По-черному, - он поднял указательный палец, делая на последних словах акцент и при этом многозначительно глядя на своих спутников. – Увидите, что такое настоящая баня!
Одна из женщин фыркнула.
- Мася, не фыркай, - мужчина расписался в бланке заказа. – Ты даже не знаешь, какой это кайф!
Компания, с которой прибыл адвокат, состояла из четырех мужчин и трех женщин, и по желанию клиента были забронированы три номера «люкс»: большие апартаменты, а так же двух и одноместный номер.
- А где Матвей и Люся? – женщина, которую Евгений Васильевич назвал Мася, капризно надула губки. – Что за мода постоянно куда-то исчезать!
- Никуда они не денутся, - успокоил ее один из спутников, высокий, синеглазый брюнет, не спускавший с меня заинтересованного взгляда.
Я чувствовала этот взгляд: именно так смотрит охотник на свою жертву. «Только этого мне не хватало, - подумала я, делая вид, что очень занята заполнением документов».
- Кстати, вот и они, - с иронией в голосе произнес брюнет. Все, дружно, повернули головы в сторону входа, а я в этот момент раскрыла паспорт. Матвей Васильевич Золотов, - пробежались глаза по записи в документе. Похоже, адвокат приехал на отдых с родственниками.
Пальцы дружно набивали на клавиатуре данные гостя. Имя, довольно редкое, но почему-то, мне, последнее время, на него везет. Сегодня, вот, встречаю сразу двоих его обладателей.
При появлении парочки, гости опять расшумелись и отвлекли меня от работы. Сначала взгляд упал на молодую женщину. Она шла впереди. Нет, не шла. Эта королева несла себя. И королева была не довольна.
- Это просто дыра! – в ее голосе слышались визгливые нотки. - «Интересно, будет скандал, или нет?» - мы многозначительно переглянулись с портье, дежурившим сегодня со мной на ресепшене.
- Люся, ты что!? – еще недавно сама фыркавшая на реплики адвоката, пышногрудая блондинка Мася, округлила глаза. Она хватала ртом воздух, видимо, возмущенная поведением Люси, не в силах что-либо вымолвить.
- Я же просила меня так не называть, мама, - зашипела девица, раскрыв тайну родственных отношений между ней и блондинкой.
- Милочка, просто, не любит зиму, - произнес вдруг такой знакомый баритон. – Она мечтала поехать на Бали.
Тот, что шел вслед за капризной девицей снял капюшон куртки и….
Я хотела бы исчезнуть. Раствориться в воздухе, который сразу стал каким-то тяжелым, густым. Сердце застучало, отдаваясь в висках и затылке. Это был он, тот, которого я постаралась забыть, моя мимолетная, сумасшедшая страсть. И он был не один.
Наверно, со стороны показалось, что меня ударили по голове. Я, как можно ниже склонилась за стойкой и постаралась стать невидимой. Злодейка-судьба снова играла со мной в свои хитрые игры.
Матвей меня не узнал. Или не заметил. Скорее - второе. Не узнать человека, от которого не так давно хотел детей, маловероятно. Вряд ли я так сильно изменилась за то время, что мы с ним не виделись.
Сердце перестало отбивать бешеный ритм, успокоилось. Но теперь я сама была не своя. Сил, вести гостей в их номера, улыбаться и делать вид, что ничего не произошло у меня просто не осталось. Портье удивился моей просьбе разместить прибывших, но, ни возражать, ни спрашивать ничего не стал.
- Беллочка, у тебя все в порядке?
Петровна всегда умела появиться в нужное время, в нужном месте.
- Да, - я сфокусировала взгляд на управляющей. – Все в порядке.
- Что-то ты бледная сегодня, не заболела?
- Зима надоела. Хочу на Бали, - растянув губы в улыбке, успокоила я начальницу.
- Эк, тебя расперло! – хохотнула та. - На Бали! Чем тебе наше Бали не нравится. Вон, в баньку сходи, всю хандру как рукой снимет.
- Хорошая идея. Наверно, так и сделаю.
