Запах жареных голубей расплывался над островом, щекоча ноздри и вызывая у неё стойкое чувство отвращения. Отовсюду был слышны смех ангелов и возбуждённые голоса, но Нате совсем не хотелось сейчас находиться среди них. От шума болела голова, а от дыма мангалов и костров к горлу подступала тошнота.
Дойдя до берега, она подошла к кромке воды и, скинув туфли, коснулась её мыском ноги. Вода оказалась непривычно холодной из-за подводного течения. Поёжившись, Натаниэль развернулась и зашагала обратно по тропе в сторону тента. Блики многочисленных костров тускло освещали узкую дорожку между прибрежных валунов, иногда пряча её в густые тени. Пройдя половину пути, Ната вдруг почувствовала сильный спазм внизу живота. Дыхание перехватило, и от резкой боли потемнело в глазах. Проглотив застрявший в горле крик, Ната согнулась пополам и рухнула на колени. Что-то резко растянулось в животе и ударило изнутри, заставляя её завизжать и упасть на бок в густой ковёр травы. Приступ длился секунды, но едва он ослаб, как тело пронзила совсем другая боль, от которой у Наты судорогой свело руки и ноги. Эта боль исходила не изнутри, а снаружи, изливаясь от живота и охватывая всё тело жесточайшим огнём. Ната корчилась и тряслась, хватая ртом воздух, словно вытащенная из морской глубины рыба.
Когда возле неё оказался Тадиэль, Ната уже не могла различить его лица. Сознание уплывало, глаза застилала кровавая пелена. Боль охватила всё тело, парализуя конечности и все мышцы одна за другой.
— Что с ней?! — уже теряя сознание, Ната услышала полный тревоги голос Сандала. — Это роды, Тадиэль?
— Не знаю!.. Нужно срочно возвращаться!.. Пусть Беллор летит и предупредит Армисаэля!.. — голоса отдалялись, становились едва различимы и вскоре пропали совсем, уступив место полной тишине, и растворившись в забытьи.
* * *
— Быстрей! Кладите её сюда! — Армисаэль указал на стол в операционной, надевая перчатки и помогая ангелам привязывать Натаниэль. — Давно началось?
— Минут двадцать уже, — Тадиэль подложил под голову Наты свёрнутую простынь и принялся помогать Сандалу снимать с неё одежду. — Я увидел, как она упала, и сразу подбежал. Но что-то не так, док.
— Я вижу, — буркнул Армисаэль, быстро осматривая тёмные пятна, проступившие на коже Наты. Потом оттянул ей веки и, проверив зрачки, помрачнел. — Не могу понять… Схватки начались, но прекратились, словно её парализовало… Но ведь для этого нет никаких прич… — он не договорил, потому что в этот момент его взгляд упал на живот пациентки. — Что это?! — подскочил доктор, указав на две чуть заметные ранки возле пупка. — Откуда это, Сандал?!
— Не знаю, — тот побледнел, уставившись на всё ещё кровоточащие ранки. — Этого не было раньше!
— Тадиэль, быстро разыщи Офаниэля! Притащи его сюда, немедленно! — скомандовал Падший, хватая скальпель и делая небольшой надрез возле ранок. Кровь проступила и тут же свернулась, заблестев на коже перламутровым шлейфом. — Люцифер тебя побери! — вырвалось у Армисаэля, и он в ярости швырнул скальпель на поднос. — Быть не может!!! — он вновь склонился над Натаниэль, пытаясь услышать её дыхание, которое становилось всё тише.
— Что происходит?! — рявкнул Серафим больше не в силах выносить неизвестность.
— Она умирает, Сандал! — взгляд доктора стал почти безумным. — Я не могу помочь, тут нужен Офаниэль! Держи её душу, сколько сможешь, пока он не придёт!
Дважды повторять не пришлось. Крылья Серафима с шумом развернулись, и золотые молнии, соскользнув с блестящих чёрных перьев, опутали тело Натаниэль. Та вздрогнула и порывисто вздохнув, слабо застонала.
Тут дверь операционной стремительно распахнулась, и туда влетели Тадиэль и высокий ангел с жёлто-зелёными глазами. Не тратя времени Офаниэль приблизился к Нате и, бегло осмотрев её кожу, остановил немигающий взгляд на двух крохотных ранках на животе.
