- А пока давайте в Каррану, - предложила Юлька. - Я уже столько наслышана про ее красоты, прям сил нет, как хочется.
- Вот в Каррану - с удовольствием, - широко улыбнулся Самир.
Вернувшись в город, Наиль повел ее лошадку в городскую конюшню, оставив их с Самиром неторопливо двигаться в сторону центра по узким, петляющим улочкам. Солнце еще не село, но уже клонилось к закату.
- Можно я кое-что тебе покажу? - спросил Самир, и Юлька благосклонно согласилась, надеясь, что это не отнимет много времени: у нее болела спина и с непривычки дрожали ноги. Он свернул в переулочек недалеко от центра и повел ее в какой-то неприметный дворик. Тут все такие, подумалось ей, это особенность местного образа жизни: роскошные восточные дворцы за скромными стенами. Но в этом дворике роскоши не оказалось: в просторном патио с круглым каменным колодцем в центре, с белеными стенами и цветастой керамической плиткой стояло всего лишь несколько скамеек. Вытащив из-под одной из них ключ, Самир повел Юльку в полутемное помещение с такими же белыми, как и во дворе, стенами, отпер едва заметный замок и распахнул перед ней массивную дверь.
Там, за дверью, обнаружился большой зал, стены которого были сплошь покрыты фресками. Прямо напротив входа Юлька увидела изображенного в полный рост человека. Одет он был в светлые брюки и просторную тунику почти до колен, которую носили, судя по книгам, лет сто пятьдесят-двести назад. Ассар с правильными, симметричными чертами лица, при внимательном рассмотрении он казался смутно знакомым. Свод зала был расписан сюжетами с его участием: множество небольших рисунков с незамысловатыми, обыденными сюжетами, выполненными в светлых тонах с использованием сияющих красок, спускалось по стене, становясь книзу темнее и ярче. Менялись и сюжеты: здесь, на уровне глаз, человек в белых одеждах сражался с мрачными существами-демонами, неизменно их побеждая.
- Не все в наших мирах считают Вечных благом, - пояснил Самир. - Многие верят в Единого.
- Единый - тоже бог? - переспросила Юлька. - Божественная сущность вроде Вечных? Или он человек?
- Человек и бог, - ответил Самир - Обычный человек с богом в душе.
- Ваши Вечные - это тоже обычный человек с богом в душе, - проворчала она, внимательно разглядывая фрески. - Только богом является не человеческая его часть, а могущественная сущность, принимающая звериный облик. Они словно бы идеально для вашего мира приспособлены - для мира, где много разумных существ нечеловеческого облика и сознания.
- Единый - полностью человек, но он обладает всеми силами Вечных, его возможности не раскиданы по разным звериным телам, - объяснил Самир. - Он един для всех. И он не подчиняет себе разумных.
- Он тоже вселяется в чье-то тело?
- Он живет среди нас и борется с демонами, - продолжил Самир, уйдя от прямого ответа. - Однажды он явит себя людям и останется с ними навсегда.
Юлька пристально смотрела на человека в белой тунике, пытаясь понять, кого он ей напоминает. Устав от попыток уловить сходство, она принялась разглядывать верхние, нарисованные светлыми тонами сюжеты. Самир следовал за ней, поясняя некоторые из них.
- А где он сейчас? - спросила она, налетев на него, когда он остановился. - Что он делает, чем занят?
- Он защищает людей и Двуликих и борется с демонами, - Самир подхватил ее под руку, отведя чуть в сторону, чтобы она могла лучше рассмотреть общую картину.
- С демонами?
- Да. Присмотрись. Узнаешь?- он махнул рукой на фрески напротив нее.
Действительно, она стала узнавать в центральных рядах фресок существ, похожих на Вечных, но гораздо более уродливых и пугающих. Каждый сюжет рисовал поединок Единого с кем-нибудь из чудовищ, причем демон обычно уже был почти повержен. В нижнем ряду фресок были изображены сами демоны и их жестокие деяния.
- Так, - хмыкнула Юлька. - Часть из вас считает, что Вечные - это демоны, то есть - абсолютное зло, подлежащее уничтожению?
