- Конечно смогу! – не веря в такую редкую удачу, воскликнул Славик. - Но зачем тебе это? Тебя наверняка столько людей интересных окружает!
- Угу. Но они все взрослые серьезные дядьки! Я просил Кирана познакомить меня с детьми. Пара сотрудников привели в лабораторию своих чад. Но те меня боятся, да и глупенькие еще. А ты как раз моего возраста.
- Правда?
- Ну почти. Если честно, то я тебя на пару лет старше. Но это физически, а психологию в меня Киран вложил как у подростка. Умного подростка.
И он рассмеялся.
- Ну так как, ты согласен повозиться со мной?
- Конечно!
Компи ушел и Станислав промаялся в ожидании два часа. Парень не знал куда себя деть. Но вот коммуникатор мелодично пропел и со спешно растянутого экранчика подтянутый молодой человек сообщил, что Станиславу Бойченко оформлен допуск в одну из закрытых зон, и что ему следует незамедлительно пройти в корпус номер двадцать три для инструктажа.
Юноша стоически выдержал серьезные разговоры с безопасниками, выслушал инструктаж и был пропущен к небольшому двухэтажному дому, где располагался кибернетический отдел.
На пороге его встретил темноволосый смуглый мужчина, в котором Славик с замиранием сердца узнал самого Кирана Чаудхари.
Тот оказался очень улыбчивым и удивительно легким в общении, прямо как его создание, к которому проводил Славика.
И началась совершенно невероятная жизнь.
Станислав ходил сюда, как на работу. На ужасно интересную и приятную работу.
Когда Компи был занят, молодой курсант помогал со всякими мелочами. Он очень легко осваивал приборы и оборудование, так что Киран даже выхлопотал ему временную должность лаборанта с неплохим окладом.
- Не надо! – попытался протестовать Славик. – Я и так вам помогать буду!
- Ничего, деньги лишними не бывают, - веско произнес Киран. – К тому же это пойдет тебе в личное дело, будет еще один плюсик, если действительно будешь пытаться считать космонавтом.
Парень смущенно покраснел, кивнул.
- Вот и замечательно!
А когда только Компи мог, он старался как можно больше общаться с новым другом.
Они вместе бегали по полосе препятствий, Славик учил неуклюжее кибернетическое создание играть в баскетбол, просто гуляли по огороженной территории или сидели на берегу небольшого пруда.
- Жалко я не могу плавать, - вздыхал Компи. – Просто жуть, как хочу научиться! Но этот аватар только наполовину собран из композитов. Остальное – металл. Так что я слишком тяжелый и разве что по дну могу ходить.
- Да, жалко, - поддержал друга Славик. Самому ему ужасно хотелось освежиться, но он сдерживал себя, чтобы не дразнить Компи.
- Вообще, этот прототип жутко несовершенный! – продолжал искин. – Его делали для людей, а под меня лишь приспособили.
- Для людей? – удивился Станислав.
- Ага, японская программа «Аватар». Слыхал?
- Совсем немного, - вздохнул Славик. – О ней открытой информации кот наплакал. Вроде бы джаксовцы хотят использовать дистанционно управляемых роботов на Луне. Так?
- Почти, - усмехнулся Компи. – Ты о виртуальной реальности слышал?
- Естественно. Но она тут каким боком?
- Обеими. А еще задом и передом. Люди будут не просто управлять андроидами, а как бы переноситься в их тела. Чувствовать их руками, видеть глазами. И управлять аватарами, как собственными телами.
- Кру-уто! – выдохнул Славик и спохватился: - А это не слишком секретная информация? Тебе ничего не будет, что рассказал?
- Не-а! Киран разрешил. Ты бы и так все понял, общаясь со мной. Ведь особой разницы нет чей дух по радиоволнам вселился в аватара – человека или искина. Только мне, в отличие от людей, приходится учиться всему с нуля. Двигаться, ходить, бегать и прыгать. Управляться с руками.
- Да, нелегко тебе, - посочувствовал другу Славик.
