Но он понимал, что этого ему уже не простят, а закончить жизнь с клеймом внезаконника на лбу он не собирался. Но и оставлять все как есть было невыносимо. И парень стал выжидать подходящего случая.
И он подвернулся.
Как-то раз Саларн притащил его в грязную маленькую таверну. Матрос поругался со своими компаньонами, которые отправились отмечать очередную получку в другом заведении. Одному пить было влом, и он прихватил с собой юнгу, чтобы была компания, а еще чтобы попировать за его счет. Они устроились за изрезанным досчатым столом, и Саларн заказал себе шикарный обед с обильной выпивкой.
Рядом выпивала ватага пиккурийцев. Вид у них был весьма разухабистый, и набрались они уже основательно. Краем уха Китано уловил явно обидные слова об арлидонцах, и у него моментально родился план.
Он специально разговорил Саларна на тему пиратов. И тот, уже успевший пропустить изрядное количество спиртного, повелся – стал громко хвалить арлидарских контрабандистов.
За соседним столиком сгустилась опасная тишина, а затем один из той компании встал и с криком «арлидарская гнида!» обрушил на голову Саларна пустую деревянную кружку.
Тот взревел и кинулся в драку.
Остальные пиккурийцы повскакали с мест и готовились тоже навалять матросу. И только юнга попытался разнять дерущихся. Юноша обхватил бочкообразное туловище Саларна и попытался оттащить его от противника. Матрос внезапно громко вскрикнул и забулькал горлом, схватившись за живот.
Юноша отпрянул, с ужасом глядя, как его старший товарищ падает на пол, хватаясь за торчащий из пуза нож.
Пиккуриец, с которым он только что дрался, пораженно смотрел на Саларна, повторяя:
- Это не я. У меня и ножа-то не было…
- Беги! – выкрикнул Китано. – Если тебя схватят!..
Мало что соображая от алкоголя и неожиданности, пиккуриец повернулся и, растолкав своих собутыльников, кинулся из таверны.
Китано никогда не интересовался поймали его или нет. Он не знал, что Питаро Калидо вскорости осудили за убийство, и он умер от рук охотников за внезаконниками. Парню было все равно, что станется с орудием его мести.
Так же, как потом, одиннадцать сезонов спустя, его не волновала судьба ребят и девчонок, которым пришлось погибнуть в ходе спланированной им операции. Они ведь были теми же ненавистными арлидонцами. И, не исключено, что выучившись, кто-нибудь из них перешел бы на сторону пиратов. По крайней мере, Аредон, Лорад и Рохедан были к этому очень предрасположены.
Немного жалко, что в эту историю оказались вовлечены пиккурийцы - Данго Ферици и та девчонка-навигатор, но что поделаешь. Неизбежные жертвы…
Та операция давно позади. Она прошла, уже точно, наполовину успешно – агент, засланный в логово пиратов, оставил весточку, что добрался нормально и пока что не раскрыт. Хотя, насчет последнего Китано Баллини был не уверен. По его сведению разведкой пиратов занималась очень умная женщина, а он, планируя операцию, дал ей достаточно зацепок.
Впрочем, как уже говорилось, это уже не его дело. Конечно, Китано был сильно расстроен, что его отстранили от борьбы с арлидарскими пиратами, но задание, которое ему доверили, было гораздо важнее. Пора было заняться теми, кто стоит за спиной у пиратов и дергает за ниточки.
Человек, которого сейчас звали Мигало Ватори, ускорил шаг в направлении к океанскому порту. К одному из пирсов был пришвартован гигантский корабль странной каплеобразной формы, с вынесенными далеко в стороны шестью огромными пропеллерами. Над кораблем в сетке натянутых канатов висел грандиозный двухсотпятидесяти метровый баллон. Экспедиционный корабль сверхдальнего действия – родной брат тех сорока девяти кораблей, что буквально через пять дней взлетят с южной оконечности Северного Континента и отправятся в Великую Экспедицию.
