Записав их на клочок бумажки, я начинаю судорожно искать в интернете статьи, да и вообще любые упоминания семьи Шиловых или любых других представителей подобной фамилии, что проживают в Святой Петрбурге.
Для начала я решаю пойти по пути наименьшего сопротивления: нахожу что-то типа сайта с архивом всех вынесенные судебных решений.
Но когда в поиске вбиваю необходимые числа из обвинительного дела «5-4-7-6-12-18-3-3-19-11-8-16-23-70-45-10-27-56-21-39», то не нахожу ничего – абсолютно! И так, и этак их ввожу – и без тире, и частично, но в выпадающих делах, описаниях вынесенных приговоров нигде, даже мимоходом, не мелькают имена брата и отца.
Выругавшись, я вручную начинаю просматривать каждое дело, начиная с дат прошлого года, и спустя полчаса страданий наконец нахожу упоминание фамилии моей семьи – Шиловы, как раз по датам совпадает – судебное дело примерно полугодовой давности, что вполне соответствует моим очень частично вернувшимся воспоминаниям.
Но найденная информация многого не дала: судебное решение по делу о статье Измены Родины, вменяемой отцу и брату, было просто-напросто закрыто без каких-либо дополнительных пояснений. Теперь сиди и гадай: был ли приведен в исполнение обвинительный приговор или все же нет.
И я, недовольно поморщившись от того, что с наскока и без лишних телодвижений узнать о дальнейшей судьбе родственников сразу не получится, некоторое время ерзаю на скрипнувшем стуле, усаживаясь поудобнее.
Но не сказать, что я прям-таки потратила время впустую и не обнаружила ничего полезного или хотя бы любопытного. Например, из странного и необычного – это то, что номер обвинительного дела «5-4-7-6-12-18-3-3-19-11-8-16-23-70-45-10-27-56-21-39» и номер судебного решения не совпадают, из-за чего, собственно, я и не смогла ничего найти в поиске судебного сайта.
Чего здесь, по-видимому, в принципе быть не может: мельком пробежавшись по всему архиву дел и сунув нос в стоящие по соседству похожие вынесенные приговоры для таких же попавших под репрессии несчастных, что и моя семья, я обнаружила четкую закономерность: номера дела и судебного решения везде будут совпадать – без исключений… Но в любом исключении есть исключение, и это оказалась семья Шиловых. Уже сам этот факт и, как таковое, бюрократическое несоответствие выглядят крайне подозрительными и наводят на определенные мысли и не сказать, что обнадеживающие…
Не найдя исчерпывающего и однозначного ответа на вопрос, были ли в конечном итоге отпущены отец с братом или нет, я начинаю хряндексить в Хряндексе.
Но и поиск в интернете тоже не очень-то много дал мне по началу: в основном, при упоминании фамилии Шиловых везде повсеместно встречались ангажированные, пространные и достаточно скучные статьи о том, как ужасно предательство Родины, растрата денежных средств социалистических граждан и т.д., и т.п. в том же духе.
Другими словами, перелопатив кучу всякой бесполезной чуши, я так и не нашла ничего нужного, хотя бы один вменяемый источник информации! Бесплодные поиски продолжались до тех пор, пока не удалось найти коротенькую скупую статейку на не шибко благонадежном сайте, судя по всему, созданном какими-то оппозиционерами. Хотя странно, что они вообще здесь существуют, оппозиционеры эти, – в этом тоталитарном государстве. Значит, либо кем-то крышуются, либо самой властью поддерживаются – тут уж точно и не определить…
Хотя какая разница, не все ли равно, почему социалистическая власть позволяет себя критиковать и не трогает, с их точки зрения, этот рассадник заразы? Да наплевать мне на это противоречие с высокой колокольни! И я, выбросив все лишние мысли из головы, погружаюсь в чтение этой крохотной заметки и наконец обнаруживаю в ней хоть что-то конкретное.