- Зато, до жути интересно! Вот бы еще мимические мышцы сымитировали бы! Очень хочется научиться проявлять эмоции не только голосом. Но японцам не до этого. Да и русским. Киран днями и ночами пропадает в лаборатории и все сотрудники загружены выше головы. У них идет финальная отладка целых четырех искинов для лунных баз.
- Четырех? – поразился Славик, но быстро сообразил: - А! Ну да! Русской орбиралки и на поверхности, французской и японской орбитальной, да?
- Именно. Там такая шебутная семейка будет! Я тоже участвую в проекте, и буду с ними на постоянной связи первые месяцы. Так что пока не до моего аватара. Но потом я насяду на Кирана так, что ему придется снабдить следующее тело подвижным лицом. А заодно сделать его плавучим!
Через две недели Славику пришлось возвращаться на Родину в Николаевскую республику.
Ужасно не хотелось прерывать общение с Компи. Да и тому тоже.
Поэтому приятели договорились, что искин тоже создаст себе персонажа в «Любви и Смерти». Правда, тогда у Славика будет меньше возможностей общаться там с Элен. Но они и так все реже встречаются, а после последней размолвки так и вообще уже два месяца не виделись в игре.
«Так что, может быть, все к лучшему?» - подумалось Славику.
28.10.2039.
Астероид Лютеция.
Игорь испытывал смесь восторга и тревоги. Он, по совету Ханы, придерживаясь обеими руками за поручни, медленно соскользнул, минуя ступеньки лесенки, на грунт. Разжал левую руку и неуклюже повернулся, чуть не потеряв равновесие. Тело было слишком легким. Массивный скафандр, ранцевый двигатель и сам космонавт в сумме весили чуть больше килограмма.
Ощущения были как в центральных отсеках «Циолковского» или во время долгого разгона и торможения ядерного буксира.
Но причиной волнения командира м%D
28.10.2039.
Астероид Лютеция.
Игорь испытывал смесь восторга и тревоги. Он, по совету Ханы, придерживаясь обеими руками за поручни, медленно соскользнул, минуя ступеньки лесенки, на грунт. Разжал левую руку и неуклюже повернулся, чуть не потеряв равновесие. Тело было слишком легким. Массивный скафандр, ранцевый двигатель и сам космонавт в сумме весили чуть больше килограмма.
Ощущения были как в центральных отсеках «Циолковского» или во время долгого разгона и торможения ядерного буксира.
Но причиной волнения командира межпланетного корабля была не микрогравитация.
Игорь провел в космосе в общей сложности свыше двух лет. Он дважды летал к Луне и один раз к Марсу. Но ни разу не ступал на поверхность космических тел. Судьба «извозчика» - пилота ядерного буксира – была довести корабль до места и вернуть его к Земле. А между этим кружиться по орбите и завидовать своим коллегам, которые гуляют по Луне.
В принципе он и здесь должен был поступить так же. Но земное руководство сжалилось и разрешило ветерану космоса пройтись по Лютеции. Тем более подвернулся повод – Федору и Хане нужна была помощь еще одного человека.
Игорь наконец-то решился на первый шаг по астероиду. Он осторожно отпустил поручень лесенки. И почувствовал, что не может сохранять равновесие. Тело стало медленно клониться вправо. Подполковник Мыскин опять схватился за тонкий пластиковый пруток.
- Я же говорила, что здесь надо прыгать! – услышал он насмешливый голос Ханы. – Давай, не бойся, в космос не улетишь.
Ну да, тяготение Лютеции, хоть и совсем мизерное, но, чтобы выйти на ее орбиту надо разогнаться до шестидесяти метров с секунду. Даже запаса сжатого воздуха в ранцевом двигателе на это не хватит, не то что своими силами выпрыгнуть из зоны гравитации.
Зато можно просто поскакать. Следуя советам японки, Игорь опять отпустил поручень, медленно полуприсел и вполсилы оттолкнулся ногами. Каменистая равнина неторопливо уплыла вниз. Игорь подлетел метров на пять и начал опускаться. С легкой паникой сообразив, что заваливается вперед и влево.
- Мда! - хмыкнула Хана. – Ладно, падай, не бойся.
