— Ил, ты помнишь, чтобы Сэл когда-нибудь уставал или не высыпался?
Он обернулся ко мне, и по лицу стало понятно, что мысли у нас сошлись. Интересные, однако, дела тут творятся: один психует по каждой мелочи, второму ночи для сна не хватает. Интуиция подсказывала, что источник произошедших с мужчинами перемен один, и он далек от естественного.
Развивать эту мысль я продолжила, утащив мужа и приятеля в густой ельник гиарах в ста от нашей стоянки и установив защиту от подслушивания.
— Я думаю, на вас навели какое-то заклятье.
— Чушь, — вяло опротестовал мои слова Сэл. – Я бы почувствовал чужие чары. Ты бы почувствовала.
— А если это эльфийские чары? Что мы знаем о магии Леса? Вот ты того колдуна сразу раскусил, или только, когда он открылся?
— Прятать дар все могут. Это не доказательство.
— Доказательство? Хорошо, будет тебе доказательство. Несколько лет назад мы с Илом были в Азгаре на приеме в честь Аэрталь. Она вошла в зал и очаровала каждого. Даже меня, пока я не догадалась, что это воздействие, и не перенастроила защиту. А на Лара ее фокусы никакого впечатления не произвели. Сумрак не поддается ментальному воздействию. Но то был кратковременный эпизод. А теперь представь, — я обернулась к мужу, — что такое воздействие будут применять к тебе постоянно. Станет это раздражающим фактором, о котором ты говорил?
— Не знаю, — ответил он. – Но твое объяснение кажется логичным. А с Сэлом тогда что?
— А у Сэла парочка ментальных щитов, о которых он сам, наверное, не помнит. Маги такого уровня ставят защиту почти подсознательно, да, Буревестник? А когда на эту защиту что-то давит, она пытается сама себя поддерживать, оттягивая энергию у организма. Ты ведь не подключаешь щиты напрямую к внешнему источнику?
Друг задумался. Закрыл глаз, видимо, производя внутреннюю ревизию и проверяя защиту.
— А знаешь, что-то похожее есть. Но явных следов воздействия я не вижу.
— Тогда, на приеме, я тоже ничего не заметила. Единственный выход — глобализировать щиты, а перед этим обрубить все внешние связи.
— Но так мы не отследим источник, — возразил Сэллер.
— Я и сейчас не могу его отследить.
— Считаешь, это Аэрталь? – недобро сощурился Иоллар.
— Вряд ли, — у меня были другие мысли на этот счет. – Я не знаю всех ее способностей, но поддерживать чары на расстоянии тяжело. Скорее, кто-то из отряда. Думаю, ее величество решила перестраховаться, и Арай по ее указке отправил с нами соглядатая. Чистокровных эльфов тут нет, а мага-полукровку мы с Сэлом распознали бы. Тем более, что я еще до выхода проверила каждого. Да и чары, как я говорила, по способу воздействия похожи на эльфийские. Остается какой-нибудь артефакт. Некая вещичка, которую человек Аэрталь держит при себе. Воздействие постоянное, но как бы скользящее, ненавязчивое. Ухудшение самочувствия – это побочный эффект. Если проводить параллели, я сказала бы, что это что-то вроде коррекции восприятия.
В отличие от Буревестника муж последних слов не понял, пришлось объяснять:
— Артефакт корректирует наше отношение к владельцу. Аэрталь на приеме вызывала восторг и преклонение. Ее агенту такое внимание ни к чему. Он может пользоваться чарами, чтобы втереться в доверие, стать нам лучшим другом. Или наоборот – прикинуться серой мышкой, о которой мы лишний раз и не вспомним.
— Зачем такие сложности? – пожал плечами Ил. – Мы все равно взяли всех, кого рекомендовал Арай. То-то он так жестко ставил условия: замен не будет и все такое. Специально, чтобы мы ни от кого не отказались. Точно, шпиона всунул! Но раз уже всунул, к чему эти магические заморочки, которые, к тому же не действуют?
