Инга сегодня подала на стол чудесный мясной салат. И я с удовольствием поедала ложку за ложкой.
- Не намекаю, прямо говорю. Думаю, завтра придет теща, со столичной швеей.
Я только поморщилась. Все эти примерки платьев забрали кучу времени и навевали скуку.
- После этой аудиенции, конечно же, состоится другая, только у эльфов?
- Естественно, - весело хмыкнул Витор. Сам он с удовольствием уминал кусок дичи, поданный на стол. Видимо, кто-то из оборотней снабдил нас таким поистине драгоценным подарком – среди слуг охотников не имелось, впрочем, как и рыболовов. – Эльфы хоть и не признаны в этом мире, но с ними принято считаться, пусть и неофициально.
Сколько откровений. И все – устно. Почему-то в книгах о таком никогда не пишут. Там все четко: эльфы были раньше. Когда-то давно. Сейчас их нет. Где они – неизвестно. А в разговоре выясняется, что эльфы – сила в международной политике.
- И конечно же, наряды для обоих дворов должны быть разные? – ворчливо спросила я.
Витор оторвался от своей тарелки, с изумлением посмотрел на меня, а затем весело расхохотался.
- Ринья Вильгельмина, вам ли беспокоиться о количестве нарядов? – беззлобно поддел он меня. – Да, конечно, разные. И это естественно. Эльфы не поймут, если у них ты появишься в том, в чем уже была при человеческом дворе. А уж они-то точно прознают о том, какое платье ты надевала на первую аудиенцию, поверь мне.
Боги, как все сложно в этой жизни. Особенно когда ты – попаданка из другого мира, не знающая всех местных тонкостей.
- Тяжело жить на свете, когда тебя хотят видеть едва ли не одновременно сразу два императора, - саркастически заметила я. – Витор! Хватит уже надо мной смеяться! Да, я не люблю наряды! Ваши! Этого мира! В моем бывшем мире одежда и проще, и комфортней!
- Только ты уже не там, - напомнил Витор.
- И очень жаль! – отрезала я.
После обеда мы поднялись к себе. Но если Витор рассчитывал на постельные игры, то крупно просчитался. Мне нужно было решить судьбу подаренной служанки. И чем быстрее, тем лучше.
- Вот кому ее отдать? – я предусмотрительно отгородилась от Витора журнальным столиком и уселась в кресло. – Устроить отбор, чтобы она выбрала? Так я сомневаюсь, что она знает, что такое выбор.
- Сыну старосты ближайшей деревни, - ответил Витор, поедая меня взглядом, в котором было видно страстное желание. Вот кому совсем не интересны мои терзания. Ему главное плоть насытить. В очередной раз за день, причем. – В качестве награды за верную службу.
- А если он не захочет? Вдруг у него уже невеста?
Витор хмыкнул.
- Сразу видно, что ты из другого мира.
«А вернее, не от мира сего», - перевела я его фразу. Нет, ну в чем-то он был, конечно, прав. Многое из того, к чему привык он, было мне дико.
- То есть сын старосты в любом случае согласится? – уточнила я.
- Для него это будет честью, - начал объяснять в подробностях Витор. - Мало того, что чистокровная эльфийка, выросшая и воспитанная при императорском дворе, так еще и подарок от хозяйки поместья. Да он слова лишнего не скажет. Побоится, что ты служанку тут же отнимешь. А если ты хотя бы намекнешь, что детей от этого брака ждет лучшее будущее, чем у того же старосты, семья в лепешку расшибется, но девчонку в обиду никому не даст. Пылинки с нее сдувать будет, как с ценной статуэтки, лишь бы потомки смогли «в люди выбиться». А дальние родственники, завидуя, еще и хвастаться всем вокруг станут таким родством.
Боги, какая дикость. Нет, мне точно этого не понять. И была бы моя воля, я отправила бы служанку «на вольные хлеба». Но, во-первых, по документам «освободить» я ее не могла. А во-вторых, она, похоже, и не знала никогда, что такое «свобода» и «воля».