А грунт уже рядом, он надвигается. Он несильно толкнулся в левую ногу. Игорь вставил руки и упал ничком. Руки спружинили и космонавт увидел, что поверхность вновь удаляется. Он подлетел почти на метр и опять опустился, на этот раз окончательно.
- Рожденный ползать… - прокомментировала Хана.
- А сама-то! – вступился за командира Федор.
- А что, я только первый день падала, не то что некоторые! Ты до сих пор изображаешь из себя неваляшку!
- А может это мне нравится.
- Лежать на Лютеции? – подпустив в голос стервозности осведомилась Хана.
- Ну…
- Все вы мужики такие! – обвиняющим тоном подытожила японка.
Игорь в очередной раз подумал: «Интересно, насколько близки эти двое?». Нет, планетолог и пилот вели себя как обычно. Подкалывали друг друга, порой дурачились. Но иногда Игорь ловил в их взглядах неожиданно сильную нежность и что-то такое, особенное, что свойственно лишь влюбленным. К тому же они теперь понимали друг друга с полуслова. Да и слишком уж полюбили проводить время вдвоем, особенно за тестированием «Ласточки». А сейчас, когда экспедиция добралась до Лютеции, постоянно летали вместе. Это понятно – Хана пилот, а Федор планетолог, но все-таки.
Все это беспокоило командира, но вроде бы ничего плохого в их отношениях для экспедиции не было. А с остальным пусть психологи с Земли разбираются!
Ладно, хватит размышлять обо всяком, обнимаясь с астероидом.
Игорь попробовал подняться, но это не удалось.
- Брось, капитан! – в голосе Ханы неподдельное веселье. – Передвигайся лучше на четвереньках. Вспомни своих предков.
- У них еще и хвост был, - возразил ей Федор. – Так что у Игоря не получится.
- Ладно, кэп, наблюдай мастер-класс!
В поле зрения Игоря вплыла медленно опускающаяся Хана. Она чуть подогнула ноги в конце полета, мягко погасила инерцию и не останавливаясь оттолкнулась вновь. Неторопливо взлетела метра на четыре, опять приземлилась и тут же отправила себя во второй полет.
- Тут главное не останавливаться, и, если чувствуешь, что заваливаешься, в следующем прыжке корректируешь полет, - спокойным голосом пояснила Хана.
- Сейчас попробую.
Игорь оттолкнулся руками, почти выпрямился и, не дав себе опять свалиться, прыгнул.
- Слишком высоко. Толкайся совсем чуть-чуть.
- Хорошо.
Игорю удалось приземлиться на ноги, и он снова взмыл вверх. И, постепенно приноравливаясь, запрыгал вслед за Ханой.
С каждым прыжком неровный горизонт отдалялся, открывая далекие кратеры и скалы.
- Хана, ты командира далеко не уводи, - послышался голос Федора. – Нам еще работать.
- Скучный ты и не романтичный! – весело отозвалась японка. – Дай своему старшему товарищу повеселиться.
- Э! – Игорь зазевался и неудачно свалился на бок.
- Давай поднимайся и поскакали обратно. – подогнала его Хаякава.
Они вернулись к космолету, из которого трудолюбивый Федор уже выгрузил маленькую буровую установку.
Все вместе установили ее строго вертикально и закрепили на расчалках. Запустили и наблюдали, как тонкий бур медленно уходит в реголит.
В этом вылете им предстояло пробурить очередную скважину и разместить на глубине сейсмодатчик. По идеи с этим справились бы и роботы, но тогда зачем нужны люди?
Правда, без роботов не обошлось. Хану Хаякаву ввели в состав экспедиции не только за ее красивые черные глаза и великолепные навыки пилотирования всего, что только может летать.
Как и со второй марсианской экспедицией Джакса подготовила и заранее отправила к Лютеции автоматическую станцию с целым набором зондов. Два из них кружили по орбитам, фотографируя и снимая видео во всех возможных диапазонах. Один попрыгунчик, размером с кролика, обскакал десятки километров поверхности беря микропробы и проводя их экспресс-анализ. А еще девятнадцать массивных конусообразных стрел были забиты в обойму кружащей над Лютецией станции, готовые вонзиться в плоть астероида, ввинтиться, проникнуть в его глубину и взорваться, вызвав сейсмические волны, и таким образом «просветив» глубинные слои.
