– Так вот, раз магическая энергия неисчерпаема, то ограничивая себя раз за разом в ее использовании, маг лишь ухудшает свой потенциал! – подвела итоги Хелен. – Потому что... это как физические тренировки. Чем меньше тренируешься, тем слабее. Или менее опытен, значит, хуже управляешься с тем, что уже есть.
Насупленный Вакрок вскинул взгляд, и Хелен только тогда заметила, что сзади к ним подошли и другие ученики, которые были во дворе.
– Магическая энергия неисчерпаема? – хмыкнул за ее плечом Тартис, так и не ставший до сих пор официальным женихом. – Кто это сказал?
– Это сказал древний мыслитель Заарзаал, по совместительству великий воин прошлого, – ответила ему Хелен.
Пока старшекурсник задумался, быстрее сообразил Кагматт:
– Да-а? Разве он говорил о личном потенциале людей или всё-таки об общем магическом фоне?
"То есть кто-то здесь тоже увлекался чтением учебников по истории магии?" – фыркнула про себя Хелен.
– Он говорил об общей сути магической энергии! – заявила девушка. – И поскольку Заарзаал озвучил общий закон сохранения магической энергии, то задумайтесь, почему тогда каждое последующее поколение человеческих магов слабее? Особенно в последние пару столетий?
– Потому что пару веков назад были масштабные войны с нелюдьми, которые унесли жизни слишком многих великих магов, и многие родовые ветви пресеклись? – мигом ответил Норд Сарват.
Вот, еще один отличник, хорошо знающий историю.
– Потому что нелюди научились оттягивать себе магию людей? – заявил Тартис.
Это была самая ходовая в народе версия, причем глупая по мнению попаданки с иномирным образованием, и Хелен даже не стала ее комментировать.
– Потому что тогда многие великие маги погибли в длительных войнах. Весь цвет погиб! И остались лишь менее выдающиеся маги, которые понятно какие способности передают своим потомкам, – поддакнул Артун Дирутт, целитель.
Хелен бы не удивилась, если бы у местных лекарей была своя теория о наследственности магической силы в семьях.
– Нет! Если бы причина была только в этом, то магический уровень тех выживших магов должен был оставаться до сих пор в их потомках. – Качнула головой Хелен. – Но почему вместо этого с каждым поколением магия в знатных семьях лишь хиреет?
– Хелен! – возмутился Норд.
Будто девушка лично его обозвала, а не в целом про магов говорила.
– И почему так происходит по твоему мнению? – насупился Вакрок, глядя на Хелен исподлобья.
Желваки опять перекатывались на его челюстях.
– Потому что оставшиеся маги стали экономить свои силы! – заявила девушка. – Не знаю, зачем они так делали двести лет назад, но с каждым новым поколением маги всё меньше тратят своих сил, причем осознанно. А всё то, что не развивается, то... деградирует!
– Чего стоим?! – рявкнул знакомый голос за спинами стоящих парней. – Соддин! Почему студенты прохлаждаются?! Вы сюда беседовать пришли?! Может, вам еще и чаю подать? С закусками? Ща у меня кто-то закусит! Так закусит, что завтра с кроватей сползти не сможете!
Парни быстро вытянулись по струнке и расступились, являя компании злого мастера Дор'оэнес. А за ним, к страху Хелен, стоял декан боевого факультета седовласый Эмирит, который сквозь свой фирменный прищур светлых глаз оглядывал собравшуюся компанию. Девушка непроизвольно сложила руки на животе и уронила взгляд вниз, как и положено послушной представительнице женского пола, которая не стремится привлечь к себе чужое внимание.
– Бальмануг! – рявкнул мастер Дор'оэнес. – Отвлекаете мне учеников? Может, если вам так скучно, тоже потренируетесь?
– Как скажете, мастер Дор'оэнес. – смиренно ответила Хелен, не поднимая головы. – Только позвольте, чтобы вначале моя швея сшила мне штаны для тренировок. Думаю, к следующей неделе я буду готова...
