Ладно, сам виноват, доверился дилетантке. Впрочем, здесь есть и другие варианты: либо массажист вне игры и она наставляет мужу рога с другим Ромео, либо у неё просто никого нет.
Проклятье! И почему он сразу приехал сюда, а не отправился вслед за Ларисой?! Да потому что был уверен - мамулин массаж не более чем благовидный предлог для свиданий. Профессионал, блин!
И где теперь искать эту Ларису? Она с одинаковой вероятностью может быть, как дома на Рублёвке, так и в объятиях любовника. Стоп, дом ведь можно проверить. Май достал мобильный с неопределяющимся номером и позвонил на домашний телефон Мироновых. Трубку сняла домработница. Май представился сотрудником женского журнала, жаждущим взять интервью у жены известного бизнесмена, владельца нескольких ночных клубов. Женщина сообщила, что хозяйки дома нет, и предложила перезвонить чуть позже, заверив, что обычно в девять Лариса Игоревна всегда бывает дома.
«Прямо пай девочка!» - усмехнулся Май, а вслух сказал:
- Простите, я не могу ждать. Мне нужно получить её согласие прямо сейчас иначе придётся договариваться с другой претенденткой. Но мне, если честно, хотелось бы пообщаться именно с Ларисой Игоревной - её образ больше соответствует концепции нашего издания. А вы не знаете, где она сейчас? Может, я сам её найду?
- К сожалению, не знаю, - совершенно искренне ответила женщина, и Арбенин ей поверил.
Значит, дома её нет. Этого следовало ожидать. Немного подумав, Май набрал номер самой Ларисы. Она ответила сразу, как будто только и ждала его звонка, причём ответила очень взволнованно:
- Привет, это ты? Где тебя носит?
- Ой, простите, я ошибся номером, - пробормотал помощник детектива и вполне довольный собой сбросил вызов.
Ну вот, что и требовалось доказать: таинственный любовник всё же имеется. Осталось выяснить, где у них свидание.
«Привет, это я! Ты где?» - написал помощник детектива и отправил Ларисе эсэмэску.
Ответ пришёл мгновенно, сразу видно - барышня на нервах.
«Я в «Орхидее»! Жду уже полчаса! Ты где?!»
«Извини, скоро буду!» - ликуя, отписался Май и незамедлительно отправился вслед за своим посланием к салону красоты.
Значит, всё-таки «Орхидея»! Странно, кроме массажиста и, собственно, владельца данного заведения мужчин там больше нет. Первый отпадает, ну а владелец, пожалуй, мог бы найти более подходящее место для встреч. Хотя, более подходящими в подобных ситуациях считаются места наименее подозрительные в глазах ревнивых супругов.
- Чёрт! Этого мне только не хватало! - тоскливо протянул Май, обнаружив, что попал в западню очередной пробки.
Вот почему он больше любил свой старенький «Харлей». С железным конём подобные проблемы решались проще, но, к сожалению, на нём не разместишь аппаратуру для прослушивания.
С учётом двадцатиминутной пробки, возле салона Май оказался почти через час. Он планировал снова ворваться в здание в качестве ревнивого мужа, разыскивающего блудную жену. Мужчина уже разыгрывал такой спектакль несколько дней назад, получилось весьма убедительно. Сотрудники «Орхидеи» его, безусловно, запомнили, поэтому вряд ли что-то заподозрят.
Но давать представление не пришлось: Лариса вышла сама в сопровождении высокой худенькой брюнетки, в которой Арбенин узнал мастера маникюра Нину Костенко. За минувшие две недели он успел запомнить всех сотрудников поимённо.
Женщины недолго спорили на повышенных тонах, сопровождая слова бурной жестикуляцией. Май под видом случайного прохожего постарался подойти ближе, но дамы уже закончили разговор. Маникюрша, сделав неприличный жест рукой, решительно направилась в сторону салона.
- Забудь о моём муже! - крикнула ей в след Лариса и не менее решительно скрылась в своей новенькой серебристой «Ауди».
- Это ты о нём можешь забыть! - заявила на прощание Нина и громко хлопнула дверью.