В отличие от того, что я вспомнила во сне, брата и отца, Дмитрия Шилова и Валентина Шилова, официально в СМИ обвиняли немножко в другом – в экспорте запрещенного товара. Якобы они возили его через границы в недружественные и вражеские страны. В принципе, обвинение имело бы место быть, если бы не одно «но» …
По своей сути, папина конторка всегда была, есть и остается подразделением, крошечным невзрачным филиалом большой транспортной компании по грузовым перевозкам различного товара. Все задания в основном исходили от головного офиса, заказы оттуда передавались нам в работу и, по большей части, были госзаказами. И если бы товар все же возился в недружественные страны, то явно под патронажем государства, с его прямой индульгенции!
Поэтому само по себе обвинение уже представляется и достаточно смешным, и достаточно страшным, так как и ежу понятно: нашу семью по классике сделали обычными стрелочниками, чтобы обелить кого-то вышестоящего. Но даже так… Зачем надо было настолько категорично подходить к вопросу, настолько радикально и беспринципно? Зачем надо было обвинять по настолько расстрельной статье – Измена Родины?
Как дальний гром разносится глухим эхом по полям, так и у меня в ушах будто до сих пор звучит голос папиного друга Георгия, и его слова продирают похлеще стылой воды в зимний день:
— Статья за педофилию, статья за распространение наркотиков, статья за измену Родине – это все инструменты для репрессий, которые широко применяет нынешняя социалистическая власть! По этим статьям не оправдывают и не снимают обвинений. Даже если они были ложными или же это была подстава… А подставы крайне часто происходят, но властям наплевать, даже если ты по итогу оказался невиновен…
Во сне слова были другие, когда я с ним разговаривала на перроне…
Значит, я еще раз с этим Георгием встречалась и попробовала каким-то образом того вновь привлечь в помощь для спасения брата и отца?
Хааа, не помню… Ничего не помню!
Больше тех трех воспоминаний у меня и нет из жизни Лики – остались только жалкие крохи знаний об этом мире, куча смутные ощущений и ворох бесполезных эмоций. Все это к делу не пришьешь. Бесполезный груз, что только мешает здраво мыслить!
Обессиленно растираю лицо руками, чтобы разогнать кровь и наконец успокоиться. Это помогает вновь сосредоточится, и я мыслями возвращаюсь к рассуждениям о причинах, что сподвигли обрушить на мою семью всю силу социалистического правосудия.
…Да, крайне логично предположить, что за счет моей семьи хотели сокрыть какие-то свои грешки некие личности, обремененные властью.
Но каковы эти личности, что они из себя представляют, и, самое главное, почему именно мы, Шиловы?
Что в нас такого особенного и сакрального?
Я не вижу никаких адекватных причин, кроме той, что от нас явно хотели зачем-то избавиться, что кому-то стали почему-то неугодны, или же, как вариант, не посчастливилось перейти кому-то дорогу особо важному!
Да это же безумие какое-то!
Но что бы в реальности ни сподвигло сфабриковать против моей семьи обвинение, то, глядя на последствия случившегося, выводы для себя о своих умениях держать удары судьбы могу сделать только неутешительные.
Вся моя жизнь тут же рухнула в одночастье, как только младшего брата и отца арестовали, а мама попала из-за этого в больницу, и я осталась одна лицом к лицу с этой бедой. Ничего не смогла сделать дельного и путного, а все потому, что слишком уж привыкла жить как собака на сене. Так еще, возможно, трепыхаясь, сделала только хуже своими действиями, связавшись с откровенными преступниками.
Эх, а все потому, что слишком уж мы жалкие, слишком ничтожные. Печальна судьба тех, кто не обладает даже крошечной толикой власти, чтобы защитить себя и то, что тебе дорого…
Словив очередной приступ депрессии и самобичевания, я меланхолично пью уже остывший чай и уныло жую очередной безвкусный бутерброд, который перед тем, как начать искать всякое в интернете про свою семью, сделала на кухне, предварительно разогнав там особо наглых тараканов.