Этому кораблю не доведется взглянуть на таинственное южное полушарие, его ждет другой путь, не менее неизведанный – вокруг полярной шапки на самый восток материка. И цель этого пути, как бы ни были убеждены в обратном ученые и даже капитан – довезти до далекой страны с названием «Вольный Край» одного единственного человека.
Китано Баллини, которого совсем недавно звали Даргридом.
07.04.О.995
Главная база пиратов. Драконьи горы.
Лайана наблюдала, как Чиируна сажает корабль.
Громоздкий грузовик неуклюже занырнул в гигантский грот и начал, рыская из стороны в сторону, подбираться к причальной площадке. Чиируна выкрикивала команды и нервно ходила вдоль обзорного окна. Она была очень недовольна действиями экипажа. Да, команду на барк собирали по остаточному принципу. Ее составляли те, кого не взяли на пиратские корабли, и те, кто сам не захотел участвовать в рейдах. Чаще всего из трусости. Так что мастерами своего дела это сборище неудачников назвать очень трудно. И командовать ими, та еще работенка.
Так что совершенно не удивительно видеть, как неприязненно Чиируна относится к своему экипажу. И это взаимно. Воздухоплаватели считают нового шкипера заносчивой самовлюбленной девчонкой, которая много суетится и орет. На них, на опытных воздушных котов, орет!
«Пристроить девочек на грузовой корабль оказалась ошибкой, - подумала Лайана. – Хорошо еще, что я тоже полетела этим рейсом. Меня пираты боятся до дрожи в коленках. А когда девочкам придется летать самим? Нет, рано их одних отпускать. А приставить охрану – глупо и расточительно. Вовремя я, все-таки, решила затеять экспедицию. И Чиируне с Талисой дам проявить свои таланты, и всех лицеистов смогу изолировать и контролировать. Да и самое время воплощать в жизнь этот этап плана. Из Арлидара удалось эвакуировать несколько сотен повстанцев – на добрые два десятка абордажных команд хватит. Так что дело за малым – найти для них корабли и тех, кто их поведет. Причем настоящие боевые корабли, а не те куцые страшилища, на которых приходится воевать. Значит, надо лететь за ними туда, где можно прикупить пару десятков фрегатов. И очень скоро мы за ними отправимся. Письмо уже отослано, и где-то через месяц-полтора доберется до Империи, так что назад дороги нет».
Вспомнив о письме, Лайана невольно улыбнулась. Да, с Талисой и Паалантом получилось весело. Идея послать на почту эту парочку, оказалась не самой лучшей. Но, другой просто не было. Отправить в столицу Центра Мира Чиируну было бы еще круче.
Лайана представила себе шкипершу, которая как раз сейчас орет в переговорную трубу на механиков, в роли девушки рабыни, и чуть не прыснула со смеха. Нет, тут мягоньким ошейничком на ленточном поводке не ограничилось бы. Только строгий ошейник, только цепь, а еще, желательно, кандалы и намордник. Тогда еще как-то за рабыню сошла бы!
А вот из Талисы получилась такая миленькая девочка-игрушка! Просто загляденье! И Паалант превосходно сыграл богатенького отпрыска. Вот только…
А ведь стоило подумать! Видела же Лайана, как парнишка поглядывает на свою начальницу. И то, что он родом из Светила, она прекрасно знала. Так что то, что между ними произошло, вполне можно было предвидеть.
Когда ребятишки вернулись с задания, Лайана сначала спросила у Пааланта:
- Все прошло нормально?
- Да, - ответил парень, старательно пряча глаза.
Тогда Лайана подхватила под локоток Талису и повела ее пошушукаться.
И, после многочисленных наводящих вопросов, девушка, краснея и не зная, куда девать руки, рассказала, что да, Паалант сделал ей неприличное предложение. Разумеется, пиккурийку это шокировало. Ох уж эти ФНТшники! Их целомудренность иногда так забавляет. Из такого простого дела создают сложнейшие проблемы. Но, что поделаешь, у разных народов разная мораль…
Это все было бы смешно, если бы не смазало результаты проверки.