- Правильно, - кивнул Самир. - Это существа, наделенные злой волей, которые вселяются в людей - заметь, только в людей, а люди, как ты знаешь, не могут менять облик, они созданы творцами постоянными. Демоны их ломают, подчиняя себе и заставляя убивать себе подобных. Зачем демонам наш мир? Они живут в Мааре, мире Некроса, и стремятся выйти в мир живых. Мы им молимся, верим в них, просим – благословляем - благодарим в храмах, и тем самым призываем их на свою голову. Благодаря нам они долго живут, в прямом и переносном смысле - питаются как нашими эмоциями, так и нашей кровью и плотью. Как ты думаешь, это нормально?
- В земной мифологии бывало и похлеще, - возразила Юлька. - Многим богам приносили жертвы, иногда даже новорожденными младенцами.
-То в мифологии. Сказки. Возможно, отголосок нашего совместного бытия, когда и боги у нас были общие. Кстати, не эти, знаешь? Другие. Эти появились после раскола земель. Поэтому наше учение считает, что Вечные - сущности не божественные, а именно демонические. После раскола мир был захвачен демонами из Маара и теперь они нами правят.
- Демоны могут творить как зло, так и добро, - возразила она, вспомнив Мефистофеля.
- Опять ты мыслишь как мы, - обрадовался он. - Но демон не равен богу. Зачем разумным существам демоны в качестве объекта веры?
- По-моему, единобожие в вашем мире невозможно в силу разнообразия рас,- покачала головой Юлька.
- Почему нет? Собственно, оно существует, вот оно, - он обвел рукой храм. - Только пока в зачаточном состоянии. Оно возникло совсем недавно.
- Ну хорошо, - задумалась Юлька, еще раз оглядывая фрески. - Почему Единый борется с Вечными? Зачем это ему?
- Вечные - пережиток прошлого. Человечество должно от них освободиться. Оно само может развиваться, организовать себя и защитить. Но для этого у него должна быть универсальная объединяющая идея.
- И это Единый, - подытожила Юлька. - Я поняла... Смотри, он у вас опять человек. А как же Двуликие?
- А ты присмотрись, - улыбнулся он. - Единый не имеет ярко выраженных внешних черт, он даже не двуликий, он многоликий. Он такой, каким увидишь его именно ты. Локки видит в этом изображении черты локки, у нигийцев он приобретает ряд их особенностей, ассар же увидит шаама, элеза или ирнанца, в зависимости от того, каков он сам. Он един. И в то же время у каждого он свой.
Юлька задумалась. А что, вполне себе годная идея для веры... Спорить бессмысленно. Какая разница, кто во что верит и кому как легче жить? Это не ее дело. Лезть с советами, спорить, критиковать и осуждать она никого не собирается.
Самир ушел куда-то в самую дальнюю часть зала и вернулся, протягивая ей потертую книгу в темно-коричневой обложке.
- Почитай. Я не слишком хороший проповедник, увы. Тут все - и о Едином, о том, откуда он взялся, его деяния, победы и поражения, лики демонов и их истинные деяния. Борьба длится давно и она неравная, но мы верим, что однажды демонов не станет, и ему не надо будет скрываться.
- Сколько лет вере в Единого? - спросила Юлька, беря увесистый фолиант.
- Около 300, кажется. Можно посмотреть, когда книга издана, это одно из самых первых изданий.