Май удивлённо присвистнул:
- Это ещё что за импровизация? Такого поворота сюжета в моём сценарии не было!
Вернувшись в машину, он позвонил Алику:
- Привет тебе, Гарри Поттер всемирной паутины. Ты уже проверил телефон нашего бледнолицего Отелло? Есть что-нибудь интересное?
Ангелина узнала о смерти Заряны только утром, увидев на разворотах газет фото рыжей красавицы и огромные багровые буквы, сложившиеся в невозможное, шокирующее слово - самоубийство!
Потрясённая девушка на мгновение словно выпала из реальности, а, очнувшись, ощутила тяжесть навалившейся на плечи острой и опустошающей тоски. Заряна ей нравилась, она была воплощением её собственной мечты - обыкновенная девчонка, добившаяся большого успеха своим талантом, своим трудом.
Казалось, молодая певица излучает позитив, обожает свою работу и просто наслаждается жизнью. Вот именно… казалось. Неужели всё это было лишь имиджем? Игрой на камеру, ярким, но не живым образом, рассчитанным на легковерную публику? В подобную трактовку ситуации Ангелине верить не хотелось, но как иначе объяснить добровольный отказ от жизни? Размышляя таким образом, на работу девушка пришла с испорченным настроением.
Алик уже дежурил в приёмной, он склонился над монитором и, похоже, ничего вокруг не замечал.
- Привет, трудоголик, ты здесь ночуешь?
- Привет, Ангелина, - он улыбнулся одними губами, по-прежнему не
отрываясь от монитора, - почти, работы много. Ну, как прошёл вчерашний день, Май тебя, наверное, замучил?
- О! Вижу, он этим славится.
- Да, в работе Арбенин требовательнее Холмса. Римма всегда жаловалась, что он её эксплуатирует.
- Поверь, не преувеличивала. Постой, ты ведь говорил она секретарша?
- И что?
- Секретарша должна сидеть в приёмной, встречать клиентов и варить кофе боссу, разве нет?
- Это она тоже делала, но чаще ездила с Маем, как ты вчера.
- Тогда понятно, почему ваша Римма исчезла, - проворчала Ангелина. - Я вообще-то собиралась заниматься уборкой, а не шпионскими страстями!
На последней фразе девушка споткнулась и покраснела как школьница. Слава богу, Арбенин не слышал. Уж он не преминул бы напомнить о цели её первоначального визита в агентство, Алик же, судя по реакции, точнее по её отсутствию, был не в курсе вчерашнего инцидента.
- Сегодня, наверное, снова придётся следить за той женщиной. Алик, а ты тоже этим занимаешься?
- Чем, слежкой? Нет! - широко улыбнулся парень. - Это привилегия Мая и Риммы. Моё дело - компьютерные технологии, что гораздо интереснее. Хотя, когда обстоятельства вынуждают, могут и меня подключить. А насчёт Ларисы, не переживай - дело закрыто.
- Как это? - удивилась Ангелина. - Неужели Арбенин был прав, и она действительно встречалась с массажистом?
- Нет, там сюжет поинтересней. Оказалось, что ревнивый муженёк сам подбивал клинья к маникюрше из того салона. Жена каким-то образом узнала об этом. Вот и повадилась ходить в «Орхидею» - к сопернице присматривалась, а вчера устроила ей показательные разборки. Май как раз видел их заключительную часть.
Ангелина облегчённо вздохнула
- Значит, слежка отменяется. Хоть одна хорошая новость! А это точно?
Алик энергично закивал:
- Да, с этим покончено. Я слышал, как шеф вчера вечером разговаривал с клиентом по телефону. Как я понял, тот не отрицал, что клеился к некой Нине и, осознав свою ошибку, дело отозвал. А подозрительное поведение жены объяснялось тем, что она сама следила за мужем, подозревая его в измене. Как тебе сюжет?
- Высокие отношения, - вздохнула Ангелина, поморщившись.
Ей было неприятно копаться в чужих личных делах. Неужели это может кому-то нравится?
