеки, взять «Советы галантного обхождения», я эту книгу случайно на полке среди философских фолиантов обнаружила.
Девушка судорожно вздохнула, прелестное личико исказилось от боли, голос стал сиплым от сдерживаемых рыданий. Мать поспешно вскочила со стула, бросилась к дочери, прижала её к себе, что-то невнятно бормоча и баюкая.
- Что дальше? – я и сама была не уверена, что хочу услышать продолжение истории, сердце сжалось от дурных предчувствий, по спине заструился липкий пот.
- Как оказалось, графу тоже не спалось, - Виола зло усмехнулась, гадливо передёрнула плечами. – Он возвращался из своей лаборатории, злой и пьяный. Впрочем, как выяснилось позже, для графа это обычное состояние.
Я изумлённо вскинула брови. Вот ни за что бы не поверила, если бы не знала, что под воздействием магии лгать невозможно. Конечно, я не такой сильный маг, как мои родители, но с этой девчушкой справилась. И с её мамой, кстати, тоже.
Девушка судорожно всхлипнула, лицо её покрылось мертвенной бледностью. У меня сердце сжалось, при виде таких мучений, но остановиться я не могла, не имела права, ведь это не дружеские посиделки за чашкой чая, а допрос. И речь шла не об измене любовника, а об убийстве! Одном из самых страшных преступлений на свете.
- Продолжай, дитя, - мягко приказала я, прекрасно понимая, что продолжение истории мне точно не понравится.
Девушка опять всхлипнула, но смогла взять себя в руки и, чуть отстранившись от матери, продолжила тихим, мертвенно-ровным голосом:
- Граф заметил меня, и по лицу его расползлась очень мерзкая ухмылка. Я попыталась проскользнуть мимо него, чтобы укрыться в своей комнате, но не успела, граф схватил меня и крепко стиснул в объятиях. Я пронзительно закричала от ужаса, стала вырываться, но графа это только ещё больше распаляло. Он затащил меня в свою комнату и швырнул на пол, сам навалился сверху…
Виола задрожала всем телом, закрыла лицо руками.
- Тише, милая, тише, - прошептала Роза, ласково баюкая дочь, а затем вскинула на меня потемневшие от боли глаза. – Если Вы позволите, я дам Виоле успокоительных капель и уложу отдохнуть, а потом расскажу, как мы переехали в этот чудесный дом.
Я растянула губы в бледном подобии улыбки, уже искренне жалея, что ввязалась в это мерзкое дело. Нет, убийство – это страшное преступление, но то, что совершил граф, это такая мерзость… Такая мерзость, что просто ух! Честное слово, не будь граф уже мёртв, сама бы его придушила, собственными руками!!! Вот Майкл, например, никогда до насилия не опускался… Так, о чём это я? Из-за Майкла, между прочим, девушка погибла… Так, всё, вон из головы все лишние мысли и чувства! Я на службе. Я резко выдохнула через плотно стиснутые зубы и наколдовала себе пару капель успокоительного отвара. Во рту похолодало от свежего привкуса мяты, зато буря улеглась, сменившись обычной хмуростью. И виски заломило, слишком много мне пришлось колдовать.
- Прошу прощения, Виола до сих пор не может забыть ту страшную ночь, - Роза с усталой улыбкой вошла в комнату и опустилась в кресло поближе к камину, зябко передёрнула плечами и поплотнее закуталась в пуховый платок.
- Я её не осуждаю, - выдавила я, - пережить такое…
- Граф не изнасиловал мою дочь, - Роза как-то странно усмехнулась уголком рта. – Нет-нет, никакого благородства, просто не успел. Я услышала отчаянные крики дочери, прибежала на шум и разбила о голову Леонарда подхваченную со столика хрустальную пепельницу.
Честное слово, ни капли не осуждаю мать! Сама бы с удовольствием расколотила об этого подонка весь фамильный фарфор на сорок шесть персон!
- К сожалению, голова моего кузена оказалась гораздо прочнее пепельницы, - женщина опять усмехнулась, передёрнула плечами. – Леонард отпустил Виолу, но заявил, что я должна убедить его не вызывать стражу.
