На сайте https://m.ok.ru/group/53177176293585/topic/156298322277841?ysclid=mbs0zpa8l4873950565&__dp=y, в частности, говорится о том, что 21 июня в открытой передаче английского радио сообщалось, что нападение Германии на Советский Союз ожидается в ночь на 22 июня. В первый же день войны германские войска уничтожили (в основном на 66 аэродромах) 1200 наших самолетов из 4950 имевшихся, флот же не потерял ни одного самолета и ни одного корабля. Эти цифры показывают огромную роль в боевых действиях высшего военного командования, которое в Генштабе и в большинстве военных округов (кроме Одесского военного округа) оказалось не на высоте, в отличие от флота. В ночь на 23 июня состоялся первый удар авиации флота СССР по румынской военно-морской базе Констанца. В августе 1940 - январе 1941 годов К.А. Мерецков был начальником Генерального штаба РККА и считал, что нужно активно готовиться к неизбежной войне с Германией, но его обвинили в паникерстве и заменили на Жукова. Не было бы такой замены, и возможно не было бы такого катастрофического отступления в 1941 году, и советская армия встретила бы гитлеровцев не хуже флота. Как и про экономику СССР, про войну, в советском военно-историческом журнале можно было прочесть то, что в учебниках замалчивалось.
Школы № 656 и № 352 были расформированы вскоре после того, как я их закончил, и сейчас в их зданиях находятся другие организации. От учебы в школе впечатления остались в основном об одноклассниках. Большинство знаний, полученных в школе, кроме математики и английского языка особенно в жизни мне не пригодились. Вообще, по-моему, если школьник или студент сам хочет учиться (и его не надо каждый день контролировать), то гораздо удобнее получать знания, читая учебник, чем посещать уроки. Другое дело, что если многих не заставлять ходить в школу, то они вообще не будут приобретать новые знания, а только будут бездельничать. Для таких учеников ежедневные уроки в школе нужны. В первую очередь, по-моему, посещение занятий нужно тем, кто не хочет учиться или сам не может приучить себя к регулярным занятиям. Если человек сам заинтересован в получении знаний, то он может сам прочитать необходимую информацию, особенно в век интернета. Конечно, полезно, чтобы кто-то кратко советовал, что именно лучше прочесть. В спортивные игры тоже один не поиграешь, но вышел во двор и присоединяйся к играм. Я как-то читал воспоминания какого-то спортсмена, учившегося в МВТУ. Из-за постоянных спортивных сборов он часто пропускал занятия. Другой студент из их группы пропускал занятия потому, что увлекался девочками. Из их группы докторские диссертации защитили только эти два «прогульщика».
Все ученики разные. Поэтому в школе совсем не нужно всех учить по одинаковой программе. В одних классах школьники могут специализироваться на гуманитарных науках, в других классах – на естественных науках. Однокласснику Михаилу Скроману хорошо давались гуманитарные науки, а с математикой и физикой у него были проблемы. Скроман рассказывал, что контрольные по этим предметам ему удавалось сдавать только потому, что одноклассник, сидевший перед ним, (Михаил Николаев) писал свои ответы под копирку и незаметно передавал второй экземпляр Скроману. Учительница не могла понять почему Скроман у доски ответить не может, а контрольные пишет достаточно успешно. Михаил Скроман стал успешным военным переводчиком с арабского языка и полковником. Ну за чем ему были нужны хорошие знания по математике и физике? Школьникам стоит уделять больше внимания тем предметам, которые им пригодятся для поступления в университет, да и просто в жизни. У каждого своя жизнь. Полезно участвовать в олимпиадах. Известная древняя истина: «Ученик - это не сосуд, который надо наполнить, а факел, который надо зажечь». У разных школьников желание трудиться и способности разные. Одни не могут и не хотят одолеть обычную школьную программу, другие по ряду предметом стремятся знать гораздо больше этой программы. Когда учитель ориентируется на слабых учеников, то сильным скучно на уроках. Я приветствую то, что в разных классах ученики могут учиться по разным программам. По мнению Уистона Черчилля, «Школа не имеет ничего общего с образованием. Это институт контроля, где детям прививают основные навыки общежития». Блогеры неоднократно отмечали, что когда смотришь на заработки певцов и спортсменов, то понимаешь, что главные предметы в школе – это пение и физкультура. Президент Российской академии наук (РАН) Геннадий Красников считает: «Моя точка зрения, что и десять лет достаточно для школьного образования, но всё зависит от того, какую мы задачу ставим перед выпускниками» (https://iz.ru/2071915/glava-ran-dopustil-dostatochnost-desiatiletnego-shkolnogo-obrazovaniia-izi).