Сточив безвкусную еду скорее на автомате, чем осмысленно, я снова без особого энтузиазма возвращаюсь к дальнейшим изысканиям в интернете. Но многого, опять же, не обнаруживаю.
Только то, что если судить по датам, приблизительно, когда я, наверное, вступила в первый контакт с Председателем, тогда же и появились статьи про мою семью, что типа не все так однозначно, выдвинутые обвинения и приговор слишком суровы и т.д., и т.п., а затем в медийном поле наступила на эту тему полнейшая, даже могильная тишина.
Все про нас в один момент позабыли, как если бы их сморила какая-нибудь вирусная амнезия, тем самым закрыв тему.
Классика!
А после разве что мелькнула мимоходом едва заметная маленькая новость, что дело закрыто за недостаточностью улик и вкупе с новыми выясненными обстоятельствами будет направлено на пересмотр.
В этой заметке, мне на счастье, оказались пусть и частично зацензуренные, но все же несколько первых цифр номера дела, и я, соотнеся и по числам, и по дате, смогла найти на сайте судебных решений скрытое дело, которое только в поиске и ищется, а в самой базе не видно.
В нем утверждалось, что и дело, и обвинительный приговор по измене Родине в сторону Дмитрия и Валентина Шиловых прекращены до выяснения новых обстоятельств, что у меня вызвало невольную нервную усмешку.
Так вот она какая, та удавка, которую накинули мне на шею, и душат ею! Вот тот поводок, за который меня дергает Председатель, как последнюю жалкую псину!
В любой момент, стоит мне только взбрыкнуть, и брата, и папу тут же убьют, причем официально и по закону.
Я, откинувшись на спинку стула, смеюсь зло и обреченно: над самой собой, над ситуацией, в которой оказалась, над своей прошлой смертью и над будущей.
Выхода нет и не будет. И никогда не было!
Впереди меня ждет только смерть и беспросветный мрак.
Тьма, где нет ничего – ни чувств, ни мыслей, ни самой себя. Безоговорочное небытие!
Да, вот каковы мои воспоминания после смерти, и до осознания себя в этом мире, не было больше ничего – только пустота, сплошная и безысходная, без сознания и мыслей.
Умерев один раз, ты не захочешь умирать во второй, становится ничем, пустотой! Это аксиома!
Перед смертью все равны, смерть – это только начало и прочие бла-бла-бла… Да как бы не так!
Со смертью все и заканчивается. Только чудо, не иначе, позволило осознаться и вспомнить саму себя в этом пусть и отвратном, но все же новом мире и продолжить жить!
Мой дробный смех постепенно переходит в тихий плач – тонкий, слабый, еле слышный. Но на сегодня я уже достаточно поистерила, поэтому долго оплакивать свою судьбу нет ни моральных сил, ни физических, и в какой-то момент затихаю, устало и обессиленно опустившись головой на руки и уткнувшись в них лицом.
Так и сижу за столом, не знаю сколько, пока где-то в квартире опять не хрустнуло что-то пугающе громко, отчего я испуганно подскакиваю и оборачиваюсь назад, но, конечно же, там никого нет – ничего жуткого и страшного, и я, будто прийдя в себя, вновь начинаю усиленно растирать лицо, а потом, когда это не приносит ожидаемого результата, встаю и иду в ванную и там очень долго умываю лицо холодной водой, а после возвращаюсь, вновь сажусь перед ноутбуком и невидящим взглядом смотрю в его темный экран, но не вывожу его из сна, а только задумчиво либо вожу пальцем по столу, либо вхолостую, без цели щелкаю кнопкой мыши. Даже когда пластиковая поверхность кнопки мыши под подушечкой пальца уже начинает как-то нехорошо скрипеть, но я не замечаю этого, погруженная в безрадостные мысли и бесконечные размышления.
Если убежать не получится… Точнее, я не могу просто взять и бросить на пол пути то, ради чего я, то есть Лика, пошла на все эти жертвы. Не могу оставить свою семью, не могу отвернуться от нее, какой бы эгоисткой не была. Слишком уж от нее завишу, от самого факта ее существования.
Потому что если брата и папу все же расстреляют, то мама уйдет в след за ними, угаснет тихо и незаметно, как свеча, и я останусь совсем одна в этом мире. Окончательно и бесповоротно лишусь даже эфемерного, иллюзорного чувства, что хоть кому-то не все равно на мое существование, что у меня есть место, куда я могу вернуться, что есть тыл, где мне всегда будут рады, где всегда будут ждать, беспокоиться и думать обо мне.
Поэтому даже если я решусь на такое предательство, эгоистично закрою на все глаза и спрячу голову в песок как страус, то вряд ли проживу дольше остальных членов своей семьи: Шиловым уже предписано умереть, и это не обсуждается. Просто каким-то звериным чутьем это ощущаю, отчего и становится только гаже на душе.
Но даже так, если бы не угроза моей семье, то все равно бы попыталась сбежать, пусть даже шанс на успешный побег чересчур мал. Давно бы уже и ноги моей в этой квартире не было, да и вообще на этом континенте. Уехала бы хоть куда: хоть в Караганду, хоть Уганду, хоть Мадагаскар – в любую жопу мира отправилась, лишь бы отсюда подальше. И хоть зайцем бы поехала, хоть беженцем, хоть как…
А раз так, то проще оставить надежду смалодушничать и поступить очень логично: сбежать от всего куда подальше. Так что надо уже прекратить жалеть себя и сетовать на судьбу. В прокрастинации нет практического смысла, даже если она является одной из основополагающей частей моей личности, как нелюдимость, замкнутость и склонность к бесконечным тревожным мыслям.
…Поэтому сделаем шаг назад. Что я хотела изначально сегодня сделать?
Правильно, либо поехать на свою собственную квартиру по прописке в паспорте, либо посетить любой ближайший роддом или что-то похожее, чтобы протестить Систему и понять наконец, как над людьми и вообще над любыми живыми существами появляется полоска здоровья, да и остальные показатели не помешает исследовать в таком же ключе.
Сложный выбор, разнозначный: поворот направо или поворот налево…
Выбрать красную таблетку или синюю…
Хотя будь моя воля, выкинула бы все эти таблетки в помойку!
Верно, будь моя воля, я бы вообще предпочла никуда не ехать. Зашкериться где-нибудь, прикинуться ветошью, слиться со стеной… Да что угодно! И тем самым пережить сюжетный ураган в незаметном убежище в виде этой маленькой засранной квартирке.
В конце концов, раз убежать нельзя, то прятаться ведь никто не запрещал! Сам бог велел это сделать!
Я всего-то три дня в новом мире нахожусь, но ни отдышаться, ни прийти в себя, ни даже остановиться на время и подумать спокойно – не в панике и не в истерике, понять, как лучше поступить, придумать хоть какой-то адекватный, маломальский приемлемый план действий, мне буквально не дают.
Вселенная явно не собирается расщедрится и дать мне хотя бы минимальный срок для адаптации!
Для моего психотипа уже произошло слишком много событий, отчего я, от избытка разрозненной, несвязанной между собой информации, постоянно нервничаю, дергаюсь, впадаю в ступор или же, наоборот, излишне эмоционально реагирую, когда нужно бы притормозить и подойти к делу с холодной головой.
Короче, не создана я для попаданства в принципе, вот и все!
Для этого надо быть неунывающей оптимисткой, беспросветно тупой и восторженной, без чувства самосохранения в базовой прошивке. Безумно завидую таким незамутненным личностям, как и тем читательницам, которые про них взахлеб читают.
А ведь если бы я хотя бы за три-четыре месяца раньше осозналась в новом мире, то у меня было бы гораздо больше времени свалить от неизбежного хода сюжета, что уже так и прет на всех парах, как паровоз по рельсам, и не остановить его теперь просто никак.
