В прошлый раз моя скука довела меня до защиты Нарины. Теперь же… Я старалась даже не думать о том, что будет теперь…
- Мне скучно, замок, - сама не знаю, почему, произнесла я. Несколько секунд ничего не происходило.
Затем я очутилась в полутемно коридоре, узком и относительно чистом. По крайней мере, пауков и крыс не наблюдалось. Вокруг – ни души.
- Это такое наказание, чтобы я дурью не маялась? – иронично спросила я.
Замок молчал. А вот с той стороны стены внезапно раздались голоса. Слышимость была великолепной. Подозреваю, замок постарался, желая развлечь меня. Я прислушалась, как любопытная Варвара, не надеясь услышать о себе ничего хорошего.
- Почему она? – раздался мужской голос. Император. – Почему эта… почетная девственница, сын?!
- Я выбирал, не глядя, отец, - послышался безэмоциональный голос Леонида.
- И выбрал ту, кого одобрил замок? – сарказм в голосе императора. – Не верю. Так что в ней такого особенного?
И правда, что? Кроме того, что в ее теле по воле местных богов внезапно очутилась попаданка?
- Думаю, об этом лучше узнать у богов. Вряд ли они стали бы снабжать защитой любую.
Вот так вот, да? То есть рассказывать отцу о попаданке Леонид не желает? Интересно, почему? Ох, тяжело, когда не знаешь всех подковерных игр и интриг! Я до свадьбы смогла узнать только богов с их функциями и начала учить историю мира. Политику любого уровня даже не затрагивала. А ведь еще могут быть личные мотивы. В общем, пока только слушать молча, без всяких выводов.
- Как раз божественная защита меня и удивила. Тем более, от Нарины. Арнольд самолично доставил Мару вместе со служанкой в отделение императорского сыска. Думаю, скоро мы будем знать ее мотивы.
- Мотивы у нее только одни – заполучить как можно денег из моей личной казны, - на этот раз голос Леонида звучал устало. – Я запретил ей появляться тут после того, как она пыталась опоить меня приворотным зельем, но слуг в расчет не принял.
- Тебе нужно было отправить ее в сыск сразу после того зелья. Ты слишком мягкосердечен, сын.
Ох, какие тут войны… А я ни сном ни духом. Теперь понятно, почему Леонид так психанул при нашем с ним первом общении. Как он там сказал? «Кто вас послал»? Ну да, если любовница пытается тебя приворожить, поневоле начнешь подозревать всех и каждого.
За размышлениями я не заметила, как оказалась в своей спальне. Видимо, замок посчитал, что хорошего понемножку, и самое важное я уже услышала.
Вспомнив, как умные люди учили общаться с домовыми, я решила, что магический замок ничуть не хуже, поклонилась и произнесла:
- Спасибо тебе, замок.
На секунду мне показалось, что воздух вокруг потеплел.
- Магия, чтоб ее, - проворчала я.
Скука все так же одолевала меня, до отъезда коронованных родственников было не развернуться, особенно если учитывать, что Леонид не рассказал им о моем иномирном происхождении. И я снова засела за книги.
Сейчас на столике в моей спальне лежала история возникновения княжества Дорского. Не особо охотно я перевернула страницу и погрузилась в прерванное чтение.
Княжество Дорское было даровано одним из предков Леонида своему старшему сыну, как передающееся по наследству место. Плодородные земли и наполненные зверьем и птицей леса и поля не позволяли крестьянам голодать. Продовольствия всегда было в избытке. А вот удаленность от столицы местную знать беспокоила. Поэтому в княжестве селились или по принуждению императора, или если появлялось желание уединиться и забыть обо всех родственниках. Меня эта удаленность не пугала. Я готова была жить у черта на куличках, лишь бы иметь семью и достаток.
Перевернув очередную страницу, я начала с любопытством рассматривать географическую карту. Получалось, что княжество находилось в глубине империи и не имело общих границ ни с кем из иностранных соседей. Глушь глушью. То, что надо, если хочешь спрятаться от людей.