Девушка без особого энтузиазма принялась за выполнение своих прямых обязанностей. О смерти Заряны она старалась не думать, но отвлечься не получалось, а тут ещё в кабинете Холмса обнаружилась целая стопка вечерних и утренних газет с фотографиями молодой певицы. Ему-то зачем?! Неужели был тайным поклонником? Вряд ли, таким как он в театре жизни всегда достаются главные роли, а тайный воздыхатель - это массовка. Наверное, человек просто любит почитать на досуге жёлтую прессу. А что, вполне возможно, ведь и его лицо частенько мелькает на страницах информационно-развлекательных изданий.
Это объяснение казалось девушке правдоподобным целых десять минут, пока она не переместилась в кабинет помощников и не обнаружила на столе Арбенина точно такую же стопку. Два любителя сплетен в одном детективном агентстве, что бы это значило? Ангелина вернулась в приёмную.
- Алик, я закончила.
- Молодец, быстро управилась. Я кофе сварил, хочешь? - парень, не отрываясь от монитора, кивнул в сторону кофеварки.
- Нет, спасибо, - девушка села в кресло напротив, - Холмса ещё нет?
- Он, обычно, приходит в десять. Скоро будет.
- Я видела газеты у него на столе и точно такие же у Арбенина, зачем они им?
Алик пожал плечами.
- Не знаю, мне сказали, я купил.
- Молодец, послушный мальчик! - похвалил коллегу вошедший Май. - Привет, детвора! О, кофе, отлично! То, что доктор прописал. Скворцова, будь любезна, налей-ка мне чашечку и принеси в кабинет.
- Я вам не официантка кофе разносить! - немедленно возмутилась Ангелина.
- Это что так сложно? - удивился Май. - Ах да, я забыл сказать волшебное слово - пожалуйста!
Он скрылся в кабинете, не забыв напомнить, что ждёт свой кофе.
- Нахал! - проворчала девушка в сторону бесшумно закрывшейся двери и без энтузиазма побрела к дымящейся кофеварке.
Алик с удивлением наблюдал за этой сценой.
- Геля, ну хочешь, я ему кофе отнесу, если у вас всё так сложно?!
- Спасибо не стоит, он меня этим потом весь день попрекать будет.
Ангелина наполнила кружку горячим, ароматным напитком и вошла в кабинет. Арбенин, удобно расположившись на подоконнике, прослушивал запись какого-то разговора. Увидев помощницу, он выключил диктофон.
- Ваш кофе! - она сдержано поставила кружку на стол и уже собиралась выйти, но Май, сделав глоток, заявил:
- Нет, такой я не пью. Положи сюда немного сливок и две ложечки сахара. Там, в приёмной всё есть. Э… пожалуйста, - поспешно добавил он, заметив, как синие глаз девушки темнеют, словно небо перед грозой.
Гроза последовала незамедлительно.
- А пирог вам не испечь?! - скрестив на груди руки, сердито спросила она.
- Было бы неплохо, учитывая, что мои булочки ты продала. Кстати, где деньги?
- Какие деньги?
- За сдобу.
- Пожертвовала в фонд помощи пострадавшим от диктатуры и эксплуатации начальства! - огрызнулась Скворцова. - Из солидарности.
- Какая солидарность? Не смеши мой мотоцикл, пострадавшая! Тебя поэксплуатируешь, как же, - хмыкнул Май. - И вообще, по какому поводу бунт на корабле? Может, объяснишь, что происходит?
- А может, вы мне это объясните!
- Да чего ты так завелась? Из-за кофе? Это же просто маленькая безобидная просьба!
- Ну да, маленькая! Только этих просьб с каждым днём всё больше становится. Сначала к обязанностям уборщицы добавилась слежка с унизительными переодеваниями, теперь кофе в кабинет, а что дальше - кофе в постель?!
- Чего?! - Май удивлённо посмотрел на пылающую от негодования помощницу и громко расхохотался. - Так вот что тебя беспокоит?
Немного успокоившись, он самым бесцеремонным образом осмотрел смутившуюся девушку с головы до пят. Та поёжилась и, не смотря на длинный джинсовый сарафан, почувствовала себя раздетой.