Большинство одноклассников пришли в девятый класс 352-й школы из разных школ и поддерживали связи с предыдущими одноклассниками. После окончания школы мы долго классом не встречались. Только в возрасте за 50 лет нас собрал Михаил Силохин. Мы регулярно встречались, пока ковид не выбил нас из регулярных встреч. На ватсапе (потом перешли на Телеграм) для каждого из классов в 35 и 352 школах у нас были сайты для переписки внутри класса. В 2026 г. в английском классе перешли на МАХ, но мат. класс предпочел остаться в Телеграме через ВПН.
Интересен опыт обучения детей семьи Тепляковых. В марте 2026 года газета Комсомольская правда (https://www.kp.ru/daily/27765.4/5223394/) писала: «У Евгения и Наталии Тепляковых девятеро детишек-погодков: Алиса, Хеймдаль, Лейя, Терра, Айлунг, Фейлунг, Тесей, Сулейман и Альрик Финист Орион. Ни в сад, ни в школу дети не ходят, а образовательную программу с пеленок осваивают дома по папиной ускоренной методике. С ними занимаются родители, организовав семейный детский сад (есть такая форма соцподдержки многодетных семей). Папа - выпускник МГУ, мама - финансового университета». Евгений Тепляков считает, что «развозить учебу на 11 лет в школе и потом еще просиживать 5-6 лет в вузе - пустая трата времени». Сначала эта семья жила в однокомнатной квартире (30 квадратных метров), потом снимала трехкомнатную квартиру. Недавно семье выделили деньги (28.8 миллиона рублей) на покупку квартиры. О самой покупке квартиры я не читал. Обязательное условие: объект недвижимости должен иметь площадь не менее 80 квадратных метров. Цены на жилье в Москве астрономические. «Доходы семьи, о которых известно, - папина зарплату воспитателя СДС в 70 тысяч, детские пособия, маткапитал.» Часть денег уходила на платное обучение детей в вузах. Старшая дочь Тепляковых Алиса в 2021-м сдала ЕГЭ в возрасте 8 лет. В начале 2026 года 13-летняя Алиса Теплякова защитила диплом педагога-психолога в РГГУ (Российский государственный гуманитарный университет). В Комсомолке отмечалось, что трое старших детей уже студенты, а 2025 году сдавала ЕГЭ 8-летняя Терра, но поступила только в колледж.
Учеба на механико-математическом факультете
Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова
После окончания школы я отнес документы на поступление в МИФИ (Московский инженерно-физический институт) на энергетический факультет. Экзамены и МГУ, Физтехе и МИФИ были раньше, чем в других вузах. Абитуриенты, не попавшие в эти вузы, могли сдавать экзамены в другие вузы. В МИФИ до экзаменов была медицинская комиссия. Я ее не прошел. Мне сказали: «У тебя плоскостопие, а у нас военная кафедра». Хотя я тогда увлекался туризмом и мог проходить пеший маршрут лучше большинства сверстников. Что за военных суперменов готовили в МИФИ я не знаю. Позже на военной кафедре на мехмате моим здоровьем никто не интересовался, и я стал лейтенантом запаса. На проблемы с плоскостопием я сам никогда в жизни не жаловался. Годом ранее мой двоюродный брат Сергей Тихомиров принес документы в другой вуз (по-моему, в московский авиационный или Бауманский институт). В его медицинской справке было написано, что его один глаз плохо видит. К экзаменам его не допустили. Сергей Тихомиров вернулся в свой город Череповец, достал там другую медицинскую справку и с ней поступил в Ленинградский политехнический институт. Там он стал специалистом по турбинам и лейтенантом. После окончания института Тихомиров два года успешно отслужил в ракетных войсках, обслуживая ракетные шахты и имея каких-то военных подчиненных. Это еще один пример того, что в советские времена, если кто-то решит, что твое здоровье может не позволить тебе успешно служить в армии, то при поступлении в гражданский вуз тебя даже до экзаменов не допустят. Главной целью многих гражданских советских вузов была подготовка офицеров запаса, а не специалистов для промышленности.