Вряд ли мое рукоделие так уж охотно будут покупать здесь. Но занять руки и голову мне было просто необходимо. А потому в мозгу медленно, но верно, зрел план, как собрать местную аристократию под крышей этого замка.
- Местная аристократия? – переспросил Леонид, когда мы ночью лежали в постели, отдыхая после очередных сексуальных утех. – Есть, конечно. В округе – пять-семь замков стоит. Для чего ты хочешь с ними встретиться?
Пять-семь замков – это мало, не для моих желаний. Но на первых порах придется довольствоваться тем, что имеется.
- В моем бывшем мире считалось, - решила зайти я издалека, - что во всех проблемах и бедах виновата женщина. А еще точнее – скука, которую она испытывает.
Глаза Леонида, как настоящего представителя кошачьих, сверкнули в полумраке комнаты, освещенной только одним, самым дальним, светильником.
- Ты намекаешь на то, что тебе скучно?
Почему ж намекаю, родной? Я прямым текстом тебе это говорю.
- Именно, - я непритворно вздохнула. – Моя прошлая жизнь была одновременно связана и с книгами, и с людьми. Здесь остались только книги…
- И почему у меня ощущение, что услышанное мне может не понравиться, - задумчиво пробормотал Леонид. – Настя, говори прямо. В чем дело?
- Я хочу торговать вещами, которые делаю сама, - призналась я честно.
В комнате повисла тишина. Леонид лежал в постели с непроницаемым выражением лица и молчал. Ладно, как скажете, поиграем в молчанку. Между прочим, одна из любимых моих игр была в детстве. Мама всегда проигрывала, потому что забывала о ней.
- Настя… - наконец-то отмер Леонид.
- Да? – невинным голоском ответила я.
- Я понимаю, тебе скучно. Но, может, ты найдешь себе другое развлечение? Более приличествующее статусу принцессы?
Ах так…
- Я, между прочим, курсы разные посещала, связанные с рукоделием, - надула губы я. – К тому же… В любой момент забеременею, буду сидеть в замке сутками напролет. И чем мне заниматься? И вообще… Почему я не могу зарабатывать себе на развлечения?!
Тихий смешок был ответом на мою тираду.
- В этом мире принцессы на рукоделии не зарабатывают.
Да в моем тоже раньше не зарабатывали. Но все ж меняется. Можно собственный бренд создать. Например: «Настенька. Хенд-мейд. Носки от принцессы».
- Это можно преподнести, как уникальный товар, созданный вручную, вещь, не имеющую повторов! – ответила с жаром я. – Ты только представь: шапка от принцессы Анастаасьи! Только для вас и только у нас! Держите свои уши в тепле, а…
Я не договорила: мой ненаглядный супруг расхохотался, громко, весело, не сдерживаясь.
- Не смешно, - фыркнула я обиженно. – Я, между прочим, сейчас продумываю рекламную кампанию, сочиняю слоганы, размышляю о… Леня!... М-м-м-м-м…
Этот изверг притянул меня к себе и закрыл рот поцелуем! Думал, что я сдамся? Ага, аж два раза! Я охотно ответила на поцелуй, а едва меня отпустили, увлеченно продолжила:
- Бюджет понадобится немаленький, но и окупаемость... М-м-м-м-м-м…
Изверг! Нет, я все равно своего добьюсь!
Добиваться я начала, едва родственники Леонида ушли порталом из замка.
Ремонт! Волшебное слово! Всю жизнь я мечтала сделать ремонт в своей земной квартире. Увы, даже на косметический у меня не хватало средств, что уж говорить о капитальном. Здесь же я могла не сдерживаться.
- В своих комнатах можешь делать все, что захочешь, - сообщил Леонид, видимо, надеясь, что я забуду об идее с продажами. Наивный.
Но я не стала его разубеждать.
Слуги перенесли мои вещи в соседнюю комнату, а в той, что была предназначена для моего сна, начали белить, штукатурить и красить. Я хотела стены светло-голубого оттенка, гобелены с какими-нибудь бытовыми сценами, ярко-синий ковер под ногами, занавески со шторами лазурных цветов и мебель, тоже в сине-голубых оттенках. В общем, я хотела жить в комнате, похожей на море.
