— Магия, хоть вы, пока и не умеете ей осознанно пользоваться, всё же вас бережёт, — пояснили ему на следующее утро. — Процесс регенерации у магов проходит значительно быстрее, чем у обычных людей. И чем сильнее маг, тем лучше.
Локвин продолжил тренировки. Старцы требовали полной самоотдачи, будили его на рассвете и объявляли об отдыхе лишь глубокой ночью.
Он пытался зажечь огонь силой мысли. Сложенные в кучу паленья начали дымиться, а после и загорелись. Локвин так обрадовался, что подскочил на ноги и вскрикнул. Однако ещё не успевший набрать силу, огонь тут же погас, а Безымянные принялись напоминать о том, как неправильно праздновать победу раньше времени.
С постиганием таинств магии воды вышло несколько лучше. Локвин был рад посидеть на берегу небольшого, искусственного пруда и, закрыв глаза, слушать тишину.
Его пальцы не касались поверхности воды, но он ощущал её, мог заставить появиться небольшие волны или наоборот, их успокоить.
Воздух и земля пришлись на конец дня, и Локвин был уже достаточно измотан, чтобы «слушать ветер» и «проникнуться почвой». Старцы снова покачали головами, но деваться было некуда, и они отпустили его спать.
Наутро Локвин проснулся достаточно бодрым и полным уверенности в своём успехе. Он объяснял это своим сегодняшним сном о далёком детстве, который принёс немало положительных эмоций. Конечно, делу помогла и наложница Кайлин, которая сегодня ночевала в его спальне… Но этот факт Локвин предпочитал не упоминать.
У него впервые получилось выставить полностью оформившийся щит. Энергетический импульс ударил в него так, что у Локвина клацнули зубы, однако он устоял на ногах.
— Поздравляю, господин, — сдержанно похвалил младший старец. — Вы делаете успехи.
Локвину было очень приятно это слышать и осознавать, что он всё-таки не безнадёжен. Этот его успех случился вдвойне вовремя из-за того, что сейчас в зал пришли все три советника.
Вообще, они бывали здесь периодически, наблюдая за тем, как тренируется их лидер. Герсай почти всегда смотрел с лёгким презрением. Тииро Ук раболепно улыбался чуть ли не на каждое движение и слово Локвина. Кайгоэ задумчиво кивал скорее своим собственным мыслям. Понять что-либо по его лицу было невозможно.
— Когда я получу меч? — спросил Локвин во время небольшой передышки. — Мне кажется, я уже готов.
— Вам только кажется, господин, — почтительно склонил голову старший Безымянный. — Сначала необходимо в нужной мере освоить магию. Когда придёт время, она сама даст вам знак, что пора переходить ко второй ступени.
— И что это за знак такой?
— У всех по-разному. Но поверьте, его точно не получится пропустить.
Когда стемнело, и Локвин собрался по обыкновению идти спать, старцы покачали головами.
— Сегодня вам предстоит пройти особый урок. Его лучше всего проводить ночью.
— Что-то это мне не очень нравится, — пробормотал в ответ Локивин.
— Нам тоже. Обращение к миру мёртвых всегда очень опасно и энергозатратно. Но это может помочь в нужный момент, поэтому приступим!
Уже через четверть часа Локвин сидел на каменном полу, в центре нарисованного мелом сложного рисунка. Вокруг, в особом порядке стояли зажжённые свечи. Сам Локвин тихо повторял только что выученное заклинание призыва духов.
С каждой минутой его голос всё сильнее дрожал. Он чувствовал, как во дворе становится холоднее. Подул ветер, в котором слышался чей-то отдалённый шёпот.
Локвин повторил заклинание последний раз, и свечи вдруг вспыхнули так, словно на них плеснули бензином. Огонь поменял цвет сначала на зелёный, а потом на синий.
В специально очерченном месте стали появляться духи. Они немного отличались от тех, которых Локвин видел раньше. Бледные, со следами запёкшейся крови, они глядели на него с тоской и ненавистью.
