— Да нет же, мама! — Леся со смехом подхватила её под руки, потом обняла за плечи.— Мы с Ленкой посидим, кофе попьём.
— Правда? — снова недоверчиво переспросила мама.
— Да, правда, мам! — Леся обняла её покрепче.— Не волнуйся, приеду до темноты…
— Ну иди…— женщина, улыбаясь, покачала головой, выражая полное неверие.— Коза-дереза…
Леся рассмеялась. От искрящегося, как пузырьки в шампанском, счастья в предвкушении встречи, от удачной лжи и просто от того, что мир улыбался ей как добрый, хороший друг.
Ноги сами понесли к автобусной остановке. С улиц уже убрали зимнюю грязь, воздух насыщен запахами свежей зелени и немного — земли. Солнце согревало ласковыми касаниями, а ветер легонько шевелил волосы. Как же прекрасен мир, пробудившийся после зимы! Хотелось улыбаться каждому прохожему, как доброму другу, даже обнять.
Девушка шла, сияя и не обращая внимания на хмурые лица. Просто весна ещё не разбудила их. Скоро всё изменится, и улыбок станет больше, они расцветут. Обязательно!
Новенький автобус с ещё обёрнутыми полиэтиленом сиденьями привёз Лесю к месту встречи всего за двадцать минут. Влюблённые встречались на нейтральной территории. Серёжа сказал, что так надо. Чтобы никто не увидел их вместе. Он дорожит своей репутацией и совсем не хочет раскрываться раньше времени.
Он преподавал математику в местном политехническом. Там, на лекциях, они и познакомились. Долго приглядывались друг к другу, а потом незаметно сошлись. Ленка, подруга, говорила, что надо взять от него всё, что даст: деньги, подарки. Может, повезёт, и подарит «айфон» последней модели. А Леся не могла понять, как так можно. Как можно променять любовь на никчёмные бумажки или вещи, которые потеряют актуальность уже через месяц. Серёжа смотрел на неё такими глазами… Этот взгляд нельзя купить, нельзя выменять на «айфон»…
— Леся!
Девушка с трепетом повернулась на звук знакомого голоса. Внутри всё защемило от нежности. Серёжа, как обычно,— в безупречном костюме, модном чёрном пальто и с огромным букетом цветов,— встречал её у заскорузлого поликарбонатного чудовища. Всего три шага — и запах знакомого, уже любимого одеколона щекочет обоняние. Букет втиснули в руки.
— Привет…— Леся, стесняясь прохожих, прижалась к мужчине, мазнула бритую щеку своей.
— Я очень скучал,— ласково прошептал Серёжа, склоняясь к её уху.
— Я тоже…— Леся спрятала лицо в бутонах чайных роз. Какой огромный, красивый букет. Жаль, что несчастные розы уже не пахнут. Их заставляют оставаться красивыми до самого конца. Стойкие оловянные солдатики мира цветов.
— О чём ты думаешь? — спросил Серёжа, увлекая девушку за собой по бульвару.
— Что розам не повезло…— Леся улыбнулась ласково милому лицу.
— Отчего же? — рассмеялся Сергей.— Они попали к тебе в руки, будут касаться тебя. Я считаю, им очень повезло.
Леся расхохоталась. Хотелось видеть вокруг счастливые, добрые лица. Но люди вокруг отчего-то не разделяли весеннего настроения.
— Есть хочешь?
— Не очень…
— Но кофе бы выпила…— усмехнулся Сергей.
— Ты, как обычно, зришь в корень…— Букет уютно устроился на сгибе локтя. Серёжа ласково поправил ей прядь волос, сброшенную ветром на ресницы. Он склонился и осторожно поцеловал девушку в губы. Леся замерла, весь мир затаил дыхание.
— Тогда в кафе…— просто решил мужчина, и Леся, почему-то зардевшись, позволила увести себя с пахнущей весной улицы.
Они зашли в дорогое кафе, фасад которого по замыслу владельца облицевали старым, полустёртым кирпичом. Кому-то показалась свежей эта идея, и кафе приобрело вид французского бистро. Приятно было почувствовать себя одной ногой в Париже. Леся с улыбкой шла за провожатым, даже не глядя на тёмную ковку на выкрашенных в белый цвет стенах, на обшитые кружевом подушечки на диванчиках у столиков. Серёжа сейчас выглядел таким мужественным, таким независимым и сильным!.. Верилось, что он решит все свои вопросы, и они будут счастливы.