Так что все, что мне оставалось, - это устроить ее брак. Ну и снабдить магической защитой, чтобы всякая «гниль» не лезла и не пыталась обидеть.
С этими мыслями я совсем упустила из виду Витора. Чем он не преминул воспользоваться.
- Как ты думаешь… - начала было я.
- Не думай. Не надо, - раздался у меня над ухом жаркий шепот.
И через несколько минут мы уже кувыркались в кровати.
Витор как в воду глядел. А вернее, просто хорошо знал правила и обычаи этого мира. На следующий день я действительно принимала гостей. Мать пришла порталом вместе с портнихой. Единственное, в чем ошибся Витор: примерка была одна, завершающая, потому что платья уже пошили. У портнихи имелись размеры всех членов семьи.
Примерка продлилась недолго. И очень скоро я стала обладательницей нескольких новых нарядов, в которых могла появиться при любом императорском дворе.
А еще мать «порадовала» меня, сообщив:
- Милая, император устраивает аудиенцию для вас с супругом уже послезавтра. Отец придет за вами порталом перед самой аудиенцией. Я появлюсь после обеда, с нарядами.
«Пожалуйста, не подведите нас. Оба», - прочитала я между строк. Подавив вздох, я ответила:
- Конечно, матушка, не беспокойтесь.
Так как новость я услышала во время примерки, то можно было не сомневаться, что уже завтра о ней узнает весь двор, а может, и вся столица. Кому ж еще разносить сплетни, как не портнихам и служанкам?
Впрочем, мне было глубоко наплевать. Здесь и сейчас меня волновали другие дела. И аудиенция императора не имела особого значения.
Не успела мать уйти порталом в столицу, как появились местные швеи с уже готовыми заказами. Я придирчиво все осмотрела, выдала положенную плату и сообщила:
- Нужно приданное для невесты. То, которое обычно получает любая крестьянская девушка от богатых родителей. Ткани не жалейте. Сделайте работу качественно. Все оплачу.
- Кто-то из крестьянок выходит замуж, ринья? – с почтением в голосе уточнила Орта.
В ее глазах и глазах остальных портних появился огонек любопытства.
- Не крестьянка. Но выходит. За крестьянина.
Я улыбнулась, увидев недоумение на их лицах.
- Скоро сами все узнаете. А пока мне нужно приданное, самое качественное, какое только сможете сделать. Не одежда. Постельное белье, скатерти и прочее, что принято дарить в этом случае.
- Сделаем, ринья, - кивнула Орта.
А я подумала, что они на деньги от моих заказов каждая могли бы себе отдельный дом построить и скотину приобрести. Впрочем, кто их знает, может, уже приобрели.
Отдавать замуж эльфийку я решила после встречи с человеческим императором. И до встречи с императором эльфов. Как раз слухи поползут после свадьбы. Вот и посмотрю на реакцию новых родственников.
Витор только головой покачал, услышав о моих грандиозных планах.
- Сразу видно иномирое происхождение, - чуть иронично сообщил он. - Никто из местных никогда не решился бы идти против воли императора эльфов.
- А я и не иду, - пожала я плечами. Мы сидели в гостиной у горевшего камина, слушали завывания вьюги за окном и пили горячий травяной чай с медом, заедая его песочным печеньем. – Мне подарили служанку. Сказали, что я могу делать с ней все, что захочу. Я и делаю. Замуж отдаю. Что не так-то?
- Вильгельмина…
- Я. Не первый год я. Даже Астер не нашел, к чему придраться. А он крючкотвор еще тот. Формально я полностью в своем праве.
- Вот именно, что формально.
На это я отвечать не стала. Смысла не видела.
Весь следующий день был посвящен подготовке к аудиенции. Я под руководством Витора разучивала книксены и поклоны, пыталась правильно построить диалог с высокопоставленным лицом и, не стесняясь, материлась, когда у меня ничего не получалось.