Нужных мне гобеленов в замке предсказуемо не оказалось. Пирушки, охота и балы нашлись. А вот быта не было. Пришлось вызывать мастериц из небольшого городка, расположенного в двадцати-двадцати пяти километрах от замка.
Две женщины средних лет, появившиеся в замке с помощницами, выслушали мои пожелания, сделали замеры и пообещали через неделю показаться с наполовину готовой продукцией.
Едва за ними закрылась дверь, я довольно потерла руки. Кроме гобеленов, я заказала довольно много разнообразных материалов для рукоделия. Но об этом Леониду знать было необязательно.
Пока слуги приводили в порядок стены, пол и потолок, я позвала нескольких столяров из приютившейся неподалеку от замка деревеньки и заказала им мебель. Со столярами пришлось общаться в присутствии Леонида. Они привыкли, что приказы им отдает принц, и на меня посматривали с плохо замаскированной снисходительностью.
- Милая, - покачал головой Леонид, едва мы остались наедине, - не нужно так смотреть на крестьян.
- Я их как-нибудь прибью, - обиженно фыркнула я, - каждого, поодиночке. Это что за отношение к женщине, как к предмету интерьера?! Пусть на жен своих так поглядывают! Козлы!
Да, видели бы меня в тот момент феминистки. Но я сама не понимала, почему меня так обидело отношение крестьян. Возможно, потому что я появилась здесь из гораздо более развитого мира. И у меня просто взыграла гордыня.
Леонид моим ворчанием проникся и довольно долго расспрашивал меня о Земле. Я подробно рассказывала, и о порядках в родной стране, и об отношении к женщинам, и о борьбе феминисток. Выслушав, Леонид только покачал головой:
- Странный мир. Я могу понять что-то из того, что ты рассказала, но далеко не все.
Да я тоже могла понять и принять не все. Но уважения к себе хотела.
Едва императорская семья ушла порталом, в замке появилась портниха с остатками одежды. Я плотоядно улыбнулась, увидев нижнее белье, сшитое по моим эскизам. Пора была пытаться соблазнять собственного мужа.
Соблазнение началось вечером, когда мы с Леонидом остались одни в спальне. По меркам Земли бюстье и трусы считались более чем скромными и прикрывали все, что только можно, кроме полоски с пупком. Но то Земля. Здесь же, когда я сняла платье, Леонид удивленно вскинул брови:
- Что это?
- Нижнее белье из моего бывшего мира, - ответила я, ожидая реакции.
- И оно, гм, пользуется спросом?
- О да. Портниха сообщила, что показывала мои рисунки своим клиенткам. Сразу в трех семьях захотели подобное. Мне положен процент за идею.
Леонид, казалось, слушавший вполуха, оторвался от лицезрения моих бедер и пупка и взглянул на меня с укоризной. Я специально затронула денежный вопрос, чтобы понять, насколько он поглощен бельем. Как оказалось, не особо.
- Настя…
- Да? – я похлопала ресничками.
- Мы уже говорили об этом…
- И так и ни к чему не пришли. Ты поцелуем закрыл мне рот.
- Зачем тебе это? – взгляд вернулся к бедрам, чашечкам бюстье и пупку.
- Хочу знать, что способна своими знаниями зарабатывать.
- Замуж ты выходила ради этого?
Я покачала головой:
- Замуж я выходила, чтобы быть уверенной в своем светлом будущем. Но в том, бывшем мире я так и не смогла реализовать себя ни в чем. Мне хочется сделать это здесь.
Взгляд Леонида переместился с чашечек на мое лицо. В его глазах я прочитала: «Вот дурында, делать ей больше нечего». Соблазнение однозначно не удалось. Мужа вопросы репутации, личной и семейной, волновали больше, чем мое наполовину раздетое тело.
- Мне одеваться? – обиженно спросила я. Вот так стараешься, стараешься, хочешь быть привлекательной в глазах супруга. А он… Обидно, хоть плачь!
