- Что случилось, милая? – воскликнул демон, старательно отвлекая ее внимание от приятеля.
Не дайте Светлые, еще след возьмет и поймет, с кем он тут развлекается вместе с Рахом, вместо того, чтобы стол накрывать.
- Что случилось, что случилось! – передразнила его девушка. – Рах случился! И уже давно!
- Раха? – Гир максимально достоверно изобразил честные-пречестные глаза. – А разве он уже вернулся? Я же его за гриаром посылал.
- А ты ему точно правильно объяснил, в какой части Вселенной готовят это блюдо? И вообще, что это – блюдо? А не кровать?
- Кро… - теперь глаза выпучились сами собой. - Какая кровать?
- Огромная! – рявкнула разгневанная красотка. - На которой с десяток динозавров поместится! Этот… чтоб ему Ангелы хвост откусили… - материализовал ее в Главной Зале и сказал, что так переговоры будет вести удобнее! Рррррр!
- Он что, совсем посветлел, что ли? Это же… - Хоо-Гирра даже зарычал, пожалев, что помог дружку удрать.
- Прямое оскорбление суккубам и инкубам, - отвела за него У-си-линна. - Намек на то, что мы именно такие, какими нас считают! А он ведь знает про сердце в когтях. Теперь понимаешь, почему я?..
- Понимаю… Убить его за такое мало!
Сердце в когтях демона – древний символ, общий для инкубов и суккубов, в некоторых мирах был вообще неизвестен, в других же – официальные религии почитали его знаком того, что демоны забирают и сердце, и Душу. Но на самом деле прекрасная суккуба на древней, старше многих миров, фреске вовсе не забирала сердце. Она отдавала собственное – приносила его в дар тому, кого считала достойным этого Дара. Как знак любви и обещание защиты ценой собственной жизни. Так трактовали древний символ двух кланов здесь, в Ксашаруме.
- Линни, я этого гада, - Гир обнял девушку за плечи, - сам убью… Однажды… Прости, а?
- Гир, я уже почти успокоилась, правда, - вздохнула Линни и, обернувшись к людям, улыбкой их поприветствовала. – Ребята, простите. Я вовсе не хотела вас пугать. Просто… просто… Просто эта ангельскую кровать ни аража не телепортируется. Рах ее каким-то заклинанием закрепил. А я его даже распознать не могу. А ведь скоро девчонки появятся, Президент, да и Шррррр с Муреной. И что мне скажет Императрица, когда увидит это Рахотворение? Не верите? Да вы сами посмотрите!
- Хорошая, кстати, идея… - поддакнул Хоо-гирра.
- ЧТО?! – вновь въярилась суккуба.
- Ребят на вечеринку взять, я хочу сказать, - поспешил исправиться юный демон, - а вовсе не Раховы шуточки.
«Рахотворение» действительно впечатляло, занимая больше двух третей помещения, в котором должна была проходить официальная часть переговоров. Впрочем, стол для этих самых переговоров был на месте, задвинут в дальний угол и скрыт мощной иллюзией. Да уж, Рах расстарался – может, стоило ему сказать, что кроме дорогой его сердцу вечеринки планировались еще переговоры?
Гир сосредоточился, выискивая слабые места в установленной на кровати защите от перемещения. Убрать ее, как защиту, так и кровать, действительно не получилось бы, без участия ее создателя, который сейчас прятался, араж знает где, но наверняка подсматривал. Не сказать, чтобы всех расстраивала эта шуточка – Златка с Ксанкой, хоть и утешали Линни, утащив ее к окну, но улыбались втихаря, а парни даже восхищенно прицокивали, глядя на огромное кроватное поле, которое все больше и больше притягивало взгляд. Притягивало взгляд и корректировало мысли. Нет, черная магия, воистину, самая великая и могучая! Правда, иногда даже Темные Боги падают, споткнувшись о невидимый стол для переговоров. Но добычу из рук не выпускают!