- Да ну что ж это такое? Ну какая разница, каким образом кланяться? Я выставила вперед правую ногу, а не левую, и все, ужас, нарушила сотни правил в этом дурацком этикете! – бушевала я. – Ну чушь же полная!
Витор только ухмылялся. Он уже давно не выглядел угрюмым увальнем, появляющимся постоянно в одном и том же заношенном до потертостей сюртуке. Модный, с правильной осанкой и четко выверенными жестами и движениями, он больше подходил для аудиенции у человеческого императора, чем я, якобы герцогская дочь.
- Чушь не чушь, - наставительно заметил он, - а двигаться надо именно так, как от тебя ждут. Вильгельмина! Женщины, особенно аристократки, так не выражаются!
- Хочешь сказать, ты что-то понял! – я в изнеможении опустилась в кресло у горевшего камина, обессиленная и уставшая.
- Представь себе, в тон мне откликнулся Витор. - Ты с некоторых пор так часто используешь эти выражения, что я поневоле начинаю догадываться об их настоящем смысле.
Я только плечами передернула, выражая свое раздражение пополам с недовольством. Догадывается он. Ишь ты. Полиглот какой нашелся. И ему все равно, что я выражаюсь на иномирном языке, которого здесь ни одна душа, кроме меня, не знает! Нет, ну вот что им всем надо от бедной уставшей попаданки? Мне нужно с Генрихом обсудить этапы ремонта замка, а я должна у императора приторно улыбаться и изображать из себя послушную дочь и жену. Ну полная же несправедливость!
Но хоть время на разбор тайников бывшего управляющего я урвала. Нашла пару часов и вместе с Витором перед самым сном отправилась в ту гостиную, куда магия перенесла все вещи.
Драгоценности, золотые монеты, магические амулеты. В принципе, ничего интересного. Правда, несколько амулетов забрал себе Витор, заявив, что у него они сработают лучше, чем у меня. И золотые монеты тоже отправились к нему. На карманные расходы, как он сообщил. А вот остальные амулеты, которые Витору были не нужны, и немногочисленные драгоценности замок по моему приказу перенес в хранилище, положив их отдельно от остальных вещей. Я пока что не придумала, что с ними сделаю. Может, подарю какому-нибудь мелкому аристократу в знак своего расположения. А может, сделаю из них амулеты, заговорив на магическую защиту. И тоже подарю. Чужие драгоценности я не любила и старалась не держать у себя слишком уж долго.
И только после этого мы отправились в спальню. В кровать. Без всяких постельных игр. Не до них нам было обоим.
Спала я плохо, просто отвратительно. Что, в принципе, было вполне ожидаемо. Слишком уж я перенервничала последние дни. Мне снились наглые лощеные придворные, в открытую насмехавшиеся над моей неуклюжестью, надменные сволочные эльфы, в отличие от меня, кланявшиеся правильно, и ухмылявшийся Астер, нудно зачитывавший над ухом очередной свод законов.
Проснулась я со жгучим желанием с особой жестокостью убивать всех, кто попадется под руку. Думала начать с Витора. Но он, гад такой, почувствовал, как настоящий истинный, мой настрой и сразу же сбежал под благовидным предлогом.
Так что пришлось вызывать Дарну и плестись мыться.
Горячая вода облегчения не принесла. Я не смогла расслабиться и нервно вертелась под умелыми руками Дарны.
А вот завтрак, поданный в спальню, привел растрепанные нервы в относительный порядок. Я съела все, что было на тарелках, даже не заметив, а что именно отправляю в рот.
Аудиенция планировалась ближе к вечеру. Так что до обеда я точно оставалась дома.
- Жаль, Генрих не успел вникнуть в дела, - проворчала я и уселась в кресло с книгой.
До обеда я читала, в основном художественную литературу. Впитывала в себя те нормы морали, которые были приняты в местном обществе. Принципиально не занималась никакими домашними делами, чтобы потом не переключаться на что-то другое, принципиально новое. Обедать пришлось с Витором, за столом, в обеденном зале.