Прямо из МИФИ я повез документы в МГУ. По пути я думал, на какой факультет МГУ подавать документы. Выбор был из физфака, мехмата и нового факультета вычислительной математики и кибернетики. Мехмат (механико-математический факультет) был немного дальше от метро, и, размышляя о выборе, я дошел до мехмата и подал документы на отделение механики.
При подготовке к экзаменам по математике и физике я кроме занятий в школе хорошо изучил несколько пособий для поступающих в вузы (в МГУ и Физтех), которые покупал в букинистических отделах книжных магазинов. Благодаря этим пособиям я был хорошо натаскан на решение типичных задач. Для подготовки к экзаменам такая самостоятельная подготовка, может быть, была более эффективной, чем даже занятия в физмат классе. Читаю в газетах, как родители тратят большие деньги на репетиторов. Я и школьником считал, что репетиторы и всякие подготовительные курсы не нужны. В букинистическом магазине я купил несколько пособий для поступающих в вузы и аккуратно их прочитал, в том числе и про типичные задачи. Если ездить на подготовительные курсы, то нужно было бы тратить время на дорогу, а там иногда слушать то, что тебе и не нужно (что ты и так уже знаешь). Учиться самостоятельно, с книжками эффективнее. Я бы и лекции в университетах самостоятельным чтением книжек заменил.
Родители давали деньги на перекусы в школе, но я там в буфете ни разу не был. Покупал книги и очень редко пирожок у метро за 5 копеек. Уже после завершения основных занятий в школе в период подготовки к экзаменам был открытый день в МИФИ. Там продавали небольшую книжечку с задачами для поступающих в МИФИ. Она стоила копеек 40-50, но этих денег у меня не оказалось. В этот период я в школу на целый день не ездил (основные занятия закончились), и на перекусы мне деньги не выдавали, запасов денег у меня не было, а сам я денег не просил.
Большинство абитуриентов, поступавших на механико-математический факультет Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, отсеивались на письменном экзамене. Во время экзамена я решил все задачи. Думал, что могут придраться только к чему-то (какой-то неаккуратности) к решению последней сложной задачи по стереометрии, а к остальным задачам вроде придраться было невозможно. Получив тройку, пошел на апелляцию. Экзаменатор поставил неуды к первым простым задачам на преобразования формул. Я задал вопрос на апелляции, почему неуды, ведь все ответы верные. Сотрудник ответил, что видимо было мало промежуточных преобразований и слишком быстро был получен правильный ответ. Он сказал, что мол все равно поступишь, и я не стал тогда связываться с приемной комиссией. За последнюю стереометрическую задачу экзаменатор поставил плюс. Если проверяющий подозревал, что простенькие задачи я у кого-то списал, то как он мог объяснить, что я решил все более сложные задачи. Ведь списать их решения мне просто было бы не у кого. Все задачи были решены правильно, но получил я тройку. Данный случай показывает, что система приема письменных экзаменов на мехмате могла отсеивать сильных абитуриентов. Нужно было, чтобы письменные экзамены принимал бы не один человек, а основного проверяющего кто-нибудь контролировал бы. Если бы я не решил и последнюю стереометрическую задачу, то может получил бы и двойку (хотя все задачи у меня были решены правильно). Я бы на апелляции такую двойку опротестовал бы. Однако мог бы найтись абитуриент, который решив все задачи кроме последней не пошел бы на апелляцию двойки, хотя ему должны были бы поставить четверку. Такого сильного абитуриента на мехмат бы не приняли, хотя большинство поступивших получили на письменном экзамене тройку.