Хорошо, что на людей эта магия не рассчитана, - мелькнула еще здравая мысль, но была растоптана табуном страсти и неудержимого желания. Рухнув вместе с очаровательной суккубой на столь необычную «трибуну для переговоров», Гир напрочь выкинул из головы все мысли, кроме одной. От окончательного позора его спас Президент, выплеснув на голову одуревшего от вожделения демона воду из материализовавшейся в воздухе бочки.
- Ты в порядке? – обеспокоено спросила Линни. – Ой, мама! – пискнула она, вскакивая с кровати и рывком срывая с нее юношу.
Президент не был бы Президентом, если бы бочка, истратив воду, благополучно вернулась бы на своем место, а так… Н-да, с Рахом бы они точно спелись.
- Убью! Обоих! – ласково пообещал Хоо-гирра.
- Меня нельзя! – заявил с гардины Бумер. – Я посол, лицо дипломатически неприкосновенное!
- Так лицо я не буду трогать, - нежно улыбнулся демон, - хвост оторву и все! Ну и пошлю господина посла куда следует! А там, глядишь, и до Раха доберусь!
- Не трогайте Раха, - в распахнутых дверях под ручку с капитаном Ярмолином стояла красавица Измира, старательно отводя взгляд от кровати, - он просто опять перебрал своих грибочков!
- Грибов перебрал, мозгов недобрал, - зло процедил Гир, но Измира его уже не слышала, прихватив Линни в разорванном в клочья платье и девушек, так и не успевших переодеться к празднику, утащила их наряжаться.
Когда, прихорошившись, перемыв всем знакомым косточки и вдоволь насплетничавшись про парней, девушки вернулись, обстановка в зале переговоров не сильно-то изменилась. Разве что стало еще веселее. Парни, сообразившие, что магией кровать с места убрать не удастся, нашли иной выход. Как говорится, против лома нет приема, а грубая сила – она и в Африке грубая сила. Что такое Африка Гир не знал, но совету Президента последовал и, сменив ипостась на боевую, принялся толкать кровать к окну.
- Не пролезет! – прикинув размеры, заявил рассудительный Шанс.
- В дверь ее, в дверь! – подзуживал Император, усевшись на плечо Эжена. – Боком пропихивай!
- Не пролезет! – юрист вновь сунулся туда, куда его не просили.
Трубецкой слушать его не стал, поплевал на руки и принялся за дело. Проклятая кровать оказалась не только замагиченной, но и жутко тяжелой – бывший спецназовец, пыхтя и смахивая ладонью пот, старательно волок мебельного монстра к двери, правда, дотащить не успел – решил немного передохнуть. Хоо-гирра, распахнув тугие створки окна, выходящего в цветущий сад, внимательно оглядел местность. Гира, к сожалению, под окном не было – а как бы славно было спустить кровать ему на голову! – никого другого, к счастью, тоже. Резко обернувшись, юный демон хотел рывком вздернуть край кровати на подоконник, но… та самым загадочным образом вернулась на свое место в центре залы. Почесав когтями затылок и задумчиво процарапав пол шипом на хвосте, Гир шагнул вперед, не заметив, как створки окна сами собой захлопнулись.
- В окно! – подбодрил его Президент.
- В дверь! – не сдавался Император.
- В угол! – внес свою лепту еще один черный кот, материализовавшийся на плече капитана Ярмолина.
Жалобно поскрипывающую кровать очереди перетягивали из стороны в сторону, не обращая никакого внимания на вопли Шанса:
- Не пролезет! И так не пролезет! И там не поместится!
Немного похихикав вместе с примостившейся в мягком кресле Иррррой, девушки усовестились и бросились вразумлять каждая своего парня. Но те упрямо отказывались приходить в себя, вырывая друг у друга несчастную кровать, уже давно пожалевшую, что ее вообще произвели на свет. Свой лоск и помпезность она подрастеряла, но размеры до сих пор внушали уважение.
- В окно!
- В дверь!
- В угол!
По-прежнему звенело парням в уши, но куда тише и с опаской. Никто из наглой троицы первым сдаваться не собирался. Даже когда Измира, глянув на своего капитана под другим углом, заметила тончайшую золотистую паутинку, лишающую парня возможности мыслить здраво, и, взмахом посеребренных коготков разорвав чужое заклинание, вцепилась в длинный черный хвост, вздернув раздраженно шипящего нархана в воздух, поражение он признать не пожелал.