- Не надейся, дорогая, до постели у нас точно не дойдёт. Я предпочитаю барышень постарше и покруглее. Ты посмотри на себя: кожа да кости - поцарапаться можно, а я не йог, чтобы на гвоздях кувыркаться.
- Да как вы смеете! Вы просто… - Ангелина задохнулась от негодования и, не найдя подходящих слов, пулей выскочила в приёмную.
- Ага, получила, так тебе и надо, зазнайка! - улыбнулся довольный Май.
Насчёт гвоздей он немного преувеличил. Фигурка у неё очень даже ничего, в его вкусе, но ей об этом знать не обязательно.
- Эй, всё нормально? - осторожно поинтересовался Алик, когда раскрасневшаяся от обиды новая сотрудница выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью.
- Всё отлично! Лучше не бывает! - сердито проворчала Ангелина и решительно схватила сумочку, твёрдо намереваясь уйти домой.
Да, она уйдёт прямо сейчас и пусть этот невоспитанный хам катится со своими угрозами куда подальше, её ничто не остановит. Скворцова сердито толкнула входную дверь и замерла на пороге, в ужасе глядя на охающего Холмса, которому едва не снесла пол головы.
- Ой, простите, Антон Леонидович! Я не хотела! Вам очень больно?
Антон дотронулся до покрасневшего лба - ну всё, шишка обеспечена. Если бы виновниками «торжества» были Алик или Май, они бы сейчас узнали о себе много нелицеприятного, но на красивых девушек детектив долго обижаться не мог, поэтому, не без труда выдавил слабое подобие улыбки.
- Нет, разве что чуть-чуть.
- Всё равно нужно приложить что-нибудь холодное, - засуетилась девушка. Она огляделась и, схватив со стола небольшой графин с водой, подала его детективу, - например, это. Подержите немного и последствий не будет!
- Спасибо, Ангелина, но вы в следующий раз всё же обращайтесь с дверью осторожней, а то вдруг к нам президент решит заглянуть. Алик, жду вас с Маем у себя.
Антон послал испуганной девушке очередную ослепительную улыбку и, приложив графин ко лбу, скрылся в своём кабинете.
Ангелина проводила его долгим взглядом, тяжело вздохнула, покосившись на дверь Арбенина, и решительно покинула помещение.
- Начнём с начала, то есть с телефона, - сказал Антон, когда помощники собрались в его кабинете.
- Не уверен, что это начало, - зевнул Май.
Он по привычке расположился на подоконнике и теперь хмуро наблюдал за тем, как Скворцова, без разрешения покинув рабочее место, самым нахальным образом уходит в неизвестном направлении.
- Других вариантов всё равно пока нет. - отмахнулся Антон. - С её парнем поговорить вчера не удалось - он топил горе в алкоголе, надеюсь, сегодня хоть немного отойдёт. Зарецкого ещё не проверяли. О самой девушке известно только, что она однажды очень удачно попала из грязи в князи и что у неё куча бедных родственников, которых Заряна фактически содержала. Им эта смерть точно не выгодна. Алик, ты проверил телефон погибшей?
- Телефоны, их у неё было два, - уточнил парень. - Просмотрел всё, как вы и просили с 7 по 12 мая. Не считая посланий от операторов сотовой связи, за эти дни девушка получила 270 различных сообщений.
Май присвистнул:
- Я столько за последние десять лет не получал.
- Не удивительно, у тебя же телефон всё время вне зоны доступа, - недовольно проворчал детектив. - А Заряна - личность известная, к тому же шестого мая у неё был день рождения.
- Точно, тут в основном открытки да дежурные стихи от коллег, друзей и знакомых. Тридцать пять посланий стёрты, но я получил распечатку и проверил номера отправителей. В принципе, почти ничего подозрительного.
- Почти - звучит многообещающе, - заинтересовался Холмс, - есть что-то интересное?
- Двадцать сообщений были отправлены с двух номеров, зарегистрированных на некоего Владислава Бодрова.
- И что он пишет?
- Неизвестно, все сообщения удалены. Кстати, последние девять приходятся как раз на предполагаемый день отравления - восьмое мая.
- То есть, потом от него вестей больше не было?