Прикоснувшись к ним кончиками пальцев, Змеиный ангел на несколько секунд закрыл глаза. После чего поднёс пальцы к губам и слизнул с них кровь.
— Это не змея, Армисаэль, — наконец, произнёс он тихим шёпотом. — Простые змеи не трогают ангелов.
— Тогда что это, Офаниэль?
— Я видел такое лишь однажды, — указав на тёмные пятна на коже Наты, прошипел Падший. — Когда укусили Касиэру… Это — Нигар — Адский Жнец! Он один способен пробираться на Землю без приглашения и, обернувшись змеёй, утаскивать души. Его укус смертелен для Падшего, и странно, что эта самка ещё жива!
— Ты можешь хоть что-нибудь сделать?
— Немного, — Офаниэль качнул головой. — Если Нигар забрал её душу…
— Её душа здесь, — перебил Сандал, с надеждой взглянув на ангела. — Я не отпущу её! Пожалуйста, Офаниэль, помоги!!!
— Поздно, Сандал! — прервал их глухой голос доктора. — Натаниэль умерла…
— Это мы ещё посмотрим! — внезапно зарычал Тадиэль и, рванув манжету рукава, схватил с подноса скальпель и резанул им по своему запястью. Кровь брызнула во все стороны. Ангел Жертвы обмакнул в неё пальцы и, что-то тихо шепча, стал рисовать символы на женском теле. Тем временем, Офаниэль, оттолкнув доктора, припал губами к ранкам на животе Натаниэль и, прокусив кожу, начал высасывать из неё яд. Покончив с этим, Змеиный ангел положил обе ладони на живот Наты и тоже что-то зашептал. Все увидели, как кожа под его руками зашевелилась и под ней в разные стороны поползли маленькие змейки. Каждая из них доползала до чёрного пятна и, свернувшись кольцом, начинала стремительное вращение. Проходило несколько секунд, и такое пятно бледнело и исчезало, а змейка, прокусив крохотную дырочку в коже, выползала наружу и тут же умирала в судорожных конвульсиях.
Как только пропало последнее чёрное пятно, Офаниэль резко убрал с живота Наты руки и, сложив ладони, как в молитве, низко пропел: Potentia Anguis in aeternum! Власть Аспида навеки! Eam ut eius sponsa! Возьми её как свою невесту! Reducam sicut sponsam Generis! Верни как невесту Рода! Etiam valebit, tenebrae super abyssum! Да восторжествует Тьма над бездной! — глаза ангела наполнились непроглядной чернотой, зрачки сузились, став мёртвыми и неподвижными. Из его сложенных ладоней выполз Аспид и, упав Натаниэль на живот, извиваясь, пополз к её лону, окрашивая разноцветные кольца своей кожи в кроваво-алый оттенок.
Тадиэль замер, наблюдая за змеёй и одновременно за Офаниэлем, который почти не дышал. Аспид остановился и, высунув раздвоенный язык, зашипел.
— Adepto vestri! Забери своё! — скомандовал Змеиный ангел, и его зрачки раскалились безжалостным зелёным огнём. — Age! Давай же!
Аспид помедлил, но всё же нанёс удар, вонзив свои зубы в бледную плоть. Тело Натаниэль дёрнулось, и из её горла вырвался хрип. Офаниэль тут же схватил змея, и тот исчез у него в ладонях. Тадиэль, словно очнувшись, взял скальпель и чуть надрезал кожу Наты в районе солнечного сплетения. Кровь хлынула из раны и алым ручейком потекла по груди.
Натаниэль задышала и заметалась в путах. Через минуту операционную огласил её крик, и она открыла глаза.
— Всё, отпусти её, Сандал! — приказал Тадиэль, за руку оттаскивая полумёртвого от потрясения Серафима от Натаниэль. — Нам здесь больше нечего делать. Пусть Армисаэль поработает!
— Перья вам в глотки! — вырвалось у доктора то ли с восхищением, то ли с ужасом. — Катитесь отсюда! Меня из-за вас трясёт всего! — и, отвернувшись от ангелов, Армисаэль вернулся к пациентке. — Позовите Ирона, пусть побудет здесь на всякий случай. И не возвращайтесь, пока не разрешу! Девочке и так придётся непросто…
Подождав, пока Падшие скроются в дверях, Армисаэль перевёл дыхание и склонился над Натой, которая стонала, прикусывая губы от боли.
