Кроме того, на грузовик обычно вешают какую-нибудь дополнительную нагрузку. Это может быть орбитальная станция или спускаемый модуль. А еще всевозможные припасы.
«Хорошо, что «Тэнсоу» как и «Королёв» своих птичек сам носит! – подумала Хана, – а то, как бы я в них жила во время перелетов? Да и с Федей мы бы тогда…»
Воспоминание было приятным и озорным. Но Хана спрятала его в глубину памяти, как вытащенную для любования драгоценность.
Насчет «жить в кораблике» это она, разумеется, преувеличила.
Тем более что в этом полете с жилплощадью было просто замечательно. Корабль-то был рассчитан на 14 человек! Четверых пилотов и десятерых пассажиров – полную смену «Комару». А в эту экспедицию отправилось всего шестеро.
Было решено, что двоих опытнейших исследователей будет более чем достаточно, чтобы провести повторную разведку Психеи и застолбить ее на следующие пятнадцать лет.
«Могли бы на нас и корабельные обязанности навесить! – в очередной раз подумала Хана. – Не перетрудились бы! А на освободившееся место еще жрачки вкусняшной лучше бы взяли! А то припасов впритык! А если на меня жор великий нападет? Придется схрумкать коллег».
Да, продовольствия мало.
Нет, небольшой запас есть, месяца на два, но без пополнения из того, что привез грузовик, на экспедицию и до дома не хватит. Рискованно? Но ведь всё изучение космоса – смертельный риск.
Любая ошибка, и экипаж корабля не спасти.
Ошибка, или злой умысел.
Как тщательно проверяли «Тэнсоу» перед полетом! Русское КГБ сразу же поделилось добытыми секретными сведениями, что тихоокеанцы что-то замышляют. Но ни Киран Чаудхари, ни Компи, ни десятки японских компьютерщиков и полдюжины искинов так ничего и не обнаружили.
То же касается и грузовика. С той лишь разницей, что он стартовал в начале апреля, то есть за полтора месяца до того, как русские разведчики добыли информацию. Так что тестировать корабль пришлось дистанционно. Это увеличивало вероятность пропустить вражескую закладку.
Ну, и третья версия, которую совершенно невозможно было проверить – это автоматическая исследовательская станция того же самого Тихоокеанского Союза, что продолжает наматывать круги над гигантским приплюснутым булыжником Психеи.
Что наматывала круги…
Первым обнаружил изменение параметров орбиты «Феррета» искин «Тэнсоу» – Кэзуо. Он тут же сообщил об этом по громкой связи.
Хана стремительной рыбкой метнулась к рубке, за пару секунд пролетев через длинный научный отсек.
Компоновка корабля и даже форма рубки управления была нагло позаимствована у русских. Только ложементов было четыре, и располагались они не ногами в середину, а головами.
Хана, кстати, считала это неправильным. Ну и что, что от микрогравитации в одну десятую земной возникало ощущение висение вниз головой? Это только способствовало лучшему кровоснабжению мозга. А еще такое расположение позволяло прекрасно видеть всех товарищей, да и рукам просторно на широкой панели управления.
Космолетчица подплыла к креслу, в котором лежал, едва касаясь его, навигатор – Кураба Наосада. Ухватилась за край ложемента. Женщину неторопливо развернуло ногами к стене обшивки. Чтобы было удобнее, Хана забросила левую ногу поверх бедер космолетчика.
Тот дернулся, диковато на нее посмотрел:
– Вы чего, Хаякава-сан?
– Флиртую, – мимоходом пошутила пилот.
Ей очень не понравился взгляд мужчины. И вовсе не из-за промелькнувшего в нем вожделения. В нем была явная паника, растерянность и страх.
Хане с самого начала не особо приглянулся этот высокий, средних лет господин с залысинами и скучным лицом. Слегка неуравновешенный и нервный, хотя и компанейский.
Хана недоумевала, зачем его взяли в полет? Полтора года в одном корабле – слишком серьезный срок, при котором даже небольшая нестыковка в характерах может сдетонировать так, что мало не покажется.