- Не имеете права! Сатрапы! Угнетатели простого народа! Душители прав и свобод! – орал Ирррр, размахивая красным флагом, неизвестно откуда возникшим в его лапах. – У нас демократическое государство! Где свобода слова, я вас спрашиваю?! Где права народа?! Свободу Оппозиции! Сво-бо-ду Оп-по-зи-ции! Сво-бо-ду Оп-по-зи-ции!
«Угнетательница простого народа», до сего дня не подозревавшая, что проживает в демократическом государстве Ксашарум, скатала из мелкого вредителя шарик и со словами «в угол, так в угол» запулила пушистый «снаряд» в дальний угол, который не так давно мог похвастаться лишь огромным железным вазоном изящной ковки, а сейчас украсился декоративно-мяучащей лепниной.
- Ой, - тут же сориентировался Император, - а меня жена зовет!
- Ага, - подорвался следом Президент, - меня тоже!
- Так у тебя же нет жены! – возмущенно прозвучало из пустоты.
- А ты почем знаешь? – ехидный смешок бархатисто прокатился по комнате, и все стихло.
Только недовольный скрип деревянного монстра да тяжелое дыхание мужчин, так и не решивших проблему, нарушали эту мрачноватую гнетущую тишину. Тишину, которая обычно предшествует чему-то очень неприятному.
- Мы не помешали? – раздался от двери насмешливый голос, заставив парочки испуганно порскнуть в стороны.
Мощная дубовая дверь даже не шелохнулась, а вот пространство перед ней пошло рябью, через миг явив приустающим делегацию Ксашарума. Вернее, представителей его младшего поколения. Ну не самого младшего, естественно. Но и Старшим пока говорить не стали. Что они, дураки совсем, сами не договорятся? А вот потом можно в Совет с уже готовым договором пойти, за утверждением.
Прибывшие точно в срок суккубы с улыбкой поглядывали на обнявшиеся смущенные парочки, инкубы, ухмыляясь, пялились на огромную кровать. Воинственные монстры-стрейланы, вредные и злопамятные, коих и позвали только для того, чтобы не злить, настороженно зыркали на людей. Тауриссы, элита Ксашарума, будущие Темные боги, надменно кривили губы, считая собравшихся ниже себя, и завистливо посматривали на Гира, ведь ему уже поклонялись смертные, причем, сразу в нескольких мирах.
Практически одновременно, но, к сожалению, не так точно, открылся еще один портал – серебристый, мерцающий, с яркими черными прожилками – и на кровать свалилась… то бишь, торжественно прибыла делегация нарханов (в человеческом обличье) во главе с венценосной четой, и плюхнувшимся сверху... то есть, немного припозднившимся Президентом.
- Что?! – гневно зашипела Императрица, ухватив мужа за грудки. – Ты же мне обещал, что никаких постельных сцен не будет!
- Милая, ты чего? – выпучил на нее глаза Шррррр. – Я ж только с тобой!
- Ага, - фыркнула она, - а эти десять человек, Президент и Коврик тут, значит, просто так валяются?!
- Это не то, что вы подумали! – попыталась оправдаться Линни сразу перед всеми участниками переговорной вечеринки.
Демоны, даже стрейланы, хохотали, а нарханы, раздраженно шипя и путаясь в непривычных человеческих конечностях, пытались поняться.
- Да, это совсем не то, что это… – подхватил слова любимой Хоо-гирра. – Ну это… Рах… короче…
- А с чего это ты взял, что у меня короче?.. – обиженно надул губы соткавшийся из воздуха Рах.
Одной рукой синеволосый шутник придерживал огромный поднос с гриаром, а второй торопливо расстегивал штаны, собираясь продемонстрировать, что у него таки длиннее.
- Убью, гада! – взревел побагровевший Гир.
- Я помогу! – многообещающе улыбнулась красавица У-си-линна.
