Потому что жила одна, работала, училась заочно, а в свободное от работы и учёбы время постигала искусство использования своих магических способностей. Знакомых в городе мало, все подруги, друзья и родители далеко, в деревне, и даже не знают, что я магесса.
– Конечно, оставлю, – кивнула я.
Решила, пусть лучше кот дома скучает в тепле и сытости, чем бродит по улицам в поисках еды и крова. Похоже, он тоже так думал, потому что очень обрадовался новому жилью, вёл себя хорошо, обои и диваны не драл, углы не метил, и не доставлял мне особых хлопот.
После того, как я помыла котенка, он стал совершенно рыжим, почти точно в цвет моих волос, только полосатый, а у меня, как вы понимаете, на волосах полосок нет. А когда прошло два месяца, и цвет глаз у него стал зеленым, как у меня.
Нарекла кота Котофей, в просторечии Котя.
Имя ему понравилось.
И мы уже три года живём душа в душу.
Я, кстати, о своих магических способностях тоже не знала, меня Клеопатра Константиновна просветила.
Дело было так. Мне было семнадцать, я приехала в город поступать в юридический. Не прошла по конкурсу, и была очень расстроена. Потому что не хотела возвращаться в деревню, по крайней мере, сейчас. Жалела, что не подала документы еще в какие-нибудь учебные заведения. Хотела в медицинский, но тоже вряд ли прошла бы по конкурсу. Да и родители были сильно против меда. С трудом уговорила их отпустить меня поступать в юридический. Они вообще хотели, чтобы я никуда не поступала, а вышла замуж за сына наших соседей-фермеров.
А я его с детства не перевариваю! Вот и решила уехать. За пять лет, пока я буду учиться, надеялась, он другую невесту найдёт.
Но вот, не поступила, сидела в парке и раздумывала, куда податься, но точно не домой.
Нужно поступить на заочное отделение, и устроиться куда-нибудь на работу, чтобы сразу дали общежитие. Где-то наверняка такая работа есть. Но я никого и ничего в городе не знала, и обратиться за советом было не к кому. В большом городе одна я оказалась впервые. Дорогу знала только от железнодорожного вокзала до университета, очень боялась заблудиться, а навигатором на смартфоне пользоваться не умела, у нас в деревне эта опция без надобности.
Я сидела недалеко от детской площадки, и от нечего делать наблюдала за играющими детьми. Вдруг увидела, как один мальчик толкнул другого с горки, не по скату, а через перила. Мальчик перекувыркнулся через ограждение и полетел вниз. Не знаю, мог ли он убиться, упав с высоты двух метров, но ушибся бы точно. Я сгустила воздух под ним. И он приземлился удачно. Встал, и, как ни в чём не бывало, снова побежал на горку.
Все, кому я говорила, что умею сгущать воздух, не верили, а только смеялись. Я даже демонстрировать пыталась своё умение. Но те, кто падал и не ушибался, ничего необычного не замечали, считали, что я тут не причем, им просто повезло. Мама говорила, что у меня богатая фантазия. Поэтому про то, что я еще кое-что умею, даже никому и не говорила. Магией это не считала, думала, все так смогут, если захотят, только не хотят или не знают об этом. Я, например, случайно узнала.
Тут ко мне подсела красивая женщина на вид лет тридцати пяти и доброжелательно спросила:
– А что еще ты умеешь?
Я сразу решила, что это она о сгущении воздуха. Ну, наконец-то нашёлся хоть один человек, который понял! Но всё же осторожно спросила:
– Умею что?
– Спасать маленьких мальчиков от ушибов, – улыбнулась она.
– А вы тоже умеете? – спросила я.
– Умею. И еще многое другое, – ответила женщина.
– И я тоже еще кое-что умею, – призналась я.
Довольная, что меня внимательно слушают, я рассказала обо всём, что умею, и в конце добавила:
– Но почему-то никто не верит, все только смеются.