Но психологам «Джаксы» виднее. Может быть, они специально добавили в состав экипажа именно эту личность, для баланса?
Впрочем, сейчас не до него.
Хана впилась глазами в монитор. На нем очень простая наглядная схема с быстро меняющимися циферками.
Космолетчица протянула руку и коснулась сенсорного экрана. Ловкими пальцами пробежалась по нему, выводя более важные данные.
– Эй! – возмущенно вскрикнул у нее над ухом Наосада. Потянулся было, чтобы перехватить ее кисть, но Хана жестко и прицельно взглянула на мужчину.
Резко спросила, обращаясь в пространство:
– Кэзуо, прогноз по столкновению?!
Что-то скороговоркой бубнящий искин быстро ответил:
– Если «Феррет» сохранит ускорение, то через 812 секунд.
– Ты уводишь грузовик?
– Да, мы уводим корабль с курса! – жестко сказал капитан Миока Наомичи.
А в трехстах тысячах километров от них разыгрывалась драма.
Автоматическая станция Тихоокеанского Союза, вращающаяся по эклиптической орбите, внезапно включила двигатели и пошла на перехват грузовому японскому судну, летающему по полярной орбите, то есть почти перпендикулярно тихоокеанцу.
И Хане, как опытнейшему орбитальному пилоту, было совершенно ясно…
– Он не уйдет! – почти закричала космолетчица. – Кэзуо, уводи «Бурро» вбок, по вектору «океанца»!
– Продолжай маневр! – приказным тоном возразил капитан.
– Кэп, ты дурак! – выругалась Хана, и, явно оставшись недовольной мягкости японского языка, добавила по-русски: – ХХХ ХХХ! Некогда мериться ХХХ! Я пилот, и знаю, что делать!
Капитан повернул голову и яростно посмотрел на японку, пару секунд они боролись взглядами.
– Ладно, командуй, – уступил мужчина.
– Так, Казуо! Задействуй кормовой и два боковых ориентационных. Тягу по вектору атаки. Надо как можно сильней сократить разницу в скоростях. Ты точно не успеешь запустить маршевый?
– Нет, реактор будить по экстренному – минут двадцать.
– Жаль! ХХХ бы по этой ХХХ струей магния! – помечтала Хана.
Опять уставилась на экран. Двумя пальцами выделила две самые главные цифры: время до столкновения и прогноз по относительной скорости: «635» и «106».
«Больше сотни метров в секунду, это под четыреста километров в час. Разлетятся в дребезги! – подумала Хана. – И не уклониться. Кэп идиот, что пытался ускользнуть! Потерял столько времени! Ясно же, что этот ХХХ пиндос летит прицельно, и в любом случае сумеет попасть! ХХХ ХХХ! Вот что они придумали! Собьют не нас, а всего лишь грузовик. Ну и что, что нам не на чем будет вернуться домой, а через несколько месяцев мы помрем с голоду? Они ведь не виноваты, ХХХ ХХХ!»
А корабли продолжали сближаться.
По меркам Земли или Луны, скорости их были просто смехотворными, вот только межпланетные корабли не рассчитаны на то, чтобы друг друга таранить.
Через десять с небольшим минут восьмитонная автоматическая станция Тихоокеанского Союза, разогнавшись до ста пятидесяти метров в секунду, догнала, успевший изменить орбиту и улепетывающий от нее, как испуганная черепаха, стапятидесятитонный грузовик. Он летел наискось, под углом в шестьдесят градусов к вектору столкновения.
В последние секунды тихоокеанская станция окончательно скорректировала полет и врезалась не в корму, где за ажурным плетением трубок радиатора реактора скрывался ускоритель магния, и не в сам реактор, а точно в баки с «рабочкой», необходимой «Тэнсоу», чтобы вернуться на Землю.
Не было взрыва, что так любят рисовать в фантастических боевиках.
И скрежет разрываемого металла и пластика никто не услышал. Звуки в космосе на самом деле могут распространяться, но только с ударной волной.
