- Отлично, проверим его, адрес есть?
- Конечно, и адрес и биография. Он студент, проживает с матерью на Новослободской улице, подрабатывает курьером в цветочном магазине «Райский сад». Сегодня как раз его смена.
Антон сделал пометку в блокноте и искренне похвалил паренька:
- Молодец, Алик! Хорошо поработал, ещё зацепки есть?
- Даже не знаю, 8 мая в 22-01 Заряна получила вот такое забавное послание:
«Я СЕРАЯ ТЕНЬ ТВОЕЙ ЯРКОЙ ЗВЕЗДЫ!
Я ТЕНЬ, НЕ ИМЕВШАЯ ПРАВ НА МЕЧТЫ!
Я ПРОСТО ВОССТАВШАЯ ТЕНЬ КРАСОТЫ!
НО ТЕНЬЮ СЕГОДНЯ НАВЕК СТАНЕШЬ ТЫ!»
- Действительно забавно, но к делу вряд ли относится. Для угрозы - как-то несерьёзно, наверное, чья-то неудачная шутка.
- Кстати, чья? Номер проверил? - Арбенин с трудом подавил очередной зевок - сказывалось хроническое недосыпание.
- Конечно, сим-карта приобретена на имя Виктора Петровича Товкаленко 1972 года рождения, адрес тоже имеется. Это ещё не всё, я проверил форум и почту официального сайта Заряны и обнаружил там эти же стихи!
- На форуме? Интересно, кто-то из фанатов пошутил или Виктор Петрович развлекается?
- Сообщение появилось в разделе «Письмо Заряне» на прошлой неделе, отправил некто под ником Совесть.
- Как ты сказал?! - встрепенулся Антон. - Совесть?! Постой, ведь именно эта подпись стояла на анонимках Зарецкого! Когда именно появилось письмо?
Алик смутился.
- Э… не помню, но могу посмотреть.
- Посмотри, электронный адрес этой, так называемой, Совести сможешь вычислить?
- И адрес и даже компьютер, с которого отправили сообщение, но потребуется время.
- Так не теряй его зря! Иди, работай! А мы пока проверим Товкаленко Виктора Петровича, если он, конечно, существует.
Алик кивнул и вернулся к своему компьютеру. Холмс проводил его задумчивым взглядом.
- Май, ты навестишь жениха девушки. Сам понимаешь мне туда нельзя. Журналисты увидят - сделают неадекватные выводы, поднимут шум. Выяснишь во всех подробностях, чем занималась девушка 8 мая, где была, с кем встречалась - поимённо и поминутно. К Бодрову тоже сам заедешь, а я поищу Товкаленко и пообщаюсь с Зарецким, он должен сегодня прийти.
Арбенин не торопился покидать облюбованный подоконник и продолжал задумчиво разглядывать пейзаж за окном. Антон искоса посмотрел на помощника, чувствуя нарастающее раздражение. Ему всегда не нравились излишняя самоуверенность и независимость последнего, с таким невозможно почувствовать себя боссом до конца.
- Ты ещё здесь? Май, у нас мало времени, поэтому если у тебя нет вопросов…
- Вообще-то есть.
- Слушаю.
- Чего именно хочет Зарецкий?
- Неужели не ясно? Он хочет, чтобы я нашёл убийцу!
- А зачем? - Май, наконец, оторвался от созерцания улицы и вопросительно посмотрел на детектива, тот ответил ему таким же недоумевающим взглядом.
- Извини, не понял вопроса?
- Вот и я кое-чего не понял. Поскольку господин продюсер умышленно срежиссировал суицид, что само по себе незаконно, уголовное дело заведено не было, значит, суд тоже не предвидится.
- И?
- Мне просто интересно, если мы найдём убийцу и передадим его Зарецкому, что он будет с ним делать? Линчует?
Антон откинулся в кресле и нервно засмеялся:
- Ага, на Красной площади. Узко мыслишь, Арбенин, сразу видно - бывший следователь.
Помощник продолжал хмуриться.
- А если серьёзно?
- А если серьёзно, меня это не интересует! Наше дело - найти отравителя, а там пусть сам разбирается.
Май не спеша, сполз с подоконника.
