– Что с тобой? – встревоженно спросил Джеймс. – У тебя лицо белее бумаги… и… кровь носом пошла.
Кэтрин дотронулась пальцем до указанного места, и увидела алые разводы на руке.
– Давление подскочило, – сочувственно произнес Рик. – Держи голову повыше.
– Я провожу тебя в ванную, – Джеймс встал с дивана, бережно взял ее за локоть, и повел из гостиной.
– Сам бы мог не идти меня провожать. Шейла и так ревнует… – произнесла Кэтрин, когда Джеймс распахнул перед ней дверь ванной. Она старалась на него не смотреть, боясь, что видение вернется.
Сосед поморщился будто съел что-то кислое.
– В этом доме вроде как я должен быть гостеприимным хозяином. У Шейлы богатая фантазия, которая, если честно, порядком осточертела. Ты не первая девушка, к которой она меня ревнует.
– Шейла просто боится тебя потерять.
Джеймс ничего не ответил. Лишь объяснил где лежат, если понадобятся, бумажные салфетки, полотенце, и оставил Кэтрин одну.
Она открыла кран, намочила полотенце и стерла кровь. Дрожащими руками выключила воду и собиралась покинуть ванную, как по отражению в зеркале прошла рябь, словно по воде. Воздух из легких испарился. Позади себя она увидела Маркуса или точнее фантом демона под его личиной. Обернулась. Никого. Снова взглянула в зеркало и вновь он там, точно существовал только в потустороннем мире. Организму стало не хватать кислорода и Кэтрин прерывисто вдохнула воздух.
Двоюродный дядя склонил голову на плечо и презрительно произнес, скривив губы:
– И ты вампир?! Якшаешься со смертным стадом! Пиво пьешь, на картах им гадаешь, а могла убить всех. Они бы не смогли тебя остановить. Даже не представляют насколько ты опасна. Вампир, с даром колдовства…
– Тебя здесь нет, – четко повторила уже используемое оружие Кэтрин.
На лице Маркуса появилось хищное, злобное выражение. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, как она повторила:
– Ты ненастоящий.
Закрыла глаза, досчитало до десяти, а когда открыла в ванной, кроме нее, не было никого.
Ох добром эти видения не закончатся.
Она выскочила из комнаты.
– Ну как ты? – спросил Рик, чуть приподнимаясь с дивана.
– Уже лучше. Голова только кружится. Я пойду домой, спать лягу, – Кэтрин собрала карты, стараясь не замечать, как они обжигают кончики пальцев. Попрощалась и покинула дом соседа.
Ворвавшись в собственную гостиную, забежала в кухню.
В появлениях Айруса виноват чертом магический дар!
Взяла железный поднос, бросила на него карты таро, схватила спички. Зажгла одну. Та желтоватым рваным пятном осветила ее пальцы и колоду на подносе.
– Ты что делаешь? – подпрыгнула от раздавшегося за спиной голоса отца. Спичка выскользнула из рук на пол, где и потухла, догорев, погружая комнату во мрак.
Отец щелкнул выключатель и кухню залил яркий свет.
Мэттью подошел ближе, и встал рядом. На нем были брюки и белая рубашка, отчего можно сделать вывод, что несмотря на поздний час, он еще не ложился, скорее всего погруженный в работу.
– Ты не должна их сжигать, – ровно произнес он.
Его голос был тихий, словно шелест ветра в кронах деревьев, но четкий.
– Я не помню, как купила их, как положила в сумку. Они приманили, заставили ими воспользоваться, и демон вновь привиделся мне, – она стиснула коробок спичек, едва не сминая его. В голосе прозвучала нотка отчаянья.
– В таро великая сила, не следует обижать ее. Иначе, когда понадобится они отвернуться от тебя, откажутся говорить. Не карты виноваты, что ты купила и гадала на них, а твой изо всех сил рвущийся наружу дар, – Мэттью забрал из ее рук спички. На его лицо легла тень усталости.
– Я погублю нас обоих, – вполголоса изрекла она.
Отец положил коробок спичек на стол и сжал плечи Кэтрин.
– Не сдавайся раньше времени. Ты сильная и я верю в тебя.
