— Клори, накрой нам да поживее, мои гости голодны, — рявкнул Крыг, заставляя едва ли не весь персонал суетиться. Сидящие за столами грязные обросшие мужики, недоуменно покосились на нашу компанию. И тут же резко отвернулись, уткнувшись в большие кружки перед собой. Я мельком бросила взгляд на Крыга и едва не усмехнулась. Надо же, как он вымуштровал бродяг и бандитов: от одного взгляда те быстро отвели глаза и забыли о нашем существовании.
Сдвинув два стола вместе в укромном уголке около стены в углу, мы расселись, дождались, пока накроют, после чего, отгородившись пологом неслышимости, смогли, наконец, поговорить.
— То чудовище охотится на вами? — пытливо глянув на Атилара, спросил главарь. Полукровка кивнул, но неуверенно.
— Честно говоря, я и сам не знаю, но Ти говорит, что да, если он решил надеть на нас поводок, — ответил друг.
— А кто-нибудь из вас с ним встречался хоть раз? — снова спросил головорез.
— Нет, мы ни разу не видели никого с такой силой, — ровно отозвался Мияр, но тут же его лицо посмурнело. — Я где-то слышал, что у одной из найл из клуба Атилара дядя маг-самоучка. Причем универсал с преобладающей магией смерти.
— Думаешь, дядя решил отомстить за племянницу? Только потому, что некий ловелас, ничего не обещавший, посмел разорвать отношения? — как-то это все-таки… пока Ал подбирал достойное выражение, ответила я:
— Глупо, нелепо и просто не в духе серьезных магов. Тут наверняка есть другое объяснение, но я пока его не вижу. Совсем.
— Если отбросить шашни полукровки, о чем бы вы в первую очередь подумали, наткнувшись на первую находку? — задал вопрос Крыг. Вот тут задумались все.
— О ритуале получения души, такое уже было пятнадцать лет назад, — впервые поучаствовать в разговоре решил шеф.
— Восемнадцать, — поправила Шайли. — Только там сердца не вырезали, а выпивали душу для норшула, тем самым подпитывая его.
— Так может есть еще какой ритуал, связанный с органами или… с вашими находками? — продолжил задавать наводящие вопросы Крыг.
— А чего это ты расщедрился на помощь? — подозрительно спросил Г’эрский. Ты и помощь «сыскарям» — вещи несовместимые.
— Атилар мой воспитанник, и я любому за него шею сверну, — рыкнул главарь, глядя исподлобья из-под кустистых бровей. — Никому не позволено надевать на мальца ошейник. А некто это сделал, потому я и объявил перемирие. Ты, комтор, не обольщайся, как только с этим разберемся, все вернется на круги своя: тебе здесь не место, я не лезу в верхний город.
— Принято, — не став больше спорить, согласился комтор. Обсуждение продолжилось. Выдвигались абсолютно разные идеи, но ни одна не прижилась и не подошла.
— Маг из академии, — начала я. В голове крутилась мысль, и мне надо было ее оформить. А как это сделать? Только подвести к ней, включив логику — так нас учили на основах магического мироздания. — Если не он сам, то кто-то из его знакомых-родных-друзей. Хотя мне кажется, у такого монстра вряд ли будут друзья или те, за кого он станет беспокоиться. Скорее всего просто совпало.
— И ты считаешь, этот монстр решил мстить вашей тройке за то, что вы рядом с Алом? — удивился Крыг. Я мотнула головой.
— Нет. Я же говорю, здесь другое, — на миг я задумалась. — Наверняка некая обиженная найла действительно неосторожно поделилась обидой с чудовищем. Он оценил уровень нашей силы. И решил воспользоваться моментом.
— Ты прости, найла, но в тебе не так много силы, — хмыкнул Крыг. На мой удивленный взгляд пояснил: — Я не маг, но уровень других вижу прекрасно.
Ответ меня удовлетворил. К тому же я и сама не считала себя этакой магессой с высоким уровнем. Но ведь что-то же привлекло монстра. Несколько минут я размышляла, а вот потом перед глазами встало плетение, которое мы с Шайли распутывали.