Книга была издана 196 лет назад. Юлька полистала ее, цепляясь за красочные картинки. Лик Единого и тут казался то безликим, то знакомым и очень симпатичным, а демоны-Вечные устрашали. Она нашла тех, кого знала: Нигейр был изображен оранжево-огненным шипастым чудовищем, из пасти которого вырывалось ядовито-зеленое пламя, Ширин - уродливой тварью с непропорционально большой головой, налитыми кровью глазами, клыками, торчащими из пасти, и с перепончатыми крыльями, каждый сегмент которых заканчивался когтем. Ворон выглядел красноглазой гигантской тварью с крыльями, каждое перо которых напоминало саблю, а Эрлен имела хищную окровавленную морду, тоже с оскаленными клыками, желтыми горящими глазами и непропорционально уродливыми когтистыми лапами, когти на которых казались больше самих лап. Полистав страницы, она увидела и мелкотелую зверушку с грязной шерстью, с дырочками вместо носа, с висящим из пасти раздвоенным языком, с рваными ушами и мерзкой плотоядной ухмылкой, и только по подписи поняла, что это Кинэн Горностай. С трудом сдержав смех, чтобы не обидеть Самира, она согласилась почитать. С собой у нее ничего не было, кроме небольшой сумочки через плечо, поэтому книгу пришлось нести в руках.
Самир проводил ее до университетского дормитория. Темнело, но в апельсиновом саду перед подъемом на галерею, за которым начинались студенческие спальни, шумел и толпился народ, скамейки были заняты парочками, а в самом центре тусовалась хорошо знакомая компания, в которой неожиданно обнаружился Наиль. Махнув им рукой, он продолжил эмоционально с кем-то спорить, бурно жестикулируя. Юлька улыбнулась своему спутнику.
- Спасибо за прекрасный день, мне очень понравилось.
- Я попробую что-нибудь разузнать про Ортлер,- пообещал Самир. - И мы обязательно съездим в Каррану.
- Может слетаем? - поморщилась Юлька, краем глаза заметив, как кто-то очень знакомый быстро спускается с галереи и направляется в ее сторону.
- Тут через шеадр ближе и проще, - возразил Самир. - Можешь взять знакомых, если хочешь, компанией будет веселее. Хотя признаюсь, я не ходок по музеям.
- Вот ты где,- раздался рядом хорошо знакомый голос, - я тебя еще днем искал, - прокомментировал он, - а мне сказали, что ты уехала за город с двумя горячими шамальскими парнями.
Юлька поняла, почему не сразу узнала посетителя - его светлая рубашка с кое-как закатанными по локоть рукавами была небрежно расстегнута и заляпана грязью, брюки были тоже не в лучшем виде, копна волос, как всегда, казалась взлохмаченной, и - ни ремня, ни оружия, конечно же. Весь он выглядел так демонически несолидно на фоне элегантного, ухоженного, высокомерного Самира, что Юлька чуть не расхохоталась, особенно после свежего в памяти разговора о богах и демонах.
- Что ты здесь делаешь?- смеясь, спросила она, торопливо стряхивая с его рубашки явные следы земли.
-Не все студенты одинаково усердны, - прокомментировал Рессер с брезгливой миной. - У некоторых от рождения кривые руки. Старая знакомая попросила посмотреть одну плохо работающую вещь, - продолжил он, кинув очень короткий и пристальный взгляд на Самира, которому явно не понравилось появление чужака. - Вообще, конечно, это не мое дело, ребята, но я бы не советовал сейчас совершать длительные прогулки за пределы городских стен. Саманданг не рядом с Кельбелой, но осторожность не помешает. Ситуация не слишком спокойная.
- А мы в Каррану собираемся, - сказала Юлька встревожено. - Думаешь, не надо?
Рес пожал плечами.
- Даже не знаю. Может, подождете немого? Каррана от вас не убежит. Боюсь, в ближайшее время она может опять стать объектом раздора.
Самир глядел на неожиданного и непрошеного гостя с растущим недовольством.
-Позвольте нам самим решать, как распоряжаться свободным временем, - заявил он неприязненно, окинув досадную помеху с головы до ног не менее пристальным и цепким взглядом. Поискав оружие и не найдя его, он преисполнился явным презрением.
- Вы уверены, что сможете правильно им распорядиться, особенно взяв на себя ответственность за безопасность этой ланны? - как-то очень недобро спросил Рес, и Юлька почувствовала повисшее в воздухе напряжение.
- Мы будем осторожны, - поспешно заверила она его.