Глава 31
Для начала я решаю пойти по пути наименьшего сопротивления: нахожу что-то типа сайта с архивом всех вынесенные судебных решений.
Но когда в поиске вбиваю необходимые числа из обвинительного дела «5-4-7-6-12-18-3-3-19-11-8-16-23-70-45-10-27-56-21-39», то не нахожу ничего – абсолютно! И так, и этак их ввожу – и без тире, и частично, но в выпадающих делах, описаниях вынесенных приговоров нигде, даже мимоходом, не мелькают имена брата и отца.
Выругавшись, я вручную начинаю просматривать каждое дело, начиная с дат прошлого года, и спустя полчаса страданий наконец нахожу упоминание фамилии моей семьи – Шиловы, как раз по датам совпадает – судебное дело примерно полугодовой давности, что вполне соответствует моим очень частично вернувшимся воспоминаниям.
Но найденная информация многого не дала: судебное решение по делу о статье Измены Родины, вменяемой отцу и брату, было просто-напросто закрыто без каких-либо дополнительных пояснений. Теперь сиди и гадай: был ли приведен в исполнение обвинительный приговор или все же нет.
И я, недовольно поморщившись от того, что с наскока и без лишних телодвижений узнать о дальнейшей судьбе родственников сразу не получится, некоторое время ерзаю на скрипнувшем стуле, усаживаясь поудобнее.
Но не сказать, что я прям-таки потратила время впустую и не обнаружила ничего полезного или хотя бы любопытного. Например, из странного и необычного – это то, что номер обвинительного дела «5-4-7-6-12-18-3-3-19-11-8-16-23-70-45-10-27-56-21-39» и номер судебного решения не совпадают, из-за чего, собственно, я и не смогла ничего найти в поиске судебного сайта.
Чего здесь, по-видимому, в принципе быть не может: мельком пробежавшись по всему архиву дел и сунув нос в стоящие по соседству похожие вынесенные приговоры для таких же попавших под репрессии несчастных, что и моя семья, я обнаружила четкую закономерность: номера дела и судебного решения везде будут совпадать – без исключений… Но в любом исключении есть исключение, и это оказалась семья Шиловых. Уже сам этот факт и, как таковое, бюрократическое несоответствие выглядят крайне подозрительными и наводят на определенные мысли и не сказать, что обнадеживающие…
Не найдя исчерпывающего и однозначного ответа на вопрос, были ли в конечном итоге отпущены отец с братом или нет, я начинаю хряндексить в Хряндексе.
Но и поиск в интернете тоже не очень-то много дал мне по началу: в основном, при упоминании фамилии Шиловых везде повсеместно встречались ангажированные, пространные и достаточно скучные статьи о том, как ужасно предательство Родины, растрата денежных средств социалистических граждан и т.д., и т.п. в том же духе.
Другими словами, перелопатив кучу всякой бесполезной чуши, я так и не нашла ничего нужного, хотя бы один вменяемый источник информации! Бесплодные поиски продолжались до тех пор, пока не удалось найти коротенькую скупую статейку на не шибко благонадежном сайте, судя по всему, созданном какими-то оппозиционерами. Хотя странно, что они вообще здесь существуют, оппозиционеры эти, – в этом тоталитарном государстве. Значит, либо кем-то крышуются, либо самой властью поддерживаются – тут уж точно и не определить…
Хотя какая разница, не все ли равно, почему социалистическая власть позволяет себя критиковать и не трогает, с их точки зрения, этот рассадник заразы? Да наплевать мне на это противоречие с высокой колокольни! И я, выбросив все лишние мысли из головы, погружаюсь в чтение этой крохотной заметки и наконец обнаруживаю в ней хоть что-то конкретное.