- Упс! Кажись, перебор… – буркнул себе под нос Рах и, ловко увернувшись от дружеского кулака, метнулся прямо в стену, сунув в руки только-только отлипнувшей от стены Оппозиции поднос с гриаром.
Удрать ему не позволили – и пусть у него, Гира, короче, зато скорость всегда выше была. Ухватив Раха за ту самую длинную часть… хвост (а вы что подумали?!), Хоо-гирра что есть силы потянул его на себя. Рах взвизгнул, хвост дематериализовался из рук Гира и вместе с хозяином просочился сквозь стену в соседнюю комнату. Темный бог и красавица-суккуба повторили его маневр, лишь заменив визг грозным рычанием.
Что происходит за стеной, гости не видели, зато благодаря одному из тауриссов прекрасно слышали.
- Убью!
- Поймай для начала!
- Кровать, значит?! Поцелуй Истинной Любви, так, да?
- Да чтоб тебе на этой кровати десяток праведниц Житие Святых Великомучеников читали! От начала и до конца!
- А ну слезай с потолка, гад!
- Не, ну а я тут при чем? Я, между прочим, за гриаром бегал, через половину Вселенной мотался! И это благодарность, да?
- Щас я тебе такую благодарность устрою! Будешь синей лепешкой потолок украшать!
- Не, ну чо я-то?! Вон у Мирки своей про кровать спрашивайте!
- Не трогай Мирри! Совсем посветлел, что ли?
- Ну, тогда у ее капитан… А-а-а!
- Убью!
- Переговоры! - схватился за соломинку утопающий, то бишь, уползающий, скорее всего, по потолку. – Что о нас нарханы подумают? Вы же роняете престиж Ксашарума!
- Ксашарум не приплетай! Щас я тебя так уроню! Вместе с престижем! Ты только свою «длинную часть» пониже спусти!
- Иногда молодым демонам очень хочется кого-нибудь убить! – с усмешкой пояснил ситуацию красноволосый таурисс, который включил подслушку. – И бывает, что этот кто-то именно смерти и заслуживает…
- Точно, - радостно оскалили клыки чешуйчатые стрейланы, - причем, медленной и вдумчивой.
- Давайте не будем пугать наших гостей, - урезонила их Измира, обольстительно улыбнувшись нарханам. – Надеюсь, этот небольшой инцидент не повлияет на взаимоотношения между нашими расами, правда?
* * *
Огромный стол, стоящий посреди пиршественной залы, если и не ломился, то уж точно прогибался под тяжестью множества яств и напитков со всех концов обитаемой Вселенной. В центре стола торжественно пустовал поднос – гриар разошелся мгновенно, лучшей рекламы, чем Рах, ему еще никто не делал. Невзрачные с виду шарики, обсыпанные белой пудрой, были тщательно проверены демонами на предмет посторонних примесей (а то с Раха станется) и быстро разобраны гостями и хозяевами. Маленького шарика хватало всего на пару-тройку укусов, но оно того стоило – гриар сам определял, что больше всего хочет отведать сейчас гость, и передавал всю палитру вкуса данного блюда. Вызывая блаженные улыбки на лицах отведавших его. А может, проверка не была такой уж тщательной…
Сам виновник вкусной трапезы скромненько сидел с краю стола под присмотром стрейлана с колючими серыми глазами и менее колючей густой гривой. Чешуйчатая рука ласково обнимала юного таурисса за плечи, не позволяя слинять с вечеринки, заставляя ждать заслуженного наказания, которое пока не придумали. Правда, Президент сказал, что у него есть одна идейка, но ее еще обмозговать надо. Наглые алые глазки Раха хитро щурились, намекая, что боялся он того наказания, как праведник святой воды, и стрейлану следует быть повнимательнее.
Отблески огня, рожденного светом факелов, и золотые блики магических светильников скользили по лицам, создавая романтическую атмосферу, особенно в сочетании со звуками музыки и волшебными голосами двух эльфиек, вдохновенно певших о любви.
Императрица нарханов повернулась к сидящей рядом Линни:
- А я их помню, этих двоих. Они открывали бал во дворце у Князя неделю назад. А теперь они здесь. Они, что…? – округлила глаза Мурена.