- Советую вам всё же поинтересоваться этим при встрече с крутым продюсером. Кто знает, насколько он крут?
Детектив уже не пытался сдержать накопившееся раздражение:
- Арбенин, я тебе не за советы плачу! Иди, работай и не отвлекай меня. Мне ерундой заниматься некогда!
Май пожал плечами и направился к выходу.
- Зато я здесь только этим и занимаюсь, - проворчал он, открывая дверь.
Теперь нахмурился Холмс.
- Точно подмечено. А мне нужен человек, который будет занят делом! Разницу чувствуешь? Так, что если тебе что-то не нравится…
Арбенину не нравилось практически всё: район, в котором находилось агентство, всегда смотрящие свысока клиенты, ненормированный рабочий график с полным отсутствием выходных, начальник, не считающийся с мнением подчинённых. Полностью устраивала его только сумма гонораров. Этих денег вполне хватало на то, чтобы постепенно расчищать путь к главной цели. Той самой, к которой он шёл без малого десять лет и теперь, когда до неё оставалось всего несколько шагов, рисковать не стоило.
- Я к Бодрову, потом отзвонюсь, - не оборачиваясь, буркнул он и вышел из офиса.
Магазин «Райский сад» находился неподалеку, поэтому помощник детектива посетил его в первую очередь, но пообщаться с загадочным автором эсэмэсок не удалось. По словам администратора, парень не вышел на работу, сославшись на высокую температуру.
- Ладно, пусть лечится, побеседую пока с женихом, - решил Май, - но сначала нужно подстраховаться!
***
Ангелина вернулась домой, собираясь просто полежать в своей комнате. Самоубийство Заряны в сочетании с грубостью Арбенина вызвали у впечатлительной девушки сильную головную боль. Но этим скромным планам не суждено было осуществиться: в гостиной её встретила непривычно нарядная тётя.
- Ой, Геля, как ты вовремя! Я как раз собиралась тебе звонить.
- Что случилось? - встревожилась племянница. - Что-нибудь с папой?!
- Нет, что ты, с ним всё в порядке! Просто я нашла тебе ученика.
- Ученика?!
Девушка только теперь заметила, что они не одни. Из уютного мягкого кресла порывисто поднялся очень высокий молодой человек с длинными светлыми волосами.
- Это Дмитрий, - представила смущённого парня Анна Константиновна Романова, - он будет брать у тебя уроки.
Ангелина растерялась, такого поворота сюжета она никак не ожидала.
- Боюсь, ничего не получится - я на работу устроилась.
- На какую работу?! Ты мне ничего не говорила!
- Э… я просто не успела. Долго объяснять, потом расскажу.
- Извините, п-пожалуйста, - слегка заикаясь от волнения, вмешался Дмитрий, - я могу и вечером приходить.
Он смущённо поправил очки и робко улыбнулся потенциальной учительнице.
Ангелина удручённо разглядывала его безукоризненный костюм, галстук-бабочку и блестящий от геля для волос ровненький пробор. Парень был просто воплощённой интеллигентностью, а значит, уроки его мало интересовали, и конечная цель появления здесь была совсем иной. Ведь именно с такими «подходящими мальчиками» тётя под разными предлогами знакомила племянницу, с тех пор как пару лет назад та имела неосторожность увлечься неким Маклашевским.
Он называл себя дворовым бардом, целыми днями распевал довольно откровенные песенки собственного сочинения и проживал в каком-то жутком полуразрушенном общежитии, совершенно не заботясь о хлебе насущном. Именно эти раскрепощённость и независимость толкнули тогда замкнутую, скованную бесконечными правилами, уставшую от официоза и постоянного соответствия навязываемому идеалу девушку, к малограмотному, но свободному от всех вышеперечисленных условностей Маклошевскому. Впрочем, на поверку эта свобода оказалась весьма условной, и увлечение быстро прошло, не успев переступить тонкую грань конфетно-букетного периода.
Увлеченье прошло, а вот тётин страх, что племянницу снова потянет к «неподходящим парням» остался. Его многократно усиливала собственная неустроенная личная жизнь. Анна Константиновна никогда не была замужем. Отец близнецов бросил её, едва узнав о беременности. Последующие попытки наладить отношения с противоположным полом также не увенчались успехом.