– Я боюсь себя и не знаю каким образом магия вырвется на свободу в следующий раз…
Около минуты Мэттью смотрел на нее пристально, слегка нахмурившись.
– Идем! – он схватил за руку и потянул за собой. Завел наверх в свою комнату.
Отпустил ладонь, подошел к секретеру и достал из нижнего ящика бронзовый круглый медальон с витиеватыми узорами и прозрачным камнем посредине.
– Его можно заговорить, и тогда, пока носишь его, твоя сила временно перестанет выплескиваться.
– Не хочу, чтобы ты подвергал себя риску, – Кэтрин качнула головой.
– Я держу своих демонов под запором. Все будет хорошо, – спокойно словно маленькой произнес он, и как в детстве погладил по волосам.
Она знала, он лжет. Сам не уверен ни в чем.
– Кэт, сейчас не во мне дело. Первоначально нужно обезопасить тебя, – видя ее несогласие попытался доказать правоту Мэттью.
– Давай делай что хотел, – вздохнула она.
* * *
Утром Кэтрин выехала из дома, чтобы направиться в школу. Дотронулась до слегка холодящего кожу медальона на шее. Мэттью провел ритуал, и теперь она чувствовала себя спокойнее. Дышать стало легче. Точно тучи раздвинулись и открыли ясное небо, позволив ощутить на лице нежные и теплые прикосновения солнца. Да и отец, по крайней мере, как показалось внешне, чувствовал себя хорошо, несмотря на затраченные силы на заклинание и борьбу с темнотой проклятой магии. Поэтому настроение приподнялось еще на одну планку.
Машина и пяти метров не проехала от дома, как крякнула и заглохла.
Неприятности всегда найдут…
Вот же зараза! Кэтрин в сердцах хлопнула ладонью по рулю.
И чего тебе не хватало!
Она оглянулась на дом. Отец уехал на работу раньше нее и за секунду не примчится, чтобы разобраться в поломке машины. Да и ему не до ее проблем. У него сегодня последний день подготовки к суду, рассматривающему бракоразводный процесс.
Кэтрин вышла из машины и открыла капот. Около минуты бездумно смотрела на автомобильные внутренности.
Рядом под колесами машины зашуршал гравий. Кэтрин посмотрела влево. … затормозил, из салона вышел сосед.
– Вижу проблемы, – бросил он, кивнув на безжизненную машину Кэтрин. Подошел, нагнулся над капотом. Изучающе посмотрел, подергал какой-то провод, что-то подкрутил. Выпрямился.
– Какой диагноз, доктор? – спросила она.
– Не смертельно, но поковыряться нужно. Отгоним вечером в мой гараж, я починю.
– А сейчас… – Кэтрин растерянно развела руками.
– Запри ее, а до школы я тебя довезу. Все равно по пути, – Джеймс улыбнулся уголком губ.
– Как же… – начала было она.
Он махнул рукой.
– Довезти соседку до школы уже измена? – вновь усмехнулся Джеймс.
– Нет, но…
Он нетерпеливо ее перебил:
– Садись уже, иначе опоздаем.
Кэтрин забрала из «тойоты» сумку и заняла пассажирское сиденье «ауди».
Джеймс легко маневрировал среди других автомобилей, точно они с «ауди» были единым механизмом. На дороге чувствовал себя как акула в море. Не зря гонки выигрывает.
Тут Кэтрин заметила темное пятно на руке. Скорее всего испачкалась, когда открывала капот «тойоты».
– У тебя есть влажные салфетки? – спросила она, неохотно отмечая, что ей нравится его четкий, словно высеченный из камня профиль. Прямо Аполлон…
– В бардачке посмотри.
Кэтрин открыла его, достала салфетки и случайно взгляд зацепился за одну вещь… Она взяла ее, разглядывая между пальцами.
Кэтрин будто получила удар под дых. Внутри все натянулось подобно струне.
Рукой она сжимала пулю от ружья крупного калибра, отлитую из серебра.
– Ее мне дед подарил, – пояснил Джеймс. – Он охотник.
– На кого? – вырвалось у Кэтрин. Она старалась быть невозмутимой, но не была уверена, что у нее выходит.