– Кхе, это была шутка, Бальмануг, – тут же включил задний ход боевик, который словно... смутился? – Еще мне здесь девки в штанах не хватало!
Да уж, это было бы... феерично! Тогда, наверное, желающих попасть на боевой факультет увеличилось бы в разы, а конкурс в личные ученики мастера Каркута точно взлетел бы до небес. Как только студенты узнают, что в его тренировочном дворе предположительно ходит юная эйра в штанах.
– Мастер Дор'оэнес, студентка Бальмануг – эйра, будьте любезны подбирать выражения, – мягко пожурил своего преподавателя декан. Повернулся к студентам, притихшим словно жертвы перед удавом. – Могу я поинтересоваться, по какому поводу собрание?
Ответил за всех тренер Соддин, который тоже оказался здесь и, видимо, подслушивал весь разговор.
– Да вот, студентка Бальмануг заявила, что магии у магов полно, и не надо жлобиться... кхе, лениться ее тратить, даже на тренировках.
– Студентка Бальмануг, объяснитесь? – Повернулся к девушке декан.
Хелен по-прежнему не поднимала взгляда, но внимание пожилого боевика чувствовала даже кожей.
– Студентка Бальмануг напомнила нам о теории Заарзаала, – вместо нее поторопился ответить Кагматт.
– Да? – удивился декан Эмирит, отвлекаясь на парня. – И что же вас так привлекло в той старинной теории?
– То, что согласно этой теории магический потенциал человеческих магов должен хотя бы сохраняться на одном уровне, а не уменьшаться с каждым поколением! – отважилась заявить Хелен, поднимая взгляд на преподавателей.
– И почему же он тогда уменьшается? – ласково так спросил декан.
Но глаза его, как два дула пистолета, смотрели на мир без эмоций.
– Потому что люди сами себя сдерживают. Но в итоге забывают даже то, что умели! – ответила девушка. – Их дети потом даже не знают, что так или иначе можно было сделать. А внуки так вообще считают легендами то, что раньше было вполне по силам всем магам.
Покосилась на мастера Каркута, который в этот момент покачал головой. И заметила, что ровные ряды нанов, о которых она в процессе спора с парнями забыла, так и продолжают парить в воздухе за ее плечом. Внутри окончательно все похолодело. Декан Эмирит вроде не таращился на золотистые шарики, но точно их видел! И то, что их много. Слишком много.
Хелен выставила руку чуть в сторону, и ручеек нанов послушно потек ей в ладонь, растворяясь, едва коснувшись кожи. Рядом присвистнул Норд, даже не стесняясь преподавателей. Девушка на миг перевела взгляд на старших боевиков и... кажется, или глаз у декана дернулся? Замершая на миг Хелен запоздало вспомнила, что декан боевого факультета ее "впитывания" нанов раньше тоже не видел своими глазами, она старалась при нем не показывать свои умения, особо выходящие за рамки. Хотя наверняка мастер ему вовремя доложил и о подобном таланте студентки, и о ее прочих достижениях.
Быстро завершив "возвращение нанов в обойму", Хелен опять сложила руки на животе и опустила взгляд. Прям такая пай-девочка, которая никого и ничем не отвлекает от занятий.
– Студентка Бальмануг! – выдал декан. И да, его голос теперь не был таким уж спокойным. – Кхм, это вам отец подобную версию теории магии изложил?
И что ответить? Что отец, приличный маг с обычным местным образованием, не мог ей такое сказать? Даже если бы Хелен вспомнила, что он вообще мог говорить своей дочке. Но рядом стоит Кагматт, которому Хелен пообещала "семейные магические тайны" и который ее внимательно слушает. Если она скажет, что это не теория отца, не "семейная тайна", то какое она имеет право "вешать лапшу на уши" благородным эйрам? Да еще и своему спасителю?
– Кхм, декан Эмирит, я прошу, чтобы озвученные здесь мной доводы не расходились... далеко, – сказала Хелен, не придумав ничего дельного.