- Я позабочусь о безопасности ланны Юлии лучше шезема, - бросил Самир с неожиданной резкостью. Юлька поморщилась - шеземами в Ар Шамале уничижительно называли не-воинов, людей, не умеющих обращаться с оружием, а иногда и чужаков. Опасаясь недоброй реакции со стороны Хэйгена, она бросила на него осторожный взгляд и обнаружила, что тот смеется.
- Ладно, народ, будьте только поосторожнее, - благодушно ответил он. - Юль, мне бы надо с тобой поговорить. На ту же тему, только не злись опять, хорошо?
Юлька тяжело вздохнула. Ну что еще она может рассказать ему про Сашу? Они уже выяснили, что она на самом деле знает не так уж много подробностей его биографии. К тому же, ей совсем не хотелось бередить прошлое, ее душа только недавно перестала болеть.
- Может потом? - попросила она жалобно. - А то я что-то есть хочу...- не зная, как избежать этой темы, она продолжила. - И устала очень.
Рессер вздохнул.
- Да я в общем не сколько о нашем общем знакомом собрался спрашивать, скорее о вашей популярной военной литературе, - сказал он.
- Ланна устала, - с нажимом сказал Самир, беря ее за руку и явно собираясь отодвинуть подальше от подозрительного типа.
-Что ж вы так неосторожно, - хмыкнул тот. - Не бережете свою спутницу. И не кормите. Длинные прогулки, да еще за городом – штука чрезвычайно утомительная, а она еще и книжки тяжелые с собой берет.
Юлька чуть было не рассмеялась, но взглянув на окаменевшее лицо Самира, решила не накалять ситуацию. Рес забрал у нее книгу, в шутку взвесил ее на ладони, изобразив, какая она тяжелая, а затем открыл в первом попавшемся месте.
- А, знакомый трактат,- хмыкнул он. - Первая часть нудновата и страдает отсутствием логики. Вторая, на мой взгляд, гораздо увлекательнее.
-Ты знаешь? - изумилась она. - И читал?
- Конечно, - ответил он весело. - Там есть настоящие шедевры. Когда я читал, особенно угогатывался над главами восьмой, кажется, и двенадцатой, которая про Альсара. Только на ночь не читай - кошмары сниться будут. А, еще перед едой не читай, если брезгливая, а то местами и стошнить может.
Юлька перевела взгляд на Самира, справедливо опасаясь, что подобные высказывания придутся ему сильно не по нраву. Она не ошиблась - шаам потемнел лицом, шея вздулась жилами, правая рука уже лежала на рукоятке кинжала.
- Я не разделяю ваше мнение,- ответил он, старательно сдерживаясь. - И ланна Юлия тоже, к вашему сведению.
- Правда? - насмешливо переспросил Рес. - Что ж, признаю, у нее действительно есть на то основания.
- Я считаю, вы должны извиниться за нанесенное нам оскорбление, - продолжил Самир, - тем более, что нанося его, вы были осведомлены, о чем говорите и я не могу искупить ваши слова вашим невежеством.
Юлька поспешила сделать шаг вперед, на всякий случай оказавшись между мужчинами. Рес, помолчав, недобро изменился и ответил со всей серьезностью.
- По правде говоря, я считаю большую часть этой книги оскорблением, - отчеканил он. - Клеветой. Но если вам нравится, никто не запрещает вам читать и верить. Это ваше право. Но боюсь, извиняться потом придется вам - передо мной, а мне это совершенно не нужно. Мне все равно. Давайте уже закончим дурацкий разговор, вы пойдете домой, а я накормлю девушку и мы поговорим о деле.
- Тогда мне придется заставить вас извиниться, - в голосе Самира звучала уже плохо контролируемая ярость, и Юлька испугалась, что тот сделает какую-нибудь непоправимую глупость. Она неожиданно осознала, что не представляет, что кроется за насмешками Хэйгена и что от него ожидать. Насколько атаки Самира задевают его гордость? Что будет, если он выйдет из себя?
Юлька поежилась, опять вспомнив гигантскую бешеную птицу над своей головой.
- Идите домой, юноша, - устало сказал Рессер. - Ваша спутница прочтет трактат и вы его потом обсудите, где-нибудь подальше от меня, а то у меня от собственных... теологических проблем второй день голова болит.