- Ты смотришь на мир так, словно раздумываешь, каким образом лучше здесь все уничтожить, - беззлобно поддел меня Витор. Вот уж кто был мистер спокойствие. Казалось, что его никто и ничто не могут вывести из себя. Аудиенция у императора? Да подумаешь, чушь какая. Не стоит его нервов. – Расслабься. Ничего страшного не произошло.
- Конечно, - язвительно откликнулась я, старательно разделываясь с поданным на стол салатом. – Потому что все еще впереди.
Витор хмыкнул, но спорить не стал. Правильно. Не надо. Мои нервы были на пределе. И как те сжатые пружины, могли в любой момент распрямиться. И тогда плохо стало бы всем вокруг. Меня бесила не столько аудиенция, сколько невозможность проявить свободу воли и отказаться от встречи с тем, кто был мне не интересен. Нет же, император продемонстрировал желание полюбоваться моим сиятельством. А значит, я просто обязана предстать перед его светлые очи в то время, которое будет удобно ему! Да еще и мужа своего с собой привести!
Сразу после обеда, как и обещала, порталом пришла мать. И не одна. Со швеей и двумя столичными служанками. Похоже, Дарне не доверяли готовить меня к аудиенции – как же, такая торжественная встреча! Нельзя упасть лицом в грязь! А об эльфийке я благоразумно умолчала. Иначе пришлось бы отвечать на уйму неудобных вопросов и, возможно, вызывать Сариэль на помощь служанкам.
Светло-голубое платье длиной в пол, в которое меня нарядили, было сшито идеально. И так же идеально смотрелось на моей фигуре. За всеми заботами и хлопотами я немного похудела и сейчас демонстрировала окружающим и бюст, и внезапно появившуюся талию, пока что, правда, не осиную, и чуть уменьшенные бедра. В общем, самое то для деторождения.
Узкий пояс, рукава в три четверти, небольшое декольте – портниха сделала все, чтобы украсить меня даже без макияжа. С ним же я стала вообще неотразимой.
Умелые служанки подчеркнули мне глаза, увеличили длину ресниц, убрали неровности на коже, подвели губы. В общем, из зеркала на меня совсем скоро смотрела настоящая фарфоровая куколка. Прическа по последней моде, туфли на невысоком каблучке, под цвет платья. И я готова была сводить с ума мужчин придворных. Ну и заодно собственного мужа, конечно же.
Последний штрих – длинные белые перчатки, которые пришлось натянуть на руки.
Мать, облаченная в темно-синее платье, с длинными рукавами и небольшим декольте, взяла меня под руку и, как положено по этикету, вывела в коридор, а оттуда – по лестнице в холл. Там уже стояли Витор и отец, тоже торжественно одетые. Мать передала меня в руки Витора, в прямом смысле этого слова, а сама подала руку отцу.
Тот молча открыл портал.
Пара мгновений, и вот уже мы в холле императорского дворца.
То ли мажордом, то ли дворецкий (я до сих пор не выучила разницу между ними), высокий седовласый старик с выправкой солдата, с поклонами проводил нас к дверям одного из залов, находившихся на первом этаже.
Эта аудиенция была для меня первой. И я наивно надеялась, что в зале окажется, кроме императора, человек пять-семь, приближенный круг, так сказать.
Увы и ах.
Когда двери торжественно распахнулись, нас четверых встречала толпа людей. Человек пятьдесят-семьдесят, если не больше, выстроились в два ряда от постеленной на полу ковровой дорожки красного цвета и с неиссякаемым любопытством наблюдали за мной и Витором.
Я кожей ощущала на себе их взгляды. Этакие просвечивающие лучи рентгена. Нас обоих уже мысленно разделали на молекулы, составили себе впечатление о наших нарядах, воспитании, поведении, знании этикета, родственниках до сотого колена. И теперь, сразу после аудиенции, каждый наш шаг, каждый жест будут долго и тщательно обсуждаться зимними вечерами у зажженных каминов в гостиных. Единственная радость для местных кумушек, так любящих поболтать.
В полном молчании мы дошли до императора, сидевшего на троне у дальней стены зала.