Какое-то время парень не мог произнести ни слова, и просто таращился на них. Но потом, к счастью, пришёл в себя. Ему нужно было задать им вопрос. Любой. Старцам был важен сам факт того, что Локвин сумеет это сделать.
И он сумел. Кто-то из духов повернул к нему рассечённую мечом голову и проскрежетал таким голосом, что всем живым во дворе сделалось не по себе. Локвин судорожно сглотнул и кивнул.
— Благодарю вас… Простите за то, что потревожил ваш покой… Я сейчас верну вас обратно…
Но он не успел это сделать. Старший Безымянный подошёл к магическому рисунку и подошвой башмака стёр одну из линий. Защита знака тут же перестала работать. Духи взвизгнули от ярости и бросились на ничего не понимающего Локвина.
Время для него словно бы замедлилось. Он видел приближающихся разгневанных духов, знал, что они сейчас разорвут его на части. Первой мыслью было: бежать… Но куда? Да и не успеет он этого сделать. Нужно остановить их при помощи магии. Той, которой его уже научили.
Обычный щит тут бы не помог, и потому Локвин сотворил зеркальную сферу, которая как раз была придумана для подобных случаев. Духи, истошно вопя, угодили прямо в неё и уже не смогли выбраться.
Локвин, дрожа всём телом и, едва вспоминая нужные слова, вернул их обратно в мир мёртвых. Свечи тут же погасли. Во дворе сразу же потеплело. Локвин едва не свалился на пол, но злость придала ему сил.
— Какого чёрта ты себе позволяешь?! — рявкнул он, хватая Безымянного за воротник. — Я тебя спрашиваю?! Ты хотел убить меня? Своего господина?!
— Я лишь хотел убедиться, — спокойно ответил старец, — что вы правильно поведёте себя в экстренной ситуации. И вы это сделали… А ещё, первый раз назвали себя нашим господином, тем самым признав, наконец, то, кто вы есть…
Как ни странно, после этого случая с призраками, дела у Локвина пошли в гору. Он перестал бояться магии, и она, словно чувствуя это, стала охотнее ему подчиняться.
— Почувствуйте свои силы, — не уставали напоминать ему Безымянные. — Это так же просто, как дышать…
Локвин ничего не говорил на такие замечания. Что ж, для них, умудрённых многолетним опытом, может и да. Но и он сам тоже скоро всему научится, сможет колдовать и тогда никто уже не посмотрит на него с высока!
Со всеми этими тренировками, сил оставалось с каждым днём всё меньше, и потому многочисленные наложницы заходили к нему не так часто. Впрочем, иногда Локвин находил время и для них. Тем более, что некоторые девушки умели делать такой массаж, что забывались многочасовые, изматывающие тренировки во дворе и подземельях.
Ему больше не снился тот огромный дракон. Демон должно быть, теперь следит за ним и не даёт вновь поговорить со смертным человеком… Что ж, может, оно и к лучшему. Локвин слишком хорошо помнил тот ужас, который испытал после того сна. Уж лучше он и дальше не будет встречаться с подобными существами, кем бы они ни были...
Зато, когда он засыпал, приходили другие образы. В основном его предки — великие воины, мудрецы, чародеи. Некоторых он узнавал в лицо — они приходили на его ритуал крови. Других видел впервые в жизни, однако это не мешало Локвину чувствовать связь между ними.
Самым частым видением была война. Локвин не понимал была ли она одна затяжная или несколько мелких, всё сливалось в одну сплошную битву. Кровь лилась рекой, смерть была повсюду, по ушам больно били крики и стоны умирающих, боевые кличи воинов, лязг металла о металл.
Локвин словно бы и сам был там, ощущал каждое движение, чувствовал боль, усталость и страх. Память предков постепенно переходила к нему, в этом не было никаких сомнений. При этом, случалось это без его на то согласия.
Когда Локвин рассказал об этом старцам, они лишь кивнули, многозначительно глядя друг на друга.
— Вы не сможете остановить это, — наконец, сказал один из них. — И никто не сможет. Это естественный ход событий, естественный шаг на пути вашего полного посвящения. Вы будете помнить всё, знать всё, и благодаря этому станете мудрее.
