Перед ним был самый настоящий дракон, невероятного… космического размера. Серебристые, полупрозрачные крылья закрывали собой чуть ли не половину окружающего космоса, а хвост несколько раз обвивался вокруг галактики.
Он взглянул в глаза Локвина, и парень ощутил, как проносятся мимо него время и пространство, жизнь и смерть. Дракон не шелохнулся, не открыл рта, но всё же в полной тишине послышался его громоподобный голос.
— Я ждал тебя, человек. Ждал, и ты, наконец, появился.
— Кто вы? — услышал Локвин свой собственный голос, хотя мог поклясться, что тоже ничего не говорил вслух.
— Сейчас я тот, кем ты меня видишь — всего лишь огромный дракон в открытом космосе. Остальное неважно. У нас мало времени, человек, поэтому, перейдём сразу к делу. Твой предшественник, Ёсиго был недостаточно подготовлен к тому, что ждёт ваш мир.
— Вы о войне кланов?
— Война? — презрительно фыркнул дракон. — Всего лишь мелкая стычка завистливых и жадных смертных. Я говорю о другом. Вселенная, как ты уже наверное догадался, несколько сложнее и обширнее, чем тебе казалось. Каждую секунду в ней происходят процессы, о которых вы, люди, не имеете ни малейшего понятия. И всё же, порой такие, как я, вынуждены обращаться к вам напрямую.
Локвин и верно не понимал ничего из того, что ему сейчас говорили. Дракон должно быть, это почувствовал.
— Я лишь хочу сказать, — добавил он, — что тебе не следуют думать, что всё вращается вокруг вас и этой вашей… войны. Но она и верно может закалить тебя перед тем, что грядёт дальше…
— Или убьёт тебя, мальчик, — этот голос принадлежал уже не дракону.
Он был холодным, насмешливым, пробирающим до костей и эхом отдающимся в каждой клеточке тела. В и без того мрачном космосе вдруг стало по-настоящему темно. Одна за другой гасли звёзды, свет соседних галактик быстро растворялся и вскоре полностью исчез. На призрачные ряды безликих людей словно хлынул поток немыслимого ветра, который разом сдул их, будто никого здесь и не было.
На чудовищный миг наступила абсолютная тишина, лишь дракон всё ещё слегка покачивал крыльями. Его глаза сейчас горели такой яростью, что Локвин удивлялся, как он ещё не выпустил из пасти пламя.
— Тебе здесь нечего делать, демон, — наконец, произнёс дракон, пытаясь сохранить хоть какое-то самообладание.
— Как и тебе, — послышался хитрый голос невидимого демона. — Ты первым нарушил правило, значит, это же самое могу сделать и я. Хочешь поспорить об этом? Так я и думал…
Дракон в бессильной злобе клацнул челюстями и отвернулся.
— Говори, что хотел и уходим отсюда.
— Это не займёт много времени, — согласился демон. — Я лишь хочу напомнить человеку, что он волен выбирать. Только и всего. Ему не нужно ни во что вмешиваться. Не нужно ничего делать, если он не хочет. Не нужно жертвовать жизнью ради… Собственно ради чего? Помни об этом, человек. Скоро придёт время выбирать. А теперь, мы уйдём…
Голос демона затих. По могучему телу дракона словно бы пробежала волна, затем ещё одна и ещё. Он таял, быстро растворяясь в пространстве. Вместе с этим вновь начали загораться звёзды. У Локвина было столько вопросов, но отвечать на них теперь уже стало некому.
Его резко швырнуло назад, туда, откуда он прибыл, а уже через секунду Локвин проснулся в своей постели. Вокруг было уже светло. Наложницы очевидно, тихо ушли, оставив своего господина одного.
А может ему всё это только приснилось? Хорошо бы… Голова болела ужасно. В ушах звенело. Такого сна Локвин не видел ещё никогда, и больше видеть не хотел.
Он был полностью убеждён в том, что этой ночью и верно побывал в каком-то далёком измерении, где говорил с сущностями, которые выходят за границы понимания смертных людей.