- Зачем? – не понял Леонид.
- Ну… Белье на тебя впечатления не произвело… Значит, тебе не интересно смотреть на мое тело…
- Кто тебе сказал такую глупость?
- Ты. Ты не сделал и шага, чтобы приблизиться ко мне… Ты…
Приблизился. Быстро и практически незаметно для меня. Обнял, привлек к себе, впился в мои губы своими. Целовались мы то ли несколько секунд, то ли несколько столетий. Наконец, когда стало не хватать воздуха, Леонид отодвинулся от меня и, выравнивая дыхание, насмешливо спросил:
- То есть тебе и в голову не пришло, что я внимательно рассматривал твой, гм, наряд?
Не пришло. Да и зачем рассматривать? Наряд должен соблазнять, а не служить экспонатом музея.
Следующие минут двадцать Леонид доказывал мне, что наряд его соблазнил. Доказывал упорно, с примерами. Я получила удовольствие от «доказательств», но в действие нижнего белья не поверила. Тут, скорее, «виноват» был нрав Леонида. Постельных игр ему хотелось каждый день. А в белье или без будет партнерша, моего супруга уже не интересовало.
Гобелены, как и нужное мне сырье, прибыли через неделю. Мастерицы постарались на славу. Невооруженным взглядом были видны все мельчайшие детали, как то: корзина для стирки белья в сцене стирки у ручья, ткацкий станок этого мира в сцене изготовления подобных гобеленов, нитки и рулоны ткани в сцене создания свадебного платья. Все сделано качественно, на совесть. Я смотрела и не могла оторваться. Вот она, повседневная жизнь условного Средневековья: сгорбленные спины работниц, их усталый взгляд, малолетние помощники у ручья, стиравшие сами или помогавшие матерям, юные повара, резавшие овощи для свадебного пира.
Никаких претензий к качеству у меня не возникло. И мастерицы пообещали привезти готовые гобелены уже через четыре-пять дней. С собой они увозили не только свои работы, но и мой хенд-мейд, на продажу, с процентами для меня: две вышитые салфетки и пара детских рукавичек. Расплатилась за «сырье» я деньгами мужа. Карманными, выданными мне «на булавки» на ближайшие две недели. Нужен же мне начальный капитал. Леониду я, естественно, ничего не сказала. Пусть его. Потом сюрприз будет. Вот стану богатой и знаменитой, тогда и мужа можно будет в известность поставить.
Следующие несколько дней я старательно пряталась в комнатах на третьем этаже, выделенных мне для «мастерской», и творила. Леонид знал, чем я занимаюсь, но был уверен, что канала сбыта у меня нет, а потому особо ни о чем не беспокоился. Наивный. Я тем временем создала несколько браслетов из крупного бисера, закончила вязать пару варежек и подготовила нитки для новой вышивки. Идей было море. Не хватало времени и сырья для их воплощения.
Мастерицам я щедро заплатила за гобелены и новое сырье, забрала свой процент с проданных вещей и отдала новые, тоже на реализацию. Очередная наша встреча была запланирована недели через три. Я к тому моменту планировала начать ремонт в «мастерской» и подготовить новые изделия для продажи. Надо было начинать завоевывать рынок, пусть пока и в провинции.
- Настя, тебе не кажется, что картина стирки белья не особо подходит к созданной тобой морской обстановке? – чуть иронично спросил Леонид, когда ремонт наконец-то закончился и я позвала мужа оценить получившийся результат.
- Кажется, - кивнула я, - но заказать ловлю рыбы я как-то не догадалась. Теперь уже в следующий раз, когда начну ремонтировать мастерскую. Ты же не против?
Леонид посмотрел на меня, как на ребенка, обнял, взъерошил волосы, не обращая внимания на укладку.
- Настя, я довольно долго жил при дворе.
- И что? – не поняла я.
- Скажи сразу, зачем тебе ремонт в новых комнатах третьего этажа. Честно, милая. Только честно.
Ах так, да? Нет, ну вот почему он такой умный?