На это у меня был ответ:
— Человек Аэрталь не знает, действуют чары или нет. Он тягает с собой эльфийскую безделушку и пребывает в абсолютной уверенности, что она работает, потому что ему так сказали. Кстати, не хочу вас огорчать, но до сегодняшнего дня она и могла работать – слишком явно вы ощущали ее действие. Так что с вами…
— Или с тобой, — перебил меня Сэл. – У тебя никакой ответной реакции не наблюдалось. Значит, не исключено, что твои щиты пропустили заклинание. Ты ведь сама сказала, что тогда с Аэрталь тебя сразу накрыло.
А ведь он прав!
Иоллар отшатнулся в сторону, когда меня охватило холодное голубое пламя. Очищение заняло не более двух секунд.
— Предупреждать надо, — укорил успевший вызвать меч муж.
— Здорово, — оценил «фокус» водник. – И как? Чувствуешь, что твое отношение к кому-нибудь изменилось?
— Например, к одному тощему оборотню или лопоухому недоразумению по имени Дуд? – с ехидством, не подходящим к ситуации, зато вполне свойственным моему ненаглядному, уточнил Ил.
— Нет, — в том же тоне ответила я. – Материнский инстинкт на месте.
— Значит, этих двоих вычеркиваем, — поддержал шутку Сэллер.
— Никого не вычеркиваем, — уже серьезно продолжил Сумрак. – Нужно вычислить шпиона и отослать к хозяйке с приветом. Хотя… я все больше уважаю Аэрталь. Хитрая стерва.
До сегодняшнего дня такого комплимента от него удостаивалась только Беата.
— Как может выглядеть эта штука?
— Обычно, что-то из металла или камня, — ответил Иоллару Сэл. – Кольцо, медальон. Пуговица или пряжка.
— Что угодно, — констатировала я неутешительный факт. – И боюсь, я эту вещь не распознаю: с эльфийскими амулетами мне работать не приходилось, а если это что-то заряжала лично королева, шансов ноль.
Вот интересно, если эльфийские чары такие сильные, отчего какие-то людишки постоянно притесняют Лар’эллан? И почему эльфы так ценят выучившихся на Каэтаре полукровок? И почему вообще так много этих самых полукровок?
Не связанные с нашим разговором вопросы всплывали в голове сами собой. Вдруг показалось, что в ответах на них скрыто что-то важное. Но ответов не было. Да и проблема сейчас решалась другая. Понятно, что Аэрталь не хотела нам навредить, и ее желание держать ситуацию под контролем тоже было естественным. Но, во-первых, шпион – это всегда неприятно. А во-вторых, не попытается ли королева вмешаться, если узнает, что мы ищем совсем не императора? Не хочется сюрпризов. Наша экспедиция и без того странная: оставили детей, сорвались на другой конец света, рассчитываем за несколько месяцев добраться до усыпальницы, которую люди веками найти не могли, и надеемся, что после этого врата выпустят меня с Тара только потому, что я видела какие-то бредовые сны.
— Милая, все хорошо? – обеспокоенно спросил муж.
— Задумалась. Знаешь, заклинание очищения неплохо проясняет мозги, нужно бы повторять почаще.
Но мы ведь уже тут? А попытка, как говорят, не пытка. Правда, разные случаи бывают…
— Никому ничего не говорим, — огласил план действий Лар. – Кроме Ная, естественно, — опередил он возражения Сэла. – Не думаю, что Аэрталь успела его завербовать. Наблюдаем, отмечаем все необычное.
Необычное мы заметили сразу же, вернувшись на место стоянки. Палатки убрали, Исора заканчивала готовку, а вокруг уже собрались в ожидании завтрака остальные. Только чуть поодаль сидели, словно добрые подружки, две девушки. Устроившись за спиной Вель, Лилэйн ловко сплетала обычно висевшие нечесаными лохмами волосы лучницы в аккуратную тугую косичку, при этом что-то тихонько рассказывая.
— И как это понимать? – удивленно спросил у меня Иоллар.
Мужчина. Что с него возьмешь?
— Кажется, девочки нашли общий язык и поделили мальчиков.
— А мальчики не возражают?
— А кто их спрашивает?
Лил закончила с прической и поднялась с травы, чтобы обойти Авелию и оценить результат.