Задачей Ханы было управлять всем этим зверинцем и, согласовывая с Федором, максимально эффективно им распорядиться. А капитан, после приятной физической работы «на свежем воздухе» отправится обратно на корабль, чтобы продолжать завидовать своим подчиненным и мечтать, чтобы ему разрешили хотя бы еще одну такую прогулку.
29.12.2039.
Астероид Лютеция.
- Давай! - напряженным голосом скомандовал Федор.
Хана, плавающая в невесомости в трех метрах от мужчины, сжала губы в тонкую ниточку и, еще раз взглянув на монитор, вжала большую тугую кнопку. Запуск сейсморакеты.
Разумеется, не японская космолетчица прицеливалась в заданную точку поверхности. И не она определяла ту миллисекунду, когда надо запустить двигатель сверхпрочной стрелы. Все это делала точная автоматика. Но исключительное право нажать на кнопку, приводя в действие сложнейшие механизмы и электронные системы трудолюбивой «пчелы» должен иметь только человек.
А первая из девятнадцати ракет уже вылетает из обоймы, быстро разгоняясь и закручиваясь вдоль продольной оси, стремительно несется вниз к каменистой поверхности.
«В глупых фильмах она бы ревела в полете и воткнулась в камни с громоподобным грохотом» - подумала Хана.
Впрочем, второе было отчасти правдой.
Звуковые волны начали пронизывать породы при первом же ударе ракеты, но это был лишь сигнал для восьми сейсмодатчиков, опущенных в глубокие скважины, насторожиться и приготовиться к получению важнейшей информации.
И она пришла с эхом взрыва мощной боеголовки под шкурой астероида.
- Пошли данные! – обрадовано воскликнул Федор. – Хануся, пошли, родимые!
Мужчина оторвался от монитора, по которому сплошным потоком сверху вниз заструилась цифирь. Сейчас не было никакого смысла в ней разбираться, это работа на долгие месяцы для целых институтов. Но планетолог предвкушал, что на обратном пути к Земле тоже в них покопается в свое удовольствие.
Но теперь его дело было сделано – все датчики исправно отработали и Федор мог дать волю эмоциям.
Он сильно оттолкнулся от поручня и полетел к Хане. Благо «Циолковский» уже два месяца как не вращается, и нет нужды пристегивать себя, фиксируя от действия микрогравитации. Так что Федор пролетел отделяющие их метры, снес миниатюрную японку, закружив ее в крепких объятиях.
- Что творишь! – только пискнула она и, обмякнув от удовольствия, тихонько, чтобы никто на корабле или на Земле не заметил, поцеловала любимого в висок.
Но тут же для проформы забарахталась, ухватилась за проплывающий мимо поручень.
Молодой женщине ужасно хотелось накинуться на Федора. Они уже четыре с половиной месяца не были близки, шифруясь от «всевидящего ока Москвы» и жутко изголодались друг по другу.
«Скорей бы в обратный путь, - подумала Хана. – А там я устрою аварию с телекамерой в «Ласточке»! Но сейчас некогда думать о главном. Надо трудиться»
- Федя, хватит тискать коллегу! – возмущенным голосом воскликнула Хана и оттолкнула мужчину, напоследок одарив его многообещающим взглядом. – Следующую ракету пропустим!
Планетолог с сожалением отстранился и пробормотав: «Вот незадача, не дают воспользоваться моментом», отправился к своему пульту.
- Э! Это я-то «момент»? Это мной «попользовались»? – делано возмутилась Хана, тоже занимая место перед панелью управления «Джаконэзуми». - Капитан, он опять обижает хрупкую девушку!
- Федя, не обижай хрупких девушек! – строго откликнулся Игорь.
Он вместе с Настей и Катей устроились в креслах рубки управления и на своих мониторах любовались зрелищем взрывов сейсмических ракет.