— Вархрак! — хлопнула я себя по лбу. — Тройственный союз и смешение, — выдала я, сверкая глазами. Сначала на меня смотрели с недоумением, а потом в глазах Шайли и Ш’яжа появилось понимание.
— И что это значит? — поинтересовался Г’эрский, переводя взгляд с меня на остальных.
— А это значит, комтор, что наша троица каким-то образом связала себя. И сейчас их сила объединена и уникальна. Наш злодей это увидел, потому и придумал всю эту игру, — с улыбкой протянула Шайли.
— То есть то, что найлы недавно распутывали, это и есть смешение. Если бы вовремя не увидели поводки, при получении такового еще и на Тираи получился бы убойный коктейль, — продолжил шеф. — Представь одного мага, в арсенале которого магия смерти, воздуха и жизни. Хотя чего представлять, стоит только на Шайли посмотреть. Но у нее магия индивидуальна, а маг, задумавший всю эту игру, решил воспользоваться чужой, захапав ее себе.
— Честно говоря, я не совсем понимаю, — нахмурился комтор. — Зачем все эти сложности с находками? Он мог бы просто выпить каждого.
— Нет, по одиночке выпив каждого, эффекта бы не оказалось. А игра нужна для того, чтобы в плетение силы монстра вплести магию всех троих, вот тогда эффект оказался бы просто потрясающий. Объединение силы троих неслабых адептов, плюс возможность управлять ими и черпать их магию — ради этого все и было затеяно, — пояснила Шайли.
— Вот гаденыш, — стиснул зубы Крыг и грохнул по столу кулаком. Я вздрогнула. Н-да, теперь мне стало понятно, почему его боялись.
— Если вы освободили из плетения нашу силу, а у нас еще две находки, то как мы их найдем? Ведь все равно придется использовать магию, — задал вопрос Атилар, смотря на некромантку. Она улыбнулась, ее глаза хитро сверкнули.
— Мы теперь знаем, чего добивается наш злодей, потому можем его переиграть, — все застыли, ожидая продолжения. И только Г’эрский снова спросил:
— Подождите, почему две находки осталось? В трапеции четыре точки. Три мы уже обследовали, значит, осталась одна.
— Нет, комтор, — я покачала головой. — Помимо четырех точек вершин есть еще одна в центре, там должно быть основное послание. А именно то, ради чего затевалась вся эта игра. Как кульминация, понимаете?
— А-а-а-а… — с умным видом протянул тот. — Ясно. Продолжайте, буду внимать дальше.
— Как мы его переиграем? — глаза Мияра засверкали в предвкушении.
— Мы закутаем вас в кокон защиты, но таким образом сплетенную, чтобы связать ее с силой монстра. В этом случае его собственный поводок обратиться против него, а при активации заклятия мы сможем его почувствовать, — пояснила некромантка.
— А управлять мы им сможем? — я даже подалась вперед. — Зеркалка сможет дать нам…
— Никогда даже не думай об этом, — оборвал меня шеф. — Мысли материальны. Именно вот из таких, казалось бы, невинных желаний и выходит то, что мы сейчас наблюдаем. Желание управлять другими слишком быстро укореняется в душе, появляются мысли испытать их на практике.
— Ш’яж, ты чего разошелся? — удивился Венд. — Уверен, найла и мысли такой не допускала. А про зеркалку спросила только для того, чтобы побыстрее вычислить нашего злодея.
Я кивала в такт словам орка, не понимая, с чего вдруг и правда шеф разозлился. Он посмотрел на меня слишком пристально, потом кивнул.
— Ладно, что-то я правда вспылил, — махнул он рукой. Но потом решил ответить на мой вопрос: — Даже зеркалка не сможет надеть поводок управления. Она всего лишь обернет заклятие против самого мага, таким образом мы сможем его почувствовать, а если повезет, то и узнать его личность. А потом дело останется за малым: найти и обезвредить.
— Завтра мы все-таки посетим артефактора и узнаем о Пэтре. А сегодня, пожалуй, пора по домам, — вынесла решение Шайли.