- Ни словечка, звонки я тоже проверил. Но вот что интересно - на его имя ранее был открыт ещё один номер, который в телефоне погибшей значится в чёрном списке!
Проклятье! И почему он сразу приехал сюда, а не отправился вслед за Ларисой?! Да потому что был уверен - мамулин массаж не более чем благовидный предлог для свиданий. Профессионал, блин!
И где теперь искать эту Ларису? Она с одинаковой вероятностью может быть, как дома на Рублёвке, так и в объятиях любовника. Стоп, дом ведь можно проверить. Май достал мобильный с неопределяющимся номером и позвонил на домашний телефон Мироновых. Трубку сняла домработница. Май представился сотрудником женского журнала, жаждущим взять интервью у жены известного бизнесмена, владельца нескольких ночных клубов. Женщина сообщила, что хозяйки дома нет, и предложила перезвонить чуть позже, заверив, что обычно в девять Лариса Игоревна всегда бывает дома.
«Прямо пай девочка!» - усмехнулся Май, а вслух сказал:
- Простите, я не могу ждать. Мне нужно получить её согласие прямо сейчас иначе придётся договариваться с другой претенденткой. Но мне, если честно, хотелось бы пообщаться именно с Ларисой Игоревной - её образ больше соответствует концепции нашего издания. А вы не знаете, где она сейчас? Может, я сам её найду?
- К сожалению, не знаю, - совершенно искренне ответила женщина, и Арбенин ей поверил.
Значит, дома её нет. Этого следовало ожидать. Немного подумав, Май набрал номер самой Ларисы. Она ответила сразу, как будто только и ждала его звонка, причём ответила очень взволнованно:
- Привет, это ты? Где тебя носит?
- Ой, простите, я ошибся номером, - пробормотал помощник детектива и вполне довольный собой сбросил вызов.
Ну вот, что и требовалось доказать: таинственный любовник всё же имеется. Осталось выяснить, где у них свидание.
«Привет, это я! Ты где?» - написал помощник детектива и отправил Ларисе эсэмэску.
Ответ пришёл мгновенно, сразу видно - барышня на нервах.
«Я в «Орхидее»! Жду уже полчаса! Ты где?!»
«Извини, скоро буду!» - ликуя, отписался Май и незамедлительно отправился вслед за своим посланием к салону красоты.
Значит, всё-таки «Орхидея»! Странно, кроме массажиста и, собственно, владельца данного заведения мужчин там больше нет. Первый отпадает, ну а владелец, пожалуй, мог бы найти более подходящее место для встреч. Хотя, более подходящими в подобных ситуациях считаются места наименее подозрительные в глазах ревнивых супругов.
- Чёрт! Этого мне только не хватало! - тоскливо протянул Май, обнаружив, что попал в западню очередной пробки.
Вот почему он больше любил свой старенький «Харлей». С железным конём подобные проблемы решались проще, но, к сожалению, на нём не разместишь аппаратуру для прослушивания.
С учётом двадцатиминутной пробки, возле салона Май оказался почти через час. Он планировал снова ворваться в здание в качестве ревнивого мужа, разыскивающего блудную жену. Мужчина уже разыгрывал такой спектакль несколько дней назад, получилось весьма убедительно. Сотрудники «Орхидеи» его, безусловно, запомнили, поэтому вряд ли что-то заподозрят.
Но давать представление не пришлось: Лариса вышла сама в сопровождении высокой худенькой брюнетки, в которой Арбенин узнал мастера маникюра Нину Костенко. За минувшие две недели он успел запомнить всех сотрудников поимённо.
Женщины недолго спорили на повышенных тонах, сопровождая слова бурной жестикуляцией. Май под видом случайного прохожего постарался подойти ближе, но дамы уже закончили разговор. Маникюрша, сделав неприличный жест рукой, решительно направилась в сторону салона.
- Забудь о моём муже! - крикнула ей в след Лариса и не менее решительно скрылась в своей новенькой серебристой «Ауди».
- Это ты о нём можешь забыть! - заявила на прощание Нина и громко хлопнула дверью.
Май удивлённо присвистнул:
- Это ещё что за импровизация? Такого поворота сюжета в моём сценарии не было!