– Потому что это магия, детка, – сказала моя собеседница. – А её официально не существует.
– Так я... и вы тоже, колдуньи, что ли? – наивно спросила я.
– Ну, зачем так грубо, – женщина снова улыбнулась. – Мы – магессы. От слова магия. И то, что мы делаем, не колдовство, а применение энергии метафизического поля. Их способен применять только один процент людей. Так что тебе повезло. Но почему ты сидишь здесь уже целый час и грустишь?
Я рассказала о том, что не поступила в университет, а домой ехать не хочу.
– Тебе семнадцать? – удивилась она. – А я думала, тринадцать. Но так молодо выглядеть совсем не плохо.
– Что уж хорошего, – вздохнула я. – Все за малолетку принимают.
– Что ж, мне тоже повезло, что я тебя встретила, – сказала собеседница. – Будем знакомы. Меня зовут Клеопатра Константиновна Египетская. А как твоё имя?
– Ольга Орлова, – представилась я.
– Оля, пойдёшь работать ко мне в детективное агентство? Зарплата достойная и жильё сразу получишь.
– Конечно, пойду! – обрадовалась я.
Это же решает сразу все мои проблемы! Но тут же сникла и добавила:
– Только чем я смогу заниматься в детективном агентстве с моими одиннадцатью классами?
Разве что полы мыть, хотя и на это согласна.
– Мне неважно, какое у тебя образование, – сказала Клеопатра Константиновна. – Важны твои способности к магии. Ты мечтала стать юристом или врачом и спасать жизни. Ты будешь. А образование получишь заочно, если захочешь.
Так я попала в детективное «Агентство хороших новостей». Мне сразу выделили однокомнатную квартиру в доме неподалёку, где жили многие из тех, кто работает в агентстве. А от зарплаты я пришла в полный восторг. Столько получали мама и папа вместе, она, работая в совхозе агрономом, а он водителем разных машин от легковушки до комбайна. И это меня взяли всего лишь магом без уровня, то есть практикантом.
На первый взгляд, наше агентство не слишком отличается от других. Когда вы приходите к нам, попадаете в фойе, где за стойкой регистрации находится секретарь – или несколько, если посетителей сразу много. Никаких электронных секретарей и талонов, просто подходите и говорите, по какому делу.
Например, вы подозреваете, что жених вашей дочери – брачный аферист, и хотите вывести его на чистую воду. Секретарь регистрирует ваше дело, и направляет вас в исполнительный отдел, где сидят следователи, к конкретному детективу, который подробно выслушает вас и возьмется за расследование. Потом вы идёте в кассу, платите по прейскуранту определённую сумму, отправляетесь домой, и ждёте результат.
Это – открытая часть работы агентства. Магические услуги населению мы не оказываем. То есть, конечно, оказываем, то тайно, и просить нас об этом не нужно.
Когда я позвонила домой и радостно сообщила, что поступила на заочное, устроилась на работу в детективное агентство, получила жильё, и буду получать приличную зарплату, мама сказала:
– Ой, что-то не верю я, Оленька, что всё так радужно, как ты рассказываешь. Да кем ты вообще в детективном агентстве работать можешь?
– Секретарём, – ответила я.
Это для всех, кто думает, что магии не существует, я – секретарь. А если кто-то удивится, зачем в нашем агентстве девять секретарей, им объяснят, что мы помимо компьютерной документации ведём ещё и по старинке рукописную. Не только на компьютере печатаем и на сервере храним, а еще пишем от руки на бумаге. Складываем дела в толстые папки и храним в архиве вместе с коробками улик. Вот такое у нас старомодное агентство.
К этому мама отнеслась еще подозрительнее. Сказала:
– Может, ты не в детективное, а в эскортное агентство устроилась, а, дочка? Немедленно увольняйся и возвращайся домой!
– Мам, не смеши меня, – ответила я. – Какая из меня эскортница с моей-то внешностью?