Зато, были сметаемые и рвущиеся конструкции. Пробитые баки, из которых серебристым «газом» вылетает, сжатая статическим давлением, ионизированная пыль магния.
Практически не поврежденный реактор и ускоритель, уплывающие в сторону Психеи.
И кувыркающийся грузовой отсек с припасами, получивший пинок и улетающий в межпланетное пространство.
К счастью, аппаратура радиосвязи, находящаяся именно в этом модуле, уцелела. Иначе, с расстояния в одну световую секунду, заметить, куда именно полетел пятиметровый обломок корабля, было бы невозможно.
– Всё, – устало сказал навигатор.
– Дерьмо! – выругался капитан.
– Не раскисать! – рявкнула Хана, и почувствовала на своем плече надежную руку мужа. – Кэзуо, корректируй курс для перехвата грузового отсека.
И пояснила зачем-то:
– ХХХ, с этой Землей, жрачка превыше всего!
30.11.2059.
Мир и ближайшие окрестности Вселенной.
30.11.2059. 16:50 по среднеяпонскому, 7:50 по Гринвичу, 29.11.2059 23:50 по времени Тихоокеанской Конфедерации США.
Из заявления Верховного Сенатора Тихоокеанской Конфедерации США, исполняющего в данный момент обязанности Главного Координатора Тихоокеанского Союза:
«Мы сожалеем о произошедшем возле астероида Психея. Час назад автоматическая станция, направленная нашим Союзом для исследования этого небесного тела, стала передавать некорректную информацию, самовольно изменила орбиту и совершила столкновение с японским автоматическим грузовым судном. К счастью корабль «Тэнсоу» не пострадал. Все члены экспедиции, как уверяют нас японские друзья, живы и здоровы. Корпорация «Спейс-Икс» приступила к внутреннему расследованию. Правительства союзных государств и наши спецслужбы работают в тесном контакте с корпорацией».
30.11.2059. 17:30 по среднеяпонскому.
Из выступления премьер-министра Японии Кавашимо Кейта:
«…В результате, жизнь наших космолетчиков находится в смертельной опасности. С большой долей вероятности, их не удастся спасти. Исходя из этого, мы требуем, чтобы наши представители приняли участие в расследовании!»
30.11.2059. 19:20 по среднеяпонскому. 2:20 по времени Тихоокеанской Конфедерации США.
Штаб-квартира корпорации «Спейс-Икс» в Сан-Франциско. Из пресс-конференции главы корпорации Джеймса Маска:
«Таким образом, очевидно, что подчерк тот же, что и при гибели индийского «Удхарты». Это явная террористическая атака! И мы в состоянии самостоятельно провести расследования. Именно наша корпорация понесла тяжелейшие убытки. Мы прогнозируем падение капитализации на завтрашних, простите, уже сегодняшних торгах на пятнадцать-двадцать процентов! А это сотни миллиардов «единых»! Помощи иностранных специалистов в работе нашей комиссии не требуется!»
30.11.2059. 19:40 по среднеяпонскому. 2:40 по времени Тихоокеанской Конфедерации.
В 700 километрах к западу от Сан-Франциско.
Субмарина японского императорского флота зависла на глубине 900 метров. Она вышла из Нагасаки за месяц до этого. А пять дней назад от нее отделились четыре роботизированных носителя.
Они опустились к самому дну Тихого океана, и очень неторопливо, огибая рельеф, поплыли к своим целям.
Нет, для финального рывка и термоядерных взрывов в крупнейших портах тихоокеанского побережья Северной Америки должен прийти особый длинноволновый сигнал, ретранслируемый через микро-буи, что разбросаны по поверхности. Но боеголовки в пятнадцать мегатонн каждая уже на взводе.
Две такие же атомарины были заранее выдвинуты к юго-восточному побережью Австралии и к южной оконечности Ирландии.
Это, не считая четырех подводных ракетоносцев, притаившихся где-то в мировом океане.
У Японии всего сотня с небольшим ядерных боеголовок. Но, по оценкам международных экспертов, в случае конфликта, больше половины их достигнут своей цели.