- Угу. Но они все взрослые серьезные дядьки! Я просил Кирана познакомить меня с детьми. Пара сотрудников привели в лабораторию своих чад. Но те меня боятся, да и глупенькие еще. А ты как раз моего возраста.
- Правда?
- Ну почти. Если честно, то я тебя на пару лет старше. Но это физически, а психологию в меня Киран вложил как у подростка. Умного подростка.
И он рассмеялся.
- Ну так как, ты согласен повозиться со мной?
- Конечно!
Компи ушел и Станислав промаялся в ожидании два часа. Парень не знал куда себя деть. Но вот коммуникатор мелодично пропел и со спешно растянутого экранчика подтянутый молодой человек сообщил, что Станиславу Бойченко оформлен допуск в одну из закрытых зон, и что ему следует незамедлительно пройти в корпус номер двадцать три для инструктажа.
Юноша стоически выдержал серьезные разговоры с безопасниками, выслушал инструктаж и был пропущен к небольшому двухэтажному дому, где располагался кибернетический отдел.
На пороге его встретил темноволосый смуглый мужчина, в котором Славик с замиранием сердца узнал самого Кирана Чаудхари.
Тот оказался очень улыбчивым и удивительно легким в общении, прямо как его создание, к которому проводил Славика.
И началась совершенно невероятная жизнь.
Станислав ходил сюда, как на работу. На ужасно интересную и приятную работу.
Когда Компи был занят, молодой курсант помогал со всякими мелочами. Он очень легко осваивал приборы и оборудование, так что Киран даже выхлопотал ему временную должность лаборанта с неплохим окладом.
- Не надо! – попытался протестовать Славик. – Я и так вам помогать буду!
- Ничего, деньги лишними не бывают, - веско произнес Киран. – К тому же это пойдет тебе в личное дело, будет еще один плюсик, если действительно будешь пытаться считать космонавтом.
Парень смущенно покраснел, кивнул.
- Вот и замечательно!
А когда только Компи мог, он старался как можно больше общаться с новым другом.
Они вместе бегали по полосе препятствий, Славик учил неуклюжее кибернетическое создание играть в баскетбол, просто гуляли по огороженной территории или сидели на берегу небольшого пруда.
- Жалко я не могу плавать, - вздыхал Компи. – Просто жуть, как хочу научиться! Но этот аватар только наполовину собран из композитов. Остальное – металл. Так что я слишком тяжелый и разве что по дну могу ходить.
- Да, жалко, - поддержал друга Славик. Самому ему ужасно хотелось освежиться, но он сдерживал себя, чтобы не дразнить Компи.
- Вообще, этот прототип жутко несовершенный! – продолжал искин. – Его делали для людей, а под меня лишь приспособили.
- Для людей? – удивился Станислав.
- Ага, японская программа «Аватар». Слыхал?
- Совсем немного, - вздохнул Славик. – О ней открытой информации кот наплакал. Вроде бы джаксовцы хотят использовать дистанционно управляемых роботов на Луне. Так?
- Почти, - усмехнулся Компи. – Ты о виртуальной реальности слышал?
- Естественно. Но она тут каким боком?
- Обеими. А еще задом и передом. Люди будут не просто управлять андроидами, а как бы переноситься в их тела. Чувствовать их руками, видеть глазами. И управлять аватарами, как собственными телами.
- Кру-уто! – выдохнул Славик и спохватился: - А это не слишком секретная информация? Тебе ничего не будет, что рассказал?
- Не-а! Киран разрешил. Ты бы и так все понял, общаясь со мной. Ведь особой разницы нет чей дух по радиоволнам вселился в аватара – человека или искина. Только мне, в отличие от людей, приходится учиться всему с нуля. Двигаться, ходить, бегать и прыгать. Управляться с руками.
- Да, нелегко тебе, - посочувствовал другу Славик.
- Зато, до жути интересно! Вот бы еще мимические мышцы сымитировали бы! Очень хочется научиться проявлять эмоции не только голосом. Но японцам не до этого. Да и русским. Киран днями и ночами пропадает в лаборатории и все сотрудники загружены выше головы. У них идет финальная отладка целых четырех искинов для лунных баз.
