-Комэр сделал, что обещал,- горячо зашептал он мне на ухо,- проверка показала идеальную совместимость. У нас будут прекрасные дети.
Я сжалась и покраснела так, как будто он предложил мне тут же приступить к зачатию. И не могла найти слов для ответа. Любой из них казался глупым, обидным или даже грубым. Ну, не готова я ещё была становиться его женой в полной мере.
-Значит отец будет не против, чтоб мы поженились, когда вернёмся,- наконец выдавила я приемлемую версию.
Я боялась, что Лами обидится, но наши отношения, по моему пониманию, ещё не достигли такой степени близости, чтоб романтичными казались объятия у плиты. Но, к моему удивлению, сидхе не обиделся. Он нежно коснулся губами моей щеки и отпустил меня.
-Тебе помочь?- мягко спросил он.
-Лучше расскажи, что нашёл Комэр в образцах растений.
-В листьях небольшое количество ядовитых веществ есть. Но плоды вполне съедобны. Мы даже рискнули попробовать по маленькому кусочку. Слишком сладкие и чуть щиплет язык. Жуки не ядовитые. Защищает их очень твёрдый панцирь. Но это только один вид живых существ. Боюсь, здешний климат всё таки очень подходит для змей и ядовитых насекомых.
-Но ты, надеюсь, не собираешься сидеть за стенами пока не состаримся?
-Что ты, Ли, мы с Комэром решили, что он будет продолжать разбираться с записями и управлением, а мы с тобой займёмся обследованием окружающих территорий. Только нам надо решить, с какой целью мы это делаем. Найти сравнительно безопасный путь домой, поиск людей, просто исследование новых мест, в ожидании, пока мы сможем вернуться тем же, воздушным путём?
-Знаешь, я подумала, что рядом с этим местом, так же, как рядом с Храмом, должны быть следы поселений. Наверняка, там Предтечи решили основать колонию из-за более мягкого и благоприятного климата. О саламандрах они ведь не знали.
-Точно, а второе место было резервным. Мы знаем, что здесь жили дети Тёмного. И Предтечи должны были это обнаружить. И, точно, хотели исследовать. Раз даже нам это интересно, то им и подавно. Но, тогда на карте должно быть что-то, что указало бы места древних поселений. И они не должны быть слишком далеко отсюда.
-Ну, вот и давай поищем их на карте. Будет для нас первая цель.
Я попробовала суп. И подала ложку Лами.
-М-м-м. Вкусно. Ты и на кухне королева,- польстил он и, нарочито плотоядно облизнувшись, притянул меня к себе и быстро поцеловал, смакуя мои губы так жадно, что меня бросило в жар. Но он не стал продолжать поцелуй, хотя в этот момент я была бы уже не против этого.
-Зови Комэра обедать,- вздохнула я.
-Ага,- усмехнулся сидхе и помахал рукой, подойдя к чёрному экранчику, какие висели в каждой соте.
-Он, что, видит нас?- я охнула и покраснела, поняв почему сидхе был довольно сдержан в проявлении чувств. Я должна была об этом подумать. Мы же сами видели как он наблюдал за другими помещениями.
-Видит. И, кстати, с тех пор, как те помещения стали не доступны для остальных жрецов, об этой возможности, видно, позабыли. Она изначально была доступна не многим. Комэр говорит, что эти экраны используются и как замки, и как определители права допуска. А вот видеть все соты можно только из центра управления, куда получил вход только он.
-Тем не менее, я бы не хотела, чтоб в мою спальню заглядывали.
-Комэр не станет, мне кажется. Но, если ты сомневаешься, закрой экран. Если заглянет, то на недоверие тогда будет трудно обидеться. А, если не заглянет, то и обижаться не будет причин.
Наш первый обед втроём прошёл весело. Над нами витал дух приключения. И, по крайней мере пока, были надежды на удачу. Мы старались не говорить о том, что подумали и чем заняты сейчас наши близкие. Это и так грызло душу, когда каждый оставался наедине с собой. Кроме супа, я решила отметить первый обед добавив к нему продукты, которые долго хранить не возможно. Мы даже добавили бутылку вина, которую, с кривой ухмылочкой, Комэр извлёк из запасов отца.