Вернувшись в машину, он позвонил Алику:
- Привет тебе, Гарри Поттер всемирной паутины. Ты уже проверил телефон нашего бледнолицего Отелло? Есть что-нибудь интересное?
Глава 6
Ангелина узнала о смерти Заряны только утром, увидев на разворотах газет фото рыжей красавицы и огромные багровые буквы, сложившиеся в невозможное, шокирующее слово - самоубийство!
Потрясённая девушка на мгновение словно выпала из реальности, а, очнувшись, ощутила тяжесть навалившейся на плечи острой и опустошающей тоски. Заряна ей нравилась, она была воплощением её собственной мечты - обыкновенная девчонка, добившаяся большого успеха своим талантом, своим трудом.
Казалось, молодая певица излучает позитив, обожает свою работу и просто наслаждается жизнью. Вот именно… казалось. Неужели всё это было лишь имиджем? Игрой на камеру, ярким, но не живым образом, рассчитанным на легковерную публику? В подобную трактовку ситуации Ангелине верить не хотелось, но как иначе объяснить добровольный отказ от жизни? Размышляя таким образом, на работу девушка пришла с испорченным настроением.
Алик уже дежурил в приёмной, он склонился над монитором и, похоже, ничего вокруг не замечал.
- Привет, трудоголик, ты здесь ночуешь?
- Привет, Ангелина, - он улыбнулся одними губами, по-прежнему не
отрываясь от монитора, - почти, работы много. Ну, как прошёл вчерашний день, Май тебя, наверное, замучил?
- О! Вижу, он этим славится.
- Да, в работе Арбенин требовательнее Холмса. Римма всегда жаловалась, что он её эксплуатирует.
- Поверь, не преувеличивала. Постой, ты ведь говорил она секретарша?
- И что?
- Секретарша должна сидеть в приёмной, встречать клиентов и варить кофе боссу, разве нет?
- Это она тоже делала, но чаще ездила с Маем, как ты вчера.
- Тогда понятно, почему ваша Римма исчезла, - проворчала Ангелина. - Я вообще-то собиралась заниматься уборкой, а не шпионскими страстями!
На последней фразе девушка споткнулась и покраснела как школьница. Слава богу, Арбенин не слышал. Уж он не преминул бы напомнить о цели её первоначального визита в агентство, Алик же, судя по реакции, точнее по её отсутствию, был не в курсе вчерашнего инцидента.
- Сегодня, наверное, снова придётся следить за той женщиной. Алик, а ты тоже этим занимаешься?
- Чем, слежкой? Нет! - широко улыбнулся парень. - Это привилегия Мая и Риммы. Моё дело - компьютерные технологии, что гораздо интереснее. Хотя, когда обстоятельства вынуждают, могут и меня подключить. А насчёт Ларисы, не переживай - дело закрыто.
- Как это? - удивилась Ангелина. - Неужели Арбенин был прав, и она действительно встречалась с массажистом?
- Нет, там сюжет поинтересней. Оказалось, что ревнивый муженёк сам подбивал клинья к маникюрше из того салона. Жена каким-то образом узнала об этом. Вот и повадилась ходить в «Орхидею» - к сопернице присматривалась, а вчера устроила ей показательные разборки. Май как раз видел их заключительную часть.
Ангелина облегчённо вздохнула
- Значит, слежка отменяется. Хоть одна хорошая новость! А это точно?
Алик энергично закивал:
- Да, с этим покончено. Я слышал, как шеф вчера вечером разговаривал с клиентом по телефону. Как я понял, тот не отрицал, что клеился к некой Нине и, осознав свою ошибку, дело отозвал. А подозрительное поведение жены объяснялось тем, что она сама следила за мужем, подозревая его в измене. Как тебе сюжет?
- Высокие отношения, - вздохнула Ангелина, поморщившись.
Ей было неприятно копаться в чужих личных делах. Неужели это может кому-то нравится?