- Четырех? – поразился Славик, но быстро сообразил: - А! Ну да! Русской орбиралки и на поверхности, французской и японской орбитальной, да?
- Именно. Там такая шебутная семейка будет! Я тоже участвую в проекте, и буду с ними на постоянной связи первые месяцы. Так что пока не до моего аватара. Но потом я насяду на Кирана так, что ему придется снабдить следующее тело подвижным лицом. А заодно сделать его плавучим!
Через две недели Славику пришлось возвращаться на Родину в Николаевскую республику.
Ужасно не хотелось прерывать общение с Компи. Да и тому тоже.
Поэтому приятели договорились, что искин тоже создаст себе персонажа в «Любви и Смерти». Правда, тогда у Славика будет меньше возможностей общаться там с Элен. Но они и так все реже встречаются, а после последней размолвки так и вообще уже два месяца не виделись в игре.
«Так что, может быть, все к лучшему?» - подумалось Славику.
Глава 14. Высокие прыжки.
28.10.2039.
Астероид Лютеция.
Игорь испытывал смесь восторга и тревоги. Он, по совету Ханы, придерживаясь обеими руками за поручни, медленно соскользнул, минуя ступеньки лесенки, на грунт. Разжал левую руку и неуклюже повернулся, чуть не потеряв равновесие. Тело было слишком легким. Массивный скафандр, ранцевый двигатель и сам космонавт в сумме весили чуть больше килограмма.
Ощущения были как в центральных отсеках «Циолковского» или во время долгого разгона и торможения ядерного буксира.
Но причиной волнения командира м%D
Глава 14. Высокие прыжки.
28.10.2039.
Астероид Лютеция.
Игорь испытывал смесь восторга и тревоги. Он, по совету Ханы, придерживаясь обеими руками за поручни, медленно соскользнул, минуя ступеньки лесенки, на грунт. Разжал левую руку и неуклюже повернулся, чуть не потеряв равновесие. Тело было слишком легким. Массивный скафандр, ранцевый двигатель и сам космонавт в сумме весили чуть больше килограмма.
Ощущения были как в центральных отсеках «Циолковского» или во время долгого разгона и торможения ядерного буксира.
Но причиной волнения командира межпланетного корабля была не микрогравитация.
Игорь провел в космосе в общей сложности свыше двух лет. Он дважды летал к Луне и один раз к Марсу. Но ни разу не ступал на поверхность космических тел. Судьба «извозчика» - пилота ядерного буксира – была довести корабль до места и вернуть его к Земле. А между этим кружиться по орбите и завидовать своим коллегам, которые гуляют по Луне.
В принципе он и здесь должен был поступить так же. Но земное руководство сжалилось и разрешило ветерану космоса пройтись по Лютеции. Тем более подвернулся повод – Федору и Хане нужна была помощь еще одного человека.
Игорь наконец-то решился на первый шаг по астероиду. Он осторожно отпустил поручень лесенки. И почувствовал, что не может сохранять равновесие. Тело стало медленно клониться вправо. Подполковник Мыскин опять схватился за тонкий пластиковый пруток.
- Я же говорила, что здесь надо прыгать! – услышал он насмешливый голос Ханы. – Давай, не бойся, в космос не улетишь.
Ну да, тяготение Лютеции, хоть и совсем мизерное, но, чтобы выйти на ее орбиту надо разогнаться до шестидесяти метров с секунду. Даже запаса сжатого воздуха в ранцевом двигателе на это не хватит, не то что своими силами выпрыгнуть из зоны гравитации.
Зато можно просто поскакать. Следуя советам японки, Игорь опять отпустил поручень, медленно полуприсел и вполсилы оттолкнулся ногами. Каменистая равнина неторопливо уплыла вниз. Игорь подлетел метров на пять и начал опускаться. С легкой паникой сообразив, что заваливается вперед и влево.
- Мда! - хмыкнула Хана. – Ладно, падай, не бойся.