Только сейчас Локвин понял, что такое настоящий ужас…
Двери спальни открылись, и слуги принесли завтрак. Аппетита особого не было, но Локвин всё же заставил себя немного поесть. И правильно сделал, ведь уже через полчаса к нему пришли Безымянные.
Трое почтенных старцев низко поклонились и попросили о частном разговоре.
— В первую очередь, мы хотели бы извиниться перед вами, господин, — сказал средний по старшинству мужчина. — Вчера, за всеми приготовлениями похорон и последующим ритуалом крови, мы так толком и не объяснили вам, кто же мы такие.
— Советники клана? — предположил Локвин.
— Нет, — покачал головой старик. — Советники занимаются политикой, помогают вести войны, следят за тем, чтобы казна была полна. Безымянные — это память нашего клана, его традиции, духовные наставники рода Имаро. Когда-то давно мы учили господина Ёсиго, сейчас настала ваша очередь, господин Локвин.
— Понятно, — кивнул Локвин, хотя, по правде сказать, понимал он далеко не всё. — И с чего начнём?
— Это вам выбирать, — сказал самый старший из Безымянных. — В обучении верховного мага существует три большие ступени: освоение магии, подчинение себе дракона Крайзо и, конечно же, обуздание силы Сумеречного меча.
— Я думал, у меня уже есть меч. Тот, который вы вчера вложили мне в руку.
— Это всего лишь церемониальное оружие, — отмахнулся младший. — Для этого подойдёт любой достаточно древний клинок, который побывал в настоящем бою. Мы же говорим о вашем личном оружии, которое передавалось от одного воина рода Имаро к другому столь долго, что даже мы не помним всего… Но факт остаётся фактом: вы должны получить этот меч, если хотите править и защищать свой род. Но нам не обязательно начинать именно с этого шага, выбор за вами…
Локвин хотел что-то сказать, но передумал. В голове у него сейчас так и роились мысли.
— Нам нужно начинать, как можно скорее, господин — поторопил средний. — Выбирайте направление, которое хотели бы освоить первым.
Локвин всерьёз задумался. С холодным оружием у него всегда были нелады. А после своего сегодняшнего сна, дракона он видеть точно не хотел… Оставалась магия. Вариант хоть и пугающий, но в то же время очень притягательный.
Он может и правда научиться колдовать… Подумать только! Локвин шёл, сопровождаемый Безымянными, по коридорам дворца и не мог до конца в это поверить.
Вскоре они начали спускаться на нижние этажи, а после и вовсе по древней, витой лестнице перешли в подземелье, которое по виду смутно напоминало лабиринт.
— Зачем мы здесь? — спросил Локвин, пытаясь сохранить в голосе уверенность. — Разве нельзя было учиться магии наверху?
— Можно, — кивнул младший их Безымянных, — но тогда, господин мой, ушло бы гораздо больше времени. Лабиринт применяется только в крайних случаях, когда нужно как можно скорее пробудить в человеке его способности. Это место, — он обвёл взглядом мрачные коридоры, низкие потолки и странные норы в земле, из которых несло сыростью и гнилью, — идеально для этого подходит. Через минуту вы сами в этом убедитесь.
— Что? Через минуту?! — Локвин не удержался и сделал шаг назад. — А как же теория? Уроки? Разве вы ничего не должны мне объяснить перед этим?
— Никакие наши слова не помогут, — загадочно ответил старший. — Заклинания и прочее нужны лишь для вида, либо более сложной магии, о которой, пока думать рано. Вам нужна только внутренняя воля. Тогда вы сможете отыскать внутри себя силу, которая всё сделает без всяких там теорий.
Они синхронно, словно репетировали это долгое время, взмахнули руками, и факелы погасли. Локвин остался в кромешной темноте. Он попытался вспомнить, где находится выход, но завертелся на одном месте и окончательно потерял всякое представление об этом.
— Зажгите свет, господин, — послышались отдаляющиеся голоса Безымянных. — Зажгите его, иначе скоро придут они…
— Они? Кто сюда придёт?! — крикнул Локвин, но ответа не последовало.