Суккуба заливисто рассмеялась:
Не дайте Светлые, еще след возьмет и поймет, с кем он тут развлекается вместе с Рахом, вместо того, чтобы стол накрывать.
- Что случилось, что случилось! – передразнила его девушка. – Рах случился! И уже давно!
- Раха? – Гир максимально достоверно изобразил честные-пречестные глаза. – А разве он уже вернулся? Я же его за гриаром посылал.
- А ты ему точно правильно объяснил, в какой части Вселенной готовят это блюдо? И вообще, что это – блюдо? А не кровать?
- Кро… - теперь глаза выпучились сами собой. - Какая кровать?
- Огромная! – рявкнула разгневанная красотка. - На которой с десяток динозавров поместится! Этот… чтоб ему Ангелы хвост откусили… - материализовал ее в Главной Зале и сказал, что так переговоры будет вести удобнее! Рррррр!
- Он что, совсем посветлел, что ли? Это же… - Хоо-Гирра даже зарычал, пожалев, что помог дружку удрать.
- Прямое оскорбление суккубам и инкубам, - отвела за него У-си-линна. - Намек на то, что мы именно такие, какими нас считают! А он ведь знает про сердце в когтях. Теперь понимаешь, почему я?..
- Понимаю… Убить его за такое мало!
Сердце в когтях демона – древний символ, общий для инкубов и суккубов, в некоторых мирах был вообще неизвестен, в других же – официальные религии почитали его знаком того, что демоны забирают и сердце, и Душу. Но на самом деле прекрасная суккуба на древней, старше многих миров, фреске вовсе не забирала сердце. Она отдавала собственное – приносила его в дар тому, кого считала достойным этого Дара. Как знак любви и обещание защиты ценой собственной жизни. Так трактовали древний символ двух кланов здесь, в Ксашаруме.
- Линни, я этого гада, - Гир обнял девушку за плечи, - сам убью… Однажды… Прости, а?
- Гир, я уже почти успокоилась, правда, - вздохнула Линни и, обернувшись к людям, улыбкой их поприветствовала. – Ребята, простите. Я вовсе не хотела вас пугать. Просто… просто… Просто эта ангельскую кровать ни аража не телепортируется. Рах ее каким-то заклинанием закрепил. А я его даже распознать не могу. А ведь скоро девчонки появятся, Президент, да и Шррррр с Муреной. И что мне скажет Императрица, когда увидит это Рахотворение? Не верите? Да вы сами посмотрите!
- Хорошая, кстати, идея… - поддакнул Хоо-гирра.
- ЧТО?! – вновь въярилась суккуба.
- Ребят на вечеринку взять, я хочу сказать, - поспешил исправиться юный демон, - а вовсе не Раховы шуточки.
«Рахотворение» действительно впечатляло, занимая больше двух третей помещения, в котором должна была проходить официальная часть переговоров. Впрочем, стол для этих самых переговоров был на месте, задвинут в дальний угол и скрыт мощной иллюзией. Да уж, Рах расстарался – может, стоило ему сказать, что кроме дорогой его сердцу вечеринки планировались еще переговоры?
Гир сосредоточился, выискивая слабые места в установленной на кровати защите от перемещения. Убрать ее, как защиту, так и кровать, действительно не получилось бы, без участия ее создателя, который сейчас прятался, араж знает где, но наверняка подсматривал. Не сказать, чтобы всех расстраивала эта шуточка – Златка с Ксанкой, хоть и утешали Линни, утащив ее к окну, но улыбались втихаря, а парни даже восхищенно прицокивали, глядя на огромное кроватное поле, которое все больше и больше притягивало взгляд. Притягивало взгляд и корректировало мысли. Нет, черная магия, воистину, самая великая и могучая! Правда, иногда даже Темные Боги падают, споткнувшись о невидимый стол для переговоров. Но добычу из рук не выпускают!
Хорошо, что на людей эта магия не рассчитана, - мелькнула еще здравая мысль, но была растоптана табуном страсти и неудержимого желания. Рухнув вместе с очаровательной суккубой на столь необычную «трибуну для переговоров», Гир напрочь выкинул из головы все мысли, кроме одной. От окончательного позора его спас Президент, выплеснув на голову одуревшего от вожделения демона воду из материализовавшейся в воздухе бочки.