- Ты останешься недоволен ответом, - предупредила я.
- Мне скучно, замок, - сама не знаю, почему, произнесла я. Несколько секунд ничего не происходило.
Затем я очутилась в полутемно коридоре, узком и относительно чистом. По крайней мере, пауков и крыс не наблюдалось. Вокруг – ни души.
- Это такое наказание, чтобы я дурью не маялась? – иронично спросила я.
Замок молчал. А вот с той стороны стены внезапно раздались голоса. Слышимость была великолепной. Подозреваю, замок постарался, желая развлечь меня. Я прислушалась, как любопытная Варвара, не надеясь услышать о себе ничего хорошего.
- Почему она? – раздался мужской голос. Император. – Почему эта… почетная девственница, сын?!
- Я выбирал, не глядя, отец, - послышался безэмоциональный голос Леонида.
- И выбрал ту, кого одобрил замок? – сарказм в голосе императора. – Не верю. Так что в ней такого особенного?
И правда, что? Кроме того, что в ее теле по воле местных богов внезапно очутилась попаданка?
- Думаю, об этом лучше узнать у богов. Вряд ли они стали бы снабжать защитой любую.
Вот так вот, да? То есть рассказывать отцу о попаданке Леонид не желает? Интересно, почему? Ох, тяжело, когда не знаешь всех подковерных игр и интриг! Я до свадьбы смогла узнать только богов с их функциями и начала учить историю мира. Политику любого уровня даже не затрагивала. А ведь еще могут быть личные мотивы. В общем, пока только слушать молча, без всяких выводов.
- Как раз божественная защита меня и удивила. Тем более, от Нарины. Арнольд самолично доставил Мару вместе со служанкой в отделение императорского сыска. Думаю, скоро мы будем знать ее мотивы.
- Мотивы у нее только одни – заполучить как можно денег из моей личной казны, - на этот раз голос Леонида звучал устало. – Я запретил ей появляться тут после того, как она пыталась опоить меня приворотным зельем, но слуг в расчет не принял.
- Тебе нужно было отправить ее в сыск сразу после того зелья. Ты слишком мягкосердечен, сын.
Ох, какие тут войны… А я ни сном ни духом. Теперь понятно, почему Леонид так психанул при нашем с ним первом общении. Как он там сказал? «Кто вас послал»? Ну да, если любовница пытается тебя приворожить, поневоле начнешь подозревать всех и каждого.
За размышлениями я не заметила, как оказалась в своей спальне. Видимо, замок посчитал, что хорошего понемножку, и самое важное я уже услышала.
Вспомнив, как умные люди учили общаться с домовыми, я решила, что магический замок ничуть не хуже, поклонилась и произнесла:
- Спасибо тебе, замок.
На секунду мне показалось, что воздух вокруг потеплел.
- Магия, чтоб ее, - проворчала я.
Скука все так же одолевала меня, до отъезда коронованных родственников было не развернуться, особенно если учитывать, что Леонид не рассказал им о моем иномирном происхождении. И я снова засела за книги.
Сейчас на столике в моей спальне лежала история возникновения княжества Дорского. Не особо охотно я перевернула страницу и погрузилась в прерванное чтение.
Княжество Дорское было даровано одним из предков Леонида своему старшему сыну, как передающееся по наследству место. Плодородные земли и наполненные зверьем и птицей леса и поля не позволяли крестьянам голодать. Продовольствия всегда было в избытке. А вот удаленность от столицы местную знать беспокоила. Поэтому в княжестве селились или по принуждению императора, или если появлялось желание уединиться и забыть обо всех родственниках. Меня эта удаленность не пугала. Я готова была жить у черта на куличках, лишь бы иметь семью и достаток.
Перевернув очередную страницу, я начала с любопытством рассматривать географическую карту. Получалось, что княжество находилось в глубине империи и не имело общих границ ни с кем из иностранных соседей. Глушь глушью. То, что надо, если хочешь спрятаться от людей.