Разговор с Петровной немного снял напряжение. В конце концов, мы с Матвеем ничего друг другу не должны. Ну, было и было. Одна сбежала. Другой - вряд ряд ли искал. И все же, где-то глубоко в душе было досадно, что он не один. Что недолго страдал. И страдал ли вообще? Мне было тяжело признаться, но я почувствовала ревность и обиду. И если с первым было все более или менее ясно, то со вторым все сложнее, ведь обижаться на него я не имела никакого права. Вот только чувство собственности, породившее эту обиду, продолжало зудеть где-то внутри. И я дала себе слово постараться не попадаться на глаза Матвею. Гости забронировали номера на три дня - не такой большой срок, чтобы не суметь остаться незаметной. Но, похоже, решив, как обойти одну проблему я тут же нажила себе другую.
- Скажите, в сервис вашего заведения входят чистые полотенца?
Этот голос, с нотками иронии, нельзя было спутать. Сегодня он уже звучал здесь, в холле, буквально полчаса назад.
- Конечно, господин Золотов. У вас какие-то проблемы с полотенцами?
- Очевидно, проблемы у вас, а не у меня.
«Хамло столичное», - подумала я с неприязнью, но ответила, конечно, любезно:
- Я сейчас поднимусь к вам. Думаю, это недоразумение.
В трубке зазвучал отбой. Ничего не оставалось, как идти общаться с этим типом.
Номер, в который, по просьбе Линды, я поселила Матвея Золотова, находился на третьем этаже гостиного дома, в мансарде. Таких номеров было несколько, но, на мой взгляд, этот был лучшим.
Он открыл дверь сразу, будто стоял и ждал с той стороны. На нем был гостиничный халат, а в руке большое полотенце с именным клеймом – вышивкой «Лесная лань». Это было фишкой нашего заведения - полотенца с названиями номеров, так же, как и люстры, сделанные из оленьих рогов на заказ. Мужчина стоял на фоне одной из таких люстр, и она, одним из своих ответвлений, «украшала» голову господина Золотова.
- Прошу прощения, уже нашел, - в голосе его слышалось настоящее извинение.
- Хорошо, - делать оскорбленный вид не имело смысла, да и не хотелось. Тем более, неожиданная «рогатость» капризного гостя уже потешила мое больное самолюбие. Я пожала плечами, дежурно улыбнулась и собралась ретироваться, но Золотов, видимо, еще не собирался меня отпускать.
- Скажите, Белла, Матвей Червонный оставил в вашей жизни неприятный след?
- Какое ваше дело? - это было грубо, и я поняла, что прокололась.
- Меня удивила ваша странная реакция на его появление. Почему вы не хотели, чтобы мой племянник вас увидел?
Мужчина смотрел мне прямо в глаза и ждал. В этой игре в гляделки победил он. Но мне были не нужны никакие проблемы с гостями.
- Господин Золотов, - я взяла себя в руки, - мы взрослые люди. Да, я признаюсь, что не ожидала увидеть этого человека. Вот и все. Простая реакция на неожиданность.
- То есть вы не отрицаете, что знакомы с ним.
- Не отрицаю, - я уже справилась с эмоциями и говорила совершенно спокойно. Мой же визави, наоборот, как будто, злился. Казалось, он хочет что-то спросить, но не решается.
- Простите, - ситуация затянулась и ее нужно было заканчивать. – Мне нужно идти работать.
Я резко развернулась и заторопилась в сторону лестницы, чувствуя спиной его взгляд и думая о том, какое ему дело до наших отношений с Матвеем. Странное семейство. Одни считают, что могут совать свой нос в жизнь других.
Мысленно сравнив дядю и племянника, я вдруг пришла к выводу, что они разные. Матвей Червонный совсем не похож на дядю. Да, оба высокие, стройные. Но на этом сходство заканчивалось. Матвей не был похож и на отца. Адвокат Золотов не отличался высоким ростом и статью, а даже наоборот, был скорее дородным мужчиной, розовощеким и белокожим. С цветом волос вообще было трудно – Евгений Васильевич имел благородную, платиновую шевелюру. Разность фамилий тоже вводила в замешательство и порождала массу вопросов.