- Не намекаю, прямо говорю. Думаю, завтра придет теща, со столичной швеей.
Я только поморщилась. Все эти примерки платьев забрали кучу времени и навевали скуку.
- После этой аудиенции, конечно же, состоится другая, только у эльфов?
- Естественно, - весело хмыкнул Витор. Сам он с удовольствием уминал кусок дичи, поданный на стол. Видимо, кто-то из оборотней снабдил нас таким поистине драгоценным подарком – среди слуг охотников не имелось, впрочем, как и рыболовов. – Эльфы хоть и не признаны в этом мире, но с ними принято считаться, пусть и неофициально.
Сколько откровений. И все – устно. Почему-то в книгах о таком никогда не пишут. Там все четко: эльфы были раньше. Когда-то давно. Сейчас их нет. Где они – неизвестно. А в разговоре выясняется, что эльфы – сила в международной политике.
- И конечно же, наряды для обоих дворов должны быть разные? – ворчливо спросила я.
Витор оторвался от своей тарелки, с изумлением посмотрел на меня, а затем весело расхохотался.
- Ринья Вильгельмина, вам ли беспокоиться о количестве нарядов? – беззлобно поддел он меня. – Да, конечно, разные. И это естественно. Эльфы не поймут, если у них ты появишься в том, в чем уже была при человеческом дворе. А уж они-то точно прознают о том, какое платье ты надевала на первую аудиенцию, поверь мне.
Боги, как все сложно в этой жизни. Особенно когда ты – попаданка из другого мира, не знающая всех местных тонкостей.
- Тяжело жить на свете, когда тебя хотят видеть едва ли не одновременно сразу два императора, - саркастически заметила я. – Витор! Хватит уже надо мной смеяться! Да, я не люблю наряды! Ваши! Этого мира! В моем бывшем мире одежда и проще, и комфортней!
- Только ты уже не там, - напомнил Витор.
- И очень жаль! – отрезала я.
После обеда мы поднялись к себе. Но если Витор рассчитывал на постельные игры, то крупно просчитался. Мне нужно было решить судьбу подаренной служанки. И чем быстрее, тем лучше.
- Вот кому ее отдать? – я предусмотрительно отгородилась от Витора журнальным столиком и уселась в кресло. – Устроить отбор, чтобы она выбрала? Так я сомневаюсь, что она знает, что такое выбор.
- Сыну старосты ближайшей деревни, - ответил Витор, поедая меня взглядом, в котором было видно страстное желание. Вот кому совсем не интересны мои терзания. Ему главное плоть насытить. В очередной раз за день, причем. – В качестве награды за верную службу.
- А если он не захочет? Вдруг у него уже невеста?
Витор хмыкнул.
- Сразу видно, что ты из другого мира.
«А вернее, не от мира сего», - перевела я его фразу. Нет, ну в чем-то он был, конечно, прав. Многое из того, к чему привык он, было мне дико.
- То есть сын старосты в любом случае согласится? – уточнила я.
- Для него это будет честью, - начал объяснять в подробностях Витор. - Мало того, что чистокровная эльфийка, выросшая и воспитанная при императорском дворе, так еще и подарок от хозяйки поместья. Да он слова лишнего не скажет. Побоится, что ты служанку тут же отнимешь. А если ты хотя бы намекнешь, что детей от этого брака ждет лучшее будущее, чем у того же старосты, семья в лепешку расшибется, но девчонку в обиду никому не даст. Пылинки с нее сдувать будет, как с ценной статуэтки, лишь бы потомки смогли «в люди выбиться». А дальние родственники, завидуя, еще и хвастаться всем вокруг станут таким родством.
Боги, какая дикость. Нет, мне точно этого не понять. И была бы моя воля, я отправила бы служанку «на вольные хлеба». Но, во-первых, по документам «освободить» я ее не могла. А во-вторых, она, похоже, и не знала никогда, что такое «свобода» и «воля».