- Вот в Каррану - с удовольствием, - широко улыбнулся Самир.
Вернувшись в город, Наиль повел ее лошадку в городскую конюшню, оставив их с Самиром неторопливо двигаться в сторону центра по узким, петляющим улочкам. Солнце еще не село, но уже клонилось к закату.
- Можно я кое-что тебе покажу? - спросил Самир, и Юлька благосклонно согласилась, надеясь, что это не отнимет много времени: у нее болела спина и с непривычки дрожали ноги. Он свернул в переулочек недалеко от центра и повел ее в какой-то неприметный дворик. Тут все такие, подумалось ей, это особенность местного образа жизни: роскошные восточные дворцы за скромными стенами. Но в этом дворике роскоши не оказалось: в просторном патио с круглым каменным колодцем в центре, с белеными стенами и цветастой керамической плиткой стояло всего лишь несколько скамеек. Вытащив из-под одной из них ключ, Самир повел Юльку в полутемное помещение с такими же белыми, как и во дворе, стенами, отпер едва заметный замок и распахнул перед ней массивную дверь.
Там, за дверью, обнаружился большой зал, стены которого были сплошь покрыты фресками. Прямо напротив входа Юлька увидела изображенного в полный рост человека. Одет он был в светлые брюки и просторную тунику почти до колен, которую носили, судя по книгам, лет сто пятьдесят-двести назад. Ассар с правильными, симметричными чертами лица, при внимательном рассмотрении он казался смутно знакомым. Свод зала был расписан сюжетами с его участием: множество небольших рисунков с незамысловатыми, обыденными сюжетами, выполненными в светлых тонах с использованием сияющих красок, спускалось по стене, становясь книзу темнее и ярче. Менялись и сюжеты: здесь, на уровне глаз, человек в белых одеждах сражался с мрачными существами-демонами, неизменно их побеждая.
- Не все в наших мирах считают Вечных благом, - пояснил Самир. - Многие верят в Единого.
- Единый - тоже бог? - переспросила Юлька. - Божественная сущность вроде Вечных? Или он человек?
- Человек и бог, - ответил Самир - Обычный человек с богом в душе.
- Ваши Вечные - это тоже обычный человек с богом в душе, - проворчала она, внимательно разглядывая фрески. - Только богом является не человеческая его часть, а могущественная сущность, принимающая звериный облик. Они словно бы идеально для вашего мира приспособлены - для мира, где много разумных существ нечеловеческого облика и сознания.
- Единый - полностью человек, но он обладает всеми силами Вечных, его возможности не раскиданы по разным звериным телам, - объяснил Самир. - Он един для всех. И он не подчиняет себе разумных.
- Он тоже вселяется в чье-то тело?
- Он живет среди нас и борется с демонами, - продолжил Самир, уйдя от прямого ответа. - Однажды он явит себя людям и останется с ними навсегда.
Юлька пристально смотрела на человека в белой тунике, пытаясь понять, кого он ей напоминает. Устав от попыток уловить сходство, она принялась разглядывать верхние, нарисованные светлыми тонами сюжеты. Самир следовал за ней, поясняя некоторые из них.
- А где он сейчас? - спросила она, налетев на него, когда он остановился. - Что он делает, чем занят?
- Он защищает людей и Двуликих и борется с демонами, - Самир подхватил ее под руку, отведя чуть в сторону, чтобы она могла лучше рассмотреть общую картину.
- С демонами?
- Да. Присмотрись. Узнаешь?- он махнул рукой на фрески напротив нее.
Действительно, она стала узнавать в центральных рядах фресок существ, похожих на Вечных, но гораздо более уродливых и пугающих. Каждый сюжет рисовал поединок Единого с кем-нибудь из чудовищ, причем демон обычно уже был почти повержен. В нижнем ряду фресок были изображены сами демоны и их жестокие деяния.
- Так, - хмыкнула Юлька. - Часть из вас считает, что Вечные - это демоны, то есть - абсолютное зло, подлежащее уничтожению?