Вообще-то я не уродина, а вполне себе симпатичная девушка. Фигура стройная и пропорциональная, хотя рост небольшой. А лицо – то, что сейчас называют «беби-фейс». В семнадцать лет выглядела на тринадцать, а сейчас, в двадцать три, выгляжу, как пятнадцатилетняя девчонка. Да еще и рыжая. Хорошо, что хотя бы веснушек нет, а то была бы как Антошка из мультфильма, которого зовут копать картошку.
Мама согласилась:
– Да, это так, но есть ведь и такие богатенькие личности, которым нравится экзотика.
Экзотикой она называла мою рыжесть и детскость. В кого такая уродилась, непонятно. Говорила, что рыжих в нашем роду никогда не было.
Вообще-то она права, есть такие, кому нравится моя «экзотика».
Например, Венька Шапкин, сын наших соседей-фермеров. Он еще со школы ко мне сватался, а учился на один класс старше. Вот родители и пытались выдать меня замуж за него. И даже не только потому, что он богатенький, а просто считали, что другого жениха я вообще не найду по причине своей детской внешности. И должна считать за счастье, что нравлюсь симпатичному и не глупому парню.
А я подозревала, что Веньку вовсе не на мою экзотику тянет, а к маленьким девочкам. В школе вечно около пятиклассниц тусовался. Но он не дурак, и связываться с несовершеннолетними не будет. А я для него два в одном, и не малолетка, и выгляжу, как они.
Целый месяц мама порывалась приехать и забрать меня домой. Но сентябрь в деревне очень напряжённая пора, и у неё никак не получалось. А когда я прислала родителям половину своей зарплаты, они решили, что я могу еще немного в этом детективном агентстве поработать. Тем более что мне уже в октябре восемнадцать исполнилось, и забрать меня домой без моего согласия они не могли. А еще Клеопатра Константиновна авторитетно поговорила с моими родителями по телефону, и они перестали сомневаться в том, что наше агентство не эскортное. Я подозревала, что она применила убеждающую магию голоса, а я еще так не умела.
С тех пор я много заданий выполнила, и одна, и в парах с практикантами, в парах и с группами магов всех трёх уровней.
Родители не раз приезжали ко мне в гости и убедились, что я на самом деле работаю в детективном агентстве, и уже не секретарём, а следователем, как только получила второй уровень. Но они не знают, что следователей у нас в агентстве два типа – от слова расследовать, и от слова следовать, то есть идти туда, где вот-вот должно что-то случиться, или наоборот, не случиться. И, следуя своей интуиции, сделать так, чтобы событие произошло наиболее благоприятным образом, а не так, как его видел медиум.
– А Вениамин твой недавно женился, – сообщила мне мама, когда они с папой приехали на мой двадцать первый день рождения.
– Почему это мой? – возмутилась я.
– Ну, не ко мне же он сватался, – ответила мама. – Не дождался, когда ты из города вернёшься.
– Я вам не раз говорила, что не собираюсь возвращаться. А если вы ему эту информацию не передали, это не мои проблемы.
– И всё-таки зря ты за него не вышла, – вздохнула мама. – Так вот и проживёшь всю жизнь с котом. А нам внуков хочется. Всё твои одноклассницы уже замужем. А у некоторых и дети есть.
Конечно, я тоже хотела и детей, и замуж, но по любви, а не потому что уже пора. И уж лучше жить одной, чем с этим озабоченным.
Мне двадцать три, а жениха нет и не предвидится. Парни у меня были, но такого, чтобы потерять голову от любви, со мной никогда не случалось. Наверное, у меня всё еще впереди.
Да, некоторые парни очень нравились. Если бы позвали замуж, скорее всего, пошла бы. Но пока ни один не позвал.