А вот из почти семиста ядерных зарядов, которыми владеют государства Тихоокеанского Союза, через невероятно плотную и эффективную противоракетную оборону Японии смогут пройти меньше десяти процентов.
Но и этого будет достаточно.
Человечество еще не подозревало, что находится на грани страшной войны, которая способна смести с карты Мира несколько развитых стран, убить десятки миллионов людей и привести к ядерной зиме.
30.11.2059. 19:50 по среднеяпонскому.
Над Луной.
Японский автоматический зонд, летающий по полярной орбите, внезапно ускорился и врезался в идущий на посадку автоматический грузовик фирмы «Спейс-Икс». Разница скоростей была такая, что оба корабля исчезли во вспышке, а в окрестное космическое пространство полетели многочисленные обломки. По какой-то странной случайности основной их поток пришелся в направлении поверхности. В полусотне километров от базы Тихоокеанского Союза образовалось с десяток крошечных кратеров.
30.11.2059. 21:20 по среднеяпонскому.
Из заявления пресс-секретаря «Джаксы»:
«Очевидно, что авария на лунной орбите, полностью аналогична той, что произошла у Психеи. Международный терроризм старается изо всех сил поссорить наши государства. Разумеется, мы с радостью примем помощь в расследовании катастрофы от наших тихоокеанских коллег. И предоставим им все имеющиеся материалы. Так же, как, без сомнения, компания «Спейс-Икс» наконец-таки даст возможность нашим специалистам участвовать в расследовании инцидента у Психеи».
01.12.2059. 11:00 по среднеяпонскому.
Из выступления премьер-министра Японии в парламенте:
«К моему глубочайшему сожалению и с недоумением, информирую вас, что до сих пор не поступило никаких официальных заявлений о допуске международной комиссии, которую создали с нашим участием Россия, Индия, Китай и Франция, к изучению обстоятельств инцидента у Психеи. Мы будем ждать еще в течение двенадцати чесов…»
01.12.2059. 23:00 по среднеяпонскому. 17:00 по Московскому.
Заявление президента РСФСР:
«Срок наших предложений истек. Молчание представителей власти Тихоокеанского Союза и волна дезинформации и фейков, захлестнувшая средства массовой информации стран запада, красноречиво говорит, что никакого расследования не будет. Это и понятно.
КГБ России, и спецслужбами наших союзников еще до произошедшей катастрофы были захвачены несколько главарей так называемого «Киберджихада». Они дали показания, что работали по указке из Лондона и Сиднея. В связи с этим я заявляю, что любой космический корабль Тихоокеанского Союза, начавший двигаться и изменять свою орбиту без официального предупреждения, будет рассматриваться, как «захваченный террористами» и уничтожатся…»
02.12.2059. 3:30 по среднеяпонскому. 01.12.2059. 18:30 по Гринвичу.
Из заявления министра иностранных дел Объединенного Королевства Англии и Уэльса:
«…Грязные инсинуации! Мы в очередной раз видим, как Россия и их подпевалы на чужом горе устраивают антизападную истерию! Нас, непримиримых борцов с мировым терроризмом, потерявших в этих сражениях тысячи своих граждан, обвинять в содействии этим исчадиям ада?! «Киберджихад» – наш смертельный враг. Буквально месяц назад силами наших спецслужб были разгромлены десятки их ячеек по всему Миру. Ликвидированы сотни боевиков, программистов, а, главное, сама верхушка этой организации! Мы, в союзе с нашими европейскими, американскими и израильскими друзьями, практически стерли с лика нашей планеты эту заразу.
И что получаем в ответ от русских, и их азиатских сателлитов? Голословные обвинения! И явные фейки, не имеющие никакой ценности!»
Субмарины таились в океане.
Ракетные установки были приведены в высшую степень готовности.
А мощные лазеры держали в перекрестье прицелов спутники и орбитальные станции.
02.12.2059. 22:40 по среднеяпонскому. То же по бортовому времени «Тэнсоу»
Хана хорошенько выспалась днем.
Японская космолетчица выработала умение заставлять себя полноценно отдыхать перед серьезной работой. Федор и Юске Наруми столь полезным навыком не обладали, но тоже постарались набраться сил.