— Всё хорошо, милая, — тихо шепнул доктор, погладив её по голове. — Приготовься. Тебе понадобятся силы, чтобы родить. Постарайся дышать глубоко, ладно?.. Скоро начнётся… — он отошёл от стола и начал готовить инструменты. В это время в операционную вошёл Ирон, которого Сандал прислал вместо Миэла.
— Ты велел мне прийти? — спросил он негромко, бросив на окровавленную Натаниэль любопытный взгляд.
— Да, надень перчатки и халат — будешь помогать, — кивнул Армисаэль, проверяя у Наты пульс. — Минут через десять начнётся.
— Что-то она очень бледная, — заметил Младший, обтирая со лба Натаниэль проступившие капельки пота. — Сил-то у неё хватит?
— Зародыш один, так что будем надеяться… Ты к каким ангелам относишься, Ирон? — как бы, между прочим, поинтересовался доктор.
— Я, как и ты — Ангел Родов, — тот улыбнулся. — И, если ты не возражаешь, я бы хотел научиться у тебя всему. Мне это дело нравится, да и деревня у вас хорошая. Хочу здесь остаться.
— Что ж, против толкового помощника я не возражаю, — помедлив, Армисаэль кивнул. — Если быстро всему научишься — возьму в штат.
— Я постараюсь, — Ирон опять улыбнулся, поправляя простынь под изголовьем Наты. Его карие, чуть раскосые глаза смотрели серьёзно и сосредоточенно, но при этом казались непривычно добрыми и какими-то тёплыми. Тёмные, почти чёрные волосы, были аккуратно убраны под медицинскую шапочку, отчего он выглядел настоящим врачом. Странно, но Ирон был, наверное, первым помощником, который не раздражал Армисаэля. Напротив, его присутствие успокаивало и вызывало невольное уважение.
— Приготовились! — прервав поток своих мыслей и заметив изменения в состоянии пациентки, скомандовал Армисаэль.
— Не дёргайся! — Тадиэль решительно схватил Сандала за локоть, когда тот в очередной раз попытался прорваться в операционную. — Армисаэль знает своё дело. Если бы что-то шло не так, он бы уже позвал.
— Но прошёл уже час, Тадиэль! — Серафим сходил с ума, слушая под дверью крики Наты. — Почему так долго?!
— А ты думал, что всё быстро будет? — ангел усмехнулся. — Это только после церемонии всё по расписанию, а когда малыш один, он не очень торопится.
— Не волнуйся, скоро закончится, — Офаниэль вздохнул, скучающе посмотрев на циферблат больших круглых часов, висевших в холле на стене. — Главное, что твоя девочка и ваш ребёнок теперь в порядке. Родит — беременной не останется.
— Что же всё-таки случилось, вы можете мне объяснить? — пытаясь отвлечься, спросил Сандал. — Ты сказал, что это не змея, Офаниэль. Что Нату укусил Нигар, и что она должна быть мертва…
— Нигар появляется на Земле только с одной целью — забрать чью-то душу, — тут же помрачнев, прошипел Змеиный ангел. — У него это почти получилось, но мы помешали.
— Странно, что душа Натаниэль осталась на месте, — задумчиво кивнул Тадиэль. — Офаниэль прав: яд Адского Жнеца убивает сразу, но Нате удалось продержаться почти полчаса. Пока она была жива — душа оставалась в теле. Потом Сандал удерживал её, а ты нейтрализовал яд.
— Не знаю, как вас благодарить, — Серафима до сих пор всего трясло. — Если бы не вы — я потерял бы и Нату, и ребёнка.
— Если тебе и надо кого-то благодарить, правитель, так это Офаниэля, — ангел Жертвы лукаво прищурился. — Ведь насколько я понял, он не только избавил Нату от яда, но и перевёл её из Бесправных в статус настоящих Падших. Так что теперь твой ребёнок не будет Меченым. Он родится вполне законно.
— То есть? — Сандал даже опешил, — Ты хочешь сказать, что Офаниэль провёл обряд Посвящения?!.. Это правда?..
— Так было больше шансов её спасти, — буркнул Змеиный ангел, хмуро кивнув. — Обычно я не провожу подобного обряда без подготовки, но мои змейки не стали бы спасать бесправную самку. Моя магия действует только на Истинных Падших, правитель. Мне пришлось заставить Аспида подчиниться, а он этого не любит.