Но если парень говорит: «Оля, ты мне очень нравишься, только вот если бы ты была блондинкой или брюнеткой, не казалась бы девчонкой». А мне мой цвет волос нравится, и перекрашиваться не хочу. Это ж каждые две недели надо отросшие корни подкрашивать, а у меня времени на это нет. Или: «Может быть, Оля, что-нибудь сделаешь со своим лицом, чтобы выглядеть взрослее? Накрасишься, может, что ли? А то везде, куда тебя ни приведешь, у тебя паспорт требуют». С такими расстаюсь сразу, без сожаления. Хотя да, паспорт у меня спрашивают даже при входе в кино на вечерний сеанс. Я привыкла, всегда ношу с собой.
И почему все считают, что счастье – это выйти замуж? Мне вообще-то и так неплохо.
Ладно, надо заканчивать предаваться воспоминаниям и пустым размышлениям, пора узнать, что за задание подсу… э-э… поручила мне Клеопатра Константиновна.
Я, наконец, открыла папку с делом.
В ней было всего два листа формата А4, один исписанный на две трети размашистым почерком самого старшего медиума аналитического отдела Алёны Алексеевны. На втором было то же самое, только отпечатанное секретарём на компьютере, и занимало половину листа. Магам выдают оба листка, а то вдруг почерк не сможем разобрать. Я всегда сначала читаю рукописный текст, и только потом печатный. Характер рукописного текста – спокойный, взволнованный, торопливый и т.д. – в какой-то мере помогает понять проблему, увиденную медиумом.
Итак, из описания дела я поняла, что мне следует предотвратить расставание одной супружеской пары. Потому что если они расстанутся сейчас, не родится их ребёнок, который, когда вырастет, станет гениальным конструктором космических кораблей, и спроектирует звездолёт, способный летать к планетам Солнечной системы, и даже к ближайшим звёздам, не затрачивая на это целые жизни экипажа.
Конечно, до этого еще очень много времени пройдёт. И действительно ли этот мальчик… или девочка станет гениальным конструктором, вилами на воде написано. Но разве можно упустить такую возможность? Даже если ребёнок не станет конструктором, значит, проявит себя в чём-то другом.
Поэтому он должен родиться.
Информации, конечно, маловато. Но не стоит требовать от медиумов точности и чёткости описания событий, которые еще не произошли. Они видят будущее, это уже из области фантастики. То есть магии. Они тоже маги, но пассивные. Если мы, обычные маги, что-то можем изменить, то они – не могут, только видят.
И очень плохо, когда медиумы становятся гадалками или предсказателями, а не работают в нашем агентстве.
Человек не должен знать своего будущего. Опасность – в попытках самому предотвратить предсказание. Потому что это на самом деле может привести к тому, что предсказанное случится.
Например, вы волновались, что не пройдёте собеседование, и вас не примут на работу, о которой мечтали. Вы пошли к гадалке, и она сказала, да, не пройдёте. И вы вообще не пошли на это собеседование. А вот если бы пошли, могли бы и получить работу своей мечты. Потому что будущее не статично, ему свойственно меняться. Медиум видит только наиболее вероятное событие. Но может ведь случиться и невероятное. Даже если вероятность пройти собеседование составляет всего десять процентов, она есть, и не использовать шанс глупо. А если бы гадалка не была медиумом, она, конечно, сказала бы, что вы пройдете собеседование. И вы были бы очень разочарованы, не получив обещанного.
Спасибо и на том, что медиум указала место проживания супругов, имя жены – Наташа, примерный возраст супругов и примерное время их ссоры, после которой они расстанутся.
В общем-то, не такое уж сложное задание. Подобное у меня было, и я его выполнила. Может, потому и это дело отдали мне.
В тот раз мне нужно было предотвратить ссору супругов. Когда они начали ругаться, их четырнадцатилетний сын сбежал из дома, связался с плохой компанией, и в результате попал в колонию. А мальчик-то был неплохой.
Для выполнения задания все средства хороши. Кроме убийства, конечно. Ну, и окружающие тоже пострадать не должны.