- Каким образом? – вопросительно приподняла брови я.
Роза опять усмехнулась, вскинула на меня глаза и выразительно ответила:
- Тем самым. Я должна была в постели убедить Леонарда не вызывать стражу.
- И вы согласились?! – ахнула я, прижимая руки к сердцу.
- А что ещё мне оставалось? – Роза задумчиво поворошила рдеющие угли в камине. – Леонард очень неординарный человек… был, в нём странным образом переплетались галантность истинного аристократа и подлостью лесного бродяги. Смешно сказать, но все, кто посещал замок графа, были уверены, что это очень благородный и достойный человек, чтобы узнать его тёмную сторону, нужно было жить с ним бок о бок на протяжении нескольких недель.
- Как вы убили графа? – я спросила мягко, проникновенно, словно не о преступлении речь шла, а о лечении захворавшего ребёнка, правда, магии в вопрос всё-таки добавила, ведь мне нужен был честный ответ.
- А я его не убивала, - Роза покачала головой. – Думаю, это Анри постарался, Виола не удержалась и рассказала ему обо всём.
- Анри? – я нахмурилась. – А это кто такой?
- Держу пари, Леонард описал его свирепым пиратом, исчадием тьмы, - Роза устало улыбнулась. – Анри – капитан корвета «Разящий», мы познакомились с ним две недели назад, в кондитерской. Милый юноша, честный и благородный, сразу предложил нам перебраться в этот уютный домик, сказал, что он достался ему от покойной тётки, хотя я сильно подозреваю, что это его родовое гнездо.
- Анри знал… - я не закончила фразу, мучительно покраснев.
- Знал, - Роза согласно кивнула, - ему Виола всё рассказала. Откровенно говоря, я была против, но дочка заявила, что у неё не будет тайн от супруга, и поведала Анри обо всём. Он страшно разозлился, рвался наказать графа, еле мы с дочкой его успокоили. А вот, оказывается, не успокоили, Анри всё-таки добрался до Леонарда. Странно, мне всегда казалось, что яд – оружие женщин или стариков.
- А почему вы думаете, что граф был отравлен? – нахмурилась я.
- За несколько часов до смерти Леонард приходил к нам. Ну как, приходил, ворвался подобно урагану, страшно ругался и сквернословил, чем активировал защитное заклинание, вышвырнувшее его из дома. Анри в это время уже три дня как был в рейсе, охранял купеческий корабль, доставляющий специи к берегам Ангранжа.
- Граф был очень зол?
- В него словно тьма вселилась, - Роза обхватила себя за плечи. – А через четыре часа мы узнали, что граф умер. Старик дворецкий обнаружил его на полу в лаборатории, Леонард был мёртв, лицо искажённое, чёрное… Брр, мерзкая картина! Поэтому и хоронили покойного в закрытом гробу.
Я хотела было спросить про стражу, но быстро поняла, что никто её просто не вызывал, захоронили побыстрее труп и забыли о нём, как о страшном сне. Бешеная неконтролируемая ярость… Где-то я слышала о таком…
«Эль, Элька, ты там жива?!» – зазвучал у меня в голове настойчивый голос Майкла.
Я смущённо вспыхнула, торопливо заправила выбившиеся пряди за уши и расправила складки на платье, словно Майкл мог меня увидеть. И вообще, какая мне разница, видит он меня или нет? Мне нет до этого никакого дела, повторяю, ни-ка-ко-го!
«Элька!!!» - оглушительно рявкнул Майкл, заставив меня испуганно подпрыгнуть на месте.
«Не ори, я тебя прекрасно слышу, - мысленно огрызнулась я. – Граф Леонард при жизни был редкостной скотиной».
«Смею тебя уверить, он и призраком не изменился, - насмешливо фыркнул Майкл. - И вообще, это не замок, а самое настоящее гадючье логово. Представляешь, тут опыты над людьми ставили!»
«Как?!» - ахнула я, ощущая надвигающийся, словно туман на болото, приступ тошноты.
«Довольно масштабно, - хмыкнул Майкл. – Лаборатория отгрохана, просто мечта любого чёрного мага, граф, похоже, над эликсиром вечной молодости или бессмертия трудился. А дворецкий ему старательно помогал».