Вроде пятерку за письменный экзамен на отделении механики получил вообще один абитуриент. Им был Рустем Айдагулов из Башкирской глубинки. Оценка за сочинение в сумме балов не учитывалась. Нужно было получить не двойку. Рустем рассказывал, что уже когда он работал в МГУ, ему показали его сочинение. Оно было все покрыто замечаниями проверяющего. От мехмата попросили тех, кто проверял сочинение, в ведомости поставить положительную оценку. Иначе бы мехмат лишился отличного абитуриента. Рустем работает в МГУ и собирает каждый год выпускников нашего мехматовского курса. В 2025 г. мы отпраздновали 50-летие окончания курса, причем наш однокурсник Виктор Гурджиев профинансировал эту встречу, включая обед в ресторане. Устные экзамены по математике и физике я без проблем сдал на пятерки. Задачи на этих экзаменах были примерно такие же, как и в сборниках для поступающих. Так что даже особенно думать над их решением не пришлось. В итоге было 13 баллов. У большинства поступивших было 12 баллов. Вообще-то система экзаменов не гарантирует, что сильный абитуриент обязательно поступит. Во время экзамена абитуриент может быть и «не в форме». Во Франции в университет на первый курс берут много студентов, но их отсеивают на первом курсе, что называется «первый год отсева».
За несколько лет до поступления в МГУ я прочитал интересную статистику: на письменном экзамене на мехмат МГУ процент двоек среди медалистов был примерно таким же, как и для всех абитуриентов. То есть в математике те ученики, которые уделяли много внимания всем предметам, в среднем были не сильнее других абитуриентов. Уровень требований у разных учителей был разным, и вполне возможно, что какой-то троечник из одной школы знал предмет не хуже отличника в другой школе.
В год моего поступления в МГУ (1970) был взят курс на то, что университет для всего СССР, а не только для Москвы. Поэтому при одинаковом количестве баллов предпочтение отдавалось иногородним. Среди поступивших москвичей было около 20%. Такая система предпочтений долго не продержалась, так как нужно было большое число мест в общежитиях, а выпускники в первую очередь требовались Москве и области. При поступлении преимущества имели рабфаковцы, которые поступал не сразу после школы, а имели рабочий стаж.
С первого по четвертый курс осенью мы каждый год выезжали на 1-2 недели собирать картошку. Вообще-то полагалось ездить только один раз за все время обучения. Однако другие курсы за пару недель не успевали собрать картошку, и им на смену снимали наш курс. Нас же курс в положенный нам приезд всю картошку собрал, и не пришлось за нами снимать другой курс. В советские времена поездки «на картошку», овощебазы и другие сельскохозяйственные работы были регулярными не только для студентов, но и для научных работников. Зачем на местах нужно было думать о правильной организации работ и механизации, когда всегда можно было получить даровую рабочую силу в любом количестве.
Школы № 656 и № 352 были расформированы вскоре после того, как я их закончил, и сейчас в их зданиях находятся другие организации. От учебы в школе впечатления остались в основном об одноклассниках. Большинство знаний, полученных в школе, кроме математики и английского языка особенно в жизни мне не пригодились. Вообще, по-моему, если школьник или студент сам хочет учиться (и его не надо каждый день контролировать), то гораздо удобнее получать знания, читая учебник, чем посещать уроки. Другое дело, что если многих не заставлять ходить в школу, то они вообще не будут приобретать новые знания, а только будут бездельничать. Для таких учеников ежедневные уроки в школе нужны. В первую очередь, по-моему, посещение занятий нужно тем, кто не хочет учиться или сам не может приучить себя к регулярным занятиям. Если человек сам заинтересован в получении знаний, то он может сам прочитать необходимую информацию, особенно в век интернета. Конечно, полезно, чтобы кто-то кратко советовал, что именно лучше прочесть. В спортивные игры тоже один не поиграешь, но вышел во двор и присоединяйся к играм. Я как-то читал воспоминания какого-то спортсмена, учившегося в МВТУ. Из-за постоянных спортивных сборов он часто пропускал занятия. Другой студент из их группы пропускал занятия потому, что увлекался девочками. Из их группы докторские диссертации защитили только эти два «прогульщика».