– На оленей, – Джеймс хохотнул. – Не на оборотней же. А серебряные пули просто его фишка, нравятся ему.
– Недешевое удовольствие, – заметила Кэтрин, убирая пулю обратно в бардачок, и доставая влажную салфетку.
Джеймс пожал плечами.
– Насколько я знаю у него несколько таких, и стреляет он ими только в определенных случаях.
Ей захотелось скорее покинуть машину соседа. Чувство тревоги и беспокойства никуда не делись. В мозгу красным цветом горела табличка «опасность!».
– Ты напряглась, – нахмурился Джеймс. – Не бойся я не псих, пересмотревший «Ван Хелсинга», отливший пулю, и теперь, похищающий девушек, думая, что они из демонического рода. Я вообще в чертовщину не верю.
А зря…
От сердца отлегло. Непохоже что он врет.
В каком-то давящем гранитной плитой молчании, подъехали к школе.
Джеймс осмотрел двор, а именно место для стоянки. Ядовито – красная «хендай» Шейлы уже была на месте, а рядом пустовало место для него.
Хорошо хоть самой школьной звезды поблизости не было, иначе скандала миновать бы не получилось.
Джеймс заглушил мотор и пристально посмотрел на Кэтрин. Подмигнул озорными глазами.
– После школы зайду, разберусь с твоей машиной.
– А если другие планы… – Кэтрин с ухмылкой скосила взгляд на «хендай» Шейлы.
– Сегодня с полной уверенностью заявляю – я свободен. А слово держать привык. Пусть хоть апокалипсис обрушится на землю, оно непоколебимо.
Внутреннее чутье говорило Кэтрин, что конец света как раз не за горами. Только поразит он не весь, а именно ее мир и не дай Бог ближнее окружение.
* * *
Джеймс не соврал. Спустя два часа после занятий пришел к Кэтрин, держа в руках увесистый ящик с инструментами.
– Показывай больную, – иронично усмехнулся сосед.
Она подвела его к оставленной возле обочины одинокой и холодной «тойоте».
Джеймс открыл капот и деловито принялся копаться в его нутре. Кэтрин наблюдала, оперевшись о дверцу машины.
Она была благодарна ему за помощь, но не могла отделаться от странной навязчивой мысли, настойчиво шепчущей, что ей нравится его общество все сильнее и сильнее.
«Ты идешь по краю пропасти, Кэти».
– Проверяй, заводится ли, – спустя минут десять скомандовал Джеймс, выпрямившись.
Кэтрин скользнула в салон, вставила ключи в замок зажигания, повернула, и вуаля, мотор плавно и довольно заурчал. Браво, господин хирург! Реанимация прошла успешно.
– Да ты волшебник! – похвалила она, высунувшись из машины, радуясь, что теперь не придется буксировать автомобиль в салон по ремонту.
Он развел руками.
– Ерунда. Не было ничего сложного. Поломкой то не назовешь.
– Не скромничай, – Кэтрин прищурилась и чуть склонила голову на бок. – Как тебе отплатить?
– Чашки чая и булочек с джемом будет достаточно, – тепло улыбнулся сосед и поспешно прибавил:
– Если брат не против гостей.
– Подозреваю, Мэттью не следует ждать раньше завтрашнего дня… После работы он скорее всего останется у своей девушки, – час назад он позвонил и сообщил, что его пригласила Анабель. Так странно было думать, что у отца кто-то есть. Нет, это не тяготило и не расстраивало ее, наоборот радовало, просто немного непривычно видеть или представлять его с кем-то помимо матери. Скоро она полностью свыкнется с этим обстоятельством.
Только бы у отца и Анабель все наладилось и не закончилось трагедией… Он как никто другой заслужил толику счастья.
Кэтрин провела Джеймса в дом, пока он мыл руки в ванной, поставила чайник, заглянула в холодильник. Хорошо пакеты с кровью они хранят в подвале, и можно не опасаться, что сосед случайно заглянет в холодильник, увидит основной рацион питания соседки и ее «брата», и тогда всерьез задумается о назначение серебряной пули, подаренной дедом.
Джеймс вернулся из ванной, сел за кухонный стол, и в веселом ожидании посмотрел на Кэтрин.
– Умираю от жажды.