Магию пришлось применить только для того чтобы выглядеть представительной тётей лет сорока.
– Конечно, оставлю, – кивнула я.
Решила, пусть лучше кот дома скучает в тепле и сытости, чем бродит по улицам в поисках еды и крова. Похоже, он тоже так думал, потому что очень обрадовался новому жилью, вёл себя хорошо, обои и диваны не драл, углы не метил, и не доставлял мне особых хлопот.
После того, как я помыла котенка, он стал совершенно рыжим, почти точно в цвет моих волос, только полосатый, а у меня, как вы понимаете, на волосах полосок нет. А когда прошло два месяца, и цвет глаз у него стал зеленым, как у меня.
Нарекла кота Котофей, в просторечии Котя.
Имя ему понравилось.
И мы уже три года живём душа в душу.
ГЛАВА 2
Я, кстати, о своих магических способностях тоже не знала, меня Клеопатра Константиновна просветила.
Дело было так. Мне было семнадцать, я приехала в город поступать в юридический. Не прошла по конкурсу, и была очень расстроена. Потому что не хотела возвращаться в деревню, по крайней мере, сейчас. Жалела, что не подала документы еще в какие-нибудь учебные заведения. Хотела в медицинский, но тоже вряд ли прошла бы по конкурсу. Да и родители были сильно против меда. С трудом уговорила их отпустить меня поступать в юридический. Они вообще хотели, чтобы я никуда не поступала, а вышла замуж за сына наших соседей-фермеров.
А я его с детства не перевариваю! Вот и решила уехать. За пять лет, пока я буду учиться, надеялась, он другую невесту найдёт.
Но вот, не поступила, сидела в парке и раздумывала, куда податься, но точно не домой.
Нужно поступить на заочное отделение, и устроиться куда-нибудь на работу, чтобы сразу дали общежитие. Где-то наверняка такая работа есть. Но я никого и ничего в городе не знала, и обратиться за советом было не к кому. В большом городе одна я оказалась впервые. Дорогу знала только от железнодорожного вокзала до университета, очень боялась заблудиться, а навигатором на смартфоне пользоваться не умела, у нас в деревне эта опция без надобности.
Я сидела недалеко от детской площадки, и от нечего делать наблюдала за играющими детьми. Вдруг увидела, как один мальчик толкнул другого с горки, не по скату, а через перила. Мальчик перекувыркнулся через ограждение и полетел вниз. Не знаю, мог ли он убиться, упав с высоты двух метров, но ушибся бы точно. Я сгустила воздух под ним. И он приземлился удачно. Встал, и, как ни в чём не бывало, снова побежал на горку.
Все, кому я говорила, что умею сгущать воздух, не верили, а только смеялись. Я даже демонстрировать пыталась своё умение. Но те, кто падал и не ушибался, ничего необычного не замечали, считали, что я тут не причем, им просто повезло. Мама говорила, что у меня богатая фантазия. Поэтому про то, что я еще кое-что умею, даже никому и не говорила. Магией это не считала, думала, все так смогут, если захотят, только не хотят или не знают об этом. Я, например, случайно узнала.
Тут ко мне подсела красивая женщина на вид лет тридцати пяти и доброжелательно спросила:
– А что еще ты умеешь?
Я сразу решила, что это она о сгущении воздуха. Ну, наконец-то нашёлся хоть один человек, который понял! Но всё же осторожно спросила:
– Умею что?
– Спасать маленьких мальчиков от ушибов, – улыбнулась она.
– А вы тоже умеете? – спросила я.
– Умею. И еще многое другое, – ответила женщина.
– И я тоже еще кое-что умею, – призналась я.
Довольная, что меня внимательно слушают, я рассказала обо всём, что умею, и в конце добавила:
– Но почему-то никто не верит, все только смеются.
– Потому что это магия, детка, – сказала моя собеседница. – А её официально не существует.