Эйр Эмирит дернул бровью, покосился на стоящих рядом студентов, в итоге останавливаясь взглядом на Кагматте, который – совершенно случайно! – оказался ближе всех к Хелен.
– А прочая компания вас не смущает, студентка Бальмануг, когда вы озвучиваете подобные доводы?
– Так здесь все свои! – сразу ответила девушка и прикусила язык.
Ой не так, совсем не так должна отвечать местная эйра!
Улыбка растеклась на темных губах пожилого декана.
– Кхм, а мы с мастером Дор'оэнес вписываемся в ваше понятие "свои", студентка Бальмануг? Мы бы тоже хотели послушать более подробно вашу версию о сохранности магического потенциала через поколения.
Это что, ехидство в голосе Эмирита? Или всего лишь озорное веселье? Декану просто смешно слушать глупую студентку или... что?
Рядом сопел Вакрок, прочие студенты молчали. Молчала и Хелен, не зная, как реагировать на слова декана. И стоит ли с ним делиться своими взглядами на магию? Одно дело мимоходом заронить сомнения у своих приятелей, молодых студентов, которые проще смотрят на жизнь, и совсем другое – доказывать свою точку зрения бывалому магу. Да еще тому, кто на таком важном посту.
– Итак, студентка Бальмануг? – не отставал декан. – Отойдёмте в сторонку, чтобы не мешать другим студентам заниматься?
– Декан Эмирит! Позвольте мне... – воскликнул Вакрок, стоящий рядом с Хелен.
– Не переживайте, студент Кагматт, – еще больше искривил улыбкой свои тонкие губы декан, перебивая парня. – Я ненадолго займу студентку Бальмануг. И она скажет мне только то, что сама посчитает нужным.
"Не переживайте, студент Кагматт?! Это что значит?! – недоумевала Хелен, стискивая пальцы перед собой. – Вообще-то, это я здесь переживаю! О моих переживаниях не подумали? При чем тут Кагматт?". Но затем до девушки дошло. "О, боги! И декан туда же?! Он тоже в курсе сплетен про нас с Вакроком?!". Щеки Хелен опалило жаром, взгляд она не отваживалась поднимать на преподавателей.
К счастью, мастер Дор'оэнес зычными командами стал разгонять своих учеников по местам, давая им новые задания. Парни расходились по двору, оставляя Хелен вместе с деканом боевого факультета. Девушка была сейчас согласна на что угодно – да хоть бежать кросс в компании с пакостным Гиффордом, только бы не оставаться наедине с Эмиритом, которого откровенно боялась.
– Так что же, студентка Бальмануг? – опять начал разговор седовласый мужчина. – Вы поделитесь со мной вашими мыслями о магическом потенциале?
Деваться было некуда.
– Я считаю, что магический потенциал каждого мага неисчерпаем. Что силы могут вернуться даже после выгорания. Что сдерживание в использовании магии лишь мешает и в итоге приводит к ослаблению как самого мага, так и общего магического потенциала людей в рамках всей расы, – четко и быстро отрапортовала Хелен, так и не поднимая взгляда.
– Кхм, – донеслось до нее через несколько мгновений тишины.
– Вы так считаете? – уточнил декан, делая упор на "вы".
Какой наблюдательный!
Если она подтвердит, что это исключительно ее мысли, то... Во-первых, кто будет слушать девушку? Во-вторых, придется придумывать объяснения, откуда она взяла подобную "чушь". Лучше всё-таки спихнуть на родителей. Здесь тоже риск, ведь она не знала, что о магии думали, а главное – говорили другим людям ее родители. Но это было меньшим злом из доступных сейчас вариантов.
– Таких взглядов придерживался мой отец, барон Бальмануг, – с осторожностью ответила Хелен. – То есть, кхм, урожденный барон Бальмануг.
– Однако я не слышал о его особых достижениях на службе в армии, – тут же добавил декан. – А они наверняка должны были быть при таких-то... интересных взглядах.
– Отец занялся подобными изысканиями только в последние годы своей жизни, – приходилось девушке врать дальше. – И исключительно в пределах дома.
– Занятно, – протянул мужчина.