— Как мне тебя отблагодарить, Офаниэль? — глаза Сандала вспыхнули признательностью, — Ты спас не только Нату и сына, но и меня! Скажи, чего ты хочешь?
— Я хочу принять участие в подготовке и Церемонии с твоей самкой, Сандал, — невозмутимо протянул ангел. — И я хочу быть первым, кто к ней прикоснётся.
Сандал застыл. Лицо его побледнело, а в глазах вспыхнула неосознанная ярость. Однако это не испугало Офаниэля. Он продолжал невозмутимо и холодно смотреть на правителя.
— Держи своё слово, Серафим, — заметив его настроение, тихо шепнул Тадиэль. — Офаниэль просит законную награду.
— И он её получит, — проглотив ярость, Сандал всё же совладал с эмоциями и заставил себя кивнуть. — Я не люблю быть в долгу.
— Спасибо, правитель, — Змеиный ангел спокойно наклонил голову и перевёл немигающий взгляд на Тадиэля. Тот так же согласно кивнул.
— Я приглашу тебя на подготовку, — заверил ангел Жертвы, соглашаясь с Серафимом.
Офаниэль ещё раз наклонил голову, затем развернулся и бесшумно исчез в тёмном проёме коридора больницы.
— Ты вытащил Нату из лап смерти, Тадиэль, — помолчав, обратился Сандал к Падшему. — И тоже заслуживаешь награды… Можешь попросить меня, о чём хочешь.
— Сейчас мне не о чем просить тебя, правитель. Может, в другой раз?
— Хорошо, — тот кивнул, вновь прислушиваясь к звукам, доносившимся из операционной. — И всё-таки долго, — пробормотал он, но тут двери операционной распахнулись и появился Ирон.
— Заходите, — улыбнулся он, кивнув Падшим.
Первым внутрь влетел Сандал и тут же увидел Натаниэль, державшую на руках маленький, укутанный в простынку комочек. Она полулежала на металлическом столе. Лицо у неё было бледным, измученным, но счастливым.
— У нас сын, Сандал! — улыбнулась она, глядя, как тот, спотыкаясь, приближается к ней. — Армисаэль разрешил подержать его немного.
— Пять минут, Сандал, пока я переоденусь, — строго предупредил доктор, беря из шкафа чистую одежду. — Ребёнка нужно помыть, а Нате необходим покой! Придёшь завтра в палату и принесёшь вещи ей и малышу. И ещё ему нужна хорошая кормилица — это твоя забота, Тадиэль.
— Спасибо, док, — вместо ответа поблагодарил Тадиэль, заглядывая через плечо Сандалу, который уже взял сына на руки и теперь восхищённо его рассматривал. — Ух, какой серьёзный, — хмыкнул ангел, глядя, как малыш, надув губки, щурится от яркого света ламп. — И какой красавчик.
— У него нет никаких меток на лице, Сандал, — взволнованно сообщила Натаниэль.
— Конечно, нет, — тот улыбнулся. — Он ведь Истинный Падший! — и заметив недоумение в глазах возлюбленной, поцеловал её и прошептал: — Я потом всё объясню. Сейчас важно только одно: вы оба в порядке!..
* * *
— Как Ната, Армисаэль? — Сандал появился на пороге больницы на следующий день, едва взошло солнце. — Она долго ещё будет оставаться у тебя?
— Всё будет зависеть от её состояния, — доктор был предельно серьёзен. — Пока я не вижу особых проблем, Сандал, но последствия воздействия яда могут оказаться неожиданными. Натаниэль лучше остаться здесь на пару недель, пока я не буду уверен, что с ней всё хорошо. Сына ты можешь забрать уже сегодня.
— Он не пострадал?
— Нет. Остановка сердца у матери была кратковременной и никак не повлияла на плод. Мальчик здоров. Хороший уход и питание быстро сгладят все негативные последствия. Пока Тадиэль найдёт кормилицу, попроси Беллора, чтобы тот забрал у Эвии сцеженное молоко. Твоему сыну сейчас много не надо, так что её молока вполне хватит на двоих… Кстати, как мальчика назовёшь, уже решил?
— Мне нравится имя — Арий.
— Звучит неплохо, — доктор задумчиво кивнул. — Ты вещи для него принёс?