Вряд ли мое рукоделие так уж охотно будут покупать здесь. Но занять руки и голову мне было просто необходимо. А потому в мозгу медленно, но верно, зрел план, как собрать местную аристократию под крышей этого замка.
Глава28
- Местная аристократия? – переспросил Леонид, когда мы ночью лежали в постели, отдыхая после очередных сексуальных утех. – Есть, конечно. В округе – пять-семь замков стоит. Для чего ты хочешь с ними встретиться?
Пять-семь замков – это мало, не для моих желаний. Но на первых порах придется довольствоваться тем, что имеется.
- В моем бывшем мире считалось, - решила зайти я издалека, - что во всех проблемах и бедах виновата женщина. А еще точнее – скука, которую она испытывает.
Глаза Леонида, как настоящего представителя кошачьих, сверкнули в полумраке комнаты, освещенной только одним, самым дальним, светильником.
- Ты намекаешь на то, что тебе скучно?
Почему ж намекаю, родной? Я прямым текстом тебе это говорю.
- Именно, - я непритворно вздохнула. – Моя прошлая жизнь была одновременно связана и с книгами, и с людьми. Здесь остались только книги…
- И почему у меня ощущение, что услышанное мне может не понравиться, - задумчиво пробормотал Леонид. – Настя, говори прямо. В чем дело?
- Я хочу торговать вещами, которые делаю сама, - призналась я честно.
В комнате повисла тишина. Леонид лежал в постели с непроницаемым выражением лица и молчал. Ладно, как скажете, поиграем в молчанку. Между прочим, одна из любимых моих игр была в детстве. Мама всегда проигрывала, потому что забывала о ней.
- Настя… - наконец-то отмер Леонид.
- Да? – невинным голоском ответила я.
- Я понимаю, тебе скучно. Но, может, ты найдешь себе другое развлечение? Более приличествующее статусу принцессы?
Ах так…
- Я, между прочим, курсы разные посещала, связанные с рукоделием, - надула губы я. – К тому же… В любой момент забеременею, буду сидеть в замке сутками напролет. И чем мне заниматься? И вообще… Почему я не могу зарабатывать себе на развлечения?!
Тихий смешок был ответом на мою тираду.
- В этом мире принцессы на рукоделии не зарабатывают.
Да в моем тоже раньше не зарабатывали. Но все ж меняется. Можно собственный бренд создать. Например: «Настенька. Хенд-мейд. Носки от принцессы».
- Это можно преподнести, как уникальный товар, созданный вручную, вещь, не имеющую повторов! – ответила с жаром я. – Ты только представь: шапка от принцессы Анастаасьи! Только для вас и только у нас! Держите свои уши в тепле, а…
Я не договорила: мой ненаглядный супруг расхохотался, громко, весело, не сдерживаясь.
- Не смешно, - фыркнула я обиженно. – Я, между прочим, сейчас продумываю рекламную кампанию, сочиняю слоганы, размышляю о… Леня!... М-м-м-м-м…
Этот изверг притянул меня к себе и закрыл рот поцелуем! Думал, что я сдамся? Ага, аж два раза! Я охотно ответила на поцелуй, а едва меня отпустили, увлеченно продолжила:
- Бюджет понадобится немаленький, но и окупаемость... М-м-м-м-м-м…
Изверг! Нет, я все равно своего добьюсь!
Добиваться я начала, едва родственники Леонида ушли порталом из замка.
Ремонт! Волшебное слово! Всю жизнь я мечтала сделать ремонт в своей земной квартире. Увы, даже на косметический у меня не хватало средств, что уж говорить о капитальном. Здесь же я могла не сдерживаться.
- В своих комнатах можешь делать все, что захочешь, - сообщил Леонид, видимо, надеясь, что я забуду об идее с продажами. Наивный.
Но я не стала его разубеждать.
Слуги перенесли мои вещи в соседнюю комнату, а в той, что была предназначена для моего сна, начали белить, штукатурить и красить. Я хотела стены светло-голубого оттенка, гобелены с какими-нибудь бытовыми сценами, ярко-синий ковер под ногами, занавески со шторами лазурных цветов и мебель, тоже в сине-голубых оттенках. В общем, я хотела жить в комнате, похожей на море.
Нужных мне гобеленов в замке предсказуемо не оказалось. Пирушки, охота и балы нашлись. А вот быта не было. Пришлось вызывать мастериц из небольшого городка, расположенного в двадцати-двадцати пяти километрах от замка.
Две женщины средних лет, появившиеся в замке с помощницами, выслушали мои пожелания, сделали замеры и пообещали через неделю показаться с наполовину готовой продукцией.
Едва за ними закрылась дверь, я довольно потерла руки. Кроме гобеленов, я заказала довольно много разнообразных материалов для рукоделия. Но об этом Леониду знать было необязательно.
Пока слуги приводили в порядок стены, пол и потолок, я позвала нескольких столяров из приютившейся неподалеку от замка деревеньки и заказала им мебель. Со столярами пришлось общаться в присутствии Леонида. Они привыкли, что приказы им отдает принц, и на меня посматривали с плохо замаскированной снисходительностью.
- Милая, - покачал головой Леонид, едва мы остались наедине, - не нужно так смотреть на крестьян.
- Я их как-нибудь прибью, - обиженно фыркнула я, - каждого, поодиночке. Это что за отношение к женщине, как к предмету интерьера?! Пусть на жен своих так поглядывают! Козлы!
Да, видели бы меня в тот момент феминистки. Но я сама не понимала, почему меня так обидело отношение крестьян. Возможно, потому что я появилась здесь из гораздо более развитого мира. И у меня просто взыграла гордыня.
Леонид моим ворчанием проникся и довольно долго расспрашивал меня о Земле. Я подробно рассказывала, и о порядках в родной стране, и об отношении к женщинам, и о борьбе феминисток. Выслушав, Леонид только покачал головой:
- Странный мир. Я могу понять что-то из того, что ты рассказала, но далеко не все.
Да я тоже могла понять и принять не все. Но уважения к себе хотела.
Едва императорская семья ушла порталом, в замке появилась портниха с остатками одежды. Я плотоядно улыбнулась, увидев нижнее белье, сшитое по моим эскизам. Пора была пытаться соблазнять собственного мужа.
Глава 29
Соблазнение началось вечером, когда мы с Леонидом остались одни в спальне. По меркам Земли бюстье и трусы считались более чем скромными и прикрывали все, что только можно, кроме полоски с пупком. Но то Земля. Здесь же, когда я сняла платье, Леонид удивленно вскинул брови:
- Что это?
- Нижнее белье из моего бывшего мира, - ответила я, ожидая реакции.
- И оно, гм, пользуется спросом?
- О да. Портниха сообщила, что показывала мои рисунки своим клиенткам. Сразу в трех семьях захотели подобное. Мне положен процент за идею.
Леонид, казалось, слушавший вполуха, оторвался от лицезрения моих бедер и пупка и взглянул на меня с укоризной. Я специально затронула денежный вопрос, чтобы понять, насколько он поглощен бельем. Как оказалось, не особо.
- Настя…
- Да? – я похлопала ресничками.
- Мы уже говорили об этом…
- И так и ни к чему не пришли. Ты поцелуем закрыл мне рот.
- Зачем тебе это? – взгляд вернулся к бедрам, чашечкам бюстье и пупку.
- Хочу знать, что способна своими знаниями зарабатывать.
- Замуж ты выходила ради этого?
Я покачала головой:
- Замуж я выходила, чтобы быть уверенной в своем светлом будущем. Но в том, бывшем мире я так и не смогла реализовать себя ни в чем. Мне хочется сделать это здесь.
Взгляд Леонида переместился с чашечек на мое лицо. В его глазах я прочитала: «Вот дурында, делать ей больше нечего». Соблазнение однозначно не удалось. Мужа вопросы репутации, личной и семейной, волновали больше, чем мое наполовину раздетое тело.
- Мне одеваться? – обиженно спросила я. Вот так стараешься, стараешься, хочешь быть привлекательной в глазах супруга. А он… Обидно, хоть плачь!