— А нам возвращаться в академию? — поинтересовался полукровка. Я как раз собралась задать тот же вопрос, он меня опередил. Судя по взгляду Мияра, и у него возникла эта же мысль. Н-да, все-таки мы действительно втроем связаны, даже мыслим одинаково.
— Нет, для каждого из вас уже приготовлены квартиры в городе, просто из-за всей этой суматохи вам забыли отдать ключи. Сейчас заедем в агентство, вы их получите, вас отвезут по домам, — улыбнулся шеф.
— А личину с меня когда снимут? — поинтересовался Мияр. Я с интересом посмотрела на друга, это же и меня интересовало, уж больно хотелось посмотреть на друга в его натуральном виде.
— Вот сегодня и сниму, только доберемся до агентства, — пообещал шеф. Обернувшись к Крыгу уже более серьезно попросил: — Как только маг появится, сразу свяжись со мной.
— Думаешь, он снова явится сюда? — засомневался головорез.
— Ему надо будет снять свои узелки, потому обязательно явится, мы на всякий случай повесим ловчую сеть, чем вархрак не шутит, вдруг нам повезет, и мы сможем если не поймать его, то определить ауру или след перемещения, — хохотнул Ш’яж.
На этом наш разговор закончился. Вопреки ситуации в груди творилось невообразимое: странное предвкушение чего-то необычного, и связано это было со снятием личины друга. Почему для меня это было так важно, я и сама не знала, потому и ждала с нетерпением такого знаменательного события.
Расплатившись за еду — хотя Крыг и был категорически против — мы покинули трактир. Около точки, где была находка, установили, как и собирался шеф, ловчую сеть. И только потом, распределившись по ранкарам, попрощались с головорезами и отправились в агентство.
По дороге молчали, обсуждать оказалось нечего. Я всю дорогу думала о Мияре, вместо того, чтобы анализировать происходящее. Краем глаза рассматривала друга, на губах которого играла предвкушающая улыбка. Полукровка тоже поглядывал на нашего герцога, пытаясь угадать, какой же он на самом деле. Во взгляде нашего ловеласа сквозило любопытство пополам с хитринкой. Наверняка он уже предполагал, каким на самом деле окажется Мияр. Я же и гадать не хотела, решив дождаться результата.
Стоило нам прибыть, как мы вошли в здание, дожидаясь остальных. Те приехали буквально через пару минут после нас. Стремительно и уверенно шеф вошел в свой кабинет, вытащил из ящика стола ключи и протянул нам. Потом предложил Мияру присесть на кресло. Мы столпились рядом.
— Так, а вы пока подождите в приемной, — шеф указал нам на выход. Эх! Что за несправедливость? Так хотелось посмотреть, как снимается сложная личина, но, видно, не судьба. Пришлось обустраиваться в креслах в приемной. Секретаря уже не было. Это и понятно, на город опустилась ночь. Это только у нас ненормированный рабочий день, у остальных он вполне себе нормированный.
— Как думаешь, выйдет из Мияра конкурент? — ткнул меня в бок Атилар. Я скептически осмотрела красавчика, усмехнулась и покачала головой:
— Нет, Ал, вы совершенно разные. Каким бы не оказался наш друг, он не такой ветреный, как ты. И не стремится разбивать сердца найл, — я подмигнула другу, на лице которого засияла широкая улыбка.
— Да, второго такого ловеласа ни одна найла бы не выдержала, им и меня за глаза хватает. Но ведь вы меня таким и любите, — самодовольно заявил он. Я потрепала его по волосам. Всегда любила это делать. К тому же густая и мягкая шевелюра полукровки вызывала у меня восхищение, пополам с завистью, а еще она меня успокаивала.
— Конечно, мы любим тебя любого, — подмигнула в ответ. — Ты же наш друг. А ими не разбрасываются.
Ал обнял меня за плечи и прижал к себе. Пару минут мы посидели в тишине. Но полукровка не мог спокойно сидеть, его вдруг потянуло на разговор. Слегка отстранившись, посмотрел мне в глаза и спросил:
— Скажи, а ты могла бы полюбить кого-нибудь из нас? — От такого вопроса я едва воздухом не подавилась.