— Нет. Сейчас поеду в город, и всё куплю, а вечером приду за ребёнком. Ты уже определил его характеристики?
Дойдя до берега, она подошла к кромке воды и, скинув туфли, коснулась её мыском ноги. Вода оказалась непривычно холодной из-за подводного течения. Поёжившись, Натаниэль развернулась и зашагала обратно по тропе в сторону тента. Блики многочисленных костров тускло освещали узкую дорожку между прибрежных валунов, иногда пряча её в густые тени. Пройдя половину пути, Ната вдруг почувствовала сильный спазм внизу живота. Дыхание перехватило, и от резкой боли потемнело в глазах. Проглотив застрявший в горле крик, Ната согнулась пополам и рухнула на колени. Что-то резко растянулось в животе и ударило изнутри, заставляя её завизжать и упасть на бок в густой ковёр травы. Приступ длился секунды, но едва он ослаб, как тело пронзила совсем другая боль, от которой у Наты судорогой свело руки и ноги. Эта боль исходила не изнутри, а снаружи, изливаясь от живота и охватывая всё тело жесточайшим огнём. Ната корчилась и тряслась, хватая ртом воздух, словно вытащенная из морской глубины рыба.
Когда возле неё оказался Тадиэль, Ната уже не могла различить его лица. Сознание уплывало, глаза застилала кровавая пелена. Боль охватила всё тело, парализуя конечности и все мышцы одна за другой.
— Что с ней?! — уже теряя сознание, Ната услышала полный тревоги голос Сандала. — Это роды, Тадиэль?
— Не знаю!.. Нужно срочно возвращаться!.. Пусть Беллор летит и предупредит Армисаэля!.. — голоса отдалялись, становились едва различимы и вскоре пропали совсем, уступив место полной тишине, и растворившись в забытьи.
* * *
— Быстрей! Кладите её сюда! — Армисаэль указал на стол в операционной, надевая перчатки и помогая ангелам привязывать Натаниэль. — Давно началось?
— Минут двадцать уже, — Тадиэль подложил под голову Наты свёрнутую простынь и принялся помогать Сандалу снимать с неё одежду. — Я увидел, как она упала, и сразу подбежал. Но что-то не так, док.
— Я вижу, — буркнул Армисаэль, быстро осматривая тёмные пятна, проступившие на коже Наты. Потом оттянул ей веки и, проверив зрачки, помрачнел. — Не могу понять… Схватки начались, но прекратились, словно её парализовало… Но ведь для этого нет никаких прич… — он не договорил, потому что в этот момент его взгляд упал на живот пациентки. — Что это?! — подскочил доктор, указав на две чуть заметные ранки возле пупка. — Откуда это, Сандал?!
— Не знаю, — тот побледнел, уставившись на всё ещё кровоточащие ранки. — Этого не было раньше!
— Тадиэль, быстро разыщи Офаниэля! Притащи его сюда, немедленно! — скомандовал Падший, хватая скальпель и делая небольшой надрез возле ранок. Кровь проступила и тут же свернулась, заблестев на коже перламутровым шлейфом. — Люцифер тебя побери! — вырвалось у Армисаэля, и он в ярости швырнул скальпель на поднос. — Быть не может!!! — он вновь склонился над Натаниэль, пытаясь услышать её дыхание, которое становилось всё тише.
— Что происходит?! — рявкнул Серафим больше не в силах выносить неизвестность.
— Она умирает, Сандал! — взгляд доктора стал почти безумным. — Я не могу помочь, тут нужен Офаниэль! Держи её душу, сколько сможешь, пока он не придёт!
Дважды повторять не пришлось. Крылья Серафима с шумом развернулись, и золотые молнии, соскользнув с блестящих чёрных перьев, опутали тело Натаниэль. Та вздрогнула и порывисто вздохнув, слабо застонала.
Тут дверь операционной стремительно распахнулась, и туда влетели Тадиэль и высокий ангел с жёлто-зелёными глазами. Не тратя времени Офаниэль приблизился к Нате и, бегло осмотрев её кожу, остановил немигающий взгляд на двух крохотных ранках на животе.
Прикоснувшись к ним кончиками пальцев, Змеиный ангел на несколько секунд закрыл глаза. После чего поднёс пальцы к губам и слизнул с них кровь.