Ведь Талису с Паалантом Лайана послала в город не только, чтобы отправить письмо, но и чтобы проверить кое-какие подозрения. И результат оказался неопределенным. На вопросы, не было ли еще каких-то странностей во время выхода в город, оба ответили отрицательно, но понять, говорят ли они правду, Лайана не смогла, слишком большой эмоциональный фон был от случившегося между ними выяснения отношений. И это очень плохо. Потому как в равной степени, почти равной, оба они могли использовать романтический конфликт, чтобы скрыть какие-то действия.
Так что добавлю-ка я им обоим по баллу в рейтинг подозрительности. Талиса, таким образом, догнала свою подружку. У них с Чиируной теперь по шесть из десяти. Больше них только у Сониорна – семь. За исключением Тиотерна, конечно. У того девятка. А Паалант сравнялся с Лалишей – у обоих по четыре балла. И замыкает рейтинг Люфан – с двумя.
Такой вот расклад. Ребят еще проверять и проверять…
Корабль ощутимо вздрогнул, слегка ударившись о грунт.
- Идиот! – Чиируна вытянулась в струнку, наклонилась всем корпусом вперед, сжав кулачки и вытянув руки по швам. Сверлит глазами баллонного. – Я приказала две минуты назад увеличить накачку воздуха до шестидесяти процентов! А ты сколько сделал?
- Так слишком медленно снижались, подскочили бы метров с тридцати! – попытался не то оправдаться, не то огрызнуться мужик.
- Думать здесь – моя работа, а не твоя! – продолжала орать Чиируна. – Если найду хоть малейшее повреждение днища – вычту из твоего жалования в пятерном размере!
- Только попробуй! Нашлась тут командирша! – злобно взвился баллонный.
- Попробует, - веско встряла в разговор Лайана. - А я прослежу.
Баллонный осекся, отвернулся, что-то пробурчал себе в усы.
- Сониорн становись к рычагам, в следующий раз ты полетишь главным баллонным, а Тидал будет твоим помощником, - проворчала Чиируна. - А сейчас выкачай десяток кубов воздуха. Только понемножку, минуты за две, дай матросам хорошенько принайтовать корабль. Все. Полет окончен!
- Молодец, Чиируна, - похвалила ее Лайана и взглянула на Талису.
Та тихонько стояла возле своих карт. Видно было, что ей очень неприятно происходящее.
«Да, надо девчонок отсюда вытаскивать. И собрать им хороший экипаж. Далкин, конечно, будет очень недоволен, что я переманю к себе его людей, но ему придется в этом мне уступить. В такую дальнюю экспедицию я возьму с собой только лучших из лучших!»
08.04.О.995
Побережье Арлидара. 45 лиг к западу от Силина.
Данго Ферици специально задержал их на два дня. Позавчера он ходил на охоту, и, поднявшись на невысокую сопку, увидел далеко на юге, в распадке между гор, ярко-голубую полоску. Он сразу понял, что это Океан! Пареньку захотелось поскорей побежать к Фабории и обрадовать ее новостью, но он удержался. И, придя с охоты, как почти всегда без добычи, он ничего не сказал подруге. Наоборот уговорил ее остаться в их временном лагере еще на пару дней, чтобы все-таки нормально поохотиться, да и отдохнуть как следует, после долгого перехода.
Фабория ворчала, что надо идти быстрее, пока держится хорошая погода, но все-таки уступила юноше. Уж очень он был настойчив. Если честно, то девушка заподозрила, что что-то здесь не так, но решила не заострять на этом внимание. Видно было, что Данго возбужден и что-то готовит, скорей всего приятный сюрприз для нее.
От этих мыслей на душе стало тепло.
Кстати, на следующий день Данго действительно подстрелил дичь – довольно крупную птицу желтовато-коричневой окраски. Птица оказалась на удивление вкусной, и сваренный на костре соус со съедобными корешками и толчеными орехами они съели в один заход, не оставив ни крошки на завтрак.
И вот сегодня, после пары часов медленного продвижения по едва заметным звериным тропкам, она почувствовала запах. Йодистый запах водорослей.