— Но я… — Локвин запнулся. — Я словно бы переживаю их жизни наяву. Мне больно, когда их ранят, а когда кто-то из предков погибает… Я не хочу «умирать» каждую ночь по нескольку раз. Может быть, у вас есть какое-нибудь заклинание, или настойка, чтобы избавить меня от этого?
Он умоляюще посмотрел на них. Безымянные молчали, но Локвину показалось, что между ними сейчас происходит какой-то мысленный разговор. Наконец, спустя пару минут старший из них медленно кивнул.
— Хорошо. Мы дадим вам питьё. Сегодня перед сном сделайте два больших глотка, и это вам поможет.
Локвин поблагодарил их и сделал точно так, как они велели. Сегодня впервые он засыпал с лёгким сердцем, не боясь того, что случится дальше. Однако уже в следующее мгновение, когда сон поглотил его, Локвин понял, что старцы жестоко его обманули.
Он вновь оказался в самой гуще битвы. При том, сегодня это были не простые мимолётные видения, а самый настоящий кошмар, реальнее, чем сама жизнь. Обычно сны сменяли один другой уже через пару минут, но сейчас он всё длился и длился.
Локвин хотел закричать, позвать на помощь, но из его рта вырвался лишь боевой зов. Рядом с ним появились воины. Они были уже серьёзно измотаны, многие ранены. Но каждый был готов пойти в последний бой за своим командиром.
Локвин знал это, чувствовал. Он указал мечом в сторону собиравшихся противников и выкрикнул что-то на неизвестном языке. Остальные поддержали его крик, и весь небольшой отряд бросился в атаку.
Это бы сланый, но ужасный бой. Локвин знал, что он… его предок не сможет выбраться отсюда живым. В те секунды, что отделяли его от столкновения с врагами, он успел вспомнить своих родных, которых уже больше никогда не сможет увидеть… Это было горько, но поступить иначе он просто не мог. Страх смерти ушёл. Вместо него осталась одна неугасимая решимость сделать всё, что от него зависит, забрать с собой в загробный мир столько врагов, сколько он сможет.
Мечи лязгнули, отскочили и обрушились друг на друга снова. Локвин разрубил ближайшего к нему воина чуть ли не пополам. Клинок был хорошо заточен и славно исполнял своё предназначение. И всё же, будь у него сейчас тот самый Сумеречный меч… Тогда можно было бы подумать и о победе. Но Локвин был лишь младшим братом, и не удостоился высшей чести, носить это прославленное оружие.
В следующую секунду на него напали сразу двое. Локвин принял один удар на щит, резко отклонился, ударил второго в живот, разрубая звенья кольчуги, и сделал выпад. Кровь второго хлестала из рассечённого горла, щедро орошая землю. Он ещё какое-то время стоял на ногах, держа в руках занесённое оружие. Но силы быстро покинули его, и он упал, хрипя и содрогаясь всем телом.
Только после этого Локвин заметил на своём плече лёгкую рану. Вниз по руке стекала струйка крови. Он лишь отмахнулся. Ничего, на какое-то время его сил хватит, а потом уже будет всё равно…
Он пошёл дальше, помогая своим и, находя новых противников. Его воины сражались храбро, Локвин мог гордиться, что сумел собрать такой отряд. Вскоре они снова увидятся. Как знать, может и в мире мёртвых найдётся применение их мечам. Хотелось бы в это верить.
Удар, ещё один и ещё. Кровь брызнула Локвину в лицо, залила глаза. Именно поэтому он упустил из виду боевого мага, который подобрался слишком близко.
Послышались быстрые, резкие слова. Потом воздух вскипел от магии, и чёрная молния ударила в правую руку Локвина, выбив меч и превратив пальцы в угли.
Он не хотел кричать от боли. Не хотел доставлять противнику такой радости. Но всё же стон сорвался с его губ. Локвин упал на одно колено, больше разъярённый, чем боящийся того, что грядёт.