– Пока вода не вскипела, могу налить сок, – предложила она.
– Боюсь будет перебор, – усмехнулся сосед, медленно с интересом, рассматривая кухню, совмещенную с гостиной. Обе комнаты были разделены лишь формальной, невидимой границей.
Кэтрин поставила перед Джеймсом плетеную корзиночку с арахисовым печеньем.
– Подойдет вместо булочек?
– Вполне, – с улыбкой кивнул он, взял одну, откусил и с аппетитом прожевал. – Вкусно. Сама пекла?
Она отрицательно качнула головой и засмеялась.
– Ты преувеличиваешь мои кулинарные способности.
Вскоре Кэтрин налила им обоим чая и села за стол, оказавшись напротив Джеймса, с аппетитом уплетающего печенье. Как-то залюбовалась им, поняв, что ее уносит к болотистой топи, поспешно опустила взгляд в чашку.
Что с ней сегодня такое, черт возьми?
Расправившись с чаем, Джеймс откинулся на спинку стула.
– Красивый, просторный дом, много антикварной мебели, картин, – оценил, обводя помещение взглядом. – Моей семье подобное не по карману. Видно твой брат хороший адвокат и зарабатывает прилично. Не подумай плохого, я не завидую, не имею никаких видов на твою собственность, просто наблюдение.
– Да, Мэттью юрист от Бога, – согласилась Кэтрин. – Понадобиться его помощь, обращайся.
Она встала со стула, чтобы убрать и вымыть чашки.
У стены на краю столешницы стояла едва начатая бутылка виски и бокал. Наверно отец вчера открыл, забыл убрать. Иногда вечерами после трудного рабочего дня, для легкого расслабления, он позволял себе этого напитка, бокал или два.
– Балуешься крепкими напитками? – с доброй усмешкой спросил Джеймс.
– Нет, это брат.
– Хороший вискарь.
– Хочешь, попробуй. Мэттью ничего не скажет.
– Один не буду.
Кэтрин колебалась всего секунду. Несмотря на хорошее настроение, в присутствии Джеймса она была как-то взвинчена внутренне. Возможно небольшое колтчество алкоголя прогонять это ощущенье.
Достала из шкафчика два широких бокала с толстым дном. Джеймс налил немного янтарной жидкости.
– Пусть твоя машина больше не ломается, – провозгласил сосед и они соприкоснулись бокалами.
Кэтрин сделала глоток виски, отмечая крепость и терпкий вкус. В районе груди моментально стало жарко, точно она проглотила жидкий огонь. К тому времени как полностью осушила бокал и потянулась за новой порцией, в голове оставалось ясно, но щеки определенно зарделись румянцем.
– Завтра нет никаких контрольных? – спросила она, хмыкнув. – Чувствую после сегодня определенно не смогу на них сосредоточиться.
Джеймс покачал головой.
– Не должно быть. Хотя тебе то что, я уже успел увидеть, как ты с легкостью решаешь математические задачи или запоминаешь новый материал. Теперь знаю у кого списывать.
– Тебе самому учеба дается хорошо, – заметила Кэтрин. – Так что кому у кого лучше списывать надо еще подумать.
– Все-таки у тебя, – подвел итог Джеймс и приподнял указательный палец вверх. –Даже не спорь.
Сделав неспешный глоток виски, сосед заметил фото, стоящее на каминной полке. Разглядеть кто на нем запечатлен он не мог, и Кэтрин, опередив его, ответила на незаданный вопрос:
– Там я с братом год назад в конноспортивном клубе. Сижу на лошади, Мэттью стоит рядом. Нас сфотографировала знакомая девушка.
– Ты занималась верховой ездой?
– Немного. Люблю лошадей. Они красивые и благородные животные, а ездить на них сущее удовольствие.
– Здорово, – оценил Джеймс. – Я бы посмотрел на тебя в детстве, покажешь фото?
Сердце пропустило удар, Кэтрин всеми силами постаралась, чтобы выражение ее лица осталось спокойным и ничто не выдало легкого волнения.
У нее был альбом с многочисленными фотографиями. Более того никаких странностей в снимках Кэтрин не найти. Ей еще не минуло двадцать пять и пока она старела также, как и любой смертный. Проблема в другом, на некоторых фото был и Мэттью.