Семена пережитых разочарований, глубоко запавшие в женскую душу, дали обильные плоды нерушимого недоверия фактически ко всему мужскому населению планеты. И теперь женщина считала своим долгом оберегать дочь и племянницу от коварных и жестоких особей противоположного пола. Но так как запереть их в четырёх стенах не представлялось возможным, она выбрала альтернативный метод: тотальный контроль за их личной жизнью.
Особенно тяжело приходилось шестнадцатилетней Кате - мать звонила ей каждые двадцать минут и даже встречала после школы, мотивируя свои поступки исключительно благими намерениями: мол, дочери нужно хорошо учиться, чтобы окончить школу с медалью, а свидания и дискотеки только отвлекают от процесса получения знаний и пятёрок. Ангелине по причине совершеннолетия предоставлялась большая свобода передвижения и выбора. Впрочем, к выбору кавалеров это не относилось.
Данная привилегия, по мнению Анны Константиновны, целиком и полностью оставалась за ней. Ведь она как любящая тётушка и просто более опытная женщина лучше знала жизнь в целом и мужчин в частности, поэтому и знакомила её с исключительно порядочными, но до безумия скучными представителями сильного пола. Судя по всему, Дима исключением не являлся, следовательно, от него следовало поскорее избавиться.
- Тётечка Анечка, но у меня мало опыта, может, лучше ты сама с Дмитрием позанимаешься?
Анна Константиновна понимающе улыбнулась.
- Я бы с удовольствием ему помогла, но, к сожалению, искусством игры на гитаре не владею. Ты ведь знаешь, моё - это скрипка и фортепиано.
- Гитара? - растерялась Ангелина.
- Да, я хотел бы освоить именно этот инструмент! - радостно закивал великовозрастный ученик.
- Вот-вот, а лучше Гели с гитарой мало кто управляется. К тому же она ещё и прекрасно поёт песни собственного сочинения.
- Тётя! Перестань! - Ангелина покраснела и совсем поникла, чувствуя себя птицей пойманной в силки.
Заметив её состояние, Анна Константиновна поняла, что последнее слово, как обычно, осталось за ней и удовлетворённо подытожила:
- Вот и отлично! Раз ты уже дома, можете начинать прямо сейчас.
- Нет! Сейчас не получится, я вернулась за проездным. Ой! Слышите, в дверь звонят, пойду, открою!
Девушка с огромным облегчением метнулась в прихожую, где действительно раздавалась настойчивая трель звонка. Не глядя в глазок, она распахнула дверь и испуганно замерла, увидев прислонившегося к стене недовольного Арбенина.
- Какого чёрта ты сбежала? Думаешь, мне делать больше нечего, кроме как за тобой по всей Москве мотаться?! - сурово осведомился он.
- Похоже нечего раз вы здесь!
- Геля, кто там?
Анна Константиновна выглянула в гостиную и заметно напряглась, увидев племянницу, разговаривающую с незнакомым мужчиной, которого её интуиция мгновенно отнесла в разряд «неподходящих».
- Здравствуйте, молодой человек, вы к кому? - строго спросила она.
- Это за мной, с новой работы, я ведь говорила, что тороплюсь, - затараторила Ангелина, решив выбрать из двух зол меньшее. - Поэтому с Дмитрием позаниматься не смогу, передай ему мои извинения!
- Но…
- Вернусь поздно, так что на вечер его тоже не приглашай, всё пока!
Ангелина, увлекая за собой Мая, стремительно выскочила из квартиры и решительно захлопнула дверь, перед носом возмущённой тёти, готовой разразиться очередной нравоучительной тирадой.
- Эй, ты куда? - Арбенин с трудом догнал девушку на лестничной площадке второго этажа. Она бежала, перескакивая сразу через две ступеньки и останавливаться, похоже, не собиралась.
- Подальше отсюда, советую и вам поторопиться, если не хотите стать объектом пристального внимания моей тёти.
- Звучит угрожающе, а чем это чревато?
- Сотней вопросов типа кто вы, чем занимаетесь, что нас с вами связывает и какие у вас намерения? - сообщила Ангелина, по-прежнему не останавливаясь.
- В смысле?