Они болтали обо всём на свете в ожидании своего кофе и французского пирога со сливками. Серёжа смеялся, а Леся думала, как же прекрасно знать, что этот мужчина сделает всё для её счастья. О его жене и будущем ребёнке думать не хотелось. Он обещал поговорить с той женщиной, но выжидал удобного момента. Ждала и Леся. Ей вдруг подумалось, что всё это не по-настоящему. Понарошку. Слишком хорошо было сейчас.
— Ты что загрустила? — Серёжа чуть приподнял пальцем её голову за подбородок.
— Я подумала…
— О чём?
— Вдруг нам всё это снится?.. Представляешь? Вдруг на самом деле всё совершенно по-другому…
— Как?
— Ну не знаю… Например, меня сбила машина, и я лежу в коме в больнице, а ты мне снишься…
Серёжа посерьёзнел и оглянулся.
— Что за чушь! — он очень серьёзно взглянул в лицо собеседнице.— Ты здесь, я — здесь. Мы оба живы-здоровы, всё хорошо.
Леся, вдруг прочувствовав весь ужас своей фантазии, застывшим взглядом обвела галдящее кафе.
— Ну вдруг…
— Никаких вдруг! Тебе вредно много кофе! — Серёжа рассмеялся и взял её за руку.— Идём на воздух.
— Идём,— Леся подхватила букет и медленно пошла к дверям, пока Серёжа расплачивался у кассы.
Он вышел, и они молча пошли вдоль бульвара к парку. Погода располагала к неге, но говорить расхотелось, а в голову полезли неприятные мысли.
— Серёж…
— Что? — он прижался боком к локтю Леси и протиснул свои пальцы в ладонь девушки.
— Когда ты скажешь своей жене?
Сергей помолчал. Они в тишине свернули на дорожку к парку. Навстречу бежали детишки, опередившие родителей, а все скамейки вдоль аллеи оказались занятыми.
— Мы говорили с тобой об этом: пока рано…— отозвался Сергей, и Лесе почудилось, что от слов повеяло холодом.
Впереди показалась скамейка, на которой сидел только неопрятного вида мужчина и кормил голубей, кроша батон прямо на дорожку. От приближения влюблённых голуби разбрелись с гулким воркованием, а потом снова принялись собирать крошки с плитки. Серёжа молчал, а Леся боялась снова сказать что-то не то. Вдруг Сергей остановился.
— Андрюха? — он даже присел, заглядывая сидящему на скамье мужчине в лицо.— Ты?..
Сидящий поднял голову, а Леся шагнула за спину своего спутника. Хищный прищур глаз на небритом, грубо слепленном лице заставил вспомнить все фильмы ужасов, просмотренные за год. На лице его отразилось узнавание, а потом злоба.
— Ба, а мы тебя потеряли; как сам?..— Сергей протянул руку, чтобы поздороваться. Мужчина с презрением взглянул на протянутую ладонь.
— Что? Даже руки не подашь? — едко спросил Сергей, а Леся подумала, что этот мужчина наверняка пьющий.
— Не подам,— отрывисто бросил названный Андреем. Мосластые пальцы крошили батон прямо под ноги, а голуби крутились рядом, не смея подойти.
— А зря. Тебя и не найти. Переехал, что ли?…— протянул Сергей, и Леся вдруг уловила в его голосе новые ледяные ноты, незнакомые до сих пор.
— Переехал,— кивнул мужчина на скамье, не переставая терзать несчастную сдобу.
— Нам бы поговорить с тобой, я потом тебя найду,— пообещал Серёжа, присаживаясь рядом с собеседником. Пришлось тоже присесть рядом. Воздух, казалось, сгустился и стал осязаем.
— Лучше не надо,— глухо отозвался Андрей, отворачиваясь.
— Надо, есть разговор, и не только у меня…— настаивал Сергей, закидывая ногу на ногу. Леся вздохнула и отстранённо посмотрела кругом. Ребятишки резвились на дорожке. Взрослые наслаждались теплом, заняв все свободные скамейки.