Он быстро поднял голову и посмотрел на мага. Тот уже готовился совершить второй, смертельный удар. Нет, так не пойдёт! Локвин должен… нет, просто обязан забрать его с собой!
В конце концов, он тоже владеет магией, а левая рука ещё при нём. Локвин отбросил бесполезный в этой ситуации щит и мгновенно припомнил нужное заклятие.
Яркие вспышки тут же разогнали наступающие сумерки. Локвин поднялся на ноги, и началась битва магов. Теперь он сильно жалел, что в своё время уделял больше времени тренировкам с мечом.
«В этом больше чести!», — говорил он своим наставникам.
Какой же он был глупец… Сейчас бы навыки в магии помогли. Противник явно был искуснее, да и двигался быстрее. Впрочем, это его и подвело. Он недооценил раненного Локвина и пропустил мощный заряд кипящей энергии.
Локвин услышал истошный крик боли и возликовал. Впрочем, праздновать победу было ещё рано. Маг не умер, лишь озлобился пуще прежнего и успел применить последнее, самое скверное из заклинаний — «Подъём мёртвых».
Они вставили на ноги. Враги и те, кто ещё несколько минут назад были верными товарищами. Теперь в их глазах горели призрачные, зеленоватые огоньки, которые ясно говорили о том, что они сейчас разорвут Локвина на части.
Он попятился, ударил заклинанием в одного, второго. Те падали, рассечённые на части, но даже тогда продолжали медленно, но неотвратимо ползти в его сторону.
«Мне может помочь только огонь. Пламя уничтожит их…»
Локвин с трудом вывел в воздухе сложный знак и произнёс нужные слова. Однако очевидно, что-то перепутал, и вместо простой стены огня, громыхнул мощнейший взрыв.
Его отшвырнуло, как тряпичную куклу. Удар об землю выбил из лёгких воздух. Доспехи не смогли уберечь рёбра и позвоночник, и те отвратительно хрустнули.
Локвин захрипел, кашлянул и почувствовал во рту вкус собственной крови. Что ж, вот и всё. Не худшая смерть. Он всегда знал, что это случится на поле боя. Его старший брат может быть, доживёт до глубокой старости и умрёт тихо и мирно в собственной мягкой постели. Но это недостойно настоящего воина…
Локвин засмеялся. Он уже почти не чувствовал боли. Сквозь крики воинов и прочие звуки боя, уже начали пробиваться голоса предков. Они звали его к себе.
Вокруг горел огонь. Пламя, что он создал, бушевало, с каждой минутой разрастаясь всё больше. Едкий, чёрный дым заполнял собой всё пространство вокруг, ел глаза, заставлял кашлять сильнее.
«Это ничего, — думал Локвин. — Скоро уже всё это будет неважно. Жаль только, в руке нет меча…»
Чувствуя приближающийся конец, Локвин последний раз поднял глаза к небу. Там в чёрных глубинах космоса уже начинали разгораться звёзды. Сегодня было видно две из трёх спутников планеты. Они горели ярко, и казались сейчас кроваво-красными.
Но не это удивило умирающего воина. На фоне одной из лун пролетел дракон. Огромные, чёрные крылья на секунду закрыли собой багровый диск, а после исчезли.
Было ли это лишь иллюзией угасающего сознания, или и впрямь его старший брат всё-таки решился покинуть свой дворец и вступить в войну? Локвину так захотелось это узнать, что в один миг он решил вновь побороться за жизнь. Вот только было уже поздно…
Через секунду в своей просторной спальне проснулся настоящий Локвин. Он был весь покрыт холодным потом, сердце колотилось, как сумасшедшее. Долгое время он просто сидел на краю постели и беспомощно глядел в открытое окно, за которым, как раз были две луны. Вот только выглядели они совсем не кроваво, ведь со времён той самой битвы, что ему только что привиделась, прошёл уже не один век.