— Совсем другое дело. Теперь ты просто красавица.
Сидевшие у костра парни как по команде обернулись, чтобы посмотреть на красавицу. А Исора умильно прижала к щекам ладони:
— Ой, какая хорошенькая сразу стала! Прям куколка, когда личико открытое!
— Главное, рот держи закрытым, — ни с того, ни с сего влез Сэл. – Еще лучше будет.
Мне показалось, что будь сейчас у Вель в руках лук, Буревестник получил бы стрелу.
Выступили сразу после завтрака, и уже через час удалось открыть портал. Потом опять пришлось продираться через лес. Тропы на этом участке были только звериные, и Белка с разрешения Лара уступил роль проводника Авелии. Обрадованная, что ее услуги пригодились, без проблем преодолевавшая препятствия девушка-оборотень задала отряду такой темп, что мне снова пришлось задействовать общую энергетическую подпитку, иначе все выдохлись бы уже через полчаса. При этом я не переставала думать о шпионе среди нас, пытаясь, за неимением прямых улик, отыскать ответ при помощи логики. Ха! Я и логика. Опасная смесь. Но можно попробовать. Было бы неплохо знать, какое именно действие должны были оказывать на нас те чары. Стоп! Только ли на нас? Вряд ли заклинание направлено на кого-то конкретно, как и в случае с Аэрталь на балу в Азгаре, это должно было быть круговое излучение. Значит, под воздействие попали все. И отношение к разыскиваемому нами человеку у всех членов отряда одинаковое. Но вот незадача – тут к каждому определенное отношение и уже давно. Начать с Белки. Его уважают. Все. Его жену уважают и побаиваются. Тоже все. Мэт – заноза. Для всех. Тикота – безотказный добряк. Для всех. Лил всем нравится. Вель всем не нравится. Над Дудом все насмехаются. Эйкен – чудак из приморья, если дело не доходит до драки. Винхерд — бритоголовый чудак, и из-за этого дело может дойти до драки. Лони – подпевала Мэта и заноза номер два. Орик… Орик – подозреваемый номер один.
Мысль пришла так неожиданно, что я резко стала посреди тропы, и шедший сзади Дуд едва не сбил меня с ног.
— Прости, споткнулась, — извинилась я первой, пока мальчишка сам не принялся оправдываться.
Значит, Орик. Во-первых, полуэльф. А королева часто делает ставки на полукровок. Во-вторых, совершенно не бросается в глаза. Его как будто нет. Ни в пути, ни на привале его не видно. Не на это ли рассчитана его защита? Но ведь на меня чары не подействовали, а я все равно не обращаю на Орика внимания. Или подействовали и даже очищение не помогло? Вряд ли. Тогда что-то не сходится.
Ладно, пойдем от обратного. Если считать, что на меня заклинание не подействовало, нужно искать того, к кому я отношусь не так, как остальные. Вель? Ну, с первого взгляда она и мне не понравилась. Только потом, когда узнала ее историю, пожалела девочку. Но если предположить, что это она, то… получается полный бред. Что это за коррекция в сторону негативного отношения? И да, Вель не была в числе тех, кого подсунул нам Арай. Значит, ее сразу можно исключить.
Кто следующий? Дуд? Ну, тут тоже непонятное воздействие получается. Недотепа-неумеха. Хотя и подозрительно, что Арвеллан отправил с нами этакое чудо наряду с лучшими своими людьми.
К кому я еще отношусь не так, как другие? Лил? В смысле, что парни с нее глаз не сводят, а я… Я — не парень, вот! Но в целом, девушка мне нравится. Хотела и ее вычеркнуть, но тут подумалось, что воздействие амулета все же может быть избирательным, и рассчитано исключительно на мужчин. А на Лилэйн даже Белка временами заглядывается. Хотя, с другой стороны, вполне нормальная реакция, когда есть на что посмотреть, да еще и при отсутствии какой-либо конкуренции.
Неизвестно, сколько бы я еще так размышляла, перебирая в уме варианты, если бы Сэл, удерживавший щиты не дал сигнал остановиться.
— Впереди люди. Много, человек тридцать.