- В смысле, собираетесь ли вы на мне жениться?
Арбенин споткнулся и едва не упал, выскакивая в подъезд.
- Чего?!
- Да не пугайтесь так, просто на эти вопросы приходится отвечать всем мужчинам даже случайно оказавшимся рядом со мной.
Ангелина остановилась возле его машины и перевела дыхание.
- Понятно. Значит, я легко отделался, ну так как, будем работать?
- Да! И желательно до вечера!
Май присвистнул:
- Ух, ты! А говорят, чудес не бывает? Час назад ты и слышать не хотела о нашем сотрудничестве, а теперь прямо жаждешь этого.
- Вам не угодишь, Май Всеволодович, не хочу работать - плохо, хочу - опять не так!
- Ну что ты! Я безмерно рад, что не придётся тратить драгоценное время на разборки и уговоры. Просто непонятно с чего вдруг ты так обрадовалась моему обществу?
- Что тут непонятного, я просто предпочла ваше общество другому ещё более неприятному! - объяснила девушка, тревожно оглядываясь на своё окно, из которого за ними следили две пары глаз.
Май кивнул, это вполне могло быть правдой, во всяком случае, звучало логично.
- А кто такой Дмитрий? - спросил он, открыв дверцу и впуская девушку в салон.
По её лицу скользнула лёгкая тень раздражения.
- Это и есть то самое более неприятное общество. А куда мы едем, в агентство?
- Нет, навестим одного человека.
- А я…
- А ты будешь просто молчать и делать то, что я скажу.
- Например.
- Например, разыграешь приступ эпилепсии.
- Что?! Это шутка, надеюсь? - испугалась Ангелина.
- Нет, малышка, это не шутка, это пример. А для тебя ещё и урок актёрского мастерства, - спокойно объяснил Май. - Да не переживай так, эпилепсия - это на крайний случай. Пока ограничимся лёгким обмороком. Ты когда-нибудь сознание теряла?
Девушка напряглась, почувствовав укол тревожного предчувствия, что он ещё задумал?!
- Нет, никогда не теряла и сейчас не собираюсь!
- Придётся собраться и упасть, - с очаровательной улыбкой заверил Май.
- Но зачем?!
- Долго объяснять, а мы уже почти приехали. Просто делай, как я скажу, и не задавай лишних вопросов.
Ангелина тоскливо посмотрела в сторону оставшегося позади дома. Возможно, занятия с Димой были не такой уж плохой идеей, но теперь отступать уже поздно.
- Скажите хоть, перед кем мне придётся позориться? - недовольно проворчала она.
- Почему сразу позориться? Большинству мужчин нравятся утончённые и чувствительные особы.
- Значит, это мужчина?
- Да, некий Игорь Шинский. Больше тебе знать пока ни к чему, да я и сам о нём пока ничего не знаю.
Ангелина вздрогнула, услышав знакомое имя. Игорь Шинский - именно так звали жениха Заряны. Их сумасшедший роман начался ещё на самом первом проекте «Рождение звезды» и через несколько месяцев должен был завершиться пышной свадьбой, но теперь эти планы безжалостно разрушила смерть.
Разумеется, в Москве Игорей Шинских найдётся не один и не два десятка, но в сочетании с утренними газетами на столе Холмса, на простое совпадение это не походило.
- Извините, мне нужно больше информации, - твёрдо заявила Ангелина, - иначе я могу просто завалить ваш блестящий план.
- Каким образом? - угрожающе спросил Май, его раздражала дотошность новой помощницы и её постоянная готовность спорить по любому поводу.
- Вдруг этот самый Игорь задаст мне какой-нибудь вопрос о деле, а я буду не в курсе.
- Тебе и не надо быть в курсе, солнышко, а вопросы там задавать буду я, не переживай! - Май остановил машину и вышел, кивком приглашая девушку последовать за ним.
Ангелина так и сделала.
- Всё равно я должна знать больше, раз уж мы теперь работаем вместе! - настаивала она.
- Ты же будешь присутствовать при нашей беседе, вот и узнаешь, - отмахнулся Май.
Он и сам понимал, что девушка права - ей нужно знать схему хотя бы в общих чертах, чтобы ориентироваться в ситуации, которая ещё неизвестно как сложится.