Я с трудом сглотнула, отгоняя жуткие видения мрачной подземной лаборатории с молящими о пощаде пленниками, точнее, прекрасными пленницами.
- С Вами всё в порядке? – прозвучал рядом встревоженный голос госпожи Розы Денталь, кузины графа Леонарда.
Я поспешно повернулась к женщине, скорбно прикрыла глаза и прошептала:
- Леонарда вспомнила. Мы дружили с детства.
Из-под ресниц я внимательно наблюдала за женщиной и заметила, как у неё в глазах мелькнуло что-то очень похожее на омерзение. Так, продолжаем театр одного актёра, эх, жаль, Майкл ушёл, он бы мои старания оценил. Или нет, ему угодить очень сложно, капризен и избалован до крайности… Но какие у него глаза красивые, словно озёра лесные в поволоке тумана! Я мысленно встряхнулась и отвесила себе подзатыльник, в очередной раз напомнив, что пришла сюда не о своём коллеге грезить.
- Скажите, как умер Леонард? – я легко провела пальчиками по ресницам, смахивая несуществующие слёзы. – Он болел?
Роза пожала плечами, ответила приглушённо:
- Леонард приезжал к нам в день своей смерти. Больным не выглядел, скорее… несколько возбуждённым.
- Вот как? – я в вежливом удивлении приподняла бровки. – Может это была лихорадка?
- Скорее одержимость, - горько усмехнулась женщина. – В него словно злая сила вселилась.
Я старательно захлопала ресничками, вопросительно глядя на женщину, даже руками всплеснула и воскликнула:
- Не может быть! Леонард всегда такой спокойный и обходительный!
В этот раз Розу перекосило так сильно, что не заметить было нельзя, поэтому я посчитала возможным уточнить:
- Что-то не так?
- Это нервное, - женщина поспешно встала с места, потёрла лицо руками. – После трагической гибели кузена у меня начались нервические судороги.
Ага, ага, приятно, что маскировка работает, жаль только, меня опять считают непроходимой дурой. Всю жизнь, сколько себя помню, меня охотно признавали красавицей, решительно отказывая в моём самом главном достоинстве – уме! Все и всегда считали меня симпатичной куколкой и обращались соответственно, даже родители никогда и ни в чём со мной не советовались: сами решали, что и когда мне носить, какие причёски делать, а стоило подрасти, стали решать мою будущую судьбу. И опять без меня, даже не спросив моего мнения по данному вопросу! Мама сказала, что из меня получится прекрасное украшение королевского двора, а папа тут же подыскал, как он выразился, «достойную оправу для бесценного бриллианта»! Я когда увидела этого толстого плешивого старикана с загребущими руками и похотливыми глазками, чуть в обморок не упала. И мне было совершенно наплевать, что это главный советник короля, второе после правителя лицо в нашем королевстве. Я попыталась устроить родителям истерику, но меня быстро скрутили магией подчинения и приказали готовиться к свадьбе, после чего, ни капельки не сомневаясь в том, что деваться мне всё равно некуда, родители отбыли в магико-дипломатическую командировку к эльфам. Слава Триединому, бабушка пришла мне на помощь, избавила от чар и помогла бежать из дома, снабдив газетой с объявлением о поиске сотрудника в Магическое детективное агентство. Бабулечка, милая, спасибо тебе большое-пребольшое, ты спасла меня от постылого брака и дала возможность познакомиться с Майклом. Устроиться на работу, я хотела сказать. Я встряхнула головой, настраивая себя на рабочий лад, и беззаботно прощебетала:
- А где же Ваша дочка? В письмах Леонард часто упоминал о ней!
Роза вздрогнула, резко повернулась и, вперив в меня тяжёлый взгляд, прошептала:
- Леонард писал Вам о моей дочери?
Не поняла реакции. Она что, не гордится своей девочкой? Или то, что рассказывал нам Леонард, – правда, и дочка этой милой женщины действительно спуталась с пиратом?