— Ал? Но я люблю вас обоих. С чего вдруг ты такой вопрос задал? — мне и правда стало это интересно, ведь совсем недавно мы это уже обсуждали.
— Ты любишь нас, как друзей, а я сейчас спрашиваю о другом, — отмахнулся р’энд, вызвав еще большее недоумение.
— А зачем тебе это? Мы же, кажется, все решили, — не сдавалась я. В эту загадочную игру можно было играть вдвоем. Отвечать вопросом на вопрос, пытаться в ответ выяснить свое меня научил за три года именно Ал. И сейчас мы как раз этим и занимались.
— Ти-и-и… — страдальчески протянул друг. — Ты можешь хоть раз просто ответить на вопрос. Это важно. Правда.
— Для кого? — я все равно не смогла удержаться от вопроса. Ал застонал. Но ответить не успел. Дверь в кабинет шефа открылась, на пороге застыл…
— Мияр?
Сказать, что я была потрясена — ничего не сказать…
Мы с Атиларом переглянулись. На его лице тоже застыло потрясение, наверняка такое же, как и у меня. Затем мы синхронно уставились на нашего друга. У меня язык отказался воспроизводить звуки. И было от чего.
Личина герцога не была невзрачной, но она не отражала и сотой доли того, кто сейчас стоял перед нами. Высокий, широкоплечий брюнет с уложенными волосами до плеч. Скуластое лицо, цепкий взгляд карих глаз, точеный профиль, четко очерченные губы, прямой нос. Тонкие дуги бровей. Если собрать все воедино, то перед нами стоял образчик мужской красоты во всем своем великолепии. И сейчас оба моих друга будто дополняли один другого, как солнце и луна. Оба статные и красивые. Надежные. И… оба мои. В груди словно стали трескаться остатки моей защиты, которая надежно держалась все эти годы. Я едва не застонала. Так не должно быть. Пусть бы она еще немного продержалась. Иначе…
Что именно иначе, я еще и сама не могла понять, но одно уже осознала с определенной точностью: у меня проблемы, причем огромные.
— А ты говорила — не конкурент, — разрядил обстановку Ал, ткнув меня в бок. — Теперь кранты моему фан клубу. Стоит им увидеть нашего герцога, и они мгновенно переметнутся к нему.
— Да ладно, не ной, — усмехнулась я. — Вряд ли Мияру нужен твой клуб. Если бы он хотел, завел бы себе свой собственный. Он ведь и под личиной был красавчик. А сейчас… — я даже прищелкнула. В этот момент больше всего боялась, чтобы мой голос не сорвался и не выдал моего смятения.
Мияр улыбнулся. От этой улыбки у меня все затрепетало внутри. Смесь властности, надменности и благодушия создавала убойный коктейль. Его хотелось попробовать, но я понимала — он мой друг, ничего большего.
— Вижу, что вы потрясены, но отдых никто не отменял. Завтра у нас много работы, вам необходимо выспаться, — произнес шеф, на его лице сияла предвкушающая улыбка.
— А как мы доберемся до квартир? Наверняка орк уже уехал вместе с Шайли, — обернулся к Ш’яжу Мияр.
— Идем, я сам вас отвезу, — предложил шеф, махнув рукой на выход. Я, стараясь казаться беспечной, подхватила друзей под руки, и мы направились вслед за р’эндом.
— Смотри, друг, своими найлами я делиться не стану, — с фальшивой угрозой произнес Атилар. Герцог усмехнулся.
— Можешь не переживать, мне они не нужны, — ответил он, а в следующую секунду между друзьями словно искра пробежала. Они посмотрели друг на друга, будто вели мысленный диалог. Я повела плечами. Стало вдруг неуютно.
— Успокоил, — наконец, выдохнул полукровка. — Надумаешь заводить фан клуб, обращайся, помогу подобрать кандидатуры.