Локвин, наконец, начал приходить в себя. Он застонал и бессильно повалился обратно на подушки. Хорошо, что сегодня с ним нет наложниц, ни к чему им видеть его таким беспомощным, измождённым и перепуганным. Он ещё чувствовал боль, дым и кровь на своих губах…
Локвин продолжил тренировки. Старцы требовали полной самоотдачи, будили его на рассвете и объявляли об отдыхе лишь глубокой ночью.
Он пытался зажечь огонь силой мысли. Сложенные в кучу паленья начали дымиться, а после и загорелись. Локвин так обрадовался, что подскочил на ноги и вскрикнул. Однако ещё не успевший набрать силу, огонь тут же погас, а Безымянные принялись напоминать о том, как неправильно праздновать победу раньше времени.
С постиганием таинств магии воды вышло несколько лучше. Локвин был рад посидеть на берегу небольшого, искусственного пруда и, закрыв глаза, слушать тишину.
Его пальцы не касались поверхности воды, но он ощущал её, мог заставить появиться небольшие волны или наоборот, их успокоить.
Воздух и земля пришлись на конец дня, и Локвин был уже достаточно измотан, чтобы «слушать ветер» и «проникнуться почвой». Старцы снова покачали головами, но деваться было некуда, и они отпустили его спать.
Наутро Локвин проснулся достаточно бодрым и полным уверенности в своём успехе. Он объяснял это своим сегодняшним сном о далёком детстве, который принёс немало положительных эмоций. Конечно, делу помогла и наложница Кайлин, которая сегодня ночевала в его спальне… Но этот факт Локвин предпочитал не упоминать.
У него впервые получилось выставить полностью оформившийся щит. Энергетический импульс ударил в него так, что у Локвина клацнули зубы, однако он устоял на ногах.
— Поздравляю, господин, — сдержанно похвалил младший старец. — Вы делаете успехи.
Локвину было очень приятно это слышать и осознавать, что он всё-таки не безнадёжен. Этот его успех случился вдвойне вовремя из-за того, что сейчас в зал пришли все три советника.
Вообще, они бывали здесь периодически, наблюдая за тем, как тренируется их лидер. Герсай почти всегда смотрел с лёгким презрением. Тииро Ук раболепно улыбался чуть ли не на каждое движение и слово Локвина. Кайгоэ задумчиво кивал скорее своим собственным мыслям. Понять что-либо по его лицу было невозможно.
— Когда я получу меч? — спросил Локвин во время небольшой передышки. — Мне кажется, я уже готов.
— Вам только кажется, господин, — почтительно склонил голову старший Безымянный. — Сначала необходимо в нужной мере освоить магию. Когда придёт время, она сама даст вам знак, что пора переходить ко второй ступени.
— И что это за знак такой?
— У всех по-разному. Но поверьте, его точно не получится пропустить.
***
Когда стемнело, и Локвин собрался по обыкновению идти спать, старцы покачали головами.
— Сегодня вам предстоит пройти особый урок. Его лучше всего проводить ночью.
— Что-то это мне не очень нравится, — пробормотал в ответ Локивин.
— Нам тоже. Обращение к миру мёртвых всегда очень опасно и энергозатратно. Но это может помочь в нужный момент, поэтому приступим!
Уже через четверть часа Локвин сидел на каменном полу, в центре нарисованного мелом сложного рисунка. Вокруг, в особом порядке стояли зажжённые свечи. Сам Локвин тихо повторял только что выученное заклинание призыва духов.
С каждой минутой его голос всё сильнее дрожал. Он чувствовал, как во дворе становится холоднее. Подул ветер, в котором слышался чей-то отдалённый шёпот.
Локвин повторил заклинание последний раз, и свечи вдруг вспыхнули так, словно на них плеснули бензином. Огонь поменял цвет сначала на зелёный, а потом на синий.
В специально очерченном месте стали появляться духи. Они немного отличались от тех, которых Локвин видел раньше. Бледные, со следами запёкшейся крови, они глядели на него с тоской и ненавистью.
Какое-то время парень не мог произнести ни слова, и просто таращился на них. Но потом, к счастью, пришёл в себя. Ему нужно было задать им вопрос. Любой. Старцам был важен сам факт того, что Локвин сумеет это сделать.