Так что все, что мне оставалось, - это устроить ее брак. Ну и снабдить магической защитой, чтобы всякая «гниль» не лезла и не пыталась обидеть.
С этими мыслями я совсем упустила из виду Витора. Чем он не преминул воспользоваться.
- Как ты думаешь… - начала было я.
- Не думай. Не надо, - раздался у меня над ухом жаркий шепот.
И через несколько минут мы уже кувыркались в кровати.
Глава 22
Витор как в воду глядел. А вернее, просто хорошо знал правила и обычаи этого мира. На следующий день я действительно принимала гостей. Мать пришла порталом вместе с портнихой. Единственное, в чем ошибся Витор: примерка была одна, завершающая, потому что платья уже пошили. У портнихи имелись размеры всех членов семьи.
Примерка продлилась недолго. И очень скоро я стала обладательницей нескольких новых нарядов, в которых могла появиться при любом императорском дворе.
А еще мать «порадовала» меня, сообщив:
- Милая, император устраивает аудиенцию для вас с супругом уже послезавтра. Отец придет за вами порталом перед самой аудиенцией. Я появлюсь после обеда, с нарядами.
«Пожалуйста, не подведите нас. Оба», - прочитала я между строк. Подавив вздох, я ответила:
- Конечно, матушка, не беспокойтесь.
Так как новость я услышала во время примерки, то можно было не сомневаться, что уже завтра о ней узнает весь двор, а может, и вся столица. Кому ж еще разносить сплетни, как не портнихам и служанкам?
Впрочем, мне было глубоко наплевать. Здесь и сейчас меня волновали другие дела. И аудиенция императора не имела особого значения.
Не успела мать уйти порталом в столицу, как появились местные швеи с уже готовыми заказами. Я придирчиво все осмотрела, выдала положенную плату и сообщила:
- Нужно приданное для невесты. То, которое обычно получает любая крестьянская девушка от богатых родителей. Ткани не жалейте. Сделайте работу качественно. Все оплачу.
- Кто-то из крестьянок выходит замуж, ринья? – с почтением в голосе уточнила Орта.
В ее глазах и глазах остальных портних появился огонек любопытства.
- Не крестьянка. Но выходит. За крестьянина.
Я улыбнулась, увидев недоумение на их лицах.
- Скоро сами все узнаете. А пока мне нужно приданное, самое качественное, какое только сможете сделать. Не одежда. Постельное белье, скатерти и прочее, что принято дарить в этом случае.
- Сделаем, ринья, - кивнула Орта.
А я подумала, что они на деньги от моих заказов каждая могли бы себе отдельный дом построить и скотину приобрести. Впрочем, кто их знает, может, уже приобрели.
Отдавать замуж эльфийку я решила после встречи с человеческим императором. И до встречи с императором эльфов. Как раз слухи поползут после свадьбы. Вот и посмотрю на реакцию новых родственников.
Витор только головой покачал, услышав о моих грандиозных планах.
- Сразу видно иномирое происхождение, - чуть иронично сообщил он. - Никто из местных никогда не решился бы идти против воли императора эльфов.
- А я и не иду, - пожала я плечами. Мы сидели в гостиной у горевшего камина, слушали завывания вьюги за окном и пили горячий травяной чай с медом, заедая его песочным печеньем. – Мне подарили служанку. Сказали, что я могу делать с ней все, что захочу. Я и делаю. Замуж отдаю. Что не так-то?
- Вильгельмина…
- Я. Не первый год я. Даже Астер не нашел, к чему придраться. А он крючкотвор еще тот. Формально я полностью в своем праве.
- Вот именно, что формально.
На это я отвечать не стала. Смысла не видела.
Весь следующий день был посвящен подготовке к аудиенции. Я под руководством Витора разучивала книксены и поклоны, пыталась правильно построить диалог с высокопоставленным лицом и, не стесняясь, материлась, когда у меня ничего не получалось.
- Да ну что ж это такое? Ну какая разница, каким образом кланяться? Я выставила вперед правую ногу, а не левую, и все, ужас, нарушила сотни правил в этом дурацком этикете! – бушевала я. – Ну чушь же полная!