Он сложил руки за спиной и возвышался неподалеку от притихшей Хелен.
– Если бы не ваши особые умения, которые я имел честь лицезреть лично, то я бы не стал воспринимать вашу... кхм, семейную теорию всерьез, студентка Бальмануг, – вдруг зачем-то признался декан. – Впитывание нанов, пусть даже... кхм, "холостых" обратно – это тоже часть изысканий вашего отца?
То есть он уже всё-таки про ее таланты и прошлые высказывания знает? Даже термин "холостой" нан?
Хелен почти было согласилась, но затем вовремя вспомнила слова мастера Каркута, что ее отец не умел делать наны. Чуть совсем не завралась.
– Это... случайно у меня получилось. Но вполне вписывается в общую теорию пополняемости или даже возобновляемости энергии, – смогла выкрутиться девушка.
– Вот как? Так могу ли я эту теорию услышать в более развернутом виде?
И вроде бы декан спрашивает так вежливо, но почему у Хелен ощущение, что она сейчас как партизан на допросе у противника? И уже почти привязана к пыточному стулу... Не слишком ли много эйр Эмирит хочет от нее услышать? А как же защита "семейных" магических тайн? С Кагматтом она собиралась поделиться своими "тайнами" в качестве благодарности за помощь, но разные деканы в эти благотворительные акции не вписываются.
– Эта теория еще слишком... в сыром виде, – стала отнекиваться девушка. – Возможно, я смогу ее изложить в более аргументированной форме, когда... буду защищать по этой теории диплом на факультете артефакторики! – догадалась выкрутиться Хелен.
– Кхм, но почему же факультет артефакторики? – словно не понимал декан боевого факультета. Не хотел понимать. – Разве вы не будете иллюстрировать свою теорию впитыванием нанов? Когда будете защищать диплом на нашем боевом факультете?
"Что? Диплом боевого факультета мне точно не нужен!".
– Впитывание нанов – это мой... это частный случай, а для доказательства теории в целом, думаю, понадобятся научные изыскания и, возможно, даже изобретение новых проверочных артефактов, – упорно стояла на своем девушка, не отваживаясь смотреть на декана прямо.
– Хм...
– Но для доказательной базы, наверное, понадобятся опыты... если можно, то на студентах боевого факультета. Если вы не против таких экспериментов, декан Эмирит, – попыталась подсластить отказ Хелен. – Возможно, под вашим чутким и непосредственным контролем?
Хотя последнее было сказано из вежливости, лучше бы декан отказался от своего участия. Может, хоть так декан Эмирит не будет ее упорно перетягивать на свой факультет? Ну не хочет она к боевикам! А то так не успеешь оглянуться, как в армии окажешься. А она обещала шитерам, что не будет с ними воевать. Да и зарабатывать в этом мире она предпочитает умными штуками, а не войной.
– Хм, когда, говорите, ваша матушка сможет прибыть в столицу? – спросил вдруг декан, неожиданно меняю тему.
Хелен с недоумением глянула на мужчину. И что это сейчас было, опять какое-то веселье прорезалось в голосе эйра Эмирита?
– Мне жаль, что я так мало знал о семье Бальмануг, хотя барон Джес Бальмануг, насколько я помню, служил в нашей армии довольно долго, – зачем-то добавил декан. – Хочется наверстать упущенное и пообщаться пусть теперь уже с женой, кхм, вернее, вдовой Джеса.
– Но моя матушка не интересовалась научными изысканиями батюшки! – сразу ляпнула Хелен, подозревая, чего именно хочет этот вояка.
На лице декана опять расползлась чуть кривая улыбка.
– Зато, думаю, ее заинтересуют холостые маги из хорошей семьи, которые смогут составить партию ее дочери, – с усмешкой добавил декан Эмирит.
Не верящая своим ушам Хелен смотрела на статного седого мужчину, стоящего рядом.