Девушка радостно посмотрела в глаза юноше и поспешила вперед, вдоль русла весело журчащего ручейка.
И, метров через сто, вышла на Соловый простор.
По обе стороны от нее раскинулся неширокий галечный пляж, обрамленный спускающимися к нему уступами, поросшими корявыми деревьями, цепляющимися корнями за скалы.
А впереди был Океан!
Огромный, бесконечный, густо-синий, с редкими белыми барашками волн. Под чистым и как будто звонким насыщенно голубым небом и ярким-ярким Солом. На берег накатывали небольшие волны, наполняя воздух непрерывным пульсирующим гулом прибоя.
Девушка раскинула руки, выгнулась вперед грудью и, запрокинув голову, глубоко-глубоко вдохнула соленый остро пахнущий воздух. Зажмурилась от внезапно накатившего счастья.
Обернулась, лучащимися глазами глядя на юношу. Довольного как только что наевшийся кот.
- С днем рождения, Фабория! – громко поздравил он ее. – Это тебе мой подарок!
И он обвел рукой окружающее.
Девушка подскочила к нему, порывисто и крепко-крепко обняла. Поцеловала долгим головокружительным поцелуем.
Отстранилась, скинула с ног разношенные и едва живые башмаки, стянула, прыгая на одной ноге, перештопанные гольфы и побежала к полоске прибоя.
Она влетела в достающие ей до колена волночки и остановилась, повернулась к Данго, весело и удивленно крикнула:
- А вода теплая! Как у нас в конце лета!
Выбежала на берег и, приговаривая:
- Нет, я так не могу! Это преступление, не искупаться! В такой день!
Быстро скинула с себя остатки одежды.
Приостановилась, оставшись в белье, но тут же стянула с себя ветхие и серые от многочисленных стирок клочки ткани и, светясь обнаженным стройным телом, кинулась в волны. Вынырнула метрах в десяти от берега, призывно замахала рукой:
- Данго, давай ко мне! Здесь так здорово!
Юноша, не раздумывая, принялся раздеваться.
Уже декаду как пришло «бабье лето». После промозглых дождей и временами срывающегося мокрого снега наступило приятное нежаркое тепло. Которое усиливалось по мере их приближения к Океану. В начале осени теплое течение, омывающее Арлидарский залив, смещается к северу ближе к побережью, согревая воды Океана и воздух. Чуть-чуть западнее, в Арлидоне, уже наступают холода, а в море купаются только редкие отдыхающие из Северных Территорий, а в Арлидаре до середины осени длится бархатный сезон.
Юноша не знал таких маргаритографических тонкостей, и просто радовался подарку, который природа сделала его любимой девушке. Да и ему тоже.
Спешно раздевшись, юноша бултыхнулся в море. В несколько гребков доплыл до Фабории.
Вода была невероятно прозрачной. Сквозь нее было отчетливо видно круто уходящий вниз склон берега. Проплешины песка, наполовину состоявшего из перемолотых прибоем искрящихся ракушек, темные кусты водорослей, каменные глыбы, вырванные во время штормов из нависающих над пляжем скал. Медленно проплывающих крупных рыбин, и стремительно порскающие косячки мальков, чинно фланирующих прозрачных медуз с яркими фосфоресцирующими крапинками по краям куполов.
И золотистую фигурку девушки перед ним.
- Поплыли на глубину! – радостно предложила та, и изящной рыбкой заскользила рассекая крутые волночки. Данго последовал за ней. Он, так же как и Фабория, неплохо плавал, и моря ну ни капельки не боялся. Его с детства по нескольку раз за лето возили на берег Океана. А половину последних каникул он провел с матерью и младшей сестрой в небольшом частном пансионате, неподалеку от Баладора.
Парнишка очень любил плавать, а особенно нырять, надев подводные очки и специальные перчатки с перепонками. Наверное это было единственное спортивное увлечение у слишком кругленького и не любящего физкультуру паренька. Впрочем, теперь, после трех месяцев жизни впроголодь и постоянного напряжения, от его упитанности не осталось и следа.