– Так я... и вы тоже, колдуньи, что ли? – наивно спросила я.
– Ну, зачем так грубо, – женщина снова улыбнулась. – Мы – магессы. От слова магия. И то, что мы делаем, не колдовство, а применение энергии метафизического поля. Их способен применять только один процент людей. Так что тебе повезло. Но почему ты сидишь здесь уже целый час и грустишь?
Я рассказала о том, что не поступила в университет, а домой ехать не хочу.
– Тебе семнадцать? – удивилась она. – А я думала, тринадцать. Но так молодо выглядеть совсем не плохо.
– Что уж хорошего, – вздохнула я. – Все за малолетку принимают.
– Что ж, мне тоже повезло, что я тебя встретила, – сказала собеседница. – Будем знакомы. Меня зовут Клеопатра Константиновна Египетская. А как твоё имя?
– Ольга Орлова, – представилась я.
– Оля, пойдёшь работать ко мне в детективное агентство? Зарплата достойная и жильё сразу получишь.
– Конечно, пойду! – обрадовалась я.
Это же решает сразу все мои проблемы! Но тут же сникла и добавила:
– Только чем я смогу заниматься в детективном агентстве с моими одиннадцатью классами?
Разве что полы мыть, хотя и на это согласна.
– Мне неважно, какое у тебя образование, – сказала Клеопатра Константиновна. – Важны твои способности к магии. Ты мечтала стать юристом или врачом и спасать жизни. Ты будешь. А образование получишь заочно, если захочешь.
Так я попала в детективное «Агентство хороших новостей». Мне сразу выделили однокомнатную квартиру в доме неподалёку, где жили многие из тех, кто работает в агентстве. А от зарплаты я пришла в полный восторг. Столько получали мама и папа вместе, она, работая в совхозе агрономом, а он водителем разных машин от легковушки до комбайна. И это меня взяли всего лишь магом без уровня, то есть практикантом.
На первый взгляд, наше агентство не слишком отличается от других. Когда вы приходите к нам, попадаете в фойе, где за стойкой регистрации находится секретарь – или несколько, если посетителей сразу много. Никаких электронных секретарей и талонов, просто подходите и говорите, по какому делу.
Например, вы подозреваете, что жених вашей дочери – брачный аферист, и хотите вывести его на чистую воду. Секретарь регистрирует ваше дело, и направляет вас в исполнительный отдел, где сидят следователи, к конкретному детективу, который подробно выслушает вас и возьмется за расследование. Потом вы идёте в кассу, платите по прейскуранту определённую сумму, отправляетесь домой, и ждёте результат.
Это – открытая часть работы агентства. Магические услуги населению мы не оказываем. То есть, конечно, оказываем, то тайно, и просить нас об этом не нужно.
Когда я позвонила домой и радостно сообщила, что поступила на заочное, устроилась на работу в детективное агентство, получила жильё, и буду получать приличную зарплату, мама сказала:
– Ой, что-то не верю я, Оленька, что всё так радужно, как ты рассказываешь. Да кем ты вообще в детективном агентстве работать можешь?
– Секретарём, – ответила я.
Это для всех, кто думает, что магии не существует, я – секретарь. А если кто-то удивится, зачем в нашем агентстве девять секретарей, им объяснят, что мы помимо компьютерной документации ведём ещё и по старинке рукописную. Не только на компьютере печатаем и на сервере храним, а еще пишем от руки на бумаге. Складываем дела в толстые папки и храним в архиве вместе с коробками улик. Вот такое у нас старомодное агентство.
К этому мама отнеслась еще подозрительнее. Сказала:
– Может, ты не в детективное, а в эскортное агентство устроилась, а, дочка? Немедленно увольняйся и возвращайся домой!
– Мам, не смеши меня, – ответила я. – Какая из меня эскортница с моей-то внешностью?