И он сумел. Кто-то из духов повернул к нему рассечённую мечом голову и проскрежетал таким голосом, что всем живым во дворе сделалось не по себе. Локвин судорожно сглотнул и кивнул.
— Благодарю вас… Простите за то, что потревожил ваш покой… Я сейчас верну вас обратно…
Но он не успел это сделать. Старший Безымянный подошёл к магическому рисунку и подошвой башмака стёр одну из линий. Защита знака тут же перестала работать. Духи взвизгнули от ярости и бросились на ничего не понимающего Локвина.
Время для него словно бы замедлилось. Он видел приближающихся разгневанных духов, знал, что они сейчас разорвут его на части. Первой мыслью было: бежать… Но куда? Да и не успеет он этого сделать. Нужно остановить их при помощи магии. Той, которой его уже научили.
Обычный щит тут бы не помог, и потому Локвин сотворил зеркальную сферу, которая как раз была придумана для подобных случаев. Духи, истошно вопя, угодили прямо в неё и уже не смогли выбраться.
Локвин, дрожа всём телом и, едва вспоминая нужные слова, вернул их обратно в мир мёртвых. Свечи тут же погасли. Во дворе сразу же потеплело. Локвин едва не свалился на пол, но злость придала ему сил.
— Какого чёрта ты себе позволяешь?! — рявкнул он, хватая Безымянного за воротник. — Я тебя спрашиваю?! Ты хотел убить меня? Своего господина?!
— Я лишь хотел убедиться, — спокойно ответил старец, — что вы правильно поведёте себя в экстренной ситуации. И вы это сделали… А ещё, первый раз назвали себя нашим господином, тем самым признав, наконец, то, кто вы есть…
***
Как ни странно, после этого случая с призраками, дела у Локвина пошли в гору. Он перестал бояться магии, и она, словно чувствуя это, стала охотнее ему подчиняться.
— Почувствуйте свои силы, — не уставали напоминать ему Безымянные. — Это так же просто, как дышать…
Локвин ничего не говорил на такие замечания. Что ж, для них, умудрённых многолетним опытом, может и да. Но и он сам тоже скоро всему научится, сможет колдовать и тогда никто уже не посмотрит на него с высока!
Со всеми этими тренировками, сил оставалось с каждым днём всё меньше, и потому многочисленные наложницы заходили к нему не так часто. Впрочем, иногда Локвин находил время и для них. Тем более, что некоторые девушки умели делать такой массаж, что забывались многочасовые, изматывающие тренировки во дворе и подземельях.
Ему больше не снился тот огромный дракон. Демон должно быть, теперь следит за ним и не даёт вновь поговорить со смертным человеком… Что ж, может, оно и к лучшему. Локвин слишком хорошо помнил тот ужас, который испытал после того сна. Уж лучше он и дальше не будет встречаться с подобными существами, кем бы они ни были...
Зато, когда он засыпал, приходили другие образы. В основном его предки — великие воины, мудрецы, чародеи. Некоторых он узнавал в лицо — они приходили на его ритуал крови. Других видел впервые в жизни, однако это не мешало Локвину чувствовать связь между ними.
Самым частым видением была война. Локвин не понимал была ли она одна затяжная или несколько мелких, всё сливалось в одну сплошную битву. Кровь лилась рекой, смерть была повсюду, по ушам больно били крики и стоны умирающих, боевые кличи воинов, лязг металла о металл.
Локвин словно бы и сам был там, ощущал каждое движение, чувствовал боль, усталость и страх. Память предков постепенно переходила к нему, в этом не было никаких сомнений. При этом, случалось это без его на то согласия.
Когда Локвин рассказал об этом старцам, они лишь кивнули, многозначительно глядя друг на друга.
— Вы не сможете остановить это, — наконец, сказал один из них. — И никто не сможет. Это естественный ход событий, естественный шаг на пути вашего полного посвящения. Вы будете помнить всё, знать всё, и благодаря этому станете мудрее.