И он подвернулся.
Как-то раз Саларн притащил его в грязную маленькую таверну. Матрос поругался со своими компаньонами, которые отправились отмечать очередную получку в другом заведении. Одному пить было влом, и он прихватил с собой юнгу, чтобы была компания, а еще чтобы попировать за его счет. Они устроились за изрезанным досчатым столом, и Саларн заказал себе шикарный обед с обильной выпивкой.
Рядом выпивала ватага пиккурийцев. Вид у них был весьма разухабистый, и набрались они уже основательно. Краем уха Китано уловил явно обидные слова об арлидонцах, и у него моментально родился план.
Он специально разговорил Саларна на тему пиратов. И тот, уже успевший пропустить изрядное количество спиртного, повелся – стал громко хвалить арлидарских контрабандистов.
За соседним столиком сгустилась опасная тишина, а затем один из той компании встал и с криком «арлидарская гнида!» обрушил на голову Саларна пустую деревянную кружку.
Тот взревел и кинулся в драку.
Остальные пиккурийцы повскакали с мест и готовились тоже навалять матросу. И только юнга попытался разнять дерущихся. Юноша обхватил бочкообразное туловище Саларна и попытался оттащить его от противника. Матрос внезапно громко вскрикнул и забулькал горлом, схватившись за живот.
Юноша отпрянул, с ужасом глядя, как его старший товарищ падает на пол, хватаясь за торчащий из пуза нож.
Пиккуриец, с которым он только что дрался, пораженно смотрел на Саларна, повторяя:
- Это не я. У меня и ножа-то не было…
- Беги! – выкрикнул Китано. – Если тебя схватят!..
Мало что соображая от алкоголя и неожиданности, пиккуриец повернулся и, растолкав своих собутыльников, кинулся из таверны.
Китано никогда не интересовался поймали его или нет. Он не знал, что Питаро Калидо вскорости осудили за убийство, и он умер от рук охотников за внезаконниками. Парню было все равно, что станется с орудием его мести.
Так же, как потом, одиннадцать сезонов спустя, его не волновала судьба ребят и девчонок, которым пришлось погибнуть в ходе спланированной им операции. Они ведь были теми же ненавистными арлидонцами. И, не исключено, что выучившись, кто-нибудь из них перешел бы на сторону пиратов. По крайней мере, Аредон, Лорад и Рохедан были к этому очень предрасположены.
Немного жалко, что в эту историю оказались вовлечены пиккурийцы - Данго Ферици и та девчонка-навигатор, но что поделаешь. Неизбежные жертвы…
Та операция давно позади. Она прошла, уже точно, наполовину успешно – агент, засланный в логово пиратов, оставил весточку, что добрался нормально и пока что не раскрыт. Хотя, насчет последнего Китано Баллини был не уверен. По его сведению разведкой пиратов занималась очень умная женщина, а он, планируя операцию, дал ей достаточно зацепок.
Впрочем, как уже говорилось, это уже не его дело. Конечно, Китано был сильно расстроен, что его отстранили от борьбы с арлидарскими пиратами, но задание, которое ему доверили, было гораздо важнее. Пора было заняться теми, кто стоит за спиной у пиратов и дергает за ниточки.
Человек, которого сейчас звали Мигало Ватори, ускорил шаг в направлении к океанскому порту. К одному из пирсов был пришвартован гигантский корабль странной каплеобразной формы, с вынесенными далеко в стороны шестью огромными пропеллерами. Над кораблем в сетке натянутых канатов висел грандиозный двухсотпятидесяти метровый баллон. Экспедиционный корабль сверхдальнего действия – родной брат тех сорока девяти кораблей, что буквально через пять дней взлетят с южной оконечности Северного Континента и отправятся в Великую Экспедицию.
Этому кораблю не доведется взглянуть на таинственное южное полушарие, его ждет другой путь, не менее неизведанный – вокруг полярной шапки на самый восток материка. И цель этого пути, как бы ни были убеждены в обратном ученые и даже капитан – довезти до далекой страны с названием «Вольный Край» одного единственного человека.