- Правильно, - кивнул Самир. - Это существа, наделенные злой волей, которые вселяются в людей - заметь, только в людей, а люди, как ты знаешь, не могут менять облик, они созданы творцами постоянными. Демоны их ломают, подчиняя себе и заставляя убивать себе подобных. Зачем демонам наш мир? Они живут в Мааре, мире Некроса, и стремятся выйти в мир живых. Мы им молимся, верим в них, просим – благословляем - благодарим в храмах, и тем самым призываем их на свою голову. Благодаря нам они долго живут, в прямом и переносном смысле - питаются как нашими эмоциями, так и нашей кровью и плотью. Как ты думаешь, это нормально?
- В земной мифологии бывало и похлеще, - возразила Юлька. - Многим богам приносили жертвы, иногда даже новорожденными младенцами.
-То в мифологии. Сказки. Возможно, отголосок нашего совместного бытия, когда и боги у нас были общие. Кстати, не эти, знаешь? Другие. Эти появились после раскола земель. Поэтому наше учение считает, что Вечные - сущности не божественные, а именно демонические. После раскола мир был захвачен демонами из Маара и теперь они нами правят.
- Демоны могут творить как зло, так и добро, - возразила она, вспомнив Мефистофеля.
- Опять ты мыслишь как мы, - обрадовался он. - Но демон не равен богу. Зачем разумным существам демоны в качестве объекта веры?
- По-моему, единобожие в вашем мире невозможно в силу разнообразия рас,- покачала головой Юлька.
- Почему нет? Собственно, оно существует, вот оно, - он обвел рукой храм. - Только пока в зачаточном состоянии. Оно возникло совсем недавно.
- Ну хорошо, - задумалась Юлька, еще раз оглядывая фрески. - Почему Единый борется с Вечными? Зачем это ему?
- Вечные - пережиток прошлого. Человечество должно от них освободиться. Оно само может развиваться, организовать себя и защитить. Но для этого у него должна быть универсальная объединяющая идея.
- И это Единый, - подытожила Юлька. - Я поняла... Смотри, он у вас опять человек. А как же Двуликие?
- А ты присмотрись, - улыбнулся он. - Единый не имеет ярко выраженных внешних черт, он даже не двуликий, он многоликий. Он такой, каким увидишь его именно ты. Локки видит в этом изображении черты локки, у нигийцев он приобретает ряд их особенностей, ассар же увидит шаама, элеза или ирнанца, в зависимости от того, каков он сам. Он един. И в то же время у каждого он свой.
Юлька задумалась. А что, вполне себе годная идея для веры... Спорить бессмысленно. Какая разница, кто во что верит и кому как легче жить? Это не ее дело. Лезть с советами, спорить, критиковать и осуждать она никого не собирается.
Самир ушел куда-то в самую дальнюю часть зала и вернулся, протягивая ей потертую книгу в темно-коричневой обложке.
- Почитай. Я не слишком хороший проповедник, увы. Тут все - и о Едином, о том, откуда он взялся, его деяния, победы и поражения, лики демонов и их истинные деяния. Борьба длится давно и она неравная, но мы верим, что однажды демонов не станет, и ему не надо будет скрываться.
- Сколько лет вере в Единого? - спросила Юлька, беря увесистый фолиант.
- Около 300, кажется. Можно посмотреть, когда книга издана, это одно из самых первых изданий.
Книга была издана 196 лет назад. Юлька полистала ее, цепляясь за красочные картинки. Лик Единого и тут казался то безликим, то знакомым и очень симпатичным, а демоны-Вечные устрашали. Она нашла тех, кого знала: Нигейр был изображен оранжево-огненным шипастым чудовищем, из пасти которого вырывалось ядовито-зеленое пламя, Ширин - уродливой тварью с непропорционально большой головой, налитыми кровью глазами, клыками, торчащими из пасти, и с перепончатыми крыльями, каждый сегмент которых заканчивался когтем. Ворон выглядел красноглазой гигантской тварью с крыльями, каждое перо которых напоминало саблю, а Эрлен имела хищную окровавленную морду, тоже с оскаленными клыками, желтыми горящими глазами и непропорционально уродливыми когтистыми лапами, когти на которых казались больше самих лап. Полистав страницы, она увидела и мелкотелую зверушку с грязной шерстью, с дырочками вместо носа, с висящим из пасти раздвоенным языком, с рваными ушами и мерзкой плотоядной ухмылкой, и только по подписи поняла, что это Кинэн Горностай. С трудом сдержав смех, чтобы не обидеть Самира, она согласилась почитать. С собой у нее ничего не было, кроме небольшой сумочки через плечо, поэтому книгу пришлось нести в руках.