- Ты в порядке? – обеспокоено спросила Линни. – Ой, мама! – пискнула она, вскакивая с кровати и рывком срывая с нее юношу.
Президент не был бы Президентом, если бы бочка, истратив воду, благополучно вернулась бы на своем место, а так… Н-да, с Рахом бы они точно спелись.
- Убью! Обоих! – ласково пообещал Хоо-гирра.
- Меня нельзя! – заявил с гардины Бумер. – Я посол, лицо дипломатически неприкосновенное!
- Так лицо я не буду трогать, - нежно улыбнулся демон, - хвост оторву и все! Ну и пошлю господина посла куда следует! А там, глядишь, и до Раха доберусь!
- Не трогайте Раха, - в распахнутых дверях под ручку с капитаном Ярмолином стояла красавица Измира, старательно отводя взгляд от кровати, - он просто опять перебрал своих грибочков!
- Грибов перебрал, мозгов недобрал, - зло процедил Гир, но Измира его уже не слышала, прихватив Линни в разорванном в клочья платье и девушек, так и не успевших переодеться к празднику, утащила их наряжаться.
Когда, прихорошившись, перемыв всем знакомым косточки и вдоволь насплетничавшись про парней, девушки вернулись, обстановка в зале переговоров не сильно-то изменилась. Разве что стало еще веселее. Парни, сообразившие, что магией кровать с места убрать не удастся, нашли иной выход. Как говорится, против лома нет приема, а грубая сила – она и в Африке грубая сила. Что такое Африка Гир не знал, но совету Президента последовал и, сменив ипостась на боевую, принялся толкать кровать к окну.
- Не пролезет! – прикинув размеры, заявил рассудительный Шанс.
- В дверь ее, в дверь! – подзуживал Император, усевшись на плечо Эжена. – Боком пропихивай!
- Не пролезет! – юрист вновь сунулся туда, куда его не просили.
Трубецкой слушать его не стал, поплевал на руки и принялся за дело. Проклятая кровать оказалась не только замагиченной, но и жутко тяжелой – бывший спецназовец, пыхтя и смахивая ладонью пот, старательно волок мебельного монстра к двери, правда, дотащить не успел – решил немного передохнуть. Хоо-гирра, распахнув тугие створки окна, выходящего в цветущий сад, внимательно оглядел местность. Гира, к сожалению, под окном не было – а как бы славно было спустить кровать ему на голову! – никого другого, к счастью, тоже. Резко обернувшись, юный демон хотел рывком вздернуть край кровати на подоконник, но… та самым загадочным образом вернулась на свое место в центре залы. Почесав когтями затылок и задумчиво процарапав пол шипом на хвосте, Гир шагнул вперед, не заметив, как створки окна сами собой захлопнулись.
- В окно! – подбодрил его Президент.
- В дверь! – не сдавался Император.
- В угол! – внес свою лепту еще один черный кот, материализовавшийся на плече капитана Ярмолина.
Жалобно поскрипывающую кровать очереди перетягивали из стороны в сторону, не обращая никакого внимания на вопли Шанса:
- Не пролезет! И так не пролезет! И там не поместится!
Немного похихикав вместе с примостившейся в мягком кресле Иррррой, девушки усовестились и бросились вразумлять каждая своего парня. Но те упрямо отказывались приходить в себя, вырывая друг у друга несчастную кровать, уже давно пожалевшую, что ее вообще произвели на свет. Свой лоск и помпезность она подрастеряла, но размеры до сих пор внушали уважение.
- В окно!
- В дверь!
- В угол!
По-прежнему звенело парням в уши, но куда тише и с опаской. Никто из наглой троицы первым сдаваться не собирался. Даже когда Измира, глянув на своего капитана под другим углом, заметила тончайшую золотистую паутинку, лишающую парня возможности мыслить здраво, и, взмахом посеребренных коготков разорвав чужое заклинание, вцепилась в длинный черный хвост, вздернув раздраженно шипящего нархана в воздух, поражение он признать не пожелал.