Китано Баллини, которого совсем недавно звали Даргридом.
Глава 4. В дорогу дальнюю.
07.04.О.995
Главная база пиратов. Драконьи горы.
Лайана наблюдала, как Чиируна сажает корабль.
Громоздкий грузовик неуклюже занырнул в гигантский грот и начал, рыская из стороны в сторону, подбираться к причальной площадке. Чиируна выкрикивала команды и нервно ходила вдоль обзорного окна. Она была очень недовольна действиями экипажа. Да, команду на барк собирали по остаточному принципу. Ее составляли те, кого не взяли на пиратские корабли, и те, кто сам не захотел участвовать в рейдах. Чаще всего из трусости. Так что мастерами своего дела это сборище неудачников назвать очень трудно. И командовать ими, та еще работенка.
Так что совершенно не удивительно видеть, как неприязненно Чиируна относится к своему экипажу. И это взаимно. Воздухоплаватели считают нового шкипера заносчивой самовлюбленной девчонкой, которая много суетится и орет. На них, на опытных воздушных котов, орет!
«Пристроить девочек на грузовой корабль оказалась ошибкой, - подумала Лайана. – Хорошо еще, что я тоже полетела этим рейсом. Меня пираты боятся до дрожи в коленках. А когда девочкам придется летать самим? Нет, рано их одних отпускать. А приставить охрану – глупо и расточительно. Вовремя я, все-таки, решила затеять экспедицию. И Чиируне с Талисой дам проявить свои таланты, и всех лицеистов смогу изолировать и контролировать. Да и самое время воплощать в жизнь этот этап плана. Из Арлидара удалось эвакуировать несколько сотен повстанцев – на добрые два десятка абордажных команд хватит. Так что дело за малым – найти для них корабли и тех, кто их поведет. Причем настоящие боевые корабли, а не те куцые страшилища, на которых приходится воевать. Значит, надо лететь за ними туда, где можно прикупить пару десятков фрегатов. И очень скоро мы за ними отправимся. Письмо уже отослано, и где-то через месяц-полтора доберется до Империи, так что назад дороги нет».
Вспомнив о письме, Лайана невольно улыбнулась. Да, с Талисой и Паалантом получилось весело. Идея послать на почту эту парочку, оказалась не самой лучшей. Но, другой просто не было. Отправить в столицу Центра Мира Чиируну было бы еще круче.
Лайана представила себе шкипершу, которая как раз сейчас орет в переговорную трубу на механиков, в роли девушки рабыни, и чуть не прыснула со смеха. Нет, тут мягоньким ошейничком на ленточном поводке не ограничилось бы. Только строгий ошейник, только цепь, а еще, желательно, кандалы и намордник. Тогда еще как-то за рабыню сошла бы!
А вот из Талисы получилась такая миленькая девочка-игрушка! Просто загляденье! И Паалант превосходно сыграл богатенького отпрыска. Вот только…
А ведь стоило подумать! Видела же Лайана, как парнишка поглядывает на свою начальницу. И то, что он родом из Светила, она прекрасно знала. Так что то, что между ними произошло, вполне можно было предвидеть.
Когда ребятишки вернулись с задания, Лайана сначала спросила у Пааланта:
- Все прошло нормально?
- Да, - ответил парень, старательно пряча глаза.
Тогда Лайана подхватила под локоток Талису и повела ее пошушукаться.
И, после многочисленных наводящих вопросов, девушка, краснея и не зная, куда девать руки, рассказала, что да, Паалант сделал ей неприличное предложение. Разумеется, пиккурийку это шокировало. Ох уж эти ФНТшники! Их целомудренность иногда так забавляет. Из такого простого дела создают сложнейшие проблемы. Но, что поделаешь, у разных народов разная мораль…
Это все было бы смешно, если бы не смазало результаты проверки.