Вместо этого совсем рядом с ним что-то лязгнуло, потом послышались шаги и тяжёлое, влажное дыхание.
«Старики пугают меня, не иначе!» — подумал Локвин и попытался сотворить свет или огонь силой мысли.
Конечно же, у него ничего не получилось. Он негромко выругался, но и этого хватило, чтобы лязганье вокруг усилилось. Затем послышался рёв и вой. У Локвина по спине пробежали мурашки. Ни один человек не может издавать таких звуков, а это значит…
Он быстро попятился, выставив перед собой руки, и попытался покинуть это ужасное место. Однако вскоре его пальцы коснулись чего-то холодного и липкого. Но хуже того, эта штука явно была живой и содрогнулась, зашипела, явно недовольная тем, что её потревожили.
Локвин позвал на помощь, побежал было, но тут же споткнулся о лежащий на полу камень и со всего размаху растянулся на полу. Он снова позвал Безымянных, но никто из них не ответил.
Хуже того, теперь череда странных звуков, рычаний, бульканья и свиста уже окружала его со всех сторон. И почему он только выбрал магию?.. Ещё ведь несколько часов назад Локвин был на вершине блаженства, купаясь в роскоши и ласках прекрасных наложниц, а теперь лежит на грязном, мокром полу, глубоко под землёй и окружённый толпой монстров.
Сейчас он с удовольствием отдал бы свой титул, дворец и всю власть, лишь бы каким-то чудесным способом спастись из этой безвыходной ситуации. Отчаяние, ужас и бессилие накатили на него с такой силой, что он не мог заставить себя подняться на ноги.
«Я — всего лишь простой парень… никакой я не маг, и тем более, не верховный!» — подумал он.
И тут, словно в ответ на его мысли, по подземному залу пронёсся поток ледяного воздуха. Монстры взвыли, кажется, чуть отступив, а у Локвина перехватило дыхание.
Он вдруг ясно услышал в собственной голове далёкие голоса, которые сразу же узнал.
— Ты один из нас, — говорили души его предков. — Никогда этого не забывай! В тебе течёт наша сила. Пробуди её и стань тем, кем ты должен стать! А мы всегда будем с тобой…
Это немного помогло. Конечно, никаких магических сил это послание Локвину не придало, но теперь он и правда чувствовал, что не один в этом подземелье.
С большим трудом перебарывая страх, он поднялся на ноги и снова собрался с силами. В этот раз у него получилось зажечь на кончиках пальцев слабый, белый огонёк, который дрожал от малейшего колебания воздуха. И всё же, он давал свет.
Локвин поднял руки повыше и вскрикнул от ужаса. Вокруг него были монстры. Самые отвратительные и ужасные, которые только могут быть. Они глядели на него своими белёсыми глазами, клацая челюстями и готовясь вонзить в его плоть длинные кривые когти, или обвить сотнями склизких щупалец.
Парень попятился, запнулся, и огонёк погас… Монстры разом взревели и оживились, предвкушая близкий кровавый пир. На время Локвина охватил такой животный ужас, что он не мог не то что кричать, даже дышал с трудом.
Мысли лихорадочно носились у него в голове. Сейчас он умрёт… Если только не зажжёт свет. При том, не этот маленький и слабый огонёк, а нечто мощное, разрушительное…
Он почти не чувствовал ног, когда сделал шаг на встречу тьме и монстрам.
— Заклинания не нужны… только воля… — бормотал он, не переставая.
Один взмах руками — ничего. Второй, третий… Всё бесполезно. Локвин закрыл глаза, хоть в этом не было и никакой необходимости.
— Нужно слушать себя… Что внутри…
В этот момент он почувствовал то, о чём говорили Безымянные. Почти что, увидел место, где в человеке хранится эта самая энергия, и зачерпнул её столько, сколько мог.
Тут же полыхнул свет. Он был столь ярким, что непременно ослепил бы Локвина, не зажмурься он перед этим. Монстры снова взревели, но теперь уже не от голода, а от ужаса и бессильной ярости.