- Разумеется, - я беззаботно улыбнулась, тихонечко прощупывая ауру Розы. – Мы с Леонардом частенько обменивались письмами.
Ого, какая повреждённая аура! Чего в ней только нет: зеленовато-жёлтые оттенки горечи, коричневые всполохи боли, синие пятна страха, такие яркие и насыщенные, что даже мне не по себе стало, плюс серое беспросветное отчаяние и золотистые искры решимости. Интересный набор. А вот чёрного омертвения, характерного для убийц, я не увидела. Выходит, женщина не убивала графа. Что ж, одной подозреваемой меньше. Теперь проверить дочку и её возлюбленного, а потом уличить преступника, и дело сделано!
- Так где же Ваша дочурка? – промурлыкала я, буквально лучась приветливостью и радушием.
По глазам было видно, что Роза готовится солгать, но в этот момент дверь распахнулась, и хорошенькая девушка звонко крикнула с порога:
- Мам, я пришла!
Ну, здравствуй, милая, именно тебя я и ждала. Я с приветливой улыбкой повернулась к впорхнувшей в гостиную девушке и невольно залюбовалась ей. Что и говорить, девчушка оказалась прелестной! Глаза большие, зелёные, с весёлыми искорками, пляшущими на дне. Густые русые кудри старательно заплетены в два пушистых хвоста, струящихся по спине до самых ягодиц. Вот интересно, девушка, из-за которой Майкл стал призраком, была такой же хорошенькой? Я тряхнула головой, прогоняя ненужные вопросы. Какая мне разница, как выглядела девица моего коллеги! Да-да, Майкл для меня только коллега.
- Мама? – вопросительно протянула девушка, с лёгкой тревогой глядя на Розу.
Женщина спрятала подрагивающие от волнения руки в складках кружевного передника и натянуто-бодро произнесла:
- Дочка, познакомься – это леди Даниэла, наша дальняя родственница. Леди Даниэла совсем недавно узнала о смерти графа и приехала…
- Удостовериться, что он действительно мёртв? – презрительно фыркнула девица. – Правильно, я тоже в его смерть не сразу поверила!
- Виола! – воскликнула Роза не столько укоризненно, сколько испуганно, но девушку это не остановило.
- Три раза подходила удостовериться, один раз даже пальцем потыкала, а то ведь наш любезный граф выдумщик знатный, с него станется и собственную смерть разыграть!
- Виола!!! – отчаянно закричала Роза и даже ногой топнула. – Замолчи немедленно!!!
- Ну отчего же, - сладко улыбнулась я, незаметно доплетая заклинание Искреннего сердца и выпуская его в девушку. – Пусть говорит.
И добавила немного магии подчинения, чтобы покорить себе взбудораженных и смятённых женщин. Роза села на стул, зачарованно глядя на меня широко распахнутыми глазами, а Виола судорожно сглотнула и заговорила механическим, лишённым чувств голосом:
- Когда граф пригласил нас к себе, я сначала подумала, что вот оно, счастье, будем жить не в деревенской глуши, а в самом настоящем замке! И граф мне при первой встрече понравился, внешне привлекательный, обходительный, я даже, идиотка, с ним немного пококетничала.
- Виола, - простонала Роза, хватаясь рукой за горло, - замолчи!
- Продолжай, девочка, - я усилила магический натиск.
Честно говоря, терпеть не могу магически подчинять себе людей, но что ещё мне оставалось делать?!
- Граф выделил нам с мамой чудесные комнаты, пообещал горничных, представляете, самых настоящих горничных, у меня их никогда и не было-то! Я, дура деревенская, решила, вот оно, счастье! Кто же знал, что под маской прекрасного и благородного графа скрывается мерзкая тварь!
Я вздрогнула, столько неприкрытой ненависти прозвучало в чистом девичьем голосе.
- Как-то раз мне не спалось, я всегда плохо засыпаю в полнолуние, и я решила прогуляться до библиотеки, взять «Советы галантного обхождения», я эту книгу случайно на полке среди философских фолиантов обнаружила.
Девушка судорожно вздохнула, прелестное личико исказилось от боли, голос стал сиплым от сдерживаемых рыданий. Мать поспешно вскочила со стула, бросилась к дочери, прижала её к себе, что-то невнятно бормоча и баюкая.