Вообще-то я не уродина, а вполне себе симпатичная девушка. Фигура стройная и пропорциональная, хотя рост небольшой. А лицо – то, что сейчас называют «беби-фейс». В семнадцать лет выглядела на тринадцать, а сейчас, в двадцать три, выгляжу, как пятнадцатилетняя девчонка. Да еще и рыжая. Хорошо, что хотя бы веснушек нет, а то была бы как Антошка из мультфильма, которого зовут копать картошку.
Мама согласилась:
– Да, это так, но есть ведь и такие богатенькие личности, которым нравится экзотика.
Экзотикой она называла мою рыжесть и детскость. В кого такая уродилась, непонятно. Говорила, что рыжих в нашем роду никогда не было.
Вообще-то она права, есть такие, кому нравится моя «экзотика».
Например, Венька Шапкин, сын наших соседей-фермеров. Он еще со школы ко мне сватался, а учился на один класс старше. Вот родители и пытались выдать меня замуж за него. И даже не только потому, что он богатенький, а просто считали, что другого жениха я вообще не найду по причине своей детской внешности. И должна считать за счастье, что нравлюсь симпатичному и не глупому парню.
А я подозревала, что Веньку вовсе не на мою экзотику тянет, а к маленьким девочкам. В школе вечно около пятиклассниц тусовался. Но он не дурак, и связываться с несовершеннолетними не будет. А я для него два в одном, и не малолетка, и выгляжу, как они.
Целый месяц мама порывалась приехать и забрать меня домой. Но сентябрь в деревне очень напряжённая пора, и у неё никак не получалось. А когда я прислала родителям половину своей зарплаты, они решили, что я могу еще немного в этом детективном агентстве поработать. Тем более что мне уже в октябре восемнадцать исполнилось, и забрать меня домой без моего согласия они не могли. А еще Клеопатра Константиновна авторитетно поговорила с моими родителями по телефону, и они перестали сомневаться в том, что наше агентство не эскортное. Я подозревала, что она применила убеждающую магию голоса, а я еще так не умела.
С тех пор я много заданий выполнила, и одна, и в парах с практикантами, в парах и с группами магов всех трёх уровней.
Родители не раз приезжали ко мне в гости и убедились, что я на самом деле работаю в детективном агентстве, и уже не секретарём, а следователем, как только получила второй уровень. Но они не знают, что следователей у нас в агентстве два типа – от слова расследовать, и от слова следовать, то есть идти туда, где вот-вот должно что-то случиться, или наоборот, не случиться. И, следуя своей интуиции, сделать так, чтобы событие произошло наиболее благоприятным образом, а не так, как его видел медиум.
– А Вениамин твой недавно женился, – сообщила мне мама, когда они с папой приехали на мой двадцать первый день рождения.
– Почему это мой? – возмутилась я.
– Ну, не ко мне же он сватался, – ответила мама. – Не дождался, когда ты из города вернёшься.
– Я вам не раз говорила, что не собираюсь возвращаться. А если вы ему эту информацию не передали, это не мои проблемы.
– И всё-таки зря ты за него не вышла, – вздохнула мама. – Так вот и проживёшь всю жизнь с котом. А нам внуков хочется. Всё твои одноклассницы уже замужем. А у некоторых и дети есть.
Конечно, я тоже хотела и детей, и замуж, но по любви, а не потому что уже пора. И уж лучше жить одной, чем с этим озабоченным.
Мне двадцать три, а жениха нет и не предвидится. Парни у меня были, но такого, чтобы потерять голову от любви, со мной никогда не случалось. Наверное, у меня всё еще впереди.
Да, некоторые парни очень нравились. Если бы позвали замуж, скорее всего, пошла бы. Но пока ни один не позвал.