— Охотники такими толпами не ходят, — заметил Белка. – Имперцы или йорхе. В этом районе видели банды.
— Или беженцы-переселенцы, — предположила Лил.
Женщины даже на войне предпочитают верить в лучшее.
— Стоят лагерем у воды, — переключившись на внешний сканер, сказала я. – Десятка три, как и сказал Сэл. Еще около двадцати человек разрозненными точками вокруг. И вряд ли это переселенцы. Слишком много оружия. Женщин и детей нет. Если не ополченцы из местных, то бандиты.
— Скорее, бандиты, — согласился Лар. – Можем попробовать обойти. А можем попутно сделать доброе дело.
Все высказались за «доброе дело».
План был прост, а потому хорош. Основной удар брал на себя Сумрак. Будь мы на открытой местности, этим все ограничилось бы – полсотни противников, не имеющих магической поддержки, для Лара ерунда. Но сейчас он мог гарантированно расправиться лишь с теми, кто отдыхал на поляне. Те, что бродили вокруг, и те немногие, что успеют сбежать, когда в их лагере появится вооруженная призрачными клинками тень, оставались на нас. Даже Иоллару сложно будет отыскать среди деревьев каждого поодиночке. Поэтому было решено пропустить его вперед, заодно, чтобы убедился, что это, действительно бандиты, а самим рассредоточиться и обойти противника с тыла и взять в кольцо. Нас было немного, но три мага на одиннадцать человек – достаточно для подобной операции, в Кармоле мы такими силами сотни громили. Я, Сэл и Най удержим контур, чтобы йорхе не разбежались по лесу, и при поддержке бойцов добьем тех, кого не настигнет Лар.
Мешки и сумки сбросили в кусты и накрыли ветками.
— Сказку о Сумраке все слышали? – вместо предупреждения спросил муж.
Он туманом выскользнул из одежды. В первый раз это всегда производит впечатление. Во второй, впрочем, тоже. Не обращая внимания на отвисшие челюсти и удивленно хлопающие глаза, я собрала в узел его вещи, связала шнуровкой и перебросила через плечо сапоги. Все, как в старые, недобрые времена.
Он вернулся спустя полминуты, подтвердить, что это не беженцы и не союзники, и частично материализовавшись раздал последние указания.
— Сэл, на вас с Наем фланги, Галла держит центр. Всем остальным: работают маги, вы страхуете. В бой без необходимости не вступать. И без самодеятельности, лишние потери нам ни к чему.
В тот момент я была уверена, что потерь не будет.
Сумрак дымкой стелился по траве, легко просачивался сквозь сплетение колючих веток, перелетал неглубокие овраги. Бандиты выбрали удобное место для стоянки: небольшая поляна с бьющим из-под земли ключом в самой гуще леса. Выставили дозорных по периметру так, чтобы никто не подобрался к ним незамеченным, и оставили себе пути к отступлению – несколько троп уводили еще дальше в чащу, туда, где, согласно карте, начиналось большое болото, наверняка хорошо знакомое разбойникам, но гибельное для новичков в этой местности. Поэтому Лар и не стал нападать сразу: не поднимая шума, миновал нескольких караульных, оставив их товарищам, и обошел вражеский лагерь со стороны топей. Теперь, если и побегут, то не сюда.
Остановившись, выждал еще несколько минут, давая ребятам время рассредоточиться и окружить поляну. Главное, чтобы не выдали себя раньше времени. Прислушался: все спокойно, негромкие голоса бандитов, птичья возня. Птица и послужила сигналом: за сотни парсо от морского побережья, в небе над лесом кружил буревестник. Бойцы на позиции. Пора.
Не вызывая мечей, Иоллар материализовался за спиной первого дозорного, одним резким движением свернул человеку шею и аккуратно уложил труп на землю. Его товарищ, стоявший всего в пяти шагах, даже не обернулся, а через миг уже лежал с разрубленным горлом. Еще двух охранников Лар убил, уже не заботясь о тишине – шансов уйти у людей на поляне все рано не было. Серый вихрь ворвался в лагерь, пронесся между сидевших маленькими группками бандитов. Мелькали клинки, лилась кровь, крики страха и боли наполнили воздух.