— Это не змея, Армисаэль, — наконец, произнёс он тихим шёпотом. — Простые змеи не трогают ангелов.
— Тогда что это, Офаниэль?
— Я видел такое лишь однажды, — указав на тёмные пятна на коже Наты, прошипел Падший. — Когда укусили Касиэру… Это — Нигар — Адский Жнец! Он один способен пробираться на Землю без приглашения и, обернувшись змеёй, утаскивать души. Его укус смертелен для Падшего, и странно, что эта самка ещё жива!
— Ты можешь хоть что-нибудь сделать?
— Немного, — Офаниэль качнул головой. — Если Нигар забрал её душу…
— Её душа здесь, — перебил Сандал, с надеждой взглянув на ангела. — Я не отпущу её! Пожалуйста, Офаниэль, помоги!!!
— Поздно, Сандал! — прервал их глухой голос доктора. — Натаниэль умерла…
— Это мы ещё посмотрим! — внезапно зарычал Тадиэль и, рванув манжету рукава, схватил с подноса скальпель и резанул им по своему запястью. Кровь брызнула во все стороны. Ангел Жертвы обмакнул в неё пальцы и, что-то тихо шепча, стал рисовать символы на женском теле. Тем временем, Офаниэль, оттолкнув доктора, припал губами к ранкам на животе Натаниэль и, прокусив кожу, начал высасывать из неё яд. Покончив с этим, Змеиный ангел положил обе ладони на живот Наты и тоже что-то зашептал. Все увидели, как кожа под его руками зашевелилась и под ней в разные стороны поползли маленькие змейки. Каждая из них доползала до чёрного пятна и, свернувшись кольцом, начинала стремительное вращение. Проходило несколько секунд, и такое пятно бледнело и исчезало, а змейка, прокусив крохотную дырочку в коже, выползала наружу и тут же умирала в судорожных конвульсиях.
Как только пропало последнее чёрное пятно, Офаниэль резко убрал с живота Наты руки и, сложив ладони, как в молитве, низко пропел: Potentia Anguis in aeternum! Власть Аспида навеки! Eam ut eius sponsa! Возьми её как свою невесту! Reducam sicut sponsam Generis! Верни как невесту Рода! Etiam valebit, tenebrae super abyssum! Да восторжествует Тьма над бездной! — глаза ангела наполнились непроглядной чернотой, зрачки сузились, став мёртвыми и неподвижными. Из его сложенных ладоней выполз Аспид и, упав Натаниэль на живот, извиваясь, пополз к её лону, окрашивая разноцветные кольца своей кожи в кроваво-алый оттенок.
Тадиэль замер, наблюдая за змеёй и одновременно за Офаниэлем, который почти не дышал. Аспид остановился и, высунув раздвоенный язык, зашипел.
— Adepto vestri! Забери своё! — скомандовал Змеиный ангел, и его зрачки раскалились безжалостным зелёным огнём. — Age! Давай же!
Аспид помедлил, но всё же нанёс удар, вонзив свои зубы в бледную плоть. Тело Натаниэль дёрнулось, и из её горла вырвался хрип. Офаниэль тут же схватил змея, и тот исчез у него в ладонях. Тадиэль, словно очнувшись, взял скальпель и чуть надрезал кожу Наты в районе солнечного сплетения. Кровь хлынула из раны и алым ручейком потекла по груди.
Натаниэль задышала и заметалась в путах. Через минуту операционную огласил её крик, и она открыла глаза.
— Всё, отпусти её, Сандал! — приказал Тадиэль, за руку оттаскивая полумёртвого от потрясения Серафима от Натаниэль. — Нам здесь больше нечего делать. Пусть Армисаэль поработает!
— Перья вам в глотки! — вырвалось у доктора то ли с восхищением, то ли с ужасом. — Катитесь отсюда! Меня из-за вас трясёт всего! — и, отвернувшись от ангелов, Армисаэль вернулся к пациентке. — Позовите Ирона, пусть побудет здесь на всякий случай. И не возвращайтесь, пока не разрешу! Девочке и так придётся непросто…
Подождав, пока Падшие скроются в дверях, Армисаэль перевёл дыхание и склонился над Натой, которая стонала, прикусывая губы от боли.