- Не имеете права! Сатрапы! Угнетатели простого народа! Душители прав и свобод! – орал Ирррр, размахивая красным флагом, неизвестно откуда возникшим в его лапах. – У нас демократическое государство! Где свобода слова, я вас спрашиваю?! Где права народа?! Свободу Оппозиции! Сво-бо-ду Оп-по-зи-ции! Сво-бо-ду Оп-по-зи-ции!
«Угнетательница простого народа», до сего дня не подозревавшая, что проживает в демократическом государстве Ксашарум, скатала из мелкого вредителя шарик и со словами «в угол, так в угол» запулила пушистый «снаряд» в дальний угол, который не так давно мог похвастаться лишь огромным железным вазоном изящной ковки, а сейчас украсился декоративно-мяучащей лепниной.
- Ой, - тут же сориентировался Император, - а меня жена зовет!
- Ага, - подорвался следом Президент, - меня тоже!
- Так у тебя же нет жены! – возмущенно прозвучало из пустоты.
- А ты почем знаешь? – ехидный смешок бархатисто прокатился по комнате, и все стихло.
Только недовольный скрип деревянного монстра да тяжелое дыхание мужчин, так и не решивших проблему, нарушали эту мрачноватую гнетущую тишину. Тишину, которая обычно предшествует чему-то очень неприятному.
- Мы не помешали? – раздался от двери насмешливый голос, заставив парочки испуганно порскнуть в стороны.
Мощная дубовая дверь даже не шелохнулась, а вот пространство перед ней пошло рябью, через миг явив приустающим делегацию Ксашарума. Вернее, представителей его младшего поколения. Ну не самого младшего, естественно. Но и Старшим пока говорить не стали. Что они, дураки совсем, сами не договорятся? А вот потом можно в Совет с уже готовым договором пойти, за утверждением.
Прибывшие точно в срок суккубы с улыбкой поглядывали на обнявшиеся смущенные парочки, инкубы, ухмыляясь, пялились на огромную кровать. Воинственные монстры-стрейланы, вредные и злопамятные, коих и позвали только для того, чтобы не злить, настороженно зыркали на людей. Тауриссы, элита Ксашарума, будущие Темные боги, надменно кривили губы, считая собравшихся ниже себя, и завистливо посматривали на Гира, ведь ему уже поклонялись смертные, причем, сразу в нескольких мирах.
Практически одновременно, но, к сожалению, не так точно, открылся еще один портал – серебристый, мерцающий, с яркими черными прожилками – и на кровать свалилась… то бишь, торжественно прибыла делегация нарханов (в человеческом обличье) во главе с венценосной четой, и плюхнувшимся сверху... то есть, немного припозднившимся Президентом.
- Что?! – гневно зашипела Императрица, ухватив мужа за грудки. – Ты же мне обещал, что никаких постельных сцен не будет!
- Милая, ты чего? – выпучил на нее глаза Шррррр. – Я ж только с тобой!
- Ага, - фыркнула она, - а эти десять человек, Президент и Коврик тут, значит, просто так валяются?!
- Это не то, что вы подумали! – попыталась оправдаться Линни сразу перед всеми участниками переговорной вечеринки.
Демоны, даже стрейланы, хохотали, а нарханы, раздраженно шипя и путаясь в непривычных человеческих конечностях, пытались поняться.
- Да, это совсем не то, что это… – подхватил слова любимой Хоо-гирра. – Ну это… Рах… короче…
- А с чего это ты взял, что у меня короче?.. – обиженно надул губы соткавшийся из воздуха Рах.
Одной рукой синеволосый шутник придерживал огромный поднос с гриаром, а второй торопливо расстегивал штаны, собираясь продемонстрировать, что у него таки длиннее.
- Убью, гада! – взревел побагровевший Гир.
- Я помогу! – многообещающе улыбнулась красавица У-си-линна.
- Упс! Кажись, перебор… – буркнул себе под нос Рах и, ловко увернувшись от дружеского кулака, метнулся прямо в стену, сунув в руки только-только отлипнувшей от стены Оппозиции поднос с гриаром.