Он обернулся ко мне, и по лицу стало понятно, что мысли у нас сошлись. Интересные, однако, дела тут творятся: один психует по каждой мелочи, второму ночи для сна не хватает. Интуиция подсказывала, что источник произошедших с мужчинами перемен один, и он далек от естественного.
Развивать эту мысль я продолжила, утащив мужа и приятеля в густой ельник гиарах в ста от нашей стоянки и установив защиту от подслушивания.
— Я думаю, на вас навели какое-то заклятье.
— Чушь, — вяло опротестовал мои слова Сэл. – Я бы почувствовал чужие чары. Ты бы почувствовала.
— А если это эльфийские чары? Что мы знаем о магии Леса? Вот ты того колдуна сразу раскусил, или только, когда он открылся?
— Прятать дар все могут. Это не доказательство.
— Доказательство? Хорошо, будет тебе доказательство. Несколько лет назад мы с Илом были в Азгаре на приеме в честь Аэрталь. Она вошла в зал и очаровала каждого. Даже меня, пока я не догадалась, что это воздействие, и не перенастроила защиту. А на Лара ее фокусы никакого впечатления не произвели. Сумрак не поддается ментальному воздействию. Но то был кратковременный эпизод. А теперь представь, — я обернулась к мужу, — что такое воздействие будут применять к тебе постоянно. Станет это раздражающим фактором, о котором ты говорил?
— Не знаю, — ответил он. – Но твое объяснение кажется логичным. А с Сэлом тогда что?
— А у Сэла парочка ментальных щитов, о которых он сам, наверное, не помнит. Маги такого уровня ставят защиту почти подсознательно, да, Буревестник? А когда на эту защиту что-то давит, она пытается сама себя поддерживать, оттягивая энергию у организма. Ты ведь не подключаешь щиты напрямую к внешнему источнику?
Друг задумался. Закрыл глаз, видимо, производя внутреннюю ревизию и проверяя защиту.
— А знаешь, что-то похожее есть. Но явных следов воздействия я не вижу.
— Тогда, на приеме, я тоже ничего не заметила. Единственный выход — глобализировать щиты, а перед этим обрубить все внешние связи.
— Но так мы не отследим источник, — возразил Сэллер.
— Я и сейчас не могу его отследить.
— Считаешь, это Аэрталь? – недобро сощурился Иоллар.
— Вряд ли, — у меня были другие мысли на этот счет. – Я не знаю всех ее способностей, но поддерживать чары на расстоянии тяжело. Скорее, кто-то из отряда. Думаю, ее величество решила перестраховаться, и Арай по ее указке отправил с нами соглядатая. Чистокровных эльфов тут нет, а мага-полукровку мы с Сэлом распознали бы. Тем более, что я еще до выхода проверила каждого. Да и чары, как я говорила, по способу воздействия похожи на эльфийские. Остается какой-нибудь артефакт. Некая вещичка, которую человек Аэрталь держит при себе. Воздействие постоянное, но как бы скользящее, ненавязчивое. Ухудшение самочувствия – это побочный эффект. Если проводить параллели, я сказала бы, что это что-то вроде коррекции восприятия.
В отличие от Буревестника муж последних слов не понял, пришлось объяснять:
— Артефакт корректирует наше отношение к владельцу. Аэрталь на приеме вызывала восторг и преклонение. Ее агенту такое внимание ни к чему. Он может пользоваться чарами, чтобы втереться в доверие, стать нам лучшим другом. Или наоборот – прикинуться серой мышкой, о которой мы лишний раз и не вспомним.
— Зачем такие сложности? – пожал плечами Ил. – Мы все равно взяли всех, кого рекомендовал Арай. То-то он так жестко ставил условия: замен не будет и все такое. Специально, чтобы мы ни от кого не отказались. Точно, шпиона всунул! Но раз уже всунул, к чему эти магические заморочки, которые, к тому же не действуют?