— Не желаю я с тобой разговаривать,— Андрей вздохнул и поднялся. На что Серёжа вдруг резко и зло ответил:
— Пожалеешь…
Ответа не последовало. Леся проводила глазами тусклую спину, обтянутую линялой вельветовой курткой.
— Твой знакомый? — вздрогнув, спросила она.
— Со школьной скамьи,— Серёжа чуть улыбнулся.— Давно не виделись.
— Страшный он…
— Странный, точнее,— рассмеялся Серёжа,— безобидный. Я думал, он уже сторчался давно. Ан нет, живой ещё…— Резким взмахом руки он разогнал голубей под ногами.
— Жалко таких…— Леся, сама не понимая зачем, взглянула вслед ушедшему. В паре десятков метров от них нового знакомца остановили полицейские.— Ой, Серёж, там полиция.
«Добрый день. Документики покажите…» — донеслось до слуха.
— И что?..— Сергей вальяжно, с чувством превосходства взглянул туда же.
— Они ему ничего не сделают? — Леся привстала, чтобы видеть через головы прохожих, что там происходит.
— Если не виноват, то не сделают. Лесь,— Сергей усадил девушку обратно на скамейку и повернул рукой её лицо к себе.— Давай не будем о нём.
«Пройдёмте…».
Леся бросила последний взгляд на три силуэта, затерявшиеся в толпе.
— Давай не будем,— согласилась Леся.
А о чём? О себе?
— Скоро сессия,— вздохнула девушка.
— Не переживай насчёт неё.
— Я не переживаю, просто…— Леся пристроила букет на коленях. Куда его? Домой нельзя. Мама увидит — сразу все поймёт. Придётся объясняться.
— Поедем летом в Питер? — вдруг спросил Серёжа, несмело устраивая свою ладонь на её колене.
— Может быть. Твоя жена родит,— рассеянно ответила девушка.
— Да, она к маме съедет.— Серёжа поймал Лесину руку и поцеловал. Стало неприятно и неловко, вдруг пришло понимание, что всё это неправильно и никому из них не нужно. Девушка оглянулась на дорожку. Нет среди прохожих не видно серых силуэтов.
Ласкающе зазвенела мелодия телефонного звонка. Сергей нехотя достал мобильник.
— Да! — рявкнул он в трубку. Долго слушал, иногда поддакивая. Леся подумала, что мама, возможно, права. Нечего ей делать с женатым мужчиной. Надо найти в себе силы и сказать ему… Но как же горько и больно от этого.
— Понял,— Серёжа вдруг посерьёзнел. Сбросил вызов и потянулся к Лесиной ладони.
— Прости, котёнок, надо бежать,— коснулся губами он её пальцев.— Не смогу проводить тебя, мой ангел.
— Ничего. Я на остановку пойду,— в глубине души Леся даже испытала облегчение. Сергей втиснул ей в пальцы купюру.
— Вот, возьми. На такси. Спасибо, малыш, я позвоню,— Серёжа мазнул губами Лесину щёку и решительным шагом пошёл прочь.
Леся посидела на скамейке немного, теребя казавшийся теперь нелепым огромный букет. Рядом на свободное место присела женщина в годах и с любопытством взглянула на цветы. Такое внимание вдруг стало противно, словно на груди повесили ценник.
Девушка решительно встала и медленно отправилась к остановке автобуса. Букет оттягивал руку, на него с завистью оборачивались. Кто-то улыбался, и от этого становилось неловко. «Надо выбросить»,— решительно подумала девушка. Тут у второго выхода из парка контейнеры для мусора, огороженные непритязательным забором из профлиста, там и надо будет оставить несчастный букет. Вот и мусорный угол.
Она медленно обогнула обрызганный грязью забор и вздрогнула. У самых баков, прямо на земле, сидел, отплёвывая кровь, текущую на губы из разбитого носа, новый знакомый — Андрей.
— Боже…— руки у Леси опустились. Серёжа бы помог, непременно! Она подошла ближе. На виске сидящего алела неприятная рана, из которой сочилась кровь, пропитывая ворот куртки и свитер. Несомненно, была драка. Неприятная, грязная и не на равных. Мужчина сидел, запрокинув лицо к небу, стараясь унять кровотечение хотя бы из носа, промокая багряные потеки уже порядком измазанным платком.