— Всё хорошо, милая, — тихо шепнул доктор, погладив её по голове. — Приготовься. Тебе понадобятся силы, чтобы родить. Постарайся дышать глубоко, ладно?.. Скоро начнётся… — он отошёл от стола и начал готовить инструменты. В это время в операционную вошёл Ирон, которого Сандал прислал вместо Миэла.
— Ты велел мне прийти? — спросил он негромко, бросив на окровавленную Натаниэль любопытный взгляд.
— Да, надень перчатки и халат — будешь помогать, — кивнул Армисаэль, проверяя у Наты пульс. — Минут через десять начнётся.
— Что-то она очень бледная, — заметил Младший, обтирая со лба Натаниэль проступившие капельки пота. — Сил-то у неё хватит?
— Зародыш один, так что будем надеяться… Ты к каким ангелам относишься, Ирон? — как бы, между прочим, поинтересовался доктор.
— Я, как и ты — Ангел Родов, — тот улыбнулся. — И, если ты не возражаешь, я бы хотел научиться у тебя всему. Мне это дело нравится, да и деревня у вас хорошая. Хочу здесь остаться.
— Что ж, против толкового помощника я не возражаю, — помедлив, Армисаэль кивнул. — Если быстро всему научишься — возьму в штат.
— Я постараюсь, — Ирон опять улыбнулся, поправляя простынь под изголовьем Наты. Его карие, чуть раскосые глаза смотрели серьёзно и сосредоточенно, но при этом казались непривычно добрыми и какими-то тёплыми. Тёмные, почти чёрные волосы, были аккуратно убраны под медицинскую шапочку, отчего он выглядел настоящим врачом. Странно, но Ирон был, наверное, первым помощником, который не раздражал Армисаэля. Напротив, его присутствие успокаивало и вызывало невольное уважение.
— Приготовились! — прервав поток своих мыслей и заметив изменения в состоянии пациентки, скомандовал Армисаэль.
Прода от 23.01.2025, 00:36
Глава 6. Роды
— Не дёргайся! — Тадиэль решительно схватил Сандала за локоть, когда тот в очередной раз попытался прорваться в операционную. — Армисаэль знает своё дело. Если бы что-то шло не так, он бы уже позвал.
— Но прошёл уже час, Тадиэль! — Серафим сходил с ума, слушая под дверью крики Наты. — Почему так долго?!
— А ты думал, что всё быстро будет? — ангел усмехнулся. — Это только после церемонии всё по расписанию, а когда малыш один, он не очень торопится.
— Не волнуйся, скоро закончится, — Офаниэль вздохнул, скучающе посмотрев на циферблат больших круглых часов, висевших в холле на стене. — Главное, что твоя девочка и ваш ребёнок теперь в порядке. Родит — беременной не останется.
— Что же всё-таки случилось, вы можете мне объяснить? — пытаясь отвлечься, спросил Сандал. — Ты сказал, что это не змея, Офаниэль. Что Нату укусил Нигар, и что она должна быть мертва…
— Нигар появляется на Земле только с одной целью — забрать чью-то душу, — тут же помрачнев, прошипел Змеиный ангел. — У него это почти получилось, но мы помешали.
— Странно, что душа Натаниэль осталась на месте, — задумчиво кивнул Тадиэль. — Офаниэль прав: яд Адского Жнеца убивает сразу, но Нате удалось продержаться почти полчаса. Пока она была жива — душа оставалась в теле. Потом Сандал удерживал её, а ты нейтрализовал яд.
— Не знаю, как вас благодарить, — Серафима до сих пор всего трясло. — Если бы не вы — я потерял бы и Нату, и ребёнка.
— Если тебе и надо кого-то благодарить, правитель, так это Офаниэля, — ангел Жертвы лукаво прищурился. — Ведь насколько я понял, он не только избавил Нату от яда, но и перевёл её из Бесправных в статус настоящих Падших. Так что теперь твой ребёнок не будет Меченым. Он родится вполне законно.
— То есть? — Сандал даже опешил, — Ты хочешь сказать, что Офаниэль провёл обряд Посвящения?!.. Это правда?..
— Так было больше шансов её спасти, — буркнул Змеиный ангел, хмуро кивнув. — Обычно я не провожу подобного обряда без подготовки, но мои змейки не стали бы спасать бесправную самку. Моя магия действует только на Истинных Падших, правитель. Мне пришлось заставить Аспида подчиниться, а он этого не любит.