Самир проводил ее до университетского дормитория. Темнело, но в апельсиновом саду перед подъемом на галерею, за которым начинались студенческие спальни, шумел и толпился народ, скамейки были заняты парочками, а в самом центре тусовалась хорошо знакомая компания, в которой неожиданно обнаружился Наиль. Махнув им рукой, он продолжил эмоционально с кем-то спорить, бурно жестикулируя. Юлька улыбнулась своему спутнику.
- Спасибо за прекрасный день, мне очень понравилось.
- Я попробую что-нибудь разузнать про Ортлер,- пообещал Самир. - И мы обязательно съездим в Каррану.
- Может слетаем? - поморщилась Юлька, краем глаза заметив, как кто-то очень знакомый быстро спускается с галереи и направляется в ее сторону.
- Тут через шеадр ближе и проще, - возразил Самир. - Можешь взять знакомых, если хочешь, компанией будет веселее. Хотя признаюсь, я не ходок по музеям.
- Вот ты где,- раздался рядом хорошо знакомый голос, - я тебя еще днем искал, - прокомментировал он, - а мне сказали, что ты уехала за город с двумя горячими шамальскими парнями.
Юлька поняла, почему не сразу узнала посетителя - его светлая рубашка с кое-как закатанными по локоть рукавами была небрежно расстегнута и заляпана грязью, брюки были тоже не в лучшем виде, копна волос, как всегда, казалась взлохмаченной, и - ни ремня, ни оружия, конечно же. Весь он выглядел так демонически несолидно на фоне элегантного, ухоженного, высокомерного Самира, что Юлька чуть не расхохоталась, особенно после свежего в памяти разговора о богах и демонах.
- Что ты здесь делаешь?- смеясь, спросила она, торопливо стряхивая с его рубашки явные следы земли.
-Не все студенты одинаково усердны, - прокомментировал Рессер с брезгливой миной. - У некоторых от рождения кривые руки. Старая знакомая попросила посмотреть одну плохо работающую вещь, - продолжил он, кинув очень короткий и пристальный взгляд на Самира, которому явно не понравилось появление чужака. - Вообще, конечно, это не мое дело, ребята, но я бы не советовал сейчас совершать длительные прогулки за пределы городских стен. Саманданг не рядом с Кельбелой, но осторожность не помешает. Ситуация не слишком спокойная.
- А мы в Каррану собираемся, - сказала Юлька встревожено. - Думаешь, не надо?
Рес пожал плечами.
- Даже не знаю. Может, подождете немого? Каррана от вас не убежит. Боюсь, в ближайшее время она может опять стать объектом раздора.
Самир глядел на неожиданного и непрошеного гостя с растущим недовольством.
-Позвольте нам самим решать, как распоряжаться свободным временем, - заявил он неприязненно, окинув досадную помеху с головы до ног не менее пристальным и цепким взглядом. Поискав оружие и не найдя его, он преисполнился явным презрением.
- Вы уверены, что сможете правильно им распорядиться, особенно взяв на себя ответственность за безопасность этой ланны? - как-то очень недобро спросил Рес, и Юлька почувствовала повисшее в воздухе напряжение.
- Мы будем осторожны, - поспешно заверила она его.
- Я позабочусь о безопасности ланны Юлии лучше шезема, - бросил Самир с неожиданной резкостью. Юлька поморщилась - шеземами в Ар Шамале уничижительно называли не-воинов, людей, не умеющих обращаться с оружием, а иногда и чужаков. Опасаясь недоброй реакции со стороны Хэйгена, она бросила на него осторожный взгляд и обнаружила, что тот смеется.