— Но я… — Локвин запнулся. — Я словно бы переживаю их жизни наяву. Мне больно, когда их ранят, а когда кто-то из предков погибает… Я не хочу «умирать» каждую ночь по нескольку раз. Может быть, у вас есть какое-нибудь заклинание, или настойка, чтобы избавить меня от этого?
Он умоляюще посмотрел на них. Безымянные молчали, но Локвину показалось, что между ними сейчас происходит какой-то мысленный разговор. Наконец, спустя пару минут старший из них медленно кивнул.
— Хорошо. Мы дадим вам питьё. Сегодня перед сном сделайте два больших глотка, и это вам поможет.
Локвин поблагодарил их и сделал точно так, как они велели. Сегодня впервые он засыпал с лёгким сердцем, не боясь того, что случится дальше. Однако уже в следующее мгновение, когда сон поглотил его, Локвин понял, что старцы жестоко его обманули.
***
Он вновь оказался в самой гуще битвы. При том, сегодня это были не простые мимолётные видения, а самый настоящий кошмар, реальнее, чем сама жизнь. Обычно сны сменяли один другой уже через пару минут, но сейчас он всё длился и длился.
Локвин хотел закричать, позвать на помощь, но из его рта вырвался лишь боевой зов. Рядом с ним появились воины. Они были уже серьёзно измотаны, многие ранены. Но каждый был готов пойти в последний бой за своим командиром.
Локвин знал это, чувствовал. Он указал мечом в сторону собиравшихся противников и выкрикнул что-то на неизвестном языке. Остальные поддержали его крик, и весь небольшой отряд бросился в атаку.
Это бы сланый, но ужасный бой. Локвин знал, что он… его предок не сможет выбраться отсюда живым. В те секунды, что отделяли его от столкновения с врагами, он успел вспомнить своих родных, которых уже больше никогда не сможет увидеть… Это было горько, но поступить иначе он просто не мог. Страх смерти ушёл. Вместо него осталась одна неугасимая решимость сделать всё, что от него зависит, забрать с собой в загробный мир столько врагов, сколько он сможет.
Мечи лязгнули, отскочили и обрушились друг на друга снова. Локвин разрубил ближайшего к нему воина чуть ли не пополам. Клинок был хорошо заточен и славно исполнял своё предназначение. И всё же, будь у него сейчас тот самый Сумеречный меч… Тогда можно было бы подумать и о победе. Но Локвин был лишь младшим братом, и не удостоился высшей чести, носить это прославленное оружие.
В следующую секунду на него напали сразу двое. Локвин принял один удар на щит, резко отклонился, ударил второго в живот, разрубая звенья кольчуги, и сделал выпад. Кровь второго хлестала из рассечённого горла, щедро орошая землю. Он ещё какое-то время стоял на ногах, держа в руках занесённое оружие. Но силы быстро покинули его, и он упал, хрипя и содрогаясь всем телом.
Только после этого Локвин заметил на своём плече лёгкую рану. Вниз по руке стекала струйка крови. Он лишь отмахнулся. Ничего, на какое-то время его сил хватит, а потом уже будет всё равно…
Он пошёл дальше, помогая своим и, находя новых противников. Его воины сражались храбро, Локвин мог гордиться, что сумел собрать такой отряд. Вскоре они снова увидятся. Как знать, может и в мире мёртвых найдётся применение их мечам. Хотелось бы в это верить.
Удар, ещё один и ещё. Кровь брызнула Локвину в лицо, залила глаза. Именно поэтому он упустил из виду боевого мага, который подобрался слишком близко.
Послышались быстрые, резкие слова. Потом воздух вскипел от магии, и чёрная молния ударила в правую руку Локвина, выбив меч и превратив пальцы в угли.
Он не хотел кричать от боли. Не хотел доставлять противнику такой радости. Но всё же стон сорвался с его губ. Локвин упал на одно колено, больше разъярённый, чем боящийся того, что грядёт.
Он быстро поднял голову и посмотрел на мага. Тот уже готовился совершить второй, смертельный удар. Нет, так не пойдёт! Локвин должен… нет, просто обязан забрать его с собой!