- Конечно, и адрес и биография. Он студент, проживает с матерью на Новослободской улице, подрабатывает курьером в цветочном магазине «Райский сад». Сегодня как раз его смена.
Антон сделал пометку в блокноте и искренне похвалил паренька:
- Молодец, Алик! Хорошо поработал, ещё зацепки есть?
- Даже не знаю, 8 мая в 22-01 Заряна получила вот такое забавное послание:
«Я СЕРАЯ ТЕНЬ ТВОЕЙ ЯРКОЙ ЗВЕЗДЫ!
Я ТЕНЬ, НЕ ИМЕВШАЯ ПРАВ НА МЕЧТЫ!
Я ПРОСТО ВОССТАВШАЯ ТЕНЬ КРАСОТЫ!
НО ТЕНЬЮ СЕГОДНЯ НАВЕК СТАНЕШЬ ТЫ!»
- Действительно забавно, но к делу вряд ли относится. Для угрозы - как-то несерьёзно, наверное, чья-то неудачная шутка.
- Кстати, чья? Номер проверил? - Арбенин с трудом подавил очередной зевок - сказывалось хроническое недосыпание.
- Конечно, сим-карта приобретена на имя Виктора Петровича Товкаленко 1972 года рождения, адрес тоже имеется. Это ещё не всё, я проверил форум и почту официального сайта Заряны и обнаружил там эти же стихи!
- На форуме? Интересно, кто-то из фанатов пошутил или Виктор Петрович развлекается?
- Сообщение появилось в разделе «Письмо Заряне» на прошлой неделе, отправил некто под ником Совесть.
- Как ты сказал?! - встрепенулся Антон. - Совесть?! Постой, ведь именно эта подпись стояла на анонимках Зарецкого! Когда именно появилось письмо?
Алик смутился.
- Э… не помню, но могу посмотреть.
- Посмотри, электронный адрес этой, так называемой, Совести сможешь вычислить?
- И адрес и даже компьютер, с которого отправили сообщение, но потребуется время.
- Так не теряй его зря! Иди, работай! А мы пока проверим Товкаленко Виктора Петровича, если он, конечно, существует.
Алик кивнул и вернулся к своему компьютеру. Холмс проводил его задумчивым взглядом.
- Май, ты навестишь жениха девушки. Сам понимаешь мне туда нельзя. Журналисты увидят - сделают неадекватные выводы, поднимут шум. Выяснишь во всех подробностях, чем занималась девушка 8 мая, где была, с кем встречалась - поимённо и поминутно. К Бодрову тоже сам заедешь, а я поищу Товкаленко и пообщаюсь с Зарецким, он должен сегодня прийти.
Арбенин не торопился покидать облюбованный подоконник и продолжал задумчиво разглядывать пейзаж за окном. Антон искоса посмотрел на помощника, чувствуя нарастающее раздражение. Ему всегда не нравились излишняя самоуверенность и независимость последнего, с таким невозможно почувствовать себя боссом до конца.
- Ты ещё здесь? Май, у нас мало времени, поэтому если у тебя нет вопросов…
- Вообще-то есть.
- Слушаю.
- Чего именно хочет Зарецкий?
- Неужели не ясно? Он хочет, чтобы я нашёл убийцу!
- А зачем? - Май, наконец, оторвался от созерцания улицы и вопросительно посмотрел на детектива, тот ответил ему таким же недоумевающим взглядом.
- Извини, не понял вопроса?
- Вот и я кое-чего не понял. Поскольку господин продюсер умышленно срежиссировал суицид, что само по себе незаконно, уголовное дело заведено не было, значит, суд тоже не предвидится.
- И?
- Мне просто интересно, если мы найдём убийцу и передадим его Зарецкому, что он будет с ним делать? Линчует?
Антон откинулся в кресле и нервно засмеялся:
- Ага, на Красной площади. Узко мыслишь, Арбенин, сразу видно - бывший следователь.
Помощник продолжал хмуриться.
- А если серьёзно?
- А если серьёзно, меня это не интересует! Наше дело - найти отравителя, а там пусть сам разбирается.
Май не спеша, сполз с подоконника.