Мияр не сдержался и отвесил говорливому другу подзатыльник. Тот застонал и с обидой посмотрел на герцога. Потом сотворил жалостливое лицо и обратился ко мне:
— Ти, ну хоть ты на него повлияй. Чего он руки распускает? Я же от души предложил.
Сдвинув два стола вместе в укромном уголке около стены в углу, мы расселись, дождались, пока накроют, после чего, отгородившись пологом неслышимости, смогли, наконец, поговорить.
— То чудовище охотится на вами? — пытливо глянув на Атилара, спросил главарь. Полукровка кивнул, но неуверенно.
— Честно говоря, я и сам не знаю, но Ти говорит, что да, если он решил надеть на нас поводок, — ответил друг.
— А кто-нибудь из вас с ним встречался хоть раз? — снова спросил головорез.
— Нет, мы ни разу не видели никого с такой силой, — ровно отозвался Мияр, но тут же его лицо посмурнело. — Я где-то слышал, что у одной из найл из клуба Атилара дядя маг-самоучка. Причем универсал с преобладающей магией смерти.
— Думаешь, дядя решил отомстить за племянницу? Только потому, что некий ловелас, ничего не обещавший, посмел разорвать отношения? — как-то это все-таки… пока Ал подбирал достойное выражение, ответила я:
— Глупо, нелепо и просто не в духе серьезных магов. Тут наверняка есть другое объяснение, но я пока его не вижу. Совсем.
— Если отбросить шашни полукровки, о чем бы вы в первую очередь подумали, наткнувшись на первую находку? — задал вопрос Крыг. Вот тут задумались все.
— О ритуале получения души, такое уже было пятнадцать лет назад, — впервые поучаствовать в разговоре решил шеф.
— Восемнадцать, — поправила Шайли. — Только там сердца не вырезали, а выпивали душу для норшула, тем самым подпитывая его.
— Так может есть еще какой ритуал, связанный с органами или… с вашими находками? — продолжил задавать наводящие вопросы Крыг.
— А чего это ты расщедрился на помощь? — подозрительно спросил Г’эрский. Ты и помощь «сыскарям» — вещи несовместимые.
— Атилар мой воспитанник, и я любому за него шею сверну, — рыкнул главарь, глядя исподлобья из-под кустистых бровей. — Никому не позволено надевать на мальца ошейник. А некто это сделал, потому я и объявил перемирие. Ты, комтор, не обольщайся, как только с этим разберемся, все вернется на круги своя: тебе здесь не место, я не лезу в верхний город.
— Принято, — не став больше спорить, согласился комтор. Обсуждение продолжилось. Выдвигались абсолютно разные идеи, но ни одна не прижилась и не подошла.
— Маг из академии, — начала я. В голове крутилась мысль, и мне надо было ее оформить. А как это сделать? Только подвести к ней, включив логику — так нас учили на основах магического мироздания. — Если не он сам, то кто-то из его знакомых-родных-друзей. Хотя мне кажется, у такого монстра вряд ли будут друзья или те, за кого он станет беспокоиться. Скорее всего просто совпало.
— И ты считаешь, этот монстр решил мстить вашей тройке за то, что вы рядом с Алом? — удивился Крыг. Я мотнула головой.
— Нет. Я же говорю, здесь другое, — на миг я задумалась. — Наверняка некая обиженная найла действительно неосторожно поделилась обидой с чудовищем. Он оценил уровень нашей силы. И решил воспользоваться моментом.
— Ты прости, найла, но в тебе не так много силы, — хмыкнул Крыг. На мой удивленный взгляд пояснил: — Я не маг, но уровень других вижу прекрасно.
Ответ меня удовлетворил. К тому же я и сама не считала себя этакой магессой с высоким уровнем. Но ведь что-то же привлекло монстра. Несколько минут я размышляла, а вот потом перед глазами встало плетение, которое мы с Шайли распутывали.
— Вархрак! — хлопнула я себя по лбу. — Тройственный союз и смешение, — выдала я, сверкая глазами. Сначала на меня смотрели с недоумением, а потом в глазах Шайли и Ш’яжа появилось понимание.