– Не надо так пугаться, студентка Бальмануг. – Еще шире улыбнулся пожилой декан. – Я имел в виду своих племянников. Они достаточно молоды и, осмелюсь предположить, должны быть симпатичны на женский взгляд. Парочка из них всё еще холосты, так что у вас даже будет выбор.
Насупленный Вакрок вскинул взгляд, и Хелен только тогда заметила, что сзади к ним подошли и другие ученики, которые были во дворе.
– Магическая энергия неисчерпаема? – хмыкнул за ее плечом Тартис, так и не ставший до сих пор официальным женихом. – Кто это сказал?
– Это сказал древний мыслитель Заарзаал, по совместительству великий воин прошлого, – ответила ему Хелен.
Пока старшекурсник задумался, быстрее сообразил Кагматт:
– Да-а? Разве он говорил о личном потенциале людей или всё-таки об общем магическом фоне?
"То есть кто-то здесь тоже увлекался чтением учебников по истории магии?" – фыркнула про себя Хелен.
– Он говорил об общей сути магической энергии! – заявила девушка. – И поскольку Заарзаал озвучил общий закон сохранения магической энергии, то задумайтесь, почему тогда каждое последующее поколение человеческих магов слабее? Особенно в последние пару столетий?
– Потому что пару веков назад были масштабные войны с нелюдьми, которые унесли жизни слишком многих великих магов, и многие родовые ветви пресеклись? – мигом ответил Норд Сарват.
Вот, еще один отличник, хорошо знающий историю.
– Потому что нелюди научились оттягивать себе магию людей? – заявил Тартис.
Это была самая ходовая в народе версия, причем глупая по мнению попаданки с иномирным образованием, и Хелен даже не стала ее комментировать.
– Потому что тогда многие великие маги погибли в длительных войнах. Весь цвет погиб! И остались лишь менее выдающиеся маги, которые понятно какие способности передают своим потомкам, – поддакнул Артун Дирутт, целитель.
Хелен бы не удивилась, если бы у местных лекарей была своя теория о наследственности магической силы в семьях.
– Нет! Если бы причина была только в этом, то магический уровень тех выживших магов должен был оставаться до сих пор в их потомках. – Качнула головой Хелен. – Но почему вместо этого с каждым поколением магия в знатных семьях лишь хиреет?
– Хелен! – возмутился Норд.
Будто девушка лично его обозвала, а не в целом про магов говорила.
– И почему так происходит по твоему мнению? – насупился Вакрок, глядя на Хелен исподлобья.
Желваки опять перекатывались на его челюстях.
– Потому что оставшиеся маги стали экономить свои силы! – заявила девушка. – Не знаю, зачем они так делали двести лет назад, но с каждым новым поколением маги всё меньше тратят своих сил, причем осознанно. А всё то, что не развивается, то... деградирует!
– Чего стоим?! – рявкнул знакомый голос за спинами стоящих парней. – Соддин! Почему студенты прохлаждаются?! Вы сюда беседовать пришли?! Может, вам еще и чаю подать? С закусками? Ща у меня кто-то закусит! Так закусит, что завтра с кроватей сползти не сможете!
Глава 10
Парни быстро вытянулись по струнке и расступились, являя компании злого мастера Дор'оэнес. А за ним, к страху Хелен, стоял декан боевого факультета седовласый Эмирит, который сквозь свой фирменный прищур светлых глаз оглядывал собравшуюся компанию. Девушка непроизвольно сложила руки на животе и уронила взгляд вниз, как и положено послушной представительнице женского пола, которая не стремится привлечь к себе чужое внимание.
– Бальмануг! – рявкнул мастер Дор'оэнес. – Отвлекаете мне учеников? Может, если вам так скучно, тоже потренируетесь?
– Как скажете, мастер Дор'оэнес. – смиренно ответила Хелен, не поднимая головы. – Только позвольте, чтобы вначале моя швея сшила мне штаны для тренировок. Думаю, к следующей неделе я буду готова...
– Кхе, это была шутка, Бальмануг, – тут же включил задний ход боевик, который словно... смутился? – Еще мне здесь девки в штанах не хватало!