Кэтрин дотронулась пальцем до указанного места, и увидела алые разводы на руке.
– Давление подскочило, – сочувственно произнес Рик. – Держи голову повыше.
– Я провожу тебя в ванную, – Джеймс встал с дивана, бережно взял ее за локоть, и повел из гостиной.
– Сам бы мог не идти меня провожать. Шейла и так ревнует… – произнесла Кэтрин, когда Джеймс распахнул перед ней дверь ванной. Она старалась на него не смотреть, боясь, что видение вернется.
Сосед поморщился будто съел что-то кислое.
– В этом доме вроде как я должен быть гостеприимным хозяином. У Шейлы богатая фантазия, которая, если честно, порядком осточертела. Ты не первая девушка, к которой она меня ревнует.
– Шейла просто боится тебя потерять.
Джеймс ничего не ответил. Лишь объяснил где лежат, если понадобятся, бумажные салфетки, полотенце, и оставил Кэтрин одну.
Она открыла кран, намочила полотенце и стерла кровь. Дрожащими руками выключила воду и собиралась покинуть ванную, как по отражению в зеркале прошла рябь, словно по воде. Воздух из легких испарился. Позади себя она увидела Маркуса или точнее фантом демона под его личиной. Обернулась. Никого. Снова взглянула в зеркало и вновь он там, точно существовал только в потустороннем мире. Организму стало не хватать кислорода и Кэтрин прерывисто вдохнула воздух.
Двоюродный дядя склонил голову на плечо и презрительно произнес, скривив губы:
– И ты вампир?! Якшаешься со смертным стадом! Пиво пьешь, на картах им гадаешь, а могла убить всех. Они бы не смогли тебя остановить. Даже не представляют насколько ты опасна. Вампир, с даром колдовства…
– Тебя здесь нет, – четко повторила уже используемое оружие Кэтрин.
На лице Маркуса появилось хищное, злобное выражение. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, как она повторила:
– Ты ненастоящий.
Закрыла глаза, досчитало до десяти, а когда открыла в ванной, кроме нее, не было никого.
Ох добром эти видения не закончатся.
Она выскочила из комнаты.
– Ну как ты? – спросил Рик, чуть приподнимаясь с дивана.
– Уже лучше. Голова только кружится. Я пойду домой, спать лягу, – Кэтрин собрала карты, стараясь не замечать, как они обжигают кончики пальцев. Попрощалась и покинула дом соседа.
Ворвавшись в собственную гостиную, забежала в кухню.
В появлениях Айруса виноват чертом магический дар!
Взяла железный поднос, бросила на него карты таро, схватила спички. Зажгла одну. Та желтоватым рваным пятном осветила ее пальцы и колоду на подносе.
– Ты что делаешь? – подпрыгнула от раздавшегося за спиной голоса отца. Спичка выскользнула из рук на пол, где и потухла, догорев, погружая комнату во мрак.
Отец щелкнул выключатель и кухню залил яркий свет.
Мэттью подошел ближе, и встал рядом. На нем были брюки и белая рубашка, отчего можно сделать вывод, что несмотря на поздний час, он еще не ложился, скорее всего погруженный в работу.
– Ты не должна их сжигать, – ровно произнес он.
Его голос был тихий, словно шелест ветра в кронах деревьев, но четкий.
– Я не помню, как купила их, как положила в сумку. Они приманили, заставили ими воспользоваться, и демон вновь привиделся мне, – она стиснула коробок спичек, едва не сминая его. В голосе прозвучала нотка отчаянья.
– В таро великая сила, не следует обижать ее. Иначе, когда понадобится они отвернуться от тебя, откажутся говорить. Не карты виноваты, что ты купила и гадала на них, а твой изо всех сил рвущийся наружу дар, – Мэттью забрал из ее рук спички. На его лицо легла тень усталости.
– Я погублю нас обоих, – вполголоса изрекла она.
Отец положил коробок спичек на стол и сжал плечи Кэтрин.
– Не сдавайся раньше времени. Ты сильная и я верю в тебя.
– Я боюсь себя и не знаю каким образом магия вырвется на свободу в следующий раз…
Около минуты Мэттью смотрел на нее пристально, слегка нахмурившись.