На это у меня был ответ:
— Человек Аэрталь не знает, действуют чары или нет. Он тягает с собой эльфийскую безделушку и пребывает в абсолютной уверенности, что она работает, потому что ему так сказали. Кстати, не хочу вас огорчать, но до сегодняшнего дня она и могла работать – слишком явно вы ощущали ее действие. Так что с вами…
— Или с тобой, — перебил меня Сэл. – У тебя никакой ответной реакции не наблюдалось. Значит, не исключено, что твои щиты пропустили заклинание. Ты ведь сама сказала, что тогда с Аэрталь тебя сразу накрыло.
А ведь он прав!
Иоллар отшатнулся в сторону, когда меня охватило холодное голубое пламя. Очищение заняло не более двух секунд.
— Предупреждать надо, — укорил успевший вызвать меч муж.
— Здорово, — оценил «фокус» водник. – И как? Чувствуешь, что твое отношение к кому-нибудь изменилось?
— Например, к одному тощему оборотню или лопоухому недоразумению по имени Дуд? – с ехидством, не подходящим к ситуации, зато вполне свойственным моему ненаглядному, уточнил Ил.
— Нет, — в том же тоне ответила я. – Материнский инстинкт на месте.
— Значит, этих двоих вычеркиваем, — поддержал шутку Сэллер.
— Никого не вычеркиваем, — уже серьезно продолжил Сумрак. – Нужно вычислить шпиона и отослать к хозяйке с приветом. Хотя… я все больше уважаю Аэрталь. Хитрая стерва.
До сегодняшнего дня такого комплимента от него удостаивалась только Беата.
— Как может выглядеть эта штука?
— Обычно, что-то из металла или камня, — ответил Иоллару Сэл. – Кольцо, медальон. Пуговица или пряжка.
— Что угодно, — констатировала я неутешительный факт. – И боюсь, я эту вещь не распознаю: с эльфийскими амулетами мне работать не приходилось, а если это что-то заряжала лично королева, шансов ноль.
Вот интересно, если эльфийские чары такие сильные, отчего какие-то людишки постоянно притесняют Лар’эллан? И почему эльфы так ценят выучившихся на Каэтаре полукровок? И почему вообще так много этих самых полукровок?
Не связанные с нашим разговором вопросы всплывали в голове сами собой. Вдруг показалось, что в ответах на них скрыто что-то важное. Но ответов не было. Да и проблема сейчас решалась другая. Понятно, что Аэрталь не хотела нам навредить, и ее желание держать ситуацию под контролем тоже было естественным. Но, во-первых, шпион – это всегда неприятно. А во-вторых, не попытается ли королева вмешаться, если узнает, что мы ищем совсем не императора? Не хочется сюрпризов. Наша экспедиция и без того странная: оставили детей, сорвались на другой конец света, рассчитываем за несколько месяцев добраться до усыпальницы, которую люди веками найти не могли, и надеемся, что после этого врата выпустят меня с Тара только потому, что я видела какие-то бредовые сны.
— Милая, все хорошо? – обеспокоенно спросил муж.
— Задумалась. Знаешь, заклинание очищения неплохо проясняет мозги, нужно бы повторять почаще.
Но мы ведь уже тут? А попытка, как говорят, не пытка. Правда, разные случаи бывают…
— Никому ничего не говорим, — огласил план действий Лар. – Кроме Ная, естественно, — опередил он возражения Сэла. – Не думаю, что Аэрталь успела его завербовать. Наблюдаем, отмечаем все необычное.
Необычное мы заметили сразу же, вернувшись на место стоянки. Палатки убрали, Исора заканчивала готовку, а вокруг уже собрались в ожидании завтрака остальные. Только чуть поодаль сидели, словно добрые подружки, две девушки. Устроившись за спиной Вель, Лилэйн ловко сплетала обычно висевшие нечесаными лохмами волосы лучницы в аккуратную тугую косичку, при этом что-то тихонько рассказывая.
— И как это понимать? – удивленно спросил у меня Иоллар.
Мужчина. Что с него возьмешь?
— Кажется, девочки нашли общий язык и поделили мальчиков.
— А мальчики не возражают?
— А кто их спрашивает?
Лил закончила с прической и поднялась с травы, чтобы обойти Авелию и оценить результат.
— Совсем другое дело. Теперь ты просто красавица.