Все ученики разные. Поэтому в школе совсем не нужно всех учить по одинаковой программе. В одних классах школьники могут специализироваться на гуманитарных науках, в других классах – на естественных науках. Однокласснику Михаилу Скроману хорошо давались гуманитарные науки, а с математикой и физикой у него были проблемы. Скроман рассказывал, что контрольные по этим предметам ему удавалось сдавать только потому, что одноклассник, сидевший перед ним, (Михаил Николаев) писал свои ответы под копирку и незаметно передавал второй экземпляр Скроману. Учительница не могла понять почему Скроман у доски ответить не может, а контрольные пишет достаточно успешно. Михаил Скроман стал успешным военным переводчиком с арабского языка и полковником. Ну за чем ему были нужны хорошие знания по математике и физике? Школьникам стоит уделять больше внимания тем предметам, которые им пригодятся для поступления в университет, да и просто в жизни. У каждого своя жизнь. Полезно участвовать в олимпиадах. Известная древняя истина: «Ученик - это не сосуд, который надо наполнить, а факел, который надо зажечь». У разных школьников желание трудиться и способности разные. Одни не могут и не хотят одолеть обычную школьную программу, другие по ряду предметом стремятся знать гораздо больше этой программы. Когда учитель ориентируется на слабых учеников, то сильным скучно на уроках. Я приветствую то, что в разных классах ученики могут учиться по разным программам. По мнению Уистона Черчилля, «Школа не имеет ничего общего с образованием. Это институт контроля, где детям прививают основные навыки общежития». Блогеры неоднократно отмечали, что когда смотришь на заработки певцов и спортсменов, то понимаешь, что главные предметы в школе – это пение и физкультура. Президент Российской академии наук (РАН) Геннадий Красников считает: «Моя точка зрения, что и десять лет достаточно для школьного образования, но всё зависит от того, какую мы задачу ставим перед выпускниками» (https://iz.ru/2071915/glava-ran-dopustil-dostatochnost-desiatiletnego-shkolnogo-obrazovaniia-izi).
Большинство одноклассников пришли в девятый класс 352-й школы из разных школ и поддерживали связи с предыдущими одноклассниками. После окончания школы мы долго классом не встречались. Только в возрасте за 50 лет нас собрал Михаил Силохин. Мы регулярно встречались, пока ковид не выбил нас из регулярных встреч. На ватсапе (потом перешли на Телеграм) для каждого из классов в 35 и 352 школах у нас были сайты для переписки внутри класса. В 2026 г. в английском классе перешли на МАХ, но мат. класс предпочел остаться в Телеграме через ВПН.
Интересен опыт обучения детей семьи Тепляковых. В марте 2026 года газета Комсомольская правда (https://www.kp.ru/daily/27765.4/5223394/) писала: «У Евгения и Наталии Тепляковых девятеро детишек-погодков: Алиса, Хеймдаль, Лейя, Терра, Айлунг, Фейлунг, Тесей, Сулейман и Альрик Финист Орион. Ни в сад, ни в школу дети не ходят, а образовательную программу с пеленок осваивают дома по папиной ускоренной методике. С ними занимаются родители, организовав семейный детский сад (есть такая форма соцподдержки многодетных семей). Папа - выпускник МГУ, мама - финансового университета». Евгений Тепляков считает, что «развозить учебу на 11 лет в школе и потом еще просиживать 5-6 лет в вузе - пустая трата времени». Сначала эта семья жила в однокомнатной квартире (30 квадратных метров), потом снимала трехкомнатную квартиру. Недавно семье выделили деньги (28.8 миллиона рублей) на покупку квартиры. О самой покупке квартиры я не читал. Обязательное условие: объект недвижимости должен иметь площадь не менее 80 квадратных метров. Цены на жилье в Москве астрономические. «Доходы семьи, о которых известно, - папина зарплату воспитателя СДС в 70 тысяч, детские пособия, маткапитал.» Часть денег уходила на платное обучение детей в вузах. Старшая дочь Тепляковых Алиса в 2021-м сдала ЕГЭ в возрасте 8 лет. В начале 2026 года 13-летняя Алиса Теплякова защитила диплом педагога-психолога в РГГУ (Российский государственный гуманитарный университет). В Комсомолке отмечалось, что трое старших детей уже студенты, а 2025 году сдавала ЕГЭ 8-летняя Терра, но поступила только в колледж.