Дядя, как и племянник, был темноволосым. Но вот лицо…. У Матвея-сына простое, открытое. Одна улыбка чего стоит. От такой улыбки невозможно удержаться – любая девушка растает. Дядя-Матвей обладал чертами лица редкой, аристократической породы. И от этого казался мне слишком высокомерным. А эта его манера постоянно говорить с иронией, честное слово – бесила.
Но самое интересное, что разница в возрасте у дяди с племянником была небольшая. По крайней мере, мне так казалось. И это тоже вызывало некоторое любопытство.
Несколько раз компания адвоката выходила из гостевого дома на территорию базы, но у меня получалось «замаскироваться». Повезло, что Золотов - старший уже не раз здесь бывал, это освободило меня от многих проблем. Он знал, что и где находится, и сам, с большим удовольствием, работал гидом. Лишь пару раз пришлось отправить горничную в их апартаменты.
Брат адвоката, после инцидента с полотенцами и нашего разговора больше никак себя не проявлял. По крайней мере, проходя мимо ресепшена, не смотрел в мою сторону. Матвей с Люсей-Милой заказали обед на двоих, пропустили баню и практически до вечера не выходили из номера. Видимо, им было чем заняться.
Часы показывали одиннадцать тридцать. В это время на базе начинался «тихий час». Ресторан работал до одиннадцати, бани тоже. Некоторые мужчины еще продолжали играть в бильярд, там у них работал мини-бар. Но и они должны были вскоре разойтись по номерам. Завтра начинался местный турнир по зимней рыбалке, именно то самое мероприятие, что и привлекало наших постоянных клиентов в эти края. Сегодня, кроме Золотов и К0, заселилось еще одиннадцать человек. Многие любители-рыболовы приехали накануне.
Я думала, зачем адвокат притащил сюда своих женщин, и не могла найти причину. Они не были похожи на любительниц охоты и рыбалки, тем более, зимней. Недовольство, написанное на лице Люси-Милы, это подтверждало. Да и мама ее, явно не горела желанием облачаться в специальное снаряжение для рыбной ловли в экстремальных условиях. И даже похвала Золотова старшего, когда та примеряла на себя прокатный костюм, что она в нем прекрасна, не вдохновила женщину. Мася хоть и улыбалась, но как-то вымученно. Видимо причина по которой они решились на такой «экзотический» отдых, была важнее привычного комфорта.
Но как бы я этого не хотела, сюрпризы в этот день еще не закончились. Открылись двери, и в холл вошла Линда. Она махнула мне рукой и ничего не говоря, прошмыгнула в сторону запасной лестницы, которой пользовались только работники. Меня разобрало любопытство, и я переключилась на камеру, установленную на третьем этаже. Линда была уже там, у номера «Лесная лань», в который накануне просила заселить гостя с инициалами М.В. Золотов. На экране было видно, что дверь открылась и хозяин номера, отодвинувшись в сторону, впустил Линду внутрь.
Где-то глубоко кольнуло. Конечно, это их дело. Они взрослые, очевидно, свободные люди. Только смотрел-то он сегодня на меня, а в номере у него другая.
«Ну, ты, подруга, даешь! – удивилась я самой себе. – Откуда подобные мысли? Или это из-за Матвея?».
Нужно было срочно попытаться разобраться в этой душевной путанице. Пришлось признать, я немного ревновала. Какая женщина не собственница? К тому же его появление, да еще с красивой женщиной, выбило меня из колеи. Но я точно знала, что еще тогда, в нашу первую встречу, все решила абсолютно правильно. Чувствовала, Матвей не поймет моей ситуации. По его отношению к людям, по разговорам, чувствовала. Мне не нужны были еще разочарования. Я и в своей жизни до конца не разобралась.
Что касалось дяди, то здесь было сложнее. Такие как он обычно печатались на обложках журналов, олицетворяя собою не просто богатство или роскошь, а другую жизнь, в которую простому человеку путь закрыт. Этот мужчина слишком хорош для меня, надо смотреть правде в глаза.
«Интересно, откуда тихоня и скромница Линда знает его? Или он уже здесь не в первый раз? Скорее всего, так и есть, - решила я, буравя дверь глазами. – Господи! Ну почему я хочу, чтобы она уже открылась и Линда вышла из номера!»