— Это полицейские сделали? Вам надо в травму! — Леся в порыве помочь подсела рядом. Но Андрей покачал головой, не изменив позы. Нет. Снова сплюнул на землю кровавые сгустки.
— Но почему? Вы боитесь? Не бойтесь! Я стану свидетелем!
Мужчина похлопал себя по груди, из нагрудного кармана выудил сломанный деревянный медальон, отбросил его, а потом оттуда же достал мятую пачку сигарет. Леся со странным любопытством проводила медальон глазами, выкинула букет в бак и снова присела рядом, разглядывая разбухшую рану на виске.
Чиркнула зажигалка.
— Я ни черта не боюсь,— прохрипел Андрей, опуская голову, затягиваясь и измазав фильтр кровью.
— Боже, может, у вас сотрясение; может, зашить надо! Всё равно надо в травму!
— Упал я,— глухо проговорил мужчина.— Заживёт…
— Упрямые мужики! — сетуя на всех сразу, Леся поднялась.— Вставайте! Где вы живёте?
Андрей неуверенно поднялся, ухватившись за борт мусорного бака. Сигарета, прилипшая к губе, неприятно краснела, пропитываясь кровью.
— Давайте я помогу! — девушка оглянулась. Автобус её маршрута как раз отъехал от остановки. Всё равно.— Где вы живёте? Я провожу вас.
Андрей неопределённо махнул рукой на девятиэтажки неподалёку.
Шли не спеша. На них косились. Леся на доли секунды представила, что можно вообразить, увидев их вдвоём. Жена ведёт домой пьяного, подравшегося мужа? Отвратительно.
Андрей старался не налегать на Лесины руки, но иногда, теряя равновесие, всё же тяжело давил локтем на ладонь. Вызвать скорую? Леся спросила об этом своего спутника и получила жаркое «нет». Пришлось лихорадочно вспоминать все навыки оказания первой помощи. Зачем она взяла на себя так много? Вечно ей не живётся спокойно! Леся ругала себя, а поделать ничего не могла. Надо помочь. Ведь никто не подошёл, даже не спросил, нужна ли помощь, хотя все видели залитое кровью лицо. Ускоряя шаг, пробегали мимо. Лишь какая-то мамаша с ребёнком сочувственно дала пару советов, как остановить кровь.
Железная дверь с натужным скрипом пропустила их в ободранный подъезд.
— Какой этаж? — дерзко спросила Леся, стуча пальцем по кнопке вызова.
— Девятый,— раздался невнятный выдох. Андрей привалился к стене, оставляя на побелке неприятные алые мазки.
Старый ободранный лифт со стоном довёз обоих до нужного этажа. Андрей зазвенел ключами, отворяя одну за другой двери тамбура, а потом и квартиры. Леся несмело шагнула следом. Взялась — надо завершить. Не бросать же его. Вдруг сотрясение? И девушка решительно перешагнула через порог.
В крохотной прихожей Андрей скинул обувь.
— Нужна перекись, бинты, лейкопластырь… Есть? — Леся несмело потянулась снять ботиночки.
— Не разувайтесь,— выдохнул хозяин,— грязно…
Из единственной комнаты вышел, щурясь на гостью, огромный чёрный котище. Сел в дверях, демонстративно зевнул, показывая длину клыков.
— Котик,— Леся едва коснулась головы кота, поразившись его размерам, пока хозяин полез в шкаф за аптечкой.
Девушка несмело свернула на кухню. На столе валялись коробки от таблеток и смятые полупустые блистеры с капсулами. Обезболивающее и снотворное.
Зажурчала вода в уборной.
— Вам нужна помощь? — Леся несмело выглянула в прихожую. Какая крохотная квартира! От двери было видно в открытую дверь уборной, как Андрей смывает с лица кровь. Смутившись, девушка вернулась на кухню и села на сиденье старого кухонного уголка. Зачем пришла? Зачем вообще взялась помогать? Ну раз взялась, надо доделывать.
Вошёл и хозяин, прижимая к лицу мокрое полотенце, держа в другой руке пакет с бинтами и перекисью.
— Можете помочь? — он присел напротив, подставляя лицо. Леся кивнула. Рана только казалась страшной. После промывания всё уже выглядело не так ужасно.