«Хорошо, что «Тэнсоу» как и «Королёв» своих птичек сам носит! – подумала Хана, – а то, как бы я в них жила во время перелетов? Да и с Федей мы бы тогда…»
Воспоминание было приятным и озорным. Но Хана спрятала его в глубину памяти, как вытащенную для любования драгоценность.
Насчет «жить в кораблике» это она, разумеется, преувеличила.
Тем более что в этом полете с жилплощадью было просто замечательно. Корабль-то был рассчитан на 14 человек! Четверых пилотов и десятерых пассажиров – полную смену «Комару». А в эту экспедицию отправилось всего шестеро.
Было решено, что двоих опытнейших исследователей будет более чем достаточно, чтобы провести повторную разведку Психеи и застолбить ее на следующие пятнадцать лет.
«Могли бы на нас и корабельные обязанности навесить! – в очередной раз подумала Хана. – Не перетрудились бы! А на освободившееся место еще жрачки вкусняшной лучше бы взяли! А то припасов впритык! А если на меня жор великий нападет? Придется схрумкать коллег».
Да, продовольствия мало.
Нет, небольшой запас есть, месяца на два, но без пополнения из того, что привез грузовик, на экспедицию и до дома не хватит. Рискованно? Но ведь всё изучение космоса – смертельный риск.
Любая ошибка, и экипаж корабля не спасти.
Ошибка, или злой умысел.
Как тщательно проверяли «Тэнсоу» перед полетом! Русское КГБ сразу же поделилось добытыми секретными сведениями, что тихоокеанцы что-то замышляют. Но ни Киран Чаудхари, ни Компи, ни десятки японских компьютерщиков и полдюжины искинов так ничего и не обнаружили.
То же касается и грузовика. С той лишь разницей, что он стартовал в начале апреля, то есть за полтора месяца до того, как русские разведчики добыли информацию. Так что тестировать корабль пришлось дистанционно. Это увеличивало вероятность пропустить вражескую закладку.
Ну, и третья версия, которую совершенно невозможно было проверить – это автоматическая исследовательская станция того же самого Тихоокеанского Союза, что продолжает наматывать круги над гигантским приплюснутым булыжником Психеи.
Что наматывала круги…
Первым обнаружил изменение параметров орбиты «Феррета» искин «Тэнсоу» – Кэзуо. Он тут же сообщил об этом по громкой связи.
Хана стремительной рыбкой метнулась к рубке, за пару секунд пролетев через длинный научный отсек.
Компоновка корабля и даже форма рубки управления была нагло позаимствована у русских. Только ложементов было четыре, и располагались они не ногами в середину, а головами.
Хана, кстати, считала это неправильным. Ну и что, что от микрогравитации в одну десятую земной возникало ощущение висение вниз головой? Это только способствовало лучшему кровоснабжению мозга. А еще такое расположение позволяло прекрасно видеть всех товарищей, да и рукам просторно на широкой панели управления.
Космолетчица подплыла к креслу, в котором лежал, едва касаясь его, навигатор – Кураба Наосада. Ухватилась за край ложемента. Женщину неторопливо развернуло ногами к стене обшивки. Чтобы было удобнее, Хана забросила левую ногу поверх бедер космолетчика.
Тот дернулся, диковато на нее посмотрел:
– Вы чего, Хаякава-сан?
– Флиртую, – мимоходом пошутила пилот.
Ей очень не понравился взгляд мужчины. И вовсе не из-за промелькнувшего в нем вожделения. В нем была явная паника, растерянность и страх.
Хане с самого начала не особо приглянулся этот высокий, средних лет господин с залысинами и скучным лицом. Слегка неуравновешенный и нервный, хотя и компанейский.
Хана недоумевала, зачем его взяли в полет? Полтора года в одном корабле – слишком серьезный срок, при котором даже небольшая нестыковка в характерах может сдетонировать так, что мало не покажется.
Но психологам «Джаксы» виднее. Может быть, они специально добавили в состав экипажа именно эту личность, для баланса?