Она вышла через час и двадцать минут, и на ее лице блуждала улыбка. Мне даже показалось, что ее покинула напряженность – постоянная спутница этой немного странной и даже местами непонятной женщины. Я гнала от себя мысли о том, чем могли быть вызваны эти перемены, но они все равно настойчиво лезли в голову.
- Белла, порадуйся за меня, я скоро уеду отсюда! – огорошила она меня неожиданной новостью.
- Но, разве тебя здесь держат, - я старалась не смотреть в горящие счастьем глаза Линды, а она, как нарочно, искала моего взгляда.
- Нет, ты не понимаешь. Теперь будет все хорошо. Матвей пообещал мне, - прошептала она, наклонившись над стойкой ресепшена.
- Я тебя поздравляю, Линда. Что бы там у тебя…. У вас не произошло. И….счастья тебе…. Вам.
- Спасибо, Белла. Ты очень добрая! Я знаю, у тебя все будет хорошо. Надо просто верить. Я верила и этот день настал.
Ну что мне еще оставалось? Только порадоваться за нее.
Ночь была сумасшедшей, а точнее ее вторая половина. Все гости, участвующие в мероприятии, встали ни свет, ни заря. И хотя наше заведение и являлось излюбленным местом охотников и рыболовов, такая тьма народа собиралась в холле гостевого дома лишь несколько раз в год: на подобные турниры, да еще в сезоны открытия охоты на разных зверушек.
Из-за стойки я видела адвоката и его компанию. Матвей Червонный, облаченный в специальный костюм, тоже присутствовал. Его высокую фигуру трудно было не заметить в общей массе людей. А вот Люси-Милы не наблюдалось. Зато ее мама была тут, как тут.
«Смелая женщина!» - удивилась я. - Ну честно! Не ожидала от нее подобных жертв. А то, что это была какая-то жертва, почему-то у меня не вызывало сомнений.
Утром я сдала смену и отправилась отсыпаться в свою комнату. День обещал быть солнечным и безветренным. «Надеюсь, что гости приедут с рыбалки довольными», - думала я, жмуря глаза от ярких лучей. Хотя, принимать эту ораву, из сорока человек, мне не предстоит. И это радовало.
От дум меня отвлек бегущий навстречу, по расчищенной от снега дорожке, человек. Я посторонилась пропустить бегуна, но тот, неожиданно остановился передо мной.
- Доброе утро, - он тяжело дышал, а его разгоряченное тело, даже сквозь одежду источало жар.
- Обычно к нам приезжают рыбачить, охотиться, - я кивнула головой в знак приветствия.
- Увы, я не рыбак, - мужчина улыбнулся, и я поняла, что первый раз вижу его улыбку. И еще поняла: мне она очень нравится.
- А, что так?
Матвей Золотов пожал плечами:
- Не мое.
- Конечно, конечно, у вас своя рыбалка, - это была ирония, на грани грубости.
Он нахмурился. Смотрел озадаченно.
Но ругать себя было поздно и «остапа понесло»:
- Это когда рыбка сама насаживается на крючок. Не надо даже напрягаться.
- Вы злая, а я хотел пригласить вас составить мне компанию за завтраком, - он или не понял моих намеков, или еще пытался как-то спасти ситуацию.
И тут я выдала:
- А, с удовольствием. – И торопливо добавила:
- Не боитесь?
- Чего я должен бояться? Вас?
- Ну, вы же сказали, я злая.
- Мне нравится укрощать строптивых.
- Злых?
- Злых и строптивых, - он опять улыбнулся. – Без шуток, Белла.
- А как же Линда? Ревновать не будет? – вопрос соскочил с языка сам собой.
- Линда причем? – его лицо посерьезнело.
Я закусила губы и, молча, ждала продолжения.
- Тогда могу задать встречный вопрос. Как же Матвей? Не ревнуешь?
Это было сказано жестко. Кровь бросилась мне в лицо, а откуда-то изнутри поднялась волна гнева.
- Приятного аппетита. Привет Линде.
- А она о тебе лучшего мнения, - эта реплика прозвучала мне уже в спину. Не оборачиваясь, торопясь, как только могла, я дошла до своего коттеджа, но на крыльце не выдержала, обернулась. Дорожка была пуста.