— И что это значит? — поинтересовался Г’эрский, переводя взгляд с меня на остальных.
— А это значит, комтор, что наша троица каким-то образом связала себя. И сейчас их сила объединена и уникальна. Наш злодей это увидел, потому и придумал всю эту игру, — с улыбкой протянула Шайли.
— То есть то, что найлы недавно распутывали, это и есть смешение. Если бы вовремя не увидели поводки, при получении такового еще и на Тираи получился бы убойный коктейль, — продолжил шеф. — Представь одного мага, в арсенале которого магия смерти, воздуха и жизни. Хотя чего представлять, стоит только на Шайли посмотреть. Но у нее магия индивидуальна, а маг, задумавший всю эту игру, решил воспользоваться чужой, захапав ее себе.
— Честно говоря, я не совсем понимаю, — нахмурился комтор. — Зачем все эти сложности с находками? Он мог бы просто выпить каждого.
— Нет, по одиночке выпив каждого, эффекта бы не оказалось. А игра нужна для того, чтобы в плетение силы монстра вплести магию всех троих, вот тогда эффект оказался бы просто потрясающий. Объединение силы троих неслабых адептов, плюс возможность управлять ими и черпать их магию — ради этого все и было затеяно, — пояснила Шайли.
— Вот гаденыш, — стиснул зубы Крыг и грохнул по столу кулаком. Я вздрогнула. Н-да, теперь мне стало понятно, почему его боялись.
— Если вы освободили из плетения нашу силу, а у нас еще две находки, то как мы их найдем? Ведь все равно придется использовать магию, — задал вопрос Атилар, смотря на некромантку. Она улыбнулась, ее глаза хитро сверкнули.
— Мы теперь знаем, чего добивается наш злодей, потому можем его переиграть, — все застыли, ожидая продолжения. И только Г’эрский снова спросил:
— Подождите, почему две находки осталось? В трапеции четыре точки. Три мы уже обследовали, значит, осталась одна.
— Нет, комтор, — я покачала головой. — Помимо четырех точек вершин есть еще одна в центре, там должно быть основное послание. А именно то, ради чего затевалась вся эта игра. Как кульминация, понимаете?
— А-а-а-а… — с умным видом протянул тот. — Ясно. Продолжайте, буду внимать дальше.
— Как мы его переиграем? — глаза Мияра засверкали в предвкушении.
— Мы закутаем вас в кокон защиты, но таким образом сплетенную, чтобы связать ее с силой монстра. В этом случае его собственный поводок обратиться против него, а при активации заклятия мы сможем его почувствовать, — пояснила некромантка.
— А управлять мы им сможем? — я даже подалась вперед. — Зеркалка сможет дать нам…
— Никогда даже не думай об этом, — оборвал меня шеф. — Мысли материальны. Именно вот из таких, казалось бы, невинных желаний и выходит то, что мы сейчас наблюдаем. Желание управлять другими слишком быстро укореняется в душе, появляются мысли испытать их на практике.
— Ш’яж, ты чего разошелся? — удивился Венд. — Уверен, найла и мысли такой не допускала. А про зеркалку спросила только для того, чтобы побыстрее вычислить нашего злодея.
Я кивала в такт словам орка, не понимая, с чего вдруг и правда шеф разозлился. Он посмотрел на меня слишком пристально, потом кивнул.
— Ладно, что-то я правда вспылил, — махнул он рукой. Но потом решил ответить на мой вопрос: — Даже зеркалка не сможет надеть поводок управления. Она всего лишь обернет заклятие против самого мага, таким образом мы сможем его почувствовать, а если повезет, то и узнать его личность. А потом дело останется за малым: найти и обезвредить.
— Завтра мы все-таки посетим артефактора и узнаем о Пэтре. А сегодня, пожалуй, пора по домам, — вынесла решение Шайли.
— А нам возвращаться в академию? — поинтересовался полукровка. Я как раз собралась задать тот же вопрос, он меня опередил. Судя по взгляду Мияра, и у него возникла эта же мысль. Н-да, все-таки мы действительно втроем связаны, даже мыслим одинаково.