Они бросились прочь врассыпную, пытаясь спасти свои жизни. Кто-то и верно успел скрыться в ближайших коридорах, но большинству повезло не так сильно. Твари горели, испуская едкий, чёрный дым. Визжали и извивались на земле, бросаясь друг на друга и на стены, совершенно обезумев от боли и страха. В конце концов, все они рассыпались в прах, покрывая каменный пол сероватым и дурно пахнущим слоем.
Свет начал гаснуть. Локвин уже мог открыть глаза, не опасаясь. Его всё ещё била сильная дрожь, в ушах барабаном стучал пульс. Он ощутил ужасную слабость во всём теле и бессильно рухнул на пол.
Из темноты, держа в руках снова горящие факелы, стали выходить Безымянные. Они остановились в нескольких шагах и долго молчали, глядя на измотанного Локвина.
— Это всё было взаправду? — тихо спросил он, поднимая на них покрасневшие глаза.
— Какая разница, господин? — вопросом на вопрос ответил старший. — Вы сделали то, что должны были. Открыли в себе силу. Конечно, это лишь начало пути обучения, самый первый шаг. Но шаг этот самый важный из всех, без него дальнейшие уроки невозможны. Мы очень вами гордимся, господин. Далеко не все прошли это испытание с первого раза…
— Пошли вы к чёрту, — беззлобно произнёс Локвин, на что старики лишь улыбнулись.
Все последующие дни Локвин проводил в постоянных тренировках. Это оказалось далеко не так просто, как он мог предположить. Много времени уделялось медитациям, сбору и концентрации энергии.
Безымянные порой хвалили его, иногда качали головами, но больше от них ничего не удавалось добиться. Сколько бы ни спрашивал Локвин, когда они посчитают его полностью готовым, они лишь загадочно улыбались.
Практические тренировки проходили в закрытом внутреннем дворе. Здесь было достаточно места, но в то же время, никто из посторонних не мог увидеть то, как новоиспечённый лидер клана раз за разом терпит неудачи в сфере магии.
Концентрироваться было сложно. Локвин искренне считал, что есть какой-то универсальный способ, секрет, узнав который, он сможет начать довольно быстро продвигаться в обучении. Но старцы упорно отказывались делиться этим самым секретом, а сам он никак не мог его узнать.
Вот и сегодня, когда самый младший из Безымянных послал в него серебристый импульс магии, Локвин не смог его отразить. Он вроде бы сделал всё правильно: сосредоточил силу в ладонях, мысленно придал ей форму и назначение. Щит будто бы даже начал формироваться, хотя вполне могло быть, что Локвин просто выдал желаемое за действительное. В любом случае, уже в следующую секунду он был сбит с ног.
Удар был столь мощным, что выбил весь воздух из лёгких, заставил кашлять и хрипеть. Локвин корчился на полу от боли и бессильной ярости, в основном на себя, но доставалось и Безымянным.
— Вы забыли про концентрацию, господин, — бесстрастно заметил средний старец.
— Ничего… я не забыл! — резко ответил ему Локвин и снова закашлялся. — Я сделал всё, как вы говорили!
— Если бы это было так, то сейчас вы бы стояли на ногах.
— Ну… лучше я кажется, не могу.
— Вам это только лишь кажется. Предела для магии, как такового, нет. Поднимитесь на ноги, и попробуем снова…
Локвин застонал, но сделал так, как его просят. Да, может быть, он не так талантлив, но хотя бы будет стараться изо всех сил. Ради себя, ради клана и своих предков.
Он усмехнулся своим мыслям, понимая, что уже автоматически рассуждает, как самый настоящий Имаро. Впрочем, улыбка тут же спала с его лица, когда Безымянный послал в него ещё один заряд.
В этот раз результат был примерно тем же. Снова едва появившийся щит, от которого не было абсолютно никакой пользы, снова удар и падение на твёрдый, холодный пол.
Даже после одного дня таких тренировок тело Локвина наверняка бы всё было сплошь покрыто синяками и ссадинами. Однако вечером, раздевшись перед принятием ванны, он обнаружил, что его кожа вообще никак не пострадала.