— Что случилось? — спросила Леся, всё-таки надеясь докопаться до правды.
— Правда? — снова недоверчиво переспросила мама.
— Да, правда, мам! — Леся обняла её покрепче.— Не волнуйся, приеду до темноты…
— Ну иди…— женщина, улыбаясь, покачала головой, выражая полное неверие.— Коза-дереза…
Леся рассмеялась. От искрящегося, как пузырьки в шампанском, счастья в предвкушении встречи, от удачной лжи и просто от того, что мир улыбался ей как добрый, хороший друг.
Ноги сами понесли к автобусной остановке. С улиц уже убрали зимнюю грязь, воздух насыщен запахами свежей зелени и немного — земли. Солнце согревало ласковыми касаниями, а ветер легонько шевелил волосы. Как же прекрасен мир, пробудившийся после зимы! Хотелось улыбаться каждому прохожему, как доброму другу, даже обнять.
Девушка шла, сияя и не обращая внимания на хмурые лица. Просто весна ещё не разбудила их. Скоро всё изменится, и улыбок станет больше, они расцветут. Обязательно!
Новенький автобус с ещё обёрнутыми полиэтиленом сиденьями привёз Лесю к месту встречи всего за двадцать минут. Влюблённые встречались на нейтральной территории. Серёжа сказал, что так надо. Чтобы никто не увидел их вместе. Он дорожит своей репутацией и совсем не хочет раскрываться раньше времени.
Он преподавал математику в местном политехническом. Там, на лекциях, они и познакомились. Долго приглядывались друг к другу, а потом незаметно сошлись. Ленка, подруга, говорила, что надо взять от него всё, что даст: деньги, подарки. Может, повезёт, и подарит «айфон» последней модели. А Леся не могла понять, как так можно. Как можно променять любовь на никчёмные бумажки или вещи, которые потеряют актуальность уже через месяц. Серёжа смотрел на неё такими глазами… Этот взгляд нельзя купить, нельзя выменять на «айфон»…
— Леся!
Девушка с трепетом повернулась на звук знакомого голоса. Внутри всё защемило от нежности. Серёжа, как обычно,— в безупречном костюме, модном чёрном пальто и с огромным букетом цветов,— встречал её у заскорузлого поликарбонатного чудовища. Всего три шага — и запах знакомого, уже любимого одеколона щекочет обоняние. Букет втиснули в руки.
— Привет…— Леся, стесняясь прохожих, прижалась к мужчине, мазнула бритую щеку своей.
— Я очень скучал,— ласково прошептал Серёжа, склоняясь к её уху.
— Я тоже…— Леся спрятала лицо в бутонах чайных роз. Какой огромный, красивый букет. Жаль, что несчастные розы уже не пахнут. Их заставляют оставаться красивыми до самого конца. Стойкие оловянные солдатики мира цветов.
— О чём ты думаешь? — спросил Серёжа, увлекая девушку за собой по бульвару.
— Что розам не повезло…— Леся улыбнулась ласково милому лицу.
— Отчего же? — рассмеялся Сергей.— Они попали к тебе в руки, будут касаться тебя. Я считаю, им очень повезло.
Леся расхохоталась. Хотелось видеть вокруг счастливые, добрые лица. Но люди вокруг отчего-то не разделяли весеннего настроения.
— Есть хочешь?
— Не очень…
— Но кофе бы выпила…— усмехнулся Сергей.
— Ты, как обычно, зришь в корень…— Букет уютно устроился на сгибе локтя. Серёжа ласково поправил ей прядь волос, сброшенную ветром на ресницы. Он склонился и осторожно поцеловал девушку в губы. Леся замерла, весь мир затаил дыхание.
— Тогда в кафе…— просто решил мужчина, и Леся, почему-то зардевшись, позволила увести себя с пахнущей весной улицы.
Они зашли в дорогое кафе, фасад которого по замыслу владельца облицевали старым, полустёртым кирпичом. Кому-то показалась свежей эта идея, и кафе приобрело вид французского бистро. Приятно было почувствовать себя одной ногой в Париже. Леся с улыбкой шла за провожатым, даже не глядя на тёмную ковку на выкрашенных в белый цвет стенах, на обшитые кружевом подушечки на диванчиках у столиков. Серёжа сейчас выглядел таким мужественным, таким независимым и сильным!.. Верилось, что он решит все свои вопросы, и они будут счастливы.