— Нет, для каждого из вас уже приготовлены квартиры в городе, просто из-за всей этой суматохи вам забыли отдать ключи. Сейчас заедем в агентство, вы их получите, вас отвезут по домам, — улыбнулся шеф.
— А личину с меня когда снимут? — поинтересовался Мияр. Я с интересом посмотрела на друга, это же и меня интересовало, уж больно хотелось посмотреть на друга в его натуральном виде.
— Вот сегодня и сниму, только доберемся до агентства, — пообещал шеф. Обернувшись к Крыгу уже более серьезно попросил: — Как только маг появится, сразу свяжись со мной.
— Думаешь, он снова явится сюда? — засомневался головорез.
— Ему надо будет снять свои узелки, потому обязательно явится, мы на всякий случай повесим ловчую сеть, чем вархрак не шутит, вдруг нам повезет, и мы сможем если не поймать его, то определить ауру или след перемещения, — хохотнул Ш’яж.
На этом наш разговор закончился. Вопреки ситуации в груди творилось невообразимое: странное предвкушение чего-то необычного, и связано это было со снятием личины друга. Почему для меня это было так важно, я и сама не знала, потому и ждала с нетерпением такого знаменательного события.
Расплатившись за еду — хотя Крыг и был категорически против — мы покинули трактир. Около точки, где была находка, установили, как и собирался шеф, ловчую сеть. И только потом, распределившись по ранкарам, попрощались с головорезами и отправились в агентство.
По дороге молчали, обсуждать оказалось нечего. Я всю дорогу думала о Мияре, вместо того, чтобы анализировать происходящее. Краем глаза рассматривала друга, на губах которого играла предвкушающая улыбка. Полукровка тоже поглядывал на нашего герцога, пытаясь угадать, какой же он на самом деле. Во взгляде нашего ловеласа сквозило любопытство пополам с хитринкой. Наверняка он уже предполагал, каким на самом деле окажется Мияр. Я же и гадать не хотела, решив дождаться результата.
Стоило нам прибыть, как мы вошли в здание, дожидаясь остальных. Те приехали буквально через пару минут после нас. Стремительно и уверенно шеф вошел в свой кабинет, вытащил из ящика стола ключи и протянул нам. Потом предложил Мияру присесть на кресло. Мы столпились рядом.
— Так, а вы пока подождите в приемной, — шеф указал нам на выход. Эх! Что за несправедливость? Так хотелось посмотреть, как снимается сложная личина, но, видно, не судьба. Пришлось обустраиваться в креслах в приемной. Секретаря уже не было. Это и понятно, на город опустилась ночь. Это только у нас ненормированный рабочий день, у остальных он вполне себе нормированный.
— Как думаешь, выйдет из Мияра конкурент? — ткнул меня в бок Атилар. Я скептически осмотрела красавчика, усмехнулась и покачала головой:
— Нет, Ал, вы совершенно разные. Каким бы не оказался наш друг, он не такой ветреный, как ты. И не стремится разбивать сердца найл, — я подмигнула другу, на лице которого засияла широкая улыбка.
— Да, второго такого ловеласа ни одна найла бы не выдержала, им и меня за глаза хватает. Но ведь вы меня таким и любите, — самодовольно заявил он. Я потрепала его по волосам. Всегда любила это делать. К тому же густая и мягкая шевелюра полукровки вызывала у меня восхищение, пополам с завистью, а еще она меня успокаивала.
— Конечно, мы любим тебя любого, — подмигнула в ответ. — Ты же наш друг. А ими не разбрасываются.
Ал обнял меня за плечи и прижал к себе. Пару минут мы посидели в тишине. Но полукровка не мог спокойно сидеть, его вдруг потянуло на разговор. Слегка отстранившись, посмотрел мне в глаза и спросил:
— Скажи, а ты могла бы полюбить кого-нибудь из нас? — От такого вопроса я едва воздухом не подавилась.