Засиделись до глубокого вечера. Перед сном решили осмотреть окрестности ещё раз. Вернулись в центр и включили сразу все обзорные экраны. И чуть не обалдели. Воздух вокруг был заполнен светящимися точками. Как будто около нашего убежища роились все звёзды неба.
-Как красиво,- вздохнула я.
-Интересно, это происходит каждую ночь или это какой-то период размножения насекомых,- заинтересованно проговорил Комэр. Ответа он, впрочем, не ожидал. Только стоял и пялился в экраны.
Мы увидели и очень шустрые тёмные тени, мечущиеся среди этой светящейся массы.
-Для кого-то зрелище, для кого-то ужин,- констатировал Лами,- пойдём, пора отдыхать. Может завтра сделаем первую небольшую вылазку.
И он привлёк меня к себе, положив руку на талию. Слегка прижал, но почувствовав моё смущение, тут же отпустил. Перехватил ладошку и потянул за собой. Наши комнаты были рядом. Но, устроив отдельные спальни, я сразу определила черту дозволенности, и Лами это понял.
-Ты ещё не привыкла ко мне, а нас уже разделили надолго. Я не буду спешить, Ли, хотя больше всего мне хочется сейчас обнять тебя и целовать, пока тебе так же не захочется отпускать меня, как сейчас не хочется мне. И быстро обхватив меня руками, прижал, как будто заключив в маленький уютный кокон, постоял несколько секунд.
-Спокойной ночи,- шепнул он, слегка касаясь губами мочки. И отпустил, давая выбор. Я поднялась на цыпочки и коснулась его губ. Поцелуй получился целомудренным. Даже немного больше, чем я хотела. Он вздохнул. И отпустил мою ладонь.
Глава 3.
Утро началось с тихого стука в дверь.
-Ли,- раздался голос Лами со стороны, всё же прикрытого мной, чёрного квадрата,- просыпайся, малышка, мне хотелось бы выйти пораньше, пока не так жарко. Поспишь ещё, когда вернёмся.
Я подхватилась, крикнув сидхе, что скоро буду готова. Он ответил, что будет меня ждать на кухне и я побежала мыться. Здесь для этого были прозрачные кабинки, тоже в форме маленькой соты. Видно наше прибежище создавали представители какой-то из рас, которой не было среди Предтеч. Ни у одной из рас поселенцев не было такого пристрастия к шестигранным формам. Я получала удовольствие от непривычного способа мытья. На Чесмене для этого пользовались ваннами или просто деревянными кадками. В зависимости от достатка.
Потолок кабинки, которую Комэр называл "душ", был покрыт мелкими отверстиями из которых текли струи воды. Мыться под этим тёплым дождиком мне безумно нравилось. После включалось излучение и высушивало тело и волосы очень быстро. При этом не нужно было задумываться о магии. Для меня, конечно, это было не трудно, но представляю какое удовольствие это доставило бы не только не магам, но даже людям со слабой магией. Многие, после подогрева воды и высушивания тела и волос, почувствовали бы некоторую усталость из-за затрат магии.
Я оделась для похода и собрала свой мешок. Мы не собирались уходить надолго, но все знают - идёшь в лес на день, припас бери на неделю. Почему-то, в первый раз за последние дни, вдруг, стало весело и радостно на душе. И ощущения только усилились, когда, вбежав вприпрыжку на кухню, я обнаружила чашку ароматного, дымящегося типса и горку бутербродов. Лами ждал меня с улыбкой на лице. Хотя и выглядел несколько уставшим. Он прихлёбывал типс из своей чашки и смотрел с каким удовольствием я ем. Я почувствовала себя так, как было в нашем походе по Трясине.