Они болтали обо всём на свете в ожидании своего кофе и французского пирога со сливками. Серёжа смеялся, а Леся думала, как же прекрасно знать, что этот мужчина сделает всё для её счастья. О его жене и будущем ребёнке думать не хотелось. Он обещал поговорить с той женщиной, но выжидал удобного момента. Ждала и Леся. Ей вдруг подумалось, что всё это не по-настоящему. Понарошку. Слишком хорошо было сейчас.
— Ты что загрустила? — Серёжа чуть приподнял пальцем её голову за подбородок.
— Я подумала…
— О чём?
— Вдруг нам всё это снится?.. Представляешь? Вдруг на самом деле всё совершенно по-другому…
— Как?
— Ну не знаю… Например, меня сбила машина, и я лежу в коме в больнице, а ты мне снишься…
Серёжа посерьёзнел и оглянулся.
— Что за чушь! — он очень серьёзно взглянул в лицо собеседнице.— Ты здесь, я — здесь. Мы оба живы-здоровы, всё хорошо.
Леся, вдруг прочувствовав весь ужас своей фантазии, застывшим взглядом обвела галдящее кафе.
— Ну вдруг…
— Никаких вдруг! Тебе вредно много кофе! — Серёжа рассмеялся и взял её за руку.— Идём на воздух.
— Идём,— Леся подхватила букет и медленно пошла к дверям, пока Серёжа расплачивался у кассы.
Он вышел, и они молча пошли вдоль бульвара к парку. Погода располагала к неге, но говорить расхотелось, а в голову полезли неприятные мысли.
— Серёж…
— Что? — он прижался боком к локтю Леси и протиснул свои пальцы в ладонь девушки.
— Когда ты скажешь своей жене?
Сергей помолчал. Они в тишине свернули на дорожку к парку. Навстречу бежали детишки, опередившие родителей, а все скамейки вдоль аллеи оказались занятыми.
— Мы говорили с тобой об этом: пока рано…— отозвался Сергей, и Лесе почудилось, что от слов повеяло холодом.
Впереди показалась скамейка, на которой сидел только неопрятного вида мужчина и кормил голубей, кроша батон прямо на дорожку. От приближения влюблённых голуби разбрелись с гулким воркованием, а потом снова принялись собирать крошки с плитки. Серёжа молчал, а Леся боялась снова сказать что-то не то. Вдруг Сергей остановился.
— Андрюха? — он даже присел, заглядывая сидящему на скамье мужчине в лицо.— Ты?..
Сидящий поднял голову, а Леся шагнула за спину своего спутника. Хищный прищур глаз на небритом, грубо слепленном лице заставил вспомнить все фильмы ужасов, просмотренные за год. На лице его отразилось узнавание, а потом злоба.
— Ба, а мы тебя потеряли; как сам?..— Сергей протянул руку, чтобы поздороваться. Мужчина с презрением взглянул на протянутую ладонь.
— Что? Даже руки не подашь? — едко спросил Сергей, а Леся подумала, что этот мужчина наверняка пьющий.
— Не подам,— отрывисто бросил названный Андреем. Мосластые пальцы крошили батон прямо под ноги, а голуби крутились рядом, не смея подойти.
— А зря. Тебя и не найти. Переехал, что ли?…— протянул Сергей, и Леся вдруг уловила в его голосе новые ледяные ноты, незнакомые до сих пор.
— Переехал,— кивнул мужчина на скамье, не переставая терзать несчастную сдобу.
— Нам бы поговорить с тобой, я потом тебя найду,— пообещал Серёжа, присаживаясь рядом с собеседником. Пришлось тоже присесть рядом. Воздух, казалось, сгустился и стал осязаем.
— Лучше не надо,— глухо отозвался Андрей, отворачиваясь.
— Надо, есть разговор, и не только у меня…— настаивал Сергей, закидывая ногу на ногу. Леся вздохнула и отстранённо посмотрела кругом. Ребятишки резвились на дорожке. Взрослые наслаждались теплом, заняв все свободные скамейки.