- Ладно, народ, будьте только поосторожнее, - благодушно ответил он. - Юль, мне бы надо с тобой поговорить. На ту же тему, только не злись опять, хорошо?
Юлька тяжело вздохнула. Ну что еще она может рассказать ему про Сашу? Они уже выяснили, что она на самом деле знает не так уж много подробностей его биографии. К тому же, ей совсем не хотелось бередить прошлое, ее душа только недавно перестала болеть.
- Может потом? - попросила она жалобно. - А то я что-то есть хочу...- не зная, как избежать этой темы, она продолжила. - И устала очень.
Рессер вздохнул.
- Да я в общем не сколько о нашем общем знакомом собрался спрашивать, скорее о вашей популярной военной литературе, - сказал он.
- Ланна устала, - с нажимом сказал Самир, беря ее за руку и явно собираясь отодвинуть подальше от подозрительного типа.
-Что ж вы так неосторожно, - хмыкнул тот. - Не бережете свою спутницу. И не кормите. Длинные прогулки, да еще за городом – штука чрезвычайно утомительная, а она еще и книжки тяжелые с собой берет.
Юлька чуть было не рассмеялась, но взглянув на окаменевшее лицо Самира, решила не накалять ситуацию. Рес забрал у нее книгу, в шутку взвесил ее на ладони, изобразив, какая она тяжелая, а затем открыл в первом попавшемся месте.
- А, знакомый трактат,- хмыкнул он. - Первая часть нудновата и страдает отсутствием логики. Вторая, на мой взгляд, гораздо увлекательнее.
-Ты знаешь? - изумилась она. - И читал?
- Конечно, - ответил он весело. - Там есть настоящие шедевры. Когда я читал, особенно угогатывался над главами восьмой, кажется, и двенадцатой, которая про Альсара. Только на ночь не читай - кошмары сниться будут. А, еще перед едой не читай, если брезгливая, а то местами и стошнить может.
Юлька перевела взгляд на Самира, справедливо опасаясь, что подобные высказывания придутся ему сильно не по нраву. Она не ошиблась - шаам потемнел лицом, шея вздулась жилами, правая рука уже лежала на рукоятке кинжала.
- Я не разделяю ваше мнение,- ответил он, старательно сдерживаясь. - И ланна Юлия тоже, к вашему сведению.
- Правда? - насмешливо переспросил Рес. - Что ж, признаю, у нее действительно есть на то основания.
- Я считаю, вы должны извиниться за нанесенное нам оскорбление, - продолжил Самир, - тем более, что нанося его, вы были осведомлены, о чем говорите и я не могу искупить ваши слова вашим невежеством.
Юлька поспешила сделать шаг вперед, на всякий случай оказавшись между мужчинами. Рес, помолчав, недобро изменился и ответил со всей серьезностью.
- По правде говоря, я считаю большую часть этой книги оскорблением, - отчеканил он. - Клеветой. Но если вам нравится, никто не запрещает вам читать и верить. Это ваше право. Но боюсь, извиняться потом придется вам - передо мной, а мне это совершенно не нужно. Мне все равно. Давайте уже закончим дурацкий разговор, вы пойдете домой, а я накормлю девушку и мы поговорим о деле.
- Тогда мне придется заставить вас извиниться, - в голосе Самира звучала уже плохо контролируемая ярость, и Юлька испугалась, что тот сделает какую-нибудь непоправимую глупость. Она неожиданно осознала, что не представляет, что кроется за насмешками Хэйгена и что от него ожидать. Насколько атаки Самира задевают его гордость? Что будет, если он выйдет из себя?
Юлька поежилась, опять вспомнив гигантскую бешеную птицу над своей головой.
- Идите домой, юноша, - устало сказал Рессер. - Ваша спутница прочтет трактат и вы его потом обсудите, где-нибудь подальше от меня, а то у меня от собственных... теологических проблем второй день голова болит.