Удрать ему не позволили – и пусть у него, Гира, короче, зато скорость всегда выше была. Ухватив Раха за ту самую длинную часть… хвост (а вы что подумали?!), Хоо-гирра что есть силы потянул его на себя. Рах взвизгнул, хвост дематериализовался из рук Гира и вместе с хозяином просочился сквозь стену в соседнюю комнату. Темный бог и красавица-суккуба повторили его маневр, лишь заменив визг грозным рычанием.
Что происходит за стеной, гости не видели, зато благодаря одному из тауриссов прекрасно слышали.
- Убью!
- Поймай для начала!
- Кровать, значит?! Поцелуй Истинной Любви, так, да?
- Да чтоб тебе на этой кровати десяток праведниц Житие Святых Великомучеников читали! От начала и до конца!
- А ну слезай с потолка, гад!
- Не, ну а я тут при чем? Я, между прочим, за гриаром бегал, через половину Вселенной мотался! И это благодарность, да?
- Щас я тебе такую благодарность устрою! Будешь синей лепешкой потолок украшать!
- Не, ну чо я-то?! Вон у Мирки своей про кровать спрашивайте!
- Не трогай Мирри! Совсем посветлел, что ли?
- Ну, тогда у ее капитан… А-а-а!
- Убью!
- Переговоры! - схватился за соломинку утопающий, то бишь, уползающий, скорее всего, по потолку. – Что о нас нарханы подумают? Вы же роняете престиж Ксашарума!
- Ксашарум не приплетай! Щас я тебя так уроню! Вместе с престижем! Ты только свою «длинную часть» пониже спусти!
- Иногда молодым демонам очень хочется кого-нибудь убить! – с усмешкой пояснил ситуацию красноволосый таурисс, который включил подслушку. – И бывает, что этот кто-то именно смерти и заслуживает…
- Точно, - радостно оскалили клыки чешуйчатые стрейланы, - причем, медленной и вдумчивой.
- Давайте не будем пугать наших гостей, - урезонила их Измира, обольстительно улыбнувшись нарханам. – Надеюсь, этот небольшой инцидент не повлияет на взаимоотношения между нашими расами, правда?
* * *
Огромный стол, стоящий посреди пиршественной залы, если и не ломился, то уж точно прогибался под тяжестью множества яств и напитков со всех концов обитаемой Вселенной. В центре стола торжественно пустовал поднос – гриар разошелся мгновенно, лучшей рекламы, чем Рах, ему еще никто не делал. Невзрачные с виду шарики, обсыпанные белой пудрой, были тщательно проверены демонами на предмет посторонних примесей (а то с Раха станется) и быстро разобраны гостями и хозяевами. Маленького шарика хватало всего на пару-тройку укусов, но оно того стоило – гриар сам определял, что больше всего хочет отведать сейчас гость, и передавал всю палитру вкуса данного блюда. Вызывая блаженные улыбки на лицах отведавших его. А может, проверка не была такой уж тщательной…
Сам виновник вкусной трапезы скромненько сидел с краю стола под присмотром стрейлана с колючими серыми глазами и менее колючей густой гривой. Чешуйчатая рука ласково обнимала юного таурисса за плечи, не позволяя слинять с вечеринки, заставляя ждать заслуженного наказания, которое пока не придумали. Правда, Президент сказал, что у него есть одна идейка, но ее еще обмозговать надо. Наглые алые глазки Раха хитро щурились, намекая, что боялся он того наказания, как праведник святой воды, и стрейлану следует быть повнимательнее.
Отблески огня, рожденного светом факелов, и золотые блики магических светильников скользили по лицам, создавая романтическую атмосферу, особенно в сочетании со звуками музыки и волшебными голосами двух эльфиек, вдохновенно певших о любви.
Императрица нарханов повернулась к сидящей рядом Линни:
- А я их помню, этих двоих. Они открывали бал во дворце у Князя неделю назад. А теперь они здесь. Они, что…? – округлила глаза Мурена.
Суккуба заливисто рассмеялась:
