Армисаэль ответил не сразу. Несколько секунд он о чём-то размышлял, затем вздохнул и покачал головой.
— Мне не удалось выявить чётких характеристик, Сандал, — наконец, сказал он. — То ли твой сын относится к Младшим Ангелам, то ли его основная характеристика мне не знакома. Я советую тебе посмотреть самому как Серафиму. Или попросить Тадиэля разобраться с этим. В любом случае, свою работу я выполнил, а остальное не моя забота.
— Ладно, спасибо и на этом, — Сандал кивнул в ответ и направился в палату к Нате.
* * *
Солнце жарило вовсю. В разогретых оврагах оглушительно перекликались цикады, а в небе над деревней медленно собирались тяжёлые грозовые тучи.
Лайла сидела у окна во флигеле и не отрываясь смотрела на то, как горизонт окрашивается в чёрно-фиолетовые цвета. Под её окнами дежурили Падшие. И хотя она прекрасно понимала, почему её ни на миг не оставляют одну — это раздражало. Особенно бесил Беллор, который, оставив Аурику на других ангелов клана, постоянно торчал во дворе, бросая в сторону Лайлы настороженные хмурые взгляды. Было ясно, что Беллора прислали специально, потому что никто не мог сравниться с ним в скорости. И реши Лайла повторить свою преступную попытку улететь, он вернул бы её в два счёта.
Сейчас Беллор прогуливался под окном, и она чувствовала исходящую от него волну неприязни. Это задевало. Особенно на фоне того, что остальные ангелы вели себя вполне дружелюбно и не уставали выражать ей своё восхищение.
— Беллор! — окликнула Лайла, перехватив очередной взгляд, брошенный на неё.
— Что? — отозвался тот, нехотя повернувшись.
— Что ты здесь торчишь всё время? Я не собираюсь улетать, так что зайди перекуси что-нибудь. У меня есть тортик, хочешь?
Беллор даже не ответил. Просто отвернулся и уселся на скамейку, в тени деревьев, всем своим видом выражая равнодушное презрение.
Лайла закатила глаза и, фыркнув от досады, едва сдержалась, чтобы не швырнуть в него чем-нибудь. От этой мысли её отвлёк шум мотора. Ворота распахнулись, и во двор въехал джип Тадиэля.
— О, нет! — Лайла побледнела, наблюдая, как из него выходит сам ангел Жертвы в компании с Армисаэлем. — Чёрт! — пискнула она, отскочив от окна и в ужасе обхватив себя руками. — Я не хочу!.. Нет!.. Убирайтесь! — она бросилась к дверям, но тут же налетела на Беллора, который уже появился в комнате.
Блондин молниеносно схватил её за руки и прижал к стене, не давая возможности вырваться и пустить в ход свои когти.
Лайла завизжала, в панике пытаясь высвободиться из его железной хватки, но тут же скорчилась от боли. В животе что-то зашевелилось, и ей показалось, что кто-то изнутри режет её ножом. Боль была такой сильной, что Лайла перестала вырываться, едва не потеряв сознание.
— Тихо, успокойся, милая, — услышала она голос Армисаэля, который тоже оказался рядом. — Всё будет хорошо, не бойся.
Лайла почувствовала, как её подхватили на руки и понесли. Ощутив себя полностью беззащитной и сломленной, она разрыдалась…
* * *
В больнице было непривычно оживлённо и шумно с самого утра. Устав гадать, что происходит, Натаниэль накинула халат и потихоньку выбралась из палаты. В первый момент ей показалось, что в коридоре собрался целый консилиум профессоров в белых халатах, которые нервно расхаживали туда-сюда, возле операционной. Но приглядевшись, Ната увидела знакомые лица, многие из которых она уже встречала на недавнем празднике Перерождения.
— Ната, ты чего здесь? — она и не заметила, как с другой стороны коридора к ней приблизился Беллор. — Вернись в палату, не нужно здесь стоять.
— Что происходит? — тихо спросила Натаниэль, покорно следуя жесту и возвращаясь в комнату. — Это из-за Лайлы, да? Роды начались?
Ответом ей стал оглушительный визг, донёсшийся со стороны коридора. Плотно притворив за собой дверь, Беллор подождал, пока Натаниэль уляжется в кровать. Затем сел рядом на стул.
— Да, у Лайлы срок подошёл, — наконец, отозвался он, безразлично кивнув.
— А ты что здесь делаешь? — в свою очередь поинтересовалась Ната, почувствовав себя неуютно под пронизывающим задумчивым взглядом его фиалковых глаз. — Ты вроде не участвовал во всём этом?
Ангел не ответил. Вместо этого спросил сам:
— Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?
— Нет, ужасно домой хочется, — она улыбнулась. — Здесь с ума можно сойти.
— Почему ты не попросишь Сандала принести тебе телевизор или книги?
— Не хочу его дёргать лишний раз. Сандал и так носится туда-сюда, разрываясь между мной и сыном. Похоже, ему даже поесть некогда — исхудал совсем… А как там Аурика? Ты справляешься?
— У меня много опыта, — Беллор снисходительно хмыкнул. — Аурика мне не в тягость.
— Теперь ты счастлив?
— Наверное, — Падший задумчиво кивнул. — Я всегда мечтал о дочери.
— Знаешь, я вообще-то тоже всегда хотела иметь дочку, — неожиданно для себя самой призналась Ната. — Никогда не представляла себя матерью мальчика.
— Тогда почему ты просто не ушла со мной, если наши желания совпадали? Зачем сопротивлялась самой себе, Ната?
Девушка оцепенела, почувствовав, как её щёки покрывает предательский румянец. Под пристальным завораживающим взглядом Беллора ей стало трудно дышать.
— Ты краснеешь, как человек, — понаблюдав за ней несколько секунд, с лёгким раздражением заметил Беллор. — Но однажды это пройдёт. Тогда мы вернёмся к нашему разговору, Ната, — закончил он, и, поднявшись, молча покинул палату.
После его ухода Натаниэль чувствовала себя кроликом, побывавшем под взглядом удава. Она не могла объяснить, почему Беллор всегда оказывал на неё такое воздействие. Рядом с ним она неизменно ощущала себя слабой и совершенно безвольной. Словно у неё разом исчезали все силы, и хотелось только одного: поскорее спрятаться от парализующего взгляда его прекрасных фиалковых глаз. Наверное, Касиэра была права: Беллор, и правда, отличался от других Падших. Недаром же демоница так настороженно отнеслась к его появлению вместе с ними тогда, на острове. Однако потом она была вовсе не против его компании, но сейчас Ната вдруг подумала, что Касиэра нарочно отвлекла внимание Беллора на себя. Возможно, она знала что-то, чего не знали о нём другие ангелы. Но, может, у Наты просто разыгралось воображение?..
Ход её мыслей прервала неожиданно распахнувшаяся дверь. Ната увидела огромный телевизор, вплывающий в палату посредством чьих-то рук, которые его тащили. Только через пару секунд она осознала, что руки принадлежат вернувшемуся Беллору. Он деловито установил телевизор на столе, молча подключил его и протянул Нате пульт. Потом полез в карман и, достав из него пакет с разноцветными драже, положил рядом на тумбочку.
— Это витамины, — коротко пояснил он. — Вкусные, как конфетки. Только не переборщи, — и, бросив пару драже себе в рот, развернулся и исчез в дверях.
Ната вздохнула и включила телевизор. На сердце стало тепло, а губ коснулась улыбка. Беллор, проявляющий заботу, выглядел слишком непривычно и чересчур по-домашнему. Может, и правда, она немного перегнула со своими фантазиями?..
* * *
Была уже ночь, и, задремав под тихое бормотание телевизора, Натаниэль буквально подскочила от неожиданного торжествующего вопля десятков голосов. В коридоре слышались возбуждённые голоса мужчин, которые откровенно чему-то радовались, наперебой поздравляя друг друга. Но прежде, чем Ната в очередной раз вскочила с кровати, дверь распахнулась, и в палату вошёл Армисаэль. Вид у него был усталый, взъерошенный, помятый, но, несомненно, довольный.
Включив свет, доктор сразу же подошёл к Натаниэль и, внимательно осмотрев её, нащупал пульс.
— Я в порядке, — поспешила заверить она, на что Армисаэль удовлетворённо кивнул. — Как там Лайла?
— Всё замечательно, — доктор не удержался от улыбки. — Она родила шесть здоровеньких девчонок и семь мальчиков, представляешь?!.. Подобного даже я не припомню. Папаши — в полном экстазе, уже разбирают малышей домой. Лайла держалась очень стойко, она — молодец!
— Она в порядке?
— Конечно. Полежит здесь недельку, а потом тоже отправится домой. Падшие всех общин сейчас вовсю колдуют над её новым особняком, чтобы девочке было куда вернуться. Потом устроим ещё один праздник и отметим рождение ангелочков. Сандал уже отдал распоряжение начать строительство школы у нас в посёлке. Конечно, половина детей разъедется по другим общинам, но оставшиеся — отныне будут учиться здесь, а не таскаться за сотню километров в город! Твой сын тоже сможет здесь учиться, Ната.
— Как здорово! — девушка улыбнулась, не в силах оставаться безразличной к всеобщей радости. — Я так счастлива за Лайлу и за всех вас, Армисаэль!
— Надеюсь, и ты нас не подведёшь, — взглянув на неё сверху вниз, неожиданно серьёзно заметил доктор. — Теперь ты — часть клана, Ната — это большая ответственность. На вас с Лайлой вся надежда.
— Я понимаю, Армисаэль, — тихо отозвалась она, чуть заметно кивнув. — Скажи, а я когда теперь смогу…
— Через пару месяцев, Ната, — поняв её, пояснил доктор. — С условием, конечно, что будет всё в порядке. Никто не хочет причинить тебе вреда, поверь. Когда придёт время, Тадиэль сам даст тебе об этом знать и поможет всё подготовить.
— А кто… родился у тебя? — переборов нахлынувшее на неё волнение, спросила Натаниэль.
— У меня — дочка! — доктор расплылся в счастливой улыбке, а его глаза вспыхнули от настоящего восторга. — Первая дочка за всё время! Не представляешь, как я счастлив, Ната!
— Я тебя поздравляю! — глядя на искреннюю радость ангела, Натаниэль с трудом сдержала слёзы. — Лайла и правда, молодец!
Армисаэль кивнул и, вручив ей градусник, покинул палату.
* * *
— Тебе не обязательно ехать в город, ты можешь учиться заочно, — Тадиэль хмуро смотрел на Лайлу, которая продолжала невозмутимо паковать чемодан. — Скажи просто, что тебе для этого нужно и мы всё тебе купим.
— Я хочу учиться, как они! — жёстко заметила Лайла, кивнув на яркий цветной буклет с фотографиями улыбающихся студентов.
— Но ты — не они! — Тадиэль подошёл и взял её за плечи. — Пожалуйста, Лайла, не уезжай!
Та вывернулась из его рук и, оттолкнув, продолжила своё занятие.
— С меня Афаэла хватило с его поучениями! — огрызнулась девушка, едва Падший опять раскрыл рот. — Он никогда не спрашивал, чего я хочу. Папочка считал, что моё дело — помалкивать и рожать детей. На второе я согласна, но первым сыта по горло! Я решила, что стану учителем — это моё право! Свой долг я исполнила. Родила шесть девчонок, семь мальчиков! Могу я, наконец, заняться тем, что мне интересно? Тем более что тебе сейчас будет не до меня!
— О чём ты? — Тадиэль помрачнел.
— О твоей ненаглядной Нате, дорогой! — зло фыркнула Лайла. — Думаешь, я не вижу, как ты вокруг неё бегаешь? Тоже захотелось светленькую дочку, как Беллору?
— Готовить самок к Церемонии — моя обязанность, Лайла.
— Шикарная обязанность! — она усмехнулась.
— Ты меня ревнуешь? — взгляд Тадиэля стал удивлённым и чуть насмешливым. — Ты серьёзно?
— И не надейся! — прошипела Лайла, вновь уворачиваясь от его объятий. — И вообще, оставь меня в покое. Ты мне не папочка.
— Хорошо, что ты мне об этом напомнила, — Тадиэль ухмыльнулся и, схватив её за руки, прижал к стене. — Чёрт с тобой! — процедил он, в ответ на её яростный взгляд. — Можешь ехать в свой дурацкий колледж… Но только завтра! — добавил ангел, швыряя её на постель и покрывая поцелуями…
* * *
— Я могу и сама погулять с Арием, — Натаниэль с некоторой досадой смотрела на то, как Сандал ловко одевает малыша для прогулки. — Кстати, Тадиэль велел передать, что вечером привезёт другую кормилицу. До сих пор не могу понять, что произошло с Амандой. Она казалась такой здоровой и жизнерадостной. И вдруг… — она помрачнела.
— Армисаэль сказал, что у неё тромб оторвался или что-то в этом роде, — тёмный Серафим безразлично кивнул. — Люди часто умирают, Ната.
— А что теперь будет с её малышом? Может, отдать его родственникам?
— Тадиэль с этим разберётся, — неохотно кивнул Сандал, укладывая сына в коляску и целуя возлюбленную. — Не скучай, — напоследок бросил он, направляясь к дверям.
Натаниэль вздохнула и, отвернувшись, направилась к каминной полке, где рядами стояли древние фолианты. С тех пор, как родился Арий, Сандал почти всё время проводил с ним, оставляя возлюбленную в компании книг. Впрочем, Ната не слишком возражала. Книги, написанные во времена правления Адороса, содержали в себе много интересной информации. К примеру, история клана Падших — с самого его основания. Сандал тоже нередко обращался к древним рунам, чтобы научиться тому, чему не хотел учить его Афаэл. Иногда он даже брал книгу с собой, когда отправлялся на прогулку с малышом.
Единственным фолиантом, который Правитель никогда не выносил из дома и попросил Нату не трогать — была Великая Книга Адороса. Именно в неё Ната однажды заглянула, находясь в гостях у близнецов. Эта книга стояла отдельно, и сейчас слабо мерцала, переливаясь в отблесках пламени камина.
— Сандал! — окликнула Ната прежде, чем ангел успел переступить порог. — Подожди!
— Что случилось? — почувствовав в голосе возлюбленной какое-то напряжение, Серафим застыл и обернулся.
— Великая Книга… — Ната указала пальцем на полку. — Она как-то странно мерцает.
Оставив коляску в холле, Сандал тут же вернулся в гостиную. Быстро подойдя к каминной полке, Падший схватил с неё книгу и пролистал страницы. Несколько секунд он изучал содержимое одной из них, и при этом его лицо всё больше мрачнело.
— Что там? — не выдержала Ната. — Что-то случилось, Сандал?
— Нет, — коротко отрезал Серафим и захлопнул книгу. — Мне нужно поговорить с Тадиэлем. Погуляй с Арием немного, ладно? Я скоро вернусь, — и, больше не говоря ни слова, исчез в дверях.
Сандал нашёл Тадиэля у Беллора. Тот о чём-то разговаривал с ангелом Жертвы, держа на руках заметно подросшую за два месяца Аурику. Увидев Серафима, оба смолкли и обернулись к нему.
— Здравствуй, Сандал, — первым поздоровался Тадиэль. — Если ты к Беллору, то я уже ухожу…
— Я искал тебя, Тадиэль. В книге Адороса новое послание.
— И что там? — Падший невольно насторожился.
— Всего одна строка: «Выполняйте древние традиции, иначе вас всех ждёт Ад»…
— Странно… — ангел Жертвы на минуту задумался и переглянулся с Беллором. — Насколько я могу судить, на данный момент у нас нет каких-то особых противоречий с древним Законом, Правитель. Если имеется в виду обряд Посвящения мальчиков, то мы с Офаниэлем его готовим.
— Я не слышал про этот обряд. В чём он заключается?
— Не только самки посвящаются в члены клана, Сандал, но и мальчики, — вмешался Беллор. — Через пару месяцев после рождения, когда организм ребёнка окрепнет, он должен получить клеймо от Аспида, которое будет возвещать о том, что мальчик принадлежит к клану Падших ангелов и не может его покинуть. Такое клеймо удерживает Падшего не хуже ошейника на цепи и не даёт ему перейти дальше, в Адский Круг, чтобы стать демоном. Люцифер не имеет над ним власти, и ангел не подвержен Его зову. Таким образом, мы защищаем ангелов от искушения предать свой Род и встать на сторону врага.
— А как же тогда Муриэль? — немного подумав, вдруг спросил Серафим. — Почему он смог предать клан?
— Муриэль — один из Высших, Сандал, — помрачнев ещё больше, пояснил Беллор. — Таким, как он, клеймо не ставят.
— Мне не удалось выявить чётких характеристик, Сандал, — наконец, сказал он. — То ли твой сын относится к Младшим Ангелам, то ли его основная характеристика мне не знакома. Я советую тебе посмотреть самому как Серафиму. Или попросить Тадиэля разобраться с этим. В любом случае, свою работу я выполнил, а остальное не моя забота.
— Ладно, спасибо и на этом, — Сандал кивнул в ответ и направился в палату к Нате.
* * *
Солнце жарило вовсю. В разогретых оврагах оглушительно перекликались цикады, а в небе над деревней медленно собирались тяжёлые грозовые тучи.
Лайла сидела у окна во флигеле и не отрываясь смотрела на то, как горизонт окрашивается в чёрно-фиолетовые цвета. Под её окнами дежурили Падшие. И хотя она прекрасно понимала, почему её ни на миг не оставляют одну — это раздражало. Особенно бесил Беллор, который, оставив Аурику на других ангелов клана, постоянно торчал во дворе, бросая в сторону Лайлы настороженные хмурые взгляды. Было ясно, что Беллора прислали специально, потому что никто не мог сравниться с ним в скорости. И реши Лайла повторить свою преступную попытку улететь, он вернул бы её в два счёта.
Сейчас Беллор прогуливался под окном, и она чувствовала исходящую от него волну неприязни. Это задевало. Особенно на фоне того, что остальные ангелы вели себя вполне дружелюбно и не уставали выражать ей своё восхищение.
— Беллор! — окликнула Лайла, перехватив очередной взгляд, брошенный на неё.
— Что? — отозвался тот, нехотя повернувшись.
— Что ты здесь торчишь всё время? Я не собираюсь улетать, так что зайди перекуси что-нибудь. У меня есть тортик, хочешь?
Беллор даже не ответил. Просто отвернулся и уселся на скамейку, в тени деревьев, всем своим видом выражая равнодушное презрение.
Лайла закатила глаза и, фыркнув от досады, едва сдержалась, чтобы не швырнуть в него чем-нибудь. От этой мысли её отвлёк шум мотора. Ворота распахнулись, и во двор въехал джип Тадиэля.
— О, нет! — Лайла побледнела, наблюдая, как из него выходит сам ангел Жертвы в компании с Армисаэлем. — Чёрт! — пискнула она, отскочив от окна и в ужасе обхватив себя руками. — Я не хочу!.. Нет!.. Убирайтесь! — она бросилась к дверям, но тут же налетела на Беллора, который уже появился в комнате.
Блондин молниеносно схватил её за руки и прижал к стене, не давая возможности вырваться и пустить в ход свои когти.
Лайла завизжала, в панике пытаясь высвободиться из его железной хватки, но тут же скорчилась от боли. В животе что-то зашевелилось, и ей показалось, что кто-то изнутри режет её ножом. Боль была такой сильной, что Лайла перестала вырываться, едва не потеряв сознание.
— Тихо, успокойся, милая, — услышала она голос Армисаэля, который тоже оказался рядом. — Всё будет хорошо, не бойся.
Лайла почувствовала, как её подхватили на руки и понесли. Ощутив себя полностью беззащитной и сломленной, она разрыдалась…
* * *
В больнице было непривычно оживлённо и шумно с самого утра. Устав гадать, что происходит, Натаниэль накинула халат и потихоньку выбралась из палаты. В первый момент ей показалось, что в коридоре собрался целый консилиум профессоров в белых халатах, которые нервно расхаживали туда-сюда, возле операционной. Но приглядевшись, Ната увидела знакомые лица, многие из которых она уже встречала на недавнем празднике Перерождения.
— Ната, ты чего здесь? — она и не заметила, как с другой стороны коридора к ней приблизился Беллор. — Вернись в палату, не нужно здесь стоять.
— Что происходит? — тихо спросила Натаниэль, покорно следуя жесту и возвращаясь в комнату. — Это из-за Лайлы, да? Роды начались?
Ответом ей стал оглушительный визг, донёсшийся со стороны коридора. Плотно притворив за собой дверь, Беллор подождал, пока Натаниэль уляжется в кровать. Затем сел рядом на стул.
— Да, у Лайлы срок подошёл, — наконец, отозвался он, безразлично кивнув.
— А ты что здесь делаешь? — в свою очередь поинтересовалась Ната, почувствовав себя неуютно под пронизывающим задумчивым взглядом его фиалковых глаз. — Ты вроде не участвовал во всём этом?
Ангел не ответил. Вместо этого спросил сам:
— Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?
— Нет, ужасно домой хочется, — она улыбнулась. — Здесь с ума можно сойти.
— Почему ты не попросишь Сандала принести тебе телевизор или книги?
— Не хочу его дёргать лишний раз. Сандал и так носится туда-сюда, разрываясь между мной и сыном. Похоже, ему даже поесть некогда — исхудал совсем… А как там Аурика? Ты справляешься?
— У меня много опыта, — Беллор снисходительно хмыкнул. — Аурика мне не в тягость.
— Теперь ты счастлив?
— Наверное, — Падший задумчиво кивнул. — Я всегда мечтал о дочери.
— Знаешь, я вообще-то тоже всегда хотела иметь дочку, — неожиданно для себя самой призналась Ната. — Никогда не представляла себя матерью мальчика.
— Тогда почему ты просто не ушла со мной, если наши желания совпадали? Зачем сопротивлялась самой себе, Ната?
Девушка оцепенела, почувствовав, как её щёки покрывает предательский румянец. Под пристальным завораживающим взглядом Беллора ей стало трудно дышать.
— Ты краснеешь, как человек, — понаблюдав за ней несколько секунд, с лёгким раздражением заметил Беллор. — Но однажды это пройдёт. Тогда мы вернёмся к нашему разговору, Ната, — закончил он, и, поднявшись, молча покинул палату.
После его ухода Натаниэль чувствовала себя кроликом, побывавшем под взглядом удава. Она не могла объяснить, почему Беллор всегда оказывал на неё такое воздействие. Рядом с ним она неизменно ощущала себя слабой и совершенно безвольной. Словно у неё разом исчезали все силы, и хотелось только одного: поскорее спрятаться от парализующего взгляда его прекрасных фиалковых глаз. Наверное, Касиэра была права: Беллор, и правда, отличался от других Падших. Недаром же демоница так настороженно отнеслась к его появлению вместе с ними тогда, на острове. Однако потом она была вовсе не против его компании, но сейчас Ната вдруг подумала, что Касиэра нарочно отвлекла внимание Беллора на себя. Возможно, она знала что-то, чего не знали о нём другие ангелы. Но, может, у Наты просто разыгралось воображение?..
Ход её мыслей прервала неожиданно распахнувшаяся дверь. Ната увидела огромный телевизор, вплывающий в палату посредством чьих-то рук, которые его тащили. Только через пару секунд она осознала, что руки принадлежат вернувшемуся Беллору. Он деловито установил телевизор на столе, молча подключил его и протянул Нате пульт. Потом полез в карман и, достав из него пакет с разноцветными драже, положил рядом на тумбочку.
— Это витамины, — коротко пояснил он. — Вкусные, как конфетки. Только не переборщи, — и, бросив пару драже себе в рот, развернулся и исчез в дверях.
Ната вздохнула и включила телевизор. На сердце стало тепло, а губ коснулась улыбка. Беллор, проявляющий заботу, выглядел слишком непривычно и чересчур по-домашнему. Может, и правда, она немного перегнула со своими фантазиями?..
* * *
Была уже ночь, и, задремав под тихое бормотание телевизора, Натаниэль буквально подскочила от неожиданного торжествующего вопля десятков голосов. В коридоре слышались возбуждённые голоса мужчин, которые откровенно чему-то радовались, наперебой поздравляя друг друга. Но прежде, чем Ната в очередной раз вскочила с кровати, дверь распахнулась, и в палату вошёл Армисаэль. Вид у него был усталый, взъерошенный, помятый, но, несомненно, довольный.
Включив свет, доктор сразу же подошёл к Натаниэль и, внимательно осмотрев её, нащупал пульс.
— Я в порядке, — поспешила заверить она, на что Армисаэль удовлетворённо кивнул. — Как там Лайла?
— Всё замечательно, — доктор не удержался от улыбки. — Она родила шесть здоровеньких девчонок и семь мальчиков, представляешь?!.. Подобного даже я не припомню. Папаши — в полном экстазе, уже разбирают малышей домой. Лайла держалась очень стойко, она — молодец!
— Она в порядке?
— Конечно. Полежит здесь недельку, а потом тоже отправится домой. Падшие всех общин сейчас вовсю колдуют над её новым особняком, чтобы девочке было куда вернуться. Потом устроим ещё один праздник и отметим рождение ангелочков. Сандал уже отдал распоряжение начать строительство школы у нас в посёлке. Конечно, половина детей разъедется по другим общинам, но оставшиеся — отныне будут учиться здесь, а не таскаться за сотню километров в город! Твой сын тоже сможет здесь учиться, Ната.
— Как здорово! — девушка улыбнулась, не в силах оставаться безразличной к всеобщей радости. — Я так счастлива за Лайлу и за всех вас, Армисаэль!
— Надеюсь, и ты нас не подведёшь, — взглянув на неё сверху вниз, неожиданно серьёзно заметил доктор. — Теперь ты — часть клана, Ната — это большая ответственность. На вас с Лайлой вся надежда.
— Я понимаю, Армисаэль, — тихо отозвалась она, чуть заметно кивнув. — Скажи, а я когда теперь смогу…
— Через пару месяцев, Ната, — поняв её, пояснил доктор. — С условием, конечно, что будет всё в порядке. Никто не хочет причинить тебе вреда, поверь. Когда придёт время, Тадиэль сам даст тебе об этом знать и поможет всё подготовить.
— А кто… родился у тебя? — переборов нахлынувшее на неё волнение, спросила Натаниэль.
— У меня — дочка! — доктор расплылся в счастливой улыбке, а его глаза вспыхнули от настоящего восторга. — Первая дочка за всё время! Не представляешь, как я счастлив, Ната!
— Я тебя поздравляю! — глядя на искреннюю радость ангела, Натаниэль с трудом сдержала слёзы. — Лайла и правда, молодец!
Армисаэль кивнул и, вручив ей градусник, покинул палату.
* * *
— Тебе не обязательно ехать в город, ты можешь учиться заочно, — Тадиэль хмуро смотрел на Лайлу, которая продолжала невозмутимо паковать чемодан. — Скажи просто, что тебе для этого нужно и мы всё тебе купим.
— Я хочу учиться, как они! — жёстко заметила Лайла, кивнув на яркий цветной буклет с фотографиями улыбающихся студентов.
— Но ты — не они! — Тадиэль подошёл и взял её за плечи. — Пожалуйста, Лайла, не уезжай!
Та вывернулась из его рук и, оттолкнув, продолжила своё занятие.
— С меня Афаэла хватило с его поучениями! — огрызнулась девушка, едва Падший опять раскрыл рот. — Он никогда не спрашивал, чего я хочу. Папочка считал, что моё дело — помалкивать и рожать детей. На второе я согласна, но первым сыта по горло! Я решила, что стану учителем — это моё право! Свой долг я исполнила. Родила шесть девчонок, семь мальчиков! Могу я, наконец, заняться тем, что мне интересно? Тем более что тебе сейчас будет не до меня!
— О чём ты? — Тадиэль помрачнел.
— О твоей ненаглядной Нате, дорогой! — зло фыркнула Лайла. — Думаешь, я не вижу, как ты вокруг неё бегаешь? Тоже захотелось светленькую дочку, как Беллору?
— Готовить самок к Церемонии — моя обязанность, Лайла.
— Шикарная обязанность! — она усмехнулась.
— Ты меня ревнуешь? — взгляд Тадиэля стал удивлённым и чуть насмешливым. — Ты серьёзно?
— И не надейся! — прошипела Лайла, вновь уворачиваясь от его объятий. — И вообще, оставь меня в покое. Ты мне не папочка.
— Хорошо, что ты мне об этом напомнила, — Тадиэль ухмыльнулся и, схватив её за руки, прижал к стене. — Чёрт с тобой! — процедил он, в ответ на её яростный взгляд. — Можешь ехать в свой дурацкий колледж… Но только завтра! — добавил ангел, швыряя её на постель и покрывая поцелуями…
* * *
— Я могу и сама погулять с Арием, — Натаниэль с некоторой досадой смотрела на то, как Сандал ловко одевает малыша для прогулки. — Кстати, Тадиэль велел передать, что вечером привезёт другую кормилицу. До сих пор не могу понять, что произошло с Амандой. Она казалась такой здоровой и жизнерадостной. И вдруг… — она помрачнела.
— Армисаэль сказал, что у неё тромб оторвался или что-то в этом роде, — тёмный Серафим безразлично кивнул. — Люди часто умирают, Ната.
— А что теперь будет с её малышом? Может, отдать его родственникам?
— Тадиэль с этим разберётся, — неохотно кивнул Сандал, укладывая сына в коляску и целуя возлюбленную. — Не скучай, — напоследок бросил он, направляясь к дверям.
Натаниэль вздохнула и, отвернувшись, направилась к каминной полке, где рядами стояли древние фолианты. С тех пор, как родился Арий, Сандал почти всё время проводил с ним, оставляя возлюбленную в компании книг. Впрочем, Ната не слишком возражала. Книги, написанные во времена правления Адороса, содержали в себе много интересной информации. К примеру, история клана Падших — с самого его основания. Сандал тоже нередко обращался к древним рунам, чтобы научиться тому, чему не хотел учить его Афаэл. Иногда он даже брал книгу с собой, когда отправлялся на прогулку с малышом.
Единственным фолиантом, который Правитель никогда не выносил из дома и попросил Нату не трогать — была Великая Книга Адороса. Именно в неё Ната однажды заглянула, находясь в гостях у близнецов. Эта книга стояла отдельно, и сейчас слабо мерцала, переливаясь в отблесках пламени камина.
— Сандал! — окликнула Ната прежде, чем ангел успел переступить порог. — Подожди!
— Что случилось? — почувствовав в голосе возлюбленной какое-то напряжение, Серафим застыл и обернулся.
— Великая Книга… — Ната указала пальцем на полку. — Она как-то странно мерцает.
Оставив коляску в холле, Сандал тут же вернулся в гостиную. Быстро подойдя к каминной полке, Падший схватил с неё книгу и пролистал страницы. Несколько секунд он изучал содержимое одной из них, и при этом его лицо всё больше мрачнело.
— Что там? — не выдержала Ната. — Что-то случилось, Сандал?
— Нет, — коротко отрезал Серафим и захлопнул книгу. — Мне нужно поговорить с Тадиэлем. Погуляй с Арием немного, ладно? Я скоро вернусь, — и, больше не говоря ни слова, исчез в дверях.
Прода от 24.01.2025, 00:28
Глава 7. Странное послание
Сандал нашёл Тадиэля у Беллора. Тот о чём-то разговаривал с ангелом Жертвы, держа на руках заметно подросшую за два месяца Аурику. Увидев Серафима, оба смолкли и обернулись к нему.
— Здравствуй, Сандал, — первым поздоровался Тадиэль. — Если ты к Беллору, то я уже ухожу…
— Я искал тебя, Тадиэль. В книге Адороса новое послание.
— И что там? — Падший невольно насторожился.
— Всего одна строка: «Выполняйте древние традиции, иначе вас всех ждёт Ад»…
— Странно… — ангел Жертвы на минуту задумался и переглянулся с Беллором. — Насколько я могу судить, на данный момент у нас нет каких-то особых противоречий с древним Законом, Правитель. Если имеется в виду обряд Посвящения мальчиков, то мы с Офаниэлем его готовим.
— Я не слышал про этот обряд. В чём он заключается?
— Не только самки посвящаются в члены клана, Сандал, но и мальчики, — вмешался Беллор. — Через пару месяцев после рождения, когда организм ребёнка окрепнет, он должен получить клеймо от Аспида, которое будет возвещать о том, что мальчик принадлежит к клану Падших ангелов и не может его покинуть. Такое клеймо удерживает Падшего не хуже ошейника на цепи и не даёт ему перейти дальше, в Адский Круг, чтобы стать демоном. Люцифер не имеет над ним власти, и ангел не подвержен Его зову. Таким образом, мы защищаем ангелов от искушения предать свой Род и встать на сторону врага.
— А как же тогда Муриэль? — немного подумав, вдруг спросил Серафим. — Почему он смог предать клан?
— Муриэль — один из Высших, Сандал, — помрачнев ещё больше, пояснил Беллор. — Таким, как он, клеймо не ставят.