- Советую вам всё же поинтересоваться этим при встрече с крутым продюсером. Кто знает, насколько он крут?
Детектив уже не пытался сдержать накопившееся раздражение:
- Арбенин, я тебе не за советы плачу! Иди, работай и не отвлекай меня. Мне ерундой заниматься некогда!
Май пожал плечами и направился к выходу.
- Зато я здесь только этим и занимаюсь, - проворчал он, открывая дверь.
Теперь нахмурился Холмс.
- Точно подмечено. А мне нужен человек, который будет занят делом! Разницу чувствуешь? Так, что если тебе что-то не нравится…
Арбенину не нравилось практически всё: район, в котором находилось агентство, всегда смотрящие свысока клиенты, ненормированный рабочий график с полным отсутствием выходных, начальник, не считающийся с мнением подчинённых. Полностью устраивала его только сумма гонораров. Этих денег вполне хватало на то, чтобы постепенно расчищать путь к главной цели. Той самой, к которой он шёл без малого десять лет и теперь, когда до неё оставалось всего несколько шагов, рисковать не стоило.
- Я к Бодрову, потом отзвонюсь, - не оборачиваясь, буркнул он и вышел из офиса.
Магазин «Райский сад» находился неподалеку, поэтому помощник детектива посетил его в первую очередь, но пообщаться с загадочным автором эсэмэсок не удалось. По словам администратора, парень не вышел на работу, сославшись на высокую температуру.
- Ладно, пусть лечится, побеседую пока с женихом, - решил Май, - но сначала нужно подстраховаться!
***
Ангелина вернулась домой, собираясь просто полежать в своей комнате. Самоубийство Заряны в сочетании с грубостью Арбенина вызвали у впечатлительной девушки сильную головную боль. Но этим скромным планам не суждено было осуществиться: в гостиной её встретила непривычно нарядная тётя.
- Ой, Геля, как ты вовремя! Я как раз собиралась тебе звонить.
- Что случилось? - встревожилась племянница. - Что-нибудь с папой?!
- Нет, что ты, с ним всё в порядке! Просто я нашла тебе ученика.
- Ученика?!
Девушка только теперь заметила, что они не одни. Из уютного мягкого кресла порывисто поднялся очень высокий молодой человек с длинными светлыми волосами.
- Это Дмитрий, - представила смущённого парня Анна Константиновна Романова, - он будет брать у тебя уроки.
Ангелина растерялась, такого поворота сюжета она никак не ожидала.
- Боюсь, ничего не получится - я на работу устроилась.
- На какую работу?! Ты мне ничего не говорила!
- Э… я просто не успела. Долго объяснять, потом расскажу.
- Извините, п-пожалуйста, - слегка заикаясь от волнения, вмешался Дмитрий, - я могу и вечером приходить.
Он смущённо поправил очки и робко улыбнулся потенциальной учительнице.
Ангелина удручённо разглядывала его безукоризненный костюм, галстук-бабочку и блестящий от геля для волос ровненький пробор. Парень был просто воплощённой интеллигентностью, а значит, уроки его мало интересовали, и конечная цель появления здесь была совсем иной. Ведь именно с такими «подходящими мальчиками» тётя под разными предлогами знакомила племянницу, с тех пор как пару лет назад та имела неосторожность увлечься неким Маклашевским.
Он называл себя дворовым бардом, целыми днями распевал довольно откровенные песенки собственного сочинения и проживал в каком-то жутком полуразрушенном общежитии, совершенно не заботясь о хлебе насущном. Именно эти раскрепощённость и независимость толкнули тогда замкнутую, скованную бесконечными правилами, уставшую от официоза и постоянного соответствия навязываемому идеалу девушку, к малограмотному, но свободному от всех вышеперечисленных условностей Маклошевскому. Впрочем, на поверку эта свобода оказалась весьма условной, и увлечение быстро прошло, не успев переступить тонкую грань конфетно-букетного периода.
Увлеченье прошло, а вот тётин страх, что племянницу снова потянет к «неподходящим парням» остался. Его многократно усиливала собственная неустроенная личная жизнь. Анна Константиновна никогда не была замужем. Отец близнецов бросил её, едва узнав о беременности. Последующие попытки наладить отношения с противоположным полом также не увенчались успехом.