- Зачем? – не понял Леонид.
- Ну… Белье на тебя впечатления не произвело… Значит, тебе не интересно смотреть на мое тело…
- Кто тебе сказал такую глупость?
- Ты. Ты не сделал и шага, чтобы приблизиться ко мне… Ты…
Приблизился. Быстро и практически незаметно для меня. Обнял, привлек к себе, впился в мои губы своими. Целовались мы то ли несколько секунд, то ли несколько столетий. Наконец, когда стало не хватать воздуха, Леонид отодвинулся от меня и, выравнивая дыхание, насмешливо спросил:
- То есть тебе и в голову не пришло, что я внимательно рассматривал твой, гм, наряд?
Не пришло. Да и зачем рассматривать? Наряд должен соблазнять, а не служить экспонатом музея.
Следующие минут двадцать Леонид доказывал мне, что наряд его соблазнил. Доказывал упорно, с примерами. Я получила удовольствие от «доказательств», но в действие нижнего белья не поверила. Тут, скорее, «виноват» был нрав Леонида. Постельных игр ему хотелось каждый день. А в белье или без будет партнерша, моего супруга уже не интересовало.
Гобелены, как и нужное мне сырье, прибыли через неделю. Мастерицы постарались на славу. Невооруженным взглядом были видны все мельчайшие детали, как то: корзина для стирки белья в сцене стирки у ручья, ткацкий станок этого мира в сцене изготовления подобных гобеленов, нитки и рулоны ткани в сцене создания свадебного платья. Все сделано качественно, на совесть. Я смотрела и не могла оторваться. Вот она, повседневная жизнь условного Средневековья: сгорбленные спины работниц, их усталый взгляд, малолетние помощники у ручья, стиравшие сами или помогавшие матерям, юные повара, резавшие овощи для свадебного пира.
Никаких претензий к качеству у меня не возникло. И мастерицы пообещали привезти готовые гобелены уже через четыре-пять дней. С собой они увозили не только свои работы, но и мой хенд-мейд, на продажу, с процентами для меня: две вышитые салфетки и пара детских рукавичек. Расплатилась за «сырье» я деньгами мужа. Карманными, выданными мне «на булавки» на ближайшие две недели. Нужен же мне начальный капитал. Леониду я, естественно, ничего не сказала. Пусть его. Потом сюрприз будет. Вот стану богатой и знаменитой, тогда и мужа можно будет в известность поставить.
Следующие несколько дней я старательно пряталась в комнатах на третьем этаже, выделенных мне для «мастерской», и творила. Леонид знал, чем я занимаюсь, но был уверен, что канала сбыта у меня нет, а потому особо ни о чем не беспокоился. Наивный. Я тем временем создала несколько браслетов из крупного бисера, закончила вязать пару варежек и подготовила нитки для новой вышивки. Идей было море. Не хватало времени и сырья для их воплощения.
Мастерицам я щедро заплатила за гобелены и новое сырье, забрала свой процент с проданных вещей и отдала новые, тоже на реализацию. Очередная наша встреча была запланирована недели через три. Я к тому моменту планировала начать ремонт в «мастерской» и подготовить новые изделия для продажи. Надо было начинать завоевывать рынок, пусть пока и в провинции.
- Настя, тебе не кажется, что картина стирки белья не особо подходит к созданной тобой морской обстановке? – чуть иронично спросил Леонид, когда ремонт наконец-то закончился и я позвала мужа оценить получившийся результат.
- Кажется, - кивнула я, - но заказать ловлю рыбы я как-то не догадалась. Теперь уже в следующий раз, когда начну ремонтировать мастерскую. Ты же не против?
Леонид посмотрел на меня, как на ребенка, обнял, взъерошил волосы, не обращая внимания на укладку.
- Настя, я довольно долго жил при дворе.
- И что? – не поняла я.
- Скажи сразу, зачем тебе ремонт в новых комнатах третьего этажа. Честно, милая. Только честно.
Ах так, да? Нет, ну вот почему он такой умный?
- Ты останешься недоволен ответом, - предупредила я.