Витор только ухмылялся. Он уже давно не выглядел угрюмым увальнем, появляющимся постоянно в одном и том же заношенном до потертостей сюртуке. Модный, с правильной осанкой и четко выверенными жестами и движениями, он больше подходил для аудиенции у человеческого императора, чем я, якобы герцогская дочь.
- Чушь не чушь, - наставительно заметил он, - а двигаться надо именно так, как от тебя ждут. Вильгельмина! Женщины, особенно аристократки, так не выражаются!
- Хочешь сказать, ты что-то понял! – я в изнеможении опустилась в кресло у горевшего камина, обессиленная и уставшая.
- Представь себе, в тон мне откликнулся Витор. - Ты с некоторых пор так часто используешь эти выражения, что я поневоле начинаю догадываться об их настоящем смысле.
Я только плечами передернула, выражая свое раздражение пополам с недовольством. Догадывается он. Ишь ты. Полиглот какой нашелся. И ему все равно, что я выражаюсь на иномирном языке, которого здесь ни одна душа, кроме меня, не знает! Нет, ну вот что им всем надо от бедной уставшей попаданки? Мне нужно с Генрихом обсудить этапы ремонта замка, а я должна у императора приторно улыбаться и изображать из себя послушную дочь и жену. Ну полная же несправедливость!
Но хоть время на разбор тайников бывшего управляющего я урвала. Нашла пару часов и вместе с Витором перед самым сном отправилась в ту гостиную, куда магия перенесла все вещи.
Драгоценности, золотые монеты, магические амулеты. В принципе, ничего интересного. Правда, несколько амулетов забрал себе Витор, заявив, что у него они сработают лучше, чем у меня. И золотые монеты тоже отправились к нему. На карманные расходы, как он сообщил. А вот остальные амулеты, которые Витору были не нужны, и немногочисленные драгоценности замок по моему приказу перенес в хранилище, положив их отдельно от остальных вещей. Я пока что не придумала, что с ними сделаю. Может, подарю какому-нибудь мелкому аристократу в знак своего расположения. А может, сделаю из них амулеты, заговорив на магическую защиту. И тоже подарю. Чужие драгоценности я не любила и старалась не держать у себя слишком уж долго.
И только после этого мы отправились в спальню. В кровать. Без всяких постельных игр. Не до них нам было обоим.
Спала я плохо, просто отвратительно. Что, в принципе, было вполне ожидаемо. Слишком уж я перенервничала последние дни. Мне снились наглые лощеные придворные, в открытую насмехавшиеся над моей неуклюжестью, надменные сволочные эльфы, в отличие от меня, кланявшиеся правильно, и ухмылявшийся Астер, нудно зачитывавший над ухом очередной свод законов.
Проснулась я со жгучим желанием с особой жестокостью убивать всех, кто попадется под руку. Думала начать с Витора. Но он, гад такой, почувствовал, как настоящий истинный, мой настрой и сразу же сбежал под благовидным предлогом.
Так что пришлось вызывать Дарну и плестись мыться.
Горячая вода облегчения не принесла. Я не смогла расслабиться и нервно вертелась под умелыми руками Дарны.
А вот завтрак, поданный в спальню, привел растрепанные нервы в относительный порядок. Я съела все, что было на тарелках, даже не заметив, а что именно отправляю в рот.
Аудиенция планировалась ближе к вечеру. Так что до обеда я точно оставалась дома.
- Жаль, Генрих не успел вникнуть в дела, - проворчала я и уселась в кресло с книгой.
Глава 23
До обеда я читала, в основном художественную литературу. Впитывала в себя те нормы морали, которые были приняты в местном обществе. Принципиально не занималась никакими домашними делами, чтобы потом не переключаться на что-то другое, принципиально новое. Обедать пришлось с Витором, за столом, в обеденном зале.