Сидевшие у костра парни как по команде обернулись, чтобы посмотреть на красавицу. А Исора умильно прижала к щекам ладони:
— Ой, какая хорошенькая сразу стала! Прям куколка, когда личико открытое!
— Главное, рот держи закрытым, — ни с того, ни с сего влез Сэл. – Еще лучше будет.
Мне показалось, что будь сейчас у Вель в руках лук, Буревестник получил бы стрелу.
Выступили сразу после завтрака, и уже через час удалось открыть портал. Потом опять пришлось продираться через лес. Тропы на этом участке были только звериные, и Белка с разрешения Лара уступил роль проводника Авелии. Обрадованная, что ее услуги пригодились, без проблем преодолевавшая препятствия девушка-оборотень задала отряду такой темп, что мне снова пришлось задействовать общую энергетическую подпитку, иначе все выдохлись бы уже через полчаса. При этом я не переставала думать о шпионе среди нас, пытаясь, за неимением прямых улик, отыскать ответ при помощи логики. Ха! Я и логика. Опасная смесь. Но можно попробовать. Было бы неплохо знать, какое именно действие должны были оказывать на нас те чары. Стоп! Только ли на нас? Вряд ли заклинание направлено на кого-то конкретно, как и в случае с Аэрталь на балу в Азгаре, это должно было быть круговое излучение. Значит, под воздействие попали все. И отношение к разыскиваемому нами человеку у всех членов отряда одинаковое. Но вот незадача – тут к каждому определенное отношение и уже давно. Начать с Белки. Его уважают. Все. Его жену уважают и побаиваются. Тоже все. Мэт – заноза. Для всех. Тикота – безотказный добряк. Для всех. Лил всем нравится. Вель всем не нравится. Над Дудом все насмехаются. Эйкен – чудак из приморья, если дело не доходит до драки. Винхерд — бритоголовый чудак, и из-за этого дело может дойти до драки. Лони – подпевала Мэта и заноза номер два. Орик… Орик – подозреваемый номер один.
Мысль пришла так неожиданно, что я резко стала посреди тропы, и шедший сзади Дуд едва не сбил меня с ног.
— Прости, споткнулась, — извинилась я первой, пока мальчишка сам не принялся оправдываться.
Значит, Орик. Во-первых, полуэльф. А королева часто делает ставки на полукровок. Во-вторых, совершенно не бросается в глаза. Его как будто нет. Ни в пути, ни на привале его не видно. Не на это ли рассчитана его защита? Но ведь на меня чары не подействовали, а я все равно не обращаю на Орика внимания. Или подействовали и даже очищение не помогло? Вряд ли. Тогда что-то не сходится.
Ладно, пойдем от обратного. Если считать, что на меня заклинание не подействовало, нужно искать того, к кому я отношусь не так, как остальные. Вель? Ну, с первого взгляда она и мне не понравилась. Только потом, когда узнала ее историю, пожалела девочку. Но если предположить, что это она, то… получается полный бред. Что это за коррекция в сторону негативного отношения? И да, Вель не была в числе тех, кого подсунул нам Арай. Значит, ее сразу можно исключить.
Кто следующий? Дуд? Ну, тут тоже непонятное воздействие получается. Недотепа-неумеха. Хотя и подозрительно, что Арвеллан отправил с нами этакое чудо наряду с лучшими своими людьми.
К кому я еще отношусь не так, как другие? Лил? В смысле, что парни с нее глаз не сводят, а я… Я — не парень, вот! Но в целом, девушка мне нравится. Хотела и ее вычеркнуть, но тут подумалось, что воздействие амулета все же может быть избирательным, и рассчитано исключительно на мужчин. А на Лилэйн даже Белка временами заглядывается. Хотя, с другой стороны, вполне нормальная реакция, когда есть на что посмотреть, да еще и при отсутствии какой-либо конкуренции.
Неизвестно, сколько бы я еще так размышляла, перебирая в уме варианты, если бы Сэл, удерживавший щиты не дал сигнал остановиться.
— Впереди люди. Много, человек тридцать.
— Охотники такими толпами не ходят, — заметил Белка. – Имперцы или йорхе. В этом районе видели банды.