В отличие от того, что я вспомнила во сне, брата и отца, Дмитрия Шилова и Валентина Шилова, официально в СМИ обвиняли немножко в другом – в экспорте запрещенного товара. Якобы они возили его через границы в недружественные и вражеские страны. В принципе, обвинение имело бы место быть, если бы не одно «но» …
По своей сути, папина конторка всегда была, есть и остается подразделением, крошечным невзрачным филиалом большой транспортной компании по грузовым перевозкам различного товара. Все задания в основном исходили от головного офиса, заказы оттуда передавались нам в работу и, по большей части, были госзаказами. И если бы товар все же возился в недружественные страны, то явно под патронажем государства, с его прямой индульгенции!
Поэтому само по себе обвинение уже представляется и достаточно смешным, и достаточно страшным, так как и ежу понятно: нашу семью по классике сделали обычными стрелочниками, чтобы обелить кого-то вышестоящего. Но даже так… Зачем надо было настолько категорично подходить к вопросу, настолько радикально и беспринципно? Зачем надо было обвинять по настолько расстрельной статье – Измена Родины?
Как дальний гром разносится глухим эхом по полям, так и у меня в ушах будто до сих пор звучит голос папиного друга Георгия, и его слова продирают похлеще стылой воды в зимний день:
— Статья за педофилию, статья за распространение наркотиков, статья за измену Родине – это все инструменты для репрессий, которые широко применяет нынешняя социалистическая власть! По этим статьям не оправдывают и не снимают обвинений. Даже если они были ложными или же это была подстава… А подставы крайне часто происходят, но властям наплевать, даже если ты по итогу оказался невиновен…
Во сне слова были другие, когда я с ним разговаривала на перроне…
Значит, я еще раз с этим Георгием встречалась и попробовала каким-то образом того вновь привлечь в помощь для спасения брата и отца?
Хааа, не помню… Ничего не помню!
Больше тех трех воспоминаний у меня и нет из жизни Лики – остались только жалкие крохи знаний об этом мире, куча смутные ощущений и ворох бесполезных эмоций. Все это к делу не пришьешь. Бесполезный груз, что только мешает здраво мыслить!
Обессиленно растираю лицо руками, чтобы разогнать кровь и наконец успокоиться. Это помогает вновь сосредоточится, и я мыслями возвращаюсь к рассуждениям о причинах, что сподвигли обрушить на мою семью всю силу социалистического правосудия.
…Да, крайне логично предположить, что за счет моей семьи хотели сокрыть какие-то свои грешки некие личности, обремененные властью.
Но каковы эти личности, что они из себя представляют, и, самое главное, почему именно мы, Шиловы?
Что в нас такого особенного и сакрального?
Я не вижу никаких адекватных причин, кроме той, что от нас явно хотели зачем-то избавиться, что кому-то стали почему-то неугодны, или же, как вариант, не посчастливилось перейти кому-то дорогу особо важному!
Да это же безумие какое-то!
Но что бы в реальности ни сподвигло сфабриковать против моей семьи обвинение, то, глядя на последствия случившегося, выводы для себя о своих умениях держать удары судьбы могу сделать только неутешительные.
Вся моя жизнь тут же рухнула в одночастье, как только младшего брата и отца арестовали, а мама попала из-за этого в больницу, и я осталась одна лицом к лицу с этой бедой. Ничего не смогла сделать дельного и путного, а все потому, что слишком уж привыкла жить как собака на сене. Так еще, возможно, трепыхаясь, сделала только хуже своими действиями, связавшись с откровенными преступниками.
Эх, а все потому, что слишком уж мы жалкие, слишком ничтожные. Печальна судьба тех, кто не обладает даже крошечной толикой власти, чтобы защитить себя и то, что тебе дорого…
Словив очередной приступ депрессии и самобичевания, я меланхолично пью уже остывший чай и уныло жую очередной безвкусный бутерброд, который перед тем, как начать искать всякое в интернете про свою семью, сделала на кухне, предварительно разогнав там особо наглых тараканов.