Девушка без особого энтузиазма принялась за выполнение своих прямых обязанностей. О смерти Заряны она старалась не думать, но отвлечься не получалось, а тут ещё в кабинете Холмса обнаружилась целая стопка вечерних и утренних газет с фотографиями молодой певицы. Ему-то зачем?! Неужели был тайным поклонником? Вряд ли, таким как он в театре жизни всегда достаются главные роли, а тайный воздыхатель - это массовка. Наверное, человек просто любит почитать на досуге жёлтую прессу. А что, вполне возможно, ведь и его лицо частенько мелькает на страницах информационно-развлекательных изданий.
Это объяснение казалось девушке правдоподобным целых десять минут, пока она не переместилась в кабинет помощников и не обнаружила на столе Арбенина точно такую же стопку. Два любителя сплетен в одном детективном агентстве, что бы это значило? Ангелина вернулась в приёмную.
- Алик, я закончила.
- Молодец, быстро управилась. Я кофе сварил, хочешь? - парень, не отрываясь от монитора, кивнул в сторону кофеварки.
- Нет, спасибо, - девушка села в кресло напротив, - Холмса ещё нет?
- Он, обычно, приходит в десять. Скоро будет.
- Я видела газеты у него на столе и точно такие же у Арбенина, зачем они им?
Алик пожал плечами.
- Не знаю, мне сказали, я купил.
- Молодец, послушный мальчик! - похвалил коллегу вошедший Май. - Привет, детвора! О, кофе, отлично! То, что доктор прописал. Скворцова, будь любезна, налей-ка мне чашечку и принеси в кабинет.
- Я вам не официантка кофе разносить! - немедленно возмутилась Ангелина.
- Это что так сложно? - удивился Май. - Ах да, я забыл сказать волшебное слово - пожалуйста!
Он скрылся в кабинете, не забыв напомнить, что ждёт свой кофе.
- Нахал! - проворчала девушка в сторону бесшумно закрывшейся двери и без энтузиазма побрела к дымящейся кофеварке.
Алик с удивлением наблюдал за этой сценой.
- Геля, ну хочешь, я ему кофе отнесу, если у вас всё так сложно?!
- Спасибо не стоит, он меня этим потом весь день попрекать будет.
Ангелина наполнила кружку горячим, ароматным напитком и вошла в кабинет. Арбенин, удобно расположившись на подоконнике, прослушивал запись какого-то разговора. Увидев помощницу, он выключил диктофон.
- Ваш кофе! - она сдержано поставила кружку на стол и уже собиралась выйти, но Май, сделав глоток, заявил:
- Нет, такой я не пью. Положи сюда немного сливок и две ложечки сахара. Там, в приёмной всё есть. Э… пожалуйста, - поспешно добавил он, заметив, как синие глаз девушки темнеют, словно небо перед грозой.
Гроза последовала незамедлительно.
- А пирог вам не испечь?! - скрестив на груди руки, сердито спросила она.
- Было бы неплохо, учитывая, что мои булочки ты продала. Кстати, где деньги?
- Какие деньги?
- За сдобу.
- Пожертвовала в фонд помощи пострадавшим от диктатуры и эксплуатации начальства! - огрызнулась Скворцова. - Из солидарности.
- Какая солидарность? Не смеши мой мотоцикл, пострадавшая! Тебя поэксплуатируешь, как же, - хмыкнул Май. - И вообще, по какому поводу бунт на корабле? Может, объяснишь, что происходит?
- А может, вы мне это объясните!
- Да чего ты так завелась? Из-за кофе? Это же просто маленькая безобидная просьба!
- Ну да, маленькая! Только этих просьб с каждым днём всё больше становится. Сначала к обязанностям уборщицы добавилась слежка с унизительными переодеваниями, теперь кофе в кабинет, а что дальше - кофе в постель?!
- Чего?! - Май удивлённо посмотрел на пылающую от негодования помощницу и громко расхохотался. - Так вот что тебя беспокоит?
Немного успокоившись, он самым бесцеремонным образом осмотрел смутившуюся девушку с головы до пят. Та поёжилась и, не смотря на длинный джинсовый сарафан, почувствовала себя раздетой.
- Не надейся, дорогая, до постели у нас точно не дойдёт. Я предпочитаю барышень постарше и покруглее. Ты посмотри на себя: кожа да кости - поцарапаться можно, а я не йог, чтобы на гвоздях кувыркаться.