Одна из женщин фыркнула.
- Мася, не фыркай, - мужчина расписался в бланке заказа. – Ты даже не знаешь, какой это кайф!
Компания, с которой прибыл адвокат, состояла из четырех мужчин и трех женщин, и по желанию клиента были забронированы три номера «люкс»: большие апартаменты, а так же двух и одноместный номер.
- А где Матвей и Люся? – женщина, которую Евгений Васильевич назвал Мася, капризно надула губки. – Что за мода постоянно куда-то исчезать!
- Никуда они не денутся, - успокоил ее один из спутников, высокий, синеглазый брюнет, не спускавший с меня заинтересованного взгляда.
Я чувствовала этот взгляд: именно так смотрит охотник на свою жертву. «Только этого мне не хватало, - подумала я, делая вид, что очень занята заполнением документов».
- Кстати, вот и они, - с иронией в голосе произнес брюнет. Все, дружно, повернули головы в сторону входа, а я в этот момент раскрыла паспорт. Матвей Васильевич Золотов, - пробежались глаза по записи в документе. Похоже, адвокат приехал на отдых с родственниками.
Пальцы дружно набивали на клавиатуре данные гостя. Имя, довольно редкое, но почему-то, мне, последнее время, на него везет. Сегодня, вот, встречаю сразу двоих его обладателей.
При появлении парочки, гости опять расшумелись и отвлекли меня от работы. Сначала взгляд упал на молодую женщину. Она шла впереди. Нет, не шла. Эта королева несла себя. И королева была не довольна.
- Это просто дыра! – в ее голосе слышались визгливые нотки. - «Интересно, будет скандал, или нет?» - мы многозначительно переглянулись с портье, дежурившим сегодня со мной на ресепшене.
- Люся, ты что!? – еще недавно сама фыркавшая на реплики адвоката, пышногрудая блондинка Мася, округлила глаза. Она хватала ртом воздух, видимо, возмущенная поведением Люси, не в силах что-либо вымолвить.
- Я же просила меня так не называть, мама, - зашипела девица, раскрыв тайну родственных отношений между ней и блондинкой.
- Милочка, просто, не любит зиму, - произнес вдруг такой знакомый баритон. – Она мечтала поехать на Бали.
Тот, что шел вслед за капризной девицей снял капюшон куртки и….
Я хотела бы исчезнуть. Раствориться в воздухе, который сразу стал каким-то тяжелым, густым. Сердце застучало, отдаваясь в висках и затылке. Это был он, тот, которого я постаралась забыть, моя мимолетная, сумасшедшая страсть. И он был не один.
Наверно, со стороны показалось, что меня ударили по голове. Я, как можно ниже склонилась за стойкой и постаралась стать невидимой. Злодейка-судьба снова играла со мной в свои хитрые игры.
***
Матвей меня не узнал. Или не заметил. Скорее - второе. Не узнать человека, от которого не так давно хотел детей, маловероятно. Вряд ли я так сильно изменилась за то время, что мы с ним не виделись.
Сердце перестало отбивать бешеный ритм, успокоилось. Но теперь я сама была не своя. Сил, вести гостей в их номера, улыбаться и делать вид, что ничего не произошло у меня просто не осталось. Портье удивился моей просьбе разместить прибывших, но, ни возражать, ни спрашивать ничего не стал.
- Беллочка, у тебя все в порядке?
Петровна всегда умела появиться в нужное время, в нужном месте.
- Да, - я сфокусировала взгляд на управляющей. – Все в порядке.
- Что-то ты бледная сегодня, не заболела?
- Зима надоела. Хочу на Бали, - растянув губы в улыбке, успокоила я начальницу.
- Эк, тебя расперло! – хохотнула та. - На Бали! Чем тебе наше Бали не нравится. Вон, в баньку сходи, всю хандру как рукой снимет.
- Хорошая идея. Наверно, так и сделаю.