Сидхе всегда был внимательным и предупредительным ко мне. Сначала, старался поберечь меня, опасаясь последствий моей схватки с саламандрой. Потом, видимо, уже почувствовав симпатию ко мне, как-то очень просто и естественно, взял надо мной заботу и опеку. Он не показывал это как-то нарочито. Я всегда чувствовала его руку, если нужно было опереться и тепло, когда хотелось согреть не только тело, но и душу. Мне показалось, что он как будто принял решение начать наши отношения сначала. Снова приручить моё сердце. Нет, я не разлюбила его. Не знаю, откуда взялся этот глупый страх, раствориться в любви к мужчине, потерять себя, свои мысли, желания, стремления. Меня растили не просто быть матерью и женой. Мне нужно было какое-то большое дело.
-Пойдём на север,- сказал сидхе, убирая остатки нашего завтрака,- я посмотрел на карту, часах в двух отсюда я заметил интересное место. Если всё сложится нормально, то управимся до обеда. В крайнем случае, вернёмся чуть позже. Комэра я предупредил. Да, собственно, он улёгся всего часа два назад.
-А ты когда всё успел, ты хоть чуточку спал сегодня?- с некоторым стыдом спросила я,- Вот, ведь, даже не спросила сразу..
-Да что-то не спалось. Наверное, на новом месте.
Прозвучало это фальшиво для него, привыкшего подолгу путешествовать. Сидхе так быстро замял разговор, что вина во мне возросла ещё больше. Я подошла к нему и обхватив руками за талию, крепко прижалась щекой к груди.
-Спасибо за завтрак. Ты всегда такой внимательный.
И поднялась на цыпочки, чтоб поцеловать его. Он вздохнул и осторожно ответил на поцелуй. Я не отстранилась, но вздрогнула от ощущения жаркой волны его желания. Он обхватил меня крепче, я непроизвольно напряглась и, вдруг, он, словно опомнившись, пошарил за спиной и надвинул на лоб эту новую повязку с голубыми и зелёными самоцветами. Он не слишком охотно говорил о его назначении, только мельком успел упомянуть, что это артефакт, который сделал ему друг.
Я заглянула ему в глаза, он погладил меня по щеке и поцеловал ещё раз. Осторожно и нежно.
-Пойдём, малышка. Солнце тут жаркое. Чем раньше выйдем, тем проще будет дорога. И давай держать щит постоянно. Мы не знаем какие опасности нас могут ждать. Поэтому сделаем защиту от нежити и ментального воздействия. Такой щит и от яда закроет, если он на него попадёт на расстоянии. А вот от физического контакта, держи оружие наготове. Будем страховать друг друга. И под ноги смотри внимательно. Боюсь, эти места очень благоприятны для змей и всякой прочей ядовитой дряни.
Жара и вправду начнётся ещё не скоро. Это я поняла сразу, как оказалась за стенами нового дома. Лами, оказалось, разбудил меня ещё до восхода солнца. Просто, внутри нашего жилища, свет был только искусственный. В окошко не выглянешь. А я хорошо выспалась и чувствовала себя довольно бодро.
Комэр настроил запирающие устройства на наше прикосновение. Так в Храме делали для тех, кто там работал. Зовом обладали только жрецы. С внутренних замков он вообще снял все ограничения.
-Не хочу остаться без помощи в своём убежище. Мало ли что может случиться. Теперь нас здесь только трое и мы зависим друг от друга. Не от кого мне прятаться. Приложив руку к экрану вы можете открыть любой замок.
Мы вышли наружу и дверь с тихим шипением задвинулась за нами. У кромки леса выжидающе переглянулись и осторожно ступили на короткую жёсткую траву. Глаза и вправду надо было держать настороже. Причём, смотреть буквально во все стороны сразу. Потому, что одна змея с шипением закачалась на ветке, а другая, через несколько шагов, блестящей зелёной лентой скользнула по траве в чащу. Похоже, всяких ползучих гадов здесь и впрямь прорва.
А вот птиц было не слишком много. Или они были не великими певуньями. В наших лесах всегда стоял птичий гомон. Порхали разные мелкие пташки. А тут только редкие громкие крики, жёсткие, как царапанье по металлу, раздавались в глубине леса. Мы слышали хлопанье крыльев, но ещё ни одна птица не попалась нам на глаза.