- Что дальше? – я и сама была не уверена, что хочу услышать продолжение истории, сердце сжалось от дурных предчувствий, по спине заструился липкий пот.
- Как оказалось, графу тоже не спалось, - Виола зло усмехнулась, гадливо передёрнула плечами. – Он возвращался из своей лаборатории, злой и пьяный. Впрочем, как выяснилось позже, для графа это обычное состояние.
Я изумлённо вскинула брови. Вот ни за что бы не поверила, если бы не знала, что под воздействием магии лгать невозможно. Конечно, я не такой сильный маг, как мои родители, но с этой девчушкой справилась. И с её мамой, кстати, тоже.
Девушка судорожно всхлипнула, лицо её покрылось мертвенной бледностью. У меня сердце сжалось, при виде таких мучений, но остановиться я не могла, не имела права, ведь это не дружеские посиделки за чашкой чая, а допрос. И речь шла не об измене любовника, а об убийстве! Одном из самых страшных преступлений на свете.
- Продолжай, дитя, - мягко приказала я, прекрасно понимая, что продолжение истории мне точно не понравится.
Девушка опять всхлипнула, но смогла взять себя в руки и, чуть отстранившись от матери, продолжила тихим, мертвенно-ровным голосом:
- Граф заметил меня, и по лицу его расползлась очень мерзкая ухмылка. Я попыталась проскользнуть мимо него, чтобы укрыться в своей комнате, но не успела, граф схватил меня и крепко стиснул в объятиях. Я пронзительно закричала от ужаса, стала вырываться, но графа это только ещё больше распаляло. Он затащил меня в свою комнату и швырнул на пол, сам навалился сверху…
Виола задрожала всем телом, закрыла лицо руками.
- Тише, милая, тише, - прошептала Роза, ласково баюкая дочь, а затем вскинула на меня потемневшие от боли глаза. – Если Вы позволите, я дам Виоле успокоительных капель и уложу отдохнуть, а потом расскажу, как мы переехали в этот чудесный дом.
Я растянула губы в бледном подобии улыбки, уже искренне жалея, что ввязалась в это мерзкое дело. Нет, убийство – это страшное преступление, но то, что совершил граф, это такая мерзость… Такая мерзость, что просто ух! Честное слово, не будь граф уже мёртв, сама бы его придушила, собственными руками!!! Вот Майкл, например, никогда до насилия не опускался… Так, о чём это я? Из-за Майкла, между прочим, девушка погибла… Так, всё, вон из головы все лишние мысли и чувства! Я на службе. Я резко выдохнула через плотно стиснутые зубы и наколдовала себе пару капель успокоительного отвара. Во рту похолодало от свежего привкуса мяты, зато буря улеглась, сменившись обычной хмуростью. И виски заломило, слишком много мне пришлось колдовать.
- Прошу прощения, Виола до сих пор не может забыть ту страшную ночь, - Роза с усталой улыбкой вошла в комнату и опустилась в кресло поближе к камину, зябко передёрнула плечами и поплотнее закуталась в пуховый платок.
- Я её не осуждаю, - выдавила я, - пережить такое…
- Граф не изнасиловал мою дочь, - Роза как-то странно усмехнулась уголком рта. – Нет-нет, никакого благородства, просто не успел. Я услышала отчаянные крики дочери, прибежала на шум и разбила о голову Леонарда подхваченную со столика хрустальную пепельницу.
Честное слово, ни капли не осуждаю мать! Сама бы с удовольствием расколотила об этого подонка весь фамильный фарфор на сорок шесть персон!
- К сожалению, голова моего кузена оказалась гораздо прочнее пепельницы, - женщина опять усмехнулась, передёрнула плечами. – Леонард отпустил Виолу, но заявил, что я должна убедить его не вызывать стражу.
- Каким образом? – вопросительно приподняла брови я.
Роза опять усмехнулась, вскинула на меня глаза и выразительно ответила:
- Тем самым. Я должна была в постели убедить Леонарда не вызывать стражу.
- И вы согласились?! – ахнула я, прижимая руки к сердцу.