Сточив безвкусную еду скорее на автомате, чем осмысленно, я снова без особого энтузиазма возвращаюсь к дальнейшим изысканиям в интернете. Но многого, опять же, не обнаруживаю.
Только то, что если судить по датам, приблизительно, когда я, наверное, вступила в первый контакт с Председателем, тогда же и появились статьи про мою семью, что типа не все так однозначно, выдвинутые обвинения и приговор слишком суровы и т.д., и т.п., а затем в медийном поле наступила на эту тему полнейшая, даже могильная тишина.
Все про нас в один момент позабыли, как если бы их сморила какая-нибудь вирусная амнезия, тем самым закрыв тему.
Классика!
А после разве что мелькнула мимоходом едва заметная маленькая новость, что дело закрыто за недостаточностью улик и вкупе с новыми выясненными обстоятельствами будет направлено на пересмотр.
В этой заметке, мне на счастье, оказались пусть и частично зацензуренные, но все же несколько первых цифр номера дела, и я, соотнеся и по числам, и по дате, смогла найти на сайте судебных решений скрытое дело, которое только в поиске и ищется, а в самой базе не видно.
В нем утверждалось, что и дело, и обвинительный приговор по измене Родине в сторону Дмитрия и Валентина Шиловых прекращены до выяснения новых обстоятельств, что у меня вызвало невольную нервную усмешку.
Так вот она какая, та удавка, которую накинули мне на шею, и душат ею! Вот тот поводок, за который меня дергает Председатель, как последнюю жалкую псину!
В любой момент, стоит мне только взбрыкнуть, и брата, и папу тут же убьют, причем официально и по закону.
Я, откинувшись на спинку стула, смеюсь зло и обреченно: над самой собой, над ситуацией, в которой оказалась, над своей прошлой смертью и над будущей.
Выхода нет и не будет. И никогда не было!
Впереди меня ждет только смерть и беспросветный мрак.
Тьма, где нет ничего – ни чувств, ни мыслей, ни самой себя. Безоговорочное небытие!
Да, вот каковы мои воспоминания после смерти, и до осознания себя в этом мире, не было больше ничего – только пустота, сплошная и безысходная, без сознания и мыслей.
Умерев один раз, ты не захочешь умирать во второй, становится ничем, пустотой! Это аксиома!
Перед смертью все равны, смерть – это только начало и прочие бла-бла-бла… Да как бы не так!
Со смертью все и заканчивается. Только чудо, не иначе, позволило осознаться и вспомнить саму себя в этом пусть и отвратном, но все же новом мире и продолжить жить!
Мой дробный смех постепенно переходит в тихий плач – тонкий, слабый, еле слышный. Но на сегодня я уже достаточно поистерила, поэтому долго оплакивать свою судьбу нет ни моральных сил, ни физических, и в какой-то момент затихаю, устало и обессиленно опустившись головой на руки и уткнувшись в них лицом.
Так и сижу за столом, не знаю сколько, пока где-то в квартире опять не хрустнуло что-то пугающе громко, отчего я испуганно подскакиваю и оборачиваюсь назад, но, конечно же, там никого нет – ничего жуткого и страшного, и я, будто прийдя в себя, вновь начинаю усиленно растирать лицо, а потом, когда это не приносит ожидаемого результата, встаю и иду в ванную и там очень долго умываю лицо холодной водой, а после возвращаюсь, вновь сажусь перед ноутбуком и невидящим взглядом смотрю в его темный экран, но не вывожу его из сна, а только задумчиво либо вожу пальцем по столу, либо вхолостую, без цели щелкаю кнопкой мыши. Даже когда пластиковая поверхность кнопки мыши под подушечкой пальца уже начинает как-то нехорошо скрипеть, но я не замечаю этого, погруженная в безрадостные мысли и бесконечные размышления.
Если убежать не получится… Точнее, я не могу просто взять и бросить на пол пути то, ради чего я, то есть Лика, пошла на все эти жертвы. Не могу оставить свою семью, не могу отвернуться от нее, какой бы эгоисткой не была. Слишком уж от нее завишу, от самого факта ее существования.