Да уж, это было бы... феерично! Тогда, наверное, желающих попасть на боевой факультет увеличилось бы в разы, а конкурс в личные ученики мастера Каркута точно взлетел бы до небес. Как только студенты узнают, что в его тренировочном дворе предположительно ходит юная эйра в штанах.
– Мастер Дор'оэнес, студентка Бальмануг – эйра, будьте любезны подбирать выражения, – мягко пожурил своего преподавателя декан. Повернулся к студентам, притихшим словно жертвы перед удавом. – Могу я поинтересоваться, по какому поводу собрание?
Ответил за всех тренер Соддин, который тоже оказался здесь и, видимо, подслушивал весь разговор.
– Да вот, студентка Бальмануг заявила, что магии у магов полно, и не надо жлобиться... кхе, лениться ее тратить, даже на тренировках.
– Студентка Бальмануг, объяснитесь? – Повернулся к девушке декан.
Хелен по-прежнему не поднимала взгляда, но внимание пожилого боевика чувствовала даже кожей.
– Студентка Бальмануг напомнила нам о теории Заарзаала, – вместо нее поторопился ответить Кагматт.
– Да? – удивился декан Эмирит, отвлекаясь на парня. – И что же вас так привлекло в той старинной теории?
– То, что согласно этой теории магический потенциал человеческих магов должен хотя бы сохраняться на одном уровне, а не уменьшаться с каждым поколением! – отважилась заявить Хелен, поднимая взгляд на преподавателей.
– И почему же он тогда уменьшается? – ласково так спросил декан.
Но глаза его, как два дула пистолета, смотрели на мир без эмоций.
– Потому что люди сами себя сдерживают. Но в итоге забывают даже то, что умели! – ответила девушка. – Их дети потом даже не знают, что так или иначе можно было сделать. А внуки так вообще считают легендами то, что раньше было вполне по силам всем магам.
Покосилась на мастера Каркута, который в этот момент покачал головой. И заметила, что ровные ряды нанов, о которых она в процессе спора с парнями забыла, так и продолжают парить в воздухе за ее плечом. Внутри окончательно все похолодело. Декан Эмирит вроде не таращился на золотистые шарики, но точно их видел! И то, что их много. Слишком много.
Хелен выставила руку чуть в сторону, и ручеек нанов послушно потек ей в ладонь, растворяясь, едва коснувшись кожи. Рядом присвистнул Норд, даже не стесняясь преподавателей. Девушка на миг перевела взгляд на старших боевиков и... кажется, или глаз у декана дернулся? Замершая на миг Хелен запоздало вспомнила, что декан боевого факультета ее "впитывания" нанов раньше тоже не видел своими глазами, она старалась при нем не показывать свои умения, особо выходящие за рамки. Хотя наверняка мастер ему вовремя доложил и о подобном таланте студентки, и о ее прочих достижениях.
Быстро завершив "возвращение нанов в обойму", Хелен опять сложила руки на животе и опустила взгляд. Прям такая пай-девочка, которая никого и ничем не отвлекает от занятий.
– Студентка Бальмануг! – выдал декан. И да, его голос теперь не был таким уж спокойным. – Кхм, это вам отец подобную версию теории магии изложил?
И что ответить? Что отец, приличный маг с обычным местным образованием, не мог ей такое сказать? Даже если бы Хелен вспомнила, что он вообще мог говорить своей дочке. Но рядом стоит Кагматт, которому Хелен пообещала "семейные магические тайны" и который ее внимательно слушает. Если она скажет, что это не теория отца, не "семейная тайна", то какое она имеет право "вешать лапшу на уши" благородным эйрам? Да еще и своему спасителю?
– Кхм, декан Эмирит, я прошу, чтобы озвученные здесь мной доводы не расходились... далеко, – сказала Хелен, не придумав ничего дельного.
Эйр Эмирит дернул бровью, покосился на стоящих рядом студентов, в итоге останавливаясь взглядом на Кагматте, который – совершенно случайно! – оказался ближе всех к Хелен.