– Идем! – он схватил за руку и потянул за собой. Завел наверх в свою комнату.
Отпустил ладонь, подошел к секретеру и достал из нижнего ящика бронзовый круглый медальон с витиеватыми узорами и прозрачным камнем посредине.
– Его можно заговорить, и тогда, пока носишь его, твоя сила временно перестанет выплескиваться.
– Не хочу, чтобы ты подвергал себя риску, – Кэтрин качнула головой.
– Я держу своих демонов под запором. Все будет хорошо, – спокойно словно маленькой произнес он, и как в детстве погладил по волосам.
Она знала, он лжет. Сам не уверен ни в чем.
– Кэт, сейчас не во мне дело. Первоначально нужно обезопасить тебя, – видя ее несогласие попытался доказать правоту Мэттью.
– Давай делай что хотел, – вздохнула она.
* * *
Утром Кэтрин выехала из дома, чтобы направиться в школу. Дотронулась до слегка холодящего кожу медальона на шее. Мэттью провел ритуал, и теперь она чувствовала себя спокойнее. Дышать стало легче. Точно тучи раздвинулись и открыли ясное небо, позволив ощутить на лице нежные и теплые прикосновения солнца. Да и отец, по крайней мере, как показалось внешне, чувствовал себя хорошо, несмотря на затраченные силы на заклинание и борьбу с темнотой проклятой магии. Поэтому настроение приподнялось еще на одну планку.
Машина и пяти метров не проехала от дома, как крякнула и заглохла.
Неприятности всегда найдут…
Вот же зараза! Кэтрин в сердцах хлопнула ладонью по рулю.
И чего тебе не хватало!
Она оглянулась на дом. Отец уехал на работу раньше нее и за секунду не примчится, чтобы разобраться в поломке машины. Да и ему не до ее проблем. У него сегодня последний день подготовки к суду, рассматривающему бракоразводный процесс.
Кэтрин вышла из машины и открыла капот. Около минуты бездумно смотрела на автомобильные внутренности.
Рядом под колесами машины зашуршал гравий. Кэтрин посмотрела влево. … затормозил, из салона вышел сосед.
– Вижу проблемы, – бросил он, кивнув на безжизненную машину Кэтрин. Подошел, нагнулся над капотом. Изучающе посмотрел, подергал какой-то провод, что-то подкрутил. Выпрямился.
– Какой диагноз, доктор? – спросила она.
– Не смертельно, но поковыряться нужно. Отгоним вечером в мой гараж, я починю.
– А сейчас… – Кэтрин растерянно развела руками.
– Запри ее, а до школы я тебя довезу. Все равно по пути, – Джеймс улыбнулся уголком губ.
– Как же… – начала было она.
Он махнул рукой.
– Довезти соседку до школы уже измена? – вновь усмехнулся Джеймс.
– Нет, но…
Он нетерпеливо ее перебил:
– Садись уже, иначе опоздаем.
Кэтрин забрала из «тойоты» сумку и заняла пассажирское сиденье «ауди».
Джеймс легко маневрировал среди других автомобилей, точно они с «ауди» были единым механизмом. На дороге чувствовал себя как акула в море. Не зря гонки выигрывает.
Тут Кэтрин заметила темное пятно на руке. Скорее всего испачкалась, когда открывала капот «тойоты».
– У тебя есть влажные салфетки? – спросила она, неохотно отмечая, что ей нравится его четкий, словно высеченный из камня профиль. Прямо Аполлон…
– В бардачке посмотри.
Кэтрин открыла его, достала салфетки и случайно взгляд зацепился за одну вещь… Она взяла ее, разглядывая между пальцами.
Кэтрин будто получила удар под дых. Внутри все натянулось подобно струне.
Рукой она сжимала пулю от ружья крупного калибра, отлитую из серебра.
– Ее мне дед подарил, – пояснил Джеймс. – Он охотник.
– На кого? – вырвалось у Кэтрин. Она старалась быть невозмутимой, но не была уверена, что у нее выходит.
– На оленей, – Джеймс хохотнул. – Не на оборотней же. А серебряные пули просто его фишка, нравятся ему.