Учеба на механико-математическом факультете
Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова
После окончания школы я отнес документы на поступление в МИФИ (Московский инженерно-физический институт) на энергетический факультет. Экзамены и МГУ, Физтехе и МИФИ были раньше, чем в других вузах. Абитуриенты, не попавшие в эти вузы, могли сдавать экзамены в другие вузы. В МИФИ до экзаменов была медицинская комиссия. Я ее не прошел. Мне сказали: «У тебя плоскостопие, а у нас военная кафедра». Хотя я тогда увлекался туризмом и мог проходить пеший маршрут лучше большинства сверстников. Что за военных суперменов готовили в МИФИ я не знаю. Позже на военной кафедре на мехмате моим здоровьем никто не интересовался, и я стал лейтенантом запаса. На проблемы с плоскостопием я сам никогда в жизни не жаловался. Годом ранее мой двоюродный брат Сергей Тихомиров принес документы в другой вуз (по-моему, в московский авиационный или Бауманский институт). В его медицинской справке было написано, что его один глаз плохо видит. К экзаменам его не допустили. Сергей Тихомиров вернулся в свой город Череповец, достал там другую медицинскую справку и с ней поступил в Ленинградский политехнический институт. Там он стал специалистом по турбинам и лейтенантом. После окончания института Тихомиров два года успешно отслужил в ракетных войсках, обслуживая ракетные шахты и имея каких-то военных подчиненных. Это еще один пример того, что в советские времена, если кто-то решит, что твое здоровье может не позволить тебе успешно служить в армии, то при поступлении в гражданский вуз тебя даже до экзаменов не допустят. Главной целью многих гражданских советских вузов была подготовка офицеров запаса, а не специалистов для промышленности.
Прямо из МИФИ я повез документы в МГУ. По пути я думал, на какой факультет МГУ подавать документы. Выбор был из физфака, мехмата и нового факультета вычислительной математики и кибернетики. Мехмат (механико-математический факультет) был немного дальше от метро, и, размышляя о выборе, я дошел до мехмата и подал документы на отделение механики.
При подготовке к экзаменам по математике и физике я кроме занятий в школе хорошо изучил несколько пособий для поступающих в вузы (в МГУ и Физтех), которые покупал в букинистических отделах книжных магазинов. Благодаря этим пособиям я был хорошо натаскан на решение типичных задач. Для подготовки к экзаменам такая самостоятельная подготовка, может быть, была более эффективной, чем даже занятия в физмат классе. Читаю в газетах, как родители тратят большие деньги на репетиторов. Я и школьником считал, что репетиторы и всякие подготовительные курсы не нужны. В букинистическом магазине я купил несколько пособий для поступающих в вузы и аккуратно их прочитал, в том числе и про типичные задачи. Если ездить на подготовительные курсы, то нужно было бы тратить время на дорогу, а там иногда слушать то, что тебе и не нужно (что ты и так уже знаешь). Учиться самостоятельно, с книжками эффективнее. Я бы и лекции в университетах самостоятельным чтением книжек заменил.
Родители давали деньги на перекусы в школе, но я там в буфете ни разу не был. Покупал книги и очень редко пирожок у метро за 5 копеек. Уже после завершения основных занятий в школе в период подготовки к экзаменам был открытый день в МИФИ. Там продавали небольшую книжечку с задачами для поступающих в МИФИ. Она стоила копеек 40-50, но этих денег у меня не оказалось. В этот период я в школу на целый день не ездил (основные занятия закончились), и на перекусы мне деньги не выдавали, запасов денег у меня не было, а сам я денег не просил.