Впрочем, сейчас не до него.
Хана впилась глазами в монитор. На нем очень простая наглядная схема с быстро меняющимися циферками.
Космолетчица протянула руку и коснулась сенсорного экрана. Ловкими пальцами пробежалась по нему, выводя более важные данные.
– Эй! – возмущенно вскрикнул у нее над ухом Наосада. Потянулся было, чтобы перехватить ее кисть, но Хана жестко и прицельно взглянула на мужчину.
Резко спросила, обращаясь в пространство:
– Кэзуо, прогноз по столкновению?!
Что-то скороговоркой бубнящий искин быстро ответил:
– Если «Феррет» сохранит ускорение, то через 812 секунд.
– Ты уводишь грузовик?
– Да, мы уводим корабль с курса! – жестко сказал капитан Миока Наомичи.
А в трехстах тысячах километров от них разыгрывалась драма.
Автоматическая станция Тихоокеанского Союза, вращающаяся по эклиптической орбите, внезапно включила двигатели и пошла на перехват грузовому японскому судну, летающему по полярной орбите, то есть почти перпендикулярно тихоокеанцу.
И Хане, как опытнейшему орбитальному пилоту, было совершенно ясно…
– Он не уйдет! – почти закричала космолетчица. – Кэзуо, уводи «Бурро» вбок, по вектору «океанца»!
– Продолжай маневр! – приказным тоном возразил капитан.
– Кэп, ты дурак! – выругалась Хана, и, явно оставшись недовольной мягкости японского языка, добавила по-русски: – ХХХ ХХХ! Некогда мериться ХХХ! Я пилот, и знаю, что делать!
Капитан повернул голову и яростно посмотрел на японку, пару секунд они боролись взглядами.
– Ладно, командуй, – уступил мужчина.
– Так, Казуо! Задействуй кормовой и два боковых ориентационных. Тягу по вектору атаки. Надо как можно сильней сократить разницу в скоростях. Ты точно не успеешь запустить маршевый?
– Нет, реактор будить по экстренному – минут двадцать.
– Жаль! ХХХ бы по этой ХХХ струей магния! – помечтала Хана.
Опять уставилась на экран. Двумя пальцами выделила две самые главные цифры: время до столкновения и прогноз по относительной скорости: «635» и «106».
«Больше сотни метров в секунду, это под четыреста километров в час. Разлетятся в дребезги! – подумала Хана. – И не уклониться. Кэп идиот, что пытался ускользнуть! Потерял столько времени! Ясно же, что этот ХХХ пиндос летит прицельно, и в любом случае сумеет попасть! ХХХ ХХХ! Вот что они придумали! Собьют не нас, а всего лишь грузовик. Ну и что, что нам не на чем будет вернуться домой, а через несколько месяцев мы помрем с голоду? Они ведь не виноваты, ХХХ ХХХ!»
А корабли продолжали сближаться.
По меркам Земли или Луны, скорости их были просто смехотворными, вот только межпланетные корабли не рассчитаны на то, чтобы друг друга таранить.
Через десять с небольшим минут восьмитонная автоматическая станция Тихоокеанского Союза, разогнавшись до ста пятидесяти метров в секунду, догнала, успевший изменить орбиту и улепетывающий от нее, как испуганная черепаха, стапятидесятитонный грузовик. Он летел наискось, под углом в шестьдесят градусов к вектору столкновения.
В последние секунды тихоокеанская станция окончательно скорректировала полет и врезалась не в корму, где за ажурным плетением трубок радиатора реактора скрывался ускоритель магния, и не в сам реактор, а точно в баки с «рабочкой», необходимой «Тэнсоу», чтобы вернуться на Землю.
Не было взрыва, что так любят рисовать в фантастических боевиках.
И скрежет разрываемого металла и пластика никто не услышал. Звуки в космосе на самом деле могут распространяться, но только с ударной волной.
Зато, были сметаемые и рвущиеся конструкции. Пробитые баки, из которых серебристым «газом» вылетает, сжатая статическим давлением, ионизированная пыль магния.