Он взглянул в глаза Локвина, и парень ощутил, как проносятся мимо него время и пространство, жизнь и смерть. Дракон не шелохнулся, не открыл рта, но всё же в полной тишине послышался его громоподобный голос.
— Я ждал тебя, человек. Ждал, и ты, наконец, появился.
— Кто вы? — услышал Локвин свой собственный голос, хотя мог поклясться, что тоже ничего не говорил вслух.
— Сейчас я тот, кем ты меня видишь — всего лишь огромный дракон в открытом космосе. Остальное неважно. У нас мало времени, человек, поэтому, перейдём сразу к делу. Твой предшественник, Ёсиго был недостаточно подготовлен к тому, что ждёт ваш мир.
— Вы о войне кланов?
— Война? — презрительно фыркнул дракон. — Всего лишь мелкая стычка завистливых и жадных смертных. Я говорю о другом. Вселенная, как ты уже наверное догадался, несколько сложнее и обширнее, чем тебе казалось. Каждую секунду в ней происходят процессы, о которых вы, люди, не имеете ни малейшего понятия. И всё же, порой такие, как я, вынуждены обращаться к вам напрямую.
Локвин и верно не понимал ничего из того, что ему сейчас говорили. Дракон должно быть, это почувствовал.
— Я лишь хочу сказать, — добавил он, — что тебе не следуют думать, что всё вращается вокруг вас и этой вашей… войны. Но она и верно может закалить тебя перед тем, что грядёт дальше…
— Или убьёт тебя, мальчик, — этот голос принадлежал уже не дракону.
Он был холодным, насмешливым, пробирающим до костей и эхом отдающимся в каждой клеточке тела. В и без того мрачном космосе вдруг стало по-настоящему темно. Одна за другой гасли звёзды, свет соседних галактик быстро растворялся и вскоре полностью исчез. На призрачные ряды безликих людей словно хлынул поток немыслимого ветра, который разом сдул их, будто никого здесь и не было.
На чудовищный миг наступила абсолютная тишина, лишь дракон всё ещё слегка покачивал крыльями. Его глаза сейчас горели такой яростью, что Локвин удивлялся, как он ещё не выпустил из пасти пламя.
— Тебе здесь нечего делать, демон, — наконец, произнёс дракон, пытаясь сохранить хоть какое-то самообладание.
— Как и тебе, — послышался хитрый голос невидимого демона. — Ты первым нарушил правило, значит, это же самое могу сделать и я. Хочешь поспорить об этом? Так я и думал…
Дракон в бессильной злобе клацнул челюстями и отвернулся.
— Говори, что хотел и уходим отсюда.
— Это не займёт много времени, — согласился демон. — Я лишь хочу напомнить человеку, что он волен выбирать. Только и всего. Ему не нужно ни во что вмешиваться. Не нужно ничего делать, если он не хочет. Не нужно жертвовать жизнью ради… Собственно ради чего? Помни об этом, человек. Скоро придёт время выбирать. А теперь, мы уйдём…
Голос демона затих. По могучему телу дракона словно бы пробежала волна, затем ещё одна и ещё. Он таял, быстро растворяясь в пространстве. Вместе с этим вновь начали загораться звёзды. У Локвина было столько вопросов, но отвечать на них теперь уже стало некому.
Его резко швырнуло назад, туда, откуда он прибыл, а уже через секунду Локвин проснулся в своей постели. Вокруг было уже светло. Наложницы очевидно, тихо ушли, оставив своего господина одного.
А может ему всё это только приснилось? Хорошо бы… Голова болела ужасно. В ушах звенело. Такого сна Локвин не видел ещё никогда, и больше видеть не хотел.
Он был полностью убеждён в том, что этой ночью и верно побывал в каком-то далёком измерении, где говорил с сущностями, которые выходят за границы понимания смертных людей.