– А прочая компания вас не смущает, студентка Бальмануг, когда вы озвучиваете подобные доводы?
– Так здесь все свои! – сразу ответила девушка и прикусила язык.
Ой не так, совсем не так должна отвечать местная эйра!
Улыбка растеклась на темных губах пожилого декана.
– Кхм, а мы с мастером Дор'оэнес вписываемся в ваше понятие "свои", студентка Бальмануг? Мы бы тоже хотели послушать более подробно вашу версию о сохранности магического потенциала через поколения.
Это что, ехидство в голосе Эмирита? Или всего лишь озорное веселье? Декану просто смешно слушать глупую студентку или... что?
Рядом сопел Вакрок, прочие студенты молчали. Молчала и Хелен, не зная, как реагировать на слова декана. И стоит ли с ним делиться своими взглядами на магию? Одно дело мимоходом заронить сомнения у своих приятелей, молодых студентов, которые проще смотрят на жизнь, и совсем другое – доказывать свою точку зрения бывалому магу. Да еще тому, кто на таком важном посту.
– Итак, студентка Бальмануг? – не отставал декан. – Отойдёмте в сторонку, чтобы не мешать другим студентам заниматься?
– Декан Эмирит! Позвольте мне... – воскликнул Вакрок, стоящий рядом с Хелен.
– Не переживайте, студент Кагматт, – еще больше искривил улыбкой свои тонкие губы декан, перебивая парня. – Я ненадолго займу студентку Бальмануг. И она скажет мне только то, что сама посчитает нужным.
"Не переживайте, студент Кагматт?! Это что значит?! – недоумевала Хелен, стискивая пальцы перед собой. – Вообще-то, это я здесь переживаю! О моих переживаниях не подумали? При чем тут Кагматт?". Но затем до девушки дошло. "О, боги! И декан туда же?! Он тоже в курсе сплетен про нас с Вакроком?!". Щеки Хелен опалило жаром, взгляд она не отваживалась поднимать на преподавателей.
К счастью, мастер Дор'оэнес зычными командами стал разгонять своих учеников по местам, давая им новые задания. Парни расходились по двору, оставляя Хелен вместе с деканом боевого факультета. Девушка была сейчас согласна на что угодно – да хоть бежать кросс в компании с пакостным Гиффордом, только бы не оставаться наедине с Эмиритом, которого откровенно боялась.
– Так что же, студентка Бальмануг? – опять начал разговор седовласый мужчина. – Вы поделитесь со мной вашими мыслями о магическом потенциале?
Деваться было некуда.
– Я считаю, что магический потенциал каждого мага неисчерпаем. Что силы могут вернуться даже после выгорания. Что сдерживание в использовании магии лишь мешает и в итоге приводит к ослаблению как самого мага, так и общего магического потенциала людей в рамках всей расы, – четко и быстро отрапортовала Хелен, так и не поднимая взгляда.
– Кхм, – донеслось до нее через несколько мгновений тишины.
– Вы так считаете? – уточнил декан, делая упор на "вы".
Какой наблюдательный!
Если она подтвердит, что это исключительно ее мысли, то... Во-первых, кто будет слушать девушку? Во-вторых, придется придумывать объяснения, откуда она взяла подобную "чушь". Лучше всё-таки спихнуть на родителей. Здесь тоже риск, ведь она не знала, что о магии думали, а главное – говорили другим людям ее родители. Но это было меньшим злом из доступных сейчас вариантов.
– Таких взглядов придерживался мой отец, барон Бальмануг, – с осторожностью ответила Хелен. – То есть, кхм, урожденный барон Бальмануг.
– Однако я не слышал о его особых достижениях на службе в армии, – тут же добавил декан. – А они наверняка должны были быть при таких-то... интересных взглядах.
– Отец занялся подобными изысканиями только в последние годы своей жизни, – приходилось девушке врать дальше. – И исключительно в пределах дома.
– Занятно, – протянул мужчина.
Он сложил руки за спиной и возвышался неподалеку от притихшей Хелен.