Практически не поврежденный реактор и ускоритель, уплывающие в сторону Психеи.
И кувыркающийся грузовой отсек с припасами, получивший пинок и улетающий в межпланетное пространство.
К счастью, аппаратура радиосвязи, находящаяся именно в этом модуле, уцелела. Иначе, с расстояния в одну световую секунду, заметить, куда именно полетел пятиметровый обломок корабля, было бы невозможно.
– Всё, – устало сказал навигатор.
– Дерьмо! – выругался капитан.
– Не раскисать! – рявкнула Хана, и почувствовала на своем плече надежную руку мужа. – Кэзуо, корректируй курс для перехвата грузового отсека.
И пояснила зачем-то:
– ХХХ, с этой Землей, жрачка превыше всего!
Глава 8. Последствия.
30.11.2059.
Мир и ближайшие окрестности Вселенной.
30.11.2059. 16:50 по среднеяпонскому, 7:50 по Гринвичу, 29.11.2059 23:50 по времени Тихоокеанской Конфедерации США.
Из заявления Верховного Сенатора Тихоокеанской Конфедерации США, исполняющего в данный момент обязанности Главного Координатора Тихоокеанского Союза:
«Мы сожалеем о произошедшем возле астероида Психея. Час назад автоматическая станция, направленная нашим Союзом для исследования этого небесного тела, стала передавать некорректную информацию, самовольно изменила орбиту и совершила столкновение с японским автоматическим грузовым судном. К счастью корабль «Тэнсоу» не пострадал. Все члены экспедиции, как уверяют нас японские друзья, живы и здоровы. Корпорация «Спейс-Икс» приступила к внутреннему расследованию. Правительства союзных государств и наши спецслужбы работают в тесном контакте с корпорацией».
30.11.2059. 17:30 по среднеяпонскому.
Из выступления премьер-министра Японии Кавашимо Кейта:
«…В результате, жизнь наших космолетчиков находится в смертельной опасности. С большой долей вероятности, их не удастся спасти. Исходя из этого, мы требуем, чтобы наши представители приняли участие в расследовании!»
30.11.2059. 19:20 по среднеяпонскому. 2:20 по времени Тихоокеанской Конфедерации США.
Штаб-квартира корпорации «Спейс-Икс» в Сан-Франциско. Из пресс-конференции главы корпорации Джеймса Маска:
«Таким образом, очевидно, что подчерк тот же, что и при гибели индийского «Удхарты». Это явная террористическая атака! И мы в состоянии самостоятельно провести расследования. Именно наша корпорация понесла тяжелейшие убытки. Мы прогнозируем падение капитализации на завтрашних, простите, уже сегодняшних торгах на пятнадцать-двадцать процентов! А это сотни миллиардов «единых»! Помощи иностранных специалистов в работе нашей комиссии не требуется!»
30.11.2059. 19:40 по среднеяпонскому. 2:40 по времени Тихоокеанской Конфедерации.
В 700 километрах к западу от Сан-Франциско.
Субмарина японского императорского флота зависла на глубине 900 метров. Она вышла из Нагасаки за месяц до этого. А пять дней назад от нее отделились четыре роботизированных носителя.
Они опустились к самому дну Тихого океана, и очень неторопливо, огибая рельеф, поплыли к своим целям.
Нет, для финального рывка и термоядерных взрывов в крупнейших портах тихоокеанского побережья Северной Америки должен прийти особый длинноволновый сигнал, ретранслируемый через микро-буи, что разбросаны по поверхности. Но боеголовки в пятнадцать мегатонн каждая уже на взводе.
Две такие же атомарины были заранее выдвинуты к юго-восточному побережью Австралии и к южной оконечности Ирландии.
Это, не считая четырех подводных ракетоносцев, притаившихся где-то в мировом океане.
У Японии всего сотня с небольшим ядерных боеголовок. Но, по оценкам международных экспертов, в случае конфликта, больше половины их достигнут своей цели.
А вот из почти семиста ядерных зарядов, которыми владеют государства Тихоокеанского Союза, через невероятно плотную и эффективную противоракетную оборону Японии смогут пройти меньше десяти процентов.