Ведь Талису с Паалантом Лайана послала в город не только, чтобы отправить письмо, но и чтобы проверить кое-какие подозрения. И результат оказался неопределенным. На вопросы, не было ли еще каких-то странностей во время выхода в город, оба ответили отрицательно, но понять, говорят ли они правду, Лайана не смогла, слишком большой эмоциональный фон был от случившегося между ними выяснения отношений. И это очень плохо. Потому как в равной степени, почти равной, оба они могли использовать романтический конфликт, чтобы скрыть какие-то действия.
Так что добавлю-ка я им обоим по баллу в рейтинг подозрительности. Талиса, таким образом, догнала свою подружку. У них с Чиируной теперь по шесть из десяти. Больше них только у Сониорна – семь. За исключением Тиотерна, конечно. У того девятка. А Паалант сравнялся с Лалишей – у обоих по четыре балла. И замыкает рейтинг Люфан – с двумя.
Такой вот расклад. Ребят еще проверять и проверять…
Корабль ощутимо вздрогнул, слегка ударившись о грунт.
- Идиот! – Чиируна вытянулась в струнку, наклонилась всем корпусом вперед, сжав кулачки и вытянув руки по швам. Сверлит глазами баллонного. – Я приказала две минуты назад увеличить накачку воздуха до шестидесяти процентов! А ты сколько сделал?
- Так слишком медленно снижались, подскочили бы метров с тридцати! – попытался не то оправдаться, не то огрызнуться мужик.
- Думать здесь – моя работа, а не твоя! – продолжала орать Чиируна. – Если найду хоть малейшее повреждение днища – вычту из твоего жалования в пятерном размере!
- Только попробуй! Нашлась тут командирша! – злобно взвился баллонный.
- Попробует, - веско встряла в разговор Лайана. - А я прослежу.
Баллонный осекся, отвернулся, что-то пробурчал себе в усы.
- Сониорн становись к рычагам, в следующий раз ты полетишь главным баллонным, а Тидал будет твоим помощником, - проворчала Чиируна. - А сейчас выкачай десяток кубов воздуха. Только понемножку, минуты за две, дай матросам хорошенько принайтовать корабль. Все. Полет окончен!
- Молодец, Чиируна, - похвалила ее Лайана и взглянула на Талису.
Та тихонько стояла возле своих карт. Видно было, что ей очень неприятно происходящее.
«Да, надо девчонок отсюда вытаскивать. И собрать им хороший экипаж. Далкин, конечно, будет очень недоволен, что я переманю к себе его людей, но ему придется в этом мне уступить. В такую дальнюю экспедицию я возьму с собой только лучших из лучших!»
Глава 5. Самый прекрасный подарок.
08.04.О.995
Побережье Арлидара. 45 лиг к западу от Силина.
Данго Ферици специально задержал их на два дня. Позавчера он ходил на охоту, и, поднявшись на невысокую сопку, увидел далеко на юге, в распадке между гор, ярко-голубую полоску. Он сразу понял, что это Океан! Пареньку захотелось поскорей побежать к Фабории и обрадовать ее новостью, но он удержался. И, придя с охоты, как почти всегда без добычи, он ничего не сказал подруге. Наоборот уговорил ее остаться в их временном лагере еще на пару дней, чтобы все-таки нормально поохотиться, да и отдохнуть как следует, после долгого перехода.
Фабория ворчала, что надо идти быстрее, пока держится хорошая погода, но все-таки уступила юноше. Уж очень он был настойчив. Если честно, то девушка заподозрила, что что-то здесь не так, но решила не заострять на этом внимание. Видно было, что Данго возбужден и что-то готовит, скорей всего приятный сюрприз для нее.
От этих мыслей на душе стало тепло.
Кстати, на следующий день Данго действительно подстрелил дичь – довольно крупную птицу желтовато-коричневой окраски. Птица оказалась на удивление вкусной, и сваренный на костре соус со съедобными корешками и толчеными орехами они съели в один заход, не оставив ни крошки на завтрак.
И вот сегодня, после пары часов медленного продвижения по едва заметным звериным тропкам, она почувствовала запах. Йодистый запах водорослей.