– Если бы не ваши особые умения, которые я имел честь лицезреть лично, то я бы не стал воспринимать вашу... кхм, семейную теорию всерьез, студентка Бальмануг, – вдруг зачем-то признался декан. – Впитывание нанов, пусть даже... кхм, "холостых" обратно – это тоже часть изысканий вашего отца?
То есть он уже всё-таки про ее таланты и прошлые высказывания знает? Даже термин "холостой" нан?
Хелен почти было согласилась, но затем вовремя вспомнила слова мастера Каркута, что ее отец не умел делать наны. Чуть совсем не завралась.
– Это... случайно у меня получилось. Но вполне вписывается в общую теорию пополняемости или даже возобновляемости энергии, – смогла выкрутиться девушка.
– Вот как? Так могу ли я эту теорию услышать в более развернутом виде?
И вроде бы декан спрашивает так вежливо, но почему у Хелен ощущение, что она сейчас как партизан на допросе у противника? И уже почти привязана к пыточному стулу... Не слишком ли много эйр Эмирит хочет от нее услышать? А как же защита "семейных" магических тайн? С Кагматтом она собиралась поделиться своими "тайнами" в качестве благодарности за помощь, но разные деканы в эти благотворительные акции не вписываются.
– Эта теория еще слишком... в сыром виде, – стала отнекиваться девушка. – Возможно, я смогу ее изложить в более аргументированной форме, когда... буду защищать по этой теории диплом на факультете артефакторики! – догадалась выкрутиться Хелен.
– Кхм, но почему же факультет артефакторики? – словно не понимал декан боевого факультета. Не хотел понимать. – Разве вы не будете иллюстрировать свою теорию впитыванием нанов? Когда будете защищать диплом на нашем боевом факультете?
"Что? Диплом боевого факультета мне точно не нужен!".
– Впитывание нанов – это мой... это частный случай, а для доказательства теории в целом, думаю, понадобятся научные изыскания и, возможно, даже изобретение новых проверочных артефактов, – упорно стояла на своем девушка, не отваживаясь смотреть на декана прямо.
– Хм...
– Но для доказательной базы, наверное, понадобятся опыты... если можно, то на студентах боевого факультета. Если вы не против таких экспериментов, декан Эмирит, – попыталась подсластить отказ Хелен. – Возможно, под вашим чутким и непосредственным контролем?
Хотя последнее было сказано из вежливости, лучше бы декан отказался от своего участия. Может, хоть так декан Эмирит не будет ее упорно перетягивать на свой факультет? Ну не хочет она к боевикам! А то так не успеешь оглянуться, как в армии окажешься. А она обещала шитерам, что не будет с ними воевать. Да и зарабатывать в этом мире она предпочитает умными штуками, а не войной.
– Хм, когда, говорите, ваша матушка сможет прибыть в столицу? – спросил вдруг декан, неожиданно меняю тему.
Хелен с недоумением глянула на мужчину. И что это сейчас было, опять какое-то веселье прорезалось в голосе эйра Эмирита?
– Мне жаль, что я так мало знал о семье Бальмануг, хотя барон Джес Бальмануг, насколько я помню, служил в нашей армии довольно долго, – зачем-то добавил декан. – Хочется наверстать упущенное и пообщаться пусть теперь уже с женой, кхм, вернее, вдовой Джеса.
– Но моя матушка не интересовалась научными изысканиями батюшки! – сразу ляпнула Хелен, подозревая, чего именно хочет этот вояка.
На лице декана опять расползлась чуть кривая улыбка.
– Зато, думаю, ее заинтересуют холостые маги из хорошей семьи, которые смогут составить партию ее дочери, – с усмешкой добавил декан Эмирит.
Не верящая своим ушам Хелен смотрела на статного седого мужчину, стоящего рядом.
– Не надо так пугаться, студентка Бальмануг. – Еще шире улыбнулся пожилой декан. – Я имел в виду своих племянников. Они достаточно молоды и, осмелюсь предположить, должны быть симпатичны на женский взгляд. Парочка из них всё еще холосты, так что у вас даже будет выбор.