– Недешевое удовольствие, – заметила Кэтрин, убирая пулю обратно в бардачок, и доставая влажную салфетку.
Джеймс пожал плечами.
– Насколько я знаю у него несколько таких, и стреляет он ими только в определенных случаях.
Ей захотелось скорее покинуть машину соседа. Чувство тревоги и беспокойства никуда не делись. В мозгу красным цветом горела табличка «опасность!».
– Ты напряглась, – нахмурился Джеймс. – Не бойся я не псих, пересмотревший «Ван Хелсинга», отливший пулю, и теперь, похищающий девушек, думая, что они из демонического рода. Я вообще в чертовщину не верю.
А зря…
От сердца отлегло. Непохоже что он врет.
В каком-то давящем гранитной плитой молчании, подъехали к школе.
Джеймс осмотрел двор, а именно место для стоянки. Ядовито – красная «хендай» Шейлы уже была на месте, а рядом пустовало место для него.
Хорошо хоть самой школьной звезды поблизости не было, иначе скандала миновать бы не получилось.
Джеймс заглушил мотор и пристально посмотрел на Кэтрин. Подмигнул озорными глазами.
– После школы зайду, разберусь с твоей машиной.
– А если другие планы… – Кэтрин с ухмылкой скосила взгляд на «хендай» Шейлы.
– Сегодня с полной уверенностью заявляю – я свободен. А слово держать привык. Пусть хоть апокалипсис обрушится на землю, оно непоколебимо.
Внутреннее чутье говорило Кэтрин, что конец света как раз не за горами. Только поразит он не весь, а именно ее мир и не дай Бог ближнее окружение.
* * *
Джеймс не соврал. Спустя два часа после занятий пришел к Кэтрин, держа в руках увесистый ящик с инструментами.
– Показывай больную, – иронично усмехнулся сосед.
Она подвела его к оставленной возле обочины одинокой и холодной «тойоте».
Джеймс открыл капот и деловито принялся копаться в его нутре. Кэтрин наблюдала, оперевшись о дверцу машины.
Она была благодарна ему за помощь, но не могла отделаться от странной навязчивой мысли, настойчиво шепчущей, что ей нравится его общество все сильнее и сильнее.
«Ты идешь по краю пропасти, Кэти».
– Проверяй, заводится ли, – спустя минут десять скомандовал Джеймс, выпрямившись.
Кэтрин скользнула в салон, вставила ключи в замок зажигания, повернула, и вуаля, мотор плавно и довольно заурчал. Браво, господин хирург! Реанимация прошла успешно.
– Да ты волшебник! – похвалила она, высунувшись из машины, радуясь, что теперь не придется буксировать автомобиль в салон по ремонту.
Он развел руками.
– Ерунда. Не было ничего сложного. Поломкой то не назовешь.
– Не скромничай, – Кэтрин прищурилась и чуть склонила голову на бок. – Как тебе отплатить?
– Чашки чая и булочек с джемом будет достаточно, – тепло улыбнулся сосед и поспешно прибавил:
– Если брат не против гостей.
– Подозреваю, Мэттью не следует ждать раньше завтрашнего дня… После работы он скорее всего останется у своей девушки, – час назад он позвонил и сообщил, что его пригласила Анабель. Так странно было думать, что у отца кто-то есть. Нет, это не тяготило и не расстраивало ее, наоборот радовало, просто немного непривычно видеть или представлять его с кем-то помимо матери. Скоро она полностью свыкнется с этим обстоятельством.
Только бы у отца и Анабель все наладилось и не закончилось трагедией… Он как никто другой заслужил толику счастья.
Кэтрин провела Джеймса в дом, пока он мыл руки в ванной, поставила чайник, заглянула в холодильник. Хорошо пакеты с кровью они хранят в подвале, и можно не опасаться, что сосед случайно заглянет в холодильник, увидит основной рацион питания соседки и ее «брата», и тогда всерьез задумается о назначение серебряной пули, подаренной дедом.
Джеймс вернулся из ванной, сел за кухонный стол, и в веселом ожидании посмотрел на Кэтрин.
– Умираю от жажды.
– Пока вода не вскипела, могу налить сок, – предложила она.