Девушка радостно посмотрела в глаза юноше и поспешила вперед, вдоль русла весело журчащего ручейка.
И, метров через сто, вышла на Соловый простор.
По обе стороны от нее раскинулся неширокий галечный пляж, обрамленный спускающимися к нему уступами, поросшими корявыми деревьями, цепляющимися корнями за скалы.
А впереди был Океан!
Огромный, бесконечный, густо-синий, с редкими белыми барашками волн. Под чистым и как будто звонким насыщенно голубым небом и ярким-ярким Солом. На берег накатывали небольшие волны, наполняя воздух непрерывным пульсирующим гулом прибоя.
Девушка раскинула руки, выгнулась вперед грудью и, запрокинув голову, глубоко-глубоко вдохнула соленый остро пахнущий воздух. Зажмурилась от внезапно накатившего счастья.
Обернулась, лучащимися глазами глядя на юношу. Довольного как только что наевшийся кот.
- С днем рождения, Фабория! – громко поздравил он ее. – Это тебе мой подарок!
И он обвел рукой окружающее.
Девушка подскочила к нему, порывисто и крепко-крепко обняла. Поцеловала долгим головокружительным поцелуем.
Отстранилась, скинула с ног разношенные и едва живые башмаки, стянула, прыгая на одной ноге, перештопанные гольфы и побежала к полоске прибоя.
Она влетела в достающие ей до колена волночки и остановилась, повернулась к Данго, весело и удивленно крикнула:
- А вода теплая! Как у нас в конце лета!
Выбежала на берег и, приговаривая:
- Нет, я так не могу! Это преступление, не искупаться! В такой день!
Быстро скинула с себя остатки одежды.
Приостановилась, оставшись в белье, но тут же стянула с себя ветхие и серые от многочисленных стирок клочки ткани и, светясь обнаженным стройным телом, кинулась в волны. Вынырнула метрах в десяти от берега, призывно замахала рукой:
- Данго, давай ко мне! Здесь так здорово!
Юноша, не раздумывая, принялся раздеваться.
Уже декаду как пришло «бабье лето». После промозглых дождей и временами срывающегося мокрого снега наступило приятное нежаркое тепло. Которое усиливалось по мере их приближения к Океану. В начале осени теплое течение, омывающее Арлидарский залив, смещается к северу ближе к побережью, согревая воды Океана и воздух. Чуть-чуть западнее, в Арлидоне, уже наступают холода, а в море купаются только редкие отдыхающие из Северных Территорий, а в Арлидаре до середины осени длится бархатный сезон.
Юноша не знал таких маргаритографических тонкостей, и просто радовался подарку, который природа сделала его любимой девушке. Да и ему тоже.
Спешно раздевшись, юноша бултыхнулся в море. В несколько гребков доплыл до Фабории.
Вода была невероятно прозрачной. Сквозь нее было отчетливо видно круто уходящий вниз склон берега. Проплешины песка, наполовину состоявшего из перемолотых прибоем искрящихся ракушек, темные кусты водорослей, каменные глыбы, вырванные во время штормов из нависающих над пляжем скал. Медленно проплывающих крупных рыбин, и стремительно порскающие косячки мальков, чинно фланирующих прозрачных медуз с яркими фосфоресцирующими крапинками по краям куполов.
И золотистую фигурку девушки перед ним.
- Поплыли на глубину! – радостно предложила та, и изящной рыбкой заскользила рассекая крутые волночки. Данго последовал за ней. Он, так же как и Фабория, неплохо плавал, и моря ну ни капельки не боялся. Его с детства по нескольку раз за лето возили на берег Океана. А половину последних каникул он провел с матерью и младшей сестрой в небольшом частном пансионате, неподалеку от Баладора.
Парнишка очень любил плавать, а особенно нырять, надев подводные очки и специальные перчатки с перепонками. Наверное это было единственное спортивное увлечение у слишком кругленького и не любящего физкультуру паренька. Впрочем, теперь, после трех месяцев жизни впроголодь и постоянного напряжения, от его упитанности не осталось и следа.