Но если парень говорит: «Оля, ты мне очень нравишься, только вот если бы ты была блондинкой или брюнеткой, не казалась бы девчонкой». А мне мой цвет волос нравится, и перекрашиваться не хочу. Это ж каждые две недели надо отросшие корни подкрашивать, а у меня времени на это нет. Или: «Может быть, Оля, что-нибудь сделаешь со своим лицом, чтобы выглядеть взрослее? Накрасишься, может, что ли? А то везде, куда тебя ни приведешь, у тебя паспорт требуют». С такими расстаюсь сразу, без сожаления. Хотя да, паспорт у меня спрашивают даже при входе в кино на вечерний сеанс. Я привыкла, всегда ношу с собой.
И почему все считают, что счастье – это выйти замуж? Мне вообще-то и так неплохо.
Ладно, надо заканчивать предаваться воспоминаниям и пустым размышлениям, пора узнать, что за задание подсу… э-э… поручила мне Клеопатра Константиновна.
Я, наконец, открыла папку с делом.
В ней было всего два листа формата А4, один исписанный на две трети размашистым почерком самого старшего медиума аналитического отдела Алёны Алексеевны. На втором было то же самое, только отпечатанное секретарём на компьютере, и занимало половину листа. Магам выдают оба листка, а то вдруг почерк не сможем разобрать. Я всегда сначала читаю рукописный текст, и только потом печатный. Характер рукописного текста – спокойный, взволнованный, торопливый и т.д. – в какой-то мере помогает понять проблему, увиденную медиумом.
Итак, из описания дела я поняла, что мне следует предотвратить расставание одной супружеской пары. Потому что если они расстанутся сейчас, не родится их ребёнок, который, когда вырастет, станет гениальным конструктором космических кораблей, и спроектирует звездолёт, способный летать к планетам Солнечной системы, и даже к ближайшим звёздам, не затрачивая на это целые жизни экипажа.
Конечно, до этого еще очень много времени пройдёт. И действительно ли этот мальчик… или девочка станет гениальным конструктором, вилами на воде написано. Но разве можно упустить такую возможность? Даже если ребёнок не станет конструктором, значит, проявит себя в чём-то другом.
Поэтому он должен родиться.
Информации, конечно, маловато. Но не стоит требовать от медиумов точности и чёткости описания событий, которые еще не произошли. Они видят будущее, это уже из области фантастики. То есть магии. Они тоже маги, но пассивные. Если мы, обычные маги, что-то можем изменить, то они – не могут, только видят.
И очень плохо, когда медиумы становятся гадалками или предсказателями, а не работают в нашем агентстве.
Человек не должен знать своего будущего. Опасность – в попытках самому предотвратить предсказание. Потому что это на самом деле может привести к тому, что предсказанное случится.
Например, вы волновались, что не пройдёте собеседование, и вас не примут на работу, о которой мечтали. Вы пошли к гадалке, и она сказала, да, не пройдёте. И вы вообще не пошли на это собеседование. А вот если бы пошли, могли бы и получить работу своей мечты. Потому что будущее не статично, ему свойственно меняться. Медиум видит только наиболее вероятное событие. Но может ведь случиться и невероятное. Даже если вероятность пройти собеседование составляет всего десять процентов, она есть, и не использовать шанс глупо. А если бы гадалка не была медиумом, она, конечно, сказала бы, что вы пройдете собеседование. И вы были бы очень разочарованы, не получив обещанного.
Спасибо и на том, что медиум указала место проживания супругов, имя жены – Наташа, примерный возраст супругов и примерное время их ссоры, после которой они расстанутся.
В общем-то, не такое уж сложное задание. Подобное у меня было, и я его выполнила. Может, потому и это дело отдали мне.
В тот раз мне нужно было предотвратить ссору супругов. Когда они начали ругаться, их четырнадцатилетний сын сбежал из дома, связался с плохой компанией, и в результате попал в колонию. А мальчик-то был неплохой.
Для выполнения задания все средства хороши. Кроме убийства, конечно. Ну, и окружающие тоже пострадать не должны.
Магию пришлось применить только для того чтобы выглядеть представительной тётей лет сорока.