А грунт уже рядом, он надвигается. Он несильно толкнулся в левую ногу. Игорь вставил руки и упал ничком. Руки спружинили и космонавт увидел, что поверхность вновь удаляется. Он подлетел почти на метр и опять опустился, на этот раз окончательно.
- Рожденный ползать… - прокомментировала Хана.
- А сама-то! – вступился за командира Федор.
- А что, я только первый день падала, не то что некоторые! Ты до сих пор изображаешь из себя неваляшку!
- А может это мне нравится.
- Лежать на Лютеции? – подпустив в голос стервозности осведомилась Хана.
- Ну…
- Все вы мужики такие! – обвиняющим тоном подытожила японка.
Игорь в очередной раз подумал: «Интересно, насколько близки эти двое?». Нет, планетолог и пилот вели себя как обычно. Подкалывали друг друга, порой дурачились. Но иногда Игорь ловил в их взглядах неожиданно сильную нежность и что-то такое, особенное, что свойственно лишь влюбленным. К тому же они теперь понимали друг друга с полуслова. Да и слишком уж полюбили проводить время вдвоем, особенно за тестированием «Ласточки». А сейчас, когда экспедиция добралась до Лютеции, постоянно летали вместе. Это понятно – Хана пилот, а Федор планетолог, но все-таки.
Все это беспокоило командира, но вроде бы ничего плохого в их отношениях для экспедиции не было. А с остальным пусть психологи с Земли разбираются!
Ладно, хватит размышлять обо всяком, обнимаясь с астероидом.
Игорь попробовал подняться, но это не удалось.
- Брось, капитан! – в голосе Ханы неподдельное веселье. – Передвигайся лучше на четвереньках. Вспомни своих предков.
- У них еще и хвост был, - возразил ей Федор. – Так что у Игоря не получится.
- Ладно, кэп, наблюдай мастер-класс!
В поле зрения Игоря вплыла медленно опускающаяся Хана. Она чуть подогнула ноги в конце полета, мягко погасила инерцию и не останавливаясь оттолкнулась вновь. Неторопливо взлетела метра на четыре, опять приземлилась и тут же отправила себя во второй полет.
- Тут главное не останавливаться, и, если чувствуешь, что заваливаешься, в следующем прыжке корректируешь полет, - спокойным голосом пояснила Хана.
- Сейчас попробую.
Игорь оттолкнулся руками, почти выпрямился и, не дав себе опять свалиться, прыгнул.
- Слишком высоко. Толкайся совсем чуть-чуть.
- Хорошо.
Игорю удалось приземлиться на ноги, и он снова взмыл вверх. И, постепенно приноравливаясь, запрыгал вслед за Ханой.
С каждым прыжком неровный горизонт отдалялся, открывая далекие кратеры и скалы.
- Хана, ты командира далеко не уводи, - послышался голос Федора. – Нам еще работать.
- Скучный ты и не романтичный! – весело отозвалась японка. – Дай своему старшему товарищу повеселиться.
- Э! – Игорь зазевался и неудачно свалился на бок.
- Давай поднимайся и поскакали обратно. – подогнала его Хаякава.
Они вернулись к космолету, из которого трудолюбивый Федор уже выгрузил маленькую буровую установку.
Все вместе установили ее строго вертикально и закрепили на расчалках. Запустили и наблюдали, как тонкий бур медленно уходит в реголит.
В этом вылете им предстояло пробурить очередную скважину и разместить на глубине сейсмодатчик. По идеи с этим справились бы и роботы, но тогда зачем нужны люди?
Правда, без роботов не обошлось. Хану Хаякаву ввели в состав экспедиции не только за ее красивые черные глаза и великолепные навыки пилотирования всего, что только может летать.
Как и со второй марсианской экспедицией Джакса подготовила и заранее отправила к Лютеции автоматическую станцию с целым набором зондов. Два из них кружили по орбитам, фотографируя и снимая видео во всех возможных диапазонах. Один попрыгунчик, размером с кролика, обскакал десятки километров поверхности беря микропробы и проводя их экспресс-анализ. А еще девятнадцать массивных конусообразных стрел были забиты в обойму кружащей над Лютецией станции, готовые вонзиться в плоть астероида, ввинтиться, проникнуть в его глубину и взорваться, вызвав сейсмические волны, и таким образом «просветив» глубинные слои.