Разговор с Петровной немного снял напряжение. В конце концов, мы с Матвеем ничего друг другу не должны. Ну, было и было. Одна сбежала. Другой - вряд ряд ли искал. И все же, где-то глубоко в душе было досадно, что он не один. Что недолго страдал. И страдал ли вообще? Мне было тяжело признаться, но я почувствовала ревность и обиду. И если с первым было все более или менее ясно, то со вторым все сложнее, ведь обижаться на него я не имела никакого права. Вот только чувство собственности, породившее эту обиду, продолжало зудеть где-то внутри. И я дала себе слово постараться не попадаться на глаза Матвею. Гости забронировали номера на три дня - не такой большой срок, чтобы не суметь остаться незаметной. Но, похоже, решив, как обойти одну проблему я тут же нажила себе другую.
- Скажите, в сервис вашего заведения входят чистые полотенца?
Этот голос, с нотками иронии, нельзя было спутать. Сегодня он уже звучал здесь, в холле, буквально полчаса назад.
- Конечно, господин Золотов. У вас какие-то проблемы с полотенцами?
- Очевидно, проблемы у вас, а не у меня.
«Хамло столичное», - подумала я с неприязнью, но ответила, конечно, любезно:
- Я сейчас поднимусь к вам. Думаю, это недоразумение.
В трубке зазвучал отбой. Ничего не оставалось, как идти общаться с этим типом.
Номер, в который, по просьбе Линды, я поселила Матвея Золотова, находился на третьем этаже гостиного дома, в мансарде. Таких номеров было несколько, но, на мой взгляд, этот был лучшим.
Он открыл дверь сразу, будто стоял и ждал с той стороны. На нем был гостиничный халат, а в руке большое полотенце с именным клеймом – вышивкой «Лесная лань». Это было фишкой нашего заведения - полотенца с названиями номеров, так же, как и люстры, сделанные из оленьих рогов на заказ. Мужчина стоял на фоне одной из таких люстр, и она, одним из своих ответвлений, «украшала» голову господина Золотова.
- Прошу прощения, уже нашел, - в голосе его слышалось настоящее извинение.
- Хорошо, - делать оскорбленный вид не имело смысла, да и не хотелось. Тем более, неожиданная «рогатость» капризного гостя уже потешила мое больное самолюбие. Я пожала плечами, дежурно улыбнулась и собралась ретироваться, но Золотов, видимо, еще не собирался меня отпускать.
- Скажите, Белла, Матвей Червонный оставил в вашей жизни неприятный след?
- Какое ваше дело? - это было грубо, и я поняла, что прокололась.
- Меня удивила ваша странная реакция на его появление. Почему вы не хотели, чтобы мой племянник вас увидел?
Мужчина смотрел мне прямо в глаза и ждал. В этой игре в гляделки победил он. Но мне были не нужны никакие проблемы с гостями.
- Господин Золотов, - я взяла себя в руки, - мы взрослые люди. Да, я признаюсь, что не ожидала увидеть этого человека. Вот и все. Простая реакция на неожиданность.
- То есть вы не отрицаете, что знакомы с ним.
- Не отрицаю, - я уже справилась с эмоциями и говорила совершенно спокойно. Мой же визави, наоборот, как будто, злился. Казалось, он хочет что-то спросить, но не решается.
- Простите, - ситуация затянулась и ее нужно было заканчивать. – Мне нужно идти работать.
Я резко развернулась и заторопилась в сторону лестницы, чувствуя спиной его взгляд и думая о том, какое ему дело до наших отношений с Матвеем. Странное семейство. Одни считают, что могут совать свой нос в жизнь других.
Мысленно сравнив дядю и племянника, я вдруг пришла к выводу, что они разные. Матвей Червонный совсем не похож на дядю. Да, оба высокие, стройные. Но на этом сходство заканчивалось. Матвей не был похож и на отца. Адвокат Золотов не отличался высоким ростом и статью, а даже наоборот, был скорее дородным мужчиной, розовощеким и белокожим. С цветом волос вообще было трудно – Евгений Васильевич имел благородную, платиновую шевелюру. Разность фамилий тоже вводила в замешательство и порождала массу вопросов.
Дядя, как и племянник, был темноволосым. Но вот лицо…. У Матвея-сына простое, открытое. Одна улыбка чего стоит. От такой улыбки невозможно удержаться – любая девушка растает. Дядя-Матвей обладал чертами лица редкой, аристократической породы. И от этого казался мне слишком высокомерным. А эта его манера постоянно говорить с иронией, честное слово – бесила.