Только сейчас Локвин понял, что такое настоящий ужас…
Глава 5
Двери спальни открылись, и слуги принесли завтрак. Аппетита особого не было, но Локвин всё же заставил себя немного поесть. И правильно сделал, ведь уже через полчаса к нему пришли Безымянные.
Трое почтенных старцев низко поклонились и попросили о частном разговоре.
— В первую очередь, мы хотели бы извиниться перед вами, господин, — сказал средний по старшинству мужчина. — Вчера, за всеми приготовлениями похорон и последующим ритуалом крови, мы так толком и не объяснили вам, кто же мы такие.
— Советники клана? — предположил Локвин.
— Нет, — покачал головой старик. — Советники занимаются политикой, помогают вести войны, следят за тем, чтобы казна была полна. Безымянные — это память нашего клана, его традиции, духовные наставники рода Имаро. Когда-то давно мы учили господина Ёсиго, сейчас настала ваша очередь, господин Локвин.
— Понятно, — кивнул Локвин, хотя, по правде сказать, понимал он далеко не всё. — И с чего начнём?
— Это вам выбирать, — сказал самый старший из Безымянных. — В обучении верховного мага существует три большие ступени: освоение магии, подчинение себе дракона Крайзо и, конечно же, обуздание силы Сумеречного меча.
— Я думал, у меня уже есть меч. Тот, который вы вчера вложили мне в руку.
— Это всего лишь церемониальное оружие, — отмахнулся младший. — Для этого подойдёт любой достаточно древний клинок, который побывал в настоящем бою. Мы же говорим о вашем личном оружии, которое передавалось от одного воина рода Имаро к другому столь долго, что даже мы не помним всего… Но факт остаётся фактом: вы должны получить этот меч, если хотите править и защищать свой род. Но нам не обязательно начинать именно с этого шага, выбор за вами…
Локвин хотел что-то сказать, но передумал. В голове у него сейчас так и роились мысли.
— Нам нужно начинать, как можно скорее, господин — поторопил средний. — Выбирайте направление, которое хотели бы освоить первым.
Локвин всерьёз задумался. С холодным оружием у него всегда были нелады. А после своего сегодняшнего сна, дракона он видеть точно не хотел… Оставалась магия. Вариант хоть и пугающий, но в то же время очень притягательный.
Он может и правда научиться колдовать… Подумать только! Локвин шёл, сопровождаемый Безымянными, по коридорам дворца и не мог до конца в это поверить.
Вскоре они начали спускаться на нижние этажи, а после и вовсе по древней, витой лестнице перешли в подземелье, которое по виду смутно напоминало лабиринт.
— Зачем мы здесь? — спросил Локвин, пытаясь сохранить в голосе уверенность. — Разве нельзя было учиться магии наверху?
— Можно, — кивнул младший их Безымянных, — но тогда, господин мой, ушло бы гораздо больше времени. Лабиринт применяется только в крайних случаях, когда нужно как можно скорее пробудить в человеке его способности. Это место, — он обвёл взглядом мрачные коридоры, низкие потолки и странные норы в земле, из которых несло сыростью и гнилью, — идеально для этого подходит. Через минуту вы сами в этом убедитесь.
— Что? Через минуту?! — Локвин не удержался и сделал шаг назад. — А как же теория? Уроки? Разве вы ничего не должны мне объяснить перед этим?
— Никакие наши слова не помогут, — загадочно ответил старший. — Заклинания и прочее нужны лишь для вида, либо более сложной магии, о которой, пока думать рано. Вам нужна только внутренняя воля. Тогда вы сможете отыскать внутри себя силу, которая всё сделает без всяких там теорий.
Они синхронно, словно репетировали это долгое время, взмахнули руками, и факелы погасли. Локвин остался в кромешной темноте. Он попытался вспомнить, где находится выход, но завертелся на одном месте и окончательно потерял всякое представление об этом.
— Зажгите свет, господин, — послышались отдаляющиеся голоса Безымянных. — Зажгите его, иначе скоро придут они…
— Они? Кто сюда придёт?! — крикнул Локвин, но ответа не последовало.