- Да как вы смеете! Вы просто… - Ангелина задохнулась от негодования и, не найдя подходящих слов, пулей выскочила в приёмную.
- Ага, получила, так тебе и надо, зазнайка! - улыбнулся довольный Май.
Насчёт гвоздей он немного преувеличил. Фигурка у неё очень даже ничего, в его вкусе, но ей об этом знать не обязательно.
- Эй, всё нормально? - осторожно поинтересовался Алик, когда раскрасневшаяся от обиды новая сотрудница выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью.
- Всё отлично! Лучше не бывает! - сердито проворчала Ангелина и решительно схватила сумочку, твёрдо намереваясь уйти домой.
Да, она уйдёт прямо сейчас и пусть этот невоспитанный хам катится со своими угрозами куда подальше, её ничто не остановит. Скворцова сердито толкнула входную дверь и замерла на пороге, в ужасе глядя на охающего Холмса, которому едва не снесла пол головы.
- Ой, простите, Антон Леонидович! Я не хотела! Вам очень больно?
Антон дотронулся до покрасневшего лба - ну всё, шишка обеспечена. Если бы виновниками «торжества» были Алик или Май, они бы сейчас узнали о себе много нелицеприятного, но на красивых девушек детектив долго обижаться не мог, поэтому, не без труда выдавил слабое подобие улыбки.
- Нет, разве что чуть-чуть.
- Всё равно нужно приложить что-нибудь холодное, - засуетилась девушка. Она огляделась и, схватив со стола небольшой графин с водой, подала его детективу, - например, это. Подержите немного и последствий не будет!
- Спасибо, Ангелина, но вы в следующий раз всё же обращайтесь с дверью осторожней, а то вдруг к нам президент решит заглянуть. Алик, жду вас с Маем у себя.
Антон послал испуганной девушке очередную ослепительную улыбку и, приложив графин ко лбу, скрылся в своём кабинете.
Ангелина проводила его долгим взглядом, тяжело вздохнула, покосившись на дверь Арбенина, и решительно покинула помещение.
- Начнём с начала, то есть с телефона, - сказал Антон, когда помощники собрались в его кабинете.
- Не уверен, что это начало, - зевнул Май.
Он по привычке расположился на подоконнике и теперь хмуро наблюдал за тем, как Скворцова, без разрешения покинув рабочее место, самым нахальным образом уходит в неизвестном направлении.
- Других вариантов всё равно пока нет. - отмахнулся Антон. - С её парнем поговорить вчера не удалось - он топил горе в алкоголе, надеюсь, сегодня хоть немного отойдёт. Зарецкого ещё не проверяли. О самой девушке известно только, что она однажды очень удачно попала из грязи в князи и что у неё куча бедных родственников, которых Заряна фактически содержала. Им эта смерть точно не выгодна. Алик, ты проверил телефон погибшей?
- Телефоны, их у неё было два, - уточнил парень. - Просмотрел всё, как вы и просили с 7 по 12 мая. Не считая посланий от операторов сотовой связи, за эти дни девушка получила 270 различных сообщений.
Май присвистнул:
- Я столько за последние десять лет не получал.
- Не удивительно, у тебя же телефон всё время вне зоны доступа, - недовольно проворчал детектив. - А Заряна - личность известная, к тому же шестого мая у неё был день рождения.
- Точно, тут в основном открытки да дежурные стихи от коллег, друзей и знакомых. Тридцать пять посланий стёрты, но я получил распечатку и проверил номера отправителей. В принципе, почти ничего подозрительного.
- Почти - звучит многообещающе, - заинтересовался Холмс, - есть что-то интересное?
- Двадцать сообщений были отправлены с двух номеров, зарегистрированных на некоего Владислава Бодрова.
- И что он пишет?
- Неизвестно, все сообщения удалены. Кстати, последние девять приходятся как раз на предполагаемый день отравления - восьмое мая.
- То есть, потом от него вестей больше не было?
- Ни словечка, звонки я тоже проверил. Но вот что интересно - на его имя ранее был открыт ещё один номер, который в телефоне погибшей значится в чёрном списке!