Семена пережитых разочарований, глубоко запавшие в женскую душу, дали обильные плоды нерушимого недоверия фактически ко всему мужскому населению планеты. И теперь женщина считала своим долгом оберегать дочь и племянницу от коварных и жестоких особей противоположного пола. Но так как запереть их в четырёх стенах не представлялось возможным, она выбрала альтернативный метод: тотальный контроль за их личной жизнью.
Особенно тяжело приходилось шестнадцатилетней Кате - мать звонила ей каждые двадцать минут и даже встречала после школы, мотивируя свои поступки исключительно благими намерениями: мол, дочери нужно хорошо учиться, чтобы окончить школу с медалью, а свидания и дискотеки только отвлекают от процесса получения знаний и пятёрок. Ангелине по причине совершеннолетия предоставлялась большая свобода передвижения и выбора. Впрочем, к выбору кавалеров это не относилось.
Данная привилегия, по мнению Анны Константиновны, целиком и полностью оставалась за ней. Ведь она как любящая тётушка и просто более опытная женщина лучше знала жизнь в целом и мужчин в частности, поэтому и знакомила её с исключительно порядочными, но до безумия скучными представителями сильного пола. Судя по всему, Дима исключением не являлся, следовательно, от него следовало поскорее избавиться.
- Тётечка Анечка, но у меня мало опыта, может, лучше ты сама с Дмитрием позанимаешься?
Анна Константиновна понимающе улыбнулась.
- Я бы с удовольствием ему помогла, но, к сожалению, искусством игры на гитаре не владею. Ты ведь знаешь, моё - это скрипка и фортепиано.
- Гитара? - растерялась Ангелина.
- Да, я хотел бы освоить именно этот инструмент! - радостно закивал великовозрастный ученик.
- Вот-вот, а лучше Гели с гитарой мало кто управляется. К тому же она ещё и прекрасно поёт песни собственного сочинения.
- Тётя! Перестань! - Ангелина покраснела и совсем поникла, чувствуя себя птицей пойманной в силки.
Заметив её состояние, Анна Константиновна поняла, что последнее слово, как обычно, осталось за ней и удовлетворённо подытожила:
- Вот и отлично! Раз ты уже дома, можете начинать прямо сейчас.
- Нет! Сейчас не получится, я вернулась за проездным. Ой! Слышите, в дверь звонят, пойду, открою!
Девушка с огромным облегчением метнулась в прихожую, где действительно раздавалась настойчивая трель звонка. Не глядя в глазок, она распахнула дверь и испуганно замерла, увидев прислонившегося к стене недовольного Арбенина.
- Какого чёрта ты сбежала? Думаешь, мне делать больше нечего, кроме как за тобой по всей Москве мотаться?! - сурово осведомился он.
- Похоже нечего раз вы здесь!
- Геля, кто там?
Анна Константиновна выглянула в гостиную и заметно напряглась, увидев племянницу, разговаривающую с незнакомым мужчиной, которого её интуиция мгновенно отнесла в разряд «неподходящих».
- Здравствуйте, молодой человек, вы к кому? - строго спросила она.
- Это за мной, с новой работы, я ведь говорила, что тороплюсь, - затараторила Ангелина, решив выбрать из двух зол меньшее. - Поэтому с Дмитрием позаниматься не смогу, передай ему мои извинения!
- Но…
- Вернусь поздно, так что на вечер его тоже не приглашай, всё пока!
Ангелина, увлекая за собой Мая, стремительно выскочила из квартиры и решительно захлопнула дверь, перед носом возмущённой тёти, готовой разразиться очередной нравоучительной тирадой.
- Эй, ты куда? - Арбенин с трудом догнал девушку на лестничной площадке второго этажа. Она бежала, перескакивая сразу через две ступеньки и останавливаться, похоже, не собиралась.
- Подальше отсюда, советую и вам поторопиться, если не хотите стать объектом пристального внимания моей тёти.
- Звучит угрожающе, а чем это чревато?
- Сотней вопросов типа кто вы, чем занимаетесь, что нас с вами связывает и какие у вас намерения? - сообщила Ангелина, по-прежнему не останавливаясь.
- В смысле?
- В смысле, собираетесь ли вы на мне жениться?