– Боюсь будет перебор, – усмехнулся сосед, медленно с интересом, рассматривая кухню, совмещенную с гостиной. Обе комнаты были разделены лишь формальной, невидимой границей.
Кэтрин поставила перед Джеймсом плетеную корзиночку с арахисовым печеньем.
– Подойдет вместо булочек?
– Вполне, – с улыбкой кивнул он, взял одну, откусил и с аппетитом прожевал. – Вкусно. Сама пекла?
Она отрицательно качнула головой и засмеялась.
– Ты преувеличиваешь мои кулинарные способности.
Вскоре Кэтрин налила им обоим чая и села за стол, оказавшись напротив Джеймса, с аппетитом уплетающего печенье. Как-то залюбовалась им, поняв, что ее уносит к болотистой топи, поспешно опустила взгляд в чашку.
Что с ней сегодня такое, черт возьми?
Расправившись с чаем, Джеймс откинулся на спинку стула.
– Красивый, просторный дом, много антикварной мебели, картин, – оценил, обводя помещение взглядом. – Моей семье подобное не по карману. Видно твой брат хороший адвокат и зарабатывает прилично. Не подумай плохого, я не завидую, не имею никаких видов на твою собственность, просто наблюдение.
– Да, Мэттью юрист от Бога, – согласилась Кэтрин. – Понадобиться его помощь, обращайся.
Она встала со стула, чтобы убрать и вымыть чашки.
У стены на краю столешницы стояла едва начатая бутылка виски и бокал. Наверно отец вчера открыл, забыл убрать. Иногда вечерами после трудного рабочего дня, для легкого расслабления, он позволял себе этого напитка, бокал или два.
– Балуешься крепкими напитками? – с доброй усмешкой спросил Джеймс.
– Нет, это брат.
– Хороший вискарь.
– Хочешь, попробуй. Мэттью ничего не скажет.
– Один не буду.
Кэтрин колебалась всего секунду. Несмотря на хорошее настроение, в присутствии Джеймса она была как-то взвинчена внутренне. Возможно небольшое колтчество алкоголя прогонять это ощущенье.
Достала из шкафчика два широких бокала с толстым дном. Джеймс налил немного янтарной жидкости.
– Пусть твоя машина больше не ломается, – провозгласил сосед и они соприкоснулись бокалами.
Кэтрин сделала глоток виски, отмечая крепость и терпкий вкус. В районе груди моментально стало жарко, точно она проглотила жидкий огонь. К тому времени как полностью осушила бокал и потянулась за новой порцией, в голове оставалось ясно, но щеки определенно зарделись румянцем.
– Завтра нет никаких контрольных? – спросила она, хмыкнув. – Чувствую после сегодня определенно не смогу на них сосредоточиться.
Джеймс покачал головой.
– Не должно быть. Хотя тебе то что, я уже успел увидеть, как ты с легкостью решаешь математические задачи или запоминаешь новый материал. Теперь знаю у кого списывать.
– Тебе самому учеба дается хорошо, – заметила Кэтрин. – Так что кому у кого лучше списывать надо еще подумать.
– Все-таки у тебя, – подвел итог Джеймс и приподнял указательный палец вверх. –Даже не спорь.
Сделав неспешный глоток виски, сосед заметил фото, стоящее на каминной полке. Разглядеть кто на нем запечатлен он не мог, и Кэтрин, опередив его, ответила на незаданный вопрос:
– Там я с братом год назад в конноспортивном клубе. Сижу на лошади, Мэттью стоит рядом. Нас сфотографировала знакомая девушка.
– Ты занималась верховой ездой?
– Немного. Люблю лошадей. Они красивые и благородные животные, а ездить на них сущее удовольствие.
– Здорово, – оценил Джеймс. – Я бы посмотрел на тебя в детстве, покажешь фото?
Сердце пропустило удар, Кэтрин всеми силами постаралась, чтобы выражение ее лица осталось спокойным и ничто не выдало легкого волнения.
У нее был альбом с многочисленными фотографиями. Более того никаких странностей в снимках Кэтрин не найти. Ей еще не минуло двадцать пять и пока она старела также, как и любой смертный. Проблема в другом, на некоторых фото был и Мэттью.