Зато насекомых было множество. Таких форм и расцветок, что можно было принять их за драгоценные камни, украшающие всё вокруг.
Цветы же, в основном, были похожи на огромные разноцветные метёлки, свешивающиеся с ветвей деревьев. Или крупными зонтичными соцветиями покрывающие кусты с игольчатыми листьями. Сами цветки были мелкими и очень пахучими. Нельзя, впрочем, сказать что все запахи были приятными. Некоторые напоминали уж очень неаппетитные вещи. Типа запаха гниющего мяса или прокисшей сыворотки.
Очень хотелось потрогать и рассмотреть всю эту летающую и ползающую мелочь. Но Лами заставил меня надеть перчатки из толстой кожи и, по ходу, не задерживаясь собирать для Комэра образцы. Сидхе утверждал, что яркие расцветки, практически всегда, предупреждают о том, что насекомое ядовито.
Но, то, что мы видели было очень необычно для моих глаз. Паучки, размером в полногтя, покрытые мягкой чёрной шёрсткой и брюшком, с диким смешением синих, оранжевых и красных узоров. Они смешно задирали его вверх и зловеще покачивали над головой своими яркими попками. К слову, такие бешенные сочетания красок повторились у клопа, который попытался присосаться ко мне через одежду. Только, к тому жуткому изобилию красок, добавилась ещё и кислотная зелень. И лакированный блеск. Полностью зелёные сверкающие пчёлки жужжали над гроздями снежно-белых пушистых шариков со сладким, даже приторным запахом. Удивляло полное отсутствие бабочек. А вот красные стрекозы, трепеща розовыми крыльями, метались над головами целыми стайками. Стрекозы были огромными. А жуки похожие на веточки и скрученные листочки ещё больше. Коричневатая голова и передние лапки почти в ладонь и зеленовато-жёлтое брюшко, похожее на распускающийся юный листочек, ещё почти такой же длины.
Один раз мы наткнулись на одну змею, аспидно-чёрную с яркими зигзагами на спине, пожирающую другую, очень сходную с той, что ускользнула от нас на опушке. Зато грызуны всех размеров, от толстеньких и бесхвостых, до длиннолапых и остроухих были удручающе серыми.
Мы нашли несколько плодоносящих деревьев, на одном из которых были одновременно и цветы и завязь и спелые плоды. Видимо, климат позволял ему плодоносить круглый год. Попробовать их даже желания не возникло, хотя многие из них носили следы чьих-то острых зубок. Но взять образец на пробу, святое. Тем более, что вид у них был довольно привлекательный. Мягкие, ярко-оранжевые. Это можно было понять по тому, как они выглядели после падения на землю. Превращались чуть ли не в плоские лепёшки, истекающие соком, вокруг которых гудели всё те же блестящие ярко-зелёные пчёлки.
А вот больших животных мы не встретили. Да же следы не попадались. Но мы шли на север, где на карте была обозначена река. Если где и могут быть следы человеческих поселений, то у воды. А то место, куда мы направлялись выделялось пятном с несколько более редкой растительностью. Конечно, за века, любой мёртвый город съест лес. Но остатки каменных фундаментов проредят растительность хоть немного. А возле воды, в редколесье, с пышным подлеском, самое место и для копытных, и для крупных хищников.
Я даже не удивилась, когда появились сначала редкие, а потом всё чаще встречающиеся, высокие бескорые деревья со светло-серыми стволами и широкими кронами с жёсткими, постукивающими на ветру листьями. У некоторых кроны обвивали целые покрывала паутины. На такой высоте не было видно пауков сработавших такие огромные шелковистые полотна. Но кусочек, растрепавшейся от ветра ловчей сети, оторвался и застрял в ближайших кустах. Я рассмотрела на нём оранжевых пауков, с глазами на выступающих ветвистых рожках и их добычу - мушек с прозрачным удлинённым брюшком, наполненных перламутровой жидкостью.