- А что ещё мне оставалось? – Роза задумчиво поворошила рдеющие угли в камине. – Леонард очень неординарный человек… был, в нём странным образом переплетались галантность истинного аристократа и подлостью лесного бродяги. Смешно сказать, но все, кто посещал замок графа, были уверены, что это очень благородный и достойный человек, чтобы узнать его тёмную сторону, нужно было жить с ним бок о бок на протяжении нескольких недель.
- Как вы убили графа? – я спросила мягко, проникновенно, словно не о преступлении речь шла, а о лечении захворавшего ребёнка, правда, магии в вопрос всё-таки добавила, ведь мне нужен был честный ответ.
- А я его не убивала, - Роза покачала головой. – Думаю, это Анри постарался, Виола не удержалась и рассказала ему обо всём.
- Анри? – я нахмурилась. – А это кто такой?
- Держу пари, Леонард описал его свирепым пиратом, исчадием тьмы, - Роза устало улыбнулась. – Анри – капитан корвета «Разящий», мы познакомились с ним две недели назад, в кондитерской. Милый юноша, честный и благородный, сразу предложил нам перебраться в этот уютный домик, сказал, что он достался ему от покойной тётки, хотя я сильно подозреваю, что это его родовое гнездо.
- Анри знал… - я не закончила фразу, мучительно покраснев.
- Знал, - Роза согласно кивнула, - ему Виола всё рассказала. Откровенно говоря, я была против, но дочка заявила, что у неё не будет тайн от супруга, и поведала Анри обо всём. Он страшно разозлился, рвался наказать графа, еле мы с дочкой его успокоили. А вот, оказывается, не успокоили, Анри всё-таки добрался до Леонарда. Странно, мне всегда казалось, что яд – оружие женщин или стариков.
- А почему вы думаете, что граф был отравлен? – нахмурилась я.
- За несколько часов до смерти Леонард приходил к нам. Ну как, приходил, ворвался подобно урагану, страшно ругался и сквернословил, чем активировал защитное заклинание, вышвырнувшее его из дома. Анри в это время уже три дня как был в рейсе, охранял купеческий корабль, доставляющий специи к берегам Ангранжа.
- Граф был очень зол?
- В него словно тьма вселилась, - Роза обхватила себя за плечи. – А через четыре часа мы узнали, что граф умер. Старик дворецкий обнаружил его на полу в лаборатории, Леонард был мёртв, лицо искажённое, чёрное… Брр, мерзкая картина! Поэтому и хоронили покойного в закрытом гробу.
Я хотела было спросить про стражу, но быстро поняла, что никто её просто не вызывал, захоронили побыстрее труп и забыли о нём, как о страшном сне. Бешеная неконтролируемая ярость… Где-то я слышала о таком…
«Эль, Элька, ты там жива?!» – зазвучал у меня в голове настойчивый голос Майкла.
Я смущённо вспыхнула, торопливо заправила выбившиеся пряди за уши и расправила складки на платье, словно Майкл мог меня увидеть. И вообще, какая мне разница, видит он меня или нет? Мне нет до этого никакого дела, повторяю, ни-ка-ко-го!
«Элька!!!» - оглушительно рявкнул Майкл, заставив меня испуганно подпрыгнуть на месте.
«Не ори, я тебя прекрасно слышу, - мысленно огрызнулась я. – Граф Леонард при жизни был редкостной скотиной».
«Смею тебя уверить, он и призраком не изменился, - насмешливо фыркнул Майкл. - И вообще, это не замок, а самое настоящее гадючье логово. Представляешь, тут опыты над людьми ставили!»
«Как?!» - ахнула я, ощущая надвигающийся, словно туман на болото, приступ тошноты.
«Довольно масштабно, - хмыкнул Майкл. – Лаборатория отгрохана, просто мечта любого чёрного мага, граф, похоже, над эликсиром вечной молодости или бессмертия трудился. А дворецкий ему старательно помогал».
Я с трудом сглотнула, отгоняя жуткие видения мрачной подземной лаборатории с молящими о пощаде пленниками, точнее, прекрасными пленницами.