Вместо этого совсем рядом с ним что-то лязгнуло, потом послышались шаги и тяжёлое, влажное дыхание.
«Старики пугают меня, не иначе!» — подумал Локвин и попытался сотворить свет или огонь силой мысли.
Конечно же, у него ничего не получилось. Он негромко выругался, но и этого хватило, чтобы лязганье вокруг усилилось. Затем послышался рёв и вой. У Локвина по спине пробежали мурашки. Ни один человек не может издавать таких звуков, а это значит…
Он быстро попятился, выставив перед собой руки, и попытался покинуть это ужасное место. Однако вскоре его пальцы коснулись чего-то холодного и липкого. Но хуже того, эта штука явно была живой и содрогнулась, зашипела, явно недовольная тем, что её потревожили.
Локвин позвал на помощь, побежал было, но тут же споткнулся о лежащий на полу камень и со всего размаху растянулся на полу. Он снова позвал Безымянных, но никто из них не ответил.
Хуже того, теперь череда странных звуков, рычаний, бульканья и свиста уже окружала его со всех сторон. И почему он только выбрал магию?.. Ещё ведь несколько часов назад Локвин был на вершине блаженства, купаясь в роскоши и ласках прекрасных наложниц, а теперь лежит на грязном, мокром полу, глубоко под землёй и окружённый толпой монстров.
Сейчас он с удовольствием отдал бы свой титул, дворец и всю власть, лишь бы каким-то чудесным способом спастись из этой безвыходной ситуации. Отчаяние, ужас и бессилие накатили на него с такой силой, что он не мог заставить себя подняться на ноги.
«Я — всего лишь простой парень… никакой я не маг, и тем более, не верховный!» — подумал он.
И тут, словно в ответ на его мысли, по подземному залу пронёсся поток ледяного воздуха. Монстры взвыли, кажется, чуть отступив, а у Локвина перехватило дыхание.
Он вдруг ясно услышал в собственной голове далёкие голоса, которые сразу же узнал.
— Ты один из нас, — говорили души его предков. — Никогда этого не забывай! В тебе течёт наша сила. Пробуди её и стань тем, кем ты должен стать! А мы всегда будем с тобой…
Это немного помогло. Конечно, никаких магических сил это послание Локвину не придало, но теперь он и правда чувствовал, что не один в этом подземелье.
С большим трудом перебарывая страх, он поднялся на ноги и снова собрался с силами. В этот раз у него получилось зажечь на кончиках пальцев слабый, белый огонёк, который дрожал от малейшего колебания воздуха. И всё же, он давал свет.
Локвин поднял руки повыше и вскрикнул от ужаса. Вокруг него были монстры. Самые отвратительные и ужасные, которые только могут быть. Они глядели на него своими белёсыми глазами, клацая челюстями и готовясь вонзить в его плоть длинные кривые когти, или обвить сотнями склизких щупалец.
Парень попятился, запнулся, и огонёк погас… Монстры разом взревели и оживились, предвкушая близкий кровавый пир. На время Локвина охватил такой животный ужас, что он не мог не то что кричать, даже дышал с трудом.
Мысли лихорадочно носились у него в голове. Сейчас он умрёт… Если только не зажжёт свет. При том, не этот маленький и слабый огонёк, а нечто мощное, разрушительное…
Он почти не чувствовал ног, когда сделал шаг на встречу тьме и монстрам.
— Заклинания не нужны… только воля… — бормотал он, не переставая.
Один взмах руками — ничего. Второй, третий… Всё бесполезно. Локвин закрыл глаза, хоть в этом не было и никакой необходимости.
— Нужно слушать себя… Что внутри…
В этот момент он почувствовал то, о чём говорили Безымянные. Почти что, увидел место, где в человеке хранится эта самая энергия, и зачерпнул её столько, сколько мог.
Тут же полыхнул свет. Он был столь ярким, что непременно ослепил бы Локвина, не зажмурься он перед этим. Монстры снова взревели, но теперь уже не от голода, а от ужаса и бессильной ярости.