— Не желаю я с тобой разговаривать,— Андрей вздохнул и поднялся. На что Серёжа вдруг резко и зло ответил:
— Пожалеешь…
Ответа не последовало. Леся проводила глазами тусклую спину, обтянутую линялой вельветовой курткой.
— Твой знакомый? — вздрогнув, спросила она.
— Со школьной скамьи,— Серёжа чуть улыбнулся.— Давно не виделись.
— Страшный он…
— Странный, точнее,— рассмеялся Серёжа,— безобидный. Я думал, он уже сторчался давно. Ан нет, живой ещё…— Резким взмахом руки он разогнал голубей под ногами.
— Жалко таких…— Леся, сама не понимая зачем, взглянула вслед ушедшему. В паре десятков метров от них нового знакомца остановили полицейские.— Ой, Серёж, там полиция.
«Добрый день. Документики покажите…» — донеслось до слуха.
— И что?..— Сергей вальяжно, с чувством превосходства взглянул туда же.
— Они ему ничего не сделают? — Леся привстала, чтобы видеть через головы прохожих, что там происходит.
— Если не виноват, то не сделают. Лесь,— Сергей усадил девушку обратно на скамейку и повернул рукой её лицо к себе.— Давай не будем о нём.
«Пройдёмте…».
Леся бросила последний взгляд на три силуэта, затерявшиеся в толпе.
— Давай не будем,— согласилась Леся.
А о чём? О себе?
— Скоро сессия,— вздохнула девушка.
— Не переживай насчёт неё.
— Я не переживаю, просто…— Леся пристроила букет на коленях. Куда его? Домой нельзя. Мама увидит — сразу все поймёт. Придётся объясняться.
— Поедем летом в Питер? — вдруг спросил Серёжа, несмело устраивая свою ладонь на её колене.
— Может быть. Твоя жена родит,— рассеянно ответила девушка.
— Да, она к маме съедет.— Серёжа поймал Лесину руку и поцеловал. Стало неприятно и неловко, вдруг пришло понимание, что всё это неправильно и никому из них не нужно. Девушка оглянулась на дорожку. Нет среди прохожих не видно серых силуэтов.
Ласкающе зазвенела мелодия телефонного звонка. Сергей нехотя достал мобильник.
— Да! — рявкнул он в трубку. Долго слушал, иногда поддакивая. Леся подумала, что мама, возможно, права. Нечего ей делать с женатым мужчиной. Надо найти в себе силы и сказать ему… Но как же горько и больно от этого.
— Понял,— Серёжа вдруг посерьёзнел. Сбросил вызов и потянулся к Лесиной ладони.
— Прости, котёнок, надо бежать,— коснулся губами он её пальцев.— Не смогу проводить тебя, мой ангел.
— Ничего. Я на остановку пойду,— в глубине души Леся даже испытала облегчение. Сергей втиснул ей в пальцы купюру.
— Вот, возьми. На такси. Спасибо, малыш, я позвоню,— Серёжа мазнул губами Лесину щёку и решительным шагом пошёл прочь.
Леся посидела на скамейке немного, теребя казавшийся теперь нелепым огромный букет. Рядом на свободное место присела женщина в годах и с любопытством взглянула на цветы. Такое внимание вдруг стало противно, словно на груди повесили ценник.
Девушка решительно встала и медленно отправилась к остановке автобуса. Букет оттягивал руку, на него с завистью оборачивались. Кто-то улыбался, и от этого становилось неловко. «Надо выбросить»,— решительно подумала девушка. Тут у второго выхода из парка контейнеры для мусора, огороженные непритязательным забором из профлиста, там и надо будет оставить несчастный букет. Вот и мусорный угол.
Она медленно обогнула обрызганный грязью забор и вздрогнула. У самых баков, прямо на земле, сидел, отплёвывая кровь, текущую на губы из разбитого носа, новый знакомый — Андрей.
— Боже…— руки у Леси опустились. Серёжа бы помог, непременно! Она подошла ближе. На виске сидящего алела неприятная рана, из которой сочилась кровь, пропитывая ворот куртки и свитер. Несомненно, была драка. Неприятная, грязная и не на равных. Мужчина сидел, запрокинув лицо к небу, стараясь унять кровотечение хотя бы из носа, промокая багряные потеки уже порядком измазанным платком.