— Как мне тебя отблагодарить, Офаниэль? — глаза Сандала вспыхнули признательностью, — Ты спас не только Нату и сына, но и меня! Скажи, чего ты хочешь?
— Я хочу принять участие в подготовке и Церемонии с твоей самкой, Сандал, — невозмутимо протянул ангел. — И я хочу быть первым, кто к ней прикоснётся.
Сандал застыл. Лицо его побледнело, а в глазах вспыхнула неосознанная ярость. Однако это не испугало Офаниэля. Он продолжал невозмутимо и холодно смотреть на правителя.
— Держи своё слово, Серафим, — заметив его настроение, тихо шепнул Тадиэль. — Офаниэль просит законную награду.
— И он её получит, — проглотив ярость, Сандал всё же совладал с эмоциями и заставил себя кивнуть. — Я не люблю быть в долгу.
— Спасибо, правитель, — Змеиный ангел спокойно наклонил голову и перевёл немигающий взгляд на Тадиэля. Тот так же согласно кивнул.
— Я приглашу тебя на подготовку, — заверил ангел Жертвы, соглашаясь с Серафимом.
Офаниэль ещё раз наклонил голову, затем развернулся и бесшумно исчез в тёмном проёме коридора больницы.
— Ты вытащил Нату из лап смерти, Тадиэль, — помолчав, обратился Сандал к Падшему. — И тоже заслуживаешь награды… Можешь попросить меня, о чём хочешь.
— Сейчас мне не о чем просить тебя, правитель. Может, в другой раз?
— Хорошо, — тот кивнул, вновь прислушиваясь к звукам, доносившимся из операционной. — И всё-таки долго, — пробормотал он, но тут двери операционной распахнулись и появился Ирон.
— Заходите, — улыбнулся он, кивнув Падшим.
Первым внутрь влетел Сандал и тут же увидел Натаниэль, державшую на руках маленький, укутанный в простынку комочек. Она полулежала на металлическом столе. Лицо у неё было бледным, измученным, но счастливым.
— У нас сын, Сандал! — улыбнулась она, глядя, как тот, спотыкаясь, приближается к ней. — Армисаэль разрешил подержать его немного.
— Пять минут, Сандал, пока я переоденусь, — строго предупредил доктор, беря из шкафа чистую одежду. — Ребёнка нужно помыть, а Нате необходим покой! Придёшь завтра в палату и принесёшь вещи ей и малышу. И ещё ему нужна хорошая кормилица — это твоя забота, Тадиэль.
— Спасибо, док, — вместо ответа поблагодарил Тадиэль, заглядывая через плечо Сандалу, который уже взял сына на руки и теперь восхищённо его рассматривал. — Ух, какой серьёзный, — хмыкнул ангел, глядя, как малыш, надув губки, щурится от яркого света ламп. — И какой красавчик.
— У него нет никаких меток на лице, Сандал, — взволнованно сообщила Натаниэль.
— Конечно, нет, — тот улыбнулся. — Он ведь Истинный Падший! — и заметив недоумение в глазах возлюбленной, поцеловал её и прошептал: — Я потом всё объясню. Сейчас важно только одно: вы оба в порядке!..
* * *
— Как Ната, Армисаэль? — Сандал появился на пороге больницы на следующий день, едва взошло солнце. — Она долго ещё будет оставаться у тебя?
— Всё будет зависеть от её состояния, — доктор был предельно серьёзен. — Пока я не вижу особых проблем, Сандал, но последствия воздействия яда могут оказаться неожиданными. Натаниэль лучше остаться здесь на пару недель, пока я не буду уверен, что с ней всё хорошо. Сына ты можешь забрать уже сегодня.
— Он не пострадал?
— Нет. Остановка сердца у матери была кратковременной и никак не повлияла на плод. Мальчик здоров. Хороший уход и питание быстро сгладят все негативные последствия. Пока Тадиэль найдёт кормилицу, попроси Беллора, чтобы тот забрал у Эвии сцеженное молоко. Твоему сыну сейчас много не надо, так что её молока вполне хватит на двоих… Кстати, как мальчика назовёшь, уже решил?
— Мне нравится имя — Арий.
— Звучит неплохо, — доктор задумчиво кивнул. — Ты вещи для него принёс?
— Нет. Сейчас поеду в город, и всё куплю, а вечером приду за ребёнком. Ты уже определил его характеристики?