Они бросились прочь врассыпную, пытаясь спасти свои жизни. Кто-то и верно успел скрыться в ближайших коридорах, но большинству повезло не так сильно. Твари горели, испуская едкий, чёрный дым. Визжали и извивались на земле, бросаясь друг на друга и на стены, совершенно обезумев от боли и страха. В конце концов, все они рассыпались в прах, покрывая каменный пол сероватым и дурно пахнущим слоем.
Свет начал гаснуть. Локвин уже мог открыть глаза, не опасаясь. Его всё ещё била сильная дрожь, в ушах барабаном стучал пульс. Он ощутил ужасную слабость во всём теле и бессильно рухнул на пол.
Из темноты, держа в руках снова горящие факелы, стали выходить Безымянные. Они остановились в нескольких шагах и долго молчали, глядя на измотанного Локвина.
— Это всё было взаправду? — тихо спросил он, поднимая на них покрасневшие глаза.
— Какая разница, господин? — вопросом на вопрос ответил старший. — Вы сделали то, что должны были. Открыли в себе силу. Конечно, это лишь начало пути обучения, самый первый шаг. Но шаг этот самый важный из всех, без него дальнейшие уроки невозможны. Мы очень вами гордимся, господин. Далеко не все прошли это испытание с первого раза…
— Пошли вы к чёрту, — беззлобно произнёс Локвин, на что старики лишь улыбнулись.
***
Все последующие дни Локвин проводил в постоянных тренировках. Это оказалось далеко не так просто, как он мог предположить. Много времени уделялось медитациям, сбору и концентрации энергии.
Безымянные порой хвалили его, иногда качали головами, но больше от них ничего не удавалось добиться. Сколько бы ни спрашивал Локвин, когда они посчитают его полностью готовым, они лишь загадочно улыбались.
Практические тренировки проходили в закрытом внутреннем дворе. Здесь было достаточно места, но в то же время, никто из посторонних не мог увидеть то, как новоиспечённый лидер клана раз за разом терпит неудачи в сфере магии.
Концентрироваться было сложно. Локвин искренне считал, что есть какой-то универсальный способ, секрет, узнав который, он сможет начать довольно быстро продвигаться в обучении. Но старцы упорно отказывались делиться этим самым секретом, а сам он никак не мог его узнать.
Вот и сегодня, когда самый младший из Безымянных послал в него серебристый импульс магии, Локвин не смог его отразить. Он вроде бы сделал всё правильно: сосредоточил силу в ладонях, мысленно придал ей форму и назначение. Щит будто бы даже начал формироваться, хотя вполне могло быть, что Локвин просто выдал желаемое за действительное. В любом случае, уже в следующую секунду он был сбит с ног.
Удар был столь мощным, что выбил весь воздух из лёгких, заставил кашлять и хрипеть. Локвин корчился на полу от боли и бессильной ярости, в основном на себя, но доставалось и Безымянным.
— Вы забыли про концентрацию, господин, — бесстрастно заметил средний старец.
— Ничего… я не забыл! — резко ответил ему Локвин и снова закашлялся. — Я сделал всё, как вы говорили!
— Если бы это было так, то сейчас вы бы стояли на ногах.
— Ну… лучше я кажется, не могу.
— Вам это только лишь кажется. Предела для магии, как такового, нет. Поднимитесь на ноги, и попробуем снова…
Локвин застонал, но сделал так, как его просят. Да, может быть, он не так талантлив, но хотя бы будет стараться изо всех сил. Ради себя, ради клана и своих предков.
Он усмехнулся своим мыслям, понимая, что уже автоматически рассуждает, как самый настоящий Имаро. Впрочем, улыбка тут же спала с его лица, когда Безымянный послал в него ещё один заряд.
В этот раз результат был примерно тем же. Снова едва появившийся щит, от которого не было абсолютно никакой пользы, снова удар и падение на твёрдый, холодный пол.
Даже после одного дня таких тренировок тело Локвина наверняка бы всё было сплошь покрыто синяками и ссадинами. Однако вечером, раздевшись перед принятием ванны, он обнаружил, что его кожа вообще никак не пострадала.