Арбенин споткнулся и едва не упал, выскакивая в подъезд.
- Чего?!
- Да не пугайтесь так, просто на эти вопросы приходится отвечать всем мужчинам даже случайно оказавшимся рядом со мной.
Ангелина остановилась возле его машины и перевела дыхание.
- Понятно. Значит, я легко отделался, ну так как, будем работать?
- Да! И желательно до вечера!
Май присвистнул:
- Ух, ты! А говорят, чудес не бывает? Час назад ты и слышать не хотела о нашем сотрудничестве, а теперь прямо жаждешь этого.
- Вам не угодишь, Май Всеволодович, не хочу работать - плохо, хочу - опять не так!
- Ну что ты! Я безмерно рад, что не придётся тратить драгоценное время на разборки и уговоры. Просто непонятно с чего вдруг ты так обрадовалась моему обществу?
- Что тут непонятного, я просто предпочла ваше общество другому ещё более неприятному! - объяснила девушка, тревожно оглядываясь на своё окно, из которого за ними следили две пары глаз.
Май кивнул, это вполне могло быть правдой, во всяком случае, звучало логично.
- А кто такой Дмитрий? - спросил он, открыв дверцу и впуская девушку в салон.
По её лицу скользнула лёгкая тень раздражения.
- Это и есть то самое более неприятное общество. А куда мы едем, в агентство?
- Нет, навестим одного человека.
- А я…
- А ты будешь просто молчать и делать то, что я скажу.
- Например.
- Например, разыграешь приступ эпилепсии.
- Что?! Это шутка, надеюсь? - испугалась Ангелина.
- Нет, малышка, это не шутка, это пример. А для тебя ещё и урок актёрского мастерства, - спокойно объяснил Май. - Да не переживай так, эпилепсия - это на крайний случай. Пока ограничимся лёгким обмороком. Ты когда-нибудь сознание теряла?
Девушка напряглась, почувствовав укол тревожного предчувствия, что он ещё задумал?!
- Нет, никогда не теряла и сейчас не собираюсь!
- Придётся собраться и упасть, - с очаровательной улыбкой заверил Май.
- Но зачем?!
- Долго объяснять, а мы уже почти приехали. Просто делай, как я скажу, и не задавай лишних вопросов.
Ангелина тоскливо посмотрела в сторону оставшегося позади дома. Возможно, занятия с Димой были не такой уж плохой идеей, но теперь отступать уже поздно.
- Скажите хоть, перед кем мне придётся позориться? - недовольно проворчала она.
- Почему сразу позориться? Большинству мужчин нравятся утончённые и чувствительные особы.
- Значит, это мужчина?
- Да, некий Игорь Шинский. Больше тебе знать пока ни к чему, да я и сам о нём пока ничего не знаю.
Ангелина вздрогнула, услышав знакомое имя. Игорь Шинский - именно так звали жениха Заряны. Их сумасшедший роман начался ещё на самом первом проекте «Рождение звезды» и через несколько месяцев должен был завершиться пышной свадьбой, но теперь эти планы безжалостно разрушила смерть.
Разумеется, в Москве Игорей Шинских найдётся не один и не два десятка, но в сочетании с утренними газетами на столе Холмса, на простое совпадение это не походило.
- Извините, мне нужно больше информации, - твёрдо заявила Ангелина, - иначе я могу просто завалить ваш блестящий план.
- Каким образом? - угрожающе спросил Май, его раздражала дотошность новой помощницы и её постоянная готовность спорить по любому поводу.
- Вдруг этот самый Игорь задаст мне какой-нибудь вопрос о деле, а я буду не в курсе.
- Тебе и не надо быть в курсе, солнышко, а вопросы там задавать буду я, не переживай! - Май остановил машину и вышел, кивком приглашая девушку последовать за ним.
Ангелина так и сделала.
- Всё равно я должна знать больше, раз уж мы теперь работаем вместе! - настаивала она.
- Ты же будешь присутствовать при нашей беседе, вот и узнаешь, - отмахнулся Май.
Он и сам понимал, что девушка права - ей нужно знать схему хотя бы в общих чертах, чтобы ориентироваться в ситуации, которая ещё неизвестно как сложится.