- Ты смотришь на мир так, словно раздумываешь, каким образом лучше здесь все уничтожить, - беззлобно поддел меня Витор. Вот уж кто был мистер спокойствие. Казалось, что его никто и ничто не могут вывести из себя. Аудиенция у императора? Да подумаешь, чушь какая. Не стоит его нервов. – Расслабься. Ничего страшного не произошло.
- Конечно, - язвительно откликнулась я, старательно разделываясь с поданным на стол салатом. – Потому что все еще впереди.
Витор хмыкнул, но спорить не стал. Правильно. Не надо. Мои нервы были на пределе. И как те сжатые пружины, могли в любой момент распрямиться. И тогда плохо стало бы всем вокруг. Меня бесила не столько аудиенция, сколько невозможность проявить свободу воли и отказаться от встречи с тем, кто был мне не интересен. Нет же, император продемонстрировал желание полюбоваться моим сиятельством. А значит, я просто обязана предстать перед его светлые очи в то время, которое будет удобно ему! Да еще и мужа своего с собой привести!
Сразу после обеда, как и обещала, порталом пришла мать. И не одна. Со швеей и двумя столичными служанками. Похоже, Дарне не доверяли готовить меня к аудиенции – как же, такая торжественная встреча! Нельзя упасть лицом в грязь! А об эльфийке я благоразумно умолчала. Иначе пришлось бы отвечать на уйму неудобных вопросов и, возможно, вызывать Сариэль на помощь служанкам.
Светло-голубое платье длиной в пол, в которое меня нарядили, было сшито идеально. И так же идеально смотрелось на моей фигуре. За всеми заботами и хлопотами я немного похудела и сейчас демонстрировала окружающим и бюст, и внезапно появившуюся талию, пока что, правда, не осиную, и чуть уменьшенные бедра. В общем, самое то для деторождения.
Узкий пояс, рукава в три четверти, небольшое декольте – портниха сделала все, чтобы украсить меня даже без макияжа. С ним же я стала вообще неотразимой.
Умелые служанки подчеркнули мне глаза, увеличили длину ресниц, убрали неровности на коже, подвели губы. В общем, из зеркала на меня совсем скоро смотрела настоящая фарфоровая куколка. Прическа по последней моде, туфли на невысоком каблучке, под цвет платья. И я готова была сводить с ума мужчин придворных. Ну и заодно собственного мужа, конечно же.
Последний штрих – длинные белые перчатки, которые пришлось натянуть на руки.
Мать, облаченная в темно-синее платье, с длинными рукавами и небольшим декольте, взяла меня под руку и, как положено по этикету, вывела в коридор, а оттуда – по лестнице в холл. Там уже стояли Витор и отец, тоже торжественно одетые. Мать передала меня в руки Витора, в прямом смысле этого слова, а сама подала руку отцу.
Тот молча открыл портал.
Пара мгновений, и вот уже мы в холле императорского дворца.
То ли мажордом, то ли дворецкий (я до сих пор не выучила разницу между ними), высокий седовласый старик с выправкой солдата, с поклонами проводил нас к дверям одного из залов, находившихся на первом этаже.
Эта аудиенция была для меня первой. И я наивно надеялась, что в зале окажется, кроме императора, человек пять-семь, приближенный круг, так сказать.
Увы и ах.
Когда двери торжественно распахнулись, нас четверых встречала толпа людей. Человек пятьдесят-семьдесят, если не больше, выстроились в два ряда от постеленной на полу ковровой дорожки красного цвета и с неиссякаемым любопытством наблюдали за мной и Витором.
Я кожей ощущала на себе их взгляды. Этакие просвечивающие лучи рентгена. Нас обоих уже мысленно разделали на молекулы, составили себе впечатление о наших нарядах, воспитании, поведении, знании этикета, родственниках до сотого колена. И теперь, сразу после аудиенции, каждый наш шаг, каждый жест будут долго и тщательно обсуждаться зимними вечерами у зажженных каминов в гостиных. Единственная радость для местных кумушек, так любящих поболтать.
В полном молчании мы дошли до императора, сидевшего на троне у дальней стены зала.