— Это полицейские сделали? Вам надо в травму! — Леся в порыве помочь подсела рядом. Но Андрей покачал головой, не изменив позы. Нет. Снова сплюнул на землю кровавые сгустки.
— Но почему? Вы боитесь? Не бойтесь! Я стану свидетелем!
Мужчина похлопал себя по груди, из нагрудного кармана выудил сломанный деревянный медальон, отбросил его, а потом оттуда же достал мятую пачку сигарет. Леся со странным любопытством проводила медальон глазами, выкинула букет в бак и снова присела рядом, разглядывая разбухшую рану на виске.
Чиркнула зажигалка.
— Я ни черта не боюсь,— прохрипел Андрей, опуская голову, затягиваясь и измазав фильтр кровью.
— Боже, может, у вас сотрясение; может, зашить надо! Всё равно надо в травму!
— Упал я,— глухо проговорил мужчина.— Заживёт…
— Упрямые мужики! — сетуя на всех сразу, Леся поднялась.— Вставайте! Где вы живёте?
Андрей неуверенно поднялся, ухватившись за борт мусорного бака. Сигарета, прилипшая к губе, неприятно краснела, пропитываясь кровью.
— Давайте я помогу! — девушка оглянулась. Автобус её маршрута как раз отъехал от остановки. Всё равно.— Где вы живёте? Я провожу вас.
Андрей неопределённо махнул рукой на девятиэтажки неподалёку.
Шли не спеша. На них косились. Леся на доли секунды представила, что можно вообразить, увидев их вдвоём. Жена ведёт домой пьяного, подравшегося мужа? Отвратительно.
Андрей старался не налегать на Лесины руки, но иногда, теряя равновесие, всё же тяжело давил локтем на ладонь. Вызвать скорую? Леся спросила об этом своего спутника и получила жаркое «нет». Пришлось лихорадочно вспоминать все навыки оказания первой помощи. Зачем она взяла на себя так много? Вечно ей не живётся спокойно! Леся ругала себя, а поделать ничего не могла. Надо помочь. Ведь никто не подошёл, даже не спросил, нужна ли помощь, хотя все видели залитое кровью лицо. Ускоряя шаг, пробегали мимо. Лишь какая-то мамаша с ребёнком сочувственно дала пару советов, как остановить кровь.
Железная дверь с натужным скрипом пропустила их в ободранный подъезд.
— Какой этаж? — дерзко спросила Леся, стуча пальцем по кнопке вызова.
— Девятый,— раздался невнятный выдох. Андрей привалился к стене, оставляя на побелке неприятные алые мазки.
Старый ободранный лифт со стоном довёз обоих до нужного этажа. Андрей зазвенел ключами, отворяя одну за другой двери тамбура, а потом и квартиры. Леся несмело шагнула следом. Взялась — надо завершить. Не бросать же его. Вдруг сотрясение? И девушка решительно перешагнула через порог.
В крохотной прихожей Андрей скинул обувь.
— Нужна перекись, бинты, лейкопластырь… Есть? — Леся несмело потянулась снять ботиночки.
— Не разувайтесь,— выдохнул хозяин,— грязно…
Из единственной комнаты вышел, щурясь на гостью, огромный чёрный котище. Сел в дверях, демонстративно зевнул, показывая длину клыков.
— Котик,— Леся едва коснулась головы кота, поразившись его размерам, пока хозяин полез в шкаф за аптечкой.
Девушка несмело свернула на кухню. На столе валялись коробки от таблеток и смятые полупустые блистеры с капсулами. Обезболивающее и снотворное.
Зажурчала вода в уборной.
— Вам нужна помощь? — Леся несмело выглянула в прихожую. Какая крохотная квартира! От двери было видно в открытую дверь уборной, как Андрей смывает с лица кровь. Смутившись, девушка вернулась на кухню и села на сиденье старого кухонного уголка. Зачем пришла? Зачем вообще взялась помогать? Ну раз взялась, надо доделывать.
Вошёл и хозяин, прижимая к лицу мокрое полотенце, держа в другой руке пакет с бинтами и перекисью.
— Можете помочь? — он присел напротив, подставляя лицо. Леся кивнула. Рана только казалась страшной. После промывания всё уже выглядело не так ужасно.
— Что случилось? — спросила Леся, всё-таки надеясь докопаться до правды.