Но самое интересное, что разница в возрасте у дяди с племянником была небольшая. По крайней мере, мне так казалось. И это тоже вызывало некоторое любопытство.
Несколько раз компания адвоката выходила из гостевого дома на территорию базы, но у меня получалось «замаскироваться». Повезло, что Золотов - старший уже не раз здесь бывал, это освободило меня от многих проблем. Он знал, что и где находится, и сам, с большим удовольствием, работал гидом. Лишь пару раз пришлось отправить горничную в их апартаменты.
Брат адвоката, после инцидента с полотенцами и нашего разговора больше никак себя не проявлял. По крайней мере, проходя мимо ресепшена, не смотрел в мою сторону. Матвей с Люсей-Милой заказали обед на двоих, пропустили баню и практически до вечера не выходили из номера. Видимо, им было чем заняться.
Часы показывали одиннадцать тридцать. В это время на базе начинался «тихий час». Ресторан работал до одиннадцати, бани тоже. Некоторые мужчины еще продолжали играть в бильярд, там у них работал мини-бар. Но и они должны были вскоре разойтись по номерам. Завтра начинался местный турнир по зимней рыбалке, именно то самое мероприятие, что и привлекало наших постоянных клиентов в эти края. Сегодня, кроме Золотов и К0, заселилось еще одиннадцать человек. Многие любители-рыболовы приехали накануне.
Я думала, зачем адвокат притащил сюда своих женщин, и не могла найти причину. Они не были похожи на любительниц охоты и рыбалки, тем более, зимней. Недовольство, написанное на лице Люси-Милы, это подтверждало. Да и мама ее, явно не горела желанием облачаться в специальное снаряжение для рыбной ловли в экстремальных условиях. И даже похвала Золотова старшего, когда та примеряла на себя прокатный костюм, что она в нем прекрасна, не вдохновила женщину. Мася хоть и улыбалась, но как-то вымученно. Видимо причина по которой они решились на такой «экзотический» отдых, была важнее привычного комфорта.
Но как бы я этого не хотела, сюрпризы в этот день еще не закончились. Открылись двери, и в холл вошла Линда. Она махнула мне рукой и ничего не говоря, прошмыгнула в сторону запасной лестницы, которой пользовались только работники. Меня разобрало любопытство, и я переключилась на камеру, установленную на третьем этаже. Линда была уже там, у номера «Лесная лань», в который накануне просила заселить гостя с инициалами М.В. Золотов. На экране было видно, что дверь открылась и хозяин номера, отодвинувшись в сторону, впустил Линду внутрь.
Где-то глубоко кольнуло. Конечно, это их дело. Они взрослые, очевидно, свободные люди. Только смотрел-то он сегодня на меня, а в номере у него другая.
«Ну, ты, подруга, даешь! – удивилась я самой себе. – Откуда подобные мысли? Или это из-за Матвея?».
Нужно было срочно попытаться разобраться в этой душевной путанице. Пришлось признать, я немного ревновала. Какая женщина не собственница? К тому же его появление, да еще с красивой женщиной, выбило меня из колеи. Но я точно знала, что еще тогда, в нашу первую встречу, все решила абсолютно правильно. Чувствовала, Матвей не поймет моей ситуации. По его отношению к людям, по разговорам, чувствовала. Мне не нужны были еще разочарования. Я и в своей жизни до конца не разобралась.
Что касалось дяди, то здесь было сложнее. Такие как он обычно печатались на обложках журналов, олицетворяя собою не просто богатство или роскошь, а другую жизнь, в которую простому человеку путь закрыт. Этот мужчина слишком хорош для меня, надо смотреть правде в глаза.
«Интересно, откуда тихоня и скромница Линда знает его? Или он уже здесь не в первый раз? Скорее всего, так и есть, - решила я, буравя дверь глазами. – Господи! Ну почему я хочу, чтобы она уже открылась и Линда вышла из номера!»