— Ал? Но я люблю вас обоих. С чего вдруг ты такой вопрос задал? — мне и правда стало это интересно, ведь совсем недавно мы это уже обсуждали.
— Ты любишь нас, как друзей, а я сейчас спрашиваю о другом, — отмахнулся р’энд, вызвав еще большее недоумение.
— А зачем тебе это? Мы же, кажется, все решили, — не сдавалась я. В эту загадочную игру можно было играть вдвоем. Отвечать вопросом на вопрос, пытаться в ответ выяснить свое меня научил за три года именно Ал. И сейчас мы как раз этим и занимались.
— Ти-и-и… — страдальчески протянул друг. — Ты можешь хоть раз просто ответить на вопрос. Это важно. Правда.
— Для кого? — я все равно не смогла удержаться от вопроса. Ал застонал. Но ответить не успел. Дверь в кабинет шефа открылась, на пороге застыл…
— Мияр?
Сказать, что я была потрясена — ничего не сказать…
Глава 4
Мы с Атиларом переглянулись. На его лице тоже застыло потрясение, наверняка такое же, как и у меня. Затем мы синхронно уставились на нашего друга. У меня язык отказался воспроизводить звуки. И было от чего.
Личина герцога не была невзрачной, но она не отражала и сотой доли того, кто сейчас стоял перед нами. Высокий, широкоплечий брюнет с уложенными волосами до плеч. Скуластое лицо, цепкий взгляд карих глаз, точеный профиль, четко очерченные губы, прямой нос. Тонкие дуги бровей. Если собрать все воедино, то перед нами стоял образчик мужской красоты во всем своем великолепии. И сейчас оба моих друга будто дополняли один другого, как солнце и луна. Оба статные и красивые. Надежные. И… оба мои. В груди словно стали трескаться остатки моей защиты, которая надежно держалась все эти годы. Я едва не застонала. Так не должно быть. Пусть бы она еще немного продержалась. Иначе…
Что именно иначе, я еще и сама не могла понять, но одно уже осознала с определенной точностью: у меня проблемы, причем огромные.
— А ты говорила — не конкурент, — разрядил обстановку Ал, ткнув меня в бок. — Теперь кранты моему фан клубу. Стоит им увидеть нашего герцога, и они мгновенно переметнутся к нему.
— Да ладно, не ной, — усмехнулась я. — Вряд ли Мияру нужен твой клуб. Если бы он хотел, завел бы себе свой собственный. Он ведь и под личиной был красавчик. А сейчас… — я даже прищелкнула. В этот момент больше всего боялась, чтобы мой голос не сорвался и не выдал моего смятения.
Мияр улыбнулся. От этой улыбки у меня все затрепетало внутри. Смесь властности, надменности и благодушия создавала убойный коктейль. Его хотелось попробовать, но я понимала — он мой друг, ничего большего.
— Вижу, что вы потрясены, но отдых никто не отменял. Завтра у нас много работы, вам необходимо выспаться, — произнес шеф, на его лице сияла предвкушающая улыбка.
— А как мы доберемся до квартир? Наверняка орк уже уехал вместе с Шайли, — обернулся к Ш’яжу Мияр.
— Идем, я сам вас отвезу, — предложил шеф, махнув рукой на выход. Я, стараясь казаться беспечной, подхватила друзей под руки, и мы направились вслед за р’эндом.
— Смотри, друг, своими найлами я делиться не стану, — с фальшивой угрозой произнес Атилар. Герцог усмехнулся.
— Можешь не переживать, мне они не нужны, — ответил он, а в следующую секунду между друзьями словно искра пробежала. Они посмотрели друг на друга, будто вели мысленный диалог. Я повела плечами. Стало вдруг неуютно.
— Успокоил, — наконец, выдохнул полукровка. — Надумаешь заводить фан клуб, обращайся, помогу подобрать кандидатуры.
Мияр не сдержался и отвесил говорливому другу подзатыльник. Тот застонал и с обидой посмотрел на герцога. Потом сотворил жалостливое лицо и обратился ко мне:
— Ти, ну хоть ты на него повлияй. Чего он руки распускает? Я же от души предложил.