Но и этого будет достаточно.
Человечество еще не подозревало, что находится на грани страшной войны, которая способна смести с карты Мира несколько развитых стран, убить десятки миллионов людей и привести к ядерной зиме.
30.11.2059. 19:50 по среднеяпонскому.
Над Луной.
Японский автоматический зонд, летающий по полярной орбите, внезапно ускорился и врезался в идущий на посадку автоматический грузовик фирмы «Спейс-Икс». Разница скоростей была такая, что оба корабля исчезли во вспышке, а в окрестное космическое пространство полетели многочисленные обломки. По какой-то странной случайности основной их поток пришелся в направлении поверхности. В полусотне километров от базы Тихоокеанского Союза образовалось с десяток крошечных кратеров.
30.11.2059. 21:20 по среднеяпонскому.
Из заявления пресс-секретаря «Джаксы»:
«Очевидно, что авария на лунной орбите, полностью аналогична той, что произошла у Психеи. Международный терроризм старается изо всех сил поссорить наши государства. Разумеется, мы с радостью примем помощь в расследовании катастрофы от наших тихоокеанских коллег. И предоставим им все имеющиеся материалы. Так же, как, без сомнения, компания «Спейс-Икс» наконец-таки даст возможность нашим специалистам участвовать в расследовании инцидента у Психеи».
01.12.2059. 11:00 по среднеяпонскому.
Из выступления премьер-министра Японии в парламенте:
«К моему глубочайшему сожалению и с недоумением, информирую вас, что до сих пор не поступило никаких официальных заявлений о допуске международной комиссии, которую создали с нашим участием Россия, Индия, Китай и Франция, к изучению обстоятельств инцидента у Психеи. Мы будем ждать еще в течение двенадцати чесов…»
01.12.2059. 23:00 по среднеяпонскому. 17:00 по Московскому.
Заявление президента РСФСР:
«Срок наших предложений истек. Молчание представителей власти Тихоокеанского Союза и волна дезинформации и фейков, захлестнувшая средства массовой информации стран запада, красноречиво говорит, что никакого расследования не будет. Это и понятно.
КГБ России, и спецслужбами наших союзников еще до произошедшей катастрофы были захвачены несколько главарей так называемого «Киберджихада». Они дали показания, что работали по указке из Лондона и Сиднея. В связи с этим я заявляю, что любой космический корабль Тихоокеанского Союза, начавший двигаться и изменять свою орбиту без официального предупреждения, будет рассматриваться, как «захваченный террористами» и уничтожатся…»
02.12.2059. 3:30 по среднеяпонскому. 01.12.2059. 18:30 по Гринвичу.
Из заявления министра иностранных дел Объединенного Королевства Англии и Уэльса:
«…Грязные инсинуации! Мы в очередной раз видим, как Россия и их подпевалы на чужом горе устраивают антизападную истерию! Нас, непримиримых борцов с мировым терроризмом, потерявших в этих сражениях тысячи своих граждан, обвинять в содействии этим исчадиям ада?! «Киберджихад» – наш смертельный враг. Буквально месяц назад силами наших спецслужб были разгромлены десятки их ячеек по всему Миру. Ликвидированы сотни боевиков, программистов, а, главное, сама верхушка этой организации! Мы, в союзе с нашими европейскими, американскими и израильскими друзьями, практически стерли с лика нашей планеты эту заразу.
И что получаем в ответ от русских, и их азиатских сателлитов? Голословные обвинения! И явные фейки, не имеющие никакой ценности!»
Субмарины таились в океане.
Ракетные установки были приведены в высшую степень готовности.
А мощные лазеры держали в перекрестье прицелов спутники и орбитальные станции.
02.12.2059. 22:40 по среднеяпонскому. То же по бортовому времени «Тэнсоу»
Хана хорошенько выспалась днем.
Японская космолетчица выработала умение заставлять себя полноценно отдыхать перед серьезной работой. Федор и Юске Наруми столь полезным навыком не обладали, но тоже постарались набраться сил.