В конце концов, он тоже владеет магией, а левая рука ещё при нём. Локвин отбросил бесполезный в этой ситуации щит и мгновенно припомнил нужное заклятие.
Яркие вспышки тут же разогнали наступающие сумерки. Локвин поднялся на ноги, и началась битва магов. Теперь он сильно жалел, что в своё время уделял больше времени тренировкам с мечом.
«В этом больше чести!», — говорил он своим наставникам.
Какой же он был глупец… Сейчас бы навыки в магии помогли. Противник явно был искуснее, да и двигался быстрее. Впрочем, это его и подвело. Он недооценил раненного Локвина и пропустил мощный заряд кипящей энергии.
Локвин услышал истошный крик боли и возликовал. Впрочем, праздновать победу было ещё рано. Маг не умер, лишь озлобился пуще прежнего и успел применить последнее, самое скверное из заклинаний — «Подъём мёртвых».
Они вставили на ноги. Враги и те, кто ещё несколько минут назад были верными товарищами. Теперь в их глазах горели призрачные, зеленоватые огоньки, которые ясно говорили о том, что они сейчас разорвут Локвина на части.
Он попятился, ударил заклинанием в одного, второго. Те падали, рассечённые на части, но даже тогда продолжали медленно, но неотвратимо ползти в его сторону.
«Мне может помочь только огонь. Пламя уничтожит их…»
Локвин с трудом вывел в воздухе сложный знак и произнёс нужные слова. Однако очевидно, что-то перепутал, и вместо простой стены огня, громыхнул мощнейший взрыв.
Его отшвырнуло, как тряпичную куклу. Удар об землю выбил из лёгких воздух. Доспехи не смогли уберечь рёбра и позвоночник, и те отвратительно хрустнули.
Локвин захрипел, кашлянул и почувствовал во рту вкус собственной крови. Что ж, вот и всё. Не худшая смерть. Он всегда знал, что это случится на поле боя. Его старший брат может быть, доживёт до глубокой старости и умрёт тихо и мирно в собственной мягкой постели. Но это недостойно настоящего воина…
Локвин засмеялся. Он уже почти не чувствовал боли. Сквозь крики воинов и прочие звуки боя, уже начали пробиваться голоса предков. Они звали его к себе.
Вокруг горел огонь. Пламя, что он создал, бушевало, с каждой минутой разрастаясь всё больше. Едкий, чёрный дым заполнял собой всё пространство вокруг, ел глаза, заставлял кашлять сильнее.
«Это ничего, — думал Локвин. — Скоро уже всё это будет неважно. Жаль только, в руке нет меча…»
Чувствуя приближающийся конец, Локвин последний раз поднял глаза к небу. Там в чёрных глубинах космоса уже начинали разгораться звёзды. Сегодня было видно две из трёх спутников планеты. Они горели ярко, и казались сейчас кроваво-красными.
Но не это удивило умирающего воина. На фоне одной из лун пролетел дракон. Огромные, чёрные крылья на секунду закрыли собой багровый диск, а после исчезли.
Было ли это лишь иллюзией угасающего сознания, или и впрямь его старший брат всё-таки решился покинуть свой дворец и вступить в войну? Локвину так захотелось это узнать, что в один миг он решил вновь побороться за жизнь. Вот только было уже поздно…
***
Через секунду в своей просторной спальне проснулся настоящий Локвин. Он был весь покрыт холодным потом, сердце колотилось, как сумасшедшее. Долгое время он просто сидел на краю постели и беспомощно глядел в открытое окно, за которым, как раз были две луны. Вот только выглядели они совсем не кроваво, ведь со времён той самой битвы, что ему только что привиделась, прошёл уже не один век.
Локвин, наконец, начал приходить в себя. Он застонал и бессильно повалился обратно на подушки. Хорошо, что сегодня с ним нет наложниц, ни к чему им видеть его таким беспомощным, измождённым и перепуганным. Он ещё чувствовал боль, дым и кровь на своих губах…