— Или беженцы-переселенцы, — предположила Лил.
Женщины даже на войне предпочитают верить в лучшее.
— Стоят лагерем у воды, — переключившись на внешний сканер, сказала я. – Десятка три, как и сказал Сэл. Еще около двадцати человек разрозненными точками вокруг. И вряд ли это переселенцы. Слишком много оружия. Женщин и детей нет. Если не ополченцы из местных, то бандиты.
— Скорее, бандиты, — согласился Лар. – Можем попробовать обойти. А можем попутно сделать доброе дело.
Все высказались за «доброе дело».
План был прост, а потому хорош. Основной удар брал на себя Сумрак. Будь мы на открытой местности, этим все ограничилось бы – полсотни противников, не имеющих магической поддержки, для Лара ерунда. Но сейчас он мог гарантированно расправиться лишь с теми, кто отдыхал на поляне. Те, что бродили вокруг, и те немногие, что успеют сбежать, когда в их лагере появится вооруженная призрачными клинками тень, оставались на нас. Даже Иоллару сложно будет отыскать среди деревьев каждого поодиночке. Поэтому было решено пропустить его вперед, заодно, чтобы убедился, что это, действительно бандиты, а самим рассредоточиться и обойти противника с тыла и взять в кольцо. Нас было немного, но три мага на одиннадцать человек – достаточно для подобной операции, в Кармоле мы такими силами сотни громили. Я, Сэл и Най удержим контур, чтобы йорхе не разбежались по лесу, и при поддержке бойцов добьем тех, кого не настигнет Лар.
Мешки и сумки сбросили в кусты и накрыли ветками.
— Сказку о Сумраке все слышали? – вместо предупреждения спросил муж.
Он туманом выскользнул из одежды. В первый раз это всегда производит впечатление. Во второй, впрочем, тоже. Не обращая внимания на отвисшие челюсти и удивленно хлопающие глаза, я собрала в узел его вещи, связала шнуровкой и перебросила через плечо сапоги. Все, как в старые, недобрые времена.
Он вернулся спустя полминуты, подтвердить, что это не беженцы и не союзники, и частично материализовавшись раздал последние указания.
— Сэл, на вас с Наем фланги, Галла держит центр. Всем остальным: работают маги, вы страхуете. В бой без необходимости не вступать. И без самодеятельности, лишние потери нам ни к чему.
В тот момент я была уверена, что потерь не будет.
Сумрак дымкой стелился по траве, легко просачивался сквозь сплетение колючих веток, перелетал неглубокие овраги. Бандиты выбрали удобное место для стоянки: небольшая поляна с бьющим из-под земли ключом в самой гуще леса. Выставили дозорных по периметру так, чтобы никто не подобрался к ним незамеченным, и оставили себе пути к отступлению – несколько троп уводили еще дальше в чащу, туда, где, согласно карте, начиналось большое болото, наверняка хорошо знакомое разбойникам, но гибельное для новичков в этой местности. Поэтому Лар и не стал нападать сразу: не поднимая шума, миновал нескольких караульных, оставив их товарищам, и обошел вражеский лагерь со стороны топей. Теперь, если и побегут, то не сюда.
Остановившись, выждал еще несколько минут, давая ребятам время рассредоточиться и окружить поляну. Главное, чтобы не выдали себя раньше времени. Прислушался: все спокойно, негромкие голоса бандитов, птичья возня. Птица и послужила сигналом: за сотни парсо от морского побережья, в небе над лесом кружил буревестник. Бойцы на позиции. Пора.
Не вызывая мечей, Иоллар материализовался за спиной первого дозорного, одним резким движением свернул человеку шею и аккуратно уложил труп на землю. Его товарищ, стоявший всего в пяти шагах, даже не обернулся, а через миг уже лежал с разрубленным горлом. Еще двух охранников Лар убил, уже не заботясь о тишине – шансов уйти у людей на поляне все рано не было. Серый вихрь ворвался в лагерь, пронесся между сидевших маленькими группками бандитов. Мелькали клинки, лилась кровь, крики страха и боли наполнили воздух.