Задачей Ханы было управлять всем этим зверинцем и, согласовывая с Федором, максимально эффективно им распорядиться. А капитан, после приятной физической работы «на свежем воздухе» отправится обратно на корабль, чтобы продолжать завидовать своим подчиненным и мечтать, чтобы ему разрешили хотя бы еще одну такую прогулку.
Глава 15. Планетологическая романтика.
29.12.2039.
Астероид Лютеция.
- Давай! - напряженным голосом скомандовал Федор.
Хана, плавающая в невесомости в трех метрах от мужчины, сжала губы в тонкую ниточку и, еще раз взглянув на монитор, вжала большую тугую кнопку. Запуск сейсморакеты.
Разумеется, не японская космолетчица прицеливалась в заданную точку поверхности. И не она определяла ту миллисекунду, когда надо запустить двигатель сверхпрочной стрелы. Все это делала точная автоматика. Но исключительное право нажать на кнопку, приводя в действие сложнейшие механизмы и электронные системы трудолюбивой «пчелы» должен иметь только человек.
А первая из девятнадцати ракет уже вылетает из обоймы, быстро разгоняясь и закручиваясь вдоль продольной оси, стремительно несется вниз к каменистой поверхности.
«В глупых фильмах она бы ревела в полете и воткнулась в камни с громоподобным грохотом» - подумала Хана.
Впрочем, второе было отчасти правдой.
Звуковые волны начали пронизывать породы при первом же ударе ракеты, но это был лишь сигнал для восьми сейсмодатчиков, опущенных в глубокие скважины, насторожиться и приготовиться к получению важнейшей информации.
И она пришла с эхом взрыва мощной боеголовки под шкурой астероида.
- Пошли данные! – обрадовано воскликнул Федор. – Хануся, пошли, родимые!
Мужчина оторвался от монитора, по которому сплошным потоком сверху вниз заструилась цифирь. Сейчас не было никакого смысла в ней разбираться, это работа на долгие месяцы для целых институтов. Но планетолог предвкушал, что на обратном пути к Земле тоже в них покопается в свое удовольствие.
Но теперь его дело было сделано – все датчики исправно отработали и Федор мог дать волю эмоциям.
Он сильно оттолкнулся от поручня и полетел к Хане. Благо «Циолковский» уже два месяца как не вращается, и нет нужды пристегивать себя, фиксируя от действия микрогравитации. Так что Федор пролетел отделяющие их метры, снес миниатюрную японку, закружив ее в крепких объятиях.
- Что творишь! – только пискнула она и, обмякнув от удовольствия, тихонько, чтобы никто на корабле или на Земле не заметил, поцеловала любимого в висок.
Но тут же для проформы забарахталась, ухватилась за проплывающий мимо поручень.
Молодой женщине ужасно хотелось накинуться на Федора. Они уже четыре с половиной месяца не были близки, шифруясь от «всевидящего ока Москвы» и жутко изголодались друг по другу.
«Скорей бы в обратный путь, - подумала Хана. – А там я устрою аварию с телекамерой в «Ласточке»! Но сейчас некогда думать о главном. Надо трудиться»
- Федя, хватит тискать коллегу! – возмущенным голосом воскликнула Хана и оттолкнула мужчину, напоследок одарив его многообещающим взглядом. – Следующую ракету пропустим!
Планетолог с сожалением отстранился и пробормотав: «Вот незадача, не дают воспользоваться моментом», отправился к своему пульту.
- Э! Это я-то «момент»? Это мной «попользовались»? – делано возмутилась Хана, тоже занимая место перед панелью управления «Джаконэзуми». - Капитан, он опять обижает хрупкую девушку!
- Федя, не обижай хрупких девушек! – строго откликнулся Игорь.
Он вместе с Настей и Катей устроились в креслах рубки управления и на своих мониторах любовались зрелищем взрывов сейсмических ракет.