Потому что если брата и папу все же расстреляют, то мама уйдет в след за ними, угаснет тихо и незаметно, как свеча, и я останусь совсем одна в этом мире. Окончательно и бесповоротно лишусь даже эфемерного, иллюзорного чувства, что хоть кому-то не все равно на мое существование, что у меня есть место, куда я могу вернуться, что есть тыл, где мне всегда будут рады, где всегда будут ждать, беспокоиться и думать обо мне.
Поэтому даже если я решусь на такое предательство, эгоистично закрою на все глаза и спрячу голову в песок как страус, то вряд ли проживу дольше остальных членов своей семьи: Шиловым уже предписано умереть, и это не обсуждается. Просто каким-то звериным чутьем это ощущаю, отчего и становится только гаже на душе.
Но даже так, если бы не угроза моей семье, то все равно бы попыталась сбежать, пусть даже шанс на успешный побег чересчур мал. Давно бы уже и ноги моей в этой квартире не было, да и вообще на этом континенте. Уехала бы хоть куда: хоть в Караганду, хоть Уганду, хоть Мадагаскар – в любую жопу мира отправилась, лишь бы отсюда подальше. И хоть зайцем бы поехала, хоть беженцем, хоть как…
А раз так, то проще оставить надежду смалодушничать и поступить очень логично: сбежать от всего куда подальше. Так что надо уже прекратить жалеть себя и сетовать на судьбу. В прокрастинации нет практического смысла, даже если она является одной из основополагающей частей моей личности, как нелюдимость, замкнутость и склонность к бесконечным тревожным мыслям.
…Поэтому сделаем шаг назад. Что я хотела изначально сегодня сделать?
Правильно, либо поехать на свою собственную квартиру по прописке в паспорте, либо посетить любой ближайший роддом или что-то похожее, чтобы протестить Систему и понять наконец, как над людьми и вообще над любыми живыми существами появляется полоска здоровья, да и остальные показатели не помешает исследовать в таком же ключе.
Сложный выбор, разнозначный: поворот направо или поворот налево…
Выбрать красную таблетку или синюю…
Хотя будь моя воля, выкинула бы все эти таблетки в помойку!
Верно, будь моя воля, я бы вообще предпочла никуда не ехать. Зашкериться где-нибудь, прикинуться ветошью, слиться со стеной… Да что угодно! И тем самым пережить сюжетный ураган в незаметном убежище в виде этой маленькой засранной квартирке.
В конце концов, раз убежать нельзя, то прятаться ведь никто не запрещал! Сам бог велел это сделать!
Я всего-то три дня в новом мире нахожусь, но ни отдышаться, ни прийти в себя, ни даже остановиться на время и подумать спокойно – не в панике и не в истерике, понять, как лучше поступить, придумать хоть какой-то адекватный, маломальский приемлемый план действий, мне буквально не дают.
Вселенная явно не собирается расщедрится и дать мне хотя бы минимальный срок для адаптации!
Для моего психотипа уже произошло слишком много событий, отчего я, от избытка разрозненной, несвязанной между собой информации, постоянно нервничаю, дергаюсь, впадаю в ступор или же, наоборот, излишне эмоционально реагирую, когда нужно бы притормозить и подойти к делу с холодной головой.
Короче, не создана я для попаданства в принципе, вот и все!
Для этого надо быть неунывающей оптимисткой, беспросветно тупой и восторженной, без чувства самосохранения в базовой прошивке. Безумно завидую таким незамутненным личностям, как и тем читательницам, которые про них взахлеб читают.
А ведь если бы я хотя бы за три-четыре месяца раньше осозналась в новом мире, то у меня было бы гораздо больше времени свалить от неизбежного хода сюжета, что уже так и прет на всех парах, как паровоз по рельсам, и не остановить его теперь просто никак.