Она вышла через час и двадцать минут, и на ее лице блуждала улыбка. Мне даже показалось, что ее покинула напряженность – постоянная спутница этой немного странной и даже местами непонятной женщины. Я гнала от себя мысли о том, чем могли быть вызваны эти перемены, но они все равно настойчиво лезли в голову.
- Белла, порадуйся за меня, я скоро уеду отсюда! – огорошила она меня неожиданной новостью.
- Но, разве тебя здесь держат, - я старалась не смотреть в горящие счастьем глаза Линды, а она, как нарочно, искала моего взгляда.
- Нет, ты не понимаешь. Теперь будет все хорошо. Матвей пообещал мне, - прошептала она, наклонившись над стойкой ресепшена.
- Я тебя поздравляю, Линда. Что бы там у тебя…. У вас не произошло. И….счастья тебе…. Вам.
- Спасибо, Белла. Ты очень добрая! Я знаю, у тебя все будет хорошо. Надо просто верить. Я верила и этот день настал.
Ну что мне еще оставалось? Только порадоваться за нее.
***
Ночь была сумасшедшей, а точнее ее вторая половина. Все гости, участвующие в мероприятии, встали ни свет, ни заря. И хотя наше заведение и являлось излюбленным местом охотников и рыболовов, такая тьма народа собиралась в холле гостевого дома лишь несколько раз в год: на подобные турниры, да еще в сезоны открытия охоты на разных зверушек.
Из-за стойки я видела адвоката и его компанию. Матвей Червонный, облаченный в специальный костюм, тоже присутствовал. Его высокую фигуру трудно было не заметить в общей массе людей. А вот Люси-Милы не наблюдалось. Зато ее мама была тут, как тут.
«Смелая женщина!» - удивилась я. - Ну честно! Не ожидала от нее подобных жертв. А то, что это была какая-то жертва, почему-то у меня не вызывало сомнений.
Утром я сдала смену и отправилась отсыпаться в свою комнату. День обещал быть солнечным и безветренным. «Надеюсь, что гости приедут с рыбалки довольными», - думала я, жмуря глаза от ярких лучей. Хотя, принимать эту ораву, из сорока человек, мне не предстоит. И это радовало.
От дум меня отвлек бегущий навстречу, по расчищенной от снега дорожке, человек. Я посторонилась пропустить бегуна, но тот, неожиданно остановился передо мной.
- Доброе утро, - он тяжело дышал, а его разгоряченное тело, даже сквозь одежду источало жар.
- Обычно к нам приезжают рыбачить, охотиться, - я кивнула головой в знак приветствия.
- Увы, я не рыбак, - мужчина улыбнулся, и я поняла, что первый раз вижу его улыбку. И еще поняла: мне она очень нравится.
- А, что так?
Матвей Золотов пожал плечами:
- Не мое.
- Конечно, конечно, у вас своя рыбалка, - это была ирония, на грани грубости.
Он нахмурился. Смотрел озадаченно.
Но ругать себя было поздно и «остапа понесло»:
- Это когда рыбка сама насаживается на крючок. Не надо даже напрягаться.
- Вы злая, а я хотел пригласить вас составить мне компанию за завтраком, - он или не понял моих намеков, или еще пытался как-то спасти ситуацию.
И тут я выдала:
- А, с удовольствием. – И торопливо добавила:
- Не боитесь?
- Чего я должен бояться? Вас?
- Ну, вы же сказали, я злая.
- Мне нравится укрощать строптивых.
- Злых?
- Злых и строптивых, - он опять улыбнулся. – Без шуток, Белла.
- А как же Линда? Ревновать не будет? – вопрос соскочил с языка сам собой.
- Линда причем? – его лицо посерьезнело.
Я закусила губы и, молча, ждала продолжения.
- Тогда могу задать встречный вопрос. Как же Матвей? Не ревнуешь?
Это было сказано жестко. Кровь бросилась мне в лицо, а откуда-то изнутри поднялась волна гнева.
- Приятного аппетита. Привет Линде.
- А она о тебе лучшего мнения, - эта реплика прозвучала мне уже в спину. Не оборачиваясь, торопясь, как только могла, я дошла до своего коттеджа, но на крыльце не выдержала, обернулась. Дорожка была пуста.