Большинство абитуриентов, поступавших на механико-математический факультет Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, отсеивались на письменном экзамене. Во время экзамена я решил все задачи. Думал, что могут придраться только к чему-то (какой-то неаккуратности) к решению последней сложной задачи по стереометрии, а к остальным задачам вроде придраться было невозможно. Получив тройку, пошел на апелляцию. Экзаменатор поставил неуды к первым простым задачам на преобразования формул. Я задал вопрос на апелляции, почему неуды, ведь все ответы верные. Сотрудник ответил, что видимо было мало промежуточных преобразований и слишком быстро был получен правильный ответ. Он сказал, что мол все равно поступишь, и я не стал тогда связываться с приемной комиссией. За последнюю стереометрическую задачу экзаменатор поставил плюс. Если проверяющий подозревал, что простенькие задачи я у кого-то списал, то как он мог объяснить, что я решил все более сложные задачи. Ведь списать их решения мне просто было бы не у кого. Все задачи были решены правильно, но получил я тройку. Данный случай показывает, что система приема письменных экзаменов на мехмате могла отсеивать сильных абитуриентов. Нужно было, чтобы письменные экзамены принимал бы не один человек, а основного проверяющего кто-нибудь контролировал бы. Если бы я не решил и последнюю стереометрическую задачу, то может получил бы и двойку (хотя все задачи у меня были решены правильно). Я бы на апелляции такую двойку опротестовал бы. Однако мог бы найтись абитуриент, который решив все задачи кроме последней не пошел бы на апелляцию двойки, хотя ему должны были бы поставить четверку. Такого сильного абитуриента на мехмат бы не приняли, хотя большинство поступивших получили на письменном экзамене тройку.
Вроде пятерку за письменный экзамен на отделении механики получил вообще один абитуриент. Им был Рустем Айдагулов из Башкирской глубинки. Оценка за сочинение в сумме балов не учитывалась. Нужно было получить не двойку. Рустем рассказывал, что уже когда он работал в МГУ, ему показали его сочинение. Оно было все покрыто замечаниями проверяющего. От мехмата попросили тех, кто проверял сочинение, в ведомости поставить положительную оценку. Иначе бы мехмат лишился отличного абитуриента. Рустем работает в МГУ и собирает каждый год выпускников нашего мехматовского курса. В 2025 г. мы отпраздновали 50-летие окончания курса, причем наш однокурсник Виктор Гурджиев профинансировал эту встречу, включая обед в ресторане. Устные экзамены по математике и физике я без проблем сдал на пятерки. Задачи на этих экзаменах были примерно такие же, как и в сборниках для поступающих. Так что даже особенно думать над их решением не пришлось. В итоге было 13 баллов. У большинства поступивших было 12 баллов. Вообще-то система экзаменов не гарантирует, что сильный абитуриент обязательно поступит. Во время экзамена абитуриент может быть и «не в форме». Во Франции в университет на первый курс берут много студентов, но их отсеивают на первом курсе, что называется «первый год отсева».
За несколько лет до поступления в МГУ я прочитал интересную статистику: на письменном экзамене на мехмат МГУ процент двоек среди медалистов был примерно таким же, как и для всех абитуриентов. То есть в математике те ученики, которые уделяли много внимания всем предметам, в среднем были не сильнее других абитуриентов. Уровень требований у разных учителей был разным, и вполне возможно, что какой-то троечник из одной школы знал предмет не хуже отличника в другой школе.
В год моего поступления в МГУ (1970) был взят курс на то, что университет для всего СССР, а не только для Москвы. Поэтому при одинаковом количестве баллов предпочтение отдавалось иногородним. Среди поступивших москвичей было около 20%. Такая система предпочтений долго не продержалась, так как нужно было большое число мест в общежитиях, а выпускники в первую очередь требовались Москве и области. При поступлении преимущества имели рабфаковцы, которые поступал не сразу после школы, а имели рабочий стаж.
С первого по четвертый курс осенью мы каждый год выезжали на 1-2 недели собирать картошку. Вообще-то полагалось ездить только один раз за все время обучения. Однако другие курсы за пару недель не успевали собрать картошку, и им на смену снимали наш курс. Нас же курс в положенный нам приезд всю картошку собрал, и не пришлось за нами снимать другой курс. В советские времена поездки «на картошку», овощебазы и другие сельскохозяйственные работы были регулярными не только для студентов, но и для научных работников. Зачем на местах нужно было думать о правильной организации работ и механизации, когда всегда можно было получить даровую рабочую силу в любом количестве.
